Kitobni o'qish: «Град на холме»

Полковник

Ты очень сильно изменился

Тогда, от Эльбы до "Луары",

Потом совсем остепенился:

Газон, собака, мемуары…

Полвека дискурс де ля герр.

Найдешь местечко под награду?

После пустынных бурных мер

Мистрали принесли прохладу.

Не все так гладко и прелестно,

Проблема, значит есть виновник,

Всем обо всём уже известно.

Ты Мао дочитал, полковник?

03.02.2023

Порядок вещей

Прекращаем играть в Бодрийяра,

Пошатнулся порядок вещей.

Убегает учёный котяра,

Но зато остаётся кощей.

Нам-то, в общем, не жаль Бодрийяра,

Только как быть с системой вещей?

Не дойти бы до тихого яра

И бесчувственных черных плащей.

                        28.03.2023

Град на холме

Стало ясно, что в этой огромной игре

Нужно выйти из заданных рамок.

По традиции с вывеской "Град на холме"

Продан дорого кафкинский замок.

                        09.04.2023

Другое

Знаешь, Милица, это другое…

Юнус-Бек стал совсем не тот,

Их теперь не один и не двое,

Глобус вывернут наоборот.

Пробежав это мысленным взором,

Человечность давненько уже

Задремала… с гудящим мотором

В плотно запертом гараже.

                        26.05.2023

Реванш

Не актуальна пуля в сердце

В эпоху мин и АГСов.

Атлант заправил брюки в берцы,

Примкнув к реваншу мракобесов.

Не удивляйтесь этим сходствам

Преследующих и бегущих.

Мир слишком занят производством

Иллюзий неизбежных сущих.

                        13.06.2023

Урок

Один субъект, напялив свастику,

Среди заброшенных платоновских руин

Уже пытался воссоздать схоластику

И слово "вечность" выстроить из льдин.

В фаворе дураки, а умным к горлу нож:

Другим – урок вперёд на много лет.

И даже Хайдеггер (уж как он был хорош!)

Вовек не смоет мерзкий партбилет.

                        11.08.2023

Возможно

Можете сказать, что вы не поняли

И мнимый хаос слышать лейтмотивом.

Что радует: не все мозги заполнили

Опасным метанарративом.

Возможно, не узнает поколение

Скупой безрадостной статистики,

Не состоится синтез и деление

Над торжеством успехов урбанистики.

                        12.09.2023

Тень в раю

Неудобно быть тенью в раю

С филиалом кромешного ада,

Сохраняя лишь мысль свою,

Хотя большего и не надо.

В блеске золота звонкая лира

Приведет нас ко лжи откровенной,

Как де Голль, на обочине Мира -

Славный страж искривлённой вселенной.

                        05.10.2023

Ужас

Человеческая жизнь неразрывно связана с трансцендентным, не путать со сверхъестественным. Трансцендентное здесь – просто совокупность понятий, которые нельзя охарактеризовать восприятием одного (или нескольких) из пяти органов чувств. Никакой эзотерики: законодательство, юриспруденция, психология, дружба, любовь и так далее вплоть до философских вопросов онтологии, где коренится понятие Ничто. Неуловимое, ускользающее Ничто – апофеоз Трансцендентного. Очень характерно, что Сартр, Хайдеггер и другие вернулись к рассмотрению этого понятия на излете ницшеанского нигилизма, в котором Ничто искажало и прятало свою истинную сущность, отбирая у человека и без того небольшой шанс обрести полноту человеческого бытия, познаваемую в нерасторжимости сущего и трансцендентного; лишая людей глубокого трансцендентного. Заглянуть в зияющее Ничто – подсознательная потребность человека, потому что именно эта способность отличает его бытие от бытия камня, березы или коровы. Существуют относительно цивилизованные способы окунуться в трансцендентное: искусство, религия, философия. Эти способы ненадежны и ничего никому не гарантируют. Глубина погружения каждого будет зависеть от его личной восприимчивости и уровня тренированности, характеризуемого понятием, которое использовал Бурдье – культурный капитал. Чем глубже погружение, тем ближе Ничто и тем полнее человеческое бытие. Толстокожие и нетренированные индивидуумы, субъекты в полном смысле слова, практически не имеют в этом отношении никаких шансов, но, тем не менее, имеют соответствующие потребности. В отчаянии такие люди обращаются к суррогатным заменителям трансцендентного. Хайдеггер указывал, что восприятию Ничто приблизительно соответствует ощущение ужаса. Здесь разворачивается прискорбный простор для искажения окружающего мира в целях создания своего личного (алкоголизм, наркомания) или коллективного (войны, революции) Ужаса. К несчастью, безнадежно невосприимчивые к трансцендентному люди нередко оказываются у власти, пользуясь ею для обретения полноты бытия через массовый Ужас. Нет ничего удивительного и в том, что такая политика пользуется поддержкой снизу. Осмысление этой концепции раскрывает подлинное величие Древнего Китая, где назначению на чиновничью должность предшествовала сдача комплексного экзамена, включающего среди прочего написание стихов. Такой подход позволял выявлять людей, способных прикасаться к трансцендентному, не сея Ужас в окружающем сущем. Поразительно, что Пу Сунлин, с легкостью ловивший потусторонних лисиц, только к возрасту 71 года сдал свой первый экзамен. На что же были способны мыслители более высокого ранга? Закономерно, китайский ВВП в те времена раз в десять превышал европейский. Впрочем, тот же Бурдье неразрывно связывал политические позиции с культурным капиталом, таким образом, и западная мысль (спустя сотни лет) показала, что она небезнадежна. Будем надеяться…

                                                            24.06.2023

Ещё несколько слов о постмодерне

В последнее время постмодернизм активно дискредитируется. Это делается теми, кого он уже однажды победил – людьми, которые самоутверждаются путем продвижения метанарративов, попросту говоря «великих идей». Они заметили вполне здоровый процесс коррекции перестаравшегося постструктурализма, обратное движение по шкале от веберовской иерархии до делезовской ризомы, и решили что это их новый звездный час. Но дело в том, что даже веберовская иерархия прекрасно работает и без приплетания метанарративов. Они были важны 10 тысяч лет назад, когда делезовские люди с бронзовыми лицами сгоняли первобытные общины в прагосударство Урстаат, но в 21 веке они не только безнадежно устарели, но и представляют смертельную опасность для человечества. Собственно постмодерн и утвердился как рефлекторная реакция коллективного разума на создание безумных ядерных арсеналов. Тогда, на рубеже 70х, он удавил метанарративы потому, что они могли оправдать начало глобальной катастрофы. Распространители метанарративов – это люди, чрезмерно увлекающиеся тем, что Ницше называл волей к власти, а Фуко – фашизмом в каждом из нас. Их критика постмодерна основывается на сознательно неверной герменевтике. Лиотаровская паралогия – это не клиническое расстройство мышления, а метод и приемы, применяемые в здравом уме и твердой памяти. Постмодерн в целом – это прежде всего наука с ее дискуссиями и аргументацией. А нарратив – это навязывание мнений, доходящее до административного террора в целях установления консенсуса. Ясно, что консенсус – это тупик развития. Наука видит консенсус как горизонт, который является ориентиром, но к счастью, не достигается. Постмодерн – это консолидация дифференцированного. Тут поклонники метанарративов заявляют, что у постмодернистов нет ничего святого. Это уже шаг к чему-нибудь вроде инквизиции. Единственное, что есть общего между Богом и властью – это то, что ни первый, ни вторая не имеют определенной цели. Бог – это не про «надзирать и наказывать», Бог это про любовь. Он не проявляет себя как трубный глас Архангела, его голос – тихий шепот бытия. А услышать его можно как раз-таки отвернувшись от вопящих и выпучивающих глаза носителей метанарративов.

                                                            23.09.2023

Некомпетентность

Некомпетентность в точных науках и технических дисциплинах еще не делает человека гуманитарием. Любая наука имеет ограниченную область применения. Существует и межотраслевая информация, рождающаяся на стыке смежных дисциплин, но гуманитарная сфера существенно шире. Восемь миллиардов человек, каждый со своим характером, интересами, желаниями и устремлениями, объединенные в референтные группы, также каждая со своими интересами; культура, религии, традиции, история, законодательство и прочее порождают колоссальную область взаимодействий, не охваченную никакими науками. Только настоящий гуманитарий (а не считающий себя таковым на основании непонимания высшей математики) может хоть как-то ориентироваться в этой клубящейся сфере непознанного. Его возможности скромны: ловить ускользающие обрывки смыслов, которые практически невозможно сформулировать, и пытаться сложить их в понятный широкому кругу концепт. Именно такую деятельность Жиль Делез называл философией. Обратим внимание на небольшой, но чрезвычайно важный фрагмент гуманитарной сферы, касающийся всех и каждого. Речь идет о вопросах жизни и смерти. Здесь нужно осознать простую вещь: за всю историю человечества ни один убийца или человек, отправляющий другого на смерть, к моменту убийства или отдания такого приказа, сам еще ни разу не умирал. Никто из людей, способных говорить, не имеет соответствующего опыта. Живых авторитетов в этом деле нет. Поэтому, когда кто-то начинает разглагольствовать о необходимости убийств или самопожертвования, всем должно быть ясно главное: этот человек некомпетентен в тех вопросах, по которым он высказывается.

                                                            09.10.2023