Kitobni o'qish: «Нечисть или Фантики»
ГЛАВА 1
Отваливай!
Не счесть нечисти…
Триада «Кривые зеркала»
– К-х-гм…
– К сожалению, вы нам не подходите. Следующий!
– Не понял…
– Что тут непонятного?! – я подняла глаза и осеклась. На меня недоумённо смотрел наш штатный доктор, пытаясь попутно извлечь из нагрудного кармана градусник. Можно подумать, градусником можно измерить степень вменяемости!
Я распсиховалась. Опять нашему дражайшему боссу Гарри Глеру удалось выбить меня из колеи на целый день. Начальник он, конечно, хороший. Но очень уж дотошный. И считает себя вправе знать о своих сотрудниках всё. Абсолютно всё. Включая работу ЖКТ и личную жизнь. У меня иной раз создаётся впечатление, что меня рассматривает под микроскопом какой-то безумный учёный.
Вот и сегодня Гарри учинил мне форменный допрос. И вспомнить-то неприятно.
«Элли, нам нужно поговорить".
«Что случилось, босс?»
В ответ это холодное существо с внешностью скорее необычной, чем привлекательной, глядя на меня в упор, внятно сказало:
«Прекрати приставать к Прику"
От неожиданности я даже не возмутилась. Всё, что я смогла, – это уточнить:
«Почему?»
«Потому что сейчас у нас и так достаточно проблем. Повремените с вашими брачными играми.»
Сомневаюсь, что Глер нарочно хотел задеть меня, просто он никогда не стеснялся в выражениях. Тем не менее, прозвучало это обидно, и я психанула.
«Тебя послушать, так мы тут порнографию разводим!»
В ответ на это босс начал вдалбливать мне законы морали в своей трактовке. Оказывается, мы с Приком (подумать только!) подрываем моральный дух всей команды, позволяя себе неслыханное кощунство: обниматься среди бела дня. И это в то время, когда наша команда понесла потери… («А ничего страшного, что уже больше двух лет прошло?!»)… понесла потери и никак не может найти достойную замену выбывшим. В общем, в трактовке Гарри, мы с Приком отплясываем на костях. В какой-то момент мой мозг отказался воспринимать эту информацию и занялся делом более интересным: разглядыванием продолжавшего вещать босса. Посмотреть действительно было, на что. Высокий, светловолосый, природой он был задуман привлекательным. Но, видимо, что-то пошло не так. То ли бирюзовые глаза были слишком большими, то ли черты лица – слишком тонкими, а может, губы были чуть более пухлыми, чем надо, – трудно сказать. Но в общем и целом внешность производила довольно отталкивающее впечатление.
«Ты меня слушаешь?»
«А?»
«Я говорю, не могли бы вы с Приком повременить с вашими нежностями? Займись лучше подбором кандидатов на наши вакансии. Они вон в очередь уже выстроились, а толку никакого. Не заставляй меня сомневаться в твоей профпригодности.»
Я обомлела от такой наглости, а Гарри, весьма довольный произведённым впечатлением, удалился в свой кабинет.
В течение всего оставшегося дня я, красная от злости, занималась тем, что отметала кандидатов одного за другим. И вот теперь чуть не отсеяла главного виновника всех моих проблем с боссом Прика Бенкса. Да-да, того самого доктора.
– И кто же тогда вам подходит, позвольте узнать? – кажется, доктор готов был смертельно оскорбиться.
– Думаю, какой-нибудь чистопородный… тьфу ты, чистокровный принц, потомок олимпийских богов, сойдёт, – кивнула я. – Но раз уж они у нас не водятся… Ладно уж, оставайся.
Я изо всех сил старалась свести ситуацию в шутку и не потерять при этом лицо. И, кажется, на этот раз удалось. Прик хмыкнул, обошёл стол, за которым я сидела, и наклонился ко мне, чтобы поцеловать. В этот момент, как всегда некстати, затрезвонили в дверь.
ГЛАВА 2
– Дани? Что ты тут делаешь?!
– Я тоже очень рада тебя видеть, – сестра ухмыльнулась и весело подмигнула проходившему мимо Ричу. Тот пробормотал что-то приветственное, побагровел и скрылся из виду. – Уж ты, у вас тут все такие стеснительные?
– Нет, тут у каждого свои заморочки. Рич самый застенчивый. Какими судьбами тебя занесло в наши края? – Я чмокнула Дани в щёку и потащила к себе в комнату.
– Ну, я… э-э-э… проходила мимо и…
– Ага. Мимо Ньюсвелла по пути из Нью-Йорка… прости, я не расслышала – куда? Ты решила пешком пересечь Америку от Атлантики до Тихого океана? – Я ткнула сестру локтём в бок. – Ты так и не научилась врать.
– Не очень-то и хотелось, – Дани надула губы. – Вообще-то, я просто хотела посмотреть на вашу контору. Ты же знаешь, меня с детства интересовали всякие ужасы. К тому же, я сдала сессию, и теперь у меня законные каникулы.
Между делом мы поднялись на третий этаж, где располагались жилые комнаты, и зарулили в мою опочивальню.
– А почему ты мне не позвонила? Я бы тебя встретила.
– Да я, блин, телефон недавно потеряла. Со всеми контактами. Но я звонила в вашу контору. Тебя не было, и какой-то весьма любезный молодой человек пообещал, что непременно передаст тебе номер рейса и время прибытия. Представь, как я разозлилась, когда не нашла тебя в толпе встречающих. Думала уже со психу назад лететь, но любопытство пересилило.
– Странно. Мне никто ничего не передавал. Падай, – Я указала на мягкое кожаное кресло возле стола. – Есть хочешь?
– Не-а. Я перекусила. А у тебя тут уютненько, – Дани с интересом осматривалась. – Ой, какой прикольный!
Этот возглас был адресован плюшевому медведю, который гордо восседал на моей кровати. В следующую секунду мисс Блек-младшая сгребла его в охапку и принялась тискать.
– Ну рассказывай, – сестра, наконец, плюхнулась в кресло и водрузила медвежонка себе на колени. Попутно она попыталась включить стоявший на столе ноут, но он, к счастью, был запаролен.
– Что же тебе рассказать?
– Меня интересует абсолютно всё, что связано с вашей организацией. Я даже специально взяла себе дополнительный курс по парапсихологии в университете.
– Мне казалось, в рамках этого курса должны рассказывать о фантомологах.
Дани поморщилась.
– Ну да, должны. Но, во-первых, очень туманно и вскользь, а во-вторых, я не очень-то доверяю официальным версиям и учебникам.
– Почему?
– Да потому, что они все проходят через цензуру, и «на выхлопе» благодарным слушателям достаются всего лишь огрызки достоверной информации. А я люблю целенькие яблочки. К тому же, фантомологи – это тема моей курсовой по парапсихологии. Ты же мне поможешь?
– Ну не знаю…, – из вредности заупрямилась я. – А вдруг после твоей курсовой нашу контору прикроют, а нас посадят… Мне надо посоветоваться с коллегами.
Дани непонимающе уставилась на меня, силясь понять, шучу я или нет. Её изумлённая физиономия с открытым ртом вызвала у меня незапланированный приступ смеха. «Покерфейс» не удался.
– Ладно, – махнула я рукой, отсмеявшись. – Сочинения в школе я за тебя писала, напишу и курсовую. Не ломать же традиции.
– Спасибо, конечно, но напишу я её сама. Ты меня только фактами обеспечь.
– Ну слушай. Как ты уже, наверное, знаешь, конец двадцатого века ознаменовался в Америке оглушительным всплеском паранормальной активности. Вампиры, оборотни, призраки – это лишь малая часть бед, свалившихся на обывателей. Почему так случилось, никто толком не знает. Кто-то говорит о неудачных испытаниях сверхсекретного оружия, кто-то – об истончении границы между мирами, кто-то считает…
– …что это следствие бесконтрольного вмешательства человека в природу. Эти теории мы проходили. Ближе к тексту.
– Как бы то ни было, среди населения нарастала паника. Нужно было срочно что-то предпринимать. Поскольку полиция и армия усиленно открещивались от решения таких специфических проблем, как отлов всякой нечисти, большие умы где-то в правительстве постановили: создать на базе ФБР спецгруппу, которая будет этим заниматься.
– Так вы состоите в ФБР?
– Уже нет. Но об этом потом. Так вот, в спешном порядке в группу стали подыскивать специалистов. На счастье кадровиков, у которых уже голова шла кругом от поисков, в каком-то заштатном университете на кафедре психологии они наткнулись на молодого талантливого учёного – доктора Айгена Глера. Он как раз занимался тем, что исследовал всякую чертовщину. Он даже создал проекты оружия, измерительных приборов и прочего оборудования, которое сейчас имеется в нашем арсенале. Но, к сожалению, родной университет не мог выделить ему денег на создание и испытание даже одного из этих изобретений.
– Короче, повезло и ФБР, и Глеру. Я правильно понимаю?
Я кивнула.
– В общем, Глеру дали карт-бланш на подбор команды и полевые испытания его изобретений. Конечно, не всё шло гладко, но примерно через полгода группа фантомологов (как они сами себя окрестили) была готова к бою. И понеслось… Вызовы сыпались один за другим, ребята работали на износ и спали по 3-4 часа в сутки, и то в полглаза. Всё сработало даже лучше, чем предполагали в правительстве. Нечисть удалось приструнить, слава фантомологов росла. В лихорадке всей этой шумихи никто не услышал предупреждения Айгена, что контроль над нечистью – всего лишь иллюзия и команда из четырёх человек долго его не удержит. Глер предупреждал, что необходимо расширить штат и создать ещё хотя бы пару филиалов в других городах, иначе быть беде. Но от него отмахнулись. Мало того, в ФБР решили, что проблема решена, и закрыли проект “Фантомологи”, соответственно оставив их без финансирования. Дальше учёные уже работали на свой страх и риск. И вот тут-то и случилось то, о чём предупреждал Глер. Нежить будто ждала, когда у фантомологов начнутся проблемы.
Случаи паранормальной активности снова потихоньку стали учащаться. То тут, то там, как бы прощупывая почву (а вдруг в ФБР передумают?) вспыхивали очаги потустороннего беспредела. Вот оборотень порвал в лоскуты бродягу в Центральном парке, а вот расшалившийся полтергейст едва не угробил пожилую пару в их собственном особняке, закидав несчастных коллекционными кинжалами. Подобные случаи сменяли друг друга всё быстрее.
В один “прекрасный" день почти одновременно в штаб-квартиру фантомологов поступило два срочных вызова – из средней школы и торгового центра “Мульти".
Поскольку и в школе, и В ТЦ была уйма народу (разгар дня, как-никак), фантомологи решили разделиться. Глер и Зеймар отправились в “Мульти”, а Брукс и Станс – в школу.
В школе озверевший призрак громил кабинеты и классы. Фантомологам удалось взять ситуацию под контроль и выиграть время, чтобы учителя и прочие взрослые успели эвакуировать детей. Конечно, пострадавших было много, но никто не погиб. Разделавшись с призраком, Брукс и Станс поспешили в ТЦ на подмогу товарищам. Когда они прибыли, спасать было практически некого.
Хотя в здании, как оказалось, буйствовало лишь одно привидение, эта тварь в итоге натворила бед больше десяти полтергейстов. Призрак не просто пугал людей – он вызывал у них галлюцинации, воплощающие их сама жуткие кошмары. В результате в “Мульти” началась паника. Одни пытались покинуть здание, но все двери, благодаря призраку, оставались для них невидимыми. Другие в ярости хватали тяжёлые или острые предметы и изо всех сил старались уничтожить как можно больше себе подобных.
Среди пострадавших были и сами фантомологи. Зеймар погиб на месте от потери крови (на него напал с ножом обезумевший суши-повар из ресторанчика в ТЦ). Глер, тоже весьма потрёпанный, из последних сил пытался удержать разбушевавшегося монстра на “аркане". Подоспевшие на выручку ребята смогли-таки затолкать чудище в ловушку.
После этих событий власти города заявили на пресс-конференции, что только некомпетентность фантомологов привела к таким трагическим последствиям. ФБР публично умыло руки. Газетчики тоже подлили масла в огонь, напечатав массу интервью с близкими погибших в “Мульти”. При этом про школу вспомнили только один раз, когда кто-то из особенно дотошных журналюг докопался, что именно в ней учится старшая дочка Патрика Брукса. Ко всему прочему, их обвинили в предвзятости.
Команду пришлось распустить. Трое оставшихся в живых разъехались кто куда.
Глер после этого ещё полгода скитался по больницам и клиникам, но полностью так и не оправился. Речи о возвращении к прежней работе быть не могло. Он скончался от инфаркта в возрасте сорока шести лет, оставив своё научное наследие сыну – Гарри. Парню тогда было шестнадцать, но он уже отлично разбирался в парапсихологии. У него возникла идея возродить организацию, которую когда-то возглавлял его отец.
Пока я рассказывала, в мою комнату под различными предлогами успела наведаться практически вся команда: Марго заглянула одолжить лак для волос; Прик сделал вид, что забыл у меня свой градусник; Рич зашёл, потоптался у двери и вышел, не сказав ни слова. Дани понаблюдала за этим паломничеством, задумчиво почесала нос и спросила:
– Каким же образом собрали новую команду?
– Ну, как… Дали объявление.
– Шутишь?
– Нет. Ты не представляешь, сколько всяких клоунов приходило. Все хотели стать охотниками за привидениями и зарабатывать кучу бабок. Пришлось им объяснять, что работа опасная, а зарплата так себе. Большая часть тут же отсеялась.
– А бывшие фантомологи ничем не захотели помочь?
– Двоих уже нет в живых, а остальные двое предпочитают не вспоминать об этой работе.
Дани задумчиво повертела в руках плюшевого медвежонка.
– А что вообще требуется, чтобы стать членом команды?
– Да ничего особенного – делай свою работу и не жалуйся. Ты же знаешь, я простой секретаршей начинала. Людей вечно не хватало, и меня стали брать на вызовы в группе поддержки, оружием научили пользоваться.
– Не страшно было?
– Страшновато, но ведь я только подстраховывала. Зарплату повысили. Так что всё, типа, в порядке.
Помолчав немного, Дани вдруг объявила:
– Тогда я остаюсь.
Как раз этого я и боялась.
– А как же учёба?
– Переведусь на дистанционное обучение – делов-то.
– Нечего тебе тут делать.
– Боишься, что поклонников отобью?
– Нет у меня поклонников.
– Ну да, – фыркнула сестрица, – ты этаких плюшевых уродцев с детства не признавала. А тут – можно сказать, на почётном месте.
– Дани, – попыталась я объяснить, – у нас в прошлом месяце Нику руку оторвало: бластер взорвался от перегрузки…
– Ага, значит, вакансия имеется.
Дани, когда ей перечили, становилась очень злой. И непробиваемой.
«Чего я, собственно, напрягаюсь?» – подумалось мне. В конце концов, босс предпочитает джентльменов… Не в том смысле… Просто работа у нас опасная и физически тяжёлая. Мужская.
В этот момент в дверь без стука заглянул Ивен.
– Элли, на совещание!
– Пшёл вон, – посоветовала я ему. Ивен уже два раза заставал меня врасплох, когда вламывался, не постучавшись. Коллега смылся.
– Он ко всем так? – полюбопытствовала Дани.
– Абсолютно. Ещё одна причина, чтобы здесь не работать.
– А мне стесняться нечего, – пожала плечами Дани. – Это ты, небось, тут со своим плюшевым медведем…
– Его Прик зовут.
– Вот и я о том же. К тому же, этот парень мне понравился. Как его зовут?
– Ивен. Братец нашего босса.
Я поспешно подкрасила губы и направилась к двери.
– А я? – поинтересовалась Дани.
– Можешь пока пошариться в моём ноуте. Там всё равно нет ничего секретного.
ГЛАВА 3
Когда я вошла в «главный» кабинет, всё фантомологи были в сборе. Во главе длинного стола, как директор супермегакомпании, восседал Гаррисон Джонатан Глер.
За опоздание я была удостоена такого строгого взгляда с его стороны, что по спине побежали мурашки. Я с трудом удержалась от извинений. Гарри мог простить дерзость и даже грубость со стороны подчинённого, но терпеть не мог, когда перед ним начинали мямлить и оправдываться.
– Перейдём к делу, – объявил босс, как только я уселась на своё место – между Марго и Приком.
Гарри повернулся к интерактивной доске, занимавшей большую часть задней стены кабинета, и включил YouTube. На экране замелькали какие-то мертвенно-бледные лица с ярко-красными губами и накладными клыками и транспаранты с лозунгами «Мы имеем право!», «Лучше явный, чем скрытый!», «Моя жизнь – мои правила!»
– Это что – гей-парад? – выразил Ивен общую мысль.
– Отнюдь, – возразил Гарри, – это историческое событие: первый марш приверженцев культа вампиров и вурдалаков.
– А-а-а, вампы, – протянула Марго.
На экране промелькнуло лицо толстой пожилой женщины с «готическим» макияжем.
– Если она – вамп, – фыркнул Ивен, – то я – Тур Хейердал.
– Можешь смело отправляться в путешествие, – кивнул Гарри.
– А зачем ты нам всё это показываешь? – поинтересовался Прик, за неимением мобильника изучавший простой карандаш. Все гаджеты во время заседания у нас строго запрещены.
– Он, наверное, хочет, чтобы мы взяли бластеры и пошли разгонять эту толпу, – хмыкнула Марго. – Серьёзно, Гарри, я как раз собиралась выспаться после бессонной ночи, а ты нам каких-то придурков демонстрируешь.
– Да? А что вы скажете на это? – осведомился босс и вытащил из ярко-синей папки письмо весьма внушительного вида. – Послание от мэра, – пояснил он.
Мы тут же сбились в кучу возле Гарри. В письме коротко, но ясно давалось понять, что организация «Последователи Дракулы» признана официально, и любое нарушение прав её членов будет караться уголовной ответственностью. Подпись и печать.
Прочитав документ, мы вернулись за стол. Я лично чувствовала себя очень обиженной. Ведь ещё в прошлом месяце мы, рискуя жизнью, обезвредили вампира, повадившегося охотиться в ночном клубе «Тропики». Для этого я и Лу (наша тогдашняя секретарша) внедрились в клуб в качестве официантки и танцовщицы. Удовольствие работать в «Тропиках» заслуживает отдельного разговора: грубость и наглость подвыпивших клиентов нервировала и мешала работать.
Очередная пьяная скотина пристала ко мне как раз в тот момент, когда «очарованная» Лу с пустыми глазами неуверенной походкой двинулась в сторону мужского туалета.
«Простите, сэр, мне надо идти».
«Да не выпендривайся, посиди со мной чуток», – этот хам так сильно потянул меня за ярко-зелёные водоросли, которые я была обязана носить как униформу, что они только чудом удержались на моих бёдрах. И получил подносом по голове, поскольку времени у меня было чуть меньше, чем в обрез.
Спотыкаясь на высоченных каблуках, я кинулась вслед за Лу, которая десять секунд назад исчезла из поля зрения. На ходу я выуживала из-под гавайской юбки притороченный к ноге бластер.
Ворвались в туалет, я увидела Лу и мерзкую бледную личность, которая сжимала её в объятиях и тянулась зубастым ртом к шее. Бластер был настроен на мощное ультрафиолетовое излучение, Лу оно не могло причинить существенного вреда. А вот вампир, стоило мне открыть огонь, стал буквально жариться, покрываясь жуткими волдырями и издавая звуки, напоминающие верещание раненой крысы. Чтобы он окончательно сдох, потребовалось выпустить в него весь заряд – а это почти минута. Всё это время мне пришлось смотреть на горящую заживо человекоподобную тварь и вдыхать запах горелого мяса.
Из-за всего этого я заработала себе нервный срыв и начала панически бояться темноты, одиночества и бифштексов. Как раз тогда Прик наконец признался мне в любви и подарил жалкого игрушечного медведя.
А теперь нам вот так просто объявляют, чтобы мы не трогали вампов (и, разумеется, их подопечных) – у них, видите ли, тоже права. Да ещё не лично, а в письменном виде. Да пошли вы, господин мэр! Флаг вам в зубы.
Остальные сотрудники то ли не были расстроены, то ли не подавали виду.
– Так что, – весело осведомился Рич, – ночных дежурств больше не будет?
– Будет, но на порядок меньше.
– Нам и от привидений головной боли хватает.
– Баба с возу…
– Так, решено, – подвёл итог Гарри, – вампов и вампиров не трогаем. Пока.
Совещание закончилось. Почти все поднялись, чтобы уйти, и тут дверь приоткрылась. В кабинет заглянула Дани:
– Всё? Уже можно войти?
Мне захотелось зашипеть. Я отчаянно махнула рукой, пытаясь прогнать сестру за дверь, но она лишь дёрнула плечом («Я не к тебе»).
Босс выглядел озадаченным: его левая бровь слегка приподнялась, он бросил взгляд на меня. Я тут же принялась рассказывать Марго анекдот с бородой про Пиноккио, который превратился в обычного мальчика и забыл свои корни. Впрочем, Марго не слушала.
Дани тем временем, не переставая улыбаться, прошествовала, цокая каблучками, прямиком к Гарри и скромно присела на краешек свободного стула.
– Я всегда мечтала работать в вашей организации.
– А мы о вас никогда не мечтали, – возразил Гарри.
– Естественно, – кивнула Дани, – вы же меня в первый раз видите.
– А вы, собственно, кто?
– Я, собственно, Дани. Но вы можете называть меня просто мисс Блек.
До меня дошло, что происходит. Будучи подростком, Дани очень стеснялась незнакомых людей, старалась не бывать в больших компаниях, даже в кино чувствовала себя неловко. Разумеется, это мешало ей жить, и Дани взяла себе за правило: каждый день заводить разговор с незнакомцами. Методом проб ошибок ей удалось установить, что лучше всего разговор ведётся, если чуть-чуть озадачить своего собеседника. Это «чуть-чуть» имело решающее значение: стоило слегка перегнать палку, – и Дани обзывали хулиганкой, либо посылали по неточному адресу. В конце концов Дани достигла филигранной виртуозности в области знакомств. Но сработает ли это с Гарри?
Пока я размышляла, дело двигалось.
– Я умею печатать, работать с компьютером, сортировать почту и готовить кофе трёх видов.
– Я не люблю кофе.
– Что ж, одной проблемой меньше.
– А как насчёт интима?
Кажется, Гарри что-то подозревает.
– Когда поженимся – пожалуйста.
Ох, не выйдет из этого разговора ничего хорошего.
Но Гарри вдруг улыбнулся и кивнул.
– Хорошо, мисс Блек, думаю, вы нам пригодитесь. К тому же всё равно нужен секретарь.
Лу после истории с вампиром уволилась.
– Сейчас, – продолжил босс, – советую всем побывать в спортзале.
ГЛАВА 4
Спортзал у нас одновременно являлся тиром: спортинвентарь так себе, но помещение достаточно просторное.
Рич взял гантели, Ивен стал на беговую дорожку, Прик и Гарри принялись оттачивать приёмы самообороны, Марго занялась йогой. А мы с Дани пошли к дальней стене, где висели мишени.
Подав сестре тренировочный бластер, я предложила ей попрактиковаться в стрельбе. Когда луч бластера попадал в мишень, в центре зажигалась лампочка: если попадание было в десятку, вспыхивала красная лампочка, если недалеко от неё, то лампочка становилась жёлтой, а если выстрел бил в край мишени, то зелёной.
Дани неплохо стреляла – три жёлтых и два зелёных выстрела за пять попыток. У меня получилось четыре жёлтых и один красный.
– Надо бы подучиться. И мне, и тебе, – резюмировала Дани.
После короткого молчания она продолжила по-русски:
– Кого-то он мне напоминает.
☆☆☆
И разгневалась ведьма на людей, и наслала на всё государство болезнь страшную. Стали у них язвы кровавые на теле появляться, стали волосы клочьями вылезать. А дети у людей стали рождаться кто без рук, кто без ног, кто без лица. И имя той ведьме было Радиация.
Вот какие «сказочки» рассказывала нам с Дани перед сном наша матушка, русская эмигрантка. Лет сорок тому назад в Европе стал медленно, но верно расти уровень радиации. Бабушка посоветовалась со знающими людьми и обратилась у дальнему американскому родственнику с просьбой помочь им с нашей мамой переехать в США. Родственник сжалился – и наши предки очутились в Америке. Маме тогда было десять лет.
Всё бы ничего, но бабушка, наверное, на нервной почве, малость помешалась на рассказах о радиации и её пагубном влиянии на человеческое здоровье. Она заставляла маму два раза в год проходить полное медицинское обследование, а если девочка упрямилась, пичкала её страшными историями о лучевой болезни и мутациях.
Ну и, разумеется, когда мама стала мамой, эстафетная палочка перешла к ней.
Не смотря на мои слёзы, не смотря на вспышки ярости Дани, мать чуть ли не каждый месяц таскала нас по всевозможным врачам, заставляла сдавать разнообразные анализы и посещать умопомрачительные оздоровительные процедуры. Кроме того, она регулярно смотрела передачу под названием «Здоровье» на каком-то русскоязычном канале. Мы тоже смотрели на эти страсти и попутно изучали русский язык. Наш жизненный путь вёл прямиком к психушке.
Не было бы счастья, да несчастье помогло. Отец после двенадцати лет брака не выдержал и подал на развод. При этом он всеми правдами и неправдами добился того, чтобы дети (то есть, мы с Дани) остались с ним. Само собой, мы мало жалели о случившемся. Папа вызвал из Техаса свою старшую сестру – тётушку Полли, которая хоть и была резковата, но обращалась с нами гуманнее родной матери.
А вот русский язык мы не забыли, и когда нам с сестрой нужно было посплетничать, с удовольствием им пользовались.
☆☆☆
– Кто кого напоминает?
– Да босс ваш, Гарри.
– Так он года два назад в кино снимался. Сериал «Кольцо королевы», помнишь?
– Я его смотрела в полглаза. И кого он там играл?
– Принца Октавиана. Ну, он ещё мог по желанию становиться то мужчиной, то женщиной.
– Его ещё убили в конце первого сезона?
– Ну да.
Дани наморщила лоб.
– Что-то я читала насчёт этого. В «Кольце королевы» Гарри снимался со своей сестрой Нелли, а потом…
Дани запнулась и зачем-то оглянулась на Гарри, который в этот момент уронил Прика на коврик.
– … она погибла в авиакатастрофе?
– По официальной версии – да, – Я снова почувствовала ненависть к господину мэру, – но Марго мне рассказывала, что тут не обошлось без наших клыкастых друзей.
– Гарри сильно переживал?
– Не знаю. Говорят, он виду не подавал, только стал очень замкнутым.
Я посмотрела на босса – и он перехватил мой взгляд.
– Какие-то проблемы, мисс Блек?
– Мне как-то нездоровится босс. По-моему, я простудилась, – соврала я. Вот только зачем?
– Прик, вставай, к тебе тут пациентка, – равнодушно бросил Гарри. – Все свободны!
И, развернувшись, удалился. Вот всегда он так! Сделал вид, что поверил, на самом деле не поверил, а ты стоишь, как дура, и чувствуешь себя виноватой.
ГЛАВА 5
После «осмотра» я задремала. Тикали старинные часы на прикроватном столике, за стеной играла тихая музыка. Прик, думая, что я сплю, вышел в соседнюю комнату. Сквозь полусон я услышала, как кто-то постучался и вошёл. Прик заговорил с ним вполголоса. По интонациям вошедшего я узнала босса.
Надо признаться, не смотря на мамины старания, одну мутацию она у нас всё-таки проглядела: мы – чемпионки по подслушиванию. То есть слух у нас, как и у большинства людей, но, если необходимо «навострить уши», я и Дани, сосредоточившись, можем в считанные секунды улучшить его процентов на сорок-пятьдесят. Эта способность всегда выручала меня на уроке, когда стоишь перед классом, ответа на вопрос не знаешь, а сердобольный одноклассник подсказывает ну уж очень невнятно.
Итак, я оторвала голову от подушки и прислушалась, стараясь не обращать внимания на часы, которые стали тикать на порядок громче.
– Прик, я же тебе объяснял: это необходимо.
– На прошлой неделе я дал тебе целый пузырёк, там было сто таблеток. Сколько штук ты принимаешь за раз?
– Ровно столько, сколько нужно.
Прик вздохнул.
– Так не пойдёт. Это же наркотик. В кого ты хочешь превратиться?
Мне показалось, или Гарри действительно заскрипел зубами?
– Это касается не только меня.
– Гарри, а ты уверен, что всё обстоит именно так, как ты предполагал? Подожди, сядь, а то на тебя смотреть страшно.
Гарри ответил голосом загипнотизированного:
– Во-первых, я был у врача и сделал томографию. Никаких патологий у меня в голове не обнаружено. Во-вторых, я просмотрел уйму литературы и выяснил, что у близнецов эмоционально-ментальная связь сохраняется, даже если один из них стал вампиром. Более того, эти головные боли могут указывать на то, что…
Тут я слегка изменила позу, потянувшись ухом к двери, и кровать, как мне показалось, скрипнула на весь дом. Разговор тут же оборвался.
– Элли, ты не спишь?
– Нет, – сонно пробормотала я, – что случилось?
– Всё в порядке. Гарри зашёл за аспирином.
Я уже в который раз за день разозлилась. Значит, Гарри требует, чтобы каждый из подчинённых предоставлял ему полную информацию о своём здоровье, а сам принимает какую-то наркоту, да ещё и Прика втянул в это грязное дело! Как же мне хотелось выскочить из спальни и высказать боссу всё, что я о нём думаю. И остановило меня совсем не то, что я была в одной футболке, а нежелание признаваться в своей суперспособности.
«Всё Дани расскажу», – злорадно думала я, кое-как натягивая юбку.
Но когда я вернулась в свою комнату, сестра уже сладко спала, развалясь на моей постели. Что ж, поделом – не оставляй младших без присмотра.
☆☆☆
Я худо-бедно переночевала на диванчике. Ночь выдалась беспокойной (три вызова, один из них ложный), поэтому спать особо и не пришлось.
Когда в восемь часов утра я, наконец, уснула прямо в кресле в холле, раздался противный звонок в дверь.
– Убью! – сказала я вслух, не просыпаясь.
Кто-то пошёл открывать дверь. Послышалось раздражённое «бу-бу-бу», а потом резкий женский голос потребовал: «Позвольте мне войти!»
«Ааа, – спросонок подумала я, – это телевизор».
– Дани, выключи! – потребовала я, не открывая глаз.
– Стараюсь! – откликнулась сестра. – Кнопка залипла!
Вот тут я окончательно проснулась. Передо мной стояла Патриция Бенкс во плоти.
– Только вас тут не хватало, – ляпнула я. Мама Прика (и, по строительству соведущая популярного второсортного ток-шоу) прожгла меня взглядом, которому я мысленно присудила восемь баллов из десяти. Девять баллов я уже давно отдала взгляду Гарри, а десять – василиску.
– Вот, значит, как?! – воскликнула сорокапятилетняя крашеная блондинка с силиконовым бюстом. – Я помешала?! А вам не пришло в голову, юная леди (явный сарказм), что я здесь по делу?
– Может быть, выслушаем её? – осторожно поинтересовалась Дани. – А то весь дом перебудит.
– Кажется, уже перебудила, – вздохнула я.
С третьего этажа – кто по лестнице, кто по пожарному столбу – спускались Марго и ребята.
– Мама! – Прик поспешил к миссис Бенкс с распростёртыми объятьями, даже не пожелав мне «доброго» утра. Увы, именно Патриция была для Бенкса женщиной номер один, поэтому насчёт продолжительности нашего романа я не особенно обольщалась.
Кстати, Стерва Бенкс (прозвище придумала не я, а медийные персоны, у которых она брала интервью) рядом с сыном просто преображалась. Она так светилась радостью, что становилась моложе лет на десять, и даже цвет её волос начинал казаться натуральным. Вот и сейчас Патриция расцвела и что-то сказала Прика на ухо. Он прыснул и, видимо, продолжил шутку, потому что оба покатились со смеху. Но тут же спохватились, и миссис Бенкс поздоровалась с присутствующими. После этого она обратилась прямо к Гарри:
– Мистер Глер, мне нужно с вами поговорить.
Я подозревала, что Гарри Патриция нравится не больше, чем мне, – и этому были причины. Когда Гарри и Нелли ещё снимались в телесериале, Прик уговорил их стать гостями «Как вам это понравится?», шоу, в котором блистала Стерва Бенкс.
Во время эфира был задан вопрос, почему талантливый учёный и его сестра согласились сниматься «в каком-то сериале». Гарри не счёт нужным скрывать, что они это сделали исключительно из-за денег, которые были необходимы на обновление оборудования и создание лаборатории.
После этого Патриция Бенкс начала задавать вопросы один ядовитее другого: а что бы ещё сделал Гарри за деньги? А Нелли? Есть ли у них вообще какие-то моральные принципы? Короче, Стерва изо всех сил старалась обрисовать близнецов Глер как типичных представителей «современной молодёжи» – расчётливых и циничных.
Гарри сухо напомнил Патриции, что в её шоу они согласились участвовать бесплатно.
«Ну конечно, – немедленно откликнулась та, – это же для вас бесплатная реклама».
В общем, у босса не было никакого желания оставаться с мамой Бенкса наедине. О чём он ей и сообщил. Прик покраснел и сердито глянул на друга («Вот не дам тебе больше наркотиков», – прикололась я).
– Вы меня боитесь? – поинтересовалась миссис Бенкс.
– Просто у меня нет секретов от команды.
– Ой ли? – буркнула я, но это услышала только Дани.
– Как угодно, – планировала Патриция, усаживаясь в кресло, в котором мне так и не удалось выспаться. Она театральным жестом достала сигарету и зажигалку «Тиффани», закурила и изящно выпустила напомаженными губками клубочек дыма.
– Я была сегодня у господина мэра, – начала Патриция после паузы. Все невольно посмотрели на электронные часы на секретарском столике: 8:05. От мэрии до нашего учреждения в этот час можно добраться в лучшем случае за 40 минут. М-да, кто рано встаёт…
– Вы же знаете, мы с ним старые друзья, – скромно продолжила миссис Бенкс, – и как раз сейчас я активно участвую в его предвыборной кампании.
– Если вы насчёт того письма, которое он прислал нам вчера, то передайте господину мэру: пусть выдохнет, мы всё поняли. Надеюсь, легализация вампов очень поможет ему в предвыборной кампании, – выдал Ивен.
– Неплохая тирада, мальчик, – фыркнула Стерва, – Я действительно здесь по поводу письма, но дело в том, что самого главного мэр в нём не сообщил.
– Бумаги не хватило? Или ручка списалась? – поинтересовалась Дани с доброжелательной улыбкой.
Странно, но эта, в принципе, безобидная шутка вызвала у миссис Бенкс приступ гнева. Она с силой вмяла сигарету в пепельницу и встала.
– Я тут только для того, чтобы передать вам: господин мэр хочет встретиться с одним из вас неофициально. Надеюсь, вы найдёте способ.
Патриция Бенкс ушла, хлопнув дверью. Она едва кивнула на прощание сыну, проигнорировав всех прочих.
ГЛАВА 6
С Приком мы тут же поссорились. Он сказал, что Дани перегнула палку, а я пожелала ему доброго утра и сообщила, что выспалась вполне сносно. Какого чёрта?! Пусть маму свою учит хорошим манерам.
Ссору прекратил Гарри, предложив заняться делом. Дани тут же уселась за секретарский стол, Прик удалился в свой кабинет писать ежемесячный отчёт о здоровье сотрудников, Рич и Ивен пошли проверять оружие, а Гарри устроил маленький инструктаж мне и Марго на тему «Встреться с мэром неофициально».
Для этого он пригласил нас в свой кабинет на чашку кофе. Не из галантности, а чтобы мы делали два дела сразу – подкреплялись и обучались.
– Итак, господин мэр хочет поговорить с нами неофициально, – начал Гарри.
– Интересно, как он это себе представляет? – съехидничала Марго. – Очень трудно попасть в мэрию неофициально.
– В мэрию никто не пойдёт, – отрезал босс.
– И правильно, – поддакнула я, отхлебнув слишком горячего кофе. – Пусть сам решает свои проблемы.
– Вы, мисс Блек, и вы, мисс Джонс, отправитесь сегодня на прогулку в парк.
От неожиданности мы синхронно поперхнулись, закашлялись и уставились на Гарри.
– Ты что?
– Какой парк?
– Купите себе мороженого, прогуляетесь, покатаетесь на каруселях.
– Я не люблю карусели, – поморщилась я, – И вообще, зачем всё это нужно?
– Чтобы мэр смог встретиться с вами в неофициальной обстановке.
Мы переглянулись.
– А как он узнает, что мы в парке?
– Это уж точно его проблемы. Не думаю, что мы должны особо суетиться после вчерашнего письма.
– Логично, – кивнула Марго. И добавила вредненько, – а деньги?
– Деньги?
– На мороженое, на карусели?
Гарри к деньгам относился очень серьёзно и лишних трат не любил. В нашем доме-учреждении всё комнаты изначально были обставлены в стиле минимализма. Это уже потом сотрудники на собственные средства обзавелись более удобной мебелью и милыми безделушками.
Гарри вручил нам десять долларов на двоих. При этом вид у него был, как у строгого отца, вручающего непослушным дочкам деньги, которые они не заслужили.
Мы вышли из кабинета, собираясь слегка принарядиться и отправиться на «задание». День был солнечным, поэтому лично я, если честно, ничего не имела против небольшой прогулки.
Дани сидела на своём рабочем месте уже в компании двух симпатичных парней и, скромно потупив глазки, выслушивала комплименты в свой адрес.
– А вы здесь давно работаете? – Как раз поинтересовался один из них, одетый и причёсанный, как денди.
– Не очень, – улыбнулась Дани, – только освоилась.
– Я так рад, что буду членом вашей команды, – подхватил другой. Этот был одет в джинсы и лёгкий свитер. Волосы у него были красно-оранжевые, и в целом он напоминал персонажа аниме.
– Членом чего вы хотите быть? – резко поинтересовался Гарри. – Мисс Блек, что здесь происходит?
– Откуда я знаю? – пожала я плечами.
– Да не ты… вы… – Гарри запутался и на секунду покраснел. – Дани, кто это такие?
– Это наши новые сотрудники, босс, – доложила Дани чётким голосом. – Вот это (она указала на денди) мистер Томас Мун, закончил факультет физики и математики Фордовского университета. А это (кивок в сторону рыжего) – Ален Грин, бывший морпех, имеет награду за храбрость.
Вот так Дани! Не успела устроиться на работу, а уже нашла для организации подходящих сотрудников.
– Где их документы? – не сдавался Гарри.
– Вот, – Дани протянула боссу две флешки. – Тут они в электронном виде. Кроме того, у каждого из претендентов имеется рекомендательное письмо.
С этими словами Дани вручила Гарри Глеру два аккуратных документа, написанных от руки.
Босс придирчиво осмотрел письма, подняв поближе к глазам, вглядываясь в подписи. На одной из бумаг стояла печать.
– Фордовский университет, – пробормотал Гарри. – Закончил с отличием. Рекомендуем как талантливого учёного.
Отложив официальный документ в сторону, Гарри внимательно прочёл письмо без печати.
– Роджер Станс? – удивлённо обратился он к Алену. – Вы с ним знакомы лично?
– Так точно, сэр! – ответил Ален Грин по-военному. – Имею честь являться соседом мистера Станса. В детстве заслушивался его рассказами о борьбе с привидениями.
Гарри сдался.
– О'кей, я просмотрю остальные документы. Но учтите, сначала – испытательный срок.
На том и порешили.
☆☆☆
От остановки автобуса до парка было минут восемь ходьбы. Марго весело болтала о том, какой он смешной, «этот Рич Куин», и как забавно он шевелит ушами. Я слушала её, автоматически поддакивала и решала в уме сложную задачу о личной жизни, в которой появился неизвестный. Неизвестного звали Ален Грин, и был он довольно симпатичным. К тому же, герой. Если рассуждать логически: Дани ему явно осень понравилась – это раз. Но Ален не в её вкусе – это два. Мы с Дани похожи (это всё говорят) – три. Каким же будет его следующий шаг? Приятный вывод напрашивался сам собой, но… В том-то и подвох данной задачки: я не могла точно ответить, стоит ли сбрасывать Прика со счетов. Не смотря на сложности с его мамой, мне казалось, что он всё ещё любит меня. А если так, то зачем мне Ален? А как бы Дани решила эту задачу? Да поставила бы вопрос ребром: или я, или мама. Я так не могу.
– Да Элли же! – Марго так рявкнула, что проходившая мимо дама с собачкой вздрогнула и отшатнулась. Собачка, визгливая болонка, подпрыгнула и два раза звонко тявкнула.
Марго не обратила на эту мизансцену никакого внимания.
– Я тебя спрашиваю, ты согласна?
– С чем?
Марго закатила глаза. Потом терпеливо начала повторять то, что я пропустила мимо ушей:
– Давай устроим господину мэру сцену ревности. Как будто ты его бывшая подружка, а я – настоящая.
Меня это предложение почему-то не вдохновило. Я ответила как можно ехиднее:
– М-да? А почему не так? Я – твоя дочка, и тебе не нравится, что я путаюсь с шестидесятилетним мужчиной?
Наверное, получилось чересчур злобно, потому что Марго надула губы и отвернулась. Зря я сорвала на ней злость из-за личных проблем. Но и мириться мне тоже пока не хотелось.
Я вздохнула и попыталась переключиться на красоту парка. Он чем-то напоминал мне Петергоф, который я видела, к сожалению, только на фото. Может быть, дело было в фонтанах, довольно многочисленных для небольшого парка. Каждый из них был особенным, не похожим на другие. А сочетание солнца и брызг творит чудеса, превращая окружающий мир в настоящую сказку.
Мы купили по эскимо и уселись на лавочку возле пульсирующего фонтана. Он выбрасывал в небо струи разной высоты из множества отверстий по окружности бассейна. А в центре время о времени устремлялся вверх водяной взрыв, разлетаясь на мириады разноцветных искр. «Это мамин любимый фонтан», – вдруг вспомнила я и стало грустно. Так уж получилось, что мы видели от матери мало хорошего, но тем отчётливее оно помнилось. Несколько раз мы всей семьёй гуляли в этом парке. Это были самые счастливые моменты моего детства. Мама тогда казалась абсолютно здоровой: не мучила нас страшными сказками, не доставала поучениями насчёт здорового образа жизни. Она брызгала в нас водой из фонтана и смеялась. Только здесь она и смеялась.
В эту минуту на дорожке, ведущей к нашей лавочке, показался пожилой мужчина, возле которого прыгала и кружилась девочка лет пяти в нарядном платье и голубых бантах. Я узнала мистера Смита, мэра Ньюсвелла. «В любом случае, разыграть сцену ревности у нас не получится», – подумала я, посмотрев на девочку, а потом покосившись на Марго.
Маленькая Кристи, с которой мы познакомились около месяца назад, побежала к нам со всех ног. Я вспомнила большой городской парад в честь Четвёртого июля, в котором команда фантомологов занимала одно из почётных мест. Мы украсили нашу машину («катафалк», как прозвали её журналисты) лентами и флагами, одели яркие комбинезоны, сшитые специально к торжественному дню. Шествие медленно двигалось по главной улице, непоседа Марго взобралась на крышу машины и принялась приветствовать «почтеннейшую публику», как наездница в цирке. Она была одета в красный комбинезон с золотистым поясом и стразами, а в руке сжимала начищенный до блеска бластер. Толпа восторженно выкрикивала её имя, и мисс Джонс в припадке самолюбования принялась палить в небо, что, между прочим, было не так уж безопасно. Но это весьма обрадовало маленькую внучку мэра, наблюдающую праздничную процессию с балкона. Она запрыгала и замахала руками пуще самой Марго. Старшая сестра Кристи – Элис – вела себя намного сдержаннее.
– Майго! Майго! – Кристи, чуть не сбив меня с ног, подлетела к моей подруге. Марго, смеясь, подхватила её на руки. – Ой, ты в молоко испачкалась!
– Это мороженое, – похвасталась Марго. – Пойдём, я тебе тоже куплю.
– Мисс Джонс, только не балуйте её! – крикнул вслед господин мэр. Откуда ему было знать, что у Марго всего-то четыре доллара с копейками. Особо не побалуешь.
Я поднялась навстречу мистеру Смиту.
– Здравствуйте, мисс Блек.
– Добрый день, господин мэр. Вы хотели поговорить неофициально. Я слушаю.
На секунду мистер Смит растерялся. Лицо у него стало обиженным, но он тут же взял себя в руки.
– Позвольте мне всё объяснить.
– Зачем? Всевозможные меньшинства, права личности, – всё это модно, особенно во время избирательной кампании. А как насчёт большинства, господин мэр? Может, не стоит о нём забывать?
Я взглянула на мэра и осеклась. Мне показалось, что он вот-вот заплачет.
– Мистер Смит? – осторожно позвала я. – Мистер Смит, что случилось?
Bepul matn qismi tugad.
