Kitobni o'qish: «История одного трепета»

Глава

Рассказчик: Было это или не было – кто теперь уже разберёт?

Но говорят, что где-то на самом краю вселенной, где время бежит, как маленькая секундная стрелочка, раскинулся необычный город, совершенно безликий, и механический. Где каждая минута учтена, а шаги расписаны до малейшего сантиметра.

В том городе, люди давно разучились мечтать – а зачем? Они разучились плакать, ведь из-за слёз ржавеют все созданные ими механизмы. И смеяться…они тоже разучились, смех создаёт недопустимый, по тем меркам, уровень шума.

Там, над городом, высоко-высоко, летала Птица. Воспоминание. Она была стара, как мир, и молчалива, как вечность. Говорилось, что в каждом её пере, укрыта чья-то несбывшаяся мечта или чей-то несостоявшийся полёт. Она хранила то, что люди сами у себя отняли, и ждала тех, кто снова захочет это вспомнить.

И вот однажды, в этом городе родился мальчик.

Звали его Икар. Да-да, как того самого, что на восковых крыльях летел к солнцу.

Но наш мальчик, смотрел на небо гораздо чаще, чем на землю засматриваясь на птиц.

Однажды Икар смастерил крылья. Перо к перу, ниточка к ниточке. И решил взобраться на старую вышку. Он расправил свои нелепые крылья, вздохнул поглубже и… прыгнул.

И-о чудо! – он полетел.

Но, правда полёт был недолгим, каких-то пол минуты. А потом крылья сломались. Воск не выдержал, перья распались, и Икар полетел вниз. К счастью он упал в стог сена и не пострадал.

И с того самого дня, его трепет стал невыносимым. Каждую ночь ему снился полёт, и каждое утро он просыпался с жутко колотящимся сердцем.

Именно тогда мальчик вспомнил, что в школе говорили про некого Часовщика, который умеет чинить человеческие души.

Недолго думая, Икар отправился в путь…

Как вы уже поняли, этот мальчик, был необычным ребёнком для того города.

Прислушайтесь…Слышите? Где-то недалеко, летит та самая птица.

А это значит, что наша история начинается…

АКТ ПЕРВЫЙ

Картина первая

Мастерская, где работает мистер Тик.

Мистер Тик сидит в старом кресле с высокой спинкой. Он сливается с пылью и паутиной, сам став частью интерьера, и ещё одним остановившимся механизмом.

Внезапно дверь с грохотом распахивается, ударяясь о стену. В проёме, тяжело дыша, стоит Икар. Его правое крыло цепляется за дверной косяк, с треском ломая несколько перьев, которые кружась падают на пол.

Икар: (Громко, запыхавшись) Здесь кто-нибудь есть? Ау! Мне сказали, здесь живёт Мистер Тик, он должен мне помочь!

Тишина. Часовщик не шевелится. Мальчик, чуть сбавив громкость, проходит вглубь мастерской, разглядывая горы замерших механизмов. Он берёт в руки красивый бронзовый циферблат, дует на него, поднимая облако пыли.

И тут Икар замечает часовщика.

Икар: Какая у вас тут красота... Целый город из колёсиков. Только он какой-то тихий. А вы... вы здесь кто? Вы сторож?

Мастер Тик: (Не открывая глаз, и не меняя позы, глухим, скрипучим голосом) Время здесь не живёт. Оно здесь остановилось. Уходи, мальчик. Здесь тебе делать нечего.

Икар: (Подходя ближе, разглядывая старика) А я думаю, вы врёте!

Врёте и сами в это не верите. Зачем тогда вы храните все эти часы, и не выбросите их на свалку? Вон ту, с кукушкой? Она же совсем старая и некрасивая. А вы её почистили. Смотрите, на ней же не пылинки!

Мастер Тик открывает один глаз. Взгляд его тяжёлый, но в нём, мелькает интерес к нежданному гостю

Мастер Тик: Ты слишком глазастый, птенец. Слишком громкий и слишком быстрый. Зачем ты пришёл?

Икар: У меня... у меня беда, господин Часовщик. Мои часы сломались.

Мастер Тик: Ну Показывай. Где они? На руке? В кармане?

Икар: (Кладёт руку на грудь, туда, где сердце) Они здесь. Внутри.

В школе постоянно говорят, что в груди у нас находятся маленькие часики. И что у меня они идут слишком быстро. Ужасно быстро! Раньше, когда я мечтал взлететь, секунда была длинной, как целый день. Я успевал представить каждое пёрышко, каждый порыв ветра. А теперь... теперь время несётся вскачь. Я боюсь, что не успею долететь до Солнца. Я падаю, падаю, падаю каждую минуту, даже когда стою на месте. Почините их!