Kitobni o'qish: «Руководство к изучению Священного Писания Нового Завета. Часть 2. Апостол: Деяния. Послания. Апокалипсис», sahifa 11

Глава восемнадцатая

Павел в Коринфе (стихи 1–17). Отплытие его в Иерусалим через Эфес (стихи 18–22). Начало третьего апостольского путешествия (стихи 22–23). Проповедь Аполлоса (стихи 24–28)

Апостол Павел в Коринфе
(Деян. 18, 1–17)

Павел, оставив Афины, пришел в Коринф (Деян. 18, 1). Этот известнейший в древности по своей обширной торговле богатый город лежал на перешейке между Эгейским и Ионийским морем, имел две гавани на восточной и западной стороне. В то время он был столицей римской провинции Ахаии, включавшей в себя Пелопоннес и Элладу, то есть почти всю нынешнюю Грецию. Жители его жили в роскоши и поисках удовольствий.

Желая поселиться надолго в Коринфе, этом важном центральном пункте, для проповеди, Павел, с целью обеспечить себе материальную возможность существования работой своими руками, поселился у некоего Акилы, родом понтянина, недавно пришедшего из Италии, и его жены Прискиллы, которые, как и Павел, имели ремеслом делание палаток.

Потому что Клавдий повелел всем Иудеям удалиться из Рима (Деян. 18, 2). Об упомянутом здесь изгнании иудеев из Рима, которому подверглись Акила и Прискилла, говорит римский историк Светоний, сообщая, что причиной этого были возмущения иудеев, производимые каким-то иудейским возмутителем, присвоившим себе имя Христа.

Вероятнее всего, Светоний не понял хорошо всего этого дела, а причиной изгнания было неспокойствие между иудеями, спорившими с христианами, которых в ту пору в Риме было уже много. Однако это свидетельство Светония весьма важно, как содержащее упоминание о Христе, а также потому, что помогает нам установить данные апостольской хронологии. Это произошло в 52 году христианской эры.

Акила – это греческое произношение латинского имени Аквила, а Прискилла – уменьшительное от латинского имени Приска. Оба супруга были обращены святым Павлом к вере во Христа, видимо, несколько позже, ибо он остановился у них лишь по одинаковости ремесла (Деян. 18, 3).

У евреев было в обычае, даже у богатых, обучать детей какому-нибудь ремеслу, чтобы сделать их ни от кого не зависимыми в отношении содержания. Делание палаток для путешественников, для военных лагерей было довольно выгодным ремеслом. Послания показывают нам несколько раз, что Павел был очень счастлив, имея возможность приобретать себе средства к жизни собственным трудом, никого не обременяя (см. 1 Кор. 4, 12 и др.).

Каждую субботу Павел беседовал в синагоге, убеждая в истине евангельского учения как природных иудеев, так и эллинов, то есть прозелитов (см. Деян. 18, 4). Очевидно, здесь Павел встретил большое противодействие своей проповеди, ибо он понуждаем был духом (Деян. 18, 5), – выражение, указывающее на большое духовное напряжение проповедника.

Сопротивление иудеев проповеди Павла дошло, наконец, до открытого злословия в синагоге. Тогда Павел решил прервать всякие сношения с коринфской синагогой и обратился к коринфским язычникам. Отрясши одежды свои (Деян. 18, 6), что равносильно отрясанию праха от ног своих.

В знак окончательного разрыва он сказал: Кровь ваша на главах ваших; я чист; отныне иду к язычникам (Деян. 18, 6), то есть: «За ваше неверие и упорство на вас обрушатся, как наказание Божие, страшные кровавые бедствия, но я за это не ответствен: я проповедал вам единственный путь, которым вы могли избегнуть этого наказания, – путь евангельской истины. Вы не пошли по нему, вы и виновны в этом и ответственны, а не я».

Наказание, которым угрожает здесь Павел, – это вечная погибель, которая называется апостолом смертью⁵⁴, а потому чувственно представляется здесь под образом изливающейся крови, так как в крови душа животного. Кончает свою угрозу Павел заявлением, что так как они упорно отвергают его проповедь, то он идет с этой проповедью к язычникам. И тотчас же исполнил эту угрозу, выйдя из синагоги и перейдя в дом прозелита Иуста, жившего подле синагоги (Деян. 18, 7).

Этот решительный поступок на некоторых произвел столь сильное впечатление, что многие уверовали и крестились, в том числе и сам начальник синагоги Крисп со всем домом своим (Деян. 18, 8). Его крестил апостол Павел, как он свидетельствует в Первом послании к Коринфянам, сам лично (см. 1 Кор. 1, 14).

Для ободрения своего верного служителя Господь явился ему в видении ночью и сказал: Не бойся, но говори и не умолкай (Деян. 18, 9), указав, что в этом городе есть много людей, достойных слышания проповеди Павла и готовых уверовать. И Павел, который, быть может, думал покинуть Коринф, как он покинул Афины, остался там, проповедуя целых полтора года (см. Деян. 18, 11).

Между тем злобные иудеи не хотели и здесь оставить в покое апостола. Во время проконсульства Галлиона в Ахаии, напали Иудеи единодушно на Павла и привели его пред судилище, говоря, что он учит людей чтить Бога не по закону (Деян. 18, 12–13). Здесь мы опять можем установить более менее точную хронологию событий.

Проконсул Иуний Анней Галлион был братом известного философа-стоика Сенеки, воспитателя императора Нерона, и умер, так же как и Сенека, от руки Нерона. Как известно из истории, он действительно был проконсулом Ахаии, то есть римской провинции, обнимавшей нынешнюю Грецию, в 53–54 годах по Р.Х. Человек он был, по словам Сенеки, мягкий, некорыстолюбивый, человеколюбивый и талантливый администратор, что и видно из рассказа дееписателя.

Галлион не стал даже выслушивать оправданий Павла, а сразу же решил дело не в пользу обвинителей: как политический администратор, он счел это дело неподсудным себе и просто прогнал их от судилища (Деян. 18, 16). Прогнал, вероятно, потому, что они шумели и не хотели добровольно удалиться. Прогонявшие, раздосадованные назойливостью иудеев, а с ними и все Еллины, то есть язычники, схватив Сосфена, начальника синагоги, били его перед судилищем (Деян. 18, 17).

По преданию, этот Сосфен (вероятно, преемник Криспа) тоже был обращен ко Христу апостолом Павлом и был его сотрудником (см. 1 Кор. 1, 1), а потом епископом в Колофоне в Малой Азии.

Отплытие Павла через Эфес. Начало третьего апостольского путешествия
(Деян. 18, 18–23)

Павел, пробыв еще довольно дней, простился с братиями и отплыл в Сирию, – и с ним Аки-ла и Прискилла, – остригши голову в Кенхреях, то есть в восточной гавани Коринфа, по обету (Деян. 18, 18).

Что значит остригши голову… по обету весьма неясно. Есть целый ряд догадок, но все они малосостоятельны. Это не мог быть обет назорейства, при котором растили волосы, так как по окончании времени обета назорей должен был принести в храме узаконенную жертву, остричь голову и волосы сжечь на огне своей жертвы; жертва же могла приноситься только в Иерусалиме.

Вероятно, это был какой-нибудь частный обет, но по какому поводу он был дан, остается неизвестным. Может быть, он относился к путешествию апостола, к опасностям, которым апостол подвергался и за избавление от которых обещал особенный акт благодарности Богу.

Достигнув Ефеса – главного города малоазийской провинции Ионии, производившего обширную торговлю и ставшего вскоре главным христианским центром Малой Азии, – апостол Павел оставил их там, а сам, по своему обычаю, вошел в синагогу и рассуждал с Иудеями (Деян. 18, 19). Видимо, принят он был хорошо, так как они просили его побыть у них долее (Деян. 18, 20). Он обещал им возвратиться опять, сказав, что непременно должен провести приближающийся праздник в Иерусалиме (Деян. 18, 21).

В Иерусалиме он пробыл недолго: только приветствовал церковь и затем отошел в Антиохию (Деян. 18, 22), чтобы начать оттуда свое третье миссионерское путешествие.

Проведя в Антиохии некоторое время, святой Павел отправился в свое третье путешествие. Он стал проходить по порядку страну Галатийскую и Фригию (Деян. 18, 23) с целью утвердить в вере основанные им там прежде христианские общины. Из дальнейшего видно, что спутниками его были в этот раз Тимофей и Ераст (см. Деян. 19, 22).

Проповедь Аполлоса
(Деян. 18, 24–28)

Прерывая рассказ о путешествии Павла, дееписатель сообщает затем данные о некоем иудее Аполлосе, родом из Александрии, который был сильным деятелем в утверждении христианства, особенно в Коринфе, как это видно и из Первого послания к Коринфянам (см. 1 Кор. 3, 5–6). Дееписатель отзывается о нем с похвалой как о муже красноречивом и сведущем в Писаниях (см. Деян. 18, 24).

Он пришел в Ефес (Деян. 18, 24), вероятно, в то именно время, когда святой Павел совершал свое третье путешествие по Малой Азии, и еще до прибытия его в Ефес отправился в Грецию. Он был наставлен в христианской вере, но не вполне, так как знал только крещение Иоанново (Деян. 18, 25). Видимо, и сам он был крещен только крещением Иоанновым, а потому не имел и дара Духа Святого. Тем не менее, горя пламенной ревностью, он говорил и учил о Господе правильно (Деян. 18, 25), хотя и неполно.

Слушавшие его в Ефесской синагоге Акила и Прискилла сейчас же заметили, что он недостаточно наставлен в «пути Господнем», приняли его к себе в дом и точнее объяснили ему путь Господень (Деян. 18, 26). Вероятно, рассказы Акилы и Прискиллы побудили его идти в Ахаию (Деян. 18, 27), и деятельность его там, в особенности, как известно, в Коринфе, была сильна и плодотворна. Он аргументированно доказывал иудеям на основании Писания, что Иисус из Назарета есть действительно Мессия. Позже он был епископом в городе Смирне перед священномучеником Поликарпом.

Глава девятнадцатая

Третье апостольское путешествие святого апостола Павла. Прибытие его в Ефес, крещение учеников Иоанновых. Его проповедь в Ефесе (стихи 1–10). Чудеса Павла в Ефесе и их действие (стихи 11–20). Предположения Павла о дальнейшем путешествии (стихи 21–22). Мятеж в Ефесе против христиан, произведенный серебряником Димитрием, и укрощение его (стихи 23–40)

Проповедь апостола Павла в Ефесе
(Деян. 19, 1–10)

Из Антиохии в Ефес самая краткая и наименее трудная дорога была морем, но святой апостол Павел предпочел более трудный сухопутный путь по гористым провинциям Малой Азии, так как хотел посетить там основанные им прежде Церкви. Во время пребывания Аполлоса в Коринфе Павел, пройдя Галатийскую страну и Фригию, прибыл в Ефес (Деян. 19, 1).

Ефес – свободный город империи, построенный на берегах реки Кайстр между Милитом и Смирной, знаменитый своей торговлей, своим храмом Дианы и ревностью к культу своей «великой богини», был митрополией проконсульской Азии. Жители Ефеса были пристрастны к удовольствиям и к магии, и трудно было найти в другом месте больше фанатизма и суеверия.

Первое пребывание святого Павла в этом городе во время его возвращения из второго миссионерского путешествия было непродолжительно (см. Деян. 18, 19–21), но апостол скоро возвратился туда и пребывал там два года и несколько месяцев (см. Деян. 19, 8, 10), то есть более продолжительное время, чем в каком-нибудь другом месте. Церковь, основанная апостолом Павлом в Ефесе, стала потом знаменитой христианской митрополией, дав целый ряд славных епископов. Четыре столетия спустя там происходил Третий Вселенский Собор, низложивший Нестория.

Апостол Павел, занимаясь по-прежнему своим ремеслом, мог присоединиться к своим сотрудникам из Коринфа, дом которых также стал мало-помалу местом собрания верующих – домашнею… церковью (1 Кор. 16, 19).

В Ефесе апостол нашел учеников Иоанновых, вероятно, иудеев, недавно переселившихся в Ефес. Они держались вместе с христианами, и Павел, заметив в них неполноту вéдения пути Господня, установил, что они крещены только крещением Иоанновым, то есть лишь подготовительным крещением покаяния. Он крестил их крещением христианским, после чего возложил на них руки, нисшел на них Дух Святый, и они стали говорить иными языками и пророчествовать. Всех их было человек около двенадцати (Деян. 19, 6–7).

Первым местом проповеди апостола Павла и тут, как и везде, была синагога, где он небоязненно проповедывал три месяца (Деян. 19, 8). За это время появилось немало последователей Христовых в среде его слушателей, но, как и везде, нашлись такие люди, которые начали восставать против святого апостола. Сопротивление их постепенно все более увеличивалось и перешло в ожесточение, так что они начали изрыгать перед народом хулы и насмешки по поводу проповеди Павла.

Это побудило апостола и здесь разорвать с синагогой и иудеями. Вместе со своими новообращенными учениками он стал проповедовать не по субботам только, как в синагоге, а ежедневно… в училище некоего Тиранна (Деян. 19, 9). Так как имя это чисто греческое, то можно полагать, что это был зал для занятий языческого ритора, теперь обратившегося ко Христу, или место, известное под этим именем. Но так как евреи в рассеянии носили имена и латинские и греческие, то возможно, что этот Тиранн был иудейский учитель, который держал в своем доме частную синагогу, так называемый бетмидраш, где учили преданиям и их толкованию. Надо полагать, что этот Тиранн сам был расположен к христианству, почему и предложил свое училище Павлу с учениками.

Там Павел проповедовал два года (см. Деян. 19, 10), а так как Ефес был таким крупным центром, куда постоянно стекались жители всей Малой Азии, кто по делам торговли, а кто для поклонения Артемиде, или Диане Ефесской, то дееписатель и говорит (конечно, гиперболически), что все жители Асии слышали проповедь о Господе Иисусе (Деян. 19, 10).

Чудеса Павла в Ефесе и их действие (Деян. 19, 11–20)

В подкрепление проповеди Павла Бог… творил немало чудес руками Павла. По-церковнославянски «силы не просты», то есть немалые. Из этих необыкновенных чудес дееписатель упоминает, во-первых, об исцелении разных болезней от вещей, употреблявшихся Павлом, как, например, от платков и опоясаний, и, во-вторых, об изгнании бесов из бесноватых (см. Деян. 19, 12).

Примечательно в данном случае именно то, что не сам Павел лично совершал эти чудеса, но другие возлагали его вещи, может быть, даже без его ведома на больных, и больные выздоравливали. Показательный пример того, что чудотворная сила Божия может действовать и через бездушные предметы, во что не хотят верить сектанты, будто бы основывающие свое учение на слове Божием.

Дееписатель передает, что слава Павла стала столь велика, что ему начали подражать даже некоторые из скитающихся Иудейских заклинателей (Деян. 19, 13), которых в то время было много. Как на пример подобных людей, злоупотреблявших при своем неверии именем Господа Иисуса, дееписатель указывает на семерых сынов иудейского первосвященника Скевы. Кто был этот Скева и в каком смысле он называется первосвященником, неизвестно. Может быть, он был одним из начальников священнических чред, а сыновья его переселились из Иудеи, чтобы промышлять заклинательством.

Но злой дух, бывший в бесноватом, жестоко посмеялся над заклинателями. Замечательно, что словами Иисуса знаю, и Павел мне известен демон признает и исповедует силу и власть над собой Господа Иисуса Христа и Его апостола, выражением же: А вы кто? (Деян. 19, 15) – он высказывает свое презрение к этим людям, злоупотребляющим именем Иисуса. В доказательство того, что он смеется над ними, не признавая их власти над собой, бес понудил несчастного бесноватого броситься на заклинателей и жестоко избить их.

Молва об этом случае разнеслась по всему Ефесу, и на всех напал страх перед этой таинственной всемогущей силой имени Господа Иисуса Христа. Люди превозносили это всемогущее имя, которым производились такие чудеса, и многие под впечатлением этого случая уверовали. В числе их были заклинатели, бросившие ради веры во Христа свое ремесло.

Ефес был центром всякого рода магии и волшебства, развившихся под влиянием культа Артемиды-Дианы. И вот занимавшиеся чародейством, собрав свои книги, в которых были записаны способы производства разных чародеяний, формулы заклинаний, разные молитвы к богам и тому подобное, сожгли эти книги. Они сами вычислили, чего стоят эти сожженные ими книги, и оказалось их на пятьдесят тысяч драхм (Деян. 19, 19).

Предположения Павла о дальнейшем путешествии
(Деян. 19, 19–22)

Великий успех проповеди в Ефесе побуждал апостола Павла оставить этот город, чтобы избрать другое место для своей деятельности. И он положил в духе, пройдя Македонию и Ахаию, идти в Иерусалим, сказав: побывав там, я должен видеть и Рим (Деян. 19, 21). Здесь впервые встречается известие о намерениях Павла посетить столицу всемирной тогда империи. Позже Господь уже определенно указал ему на Рим как на место его проповеди (см. Деян. 23, 11). И он действительно прибыл туда, проповедовал там и принял там при вторичной поездке мученическую кончину.

Как видно из защитительной речи апостола перед Феликсом, путешествие в Иерусалим через Македонию и Ахаию он собирался предпринять для того, чтобы собрать там милостыню для палестинских Церквей (см. Деян. 24, 17). Предварительно он послал туда своих сотрудников Тимофея и Ераста, сам же пока остался в Асии для окончательного завершения своей благовестнической деятельности. Но последующие обстоятельства заставили его скорее покинуть Ефес и вообще Асию.

Мятеж в Ефесе против христиан
(Деян. 19, 23–40)

В Ефесе произошел мятеж, который поднял против апостола некий серебряник Димитрий, делавший серебряные храмы Артемиды и доставлявший художникам немалую прибыль (Деян. 19, 24). Культ Артемиды был весьма распространен в Малой Азии. Храм ее в Ефесе, сожженный Геростратом в день рождения Александра Македонского, был возобновлен с таким великолепием, что считался одним из семи чудес света. Маленькие модели этого храма и статуйки самой Артемиды были в большом употреблении у почитателей этой богини: их ставили в комнатах, брали с собой в путешествия как амулеты и тому подобное.

Вполне естественно, что ремесло Димитрия было очень выгодно и давало ему и подобным ему мастерам большой доход. Вероятно, у него было нечто вроде фабрики подобных изделий. Собрав бывших в его ведении художников и ремесленников, Димитрий произнес перед ними возбуждающую речь, представляя, сколько вреда Павел принес их ремеслу и их богине, отвращая от служения богам много людей в Ефесе и по всей Асии.

Этой речью он возбудил религиозный фанатизм слушателей, соединившийся с чувством злобы против человека, который грозит подорвать их материальное благосостояние. С криком: Велика Артемида Ефесская! (Деян. 19, 28) – возбужденная толпа устремилась бежать по улицам и весь город привела в смятение.

Спутники Павла Гаий и Аристарх были увлечены толпой в театр (самого Павла и Силу, по-видимому, не нашли), где происходили обыкновенно народные собрания, – вероятно, для того, чтобы потребовать над ними суда или просто расправиться с ними самосудом. Великая смелость и сила духа Павла побуждала его выступить с речью перед этой разъяренной против него толпой, но христиане и даже дружественно расположенные к нему начальники отговорили его от этого, боясь за его жизнь (см. Деян. 19, 30–31).

Постоянно увеличивавшаяся толпа шумно бушевала в театре, и там господствовал величайший беспорядок, ибо большинство собравшихся даже не знали, в чем дело. Иудеи выдвинули вперед известного всем Александра с тем, чтобы он говорил к народу. Кто был этот Александр, иудей или христианин, и желал ли он говорить против христиан или за них, неизвестно. Можно предполагать, что иудеи опасались, как бы заодно с христианами не пострадали и они, ибо они были известны народу как враги идолов, и хотели, выгородив себя, направить всю ярость народа на одних христиан.

Но народ из презрения к иудеям не захотел слушать его, как только узнал, что он иудейского происхождения. Около двух часов эта беспорядочная толпа продолжала кричать: Велика Артемида Ефесская! (Деян. 19, 34), – пока блюститель порядка не восстановил спокойствие, обратившись к собранию со словами, исполненными благоразумия.

Какой человек не знает, – сказал он, – что город Ефес есть служитель великой богини Артемиды и Диопета⁵⁵? Если же в этом нет спора, то надобно вам быть спокойными и не поступать опрометчиво. А вы привели этих мужей, которые ни храма Артемидина не обокрали, ни богини вашей не хулили. Если же Димитрий и другие с ним художники имеют жалобу на кого-нибудь, то есть судебные собрания и есть проконсулы: пусть жалуются друг на друга. А если вы ищете чего-нибудь другого, то это будет решено в законном собрании. Ибо мы находимся в опасности – за происшедшее ныне быть обвиненными в возмущении, так как нет никакой причины, которою мы могли бы оправдать такое сборище (Деян. 19, 35–40).

Это, очевидно, угроза римской расправой, которая и подействовала: мятеж затих, и собрание разошлось.