Kitobni o'qish: «Дневник памяти»

Глава 1

День 1

Мне кажется, что у всех людей есть страх, маленькая крупинка которого может изменить всю жизнь. Стоишь ты дома, ничего не чувствуешь, но если дом внезапно окажется на краю пропасти, страх тут же придет, его даже звать не нужно.

Я уверена, что страхи рождаются в нас задолго до рождения. Давай подумаем. Если человек боится высоты, значит в прошлой жизни он был птицей, которая неудачно повредила крыло и из-за этого разбилась с большой высоты. Если кто-то боится львов, то тут все просто, в прошлой жизни его слопал этот самый лев и теперь душа хочет подсказать мозгу грядущую опасность.

Я боюсь темноты, всегда ее боялась, иногда даже когда моргаю. Бурная фантазия только усугубляет этот страх. Моим подругам ничего не стоит войти в темную комнату, даже в чужом доме, и без страха проводить там столько, сколько им хочется. Я так не могу, в темноте я вижу голодных животных, клоунов-убийц, мрачного жнеца, дьявола, да кого угодно, все, только не что-то хорошее.

Мой страх появился у меня при рождении. Хорошо, что люди рождаются зрячими, а не слепыми, тогда бы я жила в постоянном страхе несколько лет.

«Со временем любой обуздает собственный страх.»

Так всегда говорит мне мама. Да что она может сказать, она ничего не боится, она может спасти меня когда и где угодно. А я не такая.

Привет, дневник, меня зовут Мари, мне четырнадцать лет и я буду записывать в тебя все, что захочу, приятно познакомиться.

День 2

Привет, дневник, соскучился ? Лично я очень сильно. Хочу с тобой поделиться тем, что было вчера.

Вчера я гуляла, заходила к соседям, но никого не было дома. Все работали, но это ничего, куда пропали все дети? Обычно их довольно много, но в этот раз была пустота и тишина, которая в ту же секунду прекратилась. Сначала звук был тихий, но со временем становился все громче, громче обычного.

Такие звуки я слышу каждый день, но с каждым днём они усиливаются, надеюсь, что ничего страшного не случится.

После этого ко мне подбегает мама и без объяснений отводит домой, кладет меня в кровать и укрывает теплым одеялом.

Помнишь я говорила о том, что боюсь темноты, так вот, в нашем доме свет горит всегда, вот так мама обо мне заботится.

Мама работает пекарем, еды у нас всегда много, но эта работа забирает у нее слишком много времени. Мне не хватает ее любви, но я вижу, что она старается.

У некоторых детей моего возраста вообще нет родителей, бедняги. Раньше я спрашивала у них про родителей, но они молчат. Наверно не хотели тревожить детские травмы. Сейчас я уже не задаю такие вопросы.

День 3

Сегодня меня приснился сон. Я вижу животных, которых показывают по телевизору, дома, дороги. Я иду одна, но что-то тут не так. Начинает быстро темнеть, слишком быстро темнеть. Мне становится страшно, я начинаю бежать. Нужно перестать о чем-либо думать. Нет, я так не могу. Сейчас из-за угла на меня выпрыгнет собака и начнет меня кусать или я наступлю на мину и больше никогда не смогу двигаться.

Но тут мой страх немного ослабевает, я вижу свет, свет во тьме.

Я бегу изо всех сил, несколько раз чуть не падаю, но не падаю. Дверь дома была открыта. Я вхожу и вижу страшное. Я вижу маленькую девочку в коляске. Через мгновение в доме появляются мои родители. Я бегу к ним с объятиями, но пробегаю сквозь них и в ту же секунду понимаю. Они ненастоящие. Значит в коляске не просто какая-то девочка, это я.

Света в доме все меньше, тьма поглощает и его. Ещё я слышу ужасный звук, маленькая я начинаю рыдать.

Итак, сегодня я начинаю сходить с ума от этого звука. Скрежет слышно везде, нигде от него не убежать.

Опять нет никого на улице, мама на работе и я решаюсь сходить в гости к старику Джесси. Джесси живёт недалеко и он очень старый, на самом деле, когда я родилась, он уже был достаточно стар.

Раньше папа и старик Джесси дружили, но потом папа пропал. Мне никто не рассказал, куда он ушел, но только не мой старый друг. Джесси рассказал, что папа ушел высоко-высоко и больше никогда не вернётся. А может он ошибается и папа скоро вернётся. Хочу в это верить. Мама никогда не говорила о папе, общие фотографии она спрятала или выкинула.

Дневник, мне обидно, что никто мне ничего не рассказывает, но после долгих уговоров Джесси все же сломался и сказал, что завтра расскажет мне об отце.

После этих слов я крепко обняла его и он позволил, у него нет детей, а я часто к нему захожу.

P.S. Интересно, он согласился рассказать это потому что я попросила или потому что этот жуткий звук подтолкнул его к рассказу.

День 4

Сегодня утром я пошла с мамой на работу, она учила меня делать выпечку. Мама говорит, что у меня хорошо получается, но я вижу, что она говорит неправду. Все мои булочки вздулись, некоторые сгорели, но мне приятна хоть чья-то забота.

Солдатам еда понравилась, один даже улыбнулся и подмигнул мне. Почему-то постепенно все мужчины в нашем городе становятся солдатами и ходят исключительно в форме и с оружием, в такие моменты я чувствую себя в безопасности, они всегда помогут.

Позже я услышала разговор двух из них. Они говорили, что мы все в опасности и этот звук неспроста. Мне постепенно становится страшно.

Потом они начали говорить про небо, что один из них видел его во сне, что оно необычайной красоты, что оно усыпано желтыми точками.

Я никогда не видела ничего такого, только землю и бетон, всю свою жизнь.

Мама отпускает меня домой, но я не говорю ей, что пойду к старику Джесси.

Вот он, долгожданный момент. Я стою перед его домом, сегодня я все узнаю.

Дверь была открыта и Джесси не было дома. На столе я нашла записку.

«Дорогая Мари, сегодня ко мне пришли военные, я должен им помочь, прости. Ты хотела узнать о Пите. Пит всегда был любопытным парнем, ты точно такая же. Четырнадцать лет назад, когда ты родилась, он хотел всем доказать, что на поверхности безопасно, что ничего уже не мешает нам вернуться к старой жизни.

Я был рядом с ним в тот момент, когда он начал подниматься по лестнице на волю. Я помню это и мне больно это вспоминать. Ровно четырнадцать лет назад крышка люка открылась, твой отец вышел. Все было хорошо, слишком хорошо чтобы быть правдой. Люк закрылся сразу же и всего через несколько секунд я услышал крик, нечеловеческий крик, но его издал Пит. Этот крик был настолько громкий, что был слышен даже через толстые стены нашего бункера.

В этот день я поклялся заботиться о тебе.»

День 5

Весь день я не могу найти себе место. Может папа жив? Почему он решил выйти на поверхность? Почему именно когда я родилась?

Не хочу впутывать маму в эти дела, лучше подожду возражения Джесси.

Похоже этот звук скоро убьёт меня. Не могу его больше слушать, а люди делают вид, что ничего не происходит.

Утром я решаюсь прогуляться в нашем местном лесу. Путь туда будет тяжёлый, но звуки леса точно заглушат остальные неприятные звуки.

С собой я беру только воду.

«Лес прокормит всегда»

Так говорят все, кого я знаю. В детстве я любила убегать в лес и проводить там все свое свободное время.

В лесу я встречаю много растений и собираю некоторые из них. Под деревьями часто растут грибы. Я их не люблю, но в крайнем случае съесть могу.

Животных в наших лесах нет и никогда не было. Хотела бы я покататься на лошади, как девушка в фильме, который вчера показали. Хочу побегать за зайцами, обнять овцу и ухаживать за собакой.

Давно я тут не была, прежняя тропинка уже исчезла и похоже я потерялась, хотя лес не такой уж и большой.

«Бояться ненужно, нужно просто идти»

Говорю я себе всю дорогу.

Через несколько минут мне кажется, что я оказываюсь в сказке. Деревья такие высокие и необычные. Я поражена красотой, раньше такого не было.

Помню как мы с мамой собирали ягоды в этом лесу. Кажется, это было совсем недавно, но это было несколько лет назад.

С тех пор лес очень сильно изменился. Я наслаждаюсь видом. Хоть настоящий лес и показывают по телевизору и там тоже ничего живого не найти, тут ощущение совершенно другое. Лишь одно слово крутится у меня в голове – безопасность. Слишком безопасно.

Через несколько минут я нахожу то, что хотела найти. Камень с которого можно увидеть весь лес, мой камень. Я медленно забираюсь на него и долго молчу, навевают воспоминания.

Будто совсем недавно я гуляла здесь с Ким, танцевала с Джи и собирала цветы с мамой.

Как-то раз мы с Ким сбежали из города, мы хотели начать жить в лесу. По телевизору тогда показывали много передач про выживания, просвещали население на всякий случай, живём же в необычных условиях. И в один день мы с Ким вдохновились этими передачами. Идея пришла быстро и также быстро была реализована. Мы взяли с собой только рюкзаки и воду. Воды хватило бы на один день максимум. Но мы же верили, что сможем выжить абсолютно без всего, но на всякий случай все же взяли воду с собой.

Первый день в лесу прошел успешно. Мы разделили обязанности. Ким делала палатку и разводила огонь, а я искала еду. Тогда ещё в озере была рыба, много рыбы. Из передач я знала как сделать удочку. Взяла у Ким длинную палку, она будет основой. Леску будет найти сложнее. Я долго думала и пришла к идее, что нитки из нашей одежды отлично подойдут. Все равно крепче или тоньше материала в лесу я точно не найду. Пришлось слегка укоротить мою футболку, благо на улице лето, а если что, то наш костер не даст мне замерзнуть ночью. Почти все готово. Осталось найти крючок и наживку. Я начинаю с самого лёгкого, с наживки. Не найдя даже что-то похожее на лопату, я начинаю копать руками. Мне везёт, земля влажная и легко копается. Через десять минут у меня выкопано три червя, они небольшие, но хоть что-то.

Осталось самое сложное – крючок. Нужно найти металл в лесу. Звучит как невыполнимая задача. По телевизору говорили, что раньше люди часто выкидывали мусор куда угодно, в том числе и в лес. Тогда легко было найти что-то железное.

У нас за этим следят, никто не выкидывает мусор на пол. А копаться в помойке не очень хочется, да и до ближайшего мусора нам идти довольно долго.

Тут мне внимание привлекает мой ремень, возможно единственный металлический объект в этом лесу. Ничего не остаётся кроме как и его пустить в дело.

Добыть металл это одно, а вот разобрать его уже очень сложно. Я так думала до того, как только пришло время заточить самодельный крючок.

В телевизоре металл был тонкий, настолько тонкий, что мужчина мог рвать его руками. Я не сдаюсь, беру в руки камень и начинаю бить по куску железа. Через час удочка готова. Конечно, можно было бы сделать её лучше или удобнее, но мой желудок был против любых изменений в итак уже идеальную удочку.

Ближе к вечеру я поймала две больших рыбы. Как раз по одной каждой.

Сил больше нет, я падаю в только что сделанную палатку и прошу Ким приготовить рыбу. Моя подруга замечательно готовит.

Ночью мы смотрим на деревья и постепенно засыпаем.

Утром нас находят родители, нас выдал костер.

День 6

Мама начинает задерживаться все больше. Из развлечений остался только ты, дневник.

У меня появился план. Мне хочется узнать, что здесь происходит.

Завтра днём я пролезу в вентиляционное отверстие, благо оно большое, и попытаюсь услышать хоть что-то. Если мне ничего не говорят, то остаётся только такие «грязные» методы.

Для совершения плана мне нужно: еда, вода, попытаться не быть замеченной и вечером рассказать маме, что ничего интересного за сегодняшний день не произошло.

P.S. Я не могу уснуть, слишком сильно волнуюсь. Нужно поспать, чтобы завтра было много сил.

День 7

Мне казалось, что только в моем доме свет горит постоянно, оказалось нет.

Утром я собрала продукты: несколько горсточек хлеба и бутылку воды, негусто.

Положила все в маленький рюкзак и началось мое маленькое путешествие.

Я вышла из дома без особых сложностей, на улице по-прежнему ни души до сих пор. Я начинаю вспоминать, где легче всего будет оказаться в вентиляции незамеченной. Ответ приходит моментально – пекарня.

Все здания нашего города соединены общей схемой вентиляции, и довольно большой. Попасть туда не составит труда, а вот не шуметь, это будет трудно.

Пекарня находится буквально в нескольких шагах от моего дома, но шаги длятся вечность, меня разрывают вопросы, и самый главный из них – что там наверху?

По пути мне встречаются только пустота, ее здесь слишком много, обычно кто-то разговаривает, но сегодня никто не сможет заглушить мои шаги и мне приходится шагать медленнее и тише.

Буквально через две минуты я стою у главного входа в пекарню, приоткрываю дверь и не вижу ничего подозрительно, работа идет полным ходом. Да, и я все свое детство проводила здесь, значит никто даже не заподозрит неладное.

Довольно быстро я нахожусь у цели, вентиляция смотрит на меня холодным металлом. Система вентиляции в пекарне, да и во всем городе незамысловатая и ее легко открыть даже мне. Зачем они сделали такой простой вход? Чтобы следить за нами? Потому что вентиляция слишком важный объект? Или банальная недоработка?

Не хочется верить в эти версии, ведь это означает, что появляется возможность увидеть кого-то в итак не маленьких проемах.

Все, я внутри, нужно перестать думать обо всем, только слушать. Каждый шаг очень громкий, я не могу двигаться тише, остаётся только медленнее.

Мне везёт, примерно через минуту ползания я замечаю несколько поваров, они говорят только о еде и я не всегда могу их понять, неинтересно.

В следующей комнате сидит уборщик и думает о жизни. Раньше он был преподавателем, но потом что-то случилось и он «сломался», сломался внутри. Довольно интересный мужчина, но я здесь не за этим.

Несколько минут я медленно передвигаюсь, везде тихо.

И тут мне везёт, долгие минуты в вентиляции вознаграждаются. Я вижу генерала. Никогда не могла запомнить его имя, но помню, что его часто показывают по телевизору. Он сидит один и с кем-то разговаривает.

«Я понимаю, что ситуация выходит из под контроля, но поймите меня, у меня люди в панике, они не могут спать из-за этого звука. Хорошо, понял»

В комнату заходит ещё кто-то, кого я никогда не видела. Они начинают обсуждать ситуацию.

Оказывается, недавно произошло что-то страшное, ещё до моего рождения. За пять лет до этого солнце погасло.

Стоп, что такое солнце?

Так вот, солнце начало расти и на земле стало слишком жарко, но растения и животные смогли адаптироваться, больше никто их не видел утром, они выходили только ночью.

А потом была вспышка, вспышка, которая погубила много людей.

Некоторые успели заранее построить бункеры и спрятаться там, но их запасы давно закончились.

Наш бункер большой и начал строиться задолго до этих событий.

А что же произошло с теми, кто не успел или не захотел прятаться в бункере?

Через секунду я получаю ответ. Они выжили, но получили большие ожоги, с которыми можно жить, но это ещё ничего. Солнце прожгло им глаза, они все стали слепые.

В первое время они ещё пытались жить обычной жизнью, но никто и года не протянул.

У них было два выхода: умереть или начать есть мясо. Но как можно охотиться без зрения, без способностей, с ожогами, которые никто уже никогда не вылечит?

Ответ банален, но до жути ужасен. Они начали есть друг друга.

Так вот почему мы живём под землёй, тут безопасно.

Постепенно эти «новые» люди, которые уже больше зомби, чем люди, стали все больше непохожи на нас.

День 8

Так вот почему отец выбрался наружу, он не хотел верить в то, что «новые» люди злые. Может быть он был прав?

Постепенно звук становится тише и можно даже поспать без помех, как раньше. Люди появляются в городе, жизнь налаживается, но не для меня. Мне нужно узнать, что происходит на поверхности и найти отца, если он ещё жив.

Вот мой план: нужно пробраться к люку и послушать «их» голоса, может быть старик Джесси ошибался и это был не крик папы, а «их» крик. После этого мне нужно выбраться наружу и искать. Нужно не забывать, что на поверхности нет освещения, потому нужно будет найти несколько фонариков.

День 9

Иногда мне кажется, что мама не замечает меня, она приходит домой и уходит на работу, а я живу сама по себе.

Сегодня я гуляла по городу в поисках фонарей или чего-то, что может излучать свет и нашла моего старого друга, Мартина. Он младше меня, но иногда мне кажется, что Мартин старше меня вдвое. У него нет родителей, нет эмоций и, по его словам, нет будущего. Мне нравится Мартин, он столько всего пережил без родителей и, самое обидное, это то, что у него нет даже надежды на то, что него родители могут быть живы. Родители Мартина погибли, когда ему было всего четыре.

Жуткое было время. У «новых» обострились остальные чувства.

«Адаптируйся или умри»

Кажется такой у них лозунг, хотя они его никогда не кричат.

В тот год «они» были ещё умные. Вентиляция в бункере была стандартная, она не подходила для нас, «новые» этим и воспользовались. Они скидывали свои трупы, точнее те, которые уже успели разложиться достаточно, чтобы даже «они» брезговали их есть.

Вонь быстро распространилась, а вместе с ней и болезни.

Наш глава, тот за которым я недавно наблюдала, приказал отключить вентиляцию, которая работала от электричества. Пришлось выключить весь свет.

Я была ещё маленьким ребенком. Ребенком без защиты, но с очень бурной фантазией.

Военные выходили на поверхность, защищали строителей и вскоре все пришло в норму. Потери были колоссальные. Почти половина бункера исчезла. Среди них были и родители Мартина.

Мартин сказал, что продаст мне пару фонариков, которые он нашел на улице, за пару кусочков хлеба. Я только сейчас заметила, что он очень сильно похудел и буквально трясется, когда разговаривает со мной.

День 10

Сегодня мне приснился отец. Мы с ним танцевали на поверхности. Трава щекотала мои ноги, солнечный свет падал мне на лицо.

После танца я оглянулась и увидела безумно красивый мир, в котором есть только папа и я.

Постепенно становится темно и папа исчезает. Я остаюсь одна в темноте. Темнота быстро поглощает меня и я начинаю кричать. Мне кто-то закрыл глаза.

Просыпаюсь в поту, сердце быстро колотится, но я быстро прихожу в себя.

Первый пункт моего плана самый лёгкий. Охранники люка добрые, перед ними можно ходить, четырнадцатилетняя девочка точно не откроет люк и я этим воспользуюсь.

Сегодня у люка стоит Джи и какой-то новый парень, который выглядит довольно угрожающе.

Джи 23 года, он хорошо сложен физически и всегда придет на помощь. У него красивые голубые глаза и короткие белые волосы.

И так, мне очень страшно подходить к люку, после записки Джесси и услышанного разговора генерала.

Я подхожу к Джи, мы немного разговариваем, и тут я слышу слабый вой, такой, который был недавно слышен во всем бункере, только немного тише.

Я спрашиваю у Джи про эти звуки, он говорит, что это «иные».

Джи не хочет меня пугать, пытается уводит тему, но я все прекрасно понимаю. У «них» закончилась еда и теперь они хотят съесть нас. Хорошо, что стены бункера не позволят «им» пробраться. По крайней мере нам так говорят по телевизору.

Примерно через час я слышу заветный звук, который в точности похож на тот, который Джесси передал в письме.

В голове у меня промелькает только одна мысль.

«Этот звук издает человек, но от этого человека уже мало.

Напарник Джи поднимает тревогу, в то время как Джи быстро отводит меня домой.

День 11

Первый пункт плана выполнен. Осталось всего два.

Сегодня я иду на работу с мамой, но не говорю ей, что мне нужно несколько кусочков хлеба. Я хочу сделать побольше, ради Мартина, ради его худого тела, ради его будущего.

Прошло несколько часов, мои карманы набиты хлебом, самое время уходить. На улице ещё светло.

Первым делом я хочу найти Мартина, но его нигде нет. Надеюсь, что с ним все хорошо.

Наступила ночь и я возвращаюсь домой, моего худого друга я сегодня не найду.

День 12

Я сплю больше обычного, сказалась вчерашняя усталость. Открываю глаза и вижу перед собой Мартина. У него в руках подарок, а на лице улыбка.

Как я могла забыть про свой день рождения?

Бедный Мартин, ему нечего есть, а он тратит последние деньги мне на подарок, хотя все забыли про этот день. В бункере никто не празднует. Нет никаких праздников, но только не для моего маленького друга. Мартин всегда был другим.

В его коробке лежит не два, а целых пять фонариков. Где он мог сильно найти? Надеюсь, что он не стал их воровать.

Оставшуюся часть дня мы проводим вдвоем и веселимся, больше никто не пришел на день рождения, как всегда.

День 13

Ну вот и все, дневник, это последняя запись в безопасности, дальше меня ждёт неизвестность. Мне сложно подобрать какие-то слова. Я возьму тебя с собой.

Мой рюкзак заполнен вчерашними подарками, дневником и едой на первое время, потом я найду отца. Если все пойдет не по плану, то я вернусь обратно, все равно никто не заметит пропажи.

У люка стоят какие-то новые охранники, я их никогда не видела. Странно, бункер у нас маленький, а люди появляются новые. Как это происходит?

В двенадцать начинается смена охранников, в это время никто не защищает нас. Мне кажется, что охранники стоят тут просто для того, чтобы жители не волновались и это отлично. Это мой шанс.

Наступает долгожданное время. Люк будет беззащитен всего несколько минут.

На удивление люк легко открывается.

Боже, я забыла, что боюсь темноты, все мои мысли были только об отце. Я медленно поднимаюсь, но становится невыносимо, сейчас на меня кто-то напрыгнет. Я включаю первый фонарь и становится не так уж и страшно. Наши учёные научились получать максимум света практически из ничего.

Вдали виднеется какой-то свет, неужели это правда и отец жив.

Пора прощаться с убежищем, я никогда тебя не забуду, может быть когда-нибудь увидимся.

Глава 2

День 1

На поверхности непривычно холодно, да и свежий воздух я никогда не нюхала. Нужно бежать или идти? Страх мне подсказывает и я начинаю бежать. Мой бег очень громкий. Нужно не забывать, что «иные» обладают отличными слухом. Мне приходит в голову то, что никто уже давно не видел жителей поверхности. Может у них появилось зрение? Хотя зачем, тут все равно темно. Может у них выросли большие когти или клыки?

В голову приходит самая старшая идея. На поверхности сохранились здания, военные здания, заполненные очень опасным оружием. Оружие в руках безумцев может превратиться в неприятности для меня. Но как можно стрелять, если ты ничего не видишь? Огнестрельное оружие только мешало бы «новым», это немного успокаивает.

По телевизору часто показывали передачи из прошлого. Среди них были и исторические. Нам показали кадры, страшные кадры. Люди воевали и умирали.

Жителям бункера часто показывают ошибки прошлого, надеясь на лучше будущее. Может это сработало, воевать мы перестали, но как можно причинять кому-то боль? Если бы такой человек и появился, то его сразу бы выгнали на поверхность.

Нужно перестать думать. Я замечаю первую большую проблему, если не считать страх. Время. Сколько сейчас времени? Я забыла взять часы.

В бункере всегда горел свет, но его яркость строго зависела от времени. Тут же все иначе, кромешная тьма.

Я быстро устаю и решаю, что нужно разбить лагерь, благо небольшой опыт у меня есть. Первый фонарь медленно разряжается, но его должно хватить на всю ночь. Как же мне не хватает Ким, она в этом профи, она бы собрала палатку за несколько минут, даже в такой темноте. У меня уходит много сил на поиск палок и веток, но через, по моим ощущениям, несколько часов палатка готова. Огонь я разводить не буду, он довольно громкий, согреюсь фонариком, все равно его свет никто не увидит. В желудке урчит, нужно завтра первым делом найти еду.

День 2

Это была самая ужасная ночь в моей жизни. Тот шум в бункере был ещё очень тихим, по сравнению с этим. Видимо я проснулась утром, птицы поют как в телевизоре. Непривычно и очень громко. Под землёй привыкаешь к тишине, особенно когда над тобой есть кто-то, кто хочет тебя убить. Глаза слипаются, желудок требует еды, но я забываю обо всем, когда вижу след, через секунду ещё один. Кто-то проходил возле меня ночью. Это были «они»? Надеюсь, что это просто было какое-то животное, по телевизору показывали очень много животных, но вот их следы я никогда не видела. Нужно быстро уходить, фонарик после целой ночи работы может ещё излучать свет. Я выпиваю немного воды и ухожу.

Та яркая точка стала больше, но этого недостаточно, я иду слишком медленно.

Желудок начинает бунтовать и начинает издавать очень громкие звуки. Меня могут обнаружить.

Начинаю вспоминать программы, которые смотрела. Может я смогу сделать лук? Или попробовать найти грибы? Нет, нужно найти магазин. Если люди придумали такие мощные фонари, то у меня появляется шанс. Хотя эти же люди придумали вентиляцию, которая нас чуть не погубила. Выбора нет, в ботанике я не сильна.

В пути я теперь только и смотрю на землю, пытаясь найти следы и если найду, то поверну в другую сторону. Пока все чисто.

Ура, спустя кучу времени я нахожу долгожданный магазин. Я что-то слышу, слабый звук. Может тут кто-то есть? Голод заставляет меня идти вперёд.

На полу лежат какие-то книги, я пытаюсь пройти мимо них и при этом не издать подозрительные звуки.

Книг очень много, но среди них я нахожу мое спасение – инструкция по выживанию. Этот журнал показывали по ТВ и в этой книге есть картинки с ягодами и грибами, которые можно есть.

Внезапный звук прерывает мою радость. Я снимаю рюкзак с плеча и через секунду журнал оказывается у меня в портфеле.

Что-то начинает издавать довольно громкие звуки, достаточно громкие, чтобы их кто-то услышал кроме меня. Я не могу понять, почему источник звуков стоит на одном месте? Может он нашел что вкусное? Я решаю подождать, может он уйдет и оставит мне хоть что-то.

Проходит, по ощущениям, минут десять, но «оно» не уходит. Все, я больше не могу ждать, нужно посмотреть, если ли там еда и убегать. Я медленно высовываю голову и вздыхаю с облегчением.

«Новых» здесь не было. Шум издавали два зайца в силках. Один уже не двигался, а второй все хотел убежать на волю. Вот и еда. Эта мысль не даёт мне покоя. Но я впервые в жизни вижу зайка, живого зайца. Радость переполняет меня, по телевизору они совсем другие, похоже записи были очень старые. Эти зайцы были больше старых. Мне это даже больше нравится, больше еды.

Я делаю шаг и останавливаюсь в панике. Кто установил эти силки? Неужели это «они»? Может кто ещё выжил из людей? Или эта ловушка осталась ещё со старых времён, когда все было хорошо?

Нет. Кто в здравом уме поставит подобное в мирное время?

Думать нет времени, а выводы простые, я тут не одна и это уже точно. Буду осторожнее, может этот кто-то поставил ещё ловушки на добычу побольше. Да и он скоро может вернуться, зайцы много шумели.

Забираю зайцев и убегаю из последних сил, пока других ловушек я не вижу. В лесу меня будет сложнее найти.

Открываю книгу и хочу найти там что-то про зайцев. Сразу же возникают две проблемы: мне нужен нож и огонь. Огонь??

О нет, почему мясо так долго жарится? Меня могут найти за это время, да и находиться на одном месте так долго это самоубийство в таких местах.

Иду в лес, нужно срочно найти ягоды, иначе я не выживу, сил почти нет. На первом кусту растут ядовитые ягоды, если верить справочнику. Второй куст поверг меня в шок, таких ягод я никогда не видела и в книге нет ничего похожего. Неужели появились новые виды ягод? У природы свои правила. Третий куст я знаю, такие ягоды росли в у меня дома. Это снежевика. Очень опасные ягоды. Одной хватит, чтобы убить взрослого человека.

Мы узнали об их опасности случайно. Райнельсы собирали ягоды для пирога, был совершенно обычный день. В тот день они нашли много кустов снежевики. Марк был главой семьи, большой мужчина, который много ел. Он не удержался и съел одну сырую ягоду. К вечеру он уже не дышал. Мать и маленький сын выжили. Врачи провели эксперименты и нам объяснили, что сок снежевики очень опасен в сыром виде. Если нагреть ягоды, никакого яда уже не будет, поэтому остальная семья выжила.

Беру с собой несколько ягод снежевики на всякий случай. НА САМЫЙ КРАЙНИЙ СЛУЧАЙ.

Я внимательно смотрю на картинки в моем журнале и нахожу заветный куст. Ягода Пика, так мы ее называем в бункере. В книге она именуется «буревика».

Беру ягоды в руки и понимаю, что не ела уже два дня. Ягод очень много и все они сладкие, голод уходит. Теперь мне нужно заняться мертвым зайцем. Нож мне точно не найти, придется обойтись без ножа, у меня есть руки.

В журнале говорят, что снять кожу легко. Одна проблема решена, осталась вторая. Огонь. Нет никаких проблем, в бункере замечательные ученые, с помощью их фонарей можно даже пожар создать, а мне нужна всего искра.

В лесу легко найти палки, на всякий случай я расчищаю землю от всего, что может загореться. Через минуту костер горит красивым желтыми пламенем.

Посуды у меня нет, я просто положила зайца рядом с огнем и начинаю ждать.

Что делать со втором зайцем? Тоже съесть?

По телевизору говорили, что всегда нужно находить компаньона в лесу. Потому я оставляю зайца.

Тебя будут звать «Руби». Интересно, если бы не Руби, то я могла бы превратиться в «нового» человека, как и все на поверхности? Не хочу об этом думать. Хочется верить, что папа тоже нашел себе товарища, может быть даже человека. Было бы отлично, если бы те силки были папины. Эта мысль мешает мне наслаждаться уже готовым зайцем.

Никогда раньше не ела мясо, оно такое вкусное, гораздо вкуснее хлеба. Нужно будет накормить всех в бункере мясом, если я вернусь.

Примерно через два часа у меня начинает болеть живот, видимо организм не может переварить мясо, а может и заяц был не совсем свежий

Одно я знаю точно. Спать я сегодня буду без палатки и с болью в животе.

День 3

Я просыпаюсь в полном мраке. Я забыла сменить фонарь. За ночь он разрядился. Мне страшно и холодно. Нужно быть сильной ради себя, ради отца.

Сейчас наверняка кто-то выпрыгнет из темноты и набросится на меня. Я без какого-то либо оружия становлюсь легкой добычей.

Я слышу какие-то звуки, вот и пришел мой убийца. Его шаги я слышу отчётливо. Маленькие и частые, паника завладевает мной. Я пытаюсь найти рюкзак, но он будто пропал, видимо этот кто-то украл мой рюкзак и хочет со мной поиграть. Значит у него есть разум и это самое страшное, скорее всего передо мной «новый».

«Он» остановился, играется со мной, хочет ещё насладиться моим страхом. В этой панике я успеваю вспомнить передачу, которую я видела в детстве.

«Не дай ему быть главным»

Я машинально делаю шаг вперёд и падаю, что-то лежало прямо у меня под ногами, это был спасительный портфель. Ну, хотя бы я увижу лицо моего убийцы.

Быстро достаю новый фонарик и вижу Руби. Руки трясутся от прежнего страха, неужели все это время я была в безопасности.

Через секунду на моего зайца запрыгивает что-то, какой-то черный кусок шерсти схватил моего Руби. На полу осталась только кровь.

Меня нашли, видимо костер или запах мяса меня выдали. Хватаю рюкзак и бегу. У меня одно направление, эта горящая точка, она уже недалеко.

Я слышу бег, это что-то уже закончило завтракать или ужинать, как же сложно жить без часов.

Я оборачиваюсь и вижу, что мой преследовалась постепенно останавливается. Неужели «он» боится света?

Я поворачиваю голову обратно и вижу ответ на свой вопрос. «Он не боится света, он боится кого-то, чью фигуру я вижу перед собой.

Папа ??