Kitobni o'qish: «Уголовное право. Коротко и понятно»

Name: Уголовное право. Коротко и понятно
Author: Дмитрий Усольцев
ISBN: 978-5-04-177337-3

Shrift:

Предисловие автора

Уголовное право – это бриллиант в короне законодательства. Это – щит и меч, которыми общество и государство противостоят внутренним и внешним угрозам.

Поэтому должны быть высоки и требования, предъявляемые к уголовному праву как к важному инструменту обеспечения безопасности общества и государства.

Но все течет и меняется. Каждый день люди умирают – пожившие, испытавшие, опытные, трудолюбивые, настойчивые, изможденные… И каждый же день рождаются люди новые – еще не опытные, еще не испытавшие… Какими они будут? Такими же, как ушедшие или более богооставленными, более равнодушными, более циничными, быстрее деградирующими? Какую государственность, какое уголовное право они получат в руки от своих отцов и как всем этим распорядятся? Соответствует ли существующая система воспитания и образования сложности стоящих перед ними задач? Чего в итоге в обществе будет больше – разбазаривания и вырождения или созидания и сплоченности?

Поэтому столь важны требования, предъявляемые к учебникам по уголовному праву. Ибо эти учебники призваны не просто механически внести в молодого читателя ворох какой-то там информации. Отнюдь нет, эти учебники призваны, прежде всего, создать в читателе некую почти мировоззренческую основу, на поле которой и будет в дальнейшем происходить все остальное – от понимания уголовного права до формирования читателем дальнейшей социальной действительности.

Книга, которую вы держите в руках, задумывалась как книга, которую не противно читать, смыслы которой не имеют железобетонной упаковки. В детстве я часто задавался вопросом: для чего пишутся учебники? Самый простой ответ, который тут же приходил в голову, звучал примерно так: «Для одебиливания детей, для затуманивания их сознания, для того, чтобы вызвать отвращение к учебе».

Когда мне было лет этак тринадцать, мне попался американский учебник по физике, и я был ошарашен: оказалось, что учебники могут быть написаны на человеческом языке и не вызывать отвращения. Может быть, в это и сейчас сложно поверить… но это факт. Так было. Тогда, в отформатированном железобетонном Совдепе, это открытие стало бы посерьезнее, чем, например, общение с инопланетянами. Инопланетяне – чепуха, а вот учебник, написанный так, что его можно читать, – это почти чудо… В дальнейшем у учебникописцев обычай писать книжки не для чтения, а для лелеяния своей собственной неадекватности, сохранился.

Сейчас, в своем возрасте, я уже понимаю, что деятельность людей, которые в России с середины XX века и по сей день пишут учебники, на самом деле по сути носит подрывной антигосударственный характер… со всеми вытекающими из этого выводами… Поэтому книгу, которую вы сейчас держите в руках, трудно переоценить…

Глава 1. Введение в параллельный мир права и закона

Первое. Вы не будете понимать того, ЧТО написано в такой книжке, как Уголовный кодекс, без точного и полного понимания ряда вроде бы простых слов (понятий), которые в этом кодексе написаны.

Что это за такие понятия?

Вот они:

• общественные отношения и право

• преступление и состав преступления

• ответственность и наказание

При этом важно понимать одну странную, но важную вещь: все эти понятия – правовые, юридические. То есть в данном случае они обозначают не то, что вы думаете, не то, к чему вы привыкли, не то, что «вроде бы очевидно». Они обозначают СОВСЕМ ДРУГОЕ. Да, одни и те же слова могут нести 2 разные смысловые нагрузки: с одной стороны – они имеют привычное для нас повседневное значение (бывает, что достаточно широкое), а с другой – эти же самые слова выступают в роли терминов, правовых понятий (в таком случае значение у них очень узкое и строго определенное, ограниченное). Путать эти два мира – все равно что путать зеленое с длинным. Или обманутое с хладнокровным. Или и того хуже – терпимость с толерантностью. Не допускайте путаницы. Не имеет значения – ЧТО вы лично считаете преступлением (это никого не интересует), важно только ТО, ЧТО считается преступлением по Уголовному кодексу.

Конечно, чтобы разобраться со значением вышеперечисленных понятий, сначала стоит понять значение более «простых», основательных, фундаментальных правовых терминов:

• личность, общество, государство

• право и обязанность

• правоотношения

• правовая норма и гипотеза – диспозиция – санкция

• юридический факт

Какой смысл в просмотре фильмов Ларса фон Триера, если вы ничего не знаете о Бертолуччи и Висконти? Или зачем смотреть все эти современные одноразовые игрушечные фильмы о Великой Отечественной войне, не просмотрев хотя бы «Семнадцать мгновений весны»? Без понимания фундаментальных вещей обойтись сложно. Суть этих понятий мы будем раскрывать по мере изучения уголовного права.

Второе. Есть одна важная юридическая загогулина – «НАДО УМЕТЬ ЧИТАТЬ ЗАКОН». Важно понять это странное (для не юристов) словосочетание «надо уметь читать закон» и действительно НАУЧИТЬСЯ ЧИТАТЬ ЗАКОН, ибо закон читается не так, как «А может, это дворник был. Он шел по сельской местности к ближайшему орешнику за новою метлой». Закон – это не журналистская статья, написанная какой-то там теткой между хождением по мукам и журением ребенка за двойку по русскому языку. Закон читается иначе… и от его прочтения, бывает, зависит человеческая жизнь… не от закона, а от его ПРОЧТЕНИЯ! – правильного или неправильного! Зарубите себе это на носу. И дело здесь не в том, что «закон – что дышло, куда повернешь – туда и вышло». Это не так, закон – не «дышло». Это ПЛОХОЙ закон – «дышло». Закон уголовный разработан достаточно хорошо, особенно в России и особенно с конца XIX века; не будем стыдиться своего уголовного прошлого: если бы вы ознакомились с американскими законами – вы пришли бы в ужас… (Есть две совершенно различные системы права – континентальная и англосаксонская. Россия, как и почти вся Европа, относится к континентальной, но это – тема для другой книги.)

Третье. Основное понятие уголовного права – это «СОСТАВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ». В Уголовном кодексе не описываются преступления, вы не найдете там занимательных рассказов о том, что В. Пупкин и Я. Пухломакухин, создав банду (шайку), сперли у незадачливой домохозяйки пылесос и утку… в яблоках. В Уголовном кодексе записаны не «преступления», а «составы преступлений» (!), то есть много-много конкретных четких шаблонов предполагаемых преступлений – не факты жизни, а шаблоны, на которые эти факты жизни при их обнаружении накладываются. Поэтому сколько бы вы ни изучали преступность, вы не будете знать НИЧЕГО об уголовном праве до тех пор, пока не разберетесь с понятием «состав преступления».

Четвертое. Вам надо взять и внимательно прочитать мою книгу. В итоге у вас (в вашем отсеке ноосферы) начнет складываться некая конструкция уголовного права, некое здание. Как в любой постройке, в нем главное – фундамент, основа. Поэтому именно основе я уделил больше внимания. Поначалу будет казаться, что я чересчур «разжевываю» эти понятия, «как для пятилетних», но в итоге вы поймете, что ТОЛЬКО ТАК и надо такое объяснять.

Пятое. А зачем нужен Уголовный кодекс? Он нужен, чтобы охранять личность, общество, государство. А конкретнее? А конкретнее – он нужен для того, чтобы правильно определить – является ли совершенное действие преступлением, каким именно преступлением и кого и как наказывать за его совершение. Поэтому ВСЕ, что я пишу в этой книге, служит одной цели – определению того, какое именно преступление совершено и, соответственно, какое именно наказание ожидает преступника за совершенное преступление. Каждая моя мысль ведет к этому. Когда я пишу о вине, о психических болезнях, об организованности, о чем-то отвлеченном – все это только для того, чтобы в итоге вы, столкнувшись с совершенным в действительности или воображаемым преступлением, смогли понять – кого наказывать, за что наказывать и как наказывать. Чтобы уметь соотносить преступление как факт жизни и статью Уголовного кодекса. Ни для чего другого Уголовный кодекс так не нужен, как для того, чтобы к конкретному преступлению правильно подобрать статью, это называется «правильно квалифицировать преступление».

Шестое. Существует «власть», и существует «управление». Это совершенно разные вещи, и разница между ними в целом ясна уже из самих этих слов.

Есть наука, и в ней есть общераспространенное мнение («как известно») о том, что в современном типе государства есть три ветви власти: законодательная, исполнительная и судебная. Так принято считать. Почему это называется «ветвями власти», а не «ветвями управления»? Потому что принято считать, что «источник власти – народ» и он передает ее, власть, в руки некоего механизма власти и управления. Этот механизм и называется «государство» («господарьство», «господарь», «Господь»). Поэтому говорят «ветви власти». Одной власти.

Эти три «ветви власти» параллельны, они не обмениваются предназначением, функциями. Каждому – свое: законодательная власть создает законы (в общероссийском масштабе это Государственная Дума и Совет Федерации, на региональном уровне – региональные Думы (у них разные названия); исполнительная власть исполняет законы, проводит их в жизнь, управляет (это министерства, ведомства и прочее…); судебная власть судит (это система судов).

Есть расхожая поговорка «Пресса – это четвертая власть». Бредовость, безграмотность и идиотизм этой поговорки зашкаливают, поэтому даже критиковать эту чепуху не хочется… А если обсуждать – то это выйдет на несколько страниц…

Однако все-таки скажу самый минимум, нечто не выходящее за пределы того, что мы с вами изучаем. Первое: в стране не может быть три (четыре, десять) власти, в стране всегда есть только одна власть. Если в стране больше одной власти, например, хотя бы две власти – то это состояние двоевластия, в таком состоянии страна в современном мире долго существовать не может (тем более – Россия). Второе: эта единая власть складывается из влияния огромного количества источников политической и не политической силы. Этих источников, конечно, не один (какой-то там «народ») и не три (какие-то там «ветви»). Их может быть 137, их может быть 468. В любом случае любое количественное измерение этих сил ОЧЕНЬ условно и определить его, разумеется, невозможно в принципе (не потому, что их сложно посчитать, а потому, что считать НЕЧЕГО, ибо все само по себе условно, не количественно, сложно). Третье: «пресса», «средства массовой информации» сами по себе не влияют ни на что и никогда. Потому что их «самих по себе» нет. Быть независимыми они не могут в принципе. СМИ – это не четвертая власть, это ТА ЖЕ САМАЯ власть. СМИ – это всегда инструмент, рычаг, молоток, руки. СМИ – это механизмы, которыми управляют те самые силы, которые и составляют некую относительно единую государственную власть. Четвертое: само государство (не путайте «государство» со «страной»), как я уже писал, это некий земной механизм, а не Бич Божий. Государство – это посредник. Это некая совокупность людей, объединенных в строгий государственный аппарат, управляющий страной. Государство – это звено. Под этим звеном – страна. Над этим звеном – некие внутренние и внешние силы, некоторые из которых существуют уже сотни лет. Независимых государств в современном мире нет (и США, и Великобритания, и Китай, и Израиль – это очень зависимые государства). Потому что «государство» САМО ПО СЕБЕ зависимо (по-другому – не бывает), особенно – современный тип государства.

Представьте себе, что есть некий финансовый клан, который своим объектом выбирает природные и прочие ресурсы России. Это Заказчик. Он ищет исполнителя. Исполнителем становится Адольф Гитлер. Исполнитель берет подряд на захват и раздел объекта – России (на «разделку туши русского медведя»). Заказчик предполагает, что в тот момент, когда объем работы будет Исполнителем выполнен, Исполнитель будет перестроен, переформатирован, уязвлен, опущен (говоря прямо – уничтожен). И Гитлер это хорошо понимал. Но его должны были переиграть и переиграли. Я все это пишу только для того, чтобы вы в рамках изучения Уголовного кодекса поняли – что такое «государство», только для этого.

Право и идеология

Известная каждому юристу тема – право и идеология.

Сразу надо определиться с простыми вещами: у права всегда есть основа. Право не висит в воздухе, не привнесено инопланетянами, не сочинено журналистами, писаками и стихоплетами. Право зиждется на относительно твердой основе, в которой (в основе) есть мифы, устои, предания, идеалы, мировоззрения, быль, боль, народная память и т. д. Всего этого в праве не может не быть, оно есть – или свое, или чужое, или созидающее, или разрушающее. И все это не имеет никакого отношения к идеологиям. Идеологии – это сиюминутные временные проекты отдельных групп лиц. Долг государства – беречь право от идеологий. Особенно – уголовное право. В уголовное право категорически нельзя привносить идеологии, истеричные выкрики, «общественное мнение», «политические ситуации» и тому подобное.

Яркий пример обратного все знают – большевизм-социализм в России в XX веке. Сейчас многое вроде бы переосмысливается, но степень непонимания советской России такая же, как и раньше. Очень немного людей, которые оценивают тот период времени ясно и здраво. Одни считают, что «Сталин всех расстреливал», другие считают, что «никто никого не расстреливал, мы создавали социальное государство». Обе эти точки зрения не имеют к действительности никакого отношения. Это не тема данной книги, поэтому углубляться не буду. Скажу лишь, что советская Россия – это яркий пример идеологизированности права вообще и уголовного законодательства в частности.

Объективный логичный вопрос: а много ли в современном мире есть государств, где право не идеологизировано? Что такое идеологизация права? Как ее выявить? Есть ли идеология или скрытая идеология у так называемых нормальных стран так называемого Запада? Если есть, то какая? Кто их начал идеологизировать и когда? И куда их ведут? И сколько там идеологий и как они взаимодействую друг с другом?

Если говорить о последних десятилетиях, то идеологиями на Западе пропитано все, Запад сильно изменился и тут не надо быть «конспирологом», чтобы понимать, что со времени Второй мировой войны Запад находится под внешним управлением, причем – все больше, и больше. И идеологии там есть. И они явно антизападные, антиевропейские и антикапиталистические. Как большевизм был искусственной антирусской идеологией, так же и «общечеловеческие ценности» – это искусственная антиевропейская идеология…

По определенным причинам современные люди придают идеологии слишком большое значение, путают понятие «идеология» с понятием «национальная идея». Между тем любая идеология – это достаточно примитивный временный «прикладной» инструмент. Идеологии нужны и ими надо уметь пользоваться, ибо существует множество людей простых и простецких, восприимчивых именно к идеологиям. Более подробно я разбираю этот вопрос в книге «Теория государства и права для начинающих» (она же – «Теория государства и права для чайников», а также в книге «Гражданское право для начинающих»).

Юрист должен уметь видеть в праве идеологию, выявлять ее и фиксировать.

Некоторые технические пояснения

Для упрощения изложения «Уголовный кодекс России» я часто называю «Уголовным кодексом», «УК» или «кодексом», «Кодекс РФ об административных правонарушениях» – «Административным кодексом», использую общее понятие «Законодатель» без долгих расшифровок того, что такое законодательная власть, без определения места в ней Федерального Собрания РФ (Госдума и Совет Федерации), времени и актов, которые подписывает Президент РФ, под «законодательством» часто подразумеваю и законы, и подзаконные нормативные правовые акты.

Глава 2. Уголовное право, уголовный закон и Уголовный кодекс

Что такое «уголовное право»?

Люди, общество должны себя как-то охранять, не правда ли? Охранять свою жизнь, свои сложившиеся отношения, миропонимание, представления, свой УКЛАД жизни, свое имущество.

Например, идет между двумя рядами домов (место между рядами домов называется «улица») старушенция. К ней подходит верзила с дубиной из дуба и бьет ее по голове со всей дури. Старушенция падает, и ее тонкое тело выходит из плотного и надеется через 40 дней уйти в мир Иной, ан не тут-то было: смерть-то – неестественная! Значит, до естественной смерти ей тут еще «жить и жить» в виде привидения. Нарушен порядок бытия! Нанесен вред миру! Некто вышел за пределы мира, уклада, стал разрушать устои. Кроме того, в конце-то концов, есть нечто более мелкое (чем устои), но конкретное: человека убили! А верзила прячется за кадку с капустой и громко смеется. Да… вот такое событие. Это плохо, не хорошо. Надо отомстить, надо наказать злодея! Надо ВОССТАНОВИТЬ нарушенный порядок. Но у старушенции ужо не осталось никаких близких людей, все давно на том свете, мстить как бы некому. Вот для того, чтобы в подобных случаях как минимум – мстить («око за око»), а как норма – восстанавливать справедливость («по делам воздастся»), люди придумали назначить сонм (группу) людей, у которых была бы ОБЯЗАННОСТЬ (не право, а обязанность), грубо говоря, мстить за всех этих самых невинно убиенных. То есть чтобы у каждой старушенции появилась возможность изначально передать некой группе людей («государству») право мести, а у всего остального общества (общины, клана…) было бы право восстановления справедливости – наказания обидчика (в Древней Руси словом «обида» обычно и называлось то, что сейчас называется словом «преступление»). Это не государство решает наказать обидчика. Это делает, во-первых, сама старушенция руками государственного аппарата и, во-вторых, все общество руками того же государственного аппарата… И это все надо как-то упорядочить, отрегулировать…

Так сложилось уголовное право. Что такое вообще «право»? Право – это закрепленная в законе воля. Господствующая воля. Это может быть воля Бога в лице его помазанника. Это может быть воля демона в лице избранного им народа. Это может быть воля аристократии, сынов божиих, голубокровных. Это может быть воля так называемой мафии, воля неких групп людей. Воля общественного большинства. Право шире закона. Закон – это «что нужно, можно и нельзя», а право – это вещь более глубинная, она имеет отношение к представлениям людей о должном мироустройстве, о предназначении человека и общества, о справедливости и т. д.

Уголовное право как отрасль права

Смысловой круг такого понятия как «уголовное право» широк. Уголовным правом называют и систему знаний, и определенную часть правовой науки, и часть системы законодательства.

Часть системы законодательства – это отрасль права. Уголовное право – это одна из отраслей российского права. Но в чем же ее принципиальное отличие от всех остальных отраслей? Когда я задал этот вопрос пятнадцатилетней девочке, она ответила: «Уголовное право другого цвета», и добавила: «Оно темное, сине-черно-серое». Я спросил: «А гражданское?». Она ответила: «Синее». Ну, следуя этой логике, надо полагать, что конституционное право – красное, административное право – коричневое, трудовое право – сине-серое, а семейное право – темно-зеленое…

Но вернемся к особенностям уголовного права.

Особенности уголовного права как отрасли права таковы:

1. С помощью уголовного права государство регулирует общественные отношения в области посягательств на охраняемые законом общественно значимые ценности (жизнь, здоровье, общественный порядок, общественная нравственность, безопасность государства и проч.);

2. Основной вид регулирования государством общественных отношений – запрет совершения людьми каких-либо действий под угрозой их наказания (чаще именно наказания) государством через систему особого вида ответственности (уголовной);

3. С помощью уголовного права происходит вертикальное регулирование государством общественных отношений – от государства к отдельному человеку, допустившему нарушение некоего запрета (см. пункт 1 и 2) и несущему за это ответственность;

4. Способы вышеуказанного регулирования – запрет, наложение ответственности, принуждение, осуждение, наказание;

5. Юридическим фактом, порождающим уголовное правоотношение «государство-человек», является совершение человеком преступления.

Что такое «норма права»?

Государство – это та часть общества, которая назначается самим обществом, чтобы выполнять некоторые действия в некоторых случаях. То есть «государство» – это, прежде всего, «государственный аппарат». Занимается он властью и управлением. И создает законы. В Уголовном кодексе написано: «Если один из нас убьет другого почем зря – то в тюрьму его!» А каждая такая норма Уголовного кодекса имеет структуру «если человек то-то сделал, то за это с ним следует сделать то-то». Три части этой структуры называются (на латинском языке) «гипотеза», «диспозиция» и «санкция». Если упрощать, то это значит «ЕСЛИ – ТО – ИНАЧЕ».

Приведу пример. Возьмем какую-нибудь статью Уголовного кодекса, например статью «Пиратство», ее первую часть:

Нападение на морское или речное судно в целях завладения чужим имуществом, совершенное с применением насилия либо с угрозой его применения, – наказывается лишением свободы на срок от пяти до десяти лет.

Первые две строчки статьи – это «Если» (гипотеза, «раз вы напали на…»), а последняя строчка – это «Иначе» (санкция, «тогда накажем вас»). Это нормально, частенько «диспозиции» в правовой норме нет (тем паче – в уголовной норме).

Есть греческое слово «атом». «А-том» переводится как «не-делимый». Под «атомом» подразумевается мельчайшая частица вещества. Так вот: «норма права» – это мельчайшая неделимая частица права. Самодостаточная. Отдельная.

Еще сравнение: «закон» – это «вода», а «норма закона» («норма права») – это «молекула воды».

Что такое «уголовное законодательство»?

Уголовное законодательство – это особая часть законодательства. А что такое законодательство? Законодательство – это часть права. Законодательство – это форма выражение права. Подробно эту тему я разбираю в своей книге «Теория государства и права для чайников». Сейчас же вкратце поясню так: в современном мире существует общество – некая особая совокупность людей. У общества есть надобщественные упорядочиватели, регуляторы общественной жизни, вот они:

• метафизика (в том числе в виде дорелигиозных верований);

• культура,

• обычаи;

• мораль;

• религии;

• идеологии;

• право в виде законодательства.

Право – вещь сверхчеловеческая, сложная, многосторонняя. Но нас сейчас не интересует право как явление, нас интересует право, выраженное в форме законодательства. Не в виде архетипов, не в виде правовой культуры, не в виде негласных правовых предписаний отдельных групп людей, не в виде внутренних правил поведения Ордена Зеленого Дракона, а просто в виде российского законодательства.

Право в виде законодательства разделяется на отрасли.

А какие есть отрасли законодательства? Вот основные:

• конституционное право;

• административное право;

• уголовное право;

• гражданское право;

• трудовое право;

• земельное право;

• семейное право;

• финансовое право;

• таможенное право;

• международное право.

«Законодательство» – что это такое? Законодатель дает обществу ворох созданных им для общества законов – это и есть процесс законо-дательства – давания законов. И в то же время «законодательство» – это результат этого самого «давания» – то, что в итоге получилось дать – некая совокупность законов.

Изначально русские люди жили по кону. Коны представляли собою не столько нормы права в привычном нам понимании этого словосочетания, сколько общие базовые принципы жизни, существования, поведения. Однако общество все больше нуждалось именно собственно в праве, в более определенном «мелкосекторном» регулировании общественной жизни. Таким образом появились законы, то есть совокупность принципов и правил поведения, развивающих коны, выходящих за коны. А вот то, что выходило за рамки законов, стало называться преступлениями (преступление, переступание границ дозволенного).

Раздел I Уголовного кодекса называется «Уголовный закон». Что такое «уголовный закон» (он же – «уголовное законодательство», ведь это односмысловые слова)?

Часть 1 статьи 1 Уголовного кодекса гласит:

Уголовное законодательство Российской Федерации состоит из настоящего Кодекса. Новые законы, предусматривающие уголовную ответственность, подлежат включению в настоящий Кодекс.

Вот видите, в первой же статье Уголовного кодекса сказано о том, что уголовное законодательство – это «Уголовный кодекс». И все, только Уголовный кодекс. Никакого другого «уголовного законодательства» в России нет. ВСЕ уголовное законодательство вмещается в одну книжку – в Уголовный кодекс. Все, что вне Уголовного кодекса, уголовным законодательством не является.

В чуть более широком и сложном выражении:

Уголовный закон – это нормативный правовой акт (принятый высшим (и, разумеется, ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫМ, а не исполнительным или судебным) органом государственной власти), определяющий:

– что такое преступление (какие опасные деяния признаются преступлениями);

– что такое ответственность за совершение этих самых преступлений (устанавливание основания и принципов уголовной ответственности);

– что такое наказание (виды и размеры наказаний (и иные меры уголовно-правового характера);

– ну, и, наконец, какое наказание за какое преступление полагается…

Что такое «закон»?

Закон…

Приезжаете вы в гостиницу «Шебутной постоялец», а там на стене висит бумага с текстом, текст озаглавлен: «Правила пользования электробытовыми приборами». Являются ли эти «Правила…» законом? Конечно, нет.

Вы на машине пересекаете перекресток на красный свет и поете песенку «А свиньи – как люди, они тоже одиноки, но не так жестоки», останавливает вас постовой (инспектор ДПС ГИБДД) и составляет протокол о нарушении ПДД. Является ли этот протокол законом? Конечно, нет. (А Правила дорожного движения – это закон? Нет, это тоже не закон.)

Глава государства с дурацким названием «президент» подписывает указ о том, чтобы все люди были хорошими и пригожими. Является ли указ Президента законом? Конечно, нет.

Дальше – перечислять? Вот то-то. А то до утра не уложимся!

В стране ежедневно и ежечасно создается множество нормативных правовых актов и ненормативных правовых актов, но лишь крупица из них является законами, все остальное – подзаконные акты.

В чем разница? В производителе. В источнике. В том, КТО создает, принимает, утверждает акт. Закон – это нормативный правовой акт законодательного органа государственной власти. Что это за орган? Высшим законодательным органом государственной власти в России является Федеральное Собрание России, оно состоит из Государственной Думы и Совета Федерации. Принятое Федеральным Собранием – это законы. (Принятые законы подписываются Президентом России, но его роль – как бы номинальная.) Высший законодательный орган страны принимает «законы», причем – «федеральные».

Раз уж есть федеральные законы, то есть и не федеральные. А какие? Региональные. Региональные законы принимаются соответственно в регионах. Кем? Законодательными органами регионов.

Что такое регионы? Это части страны («субъекты Федерации»), этих частей – 6 видов:

1) области (46 шт.);

2) края (9 шт.);

3) республики (22 шт.);

4) автономные округа (4 шт.);

5) автономная область (1 шт.);

6) город федерального значения (3 шт.).

ИТОГО: 85 шт.

Таким образом:

– закон – это самый важный нормативный правовой акт, законы важнее (выше) указов, приказов, постановлений, предписаний и т. д.;

– законы страны вообще принимаются (=создаются) ТОЛЬКО законодательными органами, больше никем;

– законодательные органы имеют два уровня: на общероссийском – Федеральное Собрание, на региональном – региональные законодательные органы (думы, законодательные собрания, государственные советы и т. д.);

– есть и… третий уровень – это города и районы. И в них ТОЖЕ есть свои законодательные органы. И они, конечно же, тоже создают на своем местечковом уровне какие-то законы. Но… эти городские и районные думы (они же – законодательные собрания) не являются государством (!), они не являются органами государственной власти (!). Они являются «органами местного самоуправления». Органы местного самоуправления – это не государство. Это не государственные органы. И создают они не «законы государства», а «местные законы». И эти их местные законы не должны противоречить государственным;

– регионов всего 85, соответственно, и региональных органов государственной власти, принимающих законы, тоже 85.

Другими словами, «закон» не может создать (принять) ни начальник отделения полиции, ни Президент, ни Верховный Суд, ни министр образования, ни какой-нибудь прокурор, ни заслуженный артист России, ни ваш покорный слуга. Законы принимаются органами законодательной власти государства, другого источника законов НЕТ.

Но, кроме того, есть еще исполнительная власть. Кто является высшим органом исполнительной власти в принципе? В принципе – Президент. У нас – «президентская республика». Он принимает нормативные правовые акты, или он только пытается лавировать между США, Китаем и Европой, чтобы время выиграть? Да, принимает. Они называются «указы». И эти самые указы по своему правовому статусу НИЖЕ законов. Законы выше. Не законы ориентируются на указы Президента, а наоборот – указы Президента должны соответствовать законам.

Есть «Правила дорожного движения». Это закон? Нет, это не закон. Эти Правила утверждаются Правительством России. Правительство России – это не законодательная власть, а исполнительная. Принимает Правительство не законы, а постановления. ПДД – это постановление правительства. Постановления по своему статусу НИЖЕ законов. Они должны соответствовать законам. Правительство отвечает за то, чтобы его постановления соответствовали законам.

Что такое «Уголовный кодекс»?

Слово «кодекс» с латинского языка переводится как «сбор», «сборник», «собрание», «совокупность», «сонм». То есть в «кодексе» СОБРАНЫ законы – НОРМЫ законов, т. е. малые элементы права. «Уголовный кодекс» – это сбор уголовных норм, норм о возможных преступлениях и наказаниях за них.

Уголовный кодекс состоит из двух частей – Общей и Особенной. Зачем-то это же сделано?

В общей части написано ОБЩЕЕ: что такое преступление, что такое ответственность, кто и как несет ответственность за совершение преступления, что такое наказание, как суд должен назначать наказание виновному в совершении преступления и т. д. Общая часть – это понятийно-смысловая и идеологическая основа.

Вот в Особенной части написано ОСОБЕННОЕ, определенное, конкретное: нормы права по каждому отдельному «преступлению» (составу преступления), а разбит весь этот ворох преступлений на главы по ВИДАМ преступлений. Например, 1 часть статьи 232 гласит: «Организация либо содержание притонов для потребления наркотических средств или психотропных веществ наказываются лишением свободы на срок до четырех лет». Эта статья входит в такой вид преступлений, как «Преступления против здоровья населения и общественной нравственности». Глав в Особенной части 19. Соответственно, и видов преступлений условно (очень условно!) 19. Но об этом – в одной из следующих глав.

На чем стоим? Задачи и принципы Уголовного кодекса

Ну, как вы думаете – какие у Уголовного кодекса могут быть задачи? Если в кодексе написано, что «ежели ты что-то плохое совершишь – то а-та-та по голой попе поджигателям войны!», то какие тут могут быть задачи? А простые, уже указанные выше: защита сложившегося миропорядка. С одной стороны, те, кто этот порядок нарушает – подвергаются наказанию, а с другой стороны, само существование кодекса влияет на тех, кто его ЕЩЕ НЕ НАРУШИЛ, оказывает полезное воспитательное воздействие. Граждане видят, что: 1) есть уголовный закон и 2) уголовный закон работает, «он нас защищает и если кто-либо из нас его нарушит – ему будет так же плохо, как и тем, кто его уже нарушил», дескать, смотрите, любуйтесь, ироды, что с вами сделают. То есть одним самим существованием уголовный закон уже борется с преступностью, предотвращая возможные преступления (это называется «предупреждение преступлений»).

Все это в самом кодексе выражено так:

Задачами настоящего Кодекса являются: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений.
Для осуществления этих задач настоящий Кодекс устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступлениями, и устанавливает виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера за совершение преступлений.

Теперь поговорим о принципах. Их тоже не трудно угадать (может ли принципом Уголовного кодекса быть «воспевание святых имен Бога» или «распространение книг Василия Шукшина»? Ну, да, не может).

Принципов условно пять, вот они:

• принцип законности

• принцип равенства граждан перед законом

• принцип вины

• принцип справедливости

• принцип гуманизма.

«Принцип законности» звучит так:

1. Преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только настоящим Кодексом.
2. Применение уголовного закона по аналогии не допускается.

Поясняю: в российском законодательстве, особенно в гражданском праве, существует такое явление, как «применение права по аналогии», «применение закона по аналогии». В гражданском праве это не просто допустимо, но и нормально.

«Аналогия» означает, что перед должностным лицом, принимающим решение (или, например, перед судом) стоит задача – принять решение по определенной ситуации, но при этом в законодательстве о такой ситуации ничего не сказано, то есть этот участок правоотношений не урегулирован. Какое решение принять? Что делать? В таких случаях применяется норма закона, которая к рассматриваемому вопросу не имеет прямого отношения, но с помощью которой регулируется другой, схожий с нашим правовой участок, другие, схожие правоотношения. Это – нормальная ежедневная практика судов. Но это – в гражданском праве.

А вот в уголовном праве такого быть не должно категорически. Государство во всем, что касается преступления и наказания, должно руководствоваться именно Уголовным кодексом, и только Уголовным кодексом. И не вообще им, а четко его нормами: не смешивая их, не связывая друг с другом, не путая, не взаимозаменяя одни другими, не выдумывая на ходу несуществующие взаимозависимости между разными нормами «для удобства их применения» и т. д.

«Принцип равенства граждан перед законом» звучит так:

Лица, совершившие преступления, равны перед законом и подлежат уголовной ответственности независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств.

Пояснение: если свинопас совершил преступление – он должен нести за него ответственность. Это очевидно. Ну, а если преступление совершила дочка мэра города – должна ли она нести за него ответственность?

«Принцип вины» звучит так:

1. Лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина.
2. Объективное мнение, то есть уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается.

Вина – это важнейшее понятие уголовного права. Важнейшее. Подробно рассмотрим его далее.

«Принцип справедливости» звучит так:

1. Наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.
2. Никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление.

«Принцип гуманизма». Об идиотском словечке «гуманизм» и его разлагающей сути за последнюю сотню лет написаны тысячи страниц – от Ницше и Достоевского до сотен современных мыслителей. Тем не менее в Уголовном кодексе России это слово, к сожалению, используется. Слово «человечность» Законодателю не нравится, потому что оно имеет четко выраженный, яркий и всем понятный смысл. А в латинское словечко «гуманизм» можно вложить тот смысл, который захочется…

Принцип так называемого «гуманизма» в Кодексе выражен так:

1. Уголовное законодательство Российской Федерации обеспечивает безопасность человека.
2. Наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, не могут иметь своей целью причинение физических страданий или унижение человеческого достоинства.

Действие уголовного закона в пространстве и времени

Время

Преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния. То есть ловят злоумышленника, выясняют, что преступление совершено им несколько лет тому назад, и судят его не по сегодняшним законам, а по законам того времени. Уголовный закон – это, конечно, не кривляка, не шут гороховый, изменения в него вносятся медленно и ответственно, но они есть, Уголовный кодекс хоть и понемногу, но постоянно меняется.

Итак, еще раз: преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим именно во время совершения этого деяния (а не во время следствия).

Временем совершения преступления признается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо (!) от времени наступления его последствий (зашил ртуть в кресло – это действие, а жертва умерла через год после этого – это последствие).

А теперь представьте себе, что человека в 2002 году осудили по статье 265 Уголовного кодекса за оставление места дорожно-транспортного происшествия. Проходит год, и в 2003 году статья 265 «Оставление места дорожно-транспортного происшествия» просто отменяется, утрачивает силу, ее нет (и ее, кстати, нет до сих пор). Обидно? Досадно? Могут ли осужденного освободить от ответственности, раз уж такой статьи уже нет вообще? И могут, и должны. Почему? Потому что если законодатель решает, что какое-то деяние с какого-то времени можно уже не считать преступлением, то это решение «действует назад», на тех, кто уже осужден за совершение этого деяния…

Запомните: уголовный закон назад – действует. Он имеет силу обратного действия. Но не всегда, а только в некоторых случаях.

Обратную силу имеет уголовный закон, который:

– устраняет преступность деяния (такое-то деяние перестало считаться преступлением);

– смягчает наказание;

– любым иным образом улучшает положение лица, совершившего преступление.

Такой закон распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния ДО вступления такого закона в силу (в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость).

И наоборот: уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение злоумышленника, обратной силы не имеет.

Пространство

Все просто: Уголовный кодекс России действует на территории России. Поэтому человек (ЛЮБОЙ человек, хоть приехавший из Африки в Москву на пару дней), совершивший преступление на территории России, подлежит уголовной ответственности по Уголовному кодексу России.

При этом:

• преступления, совершенные в пределах территориального моря или воздушного пространства России, признаются совершенными на территории России;

• действие Уголовного кодекса России распространяется также на преступления, совершенные на континентальном шельфе и в исключительной экономической зоне России;

• человек, совершивший преступление на судне, приписанном к порту России, находящемся в открытом водном или воздушном пространстве ВНЕ ПРЕДЕЛОВ России, подлежит уголовной ответственности по Уголовному кодексу России (если иное не предусмотрено международным договором России);

• по Уголовному кодексу России уголовную ответственность несет также человек, совершивший преступление на военном корабле или военном воздушном судне России НЕЗАВИСИМО от места их нахождения;

• преступление можно считать совершенным на территории России и в том случае, если оно началось и было завершено на этой территории, а также когда на данной территории осуществлялась хотя бы часть преступного деяния, т. е. преступление началось, либо продолжалось, либо завершилось на территории РФ;

• при соучастии в преступлении оно может считаться совершенным на территории России, если исполнитель совершил деяние на ее территории, а остальные соучастники действовали за рубежом. Если же исполнитель действовал за границей, а остальные соучастники (организатор, подстрекатель, пособник) выполняли свои функции по участию в данном преступлении в России, действия последних также признаются совершенными на территории России.

Дополнительно о действии Уголовного кодекса в пространстве

Вопрос об уголовной ответственности дипломатических представителей иностранных государств и иных граждан, которые пользуются иммунитетом, в случае совершения этими лицами преступления на территории России разрешается в соответствии с нормами международного права.

Так. Ну, а вне пределов России – что? А вот что:

Граждане России и постоянно проживающие в России лица без гражданства, совершившие вне пределов России преступление против интересов, охраняемых нашим отечественным Уголовным кодексом, подлежат уголовной ответственности в соответствии с ним, но – только в том случае, если в отношении этих лиц по данному преступлению не имеется решения суда иностранного государства. Служащие воинских частей России, дислоцирующихся за пределами России, за преступления, совершенные на территории иностранного государства, несут уголовную ответственность тоже по нашему отечественному кодексу, но – только в том случае, если иное не предусмотрено международным договором России.

Иностранные граждане и лица без гражданства, не проживающие постоянно в России, но совершившие преступление ВНЕ пределов России, подлежат уголовной ответственности по нашему отечественному кодексу в случаях, если преступление направлено против интересов России либо гражданина России или постоянно проживающего в России лица без гражданства, а также в случаях, предусмотренных международным договором России, но – в том случае, если иностранные граждане и лица без гражданства, не проживающие постоянно в России, не были осуждены в иностранном государстве и привлекаются к уголовной ответственности на территории России.

Теперь о выдаче:

• граждане России, совершившие преступление на территории иностранного государства, НЕ ПОДЛЕЖАТ выдаче этому государству;

• иностранные граждане и лица без гражданства, совершившие преступление вне пределов России и находящиеся на территории России, МОГУТ БЫТЬ ВЫДАНЫ иностранному государству для привлечения к уголовной ответственности или отбывания наказания – в соответствии с международными договоренностями.

Изначальная предположительность (презумпция) невиновности

На всякий случай сразу же упомяну о принципе презумпции невиновности. Непонятное латинское слово «презумпция» в данном случае означает предположение, предопределенность, упреждение, изначальность, заведомость, первопринцип, аксиомность.

Так, например, чехи не стали вводить в свой язык латинское слово, подобрали свое – předpoklad, предпоклад невиновности.

В Уголовном кодексе об этом самом предпокладе невиновности нет ни слова. О нем написано в Уголовно-процессуальном кодексе (УПК) России.

Привожу выдержку из него (здесь и далее текст выделен мной):

Статья 14 УК РФ. Презумпция невиновности
1. Обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном настоящим Кодексом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.
2. Подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения.
3. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого.
4. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Глава 3. Что такое преступление?

Преступление как оно есть

Оторвитесь от книги и произнесите слово «преступление». Когда мы произносим это слово, мы не имеем в виду какое-то произошедшее событие, мы подразумеваем ЛЮБОЕ преступление, преступление вообще, целую воображаемую смысловую башню, в которой навален целый ворох разных значений и ассоциативных понятий: тот, кто совершил преступление (преступник), тот, кто от него пострадал (потерпевший), само преступление (какие-то действия), его цель, причины и так далее…

Надо знать – что такое «преступление». Если у вас нет юридического образования и при этом вы считаете, что вы и без него в принципе знаете о том, что такое «преступление», это значит, что… что вы поспешили. Сдержаннее надо быть.

Что такое «преступление»? В данном случае нам важно понять – что это такое не с точки зрения законов Вселенной, человеческого сообщества, древнерусских вед, Библии или Антона Ивановича, который сердится на соседа, а с совершенно другой стороны – с точки зрения уголовного закона, записанного в книге под названием «Уголовный кодекс». Всего-то…

ЕСТЬ РАЗЛИЧИЕ между областью мнений обывателя и правовой областью (об этом различии сказано в известном анекдоте: «А зато у меня в паспорте написано, что я – русский!»; ответ: «Бить-то будут не по паспорту, а по морде!»). Это важно различать, потому что любой новичок в этом деле, насмотревшись дебилоскопа и думая, что «все и так очевидно», заглядывает в Уголовный кодекс, вчитывается в него и его удивляет то, что он не понимает ровным счетом НИЧЕГО: в прорве высосанных из пальца современных фильмов – одно, а в законе – другое.

В Уголовном кодексе (часть 1 статьи 14) написано так:

«Преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания».

Каждое слово – на вес золота. Выводов из этого определения можно сделать примерно миллион. Например, такой: «Если я виновно совершу общественно опасное деяние, но окажется, что по каким-то причинам оно не предусмотрено Уголовным кодексом, значит, оно не будет являться преступлением и, значит, за него меня не накажут. А следовательно, его МОЖНО совершать… даже если его следствием будет гора трупов». Да, именно так, это – правильный вывод.

Об определении преступления можно написать целую книгу. Но нас сейчас это не интересует. Нам важно понять только малую часть – ТО, ЧТО именно в Уголовном кодексе называется преступлением, ибо судят по Уголовному кодексу, а не по «общепринятым очевидным вещам».

Но кодекса пока мало, нам потребуется и ПРАВО вообще. Поэтому, чтобы вы ПОНЯЛИ (а это важно именно понять), мне придется вам все это объяснить, начав с общих вещей.

Любое деяние, которое нарушает нормы права, является правонарушением. Например, «сокрытие начальником цеха страхового случая (на производстве) при обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве» или «подделка подписей избирателей (в предвыборной кампании)». Отраслей права много – жилищное право, семейное право, уголовное право, гражданское, трудовое, таможенное, налоговое, конституционное, административное… и так далее. Соответственно, каждый кодекс (Жилищный, Семейный, Таможенный и т. д.) регулирует СВОЙ особый тип общественных отношений – так удобно. И в каждом из этих отдельных видов отношений можно нарушить закон, а можно не нарушить. А есть, например, два кодекса, стоящие особняком и относящиеся (в определенной мере) ко всем отраслям права – Административный кодекс (правильное название – «Кодекс РФ об административных правонарушениях») и Уголовный кодекс России. Это «карательные» кодексы. Они как бы не регулируют отношения внутри отраслей права, а устанавливают ответственность за НАРУШЕНИЕ норм права, регулируемых всеми остальными отраслями (в то же время и САМИ являются отдельными отраслями права).

Если закон нарушен (любой) – значит, совершено правонарушение. Водитель машины не пристегнулся ремнем безопасности. Это правонарушение. Преподаватель уголовного права ставит студенту, не способному ответить на вопрос «Что такое преступление?», пять баллов по той причине, что тот сделал ему, преподавателю, подарок. Это правонарушение. Человек, являющийся свидетелем разбойного нападения, не хочет давать показания. Это правонарушение.

А слово «преступление» – зачем оно нужно, если у нас есть слово «правонарушение»? Преступление – это более узкое понятие, это частный случай правонарушения. Это ТОЖЕ правонарушение, только не любое, а очень опасное правонарушение. И оно внесено в Уголовный кодекс. Преступление может быть только уголовным. Самые общественно опасные правонарушения называются преступлениями и караются в соответствии с уголовным законом – Уголовным кодексом. Всякое преступление есть правонарушение, но не всякое правонарушение есть преступление. ВСЕ без исключения преступления (точнее – «составы преступления», но об этом – далее) содержатся в Уголовном кодексе.

Пример: человек решил поздравить великого русского поэта А. С. Пушкина с днем рождения. Мистических способностей у человека не оказалось, поэтому он «тупо» отправился к памятнику Пушкину 6 июня и заявил: «Между жарким и бланш-манже, цимлянское несут уже!», затем откупорил шампанского бутылку и знай себе, хлещет его. Это – правонарушение, но не преступление. В Уголовном кодексе, разумеется, не может содержаться статьи о наказании за распитие спиртных напитков в общественном месте: не такое уж это опасное деяние. В Уголовном кодексе собраны только самые общественно опасные деяния. Вышеприведенный пример относится к Административному кодексу, это административное правонарушение.

Вот мы разобрались в том, что есть множество «видов» правонарушений – от «выпас скота на участках, где это запрещено» и «недостоверно задекларировал иностранную валюту, перемещая ее через таможенную границу» до «незаконно продавал товары, свободная продажа которых запрещена или ограничена» и «вовлечение в занятие проституцией», но только часть из них – преступления. Самая общественно опасная часть. А кто это определил – то, что именно она – самая общественно опасная? Определил Законодатель. И включил в Уголовный кодекс. А ВСЕ остальные правонарушения – менее опасные – он поместил в Административный кодекс.

Пример: Гражданин Д. днем, наряду с другими покупателями, зашел в магазин и тайно сгреб и положил себе в карман горсть конфет. На выходе из магазина его остановила охрана, обнаружила конфеты и вызвала полицию. Вопрос: является ли деяние, совершенное гражданином Д., преступлением? Ответ: нет, не является. Почему? А в силу низкой степени общественной опасности совершенного гражданином Д. деяния. Это можно понять при внимательном прочтении части 2 статьи 14 Уголовного кодекса:

«Не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности».

Ну, а если бы вышеуказанный гражданин Д. украл бы бутылку коньяка, а не горсть конфет? Или, например, сотовый телефон? Да бери выше, выше! – целую кучу золотых украшений, во!!! Эх, золотишко! Где та грань, которая отделяет низкую (административную) степень общественной опасности от высокой (уголовной)? Что надо украсть, чтобы это деяние из разряда административного правонарушения перешло в разряд уголовного преступления? В каком случае такое деяние уже становится преступлением? Когда начинается ЗНАЧИТЕЛЬНОСТЬ этой кражи? Может быть, с какой-то стоимости украденного? Что написано в Уголовном кодексе? Лезем в Кодекс, находим там статью, которая называется «Кража», и читаем:

Кража, то есть тайное хищение чужого имущества, – наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до четырех месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

Я целенаправленно задаю много вопросов и пока не отвечаю на них. Разбор вопроса малозначительности преступного деяния на примере кражи смотрите в Главе 8, в подглаве «Малозначительность преступного деяния на примере кражи в магазине».

Вернемся к определению преступления:

«Преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания».

Из этого видно, что преступление:

– это именно «деяние» (а не намерение, желание или мечта);

– это деяние именно «совершено» (а не задумано или начата подготовка к его совершению (например, злоумышленник приобрел нож и на том и успокоился);

– оно совершено именно «виновно» (с осознанием того, что это делать нехорошо, с осознанием своей вины, с определенным отношением к своим действиям, со свободной волей, с возможностью сделать выбор (например «могу украсть, а могу и не украсть»), управляя своим поведением);

– оно именно «общественно опасно» (наносит вред (ущерб) человеку и/или обществу и/или государству);

– оно запрещено именно Уголовным кодексом (а не Административным кодексом, или приказом МВД, или указом президента, или «Кодексом строителей коммунизма», или «Сводом законов “Ордена иезуитов”»);

– оно запрещено Уголовным кодексом под угрозой именно наказания (а не направления на лечение в психлечебницу).

То, что я перечислил, – это признаки преступления.

Теперь вы начинаете понемногу понимать разницу между «преступлением» с нормальной человеческой «обывательской» точки зрения и «преступлением» с правовой точки зрения.

Общественная опасность и запрещенность (противоправность)

Если нормального взрослого гражданина разбудить в три часа ночи и задать ему вопрос: «Что такое преступление?», то – что именно ему тут же придет в голову? Ему в голову придет примерно следующие слова: «уничтожение; разрушение; зло; нанесение вреда».

Смотрим часть 1 статьи 14 Уголовного кодекса РФ, где дается понятие преступления: «Преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания».

Если пока отстраниться от вины и наказания, то главное, что мы видим из определения такого деяния как преступление – это две вещи: «общественная опасность» и «запрещенность». То есть обыватель, проснувшийся в три часа ночи, лишь наполовину ответил на вопрос о преступлении. Он не учел одну важную загогулину – запрещенность.

То есть теоретически какое-либо деяние может быть общественно-опасным, но не запрещенным, правильно? Правильно. С другой стороны, какое-либо деяние может быть запрещенным, но не общественно опасным. Правильно? Правильно. При этом и те, и те деяния преступлениями являться не будут. Это тоже правильно. А для того, чтобы какое-либо деяние являлось преступлением, оно должно быть и общественно опасным, и запрещенным – одновременно.

Начинающий изучать уголовное право должен положить на одну ладонь шар с надписью «запрещенность», а на другую – шар с надписью «общественная опасность». И взвесить их. И не зависимо от их веса зарубить себе на носу то, что в понятии преступления они друг от друга неотделимы.

В понятии преступления написано: «запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания». При этом в Уголовном кодексе вроде бы ничего не запрещено, Уголовный кодекс – это ведь не перечень запретов. Ну, вот, давайте откроем его на любой странице. Открываю. Написано: «Передача, собирание, похищение или хранение в целях передачи иностранному государству, международной либо иностранной организации или их представителям сведений, составляющих государственную тайну, а также передача или собирание по заданию иностранной разведки или лица, действующего в ее интересах, иных сведений для использования их против безопасности Российской Федерации, то есть шпионаж, если эти деяния совершены иностранным гражданином или лицом без гражданства, – наказываются лишением свободы на срок от десяти до двадцати лет».

Мы видим не запрет, а связку «если то-то совершено, то наказание – такое-то». То есть Уголовный кодекс вроде бы не запрещает, а наказывает за нарушение запретов, которые уже вроде бы где-то есть (прописаны в иных отраслях права, а то и не прописаны вовсе, а содержатся в нормах нравственности, культуры и морали). То есть со строго логической точки зрения преступник не нарушает нормы, прописанные в Уголовном кодексе.

Однако вернемся к понятию преступления. В нем написано: «запрещенное под угрозой наказания». Можно ли сказать, что, Уголовный кодекс, объявляя то, что за совершение каких-то деяний, их совершивший будет наказан, тем самым запрещает их совершать? Безусловно. Именно так. Именно в такой форме, в такой смысловой логической связке в Уголовном кодексе прописаны запреты – не в форме прямолинейного вопля: «А ну, не воруй, гад ты такой!», а в форме «если украдешь, то будешь наказан так-то». Это и есть запрет под угрозой наказания. Более того: именно такой запрет и является самым действенным – когда написано, что нельзя красть не потому что это грешно и плохо, а потому что тебе отрубят за это руку.

В науке уголовного права существует некий вопрос: а что важнее – запрещенность или противоправность? Ну, и, соответственно, два-три века между учеными-уголовниками идет спор по этому вопросу. Пускай идет, он нам сейчас не важен, тем более, что он несколько лукав, поэтому не заслуживает нашего внимания…

Истина – в вине. Что такое «вина»?

«Мама, я не виноват, оно само!» – так кричит в детстве каждый ребенок. Он понимает, что если какой-то вред им нанесен, но он не желал его наносить, то его вины нет, а следовательно, он не должен быть наказан.

В Уголовном кодексе написано, что для того, чтобы какое-либо деяние считалось преступлением, мало того, чтобы оно просто наносило вред человеку/обществу/государству (например, «незаконная охота» или «контрабанда»). Если деяние наносит вред, оно еще не может считаться преступлением. Чтобы быть преступлением, оно должно быть СОВЕРШЕНО ВИНОВНО. Но… это как? Это мы рассмотрим в главе «Субъективная сторона преступления», а пока лишь немного подведу вас к пониманию этого понятия.

Человека могут заставить совершить кражу под угрозой его уничтожения, и он ее, кражу, – да, совершает, но действует невиновно, потому что «у него не остается выбора». Возникает вопрос: если эта кража совершена невиновно, то эта кража – не преступление? Нет, в данном случае это преступление. Вот смотрите: совершена кража; ее совершивший – невиновен; но КТО-ТО ведь хотел ее совершить? Тот, кто заставил другого человека ее совершить, – он-то действовал сознательно, с волей, со свободой выбора (виновно), то есть он – преступник! Значит, преступление есть. Тот, кто ее непосредственно совершил – тот, кого заставили украсть, – он сам по себе является в неюридическом смысле «орудием совершения этого преступления», он не несет за него ответственности, как ее не несет, например, монтировка, которой он же взломал дверь.

Еще типичный пример: человек, служа в правоохранительных органах, может выполнять нормальный законный приказ высшего руководства. И, выполняя этот приказ, нанести кому-либо тяжкие телесные повреждения. Он не имеет выбора, он обязан выполнять приказ; он обязан выполнять его под угрозой наказания, какая тут может быть вина? Еще: человек может, обороняясь, защищаясь от нападения разбойника, проломить ему голову первым подвернувшимся под руку тяжелым предметом. Разве он вообще собирался кому-то проламывать голову? Разве он к этому стремился? Нет. В определенном смысле можно сказать, что «це так и було́», то есть вины нет, он не виноват, он законно оборонялся, у него было на это право – и моральное, и юридическое. В действительности возможно все, что угодно. Поэтому законодатель разумно и обоснованно в определение того, что такое «преступление», внес этот признак – «виновно совершенное».

Пояснение по ходу дела. …Дело в том, что есть одна важная деталь: так получается, что в Уголовном кодексе понятие «преступление» почти не отделимо от понятия «состав преступления». Иными словами: есть ОГРОМНАЯ РАЗНИЦА между обычным общепринятым пониманием «преступления» и строго уголовным пониманием «преступления». И напротив, есть НЕБОЛЬШАЯ РАЗНИЦА между строго уголовным пониманием «преступления» и понятием «состав преступления». Поэтому сейчас мы с вами вкратце рассмотрим темы «виды преступлений» и «ответственность» – только для того, чтобы сразу же после этого лучше понять – что такое «состав преступления».

Разные степени общественно опасного посягательства на примере хулиганства

Понятие «хулиганство» официально появилось в русском праве в конце XIX века.

В дореволюционном, преимущественно традиционном обществе такое преступление как хулиганство было малораспространенным. В 1916–1917 годах страна стала переходить в состояние хаоса. В это смутное время со дна общества стали подниматься его подонки. Определенные силы холили подонков, переправляли им деньги из Европы, помогали им подниматься со дна, вооружали их. Надежды П. А. Столыпина на «двадцать лет спокойной жизни для укрепления низов» приказали долго жить. Несколько миллионов человек (верхи общества) выехали из страны. Еще несколько миллионов культурных образованных людей были убиты внутри страны. То, что осталось – это было страшно. Всплеск хулиганства начался в 1917 году и продолжался все 1920-е годы. Где-то «наверху» строился какой-то социализм, пестрели лозунги. А внизу ходить по улицам было тошно. Очень точно мерзость этого времени описана Андреем Платоновым и Михаилом Зощенко. Основная масса хулиганов пребывала в возрасте от 10 до 25 лет. После продолжительного лихолетья основная масса молодых жителей городов страдала психическими заболеваниями, значительная масса – отставанием в умственном развитии. Это было не столько «наследием царского режима», сколько наоборот, результатом его свержения.

В общесоциальном (а в какой-то мере – и в правовом) смысле под хулиганством понималось очень многое: пьяные песни на улицах, битье стекол, драки, кражи, домогательства, повреждение и уничтожение общественного имущества (магазины, железнодорожные пути и станции, дороги, рынки и прочее), поджоги, обрызгивание прохожих помоями, а также кидание в них дохлыми кошками, побои, срывание общественных мероприятий (которое на деле часто происходило посредством забрасывания камнями и избиения участников) и многое другое.

Сейчас, в XXI веке модно кивать на «лихие девяностые», но на самом деле они «не дотягивают» до двадцатых годов XX века по всем уголовным и моральным параметрам. С 1917 года по конец 1920-х годов в России действительно царил именно «разгул преступности», что усугублялось нищетой и затяжной непрекращающейся скрытой гражданской войной. К слову скажу, что усиление И. В. Сталиным государственного карательного аппарата в начале 1930-х годов было воспринято народом с облегчением и надеждой, и при всей своей идеологизированности свою положительную роль в наведении порядка оно сыграло.

Однако вернемся в наше время.

Ярким примером разницы между общественной опасностью административных правонарушений и общественной опасностью уголовных преступлений является хулиганство. Состав хулиганства содержится и в Кодексе об административных правонарушениях, и в Уголовном кодексе. В Административном кодексе это называется «мелкое хулиганство», а в Уголовном – просто «хулиганство».

Административный кодекс:

Статья 20.1. Мелкое хулиганство
1. Мелкое хулиганство, то есть нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся нецензурной бранью в общественных местах, оскорбительным приставанием к гражданам, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества, – влечет наложение административного штрафа в размере от пятисот до одной тысячи рублей или административный арест на срок до пятнадцати суток.
2. Те же действия, сопряженные с неповиновением законному требованию представителя власти либо иного лица, исполняющего обязанности по охране общественного порядка или пресекающего нарушение общественного порядка, – влекут наложение административного штрафа в размере от одной тысячи до двух тысяч пятисот рублей или административный арест на срок до пятнадцати суток.

Уголовный кодекс:

Статья 213 УК РФ. Хулиганство
1. Хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное:
а) с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия;
б) по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, – наказывается штрафом в размере от трехсот тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух до трех лет, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет, либо лишением свободы на тот же срок.
2. То же деяние, совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой либо связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка, – наказывается штрафом в размере от пятисот тысяч до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от трех до четырех лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет, либо лишением свободы на срок до семи лет.

Бездействие (ничегонеделание) как преступление

Когда-то давно, когда я впервые столкнулся с изучением уголовного права, меня удивила одна вещь, а именно то, что преступление может быть не только действием, но и бездействием (например, неоказанием помощи). В этом была, с одно стороны, какая-то загадка, а с другой стороны – наоборот – разгадка, надежда и свет в конце тоннеля.

Феномен бездействия я воспринял в большей степени как политолог и социолог, чем как юрист. Я рассуждал так: если бездействие может быть преступлением, то это значит, что человек что-то должен делать, он вообще кому-то что-то должен. То есть весь XX век человека освобождали от общества, от обязанностей, от долга, от чести, от Родины, от человечности, от рода, родителей, предков, от устоев, от честности, от здравого смысла, от порядочности и царя в голове, а тут вдруг под занавес, в конце этого самого XX века оказывается, что в Уголовном кодексе 1996 года написано о том, что человек что-то кому-то должен. Должен оказать помощь. Но оказание помощи человеком человеку в корне противоречит всей этой новой идеологии, основанной на гуманизме. «Обязанность оказать помощь» находится вне идеологии как таковой, вне Дикого Запада, вне ростовщичества, вне их общечеловеческих ценностей, вне их дегенеративного телевидения… Однако это было. Неоказание помощи больному – преступление.

Это было примером взаимодействия права с культурой и идеологией. И вообще, один этот факт родил у меня море мыслей и пониманий.

Само словосочетание «преступное бездействие» несло в себе, как мне казалось, большой смысл. Бездействие по отношению к чему? К злу? К долгу? К внешним и внутренним врагам? К разрушению общества и государства? К оскотиниванию? К проигрышу в информационной войне? К расчеловечиванию? Если «в жизни всегда есть место подвигу», то, значит, «в жизни всегда есть место разрушительному бездействию», «в жизни всегда есть место лени, наплевательству и ничегонеделанию»?

Человек существует. Он действует. Но он и бездействует. Бездействие – это не ноль, не отсутствие поведения, а один из видов поведения. И этот вид поведения может наносить вред людям, обществу, государству.

В Уголовном кодексе есть как более «общие» составы преступного бездействия, так и «специальные», имеющие более определенные юридические основания.

К общим относятся, например, следующие:

• неоказание помощи больному (ст. 124 УК РФ);

• воспрепятствование оказанию медицинской помощи (ст. 124.1 УК РФ);

• оставление в опасности (ст. 125 УК РФ);

• невыполнение обязанности по воспитанию несовершеннолетних (ст. 156 УК РФ);

• невозвращение на территорию России культурных ценностей (ст. 190 УК РФ).

К более определенным («специальным») относятся, например, такие как халатность, уклонение от прохождения военной и альтернативной гражданской службы, неисполнение приказа.

Халатность как преступление, согласно Уголовному кодексу, это неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе либо обязанностей по должности, при этом это повлекло причинение крупного ущерба или существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства.

Всего, согласно российскому Уголовному кодексу, существует более шестидесяти (!) составов преступлений, объективной стороной которых является бездействие.

Также надо понимать следующее: для того, чтобы преступное бездействие имело место быть, нужны три условия:

1) в сложившейся ситуации человек обязан был действовать, а не бездействовать;

2) этот человек не только был обязан действовать, но и имел возможность действовать;

3) имея возможность действовать, он действовать не стал, то есть обязанность действовать в сложившейся ситуации он не выполнил.

Малозначительность преступного деяния на примере кражи в магазине

Во все эпохи мы слышим много воплей. Вопли бывают разные – и безосновательные, и по делу, и с переподвыподвертами. Одна из разновидностей современных воплей – это «десять лет за банку краски!». Разберем именно этот пример как наиболее распространенный.

Итак, почти типичная (насколько это слово вообще уместно) ситуация: некий человек (бывает, что это старая бабушка) приходит в супермаркет или просто большой магазин. Походив по рядам, этот человек кладет себе в карманы (сумку и т. п.) какие-то товары, обычно мелкие по размеру и «копеечные» по стоимости. К примеру, йогурт и булочку. После этого этот человек уходит, не заплатив за товар или старается уйти, не заплатив, но у него это не получается. Его задерживает охрана и изымает украденное, после чего с чувством выполненного долга звонит в полицию.

Бывают случаи, когда человек забывает заплатить за товар, но речь не о таких случаях. Речь именно о краже.

Сразу же скажу, по ходу дела, важную вещь: у охранников нет права обыскивать кого бы то ни было без согласия обыскиваемого лица. Если у них есть подозрения на совершение кражи, они обязаны попросить человека выложить украденный им товар. Если человек этого не делает, у них есть право воспрепятствовать его уходу из магазина и вызвать полицию. Если охрана магазина полицию не вызывает, задержанное лицо, очевидно, имеет право вызвать полицию от своего имени.

Не будем останавливаться на моральной стороне поведения похитителя и моральной стороне поведения охранников (а оно бывает отвратительнее, чем поведение похитителей). Перейдем к правовой стороне вопроса.

Чаще всего такие происшествия заканчиваются вынесением постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Основания просты как стекло.

Что произошло? Кража ли это?

Кража – это тайное хищение чужого имущества. Хищение ли это? Да, под хищением в УК РФ понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Тайное ли это хищение? Да, тайное. Как тайное хищение чужого имущества (кража) следует квалифицировать действия лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них. В тех случаях, когда указанные лица видели, что совершается хищение, однако виновный, исходя из окружающей обстановки, полагал, что действует тайно, содеянное также является тайным хищением чужого имущества.

В какой момент кража является уже совершенной? В тот момент, когда товар присвоен, то есть вынесен за пределы того места, где он должен быть оплачен, то есть кассы. Причем вынесен он должен быть не по причине забывчивости (или какой-либо другой подобной), а с целью именно присвоить его.

Ну, и, наконец, после страшных слов «незаконное изъятие имущества» и «причинение ущерба», обращаемся к уже известной нам статье 14 УК РФ, где в первой части сказано: «Преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания», а во второй части сказано: «Не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности».

Ну, и соответствующий вопрос: является ли кража в магазине стаканчика с йогуртом и булочки действием хоть и преступным, но малозначительным, вследствие чего не представляющим общественной опасности? Ответ однозначен: да.

На практике случается такое (конечно, не часто), что на основании подобных краж возбуждается уголовное дело, но в дальнейшем суд чаще всего, правомерно ссылаясь на ч.2 ст. 14 УК РФ, выносит постановление об отсутствии состава преступления.

Все вышесказанное – это то, что происходит в вышеприведенном примере кражи именно в рамках уголовного законодательства.

Однако, когда кража налицо, а Уголовный кодекс не применим, это не значит, что не применим Кодекс РФ об административных правонарушениях (далее – «КоАП»).

В нем есть статья 7.27 «Мелкое хищение», вот ее первая часть:

Мелкое хищение чужого имущества, стоимость которого не превышает одну тысячу рублей, путем кражи, мошенничества, присвоения или растраты при отсутствии признаков преступлений, предусмотренных частями второй, третьей и четвертой статьи 158, статьей 158.1, частями второй, третьей и четвертой статьи 159, частями второй, третьей и четвертой статьи 159.1, частями второй, третьей и четвертой статьи 159.2, частями второй, третьей и четвертой статьи 159.3, частями второй, третьей и четвертой статьи 159.5, частями второй, третьей и четвертой статьи 159.6 и частями второй и третьей статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных статьей 14.15.3 настоящего Кодекса, – влечет наложение административного штрафа в размере до пятикратной стоимости похищенного имущества, но не менее одной тысячи рублей, либо административный арест на срок до пятнадцати суток, либо обязательные работы на срок до пятидесяти часов.

Вспомните структуру нормы права: «гипотеза-диспозиция-санкция». Обратите внимание на то, что содержится в гипотезе вышеприведенной статьи: данная норма «работает» только в том случае, если стоимость похищенного имущества не превышает одну тысячу рублей.

В данном случае мы видим, что похититель украл имущество на сумму, не превышающую 1000 рублей, следовательно, должен нести ответственность по вышеуказанной ч.1 ст. 7.27 КОАП, что обычно на практике при подобной стоимости украденного составляет наказание в виде штрафа в размере одной тысячи рублей.

А если стоимость похищенного имущества превышала бы 1000 рублей? В этом случае действует другая нома права – в зависимости от стоимости похищенного имущества, например, вторая часть той же ст. 7.27 КОАП…

Но смысл всего вышеизложенного достаточно линеен. Давайте чуть усложним. Вор задумал выкрасть из сейфа миллион рублей. Подготовился, пошел на дело. Вскрыл сейф. Но в сейфе оказался не миллион рублей, а одна купюра достоинством сто рублей. И вору пришлось взять эти сто рублей. Применима ли здесь статья о малозначительности? Нет, не применима, ибо в умысле вора был миллион рублей, а не сто. Поэтому применимо тут другое – статьи 29 и 30 УК РФ, которые называются «Оконченное и неоконченное преступления» и «Приготовление к преступлению и покушение на преступление» соответственно. Вору не удалось осуществить задуманное – выкрасть именно миллион рублей по причине, от него не зависящей. Иными словами, не наступили последствия, задуманные вором и предусмотренные в законе. То есть имеет место покушение на преступление.

Преступление может быть оконченным и неоконченным (смотрите об этом соответствующую главу данной книги). Но и покушение само по себе тоже может быть оконченным и неоконченным. Если вор совершил весь «объем работ», но не достиг желаемого результата, то покушение является оконченным. Типичный «хрестоматийный» пример оконченного покушения – это когда злоумышленник стреляет в человека с целью его убить и промахивается. То есть стрелявший делает все для убийства, весь «объем работ», но желаемого результата не достигает. Это и есть оконченное покушение.

Степень общественной опасности кражи чайника (пример из XIX века)

Небольшой пример о краже теткой чайника в теме малозначительности преступного деяния.

Есть имена, которые юрист должен знать. Жил в XIX веке в России замечательный талантливый большой человек – Федор Никифорович Плевако (1842–1909) – юрист, адвокат, судебный оратор. Он прожил светлую полезную жизнь, выиграл более двухсот процессов, о его судебных победах ходили легенды, его имя стало нарицательным. Как адвокат он много защищал простолюдинов от произвола «системы».

Хрестоматийным примером стало дело о старушке, укравшей жестяной чайник стоимостью 50 копеек. На суде прокурор, зная, что защищать старушку будет Плевако, решил заранее парализовать воздействие его предстоящей речи и сам высказал все, что можно было использовать для смягчения приговора: старая больная женщина, горькая нужда, кража незначительная, обвиняемая вызывает жалость, а не негодование. И все же собственность, подчеркнул прокурор, является священной, и, если позволить посягать на нее, страна погибнет. Выслушав речь прокурора, Плевако поднялся и сказал: «Много бед и испытаний пришлось претерпеть России более чем за тысячелетнее существование. Печенеги терзали ее, половцы, татары, поляки. Двенадцать языков обрушилось на нее, взяли Москву. Все вытерпела, все преодолела Россия, только крепла и росла от испытаний. Но теперь, теперь… старушка украла чайник ценою в пятьдесят копеек. Этого Россия уж, конечно, не выдержит, от этого она погибнет безвозвратно». Гениальный экспромт Плевако спас женщину от тюрьмы, суд ее оправдал.

Глава 4. Какими бывают преступления?

Виды преступлений по объекту посягательства

Вот вы живете в обществе (или в стаде, времена ведь меняются)… В общем, вы проживаете в некоторой совокупности людей и людских (общественных) отношений. И знаете, что в этой совокупности людей происходят преступления. Преступления бывают разные. И их много. Их все больше и больше. И они все более и более разнообразные. Явный прогресс! Поэтому их удобно разбивать на ВИДЫ. Причем разбивать на виды их можно по различным основаниям. То есть из совокупности одних и тех же преступлений можно сделать примерно с десяток различных таблиц.

Главное основание для разбития преступлений на виды – по объекту посягательства («объект преступления»). Например, есть ведь разница между «Родион Романович Раскольников убил старуху-процентщицу» и «Обладатель десяти тысяч рублей Шура Балаганов украл сумочку, в которой были черепаховая пудреница, профсоюзная книжка и один рубль семьдесят копеек денег». Вдумайтесь: в первом случае происходит лишение человека самого ценного, что у него есть, – жизни, а в другом – лишение человека небольшой части его имущества. «Где – жизнь, а где – сумочка с барахлишком»!.. В первом случае преступник посягает на один вид охраняемых законом ценностей – на жизнь человека, во втором – на другой вид охраняемых законом ценностей – на право собственности. Разные виды ценностей – значит, и разные виды преступлений. Мы подошли к основному разделению преступлений на виды – по тому, НА КАКУЮ ИМЕННО ЦЕННОСТЬ (или, грамотнее, – на какой вид общественных отношений) посягает преступник (на жизнь человека, на порядок правосудия, на собственность, на общественную нравственность, на половую неприкосновенность личности, на общественную безопасность и т. д.).

Пару слов о том – что такое «общественные отношения». Представьте себе некое общество, человек этак в триста, на каком-нибудь острове. В этом обществе принято трепетно относиться к детям, к воспитанию детей, к образованию детей, к Детству как таковому; единственный детский сад на острове построен в форме двух огромных сказочных замков: один – для мальчиков, другой – для девочек. Таковы нравственные устои. Эти устои выражаются через культуру, мораль и право. Вот этот Культ Детства можно назвать «видом общественных отношений». В Уголовном Уложении этого острова есть, предположим, отдельная глава «Преступления, посягающие на Культ Детства»… (О чем-то подобном мечтал В. И. Ленин.) Вот то же самое и с Уголовным кодексом: как помните, он делится на 2 части – Общую и Особенную. Особенная часть разбита на разделы и главы именно по «видам общественных отношений», или, что почти то же самое, – по «объектам преступления».

Категории преступлений по степени и характеру общественной опасности

Преступления бывают разные – и по характеру и по степени тяжести. Один злоумышленник занимался тем, что незаконно сеял и выращивал коноплю и мак; другой злоумышленник создавал вредоносные программы («вирусы») для ЭВМ; третий – незаконно занимался частной медицинской практикой. Тут имеют место три совершенно разных по своему характеру преступления.

Преступления могут быть, наоборот, близкими по характеру, но очень разные по степени общественной опасности, например, 1) уничтожение или повреждение имущества по неосторожности, 2) грабеж, 3) хищение предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность. Что есть общего у всех этих трех преступлений? А общее – то, НА ЧТО они посягают (объект преступления), а посягают они на право собственности. Объект всех трех преступлений – право собственности, в то время как в предыдущем примере у трех преступлений три разных объекта воздействия.

Второе основание деления всех преступлений на виды – это в целом и характер общественной опасности, и степень общественной опасности. И это деление относится именно ко ВСЕМ преступлениям Уголовного кодекса. Это – деление на «категории преступлений».

Вот так категории преступлений отражены в Уголовном кодексе:

1. В зависимости от характера и степени общественной опасности деяния, предусмотренные настоящим Кодексом, подразделяются на преступления небольшой тяжести, преступления средней тяжести, тяжкие преступления и особо тяжкие преступления.
2. Преступлениями небольшой тяжести признаются умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает трех лет лишения свободы.
3. Преступлениями средней тяжести признаются умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает 5 лет лишения свободы, и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, превышает 3 года лишения свободы.
4. Тяжкими преступлениями признаются умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает 10 лет лишения свободы.
5. Особо тяжкими преступлениями признаются умышленные деяния, за совершение которых настоящим Кодексом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 10 лет или более строгое наказание.

Неоконченное преступление

Преступления бывают оконченными (фактически почти все) и неоконченными – когда человек уже начал совершать преступление, но ему что-то помешало совершить его в полном объеме.

Был такой случай. Середина 1990-х годов, захолустье, т. е. маленький городок. Это было особое послесоветское время, «атмосфера» (психосфера) в провинции была страшная, грязная, безысходная. Она и при коммунистах была тюремно-быдловатая, а при гниении коммунизма пришибленность, отчаяние и разруха в головах стали совсем уж нечеловеческими. Две пьяные, придурковатые и окончательно «одемократиченные» девки решили что-то украсть – то ли в какой-то там конторе ЖКХ, то ли в клубе… не помню. Лето, жарко, темнеет. На первом этаже конторы в старинном окне дореволюционного здания постоянно открыта большая форточка, а сразу за окном – высокий стол, это все знают. Одна девка подсобила другой лезть через форточку, та полезла, в надежде руками встать на стол, а стола-то нет! То есть он-то есть, но почему-то отодвинут от окна, и она не может до него дотянуться… (Возможно, что она в этой форточке еще и просто застряла. Я не в курсе всех деталей, но совершенно точно то, что она провисела в окне до приезда милиции.) Так она в окне и торчит, а другая девка бесится: то тянет ее обратно, то пихает внутрь, в общем – шум поднимает. Тут это дело кто-то, конечно, засек и – давай звонить в милицию. Сидит в отделении дежурный, никого не трогает, слушает дурацкие песенки, а тут ему звонят и сообщают, что нынче в этот теплый вечер девки из окон торчат, народ демократизируют на чем свет стоит. Приезжают милиционеры – не столько по адресу, сколько на душераздирающие пьяные вопли, а тут – одна в окне торчит в нижнем белье (юбка поодаль валяется) и орет внутри помещения, а у другой – истерика на всю ивановскую, проклинает и лупит подругу по ногам палкой, ее кто-то пытается утихомирить, дядя Ваня из-за калитки что-то кричит, из машины рядом музыка на всю катушку гремит, в общем – светопреставление. Чем все закончилось с правовой стороны – не знаю, потому как пробыл в том городке недолго.

Что мы тут видим, кроме двух опустившихся существ? Во-первых, соучастие в преступлении (о соучастии речь пойдет в другой главе). Во-вторых, мы видим, что преступление начато, но по объективным причинам не завершено. Не получилось. Девки собирались его продолжать и довести до конца, они не отказывались от его совершения, у них просто не получилось довести его до логического конца. Хотели украсть – не получилось. Должны ли они быть наказаны? Конечно! Был умысел украсть, что-то случайно не срослось – и что, прощать? Нет. Налицо – преступление, но неоконченное. (Сразу же замечу, что, если у девок хватило бы ума твердо отрицать намерение совершить именно кражу, если бы они настаивали бы на том, что одна из них почему-то хотела просто залезть (придумали бы зачем) – они легко отделались бы. Но ума на это, как я понял, не хватило.)

Житейские дела имеют обыкновение не завершаться. Если же речь идет о совершении преступления, то тут вероятность не завершить преступление еще выше, ибо много помех.

Неоконченных преступлений происходит много. Глупо было бы надеяться на то, что в Уголовном кодексе они не учтены, что раз уж злоумышленнику что-то помешало довести преступление до конца, то его и не накажут, дескать, не было ведь последствий преступления, ну не дошел он до завершения преступления, не выполнил он всего объема работ, предписанных Уголовным кодексом, не все ему удалось сделать для того, чтобы соответствовать статье Особенной части Уголовного кодекса, чтобы быть наказанным, так вот сложилось, и все тут, в общем «на «нет» и суда нет»…

Это все от лукавого. Реальность такова, что ОСНОВНЫМ является то, что человек желал совершить преступление, готовил его, приступил к осуществлению своего замысла… а вот тот факт, что нечто из внешнего мира ему помешало осуществить задуманное – это не главное, это детали, это вмешательство случая. Воля человека, стремления человека («субъективная сторона преступления») важнее случайных внешних обстоятельств.

Речь не о том, что человек сам вдруг решил не продолжать преступление. Неоконченное преступление – это когда у злоумышленника получилось начать преступление, но не получилось его окончить. Он бы его и продолжал совершать, но что-то помешало. Об этом речь. Важна свобода воли человека, его стремление. Это важнее объективной возможности довести преступление до конца. И это правильно. Ну, представьте себе, что вы идете по улице, на вас бежит человек с палкой и, подбегая к вам, бьет палкой по вашей голове-головушке, но вы увертываетесь и он промахивается. Ну, и бежит дальше. Все. Вреда он вам не нанес. Если он по вам не попал – значит, все нормально? Можно идти дальше, почесываться и лизать мороженое? Можно этому наглецу все простить? Нельзя. Почему? Потому что его воля, его намерение нанести вам вред важнее того, получилось это у него или нет.

Таким образом, возникает вопрос о СТАДИЯХ совершения преступления.

Они в целом, если выходить за рамки Кодекса, примерно (очень примерно) таковы:

1) возникновение некоего полуосознанного желания, надоедливого энергетического клубка;

2) возникновение умысла, намерения;

3) принятие решения о совершении строго определенного преступления (а не «вообще чего-нибудь этакого»);

4) обнаружение умысла (проявление умысла вовне, его обозначение во внешнем мире);

5) приготовление к преступлению;

6) покушение на преступление;

7) совершение оконченного преступления;

8) распоряжение преступным результатом.

Заглянем в Кодекс, посмотрим статью 29, вот она вся:

Статья 29 УК РФ. Оконченное и неоконченное преступления
1. Преступление признается оконченным, если в совершенном лицом деянии содержатся все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом.
2. Неоконченным преступлением признаются приготовление к преступлению и покушение на преступление.
3. Уголовная ответственность за неоконченное преступление наступает по статье настоящего Кодекса, предусматривающей ответственность за оконченное преступление, со ссылкой на статью 30 настоящего Кодекса.

Ну, и статья 30 тут же:

Статья 30 УК РФ. Приготовление к преступлению и покушение на преступление
1. Приготовлением к преступлению признаются приискание, изготовление или приспособление лицом средств или орудий совершения преступления, приискание соучастников преступления, сговор на совершение преступления либо иное умышленное создание условий для совершения преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.
2. Уголовная ответственность наступает за приготовление только к тяжкому и особо тяжкому преступлениям.
3. Покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Странно как-то, не правда ли? Мы ведь с вами уже уяснили себе то, что наказуемо ТОЛЬКО нормальное завершенное ПРЕСТУПЛЕНИЕ. Но что такое преступление? Читаем снова статью 14 Кодекса:

«Преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания».

Вот. Можно ли из статьи сделать вывод о том, что приготовление к преступлению (например, приобретение для совершения задуманного колющих и режущих предметов) – это преступление? В принципе – да. Поэтому приготовление к преступлению тоже наказуемо… И покушение на преступление тоже наказуемо.

Таким образом, получается, что есть три вещи, за которые (с некоторыми исключениями) человек несет ответственность:

• оконченное, полноценное преступление;

• приготовление к преступлению (суетился-готовился);

• покушение на преступление (не приготовлюшечки, а уже начатое деяние).

А ведь бывает и совсем иначе: злоумышленник задумал преступление, стал к нему готовиться, но вдруг сам, по собственной воле решил его не совершать. Или задумал, подготовил и пошел дальше – уже начал его совершать, но уже в процессе совершения вдруг отказался от задуманного, все бросил, умыл руки. Это называется «добровольный отказ от преступления», о нем – чуть далее. А сейчас мы ведем речь о том, что злоумышленнику именно не удалось довести преступление до конца – по не зависящим от него обстоятельствам.

Итак, согласно вышеприведенной статье Кодекса неоконченные преступления бывают двух видов в зависимости от того, КОГДА именно они не окончены – на какой стадии:

1) приготовление к преступлению;

2) покушение на преступление.

Приготовление к преступлению – это:

• приискание, изготовление или приспособление лицом средств или орудий совершения преступления;

• приискание соучастников преступления;

• сговор на совершение преступления;

• иное умышленное создание условий для совершения преступления,

– ЕСЛИ ПРИ ЭТОМ ПРЕСТУПЛЕНИЕ НЕ БЫЛО ДОВЕДЕНО ДО КОНЦА ИМЕННО ПО НЕ ЗАВИСЯЩИМ (!) ОТ ЗЛОУМЫШЛЕННИКА ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМ.

Написанное в Уголовном кодексе надо понимать буквально. Если человек сидел-сидел себе во дворике в палисаднике, пил чай, и тут, «на ровном месте», взял, да и приступил к изготовлению стального меча – это не «приготовление к преступлению». А вот если он задумал совершить определенное преступление, в котором он намеревается использовать меч, и приступил к изготовлению меча с совершенно конкретной целью, а тут вдруг участковый через забор заглянул, заметил этакую бандуру и тем самым помешал и стал задавать каверзные вопросы – в этом случае уже можно говорить о «приготовлении к преступлению».

Есть такое понятие – «обнаружение умысла». «Голое» изготовление меча, ножа, рогатки, нунчак – это не «обнаружение умысла» вовсе.

Конечно же, бывают и такие случаи приготовления к преступлению, когда обнаружить умысел можно. Полицейские останавливают на улице человека с сумкой и просят предъявить документы. Нет документов. Они его задерживают. При обыске обнаруживаются: шапка-ермолка (лыжная шапочка) с отверстиями для глаз, труба, фомка, медицинские перчатки, веревка, наручники. Это все человек носит с собой по улице. Можно ли это назвать «приготовлением к преступлению»? Ну, смотря с какой точки зрения. Презумпцию невиновности еще никто не отменял.

А давайте спросим у задержанного. Задержанный отвечает: «Вы же – умные, книжки всякие читали… Вы считаете, что я готовил преступление? Ну, вот и доказывайте – какое, где и когда. Подозреваемый не обязан доказывать свою невиновность. Это вы обязаны доказать мою виновность, вот и доказывайте, а я звоню своему адвокату и говорю о том, что у меня обнаружили шапку с дырками и носки с дырками и считают, что этого им достаточно для возбуждения уголовного дела. Нижнего белья еще не проверяли. Руки – мытые. Зубы – чистил. Или вы считаете, что носить с собой наручники или веревку – это преступление? А где это написано? Покажите пальцем! Нигде? То есть вы меня обвиняете? Честного человека? Я на вас буду жаловаться!»

Теперь о покушении на преступление. Что это такое? Покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если опять же при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Отвечает ли человек за приготовление к преступлению? Уголовная ответственность наступает за приготовление только к тяжкому и особо тяжкому преступлениям.

Отвечает ли человек за покушение на преступление? Да.

Теперь несколько слов о другой ситуации – когда человек начал готовиться к преступлению или даже уже стал его совершать, но, пораскинув мозгами, САМ, добровольно решил остановиться, не продолжать. Это называется «добровольный отказ от совершения преступления».

Добровольным отказом от преступления признается прекращение лицом приготовления к преступлению либо прекращение действий (бездействия), непосредственно направленных на совершение преступления, если лицо осознавало возможность доведения преступления до конца. При этом лицо не подлежит уголовной ответственности за свои действия, если оно добровольно и окончательно отказалось от доведения своего преступления до конца.

То есть: отказался от совершения преступления – не несешь ответственности. Залез на крышу с винтовкой, прицелился, отложил винтовку, явился с повинной в отделение полиции – не виновен, свободен, ответственности не несешь. А если не явился в полицию? Это уже сложнее: если винтовка будет найдена – тогда возникнет вопрос: «По какой причине преступление не было доведено до конца?»

Тут есть одна загвоздка: надо отличать этот самый «добровольный отказ» от ситуаций, когда человек отказывается от доведения преступления до конца, потому что решил его перенести на другое время или ему мешают совершить преступление какие-то объективные причины. («Все пропало, шеф! Гипс снимают, клиент уезжает! Все пропало!») Отличить одно от другого частенько, разумеется, просто невозможно.

Ну, и не надо путать «добровольный отказ» с «деятельным раскаянием», потому что добровольный отказ от совершения преступления может быть только ДО окончания преступления, а «деятельное раскаяние» возможно исключительно ПОСЛЕ совершения преступления (о деятельном раскаянии – в другой главе книги).

Оконченность преступления и формальный состава преступления

У всего земного есть свои временные границы. Также и у преступления: оно начинается и заканчивается. Бывает, что оно начинается, но не продолжается и, следовательно, не заканчивается.

Тема оконченности преступления крайне важна, ибо в уголовной практике нередко возникает вопрос о том, совершено ли «целостное» преступление или произведенные злоумышленником действия преступлением считаться не могут.

В теме «состав преступления» мы выяснили то, что объективная сторона состава преступления (совокупность действий субъекта преступления) бывает двух видов – материальной и формальной.

Материальный состав преступления характеризуется тем, что в нем обязательны последствия (его нет без последствий).

Например:

• отравитель подсыпал яд в чай жертвы – жертва отравилась;

• водитель управлял автобусом в пьяном состоянии – наехал на пешехода;

• владелец оружия небрежно хранил оружие – оружие похитили и им убили человека;

• не оказал помощь больному – это повлекло причинение тяжкого вреда здоровью этого больного…

Ну, и конечно же, тут звучит песня В. Цоя «Следи за собой, будь осторожен».

В преступлениях с материальным составом наличие последствий действий субъекта – необходимый признак преступления. Если последствий нет, то, в зависимости от обстоятельств, это либо вообще не является преступлением, либо является неоконченным преступлением. Например, злоумышленник в течение какого-то времени подсыпает в еду жертвы мышьяк, а жертва не умирает. Ну, не умирает, и все тут. Даже плохо себя не чувствует. У злоумышленника заканчивается мышьяк и он перестает пытаться отравить жертву. И в итоге жертва может никогда и не узнать о том, что ей кто-то что-то подсыпал и желал ее смерти.

Формальный же состав преступления характеризуется тем, что последствий не требуется. Преступление с формальным составом может не иметь никаких последствий, опасность такого преступления не в наличии последствий, а в нем самом, в самом «голом совершении противоправных действий».

Например:

• незаконное проникновение в жилище (просто проникновение в жилище вопреки воле его владельцев – преступление);

• понуждение к действиям сексуального характера (удалось ли в итоге понудить и к чему именно – не важно, это уже преступление);

• незаконное освобождение от уголовной ответственности;

• организация деятельности, направленной на побуждение к совершению самоубийств;

• вымогательство;

• пользование рабского труда;

• несообщение о преступлении.

При материальном составе преступления вопросы неоконченности преступления относительно ясны.

При формальном составе присутствует сильный психологический фактор и важна субъективная сторона состава преступления. Например, вымогательство. Вымогатель дает понять своей жертве (потерпевшему) то, что он «пойдет на все», но нужные ему ценности (деньги и т. д.) с нее получит. Но… бывает, что на жертву это впечатления не производит. Стоп. Преступление уже совершено или еще нет?

Смотрим ч.1 ст. 163 Уголовного кодекса:

Вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества или права на имущество или совершения других действий имущественного характера под угрозой применения насилия либо уничтожения или повреждения чужого имущества, а равно под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких, либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких, – наказывается ограничением свободы на срок до четырех лет, либо принудительными работами на срок до четырех лет с ограничением свободы на срок до двух лет или без такового, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до четырех лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без такового.

Из данной статьи видно то, что вымогательство является оконченным преступлением с момента, когда предъявленное требование, соединенное с указанной в статье угрозой, доведено до сведения жертвы (потерпевшего). Все. Реакция потерпевшего для характеристики объективной стороны не важна. Невыполнение потерпевшим предъявленного ему вымогателем требования не влияет на юридическую оценку содеянного как оконченного преступления.

Если вымогательство сопряжено еще и с побоями, с причинением какого-либо вреда здоровью потерпевшего и так далее, то применяются другие части той же статьи 163 УК РФ.

Вопрос: «А грабеж? Ведь и при грабеже может быть то же самое? Чем тогда грабеж отличается от вымогательства?». Ответ: суть вымогательства – в угрозе и в расчете на получение от жертвы требуемого (имущества, ценностей) в будущем. Подкреплена ли угроза насилием – не имеет принципиального значения. При грабеже же угрозы может и не быть вовсе, происходит просто одномоментный отъем предметов грабежа (имущества, ценностей).

Иными словами, вид состава преступления (материальный либо формальный) имеет особую связь с признанием преступления оконченным либо неоконченным.

Глава 5. Что такое ответственность?

Ответственность перед живыми и…

Откуда вообще взялась в этом мире ответственность? Ведь не в головах же идиотов-ученых, испохабивших уже не одну науку грудами своих железобетонных книг и учебников? Головы ученых – это всего лишь грязные тусклые зеркала, которые пытаются отражать реальность. А в ней все просто: над реальной действительностью есть нереальная действительность. В этой нереальной действительности есть некое существо (можете называть его богом). Он создает какой-то мир. И делает он это с помощью законов. Чтобы мир сберечь – нужно эти законы соблюдать. Чтобы законы соблюдались теми, кто имеет возможность их не соблюдать, нужна ответственность. Тот, кто законы нарушает, – тот закононарушитель, правонарушитель, преступник. Вот, собственно, и все. То же самое касается и строения простого земного мира: кто-то создает некое сообщество людей, мiръ, страну – и этим все сказано. Ибо из этого вытекает ВСЕ остальное: если эта страна создается – значит, она кому-то нужна и кто-то хочет ее сохранять, удерживать. А как ее сохранять? Это значит надо охранять, беречь ее суть, ее Закон, ее основы, устои, стены, все то, на чем она стоит. Так возникает Охрана Закона, а под ним – двоица – «преступление» и «ответственность».

Понятие «ответственность» и понятие «правонарушение» («преступление») крепко взаимосвязаны. Это – две стороны одной медали. У медали не может быть одной стороны. Все это вытекает из самой сути такого понятия, как «закон». «Закон» – это то, чему надо следовать, это – то, что нельзя нарушать. Если какое-то правило, предписание называют законом, но при этом утверждается, что это предписание можно нарушать, то это нельзя называть законом. Если за нарушение закона не наступает ответственность – это не закон.

Теперь вернемся к нашим баранам. Для начала просто прочитаем об ответственности в Уголовном кодексе. О понятии «ответственность» в нем есть две основные статьи – 8-я и 19-я:

Ст. 8. Основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом.
Ст. 19. Уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее возраста, установленного настоящим Кодексом.

Когда я в данной книге пишу слово «ответственность», я имею в виду не ответственность ВООБЩЕ, а «правовую уголовную ответственность», соответственно теме книги. И в этой книге пишу слово «ответственность» сразу же с правовым смыслом. Помимо правовой бывает ведь и морально-психологическая ответственность, общественная ответственность, духовная ответственность и т. д. А существует ответственность сугубо в рамках права, закона – ПРАВОВАЯ ответственность. Причем в нескольких видах: гражданская (гражданско-правовая), административная, трудовая и, наконец, уголовная.

Правоведы спорят о том, с какого момента наступает уголовная ответственность. Оставим им их козюлековыряния, нам важно просто понять суть. Напишу так, чтобы разобрался не юрист.

В законе сказано о том, что законы надо соблюдать («не воруй»). Но «надо» – это одно дело, а есть еще свобода воли. Поэтому законодатель подстраховывается и пишет о том, что (образно говоря) ежели человек украдет кошелек с деньгами, то надо отрубить этому человеку кисть руки. Если… – то… То есть нечто таится за дверью преступления; открыл дверь – а там ответственность. Таким образом, каждый человек, который еще не украл кошелек с деньгами, потенциально несет ответственность за возможную кражу кошелька с деньгами. А чтобы начать нести груз ответственности, достаточно просто открыть дверь, переступить за порог, за кон. И чтобы эта ответственность превратилась из предполагаемой, «стоящей наготове» в воплотившуюся, чтобы ответственность в итоге НАСТУПИЛА, ВОЗБУДИЛАСЬ (уголовное дело именно возбуждают), человеку надо украсть кошелек с деньгами, то бишь проявить свою свободу воли, но как? – отрицательно, зло. Когда человек между добром и злом выбирает зло, он несет за свой выбор ответственность.

Правовая ответственность – это обязанность лица претерпеть определенные лишения и ограничение прав и свобод в том случае, если это лицо совершило (совершает, совершит) нарушение закона.

Мы в данном случае видим, что понятие «ответственность» имеет так же, как и понятие «преступление», два значения – общеязыковое, обычное и второе – узкоправовое.

«Общую ответственность» человек несет в силу существования закона как такового, вообще. А правовую – с того момента, когда закон им нарушен…

«Ответственность» и «наказание» – это совсем разные вещи. Наказание – понятие более узкое, конкретное, мелкое и менее значимое (!), чем ответственность.

Наказание – это форма реализации ответственности.

Раз и навсегда запомните следующее:

Преступление – ответственность – наказание

Не правильно было бы написать просто «Преступление – наказание». Ибо наказание ведь – кому назначают? На самом деле – не тому, кто «просто совершил преступление», а тому, кто при этом еще и несет за него ответственность. А может ли быть так, что человек, совершивший преступление, по Уголовному кодексу не несет за него ответственность? Конечно, может. Об этом речь пойдет ниже – в теме «Освобождение от ответственности».

Поэтому точнее эта схема выглядит так:

Как видите, преступление может «закончиться» не только несением ответственности, но и освобождением от таковой (например, в связи с «деятельным раскаянием»), а в редчайших случаях – «иными мерами уголовно-правового характера».

Теперь еще пару слов о том, ЧТО ИМЕННО является основанием уголовной ответственности.

Смотрим статью Кодекса:

Ст. 8. Основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом.

То есть речь идет о том, что основание ответственности – это не наличие «преступления», а наличие «состава преступления»… Хотя мы уже понимаем, что в ПРАВОВОМ смысле это почти одно и то же…

Основанием уголовной ответственности является не «преступление», а «состав преступления».

Подлежит ли уголовной ответственности человек, совершивший преступление в состоянии опьянения? Да, подлежит. Наряду с любым трезвым. Само по себе состояние опьянения не смягчает его ответственность и не отягчает ее. Это общее правило. Исключения бывают. Вполне возможна ситуация, когда суд признает состояние опьянения в конкретном месте в конкретное время отягчающим обстоятельством (нажрался, сволочь, в общественном месте, при детях, ни стыда, ни совести!), а в другой ситуации – смягчающим (пьет-то – раз в год, а тут как раз день рождения отмечал, а оно вон, видишь, как завертелось…).

Глава 6. «Состав преступления»: конструкция и ее элементы

Что такое состав преступления?

Еще раз приведу 8 статью Уголовного кодекса:

Основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом.

В статье есть словосочетание «все признаки состава преступления». Попытаюсь объяснить вам – что такое состав преступления, ТАК, чтобы вы это запомнили раз и навсегда.

Читатель, представь себе, что ты попал в глухую сибирскую деревню, отгороженную от внешнего мира. Живут там язычники. Законы России в деревне не действуют. И вот вождь язычников молвит тебе: «Слушай, мил человек, вот недавно некто Зоресвет украл серебряный перстень у некоего Святогора. Раньше было просто: нас было мало, все друг друга знали, и преступлений не было никаких. Но мы размножаемся, со временем появились пришлые (из «цивилизации» сюда люди потянулись), нас стало много, и вот и у нас теперь начинается такая же «цивилизация» со всеми вытекающими последствиями. Простые вещи нужно теперь писать на бумаге. Нужен закон. Напиши нам Уголовный кодекс – наш, внутренний». Возвращаешься ты, читатель, в свой терем, берешь перо и пишешь: «Если один человек украдет у другого перстень или вообще что-либо, принадлежащее этому другому человеку, то надо этого первого человека наказать битьем розгами, или вирой в сто рублей, или заключением в темницу на сорок дней». В общем, получилась какая-то чепуха… А если украден будет не перстень, а конь – тогда то же самое наказание? А если перстень – не серебряный, а золотой? А если он не украл по-тихому, а взял внаглую, то есть грабежом? А если тот, кто украл – ребенок? Или украл пьяный, а потом протрезвел и раскаялся в содеянном? Или беременная женщина? А если она украла хлеб, потому что ей детей кормить нечем? А если украденное возвращено? То есть возникает непростая задача – написать как можно меньше о как можно большем. Написать мало, но так, чтобы оно касалось любых преступлений, которых еще нет, но которые могут быть совершены когда-нибудь. Например, можно придумать какое-то количество возможных вариантов совершения кражи, потом придумать некоторое количество вариантов совершения грабежа, потом – вымогательства, мошенничества, клеветы, убийства и так далее… А после всего этого еще и придумать несколько видов субъектов преступления, чтобы отделить детей от взрослых, пьяных от трезвых, больных от здоровых… А потом еще и надо ж учитывать, что бывает и неосторожность, т. е. не хотел вредить, а навредил… в общем, все это – безконечный кошмар… В итоге мученических трудов возникает отличная идея придумать просто некий ОДИН ОБЩИЙ ШАБЛОН ПРЕСТУПЛЕНИЯ, ЛЮБОГО. А уже потом, когда реальные преступления будут совершаться – можно будет брать то, что произошло, и прикладывать это дело к шаблону, в котором все эти мелочи сводятся к некой схеме… Эта история – история о том, как появилось понятие «состав преступления».

В Уголовном кодексе не расписывается такое понятие, как «состав преступления». Но оно подразумевается. Без понимания того, что такое «состав преступления», вы, любезный читатель, в Уголовном кодексе не будете понимать ничего. Что требуется от сотрудников правоохранительных органов, установивших факт совершения преступления и выявивших злоумышленника? От них требуется совместить факт реальной действительности с одним из шаблонов кодекса. То есть совместить преступление со статьей. В Уголовном кодексе есть ряд конкретных статей. И факт реальной жизни должен соответствовать одной из этих них.

Вокруг кипит жизнь. Что-то происходит. Есть факты жизни. Какие-то преступления. И что именно случится завтра – предвидеть невозможно… Но предвидеть надо. Поэтому придуман некий шаблон, схема абстрактного преступления.

Вот произошло преступление – это факт жизни, со всеми ее красками. Это нечто, совершенное в прошлом. («Помню только, что стены – с обоями». В. Высоцкий.) Все размыто, следы затоптаны, сведения заболтаны, память свидетелей подводит, информации о преступлении – много, а из нее надо вычленить необходимую, а из необходимой – правдивую. Не вся информация нужна, из всей информации нужно выбрать то, что свидетельствует о том, что это было именно преступление, то есть отыскать некоторую совокупность ПРИЗНАКОВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ – существенных, значимых, типичных, повторяющихся, характерных для любого преступления вообще… Сверху Законодателем устанавливается некая НУЖНАЯ совокупность сведений о преступлении, которую надо найти; сведений, НЕОБХОДИМЫХ И ДОСТАТОЧНЫХ для того, чтобы ДОКАЗАТЬ. Доказать все: что произошедшее является именно преступлением, каким именно преступлением, что совершил деяние – тот-то, что он виновен, и прочее…

Тяжеловатое определение: «Состав преступления – это совокупность установленных уголовным законом объективных и субъективных признаков, характеризующих деяние как преступление».

Состав преступления (схема 1):

«Состав преступления» – это 4 элемента преступления:

• кого обидели, чему нанесен вред, на что покусился злоумышленник (на жизнь человека, на собственность, на экологию, на половую неприкосновенность) – это ОБЪЕКТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ;

• кто совершил преступление (человек, группа лиц) – это СУБЪЕКТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ;

• как именно совершено преступление, что конкретно сделано для его совершения (дал взятку, ограбил, смошенничал, продавал наркотики) – это ОБЪЕКТИВНАЯ СТОРОНА ПРЕСТУПЛЕНИЯ;

• почему, зачем совершено преступление (вина, мотив, цель, т. е. осознавание, побуждения, стремления преступника) – СУБЪЕКТИВНАЯ СТОРОНА ПРЕСТУПЛЕНИЯ.

Состав преступления (схема 2):

Состав преступления – это совокупность необходимых, типичных и достаточных признаков любого преступления.

Если отсутствует хотя бы один из 4 элементов – то состава преступления нет, ну, не складывается состав преступления, а значит – что? А значит, и преступления нет. Ведь что такое преступление? Читаем еще раз: «Преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания». То есть преступление – это запрещенное деяние! Если оно – именно оно – запрещено – то тогда оно – преступление. «Преступления» в Уголовном кодексе содержатся в виде «составов преступлений» – именно в таком виде. Ответственность наступает при наличии состава преступления! Вот, еще раз:

Основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом.

Грубо говоря, не за «преступление» наказывают, а когда в наличии есть весь состав преступления!

Вкратце рассмотрим все 4 элемента состава преступления.

Субъект преступления

Кто изначально может нести ответственность за совершенное им преступление? Жаба? Снежный человек? ООО «Бумбараш»? Кузькина мать? Ешкин кот? Или все двуногие, включая двулапых птиц? Или это вообще ВСЕ, включая привидения? «Все» – это кто? Кто является СУБЪЕКТОМ преступления?

Русские люди свой язык знают не намного лучше, чем американцы – свой. Вспомните «подлежащее-сказуемое-глагол». С латинского языка слово «субъект» буквально переводится как «подлежащее»¹ и обычно означает того, КТО действует, точку исхода воли, некое осознанное волевое начало. Таким образом, в общем «субъект преступления» – это тот, кто совершил преступление. Это с общеязыковой точки зрения. А с сугубо юридической «субъект преступления» – это некая абстрактная фигура, это часть такого искусственного шаблона, как «состав преступления». В этом шаблоне есть 4 искусственных элемента. «Субъект преступления» – тоже искусственный элемент, некое строение в мыслеобразе, оторванном от действительности, от событий, действий, памяти, выкрутасов, впечатлений, сказки и были, кутерьмы, котовасии. В этом смысле «субъект преступления» – это не тот, кто где-то когда-то зачем-то совершил преступление. ИЗНАЧАЛЬНО не каждый человек, совершивший преступление, является его субъектом (преступником), не каждый несет ответственность, не каждый будет наказан…

Например, ребенок. Он многого не понимает, за многое не отвечает, он еще не взрослый человек, он еще маленький, зеленый. Он еще не состоялся. Он как бы еще не человек. Он совершенно объективно, в силу своего общего развития не все может осознать, понять, осмыслить и даже не полностью руководит своим поведением. В конце концов, он внушаем. А еще неустойчив, импульсивен. С детей несправедливо требовать УЖЕ как со взрослых, состоявшихся, окончательных.

А больные люди? То же самое: как можно требовать от человека отвечать за свои поступки, если он толком и не осознает и/или не контролирует свои действия? Он сумасшедший, что с него возьмешь? Здоровый взрослый человек, совершая преступление, делает выбор – «совершать или не совершать», а у сумасшедшего, если он безумен?

Возраст и психическое здоровье – это полноценная часть такого понятия, как вина, которое мы с вами частично рассмотрели ранее…

Все это, конечно, учел законодатель. Вот, читайте:

Статья 19 УК РФ. Общие условия уголовной ответственности
Уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее возраста, установленного настоящим Кодексом.

(Для самых молодых читателей сразу поясняю: «физическое лицо» – это человек, а «юридическое лицо» – это не человек, это предприятие, учреждение или организация.)

Это значит, что с сугубо юридической точки зрения НЕ ЯВЛЯЮТСЯ СУБЪЕКТАМИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ (а значит, не подлежат уголовной ответственности):

– не люди;

– юридические лица;

– люди, которые еще не достигли какого-то возраста;

– все невменяемые люди.

Вот, собственно, и все. Осталось рассмотреть три немаловажных момента:

– с какого возраста наступает уголовная ответственность (т. е. в каком возрасте человек подпадает под определение «субъект преступления» и его уже можно/нужно привлекать к уголовной ответственности, наказывать)?

– что такое вменяемость и невменяемость?

– существуют ли особые «субъекты преступления», когда им, субъектом преступления, не может стать любой человек, даже если захочет?

Начнем с возраста.

Привожу статью 20 Уголовного кодекса (пока можно сильно не вчитываться):

1. Уголовной ответственности подлежит лицо, достигшее ко времени совершения преступления шестнадцатилетнего возраста.
2. Лица, достигшие ко времени совершения преступления четырнадцатилетнего возраста, подлежат уголовной ответственности за убийство (статья 105), умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (статья 111), умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью (статья 112), похищение человека (статья 126), изнасилование (статья 131), насильственные действия сексуального характера (статья 132), кражу (статья 158), грабеж (статья 161), разбой (статья 162), вымогательство (статья 163), неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (статья 166), умышленные уничтожение или повреждение имущества при отягчающих обстоятельствах (часть вторая статьи 167), террористический акт (статья 205), прохождение обучения в целях осуществления террористической деятельности (статья 205.3), участие в террористическом сообществе (часть вторая статьи 205.4), участие в деятельности террористической организации (часть вторая статьи 205.5), несообщение о преступлении (статья 205.6), захват заложника (статья 206), заведомо ложное сообщение об акте терроризма (статья 207), участие в незаконном вооруженном формировании (часть вторая статьи 208), угон судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава (статья 211), участие в массовых беспорядках (часть вторая статьи 212), хулиганство при отягчающих обстоятельствах (части вторая и третья статьи 213), вандализм (статья 214), незаконные приобретение, передачу, сбыт, хранение, перевозку или ношение взрывчатых веществ или взрывных устройств (статья 222.1), незаконное изготовление взрывчатых веществ или взрывных устройств (статья 223.1), хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (статья 226), хищение либо вымогательство наркотических средств или психотропных веществ (статья 229), приведение в негодность транспортных средств или путей сообщения (статья 267), посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля (статья 277), нападение на лиц или учреждения, которые пользуются международной защитой (статья 360), акт международного терроризма (статья 361).
3. Если несовершеннолетний достиг возраста, предусмотренного частями первой или второй настоящей статьи, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством, во время совершения общественно опасного деяния не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, он не подлежит уголовной ответственности.

Вот вам сразу вопрос на засыпку. Представьте себе, что 13-летний ребенок совершает убийство. Он еще недостаточно взрослый для того, чтобы ПОЛНОСТЬЮ ОСОЗНАВАТЬ значимость своих действий, но в целом он все понимает… То есть наличие ВИНЫ вроде бы есть, его преступление является, наверное, «виновно совершенным». Ну, значит, этот ребенок должен нести за это преступление ответственность и должен быть наказан? Нет, не должен. Ибо нет состава преступления! Ведь КТО ИМЕННО несет ответственность за преступление: «Уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее возраста, установленного настоящим Кодексом». Что это за возраст? Часть 1 статьи 20 Кодекса: «Уголовной ответственности подлежит лицо, достигшее ко времени совершения преступления шестнадцатилетнего возраста». Однако ж есть и 2-я часть той же статьи, где есть уточнение, из которого видно, что за убийство ответственность наступает с 14-летнего возраста. В том примере, который мы рассматриваем, ребенку – 13 лет. Уголовной ответственности он не подлежит, наказан не будет. Почему? А он не является «субъектом преступления»! Ну, не подпадает он под определение «субъект преступления». Возрастом не вышел. Иными словами, в данном случае нет состава преступления… Наказывать некого.

Итак, ответственность за убийство наступает с 14-летнего возраста. Ну, а с какого возраста наступает ответственность за кражу, за изнасилование, за клевету, за незаконное изготовление оружия и т. д.?

Еще раз полностью приведу ОБЩУЮ норму:

Уголовной ответственности подлежит лицо, достигшее ко времени совершения преступления 16-летнего возраста.

Таким образом, человек несет уголовную ответственность в том случае, если преступление совершено им после того, как ему по паспорту исполнилось 16 лет. При учете исключения из этого правила – того исключения, которое приведено выше – часть 2 статьи 20 УК РФ, т. е. есть случаи, когда уголовную ответственность человек несет с 14-летнего возраста (убийство, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, грабеж, вымогательство, участие в незаконном вооруженном формировании и прочие…).

Это относительно правильный подход. Почему «относительно»? Потому что ответственность связана с понятиями добра и зла, а добро и зло человек чувствует обычно задолго то того, как ему исполнится 14 лет (кто-то скажет, что это чувствуют уже трехлетние дети, и будет прав, но это не правовой вопрос). Это значит, что как личность, человек способен осознать опасность и/или вредоносность своего деяния задолго до 14-летнего возраста. Поэтому на мой взгляд, было бы совершенно разумно ввести уголовную ответственность за ряд преступлений (например, убийство с особой жестокостью и прочее) с 12-летнего возраста, а то и раньше. И ничего ужасного в этом нет. Если общество дошло до того, что уже не способно воспитывать своих же детей, то снижение возраста несения уголовной ответственности – логичный шаг, соответствующий так называемым «современным реалиям». В обществе, в котором нет родительского авторитета, «царя в голове» и порки розгами, а есть идиотическая вакханалия в интернете и бесы на телевидении, ужесточение законодательства – нормальная (не чрезмерная) мера наведения порядка.

Так, ну а что же делать с жертвами демократизации? Что делать с теми, кто вырос в так называемой «свободной стране»? То есть с теми, кому уже ого-го сколько годков, а оно и в ус не дует, потому что по извилинам в голове тараканы ползают? Сейчас же не на книгах вырастают, а на телевидении, на идиотских выкриках из ящика для дураков… Медленно стекает-падает слюна на экран сотового телефона. А в Кодексе и это предусмотрено: если человек все-таки достиг предусмотренного в Уголовном кодексе возраста (т. е. 16-летнего или – для некоторых составов преступления – 14-летнего), но вследствие отставания в психическом развитии во время совершения общественно опасного деяния не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, он не подлежит уголовной ответственности. Об этом сказано в части 3 статьи 20 Кодекса (приведена выше).

С возрастом мы разобрались. Какое бы «преступление» в общеязыковом смысле этого слова ни совершил бы маленький ребенок, «преступлением» в сугубо юридическом смысле этого слова оно являться не будет, потому что ребенок «не тянет» на «субъект преступления»… и уголовной ответственности он не подлежит, он «не отвечает» за совершение общественно опасного деяния в силу возраста (и связанных с возрастом особенностей).

Теперь о невменяемости.

Сразу же привожу пример. Какой-то непонятный хмырь в солнечный денек вышел из каких-то ворот с канистрой, подошел к стоящему автомобилю, разбил водительское стекло, полил машину изнутри и снаружи жидкостью из канистры, поджег все это, автомобиль загорелся и взорвался. Потом выяснилось, что вышеуказанный «непонятный хмырь» – психически больной человек, ненадолго выписанный из соответствующей лечебницы. Вопрос: является ли то, что он совершил, преступлением? Его действия преступлением не являются, потому как нет состава преступления. Машина взорвана, а «преступления» нету. Потому что «психически больной человек» сродни смерчу или оползню… Он собою не управляет, он, можно сказать, действует неосознанно, его наказывать не за что: ВИНЫ его ни в чем нет. Вот так. А давайте усложним этот пример: представьте себе, что этого человека выписали из лечебницы незаконно. То есть некто, допуская, что этот псих опасен, выпускает его на свет божий. Получается, что машина сожжена по вине попустительства, неосторожности какого-то сотрудника больницы, она сожжена, потому что кто-то этому косвенно поспособствовал, напрямую этого не желая и даже не предполагая, что это возможно… Стоп. А почему – «не предполагая»? Разве этот работник психлечебницы не обязан такое предполагать? Он незаконно выпускает на волю психически больного человека, который, и это очевидно, может сделать все, что угодно… Лежит ли вина на враче? Отвечает ли он за этот взрыв? Мы с вами, уважаемые читатели, вплотную подошли к понятию «вины». Вина – это часть основного понятия уголовного права «состав преступления». Вообще вина проявляется в двух формах – в форме умысла или в форме неосторожности. Да, в Уголовном праве существует серьезное понятие – «преступная неосторожность»… Есть ли некая причинно-следственная связь между незаконным выписыванием сумасшедшего из лечебницы и совершением этим безумцем преступления? Являются ли действия врача «преступной неосторожностью»? Прочтя эту книгу полностью, вы сами ответите на этот вопрос.

1.Субъект от лат. subjectus «лежащий внизу; подчиненный, подданный» (прим. ред.).

Bepul matn qismi tugad.