Kitobni o'qish: «Навь.Лимб версии 2.0»

Навь 2:2

Глава 1. Коммунальный ад

Егор понял, что «официальная» жизнь с Навью — это не фейерверки и говорящие собаки. Это бюрократия.

Через неделю после того, как они превратили дом в филиал Нижнего мира, начались последствия.

Во-первых, в квитанции за ЖКХ появилась новая строка: «Услуги по сдерживанию Инфернальных сущностей — 500 руб.».

Во-вторых, сломался лифт.

— Это не поломка, — мрачно констатировала Мара, пиная металлическую дверь лифта, которая жалобно скулила голосом баньши. — Это забастовка.

Из-за дверей шахты доносился стук домино и запах жареной картошки.

— Михалыч! — крикнул Егор в вентиляцию. — Выходи, железяка бородатая!

Вместо ответа из решетки вылетел смятый листок.

«Я в домике. У меня профдеформация. Я не могу работать, когда в подвале Леший организовал казино на желудях, а Водяной в бачке унитаза принимает ванны с русалками. Я объявляю бессрочный отпуск. И вообще, у меня отпуск по уходу за тараканами, они теперь в Красной книге!»

— Он заблокировал мусоропровод, — Мара потерла переносицу. — Сказал, что это нарушает «Визуальную эстетику подъезда». Теперь все пакеты с мусором телепортируются прямо на кухню к бабушке.

— А что не так с лифтом? — спросил Егор, чувствуя, как начинает дергаться глаз.

— Домовой объявил его «Объектом культурного наследия». Там теперь живет дух первого советского инженера. Он требует, чтобы пассажиры перед входом

читали стихи Маяковского и платили медью.

Проблема постучалась в дверь в четверг.

Это был человек в сером костюме, от которого пахло пылью, формальдегидом и безнадежностью. У него не было тени.

— Управление Федерального Надзора за Магической Деятельностью, — сухо представился он, показывая удостоверение, напечатанное на бумаге из кожи василиска. — Лейтенант Прах. Вы — Смирнов Егор, Магистр Квартиры?

— Я ничего не нарушал! — Егор попытался закрыть дверь, но Прах приставил к щели ногу, от которой повеяло склепом.

— Нарушение статьи 4.2 «Кодекса о Присутствии», — лейтенант прошел в коридор, и обои в цветочек тут же начали сереть и осыпаться. — Незаконная регистрация нежити по месту жительства. Отсутствует лицензия на содержание

Астрального Резонатора.

Он ткнул пальцем в Шарика. Пес, дремавший на диване, поднял сразу три головы и сонно рыкнул. От этого рыка в серванте треснула бабулина любимая чашка.

— Это собака! — соврал Егор.

— Это незарегистрированный Источник Хаоса класса «Б», — Прах достал планшет. — Согласно акту осмотра, ваша квартира излучает магический фон, превышающий норму в 40 раз. Соседи жалуются на исчезновение тапочек и носков.

— Это не мы, это Леший! Он их коллекционирует! — вступилась Мара, выходя из кухни с самым серьезным лицом. — Я — Мара, Старшая по Подъезду. У нас ТСЖ. Мы всё оформим.

Лейтенант Прах посмотрел на нее пустыми глазами.

— Вы, гражданка, числитесь в розыске как

«Древняя Угроза». Вы не можете быть Старшей по Подъезду. Это конфликт интересов.

Прах щелкнул пальцами.

В квартиру вошли двое в серых комбинезонах. У них были сачки для бабочек, только вместо сетки там клубилась пустота.

— Конфискация объекта, — скомандовал лейтенант.

Сачки раскрылись.

Шарик взвизгнул. Его три головы жалобно заскулили, когда пустота начала затягивать его внутрь.

— Не трогайте собаку! — Соня бросилась наперерез, но один из «ловцов» просто прошел сквозь нее.

Мара среагировала мгновенно. Она выбросила вперед руку, но ее магия столкнулась с бюрократическим полем

лейтенанта.

Раздался звук, похожий на визг тормозов.

— Статья 12, — скучным голосом сказал Прах. — Сопротивление при исполнении. Ваш уровень доступа понижен до «Плесень».

Мара рухнула на колени, хватая ртом воздух. Ее черные дыры-глаза потускнели.

Егор понял, что если сейчас что-то не сделает, они потеряют всё. Собаку. Сестру. Мару.

Он посмотрел на лейтенанта, его серый костюм.

И сделал то, что умел лучше всего.

— Я требую понятых, — сказал Егор.

Лейтенант Прах замер. Сачок завис в сантиметре от Шарика.

— Что?

— Я требую присутствия двух независимых свидетелей при конфискации, — Егор говорил быстро, глотая слова. — Согласно

пункту 8.1 «Инструкции по изъятию магических аномалий в жилом секторе», вы обязаны уведомить Управляющую компанию за 24 часа. Уведомления я не получал.

— Это абсурд...

— Это регламент! — рявкнул Егор, чувствуя, как внутри просыпается Хозяин Дома. — А также, согласно СанПиН, вы не имеете права использовать вакуумные ловушки в помещениях с жилой площадью менее 50 квадратных метров без дополнительной звукоизоляции!

Лейтенант моргнул. Его программа дала сбой. Он был создан для охоты на монстров, а не для споров о квадратных метрах.

Егор шагнул вперед. Он больше не был школьником. Он был стеной.

— И последнее, — он посмотрел прямо в мертвые глаза Праха. — Вы сейчас

находитесь на моей частной территории. У вас есть ордер на обыск?

— Мне не нужен...

— Нужен. Статья 25 Конституции РФ, — Егор улыбнулся самой мерзкой улыбкой, которой его научила бабушка, когда отказывалась платить за «добровольное страхование». — Либо вы сейчас же сворачиваете свои пылесосы и уходите, либо я вызываю участкового. Настоящего лейтенанта. Уверяю вас, когда он увидит Водяного в унитазе, он вызовет не Инспекцию Равновесия, а санэпидемстанцию. И тогда ваш отдел будут проверять на коррупцию до конца вечности.

Прах смотрел на Егора. Секунду. Две.

Затем медленно убрал планшет.

— Уведомление, — проскрежетал он. — Вам дается 48 часов на легализацию.

Он бросил на тумбочку серую квитанцию.

«Штраф за несанкционированное владение Хаосом — 1 душа или эквивалент в валюте Нави».

— У меня нет души, — сказал Егор.

— Тогда заберем домового, — Прах кивнул на Михалыча, который высунул нос из вентиляции.

— Михалыч, ты согласен быть эквивалентом? — спросил Егор.

— За еду? — оживился домовой. — И за право не мыть лестницу? По рукам!

Дверь за серыми людьми закрылась.

В квартире пахло озоном и победой.

— Ты идиот, — прохрипела Мара, поднимаясь с пола. — Но идиот гениальный. Ты только что купил нам два дня.

— Я знаю, — Егор посмотрел на квитанцию. — Теперь вопрос: где мы возьмем душу за 48 часов?

— У меня есть план, — Мара потерла руки. —

Но тебе он не понравится. Нам нужно в Ад.

— В смысле, в офис Яги?

— Нет, Смирнов. В настоящий Ад. К Дьяволу. У него как раз акция: «Две души по цене одной». Нам нужно просто взять кредит.

Егор посмотрел на сестру, на собаку, на падающие с потолка чешуйки штукатурки.

— Знаешь, — вздохнул он. — По сравнению с походом в МФЦ, Ад кажется неплохим местом. Главное, чтобы там была электронная очередь.

Глава 2.Кредитный отдел Преисподней

Ад оказался не таким, как в кино. Там не было котлов, чертей с вилами и запаха серы.

Вместо этого там был огромный бизнес-центр из черного стекла и хрома, стоящий на лавовом озере. На входе стоял турникет и улыбчивый демон в строгом костюме.

— Добро пожаловать в «Инвест-Грех», — пропел он. — Чем горим? Ипотека на душу?

Автокредит на адскую колесницу?

— Нам нужен потребительский кредит, — устало сказал Егор, протягивая серую квитанцию лейтенанта Праха. — На оплату штрафа ЖКХ.

Демон-администратор (его бейджик гласил: «Вельзевул, менеджер по работе с VIP-грешниками») посмотрел на бумажку, и его улыбка стала еще шире, обнажая три ряда зубов.

— ЖКХ? О, это наш любимый клиент. Проходите, кабинет 666-Б.

В кабинете их ждал... менеджер.

Обычный, уставший мужчина в очках, с огромным бюстом (женским), который печатал на клавиатуре копытами.

— Так, Смирнов Егор... — пробормотал он, глядя в монитор. — Текущий статус: «Живой». Это плохо, живые плохо отдают долги. А это... — он ткнул копытом в сторону Мары. —

Мара. Пепельная. У вас задолженность по налогам на Хаос со времен Римской империи.

— Это была ошибка в декларации, — буркнула Мара.

— Не суть, — менеджер хлопнул в ладоши. — Сумма штрафа — одна стандартная душа. Срок — 48 часов. Обеспечение?

— Квартира, — ляпнул Егор.

В кабинете повисла тишина.

Менеджер снял очки и протер их полой пиджака.

— Молодой человек, — сказал он очень медленно. — Вы понимаете, что предлагаете банку в качестве залога недвижимость, которая одновременно находится в Яви, Нави и является спящим големом? Наша служба оценки сойдет с ума.

— А что вы предлагаете? — ощетинилась Мара. — Заложить меня? У меня плохая

кредитная история, я один раз сожгла Атлантиду.

— Есть вариант, — менеджер пощелкал когтями по столу. — Программа «Душа в аренду».

— Мы не отдаем душу в аренду! — возмутилась Соня. Шарик у ее ног зарычал, и одна из его голов случайно дыхнула огнем, оплавив ножку стола. — Ой.

— Это не навсегда, — успокоил их Вельзевул, появляясь из воздуха с новым контрактом. — Вы отдаете нам не саму душу, а право на использование эмоций.

— В смысле?

— Смотрите, — менеджер развернул голограмму. — Вот ваша душа, Егор. Вот здесь — «Лень», здесь — «Страх перед математикой».Мы забираем только сегмент «Страх перед математикой» на 10 лет. Вы будете сдавать ЕГЭ на отвали, зато не будете

потеть при виде калькулятора. Выгодный обмен!

Егор задумался. Математика и правда была его личным адом.

— А если я захочу вернуть?

— Выкуп, — пожал плечами Вельзевул. — Плюс 20% годовых.

— Подписываем, — решил Егор. — Где кровью?

— Зачем эти средневековые клише? — поморщился менеджер. — Приложите палец к сканеру. И подтвердите СМС-код.

Как только Егор коснулся холодного стекла сканера, по его затылку словно ударили молотком. На секунду мир побелел, а потом стал... серее. Страх перед контрольными действительно исчез, оставив после себя звенящую пустоту и желание съесть пиццу.

— Поздравляю, — Вельзевул распечатал чек. — Штраф оплачен.

Они вернулись в квартиру через портал в сливе ванной.

Первым делом Егор проверил квитанцию. Печать «Оплачено» светилась приятным зеленым светом.

— Мы свободны, — выдохнул он.

— Свободны на 10 лет, — уточнила Мара, грея руки о кружку с чаем. — А потом за тобой придут коллекторы.

— Не придут, — Егор самодовольно улыбнулся. — Через 10 лет я буду старым и мне будет всё равно.

В этот момент в дверь позвонили.

— Мы кого-то ждем? — спросила Соня.

Егор посмотрел в глазок.

На лестничной клетке стоял лейтенант Прах. Но он больше не был серым. Он был белым. Как полотно. И он тяжело дышал.

Егор открыл дверь.

— Вы что-то забыли, лейтенант?

— Смирнов... — просипел Прах, опираясь о косяк. — У меня... аннулировали лицензию.

— Почему?

— Потому что вы оплатили штраф! — взвыл бывший инспектор. — Вы перевели деньги из Ада! Теперь мой счет помечен как «Отмытые средства»! Управление Надзора решило, что я — двойной агент Преисподней! Меня уволили! У меня отобрали форму! У меня ипотека!

Из-за спины Праха выглянул Вельзевул. Он был в гавайской рубашке и с коктейлем.

— Привет, коллега! — помахал он Праху. — Слушай, раз ты теперь безработный, не хочешь подработать курьером? У нас в «Инвест-Грехе» открылась вакансия. Доставка душ. График свободный, кормят плохо, но зато униформа — огонь!

Прах зарычал и бросился на демона, но прошел сквозь него, упав лицом в коврик (на

котором теперь было вышито «Welcome to Hell»).

— Я буду жаловаться! — орал Прах, лежа на полу. — В Спортлото! В ООН!

Мара закрыла дверь.

— Кажется, — задумчиво сказала она, глядя на трясущегося от смеха Михалыча, — мы только что создали первого в истории демона-курьера из бывшего Инспектора.

— Главное, чтобы он теперь за капремонт вовремя платил, — зевнул Егор.

Он пошел на кухню, где бабушка уже жарила картошку.

— Ба, — спросил он. — А что будет, если продать душу Дьяволу, а потом не отдать?

Бабушка перевернула шкварку.

— То же самое, что с микрозаймами, внучек. Сначала звонят, потом приходят бить морду, а потом продают твой долг коллекторам. Только коллекторы там... с вилами.

Из коридора донесся жалобный вой лейтенанта Праха, которого Вельзевул уговаривал взять план продаж на квартал. Жизнь в панельке определенно налаживалась.

Глава 3.Равнодушие

Егор сидел за кухонным столом. Перед ним лежал открытый учебник по алгебре. Завтра была контрольная.

Раньше, еще вчера, вид этих страниц с иксаами и игреками вызывал у него физический зуд под кожей. Желудок сжимался в ледяной комок, ладони становились липкими, а в голове пульсировала только одна мысль: «Я тупой. Я ничего не сдам. Меня оставят на второй год, мама будет плакать, отец разочаруется, и я умру под забором».

Это был его фирменный «Страх перед математикой».

Сейчас он смотрел на задачу: «Найдите значение выражения (3a² - 5b) / (c + 1), если a=2, b=4, c=5».

Он смотрел на цифры и ничего не чувствовал.

— Хм, — сказал он вслух.

Мара, которая молча пила чай напротив, подняла одну бровь. Черные трещины на ее шее пульсировали в такт гудению холодильника.

— Что «хм»? — спросила она. — Ты вычислил, что мы все умрем?

— Нет, — Егор почесал затылок. —

Он взял ручку.

— Три умножить на два в квадрате... это двенадцать. Двенадцать минус пять на четыре... это двенадцать минус двадцать... минус восемь.

Перо ручки скользило по бумаге. Никаких пауз на панику.Мальчик просто видел

символы и переводил их в цифры. Как калькулятор.

— Минус восемь делить на шесть... — продолжил он. — Это минус одна целая и одна третья.

Он поднял глаза на Мару.

— Это ведь правильный ответ?

— Да, — медленно кивнула она. — Для седьмого класса.

Пустота внутри оказалась тяжелой.

Страх перед математикой ушел и забрал с собой не только панику,но и азарт.

Раньше, когда Егор играл в приставку и проигрывал на последнем боссе, он орал, кидал геймпад, но через минуту снова брал его в руки, горя желанием победить.

Сейчас он попробовал запустить игру.

Он умер.

Еще раз.

— Ну и ладно, — сказал он, выключая

консоль. — Не очень-то и хотелось.

Мара наблюдала за ним весь вечер.

— Они вырезали кусок твоей души, — наконец сказала она, когда Соня и Шарик ушли смотреть мультики.-Теперь тебе всё равно.-

— Это опасно, — Мара наклонилась через стол. Ее глаза были как две дыры в пустоту. — Дьявол не просто так дает такие кредиты. Ты отдал ему свой двигатель.Когда придет настоящая беда — не Инспектор с квитанцией, а что-то, что захочет сожрать твою сестру — ты просто скажешь: «Ну, окей»?

Егор хотел возразить. Хотел сказать: «Нет, я защищу ее!».

Но внутри было тихо. Он понимал, что если сейчас в кухню ворвется демон, он, скорее всего, сначала попросит его не шуметь, потому что Соня делает уроки.

— Я поставил себе напоминание на телефон, — вдруг сказал Егор.

— На что?

— На защиту семьи. В 18:00. Каждый день.

Мара смотрела на него секунду, а потом запрокинула голову и расхохоталась. Громко, хрипло, так, что с полки упала чашка.

— Ты поставил защиту близких на будильник! — простонала она, вытирая слезы. — Смирнов, ты — лучшее, что случалось с Навью. Ты — самый скучный Избранный в истории.

Ночью Егор проснулся от того, что в комнате было холодно.

Он открыл глаза.

У окна стояла Соня и смотрела на улицу.

— Сонь? Ты чего не спишь?

Сестра не обернулась.

— Там кто-то плачет, — сказала она. — За батареей. Ему грустно.

Егор почувствовал, как волосы на затылке должны были встать дыбом. Но не встали.

Он встал, подошел к батарее. Приложил руку к старой чугунной секции.

Металл был ледяным.

— Эй, — позвал он. — Кто там?

Из-за батареи пахнуло сыростью склепа. В темноте проступил силуэт. Это была не нежить. Это была тоска. Сгусток чистого, концентрированного отчаяния, которое копилось в этом доме десятилетиями.

Оно потянуло к Егору свои дымчатые руки.

«Отдай... — прошелестело в голове. — Отдай свое тепло...»

Раньше Егор позвал бы Мару или Спрятался под одеяло.

Сейчас он просто стоял и смотрел.

Существу было холодно. Ну и что? Миру вообще свойственно быть холодным.

— Отвали, — лениво сказал Егор. — Я сплю.

Он развернулся и пошел к кровати.

Существо за батареей удивленно замерло. Оно привыкло питаться страхом. Но этот парень... Его нечем было пугать.

Внезапно тишину разорвал звук.

Бум. Шшшш...

Это Мара. Она стояла в дверях, держа в руках кружку с кипятком.

Она выплеснула воду на батарею.

Пар зашипел. Существо взвыло и растворилось.

Мара подошла к Егору.

— Оно бы выпило твои сны, — сказала она.

— Я знаю, — кивнул Егор и зевнул. — Поставь на место, пожалуйста. В 7:30 прозвенит будильник, мне нужно быть в форме.

Мара посмотрела на него — этого спокойного, пустого, пугающе рационального мальчика — и по ее спине, впервые за тысячи лет, прошел настоящий,

первобытный, почти человеческий холодок.

Она поняла, что сделала большую ошибку.

Дьявол забрал у Егора страх.

Но то, что осталось на месте этой дыры, пугало саму Пепельную куда сильнее, чем любой первородный ужас.

Глава 4. Исковое заявление

Мара возникла в кабинете «Инвест-Греха» без предупреждения. Стеклянные стены небоскреба зазвенели от столкновения чистой магии Порядка и корпоративного климата.

Вельзевул, сидевший за столом из красного дерева, едва не подавился своим латте.

— Госпожа Пепельная! — прохрипел он, быстро прядая копытами под стол, чтобы выключить игру «Косынка». — Какая неожиданность! Мы как раз обсуждали стратегию развития...

— Обсудим стратегию твоего выживания, —

Мара оперлась руками о стол. Ее глаза были не просто дырами, а жерлами вулканов. — Где он?

— Кто? — попытался сыграть дурочка демон.

— Тот, кто носит костюм от «Армани» и считает себя пупом преисподней. Зови Люци. У нас проблема с ипотекой.

Через секунду воздух в кабинете сгустился и потяжелел. За спиной Вельзевула материализовался Он.

Люцифер выглядел не как козлоногий монстр, а как владелец успешного стартапа, который только что продал компанию Apple. Идеально сидящий костюм, дорогие часы, усталая улыбка человека, у которого на счету больше душ, чем атомов во вселенной.

— Мара, — его голос был похож на дорогой виски. — Какими судьбами? Решила наконец оплатить налоги за сожжение Содома?

— Речь о Смирнове, — отрезала она.

Улыбка Люцифера слегка дрогнула.

— А, «Магистр Квартиры». Симпатичный мальчик. Немного нервный, но кредитоспособный. Мы закрыли сделку. Всё по протоколу.

— Ты продал ему патч на удаление страха, — Мара наклонилась ниже. — Ты хоть читал спецификацию этого патча?

— Стандартный пакет «Corporate Zen», — пожал плечами Дьявол. — Удаляет базовую тревожность, повышает продуктивность. Отличный продукт.

— Ты удалил ему не тревогу, идиот, — Мара ударила кулаком по столу. Стеклянная столешница пошла трещинами. — Ты удалил ему инстинкт самосохранения.

Люцифер перестал улыбаться. Он достал из воздуха планшет и быстро пролистал логи транзакции.

— Состояние «Пустошь»... — пробормотал он.

— Это не баг. Это фича. Мы просто перекалибровали миндалевидное тело.

— Ты перекалибровал его так, что он теперь удобный, — прошипела Мара. — Знаешь, что случилось час назад? За его батареей поселился Уныльник. Высшая сущность тоски. Она питается снами и надеждами.

— И? — не понял Люцифер. — Сущность съела мальчишку? Отлично, минус один контракт, плюс одна чистая душа в архив.

— Она его не нашла, — Мара ткнула пальцем в грудь Дьявола. — Уныльник подошел к нему. Заглянул в глаза. И не нашел там ничего. Ни страха, ни надежды, ни любви.

Люцифер нахмурился.

— Сбой эмоционального интеллекта? Редко, но бывает. Выпишем обновление...

— Ты не понимаешь! — Мара схватила его за лацкан пиджака. —

Она наклонилась к самому уху Дьявола, и ее

голос стал тише шепота:

— Ты когда-нибудь слышал о «Спящем Императоре», Люци? О тех, кто выжег в себе всё человеческое, чтобы стать богами?

— Это мифы, — отмахнулся он, но в его голосе впервые послышалось напряжение.

— Ты забрал кусок души у подростка, у которого в квартире прописана я, спит «Отмеченная» сестра и живет собака-Источник. Ты думаешь, он просто будет получать двойки по алгебре?

Она отпустила его и отошла на шаг.

— Страх — это то, что держит людей в рамках. Он боится смерти, поэтому не прыгает под поезд. Он боится боли, поэтому не режет врагов на куски.

Мара посмотрела на свои руки.

— А у Егора этого предохранителя больше нет.

— К чему ты клонишь? — Люцифер скрестил

руки на груди.

— К тому, что когда завтра Инспекция Равновесия придет забирать Соню.

Мара улыбнулась, но от этой улыбки Вельзевул за спиной тихо заскулил.

— И задача будет звучать так: «Сколько частей Инспектора поместится в мусоропровод, если диаметр трубы 40 сантиметров, а сопротивление костей равно 2 Паскалям?».

Люцифер молчал долго. Смотрел на Мару, потом на свой планшет.

— Сделка завершена, — наконец сказал он. — Душа — это товар. Возврату не подлежит.

— Я не прошу возврата, — Мара достала из кармана своего спортивного костюма сложенный вчетверо лист бумаги. — Я предлагаю рефинансирование.

— Слушаю.

— Ты забираешь свой патч «Corporate Zen».