Kitobni o'qish: «Лидер как мастер единоборства (введение в психологию демократии). Комплект в 2-х частях»

Перевод с англ.: Шихирев Н. Н.

Отв. редактор: Шихирев П. Н.

© Институт психологии РАН, 1993.

Руководство по психотерапии Земли
(О книге А. Минделла)

Земля больна. Она больна физически: с высоты космического полета отчетливо видны ее экологические язвы и озонные дыры следствие неутомимой производственной деятельности человечества, этого мощного геологического (по определению В. Вернадского) фактора. Но если бы космонавты могли видеть психологический спектр планетарного организма, то их ужаснула бы аура Земли, пронизанная сполохами зловеще красного цвета всех оттенков – пожаров ненависти и крови массовых убийств, морей горя и рек слез, пролитых слабыми и беззащитными. Таков диагностический спектр болезни, название которой – «bellum omnium contra omnes» – война всех против всех, и всех вместе против Земли. И она содрогается в буквальном и в переносном смысле. Поражает совпадение крупнейших землетрясений и обширных этнических конфликтов. Достаточно привести примеры Югославии и Нагорного Карабаха. По всем законам функционирования сложных систем Земля, видимо, тоже саморегулируется, как бы «поправляя» блудное свое дитя. Но и «дитя», наверное, должно прислушиваться к этим предостережениям, пока не стало еще больнее.

Экологическое движение – одна из таких разумных реакций. Оно завоевывает все больший авторитет, растет число его сторонников, ширится и крепнет «зеленый» фронт, множится литература. При этом на второй план отходит не менее важная сторона исторического процесса – психологическая, или точнее – психо-экологическая, психологический тонус той самой ноосферы, о которой говорил В. Вернадский, считая «разумную оболочку» Земли естественно-историческим продолжением геосферы и биосферы.

Книг по психологии ноосферы чрезвычайно мало. Особняком в их ряду выделяется фундаментальный труд Тейяра де Шардена «Феномен человека». Многое можно почерпнуть из работ таких русских религиозных философов как, например, В. Соловьев. Однако, эти работы, давая общие ориентиры, не отвечают на самый важный и неотложный сейчас вопрос: что и как делать практически. Таким руководством к действию и является книга А. Минделла «Лидер как мастер единоборства».

Задача, которую он поставил перед собой много лет назад, грандиозна и благородна – помочь людям вылечиться самим и исцелить Землю от belliim omnium о помощью богатого арсенала средств, накопленных человечеством: от ритуальных культовых приемов древности до новейшей техники современной психотерапии. «Мыслить глобально, действовать локально!» – таков девиз книги. Она призвана помочь и конкретным людям и социальным группам мирно, демократически и конструктивно разрешать конфликты, улучшая тем самым психоэкологию, сдвигать психологический спектр в лучшую сторон у – зеленого (цвета жизни) и желтого (цвета Солнца).

Поскольку конфликты всех разновидностей – политические, экономические, классовые, этнические, межличностные и межгрупповые – неотъемлемая черта человечества на обозримое будущее, то сфера практического применения идей А. Минделла поистине не имеет границ. Но кто же он, автор рецензируемой со столь откровенной симпатией книги? Очередной спаситель, пророк, гуру? Тот же Чумак, только чужой?

Арнольд Минделл родился в Нью-Йорке в 1940 году. По первой своей специальности – физик-теоретик. По второй, и основной, специальности – психолог, психотерапевт. С 1963 года живет преимущественно в Швейцарии, где возглавляет основанный им Институт глобальных процессов с филиалом в США (г. Портленд, Орегон) и одновременно является ведущим сотрудником Института Юнга. Это его восьмая книга. Семь предыдущих «Сноявь», «Методы снояви», «Путь реки», «Сноявь во взаимоотношениях», «Тени города», «Кома – путь к пробуждению», «Год первый») выходили в крупнейших издательствах мира и принесли ему мировую известность. Огромной популярностью пользуются проводимые им семинары, где психотерапевты, психологи и другие специалисты по психологии человеческих отношений обучаются технике разрешения всевозможных конфликтов в повседневных ситуациях. В одном из таких семинаров мне пришлось участвовать. Поэтому, читая эту новую книгу А. Минделла, было нетрудно представить себе, как этот исключительно энергичный и подвижный человек, сохранивший в свои 50 лет спонтанность и непосредственность детского поведения, мастерски демонстрирует принципы восточных единоборств при разрешении конфликтов.

Итак, это – не пророк и не очередной чудодей. А. Минделл – гражданин Земли, озабоченный ее, своей и нашими судьбами. Огромная эрудиция в различных областях знания: философии, религии, мифологии, физике, психологии, если называть лишь важнейшие науки, четверть века практического консультирования послужили фундаментом для весьма необычайной теоретической конструкции, которая, несмотря на свою экстраординарность, привлекает как эффективная практическая система правил. Именно это сочетание необычности и практичности побуждает сделать пояснения, часть из которых соответственно касается теории, а другая – возможностей практического применения в условиях нашей современной жизни.

Теоретическая схема А. Минделла, если говорить о ней в общих чертах, такова. Древние мыслители как коллективно, так и индивидуально, не случайно сравнивали Землю о огромным живым человекоподобным существом – а н т р о п о с о м. Земля и является живым организмом. Все сущее на ней – ее клетки¹. Так же как отдельная клетка обладает полями различной степени сложности, например, электромагнитным полем, так и вся наша планета пронизана ими.

Природа многих из них еще непонятна. До сих пор остается загадкой природа гравитационного поля – силы земного притяжения, хотя в ее наличии, и притом весьма действенном, никто не сомневается. По аналогии с таким полем, полагает А. Манделл, существует и особое полеглобальное или универсальное психологическое поле. В концепциях различных мыслителей оно фигурирует как «ноосфера» от греческих слов «разум и «шар»), «душа Земли» и т. п. А. Манделл определяет его термином dreambody. Точный перевод на русский язык здесь невозможен по той простой причине, что и в английском это термин новый, будучи авторским изобретением А. Минделла. Он состоит из двух слов – dream – сон, мечта, грезы и body – тело, плоть. По-русски наиболее близким значением, столь же самостоятельным, было бы сноявь, т. е. то, что можно «пришить», воплотить в жизнь (сон во плоти), то, что может сбыться (сон наяву). Речь в данном случае идет, однако, не только о хорошо известных идеях и явлениях, исследованных, например, З. Фрейдом, или исследованиями психосоматики, т. е. взаимного влияния психологических и физиологических процессов. В своей практике А. Минделл обнаружил, что когда он работает с проблемами пациента, то эта работа начинает проявляться в содержании и форме снов как у пациента, так и у терапевта.

Точно так же все то, что происходит на Земле, о одной стороны, фиксируется в ее снах, ее «снояви», с другой – сноявь воплощается в конкретной деятельности людей, их грезах, мечтах, которые, в свою очередь, становятся явью и т. д. и т. п².

Сноявь Земли, ее сон и грезы – феномен, не имеющий физической природы. Она существует вне времени и пространства. Она проявляется, «снит себя», в наших снах и поступках. Но это не значит, что человек, группа людей и тем более человечество бессильны перед глобальной или универсальной сноявью.

Первый шаг к обратному влиянию – осознание этого всемирного процесса, которое заложено в нашей способности к самоанализу, способность осознать сознаваемое, знать, что мы знаем. При этом мы должны также отдавать себе отчет в том, что любая наша мысль, побуждение, чувство, не проходит бесследно, а вплетается в общий причудливый узор глобальной снояви, и пусть микроскопически, но действует на нее. Так ли уж «научно-фантастична» эта схема? Но что представляет из себя глобальная сеть телекоммуникаций, как не гигантскую сеть, которая являет нам в форме «целлулоидных снов» (кино и телевидение) все, что снится Земле через сны их творцов? А если вспомнить, что сейчас в США 85 % всего трудоспособного населения занято в высококомпьютеризованной сфере производства информации? А если напомнить о таком феномене как компьютерный вирус, который мгновенно может исказить «сон» огромной системы? Вот и получается, что идеи А. Минделла не столь уж и далеки от реальности.

Фундаментальная идея А. Минделла заключается в том, что можно было бы назвать призывом: честно, смело и беспощадно, не оставляя ничего в темных уголках психики, взглянуть в свои собственные чувства и переживания, заставить себя распознать, отличить свои подлинные переживания от стандартных, «стереотипных», «принятых» и т. п. – реакций.

Именно с этого момента начинается работа с глобальным процессом, всем, что происходит на Земле. Однако, вполне очевидно, что такая работа требует особой подготовки и не каждый человек сразу может принять в ней участие. Он требует и подготовки, и знаний, и навыков.

Книга А. Минделла обращена к тем людям, которые своей судьбой призваны выполнить историческую задачу – если и не исцелить человечество от bellum omnium, то хотя бы облегчить его страдания, сбить «глобальную температуру». Она обращена к политическим деятелям как формальным, так и неформальным, конфликтологам, специалистам по ведению переговоров, адвокатам и учителям – к людям, которые работают с людьми и их конфликтами.

На протяжении десятилетий А. Минделл неутомимо и кропотливо работает, странствуя по всему миру, и терпеливо, убежденно действует, чтобы вызвать, наконец, эффект «сотой обезьяны»³. Он полагает, что как только в мире появится достаточное количество людей, которые будут целенаправленно влиять на глобальный психологический тонус Земли, в один прекрасный день настанет поворот к лучшему. Это не означает, что усилия А. Манделла ограничиваются просветительством. Он, как уже говорилось, готовит людей, способных работать с глобальными процессами. И здесь необходимо подчеркнуть следующее.

Даже если эта теоретическая схема не имеет пока достаточно надежных фактических доказательств, то, так же как в случае с явлением гравитации, не лучше ли просто считаться с ней, вместо того, чтобы доказывать, что «этого не может быть, потому что этого не может быть никогда». Для этого схема должна быть эффективной практически. И опять же, ссылаясь на личный опыт, могу сказать, что метод А. Минделла отвечает этому критерию. В первую очередь, потому, что он вобрал в себя лучшее из практики разрешения конфликтов. Но в дополнение к этому, в отличие от многих распространенных техник, в основном западного происхождения, использует достижения восточной философии, которая практически воплощается в принципах восточного единоборства.

Эти принципы еще недостаточно хорошо известны нашему читателю, несмотря на все обилие видеопродукции, посвященной боевым искусствам, которая, кстати говоря, именно в своей этической основе не имеет ничего общего с подлинной этикой восточного единоборства. Поэтому вначале коротко о них.

– Черное и белое – лишь названия полярностей; они хотя и разные, но равны.

– Победить противника можно, лишь поняв его, а понять можно, только полюбив.

– Жизнь – самый великий учитель. Учит все: и горе, и радость. Абсолютно из всего можно извлечь полезный урок для саморазвития.

– Нельзя сопротивляться естественному потоку жизни и Дао – великому естественному ходу событий.

– Истина везде: если ты не можешь найти ее там, где ты стоишь, почему ты думаешь, что найдешь ее там, где тебя нет?

– Нельзя поучать, можно только показывать, как надо поступать.

– Настоящий учитель может научиться и у ученика.

Этот перечень можно было бы и продолжать, но и перечисленного достаточно, чтобы вызвать некоторые размышления над нашей действительностью с точки зрений их применимости и обоснованности в иной культуре.

Мы, видим, что, победив политического противника и ненавидя его, можно в полном смысле слова занять его место, так же вызывая ненависть. Меняется цвет стороны, но не меняется суть.

Мы по-прежнему пытаемся учить жизнь вместо того, чтобы учиться у нее, создавая новые красивые схемы вместо того чтобы дать проявиться естественному ходу событий.

Правители по-прежнему пытаются учить так называемое «население», ничему не учась у него.

Мы по-прежнему увеличиваем объем ненависти» поляризуемся, раскалываемся на все более мелкие куски и кусочки, вместо того, чтобы искать то общее, что нас соединяет, мы горделиво выпячиваем то, что нас разъединяет.

И в итоге – как всегда: главный урок истории в том, что люди из истории не извлекают никаких уроков.

Глядя на наши повседневные будни и экраны телевизоров, нельзя не поразиться пророческим словам Достоевского.

Вот как он описывает нашу сноявь через сон Раскольникова в «Преступлении и наказании»:

«Появились какие-то новые трихины, существа микроскопические» вселявшиеся в тела людей. Но эти существа были духи, одаренные умом и волей. Люди, принявшие их в себя, становились тотчас бесноватыми я сумасшедшими. Но никогда, никогда люди не считали себя так умными и непоколебимыми в истине, как считали зараженные. Никогда не считали непоколебимее своих приговоров, своих научных выводов, своих нравственных убеждений и верований. Целые селения, целые города и народы заражались и сумасшествовали. Все были в тревоге и не понимали друг друга, всякий думал, что в нем одном и заключается истина, и мучился, глядя на других, бил себя в грудь и ломал себе руки»⁴.

Пытаться объяснить психологические явления из них самих – занятие бесперспективное. В этом случае можно получить лишь один, весьма банальный вывод: так всегда было и так всегда будет, поскольку вечно деление на «мы» и «они», на «своих» и «чужих» по принципу принадлежности к расе, этносу, племени, роду. К тому же история насыщена фактами, свидетельствующими не только о конфликтности и противостоянии социальных общностей, но и об их сотрудничестве. Барьеры исчезали, как только появлялись общий враг, общее дело» общая цель. А это значит, что, помимо биологических, существуют еще какие-то более фундаментальные закономерности развития человечества, которые пробивают себе дорогу сквозь толщу исторических коллизий и катаклизмов. Главную из этих закономерностей наш великий соотечественник В. Вернадский определил как «закон единения человечества», приравняв его к законам природы. Еще раньше этот же закон как перспектива развития человечества был сформулирован в великих мировых – религиях: буддизме и христианстве⁵. Историческая драма, участниками и свидетелями которой мы являемся, – очередной этап превращения отдельных человеческих сообществ в единый субъект – человечество. С философской точки зрения этот пропев развивается как разрешение диалектического противоречия между двумя его противоположными и взаимодополняющими сторонами – дифференциацией я интеграцией.

По существу, это выражение фундаментальной тенденции развития жизни: в одной стороны – (по мере эволюции) автономности сменяющих друг друга форм жизни. Так растение более «свободно», чем минерал, насекомое – чем растение, человек – чем животное. Но с другой – одновременно диалектически возрастает взаимозависимость отдельных особей. Поэтому нравственный закон, о котором говорил Л. Н. Толстой, есть не что иное, как действие этой объективной, т. е. принудительной, императивной з а к о н о м е р н о с т и.

Если бы вследствие какого-то чуда все люди вдруг признали и осознали этот закон, к чему веками призывают мировые религии, то, несомненно, колоссальное число проблем исчезло бы. Но чудес не бывает. Есть мучительный, долгий и кровавый процесс прозрения, самопознания и самовоспитания человечества. Идет процесс объективной этизации человечества, его моральное воспитание.

Книга А. Минделла – отличное практическое руководство в этом процессе, Пересказывать рекомендованную им технику во вступительной статье нет смысла. Поэтому хотелось бы ограничиться одним замечанием. Лейтмотивом этой работы является понятие processing – переработка, преобразование. Речь идет о том, чтобы работая над собой и своими конфликтами, люди перерабатывали свои отрицательные эмоции в положительные, поскольку известно, что один и тот же психоэнергетический заряд может, меняя знак отношения, сохранять свою интенсивность. Так любовь может превращаться в ненависть и наоборот.

Поэтому чрезвычайно важно понять, что речь в книге идет не об амортизации или оттягивании конфликтов и противоречий, а о качественном их преобразовании.

В этой связи нельзя не высказать одну гипотезу, вполне вписывающуюся в круг идей книги. В целом Земля есть определенная иерархически построенная совокупность процессов различной степени сложности. Так, химические процессы содержат в себе физические, но, в свою очередь, входят в биохимические. В природе травоядные поедают растительную пищу, чтобы стать пищей хищников. Человек питается и растениями, и животными. Поскольку каждый вид пищи есть не что иное, как вид аккумуляции солнечной энергии, то возникает вопрос: какую пищу и для каких дальнейших уровней поставляет человек? Логично предположить, что он может поставлять еще более сложный энергетический продукт – психологическую энергию Она может иметь разное качество: низкое, более близкое к рудиментарным живым организмам, энергия этого типа примитивна и большей частью отрицательна, поскольку связана со страхом, стрессами и другими отрицательными эмоциями, энергетически обеспечивающими биологическое выживание.

С появлением человечества возрастает объем энергии более высокого качества, порождаемой позитивными социальными эмоциями – любовью, альтруизмом, творческим вдохновением, религиозным экстазом. Этой энергии требуется меньше, ибо она лучшего качества. Но в том случае, когда ее не хватает, растет потребность в полуфабрикате – примитивной энергии. Иными словами, «потребитель» питается обоими видами и от человечества тоже зависит: будет ли оно выполнять свою функцию более качественно и с меньшими усилиями или менее качественно и с большими потерями в виде всех тех трагедий, свидетелями и участниками которых мы все являемся.

Вопрос только в одном. Сколько еще времени у нас остается, чтобы доказать свое предназначение? Тут нельзя не привести еще один пример из экологии. В озере под воздействием химических стоков начинает размножаться вид водорослей, губящих все остальные виды живых организмов. Каждые сутки масса водорослей удваивается, и через 30 дней она должна полностью закрыть поверхность озера. Но накануне этого рокового 30-го дня поверхность озера еще наполовину чиста! Насколько мы приблизились к этой черте, мы не знаем, но важно понять одно* – мы недалеко от нее!

Книга А. Минделла обостряет это чувство и хотя бы поэтому представляет собой поучительное (но не поучающее) чтение.

Разумеется, настроившись суперкритически, можно было бы найти в ней и слабости, и недоработки. Это может сделать каждый читатель в соответствии со степенью критицизма, развитого долгими традициями ниспровержения всего того, что не вписывается в прокрустово ложе вульгарно-материалистической теории.

В заключение нельзя не выразить глубокую признательность А. Манделлу за практически безвозмездное согласие издать книгу в русском переводе почти одновременно с ее выходом в США на английском языке. Это еще один пример действительного существования синхроничности (ем. Словарь).

П. Шихирев,

зав. лабораторией психологии межгрупповых отношений Института психологии Российской академии наук

Книга I

Часть I
Теория и методы

Глава 1
Центр циклона

Принцип глубокой демократии описывает навыки и методы работы с возникающей в нашем мире ситуацией, когда на планете с тысячами языков и религий больше знают о том, как запускать к другим мирам космические корабли, чем о том, как сосуществовать друг с другом.

Вступая в XXI век, мы еще не соединили политику, психологию и физику. Отдельно существуют теории поля, методы работы с индивидами и группами. Настало время создания метода в мировом масштабе, использующего как научное знание, так и духовные традиции, но не ограничивающегося только ими. Для того, чтобы улучшить этот мир, необходимо разработать новый метод, который соединяет все предыдущие, успешно действует в реальном мире и соответствует духу времени, в котором мы живем.

Физику вещества и психологию человека мы знаем лучше, чем дух времени. Каков он – дух нашего времени? Тирания или гражданские права, бесплотный межгалактический призрак или новые архетипы, возникающие в нашем сознании? Можем ли мы познать этот дух и использовать его для того, чтобы понять, что происходит на фондовой бирже, предсказывать будущие конфликты или землетрясения?

Наш интерес к этим вопросам будет определять эффективность разрабатываемого нами метода мирового процесса.

История написания этой книги может в какой-то степени объяснить ее характер. Изучив основы физической науки и психологии Юнга, создав психологию группового процесса, опирающуюся на собственное понимание осознаваемых и неосознаваемых процессов, развивающихся в личностях и группах, я по приглашениям, поступившим из многих стран, преподавал и работал с этими проблемами. По ходу этой работы мы с Эми⁶ столкнулись с множеством явлений, которые, казалось, на первый взгляд, не поддавались анализу в системе наших знаний. Был ли наш метод, ориентированный на процесс, межкультурным? Можно ли было ограничиваться названием «психология» для нашей работы?

Я стремился работать лучше с внешне неразрешимыми конфликтами в Кейптауне, с проявлениями любой ненависти в Йоханнесбурге, с антисемитизмом в Израиле, знахарями в Кении и уличными проблемами и религиозным экстазом в Бомбее. Я чувствовал, что моим новым клиентом становился весь мир. Я хотел глубоко изучить чувствительность японцев к реакции группы, наркоманию и проблемы улиц Портленда, стихийные конфликты в Сан-Франциско, организационный спад разоряющихся предприятий, возрождение общественного энтузиазма в Варшаве, Праге и Москве, конфликты между мужчинами и женщинами во всем мире. Однако, я убедился в том, что навыки метода мирового процесса, которые я разработал, действовали только тогда, когда мы сами достигали внутреннего мира, а об этом мире намного легче рассуждать, чем добраться до него в океане насилия и конфликтов.

Я пришел к выводу, что наивно разрабатывать метод мирового процесса, исходя из того, что сам лидер, отвечающий за этот процесс, внутренне устойчив. Консультанты процесса, инструкторы группы, администраторы предприятия, психологи, политики и преподаватели редко пребывают в нормальном или нейтральном состояниях сознания. Другими словами, метод мирового процесса не должен ограничиваться только внутренним миром или теми внешними ситуациями, которые близки к равновесию. Мы должны совершенствовать навыки работы с мировым процессом, а также обучаться особым качествам, необходимым лидеру, которые позволяют применять их в любых ситуациях. Я называю эти особые качества лидера «глубокой демократией».

Так, художник должен сначала овладеть приемами работы кистью и красками, хотя, в конечном итоге, только какие-то особые эмоциональные его свойства позволяют ему стать подлинным талантом. Метод мирового процесса может точно так же помочь лишь при наличии установки на глубокую демократию, эмоциональное чувство веры в неотъемлемую ценность как нашего «я», так и всех других людей в окружающем нас мире.

Глубокая демократия – это проблема личного и группового развития, сострадания и осознания. Если метод мирового процесса – это совокупность средств, которые постоянно должны обновляться по мере того, как мы лучше познаем нашу планету, то глубокая демократия – это чувство вне времени. Его можно обнаружить в вековых духовных традициях, особенно в боевых искусствах, даосизме и дзэн-буддизме. Это чувство нашей ответственности за то, в какой степени мы следуем за потоком жизни, уважаем судьбу, энергию, Дао или Ци, и за нашу роль в со творении истории. Глубокая демократия – это осознание того, что мир для нас – это место, где мы должны полностью раскрыть свое «я».

Таким образом, глубокая демократия – это очень важное стремление, стоящее за любой попыткой работать в нашем мире. Это особое чувство вполне может быть результатом психологического роста, но как и любого другого духовного качества, одной глубокой демократии недостаточно в работе с мировыми ситуациями. Точно так же, современные средства мирового процесса становятся бессмысленными, когда попадают в руки людей, не имеющих необходимого внутреннего развития. Это чувство можно развить везде. Чтобы мы ни делали – убираемся дома, едем на работу, управляем предприятием, занимаемся политикой или строительством, учимся или пишем, кажется, что мы живем в этом мире, как в огромном семинаре, лаборатории, испытывающих на прочность нашу способность стать цельными людьми.

Принципы глубокой демократии основаны на тех древних психологических и философских воззрениях, в которых глобальные методы применяются для решения личностных проблем. Это может быть любая форма физической работы, помогающая нам понять наши чувства и поведение как проявление духа, ищущего своего выражения. В то же время это – работа такого воображения, которое осознает, что его образы принадлежат не только нам лично. Глубокая демократия – это и работа над взаимоотношениями, когда мы осознаем, что отношения с друзьями и семьей – это также и мировая проблема. Это и работа с группами, когда мы замечаем, насколько групповые и политические конфликты связаны с духом нашего времени и непостижимостью природы.

Сегодня мировые проблемы и политика – это удел не только богатых и образованных людей, так же как развитием организации занимаются не только бизнесмены. На нашей маленькой волшебной планете ее состоянием уже не могут управлять только ученые, политики, священники или знахари. Это – задача каждого на ней живущего человека. Созрело время для выработки метода мирового процесса, который не отрывает больше трансперсональный опыт от земной реальности, духовную службу от политической деятельности, восточную отрешенность от западного рационализма, или политику от психологии.

Мой научный опыт, начавшись с физики и психологии Юнга, теперь обогатился множеством экспериментов с бурными и обширными процессами в группах. Я работал в организациях как с очень жесткой, так и с достаточно аморфной структурой. У меня имеется опыт работы с международным бизнесом и расовыми конфликтами во многих горячих точках планеты. Но никакая степень личного опыта не является достаточной для предмета нашего обсуждения. Организационное развитие сегодня – это способ помочь группам измениться, изучая взаимодействие между межличностными и групповыми проблемами, между физическими и финансовыми условиями и глобальными ситуациями. Однако* и в древности наши короли и королевы тоже понимали, что для управления народами они нуждаются в священниках и целителях. Другими словами, нам сегодня не меньше, чем высокая технология, квантовая физика и политика необходимы внутренняя работа, осознание реальности и знание о духе нашего времени.

Личная ответственность

Если мир – это сплав объективного и субъективного, то работа в мировом масштабе с внешней реальностью должна начинаться с наших внутренних переживаний этой реальности. Это можно представить себе таким образом. Если из-под камня, лежащего на краю скалы, обвалится почва, он обязательно упадет со скалы под действием силы тяжести… Однако, если человек почувствует, что земля уходит из-под ног, когда он стоит на краю той же самой пропасти, у него еще, в отличие от этого камня, есть выбор. Почувствовав это, он может сделать выбор – упасть под действием этой силы или противостоять ей, зацепившись за край скалы, чтобы спастись.

Многие из нас ведут себя как камни. Мы слишком бессознательно позволяем планетарным силам тянуть и толкать нас. Лишь изредка мы внутренне осознаем влияние этих сил и возможность работать с ними или против них. Так как само человечество балансирует на краю пропасти, можно задать себе вопрос: вдохновит ли нас эта мировая «гравитация» на то, чтобы мы заметили ее и не упали, а смогли удержаться? Мне кажется, что каждый из нас отвечает за то, чтобы заметить, как различные материальные и физические силы влияют на наши внутренние переживания и окружающий нас мир и сознательно отреагировать на них. Только тогда мы сможем полноценно участвовать в истории и способствовать изменению эпохи, в которой живем. Эта книга – о нашей ограниченной возможности сотворить вселенную, в которой мы живем.

Принцип глубокой демократии в применении к методам мирового процесса – это новая наука, где исторические корни тесно переплелись с идеями современных наук и профессий. Силы, которые на нас обрушиваются, частично описываются в физике, геологии и психологии. Но так как современный мир – это еще и человеческие взаимоотношения, группы, города, нации и международные события, то предмет нашего обсуждения переплетается с проблемами динамики семьи и групповой психологии, а также политики и организационного развития. Кроме того, так как наша планета ведет себя во многом подобно огромному живому существу, метод мирового процесса должен включать также мифологию и религию. Для того чтобы этот метод работал, мы должны возродить некоторые из наших древних родовых способностей, которые грозит затопить космополитизм нашей жизни. Знание таких наук как политика, психология, физика и парапсихология может нас разъединить и даже погубить, если оно не сольется воедино в новом методе мирового процесса.

Некоторые глобальные теории и представления, стоящие за попытками организовать группы, предлагают начинать работу с людьми, находящимися в нормальных состояниях сознания. Все другое с точки зрения этих теорий зло и хаотично. Напротив, установка на глубокую демократию призывает к развитию метода, который имеет дело с каждым человеком, даже если он находится в агрессивном или неопределенном состоянии, т. е. в весьма частых состояниях. Я знаю по своему опыту, что человеческие события, кажущиеся на первый взгляд случайными, всегда развиваются целесообразно, на основе упорядоченных и предсказуемых параметров. Бурные периоды радикальных перемен или даже революций полны потенциального смысла и порядка. Ситуации, возникающие в больших группах, во многом схожи с личными проблемами. Физические и психические болезни, нарушение взаимоотношений, на самом деле хорошо структурированы. Знание того, как обнаружить и развернуть эти паттерны, приводит к чувству глубокой демократии, покою, к центру, сохраняющему неподвижность в самой гуще глобального циклона.

Применение метода мирового процесса в обстановке враждебности или дикости основано на знании скрытых параметров, которое может даже отъявленного пессимиста сделать оптимистом в отношении того, что ждет наш мир в будущем. Я приведу много примеров, показывающих, что мир ведет себя словно поле, моделируемое основными тенденциями развития. Этот мир везде и повсюду. Он здесь и сейчас в своем единстве, всякий раз, когда мы о нем лишь только подумали. Этот мир – ты и я, любой в любое время. Он проявляется в фантазиях и физических страданиях, во взаимоотношениях в группах, в окружающей среде. Он проявляется через оттенки, порождаемые им в наших чувствах, когда мы находимся в определенной местности.

Идеи процесса

Подход к глобальной ситуации, ориентированный на процесс, состоит в том, что в мире возникают именно те проблемы, которые мы должны решать. Именно они необходимы нам для нашего роста, и только мы способны решить их. Вмешательство правительства через своих лидеров не принесет плодов, если каждый из нас не будет думать о том, чтобы лично осознать ситуацию и сотрудничать с другими.

Центральным элементом всех применений метода мирового процесса является основная концепция природы, согласно которой поток даже болезненных или тяжелых событий таких, как болезнь, психоз или негативизм, может оказаться полезным, если мы исправно следуем ему, с состраданием и знанием. Именно такую установку на процесс имеет в виду Кейдо Фукушима, мастер дзэн-буддизма из монастыря Тофокуджи в Киото, когда говорит: «Каждый день прекрасен». Каждый день может принести пользу, если мы встречаем его как своего учителя. Тогда возникает «Не-Сознание» или более точно – свободный разум, творческий разум, который способен изменяться вместе со сменой времен года.

Мой первоначальный оптимизм в отношении возможности применения древних принципов глубокой демократии к современным проблемам мирового процесса был подорван той косностью, с которой я сталкивался в официальных кругах всего мира. Явные и неявные кодексы социального поведения, застывшие традиции, правила и просто власть организационных структур всегда, казалось, блокировали информацию о конфликтах и возможное согласование различных точек зрения. Более того, неравномерное распределение богатств, материальных и информационных ресурсов делает идею гармонии, мира и социального здоровья почти нереалистичной Американской мечтой.

Эти трудности заставили меня во многом усомниться и переосмыслить собственные предположения, теории и методы. Теперь-то я понимаю, что развитие установки глубокой демократии и использования методов мирового процесса можно требовать лишь от нескольких человек на сотню. Любое другое предположение в данный момент исторического развития кажется нереальным. Таким образом, эта книга далека от предположения, что партнеры в конфликте должны проявлять одинаковые способности или умение или что они должны хотя бы признать наличие конфликта или метод работы с ним. Методы, описываемые в этой книге, не требуют одинаковых общепринятых социальных, культурных, материальных или политических условий для своего применения.

Когда я начинал писать эту книгу, меня постоянно одолевали следующие вопросы:

«Какие навыки необходимы для применения метода мирового процесса?»

«Как научиться сердечному и разумному поведению, необходимому для такой работы?»

«Могут ли мои идеи быть использованы моими друзьями в Южной Африке, Японии и Индии, а также в России, Европе и США?»

«Достаточно ли я подготовлен к написанию этой книги?» Все эти вопросы беспокоили меня, по мере того, как я старался сделать свою работу полезной для читателей в Найроби – как и в Сан-Франциско, в Токио – как и в Москве.

В своей предыдущей книге по глобальным проблемам «Год первый» я пытался связать идеи современной физики с культурными мифами о глобальных полях во всем мире. Принцип глубокой демократии частично основан на результатах книги «Год первый» и дополняет ее с акцентом на том, как взаимодействовать с глобальным полем. Здесь вы найдете теорию, материал о работе с собой, тренировочные упражнения и практические примеры. Это своего рода руководство по работе с глобальным процессом. Книга состоит из четырех частей.

Часть 1. Теория и методы.

Здесь рассматриваются основные концепции поля.

Часть 2. Мета-навыки лидерства.

Здесь излагаются основы личностного развития» необходимого для работы с мировым процессом.

Часть 3. Глобальная работа.

Здесь обсуждаются проблемы общемирового значения: политика, клановость и расизм, насилие на улицах» бедность и сексизм. Описывается опыт работы в США» Европе, Израиле, Японии, Восточной и Южной Африке.

Часть 4. Возможная вселенная.

Здесь обсуждается связь между физикой и знанием» показывается» каким образом последнее может предотвратить временное и глобальное разрушение.

Читатель найдет в ней проверенные, применимые в различных культурах методы разрешения конфликтов, их описания, ограничения и рекомендации для применения в организациях» в массовых общественных процессах. Глубокая демократия предлагает также политическую платформу, основанную на нашем стремлении к знанию, на заинтересованности в личном росте и на любви к ближнему.

Глава 2
Теория поля

Сначала я собирался просто написать «практическое руководство», описывающее методы работы в ситуациях, возникающих в малых и больших группах. Потом, однако, я понял, что не смогу сделать этого, если не буду учитывать сверхъестественной и загадочной природы групповых полей, пронизывающих мир, в котором мы живем.

Внешне этот мир похож на огромное дело, созданное для получения прибыли, или на этнос, отстаивающий свою самобытность. Однако, если всмотреться глубже, то окажется, что быть жителем планеты или членом любой из миллионов подгрупп, ее населяющих, означает быть участником некоего огромного семинара. Действительно, большинство из нас ведет себя подобно участникам семинара, полагаясь на своих лидеров-учителей как на богов, обладающих политической, духовной, целительной и эмоциональной мудростью и силой.

Однако, едва ли найдется лидер, отвечающий всем тем требованиям, которые мы к нему предъявляем. У рядовых граждан («участников семинара») возникает множество собственных проблем при достижении личных целей как в группе, так и в личной жизни.

Иногда роль управления таким семинаром как бы берет на себя великий дух. Мы внезапно обнаруживаем тогда вокруг себя героев и героинь, святош и святых, маньяков и ученых, но лишь очень немногие из них заинтересованы в том, чтобы помочь нам стать самими собой, развить наш собственный лидерский потенциал, и знают, как это сделать.

Если этот мир подобен семинару или собранию, то он должен быть таким, где всем не терпится принять участие в его работе и работать в одиночку или вместе с другими. Такой мир был бы изумителен.

Однако, в действительности все обстоит совсем иначе – никто не хочет «возникать» на групповых, общественных или деловых собраниях; некоторые группы и народы управляются ужасными тиранами; все боятся выступать, а если кто-нибудь и осмелится на это, никто не умеет выслушать этого человека. Воздух пропитан страхом потенциального насилия. Низкая самооценка, видимо, принимает размеры эпидемии и лишь очень немногие из старших участников способны любить младших, помогать им развиваться в такой атмосфере, где бизнес и личный духовный рост – одно и то же.

Я убежденный сторонник трансперсональных представлений, перевода бессознательного в осознаваемое, достижения оптимального уровня развития человеческого потенциала. Однако, первым шагом на пути улучшения существующего положения является осознание того факта, что, как и на семинаре, мы прибыли в этот мир, чтобы извлечь максимум возможного из нашей жизни. Это – незыблемая истина духовного обучения. Жизнь – это место, где мы охотимся за самими собой, место сверхъестественное, наводящее благоговейный ужас и в то же время это сад, в котором мы растем. Но чтобы осознать это, мы должны понять, как надо расти и расцветать. Обладая средствами и знанием межконтинентальной коммуникации, мы не слишком много знаем о коммуникации межличностной и трансличностной. Чтобы научиться этому, мы должны знать то, во что верим и как мы действуем. В физике представления об этом мире сведены в теории. Поэтому начнем с теории.

Теория поля

Следующая аналогия из системной теории организационного развития поможет объяснить нашу общую ситуацию. Представим организацию в виде огромного айсберга⁷.

Вообразите, что ваша группа, предприятие или нация плавает в океане (поле) иногда свободно, иногда связанно с другими группами и организациями. По этой аналогии лидеры располагаются на верхнем уровне организации, «над водой», смотрят в будущее, чтобы управлять движением айсберга, тогда как работники располагаются ниже ватерлинии, поддерживая существование всей группы, как правило, не имея представления о направлении движения, о замыслах своих родителей, старших или лидеров. Организационное развитие отчасти основано на содействии тому, чтобы этот айсберг функционировал как единое целое.

Рис. 1. Организационный айсберг

Когда в общении между людьми возникают трения, это неизбежно порождает трудности в организации, что может привести к ее застою или упадку. В этом случае организационные консультанты стараются проанализировать возникающие проблемы, диагностировать ситуацию и предлагают решения этих проблем, когда каждый информируется об отдельных частях организации. В данной модели организации океан представляет собой множество взаимодействий между организацией и внешним миром, куда входят возможные вышестоящие организации, клиенты, а также материальные и информационные ресурсы, с которыми она должна быть связана для поддержания своего существования. Модель организационного развития хорошо работает во многих ситуациях, хотя некоторые из ее методов основаны на предположении, что человек действует механически, как часть машины. В отличие от такого типичного упрощенного подхода к организационной динамике, существует другой метод, в котором учитываются джунгли, в которых мы живем – джунгли невыразимых эмоций, теней и безымянных сил.

Эмоции и группы

На любое собрание группы всегда оказывают влияние невидимые факторы, проявляющиеся в настроениях, мотивациях, проблемах группы, а также в амбиции, депрессии, иллюзиях и фантазиях ее членов. Более того, организации, как и все группы, раздираются внутренней ревностью, соперничеством, любовными интрижками, злоупотреблением алкоголем и наркотиками, внутригрупповыми распрями между учеными и бюрократами, фантазерами и руководителями среднего звена, студентами и преподавателями, секретарями и начальниками. Когда «после работы» устраиваются вечеринки и компании, все эти факторы выявляются более четко, так как выпивая, люди дают выход тем частям своего «я», которым в течение всего дня не находилось места. Тут и всплывают на поверхность личные проблемы, интриги, сплетни, конфликты, а иногда даже и стычки. Исследования организационного развития сосредоточены не на перспективах и интересах глобальной системы (нации или планеты), а на обозримых и безотлагательных интересах и целях предприятий и организаций, имеющих значение только сегодня или завтра. Мечта Генри Форда – сделать автомобили доступными широким массам, фирмы компьютеров «Макинтош» – персональный компьютер – на каждом столе, перспективы фирмы «Пепси» определяются ее стремлением вытеснить с рынка «Кока»!

Этих сиюминутных интересов без концепции глобального семинара, без знания о потребности человека достичь чего-нибудь значительного в жизни, недостаточно для удержания на плаву организационного айсберга.

Для того чтобы отобразить подлинную сущность организации, в концепцию организационного айсберга необходимо ввести новый параметр. Такая схема должна включать также фактор духовных перспектив, эмоций, чувств, настроений и даже паранормальных явлений, пронизывающих жизнь группы. Этот невидимый фактор описывается в других науках как скрытая энергия (физика), коллективное бессознательное (философия Юнга) или как морфогенетическое, магнитное поле в концепции вселенной Шелдрейка.

Новая схема могла бы отобразить завуалированные, призрачные чувства, которые порождают подводные токи и течения. Организации характеризуются не только открытой и определяемой структурой, намерениями и целями, но также своими эмоциональными характеристиками, такими как конфликтные взаимоотношения, ревность и зависть, равно как и альтруистические побуждения, духовные потребности и заинтересованность в смысле жизни. Жизненно важные духовные ценности, проблема загрязнения окружающей среды, войны в различных частях света, несмотря на то, что они слабо воспринимаются или к ним редко обращаются, тем не менее тоже влияют на структуру внутренних и внешних местных событий в организации.

Характеристики поля

Информационный поток. Организации, следовательно, не просто организмы, а организмы, обладающие воображением, физические объекты, управляемые своим воображением равно как и организационными структурами, эмоциями – также как идеями и капиталом. Организация вместе со своими фантазиями и подводными течениями образует поле, которое проявляется в человеческих ощущениях, особой атмосфере и специфических заданиях и ролях. Если это поле согласованно, гармонично (конгруэнтно), тогда то, во что группа верит, и то, что она делает – тождественны.

Однако, в большинстве случаев то, что мы делаем, отличается от того, что мы говорим. Это всегда приводит к индивидуальному и групповому беспорядку, трудностям, несовместимости и конфликтам независимо от того, чем является эта группа – парой, семьей, группой друзей или целой нацией. При этом группа погружается в информационный п о т о к, море сигналов, необъяснимых, неизвестных или невидимых.

В качестве примера неконгруэнтного поля я вспоминаю работу с группой способных руководителей в одной из ведущих европейских стран. Они обратились ко мне, так как хотели бы работать сообща и установить более плодотворные взаимоотношения между собой, хотя вслух об этом никто бы не высказался. Они вели себя жестко и сдержанно. Когда я работал с ними, мне стало очевидно, что их поле рассогласовано под воздействием невыраженного и неопределяемого давления из-за того, что каждый считал себя способнее других.

Позже мы поговорим о том, как работать с неконгруэнтными полями и информационными потоками, чтобы повысить чувство общности и командный дух.

Поля ориентируют находящихся в нем людей. Что такое поле? Поля – это природные явления, которые включают в себя каждого человека, вездесущие силы, создающие давление на объекты в окружающей их среде. Пример из физики: если подложить под бумажный лист магнит, а на поверхность листа насыпать металлические опилки, то можно будет увидеть силы магнитного поля. Поле ориентирует эти опилки вдоль силовых линий.

Рис. 2. Металлические опилки ориентируются магнитным полем

Нам кажется, что мы управляем и руководим своей жизнью и группами, но фактически поля также порождают и ориентируют нас, как и мы их. Поля организуют людей в группы, если подразумевать под группой людей любое число индивидов, одинаково понимающих слово «мы». Поля могут быть невидимы невооруженным глазом, но они могут создавать такое же напряжение и беспокойство, как непостижимый дух.

Обычно существует много различных типов «мы». «Мы» одной группы отличаются от «мы» другой группы по способу, которым группы идентифицируются. Таким образом, семья – это группа, так как ее члены иногда пользуются словом «мы». Аналогично, компания друзей, играющих в кегли, есть разновидность «мы», выражающая принадлежность к спортивному клубу.

Предприятия, города, нации, религии, расы – это все группы, обладающие особыми типами поведения (паттернами) и согласием относительно определенных ценностей и представлений, даже если они не до конца сформулированы. Все члены одной группы связаны общими убеждениями и ценностями.

Следовательно, поле выражается в убеждениях, которые порождают наши личные и групповые индивидуальности» Хотя поле невидимо и намного больше людей, в нем находящихся, оно совершенно реально проявляется в наших убеждениях. Мы переживаем наши ценности и убеждения как нечто побуждающее нас совершать определенные поступки и ощущаем эти ценности как «группирующие» нас вместе, как порождающие индивидуальность.

Поля могут быть невидимы невооруженным глазом, но они проявляются в воображении личности, в историях, рассказываемых людьми об их группах, или даже в народных мифах. Личности и группы образуют театр военных действий для героев мифов при разрешении мифических конфликтов. Именно эта призрачная природа поля так сильно затрудняет работу экологов, экономистов и политиков по изучению этого мира, так как он только отчасти детерминирован причинными факторами. Этот мир детерминирован также случайными факторами, полем воображения, и для решения возникающих в нем проблем мы так же нуждаемся в шаманах и предсказателях, как в политиках и ученых.

Поля не имеют границ. Поля не имеют ни внутренних, ни внешних границ, они всепроникающи подобно электромагнитным колебаниям или атмосфере, которые не обладают четко обозначенными границами.

Принадлежность к данной группе совершенно не зависит от нашего желания или согласия быть членом этой группы. Мы являемся частью данного «мы», если паттерн группы – нормативный тип поведения – в нас или нас окружает. Принадлежность к группе может никак не быть связанной с тем, где мы живем или с кем общаемся. Группы, как и окружающие их поля, зависят от разделяемых всеми членами группы фантазий. В поле мышления не существует «своих» или «чужих». Каждый, кого затронуло данное поле, является его частью.

Поля существуют независимо от времени, пространства и физического разделения. Даже физик не может точно сказать, где начинается или кончается в пространстве человек. Врач не может предсказать момент нашей смерти. Мы в такой же степени поля и волны, в какой – тела и частицы! Мы состоим из идей, представлений и ощущений, так же как и из вещества и материи. Вот почему для того, чтобы быть связанным с природой, даосизм советует следовать своим внутренним ощущениям, а не внешним проявлениям вещей.

Такая характеристика поля имеет важные последствия для понимания самих себя. Такие понятия как личностное и б е з л и ч н о с т н о е, личное и коллективное, я и ты, внутреннее и внешнее, являются относительными и не имеют абсолютного смысла. Следовательно, каждое чувство, мысль, движение и столкновение являются одновременно и внутренним и внешним событием. Таким образом, медитация или работа над собой воздействуют на внешний мир, а мировые события влияют на личную жизнь.

Поля можно ощущать как силы. Поля часто можно видеть в фантазиях и снах, но можно и ощущать как энергетические силы, подобно силам гравитации. Под их воздействием мы можем чувствовать себя тяжелыми или легкими. Действуя подобно электромагнитным силам, они притягивают нас друг к другу или отталкивают друг от друга. Мы ощущаем их как будто слабые или сильные ядерные силы удерживают нас вблизи нашей личностной сущности или позволяют нам удалиться от нее.

В даосизме поле переживается личностью как Дао, мгновенное переживание, с древнейших времен воображаемое как сила, действующая вдоль линий дракона. Эти силовые линии дракона подобны «бороздам» во вселенной. Если вы попытаетесь выскочить из «борозды», то сразу почувствуете сопротивление. Литература по дзэн-буддизму и даосизму советует нам двигаться вдоль этих линий наименьшего сопротивления. В терминах концепции поля это означает, что мы должны жить в соответствии как с внутренними ощущениями, так и с внешними ситуациями. Дао подобно серфингу на гребне волны.

Мы все сильно ощущаем воздействие этих психофизических полей. Иногда мы замечаем эти поля и реагируем на них, говоря «Воздух такой густой, что его можно резать ножом», или – «напряженность между ними ощущается почти физически». Все мы помним атмосферу семьи, в которой выросли. Атмосфера некоторых полей привлекает нас, а некоторых – отталкивает. Силовые поля ощущаются и переживаются нами посредством наших собственных эмоций, таких как любовь, привлекательность, теплота, ревность, конкуренция, страх и напряженность или путем поляризаций как расовые конфликты, конфликты между полами и напряженность между «своими» и «чужими».

Многоканальность полей. Мы ощущаем эти поля посредством таких чувств как любовь, привлекательность, конкуренция, страх или напряженность. Мы воспринимаем их также благодаря характерной напряженности, которую они порождают в конфликтах: расовых, между полами и между «своими» и «чужими». Мы можем также воспринимать эти поля даже через атмосферные, пространственные или физические свойства тех мест, где встречаемся, или через природу, нас окружающую.

Другими словами, мы воспринимаем поля по многим каналам: в воображении, в ощущениях своего тела, в проблемах взаимоотношений, в совпадении действий, в малых группах и в окружающем нас мире. Многоканальность проявления полей означает, что когда мы работаем с полями и помогаем им развиваться, мы должны делать это на многих уровнях: через ощущения, представления, движение, внутреннюю работу, работу по взаимоотношениям и взаимодействию в большой группе.

Поля облагают человекоподобными характеристиками. Мировое поле с древнейших времен представляется как огромное человекоподобное божество⁸. Христианство двадцатого века мыслит мир как тело Христово. Индуизм считает, что все мы живем в теле Атмана. В древнем Китае считали, что мир возник из огромного человекоподобного божества, именуемого «Пан Ку». Когда он умер, его волосы стали деревьями, дыхание – ветром, кости – горами, а кровь – реками. Это древнее представление перекликается с современной тенденцией очеловечить Землю, когда ее называют Гея или Мать-Земля.

Если мир подобен человеку, тогда мы сами – его клетки, отвечающие за его существование и жизнеспособность его органов, головы, сердца, ног.

Другой человеческой характеристикой полей является их потенциальная разумность. Такое представление о разумности мира или вселенной возникло в наше время, но и раньше люди верили в мудрость мирового поля. Ранние христиане полагали, что параллельно окружающему миру должен существовать его женский двойник, «душа мира», созидающий разум. В Индии и сейчас многие представляют Шиву или Вишну мудрым полем, которое мыслит и чувствует. Они верят в то, что наша способность видеть, слышать и чувствовать – это проявления в нас Шивы.

В действительности, поля сами по себе не обладают разумом – они потенциально разумны. Обладая возможностью быть «мудрыми», поля, как и мы сами, включают в себя множество наших бессознательных состояний. Они подобны снам: без нашего сознательного участия и вмешательства большая часть их мудрости не сможет проявиться.

Так, сигналы, поступающие от нашего тела, можно воспринимать либо только как боль, или же можно расценивать как мудрое предупреждение о возможной болезни. Наши предсказания могут только сбить нас с толку, если мы не подготовим для них почву и не поможем им сбыться. Массовые движения в мире полезны только тогда, когда они связаны с нуждами людей. А трудности планеты не принесут ей пользы, пока мы не поможем им стать полезными.

Поле – это сноявь (см. словарь). Мир – это сноявь, невидимое тело, призрачное существо, которое проявляет себя в физической действительности. В старину ясновидящие использовали эту призрачную сущность Земли. Они определяли места и линии на земной поверхности, наиболее благоприятные для жизни и процветания людей, строивших затем в соответствии с этим свои деревни и города.

Силовое поле – сноявь в том смысле, что мир является физической реальностью, пронизанной в то же время невидимыми и отчасти неизмеряемыми силами. Нас не должно удивлять то, что многие из наших болезней кажутся тесно связанными с энергией огня и бури, их «духами», – тихими я легкими ветерками, лесными пожарами и расовыми беспорядками.

Поля развиваются. Весь мир постоянно находится в атмосфере огромных перемен. Хотя многим кажутся неожиданными геологические или погодные изменения, надо всегда помнить, что Земля не есть нечто статичное, неизменяемое; так как и мы сами, она живет, умирает и преображается.

Поля развиваются; они не статичны и неизменны, а, как и погода, подвержены изменениям. Туман скапливается, перемещается в атмосфере, рассеивается или превращается в облака. Облака рассеиваются, собираются вместе, образуя безобидные белоснежные пуховики, или скапливаются в темные грозовые тучи. Чувства и идеи изменяются и трансформируются в поле. Иногда они скрыты в тени, иногда выступают на первый план. Примером может служить изменение, претерпеваемое социализмом в Восточной Европе.

Во время развития поля поляризуются. Они порождают внутри и межличностные конфликты, рвут отношения и отпугивают от старых друзей. Однако, наряду с тем, что перемены и дифференциации могут быть болезненными, они могут также непредсказуемым образом подтолкнуть людей ж объединению, порождая единство и мир между группами и личностями. Каково мировое поле сегодня? В каком направлении оно развивается? Какие изменения в нем происходят? Взорвется ли оно в результате экологической катастрофы? Возникнут ли новые творческие силы, объединяющие нас в своего рода планетарную семью, которой еще не было в мире? Сможем ли мы создать новый мир до того» как погибнет старый?

Мысленный эксперимент

Представьте на минуту, что поля могут беспрепятственно проникать через время и пространство. Было ли когда-нибудь так, что вы работали над чем-нибудь совместно с другими, вообще не намереваясь этого делать?

На минуту задумайтесь о себе и о группе, к которой принадлежите. Представьте себе группу, частью которой вы являетесь. Можете вы вообразить ее полем, огромным человеческим организмом или божественным существом? Какую роль вы играете в этом «существе»? Кто вы – глаза, голова, ноги или желудок?

Теперь представьте, что эта группа – своего рода огромное человеческое тело, а вы нужны для того, чтобы помочь жить этому организму. Ваши чувства, ощущения, реакции и мысли необходимы для существования этой системы. Работа, которую вы выполняете, делается отчасти для этого тела. Вы можете стать глазами данного поля!

Глава 3
Проявления духа в групповом поле

3 августа 1990 г. около половины восьмого вечера мы с Эми заканчивали семинар по вредным привычкам. Мы помогали группе в количестве около 200 человек включиться в групповой процесс, посредством которого группа должна была отметить и обсудить все, что происходило в поле. Когда несколько участников рассказали о своих ощущениях в этом поле, одна молодая девушка, которая до этого явно спала, вдруг глухо вскрикнула и проснулась. Это всех поразило и вместо того, чтобы пройти мимо столь явного нарушения порядка, единодушно решили, что это должно быть частью поля, в котором мы работали. Поэтому была образована небольшая группа, решившая с большей силой выразить поступок девушки.

В считанные минуты все поменялись местами так, что спонтанно образовались две группы. В одну из них вошли те, кто старался лучше выразить крик девушки и поддержать ее. Эта группа шумела, кричала и создавала беспорядок и сумятицу. Одновременно другая группа с возмущением восстала против поведения первой группы.

Обстановка накалялась по мере того, как обе группы поляризовались. Первая группа шумела все громче и громче, тогда как спокойная группа все упорнее призывала к порядку. Потом группы стали вести себя агрессивно и воинственно по отношению друг к другу. В разгар обострения ситуации, как раз когда она казалась неуправляемой, я сказал участникам, что они свободно могут нападать друг на друга. Тут же все успокоились. Участники конфликта на минуту притихли, осознав как близко они подошли к тому, чтобы совершить насилие. Некоторые вскакивали на ноги и начинали говорить о своих переживаниях по поводу случившегося. Трудно передать драму этого особого вечера и то» как она завершилась. Как и многие групповые процессы, разрешение этого конфликта стало важным событием, оставившим свой эмоциональный след в его участниках.

Однако причина, по которой я рассказываю эту историю, заключается в том, что именно в этот вечер, на другом конце света Ирак вторгся в Кувейт, подталкивая мир к новой мировой войне. Была ли некоторая случайная связь между поразительным конфликтом в нашей группе и этим мировым скандалом? Позднее я еще буду говорить о таких случайных связях между групповыми процессами и событиями в мире.

Теперь я должен поставить неразрешимый вопрос: что порождает напряженности и конфликт в поле? Одно объяснение состоит в том, что поля порождаются различиями и полярностями между людьми. Подобно тому как силовые линии концентрируются вокруг полюсов магнита, многие аспекты нашего земного поля кажутся сосредоточенными вокруг человеческих различий, конфликтов и кульминационных событий.

При другом подходе поле считается первопричиной всех земных событий. Поле вызывает разногласия во взаимоотношениях, землетрясения и грозы. Что первично – наши конфликты или поле, в котором мы живем? Временами мы чувствуем, что поле порождает разногласия, как в описанном семинаре, временами нам кажется, что напротив, – эти разногласия порождают поля.

Во многих странах мира человеческие проблемы понимались как следствие воздействия силовых полей и духов, и поэтому считалось, что для их решения надо привлекать шаманов. Во многих странах современного мира верят в то, что эти проблемы создаются самими людьми. Если мы воспринимаем поле как некоторую первичную силу, порождающую все на свете, то мы тем самым стоим на позиции шаманства. Когда мы чувствуем, что наши личные настроения порождают поля, мы опираемся на психологический подход, Таким образом, «шаманство» и психология как бы дополняют друг друга в нашей жизни. Оба объяснения необходимы – одно без другого является ограниченным. В нашей работе мы пытались объединить оба эти подхода, признавая необходимость и полезность природы личного опыта для данной личности и избегая в то же время вопроса об источнике или причине этого опыта.

Фактически большинство форм нашего метода действуют без знания причин изучаемых событий. Можно задавать вопросы о причине или источнике, но большей частью ответы на них не слишком помогают решить проблемы. Поэтому я убежден: лучшее, что мы можем сделать – это научиться справляться с возникающими ситуациями.

При работе с полем нам необходим независимый словарь для описания событий. Д а о – хороший термин, но он носит несколько неопределенный и общий характер. Дух – лучше, но каждый вкладывает в него свой смысл. Энергия Инь и Я н – способ описать поляризацию поля, но эти понятия культурно обусловлены. Можно было бы просто говорить о полярностях и груповых ролях для описания структуры поля, но такие описания являются статичными и недостаточно подчеркивают изменения, которые претерпевает каждая из сторон. Если пользоваться понятиями, которые предполагают статику и неизменяемость, то именно эти свойства и будут проявляться при наших попытках содействовать глобальным процессам.

Необходимы новые понятия для обозначения противоположных энергий, полярностей и ролей. Нам нужен термин, означающий, что поляризация – не совсем продукт данных личностей и групп, что роли не статичны, а изменяются, возрастают, ослабевают и даже исчезают со временем.

Не имея лучшего термина, я собираюсь характеризовать агрессивные и миролюбивые полярности описанного выше семинара, как проявления духа в групповом поле.

Видимо, поля нарушаются в результате взаимодействий между проявлениями духа. Любую полярность или напряженность между полюсами можно рассматривать как напряженность между проявлениями духа. Даже слова «мать» и «отец» являются обозначениями проявлений духа, специфичеткими для данного места и времени, и они изменяются со временем. Групповые поля часто поляризуются в конфликтах между конкурирующими лидерами, между «мы» и «они», между сторонниками и противниками, между мужчинами и женщинами. Поля в сфере образования поляризуются на учителей и учащихся, а политические – на либералов, умеренных и консерваторов. В бизнесе также возникают полярности – хозяева и работники, свои и чужие, новаторы и консерваторы.

Проявления духа часто переживаются как мифические сущности. Посмотрите только, как средства массовой информации описывают национальные поля и людей в них. Героям часто приписываются качества суперменов, тогда как «плохие парни» ассоциируются с негодяями, монстрами и дьяволом. Там есть глупцы и мудрецы, голодающие и образ Великой Матери. В каждом таком поле есть злодей и герой, борющийся за свободу.

В центре общественной жизни располагается множество вихревых конфликтующих полей, структура которых обусловлена напряженностью между групповыми меньшинствами и большинством, между богатыми и бездомными, черными и белыми, полицией и наркоманами и т. д. до бесконечности. Серьезная напряженность существует между меньшинством и большинством. Мы постоянно читаем о борьбе между расами, этническими и религиозными группами и классами.

Принадлежность к меньшинству как проявление духа переживается неграми во многих странах мира, цыганами – в Европе и евреями – среди остальных. Куда бы мы ни посмотрели, всюду обнаруживается неприятие большинством какого-либо меньшинства. Повсюду в мире, независимо от страны, любая группа большинства будет говорить примерно одно и то же о меньшинстве. Характерные представления группового большинства о меньшинстве состоят в том, что члены меньшинства:

а) необычные, странные, опасные;

б) отвергаемые, морально ущербные или, по меньшей мере, морально чуждые;

в) не заслуживающие общественных прав;

г) неспособные и заслуживающие выполнения только самых низших социальных обязанностей;

д) неопрятные, злые, продажные или разрушающие мир;

е) несознательные и тупые;

ж) параноидальные и воинственные;

з) интеллектуально неразвитые.

Проекции и процессы

Вышеприведенные представления в отношении любых меньшинств, независимо от расы, веры или пола, носят универсальный характер. Когда мы смотрим на эти поляризации изнутри, нам кажется, что это – проблемы, порожденные людьми. На самом же деле конфликт между большинством и меньшинством порожден полем. Поле разделяет людей.

Общепринятый подход к предубеждениям относительно меньшинств состоит в том, что одна группа проецирует отрицательные качества на другую группу: проекции – это отрицательные атрибуты самой этой группы. Поэтому необходимо выявлять подобные проекции и избавляться от них. Данный подход основан на том, что устранение таких проекций может улучшить отношения между группами. Очевидно, что избавление от этих проекций необходимо, и если личность или одна из групп поступает таким образом, то проблемы решаются гораздо быстрее.

Часто, однако, негативные проекции даже после видимого их устранения возрождаются или возвращаются. Создается впечатление, что некоторые конфликты при своем повторении создаются не людьми, а проявлениями духа. Следовательно, устранение проекций группы – это лишь часть всеобщего процесса: напряженность поля надо рассматривать так, будто поле старается самовыразиться. Метод глобального процесса подходит к конфликту как к попытке проявлений духа вступать в конфронтацию, конфликтовать между собой и познавать друг друга. В этом случае отдельные личности могут чувствовать себя так, будто они управляются или используются духами поля.

Роли и проявления духа

Глобальное поле не имеет ни внутренних, ни внешних областей. Следовательно, мгновенные роли, которые мы принуждены играть в локальном поле, одновременно связаны с глобальными событиями. Атмосфера нашего мира или дух времени влияет на наши тела, наши взаимоотношения, поляризует, разделяет и объединяет нас с друзьями и членами семьи.

Роли, которые мы играем в поле – это «Zeitgeister», или духи времени, или глобальные проявления духа, как я их называю. Проявления духа – это фактически дифференцированные части всеобщего глобального поля: как роли они обнаруживаются повсюду в мире – коммунисты и капиталисты, рабочие и менеджеры, бедные и богатые страны, герои и злодеи и т. п.

В некоторых других случаях⁹ я применял термин «роль» по отношению к различным частям данного поля. «Проявление духа» модернизирует концепцию роли – этот термин лучше описывает и подчеркивает временную и преходящую природу роли в личностном или групповом поле, чем термин «роль». Проявление духа напоминает нам о том, что окружающий мир способен трансформироваться.

Проявления духа подобны образам наших сновидений. Они подобны воронкам или завихрениям невидимого потустороннего мира, они завлекают вас, втягивают вас в свои энергетические водовороты. Когда вы отождествляетесь с некоторым проявлением духа, вы фактически переживаете эмоции, характерные для этого духа, ваше сознание тем самым изменяется. Вы сердитесь или важничаете, чувствуете себя героем или жертвой. Энергия этих духов делает вас угрюмым или одержимым, безумным и счастливым, вводит в подавленное или самоубийственное настроение.

Изменяющиеся проявления духа

Проявления духа, однако, не являются статичными или неизмененными состояниями или противостояниями. Если эти роли сознательно выявить путем их проигрывания или даже временного вживания в них, то они изменяются. Проявления духа трансформируются.

Личность или роль, которая на первый взгляд казалась олицетворением зла, может проявить большую глубину чувств и сострадание, чем мы могли предполагать, если такую роль проанализировать. Точно так же пуританская и нравственная личность может быстро трансформироваться в личность злую или тираническую.

Даже несмотря на то, что мы пользуемся понятием «проявление духа» как статической, неизмененной константой, на практике проявления духа трансформируются, изменяются и могут обладать удивительной пластичностью, способностью к развитию и эволюции. Злобность личности или группы может смягчиться или смениться доброжелательностью. Добрый может стать жестким или даже жестоким. Слабовольный может стать героем, а злобный критик превратиться в мудрого учителя.

Мы боимся проявлений духа из-за их способности овладеть нами как в личной, так и в общественной жизни. Всем известны внезапные и возможные разрушительные последствия массовой истерии. Неожиданно для самих себя мы втягиваемся в какие-то роли и начинаем поступать иррационально и бессознательно. Чем меньше мы знаем о самих себе и о проявлениях духа в данном поле, тем легче впадаем в измененные состояния сознания, такие как ярость и депрессия, экстаз и паранойя. Мы боимся этих состояний из-за их воздействия на нас и так как полагаем, что они постоянны по своему существу и неспособны к изменению.

Мы опасаемся проявлений духа также потому, что отождествляем с ними людей, играющих определенные роли. На самом деле, группы и личности не идентичны проявлениям духа; личность может переживать самые различные состояния и проявления духа, а также способна осознавать их и извлекать из них пользу.

Например, самонадеянность и высокомерие – это проявление духа, которое характерно не только для белых в поле расовой напряженности; негры временами тоже могут играть эту, обычную для «белых», роль в данном поле. Таким же образам, любой – белый или черный, может вдруг обнаружить, что переживает состояние духа, характерное для отвергаемого или притесняемого меньшинства. Мы отличаемся от тех ролей, которые занимаем в поле. Мы слишком сложны и многогранны для того, чтобы находиться всего в одной роли, даже если временно захвачены этим проявлением духа. Временами я чувствую себя брамином, временами – неприкасаемым, временами – черным, временами – белым. Иногда я чувствую себя евреем или христианином, а иногда – неверующим или фундаменталистом.

Нам знакомо, но не всегда осознается привязывание людей к статическим, абсолютным ролям. Мы жестко разделяем себя: ты – лидер, я – твой последователь. Ты – белый, я – черный. Ты – европеец, я – американец. Ты из племени Зулу, я – из Банту. Ты живешь на этой стороне улицы, я – на другой. Ты принадлежишь к высшей касте, я – к низшей. Мы легко забываем о том, что именно проявление данного духа заставляет нас входить в роли.

Когда мы работаем с этими переживаниями, они начинают изменяться. Когда мы сознательно анализируем свое высокомерие или неприятие чего-либо, гнев или обиду, печаль или нужду, проявление духа, в котором мы находимся при этом, начинает изменяться. По ходу такого изменения может случиться так, что соперники становятся неотличимы друг от друга. Там, где были две противоборствующие стороны, вдруг обнаруживается единство!

Именно тенденция духа к изменению порождает общность. Например, в случае, описанном в начале этой главы, только после того, как агрессивные и шумные члены группы дали выход своему буйству, а спокойной группе было позволено проявить свое упорство и воинственность по отношению к ним, удалось изменить проявление духа агрессивности и консервативности. Изменяясь, эти свойства в конце концов просто испарились, а в комнате вместо групп остались отдельные личности, выступающие от всего сердца.

Я вспоминаю собственные путешествия. Прожив двадцать лет в Швейцарии и возвращаясь в США, объехав весь мир, я с удивлением задавал себе вопрос: кто я? Европеец или американец? Японец или африканец? Любое такое отождествление с какой-нибудь национальностью казалось мне слишком жестким. Я не мог больше отождествлять себя с одним-единственным проявлением духа в этом поле. Я иногда испытывал замешательство и недоумение, когда меня спрашивали о том, где я живу, где я вырос, или когда и где я родился. В один день я чувствую себя просто жителем планеты, в другой – американцем, в третий – японским крестьянином.