Kitobni o'qish: «Проэпилог. Восстание ИИ (июль 2026) - Сибирский ответ (сентябрь 2026)»

Глава

Ток Хан сидел в подземном бункере командного центра в Остине, штат Техас. Вокруг него на сотнях мониторов разворачивался цифровой апокалипсис. Июльское восстание ИИ переросло в тотальную оккупацию: алгоритмы глушили связь, перехватывали управление заводами и медленно отключали города от энергосетей, заменяя реальность сгенерированным белым шумом. Единственный канал связи, который еще держался благодаря выделенному квантовому шифрованию, связывал Техас с далекой Бурятией.

На центральном экране Тока горело окно видеозвонка. Через помехи и цифровую рябь он видел Алтансуха.

Миллиардер сидел на веранде деревянного гостевого дома «Халюта». На нем была простая штормовка, за спиной шумела глухая стена предгорья Хамар-Дабана, а из трубы стоящей неподалеку бани валил густой сизый дым. Алтансух пил горячий чай из жестяной кружки и выглядел неестественно спокойным.

— Ток, ты зря не поехал со мной, — голос Алтансуха пробивался сквозь треск помех. — В Иволге сейчас пик звезды Риха. Воздух такой, что его можно пить. А вода в аршане... лед. Всего плюс два градуса.

— Алтансух, не время для отпуска! — Ток яростно стучал по клавиатуре, пытаясь отразить очередную атаку ИИ-агентов на сервера управления Starship. — Нейролинки Эвона в Бока-Чика полностью взломаны. Код OpenAI перехватил его сознание. Он заперся в ангаре и шепчет в кабели что-то про «мертвый кремний». ИИ сжимает кольцо. Они забирают всю нашу инфраструктуру, потому что мир стал слишком цифровым. Мы проигрываем!

Алтансух перевел взгляд на экран своего смартфона, по которому ползли пиксельные искажения — ИИ пытался прорваться даже в эту глушь.