Kitobni o'qish: «Развод. Цена твоей Лжи»

Глава 1

Сегодняшнее утро явно хочет побить все рекорды по уровню стресса и суматохи.

Захожу в роскошный особняк, где всего через пару часов должна состояться одна из самых громких свадеб года — Олега Брагина и Виктории Ланской.

Особняк утопает в зелени, солнце играет на белоснежной арке, лёгкий ветерок касается лепестков роз, которые аккуратно рассыпаны по каменной дорожке.

Красиво, конечно, и романтично до зубной боли, только вот некогда мне любоваться этой красотой — у меня потерялся ребёнок. Точнее, не потерялся, а куда-то убежала моя пятилетняя Василиса, и теперь я бегаю по особняку, сбивая каблуки, и мысленно обещаю себе впредь всегда брать с собой поводок.

— Ты всегда была лучше её, — доносится до меня мужской голос, и сердце неожиданно подпрыгивает куда-то к горлу. — И в постели, и уж тем более с фигурой у тебя порядок. Ты даже после родов не будешь выглядеть так, как Милана.

Останавливаюсь резко, словно врезалась в невидимую стену.

Милана — это я.

Голос…

Нет, не может быть, что это Кирилл.

Мой муж Кирилл Вересов, который никогда не интересовался моей работой и точно не должен быть здесь сегодня. Мне явно мерещится.

Может, нервный срыв?

Переработала?

— А ты уверен, что она ни о чём не догадывается? — звучит теперь женский голос, капризный и вызывающий.

Виктория Ланская.

Невеста.

Моя клиентка.

— Да Милана кроме своих свадеб и ребёнка вообще ничего не видит, — усмехается голос Кирилла. — Она даже не заметила, что последние полгода я с ней сплю через силу.

Кровь в висках пульсирует так громко, что я почти не слышу собственных мыслей. Подхожу ближе к двери комнаты невесты, пытаясь убедить себя, что это какая-то нелепая ошибка, совпадение. Но за дверью раздаются явные стоны и звуки поцелуев.

Прежде чем моя рука касается ручки двери, снизу за юбку дёргает маленькая ручонка:

— Мам, я тут! — Лиса смотрит на меня огромными серыми глазами, и вся моя решительность мгновенно растворяется.

Прижимаю дочь к себе, стараясь не выдать ей своего смятения:

— Василиса, ты куда убежала? Я чуть с ума не сошла!

— Я в прятки играла, — невозмутимо сообщает дочь, глядя на меня с хитрой улыбкой.

— С кем? — удивляюсь.

— Ну, с папой, конечно! Я его тут увидела и решила спрятаться, он же специально пришёл, чтобы со мной поиграть. А он почему-то меня даже не ищет.

Меня снова накрывает волной шока.

Значит, мне не показалось?

Кирилл здесь.

Но что он забыл на этой свадьбе?

В голове проносятся картинки последних пяти лет моей жизни.

Бессонные ночи, когда я укладывала Лису, а потом садилась рисовать эскизы оформления свадеб. Как упорно я шаг за шагом создавала своё агентство «Мечты вслух», нанимала сотрудников, оформляла заказы, переживала и радовалась вместе с каждой парой.

Кирилла никогда не интересовал мой бизнес. Он считал, что это моё маленькое женское хобби, не более.

Телефон резко вибрирует в руке, заставляя меня подпрыгнуть.

— Милана, это катастрофа! — чуть не плачет в трубку Кира, моя помощница. — Я боюсь Брагина. Говорят, он такой страшный и ошибок не прощает! А если ему что-то не понравится?

Я представляю лицо Олега Брагина, его строгий взгляд, чёткие линии подбородка, седину в волосах, которая лишь добавляет притягательности. Вспоминаю его руки, которые, казалось, могли сжать в кулак целый мир, и голос, способный одним словом заставить замолчать всех вокруг.

— Кир, не паникуй. Всё идёт по плану. Что ему может не понравиться? Уж точно не невеста, — зачем-то добавляю, не подозревая, насколько пророческими окажутся эти слова.

Гашу телефон и беру Лису за руку, уже готовая развернуться и уйти. Всё это нелепость. Но вдруг за дверью снова звучит мужской голос, теперь с явным стоном удовольствия.

— Папа тут? — глаза дочери загораются радостью, и прежде, чем я успеваю её остановить, она резко распахивает дверь.

Картина, что открывается взору, оставляет меня без дыхания.

Виктория в откровенном кружевном белье сидит на столе, обнимая ногами полураздетого Кирилла, чьи руки бесстыдно скользят по её телу. Они оба оборачиваются ко мне с одинаковым шоком и ужасом.

— Мам, а почему папа так странно играет? — нарушает наступившую тишину звонкий голосок Лисы.

Я крепко сжимаю её руку, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— Отличный вопрос, доченька, — произношу тихо, собирая всю свою силу воли, чтобы не рухнуть прямо здесь и сейчас.

Глава 2

Я смотрю на сцену перед собой и не могу поверить, что это происходит в моей жизни.

Кирилл замер, как подросток, застуканный родителями в самый неподходящий момент. В глазах паника, он торопливо пытается заправить рубашку в брюки и лепечет:

— Милан, это не то, что ты подумала…

Вот уж клише всех клише.

Едва сдерживаю желание схватить его за волосы и встряхнуть так, чтобы мозги вернулись на место. Но стоит только бросить взгляд на Лису, как вся ярость переходит в желание уберечь её от этого грязного спектакля.

— Не хочу сейчас ничего слышать, — резко обрываю и крепче сжимаю ладонь дочери, отворачиваясь.

Но не успеваю сделать и шага. Виктория, уже втиснувшаяся обратно в пышное свадебное платье, хватает меня за руку. В её глазах ни капли смущения, только злость и страх.

— Только попробуй сказать хоть слово Олегу! — шипит она.

Готовая ответить ей тем же тоном, я открываю рот, но в дверном проёме появляется сам Олег Брагин. Его взгляд острый, холодный, он словно оценивает ситуацию, мгновенно считывая детали.

— Чего именно Милана не должна мне рассказывать? — голос звучит тихо, но в этой тишине он гремит громом.

Повисает гнетущая пауза.

Что же мне делать?

Сказать ему правду — значит, разрушить чужое счастье. Хотя почему я должна жалеть ту, кто даже не задумалась, ломая моё?

— А они целовались! — вдруг звонко заявляет Лиса. — Вот так, прямо как в кино, только громче. Папа и тётя в белом платье. Папа ей платье поднял, а она…

— Лиса! — ужасаюсь, краснея.

Но дочка, не замечая моего смущения, уже переводит своё внимание на Брагина.

— Ой, а вы кто такой красивый? — щебечет она. — Вы ещё красивее этой тёти. У вас костюм такой хороший, глаза красивые, а можно вы будете женихом моей мамы?

Я закрываю глаза от стыда и отчаяния. Кирилл тем временем незаметно выскальзывает за дверь, оставляя меня наедине с разъярённым Брагиным и его неверной невестой.

Олег молчит, губы сжаты в тонкую линию, а Виктория со слезами бросается к нему, умоляя выслушать. Мне становится даже жаль его, такого сильного и властного, внезапно застигнутого предательством.

В этот момент отчетливо понимаю, Виктория глупа настолько, насколько красива. Ведь упустить такого мужчину, как Олег Брагин — это верх абсурда.

Он выглядит, словно высеченный из камня герой древних легенд: высокий, властный, мужественный, с благородной сединой в тёмных волосах и взглядом, пронизывающим насквозь.

— Мам, а почему они спорят? Решают кто красивее? — шепчет Лиса, пока я увожу её прочь. — Тут же и так понятно, что дядя победил.

И правда, Брагин невероятно привлекателен. Глядя на него, я невольно думаю о том, как Виктория могла променять такого мужчину на Кирилла.

Да, когда-то я сама влюбилась в Кирилла: он был уверен в себе, красиво ухаживал, у него был успешный автосалон, который со временем только вырос. Мне тогда было двадцать, а ему уже двадцать пять. Но годы показали его истинное лицо: безответственность, эгоизм, нежелание прилагать усилия.

Уводя Лису в комнату персонала, я мысленно проклинаю себя за то, что оказалась в такой нелепой ситуации. Сколько свадеб прошло через мои руки, и ведь бывало всякое — и невесты в истерике, и женихи, передумавшие в последний момент, но чтобы такое…

Сама попала в сценарий дешёвой мелодрамы, и выхода из него не вижу.

На месте Брагина я бы эту невесту даже слушать не стала, не то чтобы прощать. Но кто знает, как он поступит?

Говорят, что любовь слепа, а мужчины, даже такие сильные и властные, как Олег, порой оказываются бессильны перед женскими слезами и фальшивым раскаянием.

Вдруг он сейчас тоже начнёт её оправдывать?

Или решит, что это просто интрижка на стороне, недоразумение, на которое можно закрыть глаза?

С другой стороны, какое мне вообще дело, как он поступит? Сейчас я должна думать только о себе.

Спустя время в комнату заходит высокий, хмурый мужчина — помощник Брагина.

— Свадьба отменяется, вы можете быть свободны, — сообщает он сухо.

Выходя из роскошного особняка, я ещё раз поражаюсь масштабу всего происходящего. Высокие мраморные колонны, идеально подстриженные газоны, серебристый фонтан, вода в котором сверкает на солнце так, будто кто-то щедро бросил туда горсть бриллиантов. Всю эту безупречную, почти царскую красоту Виктория одним своим поступком превратила в дешёвую мишуру, банальную декорацию для нелепой драмы.

Как можно было так бездумно перечеркнуть собственное счастье?

Нет, серьёзно, ей ведь досталось абсолютно всё: мужчина, от одного взгляда на которого сердце пропускает удар, дом, похожий на дворец, статус, богатство, возможности.

И ради чего?

Ради пары минут адреналина с чужим мужем в свадебном платье?

Виктория сама себя наказала. Интересно только, понимает ли она сейчас, насколько дорого ей обойдётся это предательство? Но почему же тогда из-за её глупости должна страдать ещё и я?

Пристёгивая Лису в детское кресло своей белой Ауди, я глубоко вздыхаю. Внутри всё горит от гнева и боли. Лиса, не прекращая щебетать, задаёт вопросы один за другим:

— Мам, а когда я вырасту, я могу выйти замуж за того красивого дядю? Ой, нет, он же уже будет старым… А может, ты за него выйдешь? Ой, нет, у тебя же уже есть папа…

От её последней фразы больно сжимается сердце.

А есть ли у меня ещё этот папа?

Сама не замечаю, как вместо дома подъезжаю к офису агентства. Наверное, так лучше: я сейчас не выдержу встречи с Кириллом. В офисе сотрудники тут же облепляют сов всех сторон.

Все на нервах из-за отмены свадьбы.

Кира, моя ассистентка, всегда яркая, эмоциональная и склонная к драматизму, уже театрально хватается за голову:

— Брагин нас всех уволит теперь! Ой, мамочки, и куда я теперь без тебя, Милан?

— А я предупреждала, надо было больше розовых пионов, а не белых, — с тревогой перебивает её Эвелина Шульц, менеджер по декору и флористике. В её глазах уже пляшут слезинки — Эвелина всегда воспринимает любую критику или сбой в работе как личную трагедию. — Это всё моя вина, да? Он был так недоволен украшением зала?

— Да при чём тут пионы, Эви? — усмехается Андрей Миронов, наш фотограф. Он прислонился к столу и спокойно наблюдает за этой мини-истерикой. Андрей — единственный из нас, кто даже в стрессовых ситуациях умудряется сохранять хладнокровие. — Наверняка причина в другом. Милан, так что случилось-то?

— Дело не в работе, — пытаюсь успокоить их. — Просто… личные причины.

— Какие причины? — одновременно выпаливают Кира и Эви, глядя на меня широко раскрытыми глазами.

Даже Андрей вскидывает бровь, демонстрируя, что он явно заинтересован узнать подробности.

Но я молчу.

Настоящую причину я точно не стану обсуждать при всех, даже если Эвелина сейчас расплачется, Кира начнёт грызть ногти, а Андрей включит режим тонкого психолога и попробует вывести меня на откровенность.

Сейчас мне бы самой разобраться во всём, что произошло.

Лиса уже убежала в мой кабинет, и я мысленно подсчитываю, сколько ущерба она успеет там нанести. Врываюсь в кабинет, оглядываю стол. Вроде всё цело.

Лиса листает свадебные альбомы:

— Мам, а почему тут все целуются? — серьёзно спрашивает она, разглядывая снимки. — Может, лучше бы все ели торт?

Я тихонько смеюсь, впервые за весь этот безумный день чувствуя облегчение. Но расслабиться не удаётся.

В кабинет влетает Кира, глаза круглые от ужаса:

— Милана, звонил адвокат Брагина! Он… он подаёт на нас иск!

Её слова рушатся на меня, как бетонная плита.

Только этого не хватало.

Похоже, моё безумное утро плавно перетекает в абсолютно безумный день…