Kitobni o'qish: «Тайна рубиновых камней (из цикла Случай в Васильково)»

Глава 1

Молодой кастильский кабальеро Гарсия Лопес де Карденас по закону первородства не мог рассчитывать на наследство, получив лишь благородный титул в качестве единственного достояния. Потому всю свою неуёмную энергию он рассчитывал вложить в поиск приключений и неизвестных сокровищ, коими богат был недавно открытый загадочный материк на западе мироздания.

Будучи юношей, получившем неплохое образование в университете Вальядолида, он по протекции своего дальнего родственника смог устроиться на крупный торговый корабль, помощником штурмана.

Первый свой морской выход молодой сеньор совершил на Канарские острова, с целью доставки груза в островные испанские владения.

Гарсиа с воодушевлением приступил к исполнению своих обязанностей, лишь только ступил на палубу большого судна. Штурман и капитан по прошествию времени, по достоинству оценили его знания в корабельных навыках и рвение в работе, проча ему быструю карьеру на морском поприще.

Впрочем и на ниве военной, молодому кастильцу удалось себя очень быстро проявить, благодаря случаю.

На десятый день похода марсовый матрос с верхотуры внезапно закричал:

Полундра! Вижу парус! Берберы!

Гарсия Лопес слыл превосходным фехтовальщиком и метким стрелком, поэтому мигом накинув латный доспех он живо встал в ряды мушкетной команды, под руководством капитана.

Пиратская шебека неумолимо приближалась и совершив быстрый боковой манёвр она обрушила на испанскую каравеллу залп пушек с правого борта.

Мгновенно послышалась площадная брань матросов и стоны раненых. Внеся замешательство в ряды защитников и искусно маневрируя, уходя с линии огня. Быстрая пиратская шебека сблизилась с неповоротливым судном испанцев.

Абордажная команда морских разбойников с боевым азартом закидывала веревки с крючьями на борт торгового корабля. С гиканьем и улюлюканьем они гурьбой устремились на палубу осаждённой каравеллы, крепко сцепленной тросами с корсарской шебекой.

Их чёрный лик был страшен. Нагие по пояс, с перекошенными от злобы рожами. С кривыми саблями наперевес, пираты как стая диких обезьян набросилась на команду испанского корабля.

Одновременный залп мушкетного отряда резко охладил пыл атакующих варваров. Затем последовал залп второй линии и половина пиратов, как корова языком слизала, повалив часть за борт, а остальных на окровавленные доски шканцев.

Бросив бесполезный разряженный мушкет молодой кастилец достав палаш, яростно врубился в гущу битвы.

Кружась в вихре стремительных выпадов он наносил смертельные удары по оголенным телам берберов, не успевающих отразить его сверкающую как молнию сталь.

Вскоре бой плавно переместился на палубу корсаров. И к исходу одних склянок сражение завершилось тотальной победой испанцев.

Поправив съехавшую в пылу схватки перевязь и вложив оружие в ножны, Гарсия Лопес устало провёл ладонью по лицу. Стирая со лба бисеринки пота, смешанные с капельками чужой крови. Он тем самым превратил свой лик в страшную кровавую маску, не заметив этого.

Раздался окрик капитана:

«Эй Гарсиа! Возьми парочку бойцов и осмотрите как следует трюм и капитанскую каюту. Возможно остатки вражеских крыс прячутся там по тёмным углам. По возможности брать живьём. Нужно допросить пиратское отродье. Не исключаю, что в этих водах ещё барражируют их богопротивные хари».

Отправив двух выделенных капитаном вояк проверить трюм, Лопес осторожно приблизился к капитанской каюте. С опаской потянув ручку двери на себя он широко раскрыл дверь, держа на изготовку острый морской палаш. Не встретив сопротивления врага, он смело зашёл внутрь.

На шикарном диване с балдахином возлежал окровавленный мужчина в дорогом халате и белоснежной чалме, украшенной крупным синим сапфиром. Он тяжело дышал, держась рукой за грудь. Увидев юношу, пират выставив длань в его сторону хрипло просипел на арабском:

«Уух шайтан, изыди».

Берберский капитан шумно вздохнул последний раз и испустив дух, широко раскинул руки.

«Вот же черт, исдох всё таки. Не удалось расспросить рожу антихристову»,-с горечью про себя размыслил юноша.

Окинув взором богато украшенное помещение каюты, он тотчас приметил какое-то движение в тёмном углу комнаты. Одёрнув занавесь на окне, молодой человек враз заметил скорчившуюся фигуру, которая пыталась закрыться с головой, широким куском ткани.

Подцепив палашом полотно, он резким движением руки скинул его с тела неизвестного.

Каково же было его удивление, когда он узрел восхитительную юную наяду.

Точёная фигурка, облачённая в лёгкую шелковую дишдану, с вырезом на груди. Пышная копна пшеничных волос, с заплетённой в косу ярко-синими лентами. Прекрасное белоснежное личико, с вздёрнутым слегка носиком, осыпанного маленькими поцелуйчиками солнца -веснушками, вызвал в душе юноши одновременно смятение и восхищение изумительным образом неизвестной молодой девушки.

Взгляд же девицы наполнился ужасом и страхом, когда она вскинула на него свои пронзительно синие глаза.

«Неужели его лик так страшен, что прекрасная незнакомка так реагирует»,-с тревогой в сердце подумал юноша.

Схватив серебряный поднос, лежащий на столе он быстро посмотрелся в него. И облегчённо засмеявшись, тут же взял рядом стоящий кувшин с водой, мигом ополоснув лицо.

«Могу ли я узнать ваше имя сеньорита»,-произнёс торопливо Гарсиа.

Девушка молча смотрела на него. В её взгляде, после омовения юноши, пропал страх и даже почудился проблеск интереса, что порадовало душу молодого человека.

Наконец едва слышно она что-то проговорила на незнакомом ему наречии.

Лопес перешёл на арабский, также испросив имя. В ответ сызнова получив тираду из непонятных слов.

Неожиданно девушка сложив ладошки, на приличном латинском языке, умоляющим тоном пролепетала:

«Благородный сударь не лишайте живота, я лишь пленница. Верую в Бога Вседержителя. И вы я полагаю, тоже во Христе обретаетесь. Не погубите рабу Божью ради забавы».

«Господи Иисусе! Не пугайтесь, я вас не трону. Кто же вы сеньорита, назовитесь? Как попали в лапы пиратов? И где научились так свободно общаться латиницей»-с участием в голосе вопрошал молодой человек.

«Аксиньей нарекли по святцам, при рождении. Вятичи мы с Хлыновского уезда, что на Руси матушке. Батюшка мой настоятелем служил в Богородицкой обители. Он и учил латыни, да греческому с младых лет. Мы с папенькой паломничали. Стремились в Иерусалим град попасть, желая припасть к святым мощам Гроба Господня. По пути туда на наш караван напали страшные чёрные люди. Родителя зарубили, а меня с выжившими после бойни, на невольничий рынок Аврет-базар, в Стамбул отправили. Там прикупил меня некий богатый купец и не причинив страданий, отправил с кораблём в дальние края. В гарем падишаха проклятого. Поскольку я посчиталась самой достойной среди других пленниц, меня отрядили в каюту капитана. Который также не причинил мне вреда. Вежливо, по отечески обращаясь со мною. А далече вы уж ведаете барин. Хвала всем Святым, именно это судно в сей час и взято вами с боем. Без устали молиться за вас буду сударь, коли честь девичью и свободу сохраните. Матушка моя ещё при родах померла, а теперь и папенька родимый канул в путь завечный. Грешно будет измываться над сиротою беспомощной»-с чувством надежды в голосе произнесла девица.

Юноша не мог налюбоваться девушкой. Её речь журчала словно чистый горный ручеёк, плавно текущий средь гладких, окатанных водицей, камушков. Бесконечно лаская слух и вызывая усладу в душе. Как же она была хороша. Какой-то неуловимой статью, непорочной простотой и лёгкостью.

Тем часом в каюту стремительно ворвался капитан. Оглядев помещение и опустив оружие, он с кривой ухмылкой высказался:

«Я смотрю ты время зря не теряешь кастилец. Вражьего главаря проткнул палашом и развлекаешься с его рабыней смачной. Что ж заслужил. Отчаянно бился, как снежный барс, я приметил. Тем самым трофей добыв в честном поединке, потому по праву можешь владеть им. Тем более мои люди в трюме ещё три десятка гаремных девок вытащили. Одна краше другой. Да и пленного удалось поймать, допросив с пристрастием. Ничто нам не угрожает, потому можем выдохнуть полной грудью. Путь свободен».

Капитан не сильно ткнув кулаком в плечо юноши, довольно заржал. Как конь. Проведя сальным взором по фигуре, сжавшейся в уголке испуганной девицы, он отдышавшись от грубого смеха, продолжил, глухо произнеся:

«Из схизматиков гляжу девка то, судя по кресту, что в вырезе на груди болтается. Потому особо можешь с ней не церемонится. Церковь не будет против. Варварские племена, что в раскол вошли, не под могущественной дланью Папы Римского. Потому освобождены от милосердия и покровительства со стороны нашей великой обители. Делай с ней что хочешь юнец, она целиком в твоей власти. По закону праведного воина Христова».

Ещё раз оглянувшись на девушку и хмыкнув в бороду, капитан удалился прочь.

Юноша посмотрел на Аксинью, сразу приметив заплескавшийся страх в её глазах.

Не поняв речи, она по интонации и непристойному взгляду капитана смогла определить, что ничего хорошего её не ждёт.

Скрестив пальцы рук в замок и опустив голову девушка стала что-то неразборчиво бормотать. Это смахивало на отчитку некой молитвы, судя по мерному тону и кратким паузам.

Молодой кастилец тут же быстро заговорил, с напором произнеся:

«Сеньорита вам ничего не угрожает, доверьтесь мне. Прошу! Я клянусь своим титулом и Богом!».

Юноша заглянул в бездонные, как омут очи девушки, в которых начали искриться льдинки, набирающих силу слёз. Он бережно взял в свои руки ладони девушки, мягко расцепив из замка её пальцы и встав на колено легонько прикоснулся губами к ним.

«Не нужно этого делать благородный сударь. Я поняла. Прошу, позвольте мне встать под вашу защиту и покровительство. Мне очень хочется верить, что вы не причините мне зла и не позволите сделать это другим»,-мягко прошептала девушка и вынув свою ладонь из ладони юноши она осторожно возложила её на голову кастильца, легонько проведя ему по чёрным как смоль волосам.

Какое же это было блаженство. Гарсиа аж зажмурился от упоения счастьем. В сознание молодого человека пришло ощущение умиротворения и благостной радости. Стрела Купидона остро пронзила сердце юноши, которое отчаянно затрепетав в груди, мгновенно онемело от яркого и сильного чувства.

Морской поход до Канарских островов и обратно занял в общей сложности месяц. Выделенная капитаном каюта на захваченном корабле пиратов, дала возможность юноше с относительным комфортом провести свой первый морской рейд, в то же время позволив любимой девушке также не испытывать неудобство. Пропуская мимо ушей забористые подначки и сальные шуточки морского братства юноша чутко оберегал покой Аксиньи. При малейшем поползновении на объект обожания он ярился, как лев, ставя на место чересчур похотливых товарищей. В первую же неделю отвадив от сих злокозненных намерений всю команду корабля. Они крутили пальцем у виска и называли его бешеным кастильцем, сошедшим с ума от северной дикарки.

По прибытии в Испанию молодой кастилец, при делёжке трофеев, получил весомый гешефт в виде увесистого мешочка серебра от капитана. За особый, геройский вклад, внесённый при схватке с морскими разбойниками.

Спустившись по трапу и взяв за руку девушку он споро направился в ближайшую торговую лавку. Где накупил женской одежды, предназначенной для благородной сеньориты. Прежде всего с целью отвадить взоры назойливых любопытных ротозеев. Пристально наблюдающих за диковинной варваркой, ступающей по улицам города в неподобающем наряде.

Девушка наскоро переоделась, за ширмой в лавке. В лёгкое платье местного покроя, украсив непокрытую голову мантильей. Образ Аксиньи разом преобразился. Теперь уличные зеваки, прищёлкивая язычками, оглядывались на молодую, благородно-грациозную сеньориту, державшую за локоть своего юного кабальеро.

Лопеса распирало чувства гордости, что именно он является обладателем такой яркой, белоснежной жемчужины. Он свысока глядел на прохожих, небрежно кланяясь знакомым.

«Вы сейчас лопнете сударь от важности. Как же вас распёрло то, как индюка на току. Негоже так. Уважайте себя и меня хоть немножко»,-прожурчала певуче девушка.