Kitobni o'qish: «Кавказ – Стамбул: закат, улица, фонарь и бублики с кунжутом»

Ставрополь

Октябрь, под завязку набитый работой, телефонными звонками, деловой перепиской, едой всухомятку, дождями и промозглым ветром, заканчивался очень приятно. Моим отпуском.

В начале года в честь дня космонавтики авиакомпания «Победа» щедрой рукой раздавала всем шустрым и ловким желающим билеты стоимостью сто рублей на разные направления по России. Каждый день на протяжение недели «Победа» публиковала в телеграм-канале вопросы, исходя из ответов на которые, можно было понять в какие города выложены подарочные билеты, быстро найти их на сайте и быстро купить. Понятно, что в авиакомпании не дураки сидят, они выкладывали сторублевые билеты на межсезонные никому не нужные даты. В итоге судьба в лице маркетологов «Победы» решила забросить меня в солнечный октябрьский Ставрополь – город креста и семи ветров (Ставрополь входит в пятёрку самых ветреных городов России и переводится с греческого как «город креста»). Пока до октября было много времени, о поездке я не думала и ничего не планировала. В наше время в России нельзя выстраивать горизонт планирования дальше, чем на неделю. Никогда не знаешь, что со страной в целом и тобой в частности случится через месяц. Однако каким-то чудом плавно подошел к концу сентябрь, затем октябрь, во мне взыграл инстинкт перелетной птицы, и я занялась планированием.

В Ставрополе оставаться не хотелось, несмотря на то, что всезнающий Гугл всячески его нахваливал: «Грандиозный, судьбоносный, загадочный, волнительный, привлекательный и неумолимо прекрасный город Ставрополь – врата Кавказа. Он расположился в центральной части Предкавказья на холмах и распадках Ставропольской возвышенности в верховье реки Ташла. Это город, насчитывающий необыкновенное число достопримечательностей. Несмотря на относительно небольшой возраст, Ставрополь может гордиться памятниками архитектуры, истории, культуры. Невероятной красоты парки и сады, развитая инфраструктура, и конечно же прекрасные люди, населяющие Ставрополь, не оставят никого равнодушными. Не хватит недели для того, чтобы обойти чудесные парки, сады, насладиться красивейшими скульптурами, которые отражают историю науки и культуры. Поражают воображение и замечательные памятники градостроительства. Непосредственная же забота о здоровье горожан ложится на плечи городского здравоохранения. Которое представлено 23 медицинскими учреждениями. Также на территории Ставрополя расположены 14 краевых специализированных диспансеров и больниц, которые оказывают квалифицированную медицинскую помощь жителям всего Ставропольского края».

Дифирамбы почему-то не вызывали у меня желания поражаться памятниками градостроительства и восхищаться заботливым ставропольским здравоохранением, поэтому я решила, что сразу же по прибытии в аэропорт волнительного судьбоносного Ставрополя мне следует сесть на маршрутку, релоцироваться на автовокзал и оттуда уехать в Пятигорск. Наверняка Пятигорск не менее волнителен, судьбоносен и по-медицински заботлив. Побуду там пару дней, затем перемещусь во Владикавказ, потом в Махачкалу и затем в Стамбул и обязательно в каждом городе буду день пробовать разные блюда местной кухни.

Итак, мой путь будет выглядеть следующим образом: Ярославль – Москва (аэропорт) – Ставрополь – Пятигорск – Владикавказ – Махачкала – Стамбул – Москва (аэропорт) – Ярославль. На всё про всё восемь дней. Ни в одном из этих городов мне ранее бывать не приходилось.

Лететь любыми российскими компаниями, не литературно выражаясь, стремновато. Из-за санкций Россия имеет ограниченный доступ к запчастям и программному обеспечению, и хотя альтернативные каналы авиапоставок вроде как налажены через дружественные страны, мой внутренний параноик сомневался. Внутренний же пофигист считал, что за два года санкций самолеты и запчасти не могли сильно поизноситься, поэтому волноваться не о чем. Пофигист оказался сильнее, поэтому я полечу несколькими авиакомпаниями.

Готово, билеты на самолеты и гостевой дом в Пятигорске забронированы. Перед тем, как выбрать жилье в Стамбуле, я решила передохнуть и отвлечься на новости Костромы, потому что новостной сайт Костромы – это кладезь прекрасного, там обитают самые талантливые журналисты на свете. Не прогадала:

07.10.23 «Зашла и воняет»: водители автобусов в Костроме оттачивают мастерство хамства на пассажирах.

05.10.23 Пенсионерки выдавливают мужчин из Костромской области.

04.10.23. Без бомбоубежищ: костромичам посоветовали при воздушной тревоге прыгать в канавы.

03.10.23 Костромской город попросил у государства миллион рублей на продвижение волосатых людей.

03.10.23 Дебоширы и неадекваты будут помогать закрывать бары в Костроме.

30.09.23 Костромичам предлагают тысячи вакансий: они не хотят.

28.09.23 Тусовщица из Костромы стащила почти 50 тысяч рублей у таксиста в благодарность за доброту.

28.09.2023. Самая сексапильная актриса Костромы успела добежать до ЗАГСа между спектаклями.

Совершенно непонятно, почему я собралась в какой-то там Стамбул, если рядом замечательная Кострома, в которой жизнь кипит, как борщ в доготовочной столовой ЗАО «Социальное питание». И на билет тратиться не надо, от Ярославля до Костромы 1 час 20 минут на машине. Ну да ладно, о путешествии в Кострому я подумаю позже.

Выбор хостела в Стамбуле оказался сложен. Город огромен. Часто бывает, что туристы путаются и ошибочно считают Стамбул столицей Турции. Даже я, понимая, что это не так, нет-нет, да и ловила себя на мысли, что воспринимаю Стамбул как столицу. Стамбул был столицей Османской империи четыре столетия, но вот уже сто лет как столица Турции – Анкара. Стамбул – самый большой город Турции, основной порт страны, здесь живет 14,8 миллионов человек, что больше, чем в Москве. Это бывшая столица Римской, Византийской и Османской империй, раньше он назывался Византий и Константинополь и являлся столицей всех империй, на территории которых оказывался. Анкара – второй по величине город после Стамбула с населением около пяти миллионов человек, что сравнимо с Санкт-Петербургом.

Стамбул разделен проливом Босфор на азиатскую и европейскую стороны. Мне нужна европейская часть, район Старого города. Букинг предлагал два наиболее подходящих варианта рядом друг с другом. Да-да, Букинг, порождение капиталистического прогнившего западного мира, царства наживы и бездуховности, в 2023 году работает. Руководство сервиса хоть и заявило, что Букинг закрылся для россиян, по факту оказалось, что нельзя забронировать жилье только в самой России. За границей – пожалуйста, и даже почта мейл.ру в качестве регистрации им прокатывает, и наши бесполезные всюду заблокированные банковские карты любы. Родимые двойные стандарты, что бы мы делали без вас. Бизнес есть бизнес. Не буду отвлекаться. Нашла два бюджетных варианта с высокими оценками, хостел за 7 тысяч рублей и хостел за 15 тысяч. Открыла отзывы хостела за 7 тысяч:

«Я не знаю, как описать этот опыт. Вы живете в настоящем действующем хаммаме. Тут влажно, странно и ходят мокрые мужики в полотенцах. Есть отличная терраса и кухня. Район, если понимать, где находишься, отличный! Кровать удобная».

«Сначала шок, потом принятие. Очень круто пожить в хаммаме, для комфортного проживания все есть. Одноместный номерочек, локация у метро, на рынке. Колоритно 200%, рекомендую. Из минусов: чихнешь, а вокруг «будьте здоровы» и «слава Советскому Союзу». Т.е. одни русские».

«Атмосфера жизни, будто находишься в театральной декорации для пьесы, где незнакомые люди живут в одной старинной бане. Из минусов отсутствие стекла в верхней части двери. С одной стороны, это обеспечивает циркуляцию воздуха в крохотном помещении, с другой, это не изолирует от звука и спать с дырой в двери не особо уютно».

Как можно не любить такое! В поездках самое главное – это впечатления. А какие впечатления можно получить, если поселиться в стандартном скучном отеле? Завтрак, обед, ужин, в промежутке бассейн. Уедешь и вспомнить нечего. То ли дело жить в околорыночном хаммаме с дыркой в двери! Но, к большому моему сожалению, в паре отзывов было написано, что в номере имелись клопы. Клопов я боюсь и встречаться с ними не хочу, пусть даже в таком прекрасном месте.

Скрепя сердце выбрала второй вариант за 15 тысяч (Кострома, извини, мы встретимся с тобой в другой раз). В отзывах было сказано, что у этого хостела совестливый хозяин. Ни разу не видела, чтобы так характеризовали хозяев, и это решило всё дело. Каким совестливым человеком надо быть, чтобы в отзывах твою совестливость поставили на первое место? Мне нужно было увидеть этого человека своими глазами.

***

Завтра утром у меня вылет в Ставрополь – первую точку маршрута. Поезд Кострома—Москва опоздал на десять минут, поэтому у меня сбился весь идеально распланированный маршрут. Я на десять минут опоздала на аэроэкспресс, пришлось ждать следующего. Аэроэкспресс примчался в аэропорт в терминал В за пятьдесят минут до вылета моего рейса и за десять минут до конца регистрации, а впереди входной досмотр и бег в терминал С к стойкам регистрации. Конечно, можно спросить, почему Анна Круглова не прошла онлайн-регистрацию из дома? Уважаемый ведущий, у знатоков готов досрочный ответ: потому что тогда Анне пришлось бы доплачивать за выбор места, что не соответствует ее внутренним духовным принципам путешественника. До стоек регистрации бежала бегом, мечтая об овербукинге и о том, как я наконец окажусь тем самым счастливчиком-пассажиром, которому не хватило места в самолете, поэтому его везут бизнес-классом, предлагают купоны на скидку и прочие блага. К стойкам регистрации подлетела за минуту до закрытия регистрации. Овербукинга не случилось, зато дали место у аварийного выхода, что приятно – там большое расстояние до спинок передних кресел, можно расположиться с комфортом. Выдав посадочный талон, сотрудница стойки регистрации напутствовала меня мотивирующими словами:

– Бегите скорее, посадка во всю идет! На досмотре багаже большие очереди!

Со скоростью, свойственной лишь гепардам в расцвете сил и старушкам, которые с рассадой в клетчатой сумке догоняют дачный автобус, побежала к гейту. Паспортный контроль, зона досмотра ручной клади и дьюти-фри промелькнули и остались где-то позади. Воткнулась в хвост очереди на посадку (который состоял из двух человек, остальной народ давно сидел по автобусам) ровно-ровно, когда объявили, что посадка завершается.

Как известно, капитаны самолетов авиакомпании «Победа» любят использовать словосочетание «привлекательный незнакомец»:

– Уважаемые пассажиры, представьте, что ваш муж сейчас сидит с привлекательной незнакомкой, а жена с привлекательным незнакомцем, и заплатите 500 рублей, чтобы следующий раз сидеть рядом друг с другом.

Чем я хуже капитана воздушного судна? Отличное словосочетание, такими не разбрасываются. Моим привлекательным незнакомцем справа оказался небритый помятый дяденька лет 60-ти, который мгновенно уснул и проспал весь полет, а привлекательной незнакомкой слева – женщина с модными накачанными губами, глядя на которую почему-то представлялось, что иногда она запирается в ванной и плачет, из-за того, что не уверена, что кошки после смерти попадают в рай. Привлекательные незнакомцы сзади, судя по акценту, представители национальных меньшинств, как только самолет поднялся над облаками, стали обсуждать, откуда, собственно, эта самые облака берутся. У молодого человека идей не было. Мужчина постарше, как более опытный и мудрый, предположил, что облака образуются на севере и просто кочуют по небу. А вы говорите, достижения технического прогресса, Илон Маск, имплантируемые в человеческий мозг нейрокомпьютерные интерфейсы, межпланетные космические корабли для доставки грузов и людей на Марс, и что скоро ученые сделают открытие, как перестать отключать горячую воду летом на время ремонта коммуникаций! С облаками бы разобраться. Нет никакого круговорота воды в природе, облака кочуют, а мы сидим внутри железной птицы, которая несет нас над плоскостью Земли, и, к гадалке не ходи, где-то за горами живут люди с песьими головами. Жаль, что черепахи и слонов, на которой покоится Земная конструкция, из иллюминатора почему-то не было видно.

Три с половиной часа полета промчались, как норвежские лыжники в командном спринте на чемпионате мира в словенской Планице. И вот под крылом самолета о чем-то поет зеленый чарующий Ставрополь, город 14 (или скольки там?) краевых диспансеров и больниц. Как ни пыталась я найти, что посмотреть в Ставрополе и куда пойти, ничего меня не привлекло, что характеризует меня как нелюбознательного человека. Я, не теряя ни секунды, прыгнула в маршрутку, чтобы переместиться на автовокзал, а оттуда в Пятигорск. Из окна маршрутки выяснилось, что на самом деле Ставрополь не зеленый, а очень рыжий. Рыжие пыльные опавшие листья, рыжая жухлая трава, рыжее по-октябрьски тусклое солнце, рыжие плитки тротуаров, замурзанные агонизирующие оранжевые бархатцы на клумбах (похоже, здесь уже побывали заморозки), буро-желтый песчаник, из которого построены дома, желтая штукатурка и охристый сайдинг. Создалось впечатление, что если по недосмотру здесь возводится дом не из желтого песчаника, то он немедленно обшивается желтым фасадным сайдингом либо штукатурится желтой штукатуркой. Я увидела несколько зданий-отщепенцев из привычного глазу красного кирпича, но на фоне приосанившихся желтых собратьев они смотрелись затюкано.

Насчет ветрености Гугл не соврал, рваные облака неслись по прозрачному небу галопом, сухие ржавые листья метались по газонам, как толпа алкоголиков по утру мечется в поисках алкомагазина «Красное и белое», который без предупреждения за ночь переехал. Несмотря на солнце, было дико холодно. Два с половиной часа по пробкам, и вот автостанция. Через двадцать минут отправление очередной маршрутки на Пятигорск. Не будем терять ни секунды в этой обители фанатиков рыжины и желтизны, поехали!

Пятигорск

В Пятигорск прикатили к шести часам вечера. Кое-как заселившись, со всех ног побежала знакомиться со старинным курортом, любимым городом Лермонтова, а именно искать близлежащие столовые. К счастью, любимый город Лермонтова не подкачал, столовые нашлись в шаговой доступности около моего жилища.

Следующий день у меня был полностью посвящен осмотру Пятигорска. Что делает каждый уважающий себя турист, приехавший в этот город, проснувшись по утру? Правильно, бежит на гору Машук, чтобы посмотреть на подземное озеро Провал, где Остап Бендер продавал входные билеты, чтобы Провал не сильно провалился. Я уважающий себя турист, позавтракала и к Провалу.

В течение длительного времени под воздействием паров сероводорода горная порода над озером истончалась и постепенно обрушивалась до тех пор, пока не образовался добротных размеров провал. Вода в озере голубая и круглый год тёплая, зимой – около +25°C, летом доходит до 42 градусов. Раньше в Провал люди попадали через природное отверстие над пещерой с озером, откуда их спускали вниз в корзине на верёвках с высоты около сорока метров. Потом решили, что это слишком экстремально, дамы пугаются, волнуются, лишаются чувств, и проделали туннель.

Провал выглядел образцово-показательным. Я давно подозревала, что существует методичка под названием «Туристические достопримечательности города N. Правила оформления». Место было оформлено четко по этой методичке. Около входа в Провал кипела жизнь. Уличный музыкант играл на неидентифицируемом музыкальном инструменте, детишки катались на игрушечных автомобильчиках, продавцы сувениров продавали браслетики, магниты и мохнатые хвосты неизвестных науке видов животных. Хвостами под завязку были забиты ржавые «Жигули» хозяина торговой точки, похоже, что товар ходовой. Лавочки, гиды, ларек с чурчхелой и горячей кукурузой. Автобусы подвозили новые порции курортников, вырвав их из углекислых, сероводородных и радоновых объятий местных санаториев. У входа в Провал – памятник Остапу Бендеру, продающему билеты. Рядом с Остапом стул, что странно, ведь он продавал билеты, именно чтобы заработать на стулья.

К великому комбинатору не иссякала очередь из желающих потереть ему нос, посидеть на стуле и обязательно сфотографироваться. Проделав необходимые процедуры, отдыхающие проходили по туннелю со встроенными светодиодами к Провалу. Озеро предусмотрительно огорожено решеткой. Иначе бодрые туристы не смогли бы сдержать свой энтузиазм и с пылом, которому позавидуют юные студенты, что после пар бегут в столовую за котлетами с пюрешкой, поскидывали бы курточки и попрыгали в сероводородные бирюзовые воды. А так все чинно стояли, прислонившись к решетке, и ответственно делали обязательные фотографии озера. По поверхности воды в изобилии плавали сухие листья, и сразу возникали в памяти Ильф и Петров, назвавшие озеро малахитовой зловонной жидкостью. Чтобы подобные воспоминания возникали пореже, администрация сделала понедельник выходным днем Провала. В этот день его чистят от мусора. Гиды, как водится, рассказывали обязательную легенду про дракона, который когда-то обитал в пещере, по ночам вылетал из своего убежища, утаскивал людей в свое драконологово и там расправлялся с ними, а останки сбрасывал в озеро, которое вскоре начало так сильно вонять, что дракон решил поискать себе новое место жительство и покинул эти края.

В общем, каноническое место, администрациям других городов следует взять за правило ездить сюда в командировки на курсы повышения квалификации по благоустройству туристических объектов. Единственное, что следует дополнить, это придумать ритуал для памятника Остапу. Почему-то никто не кидал ему монеты, чтобы сбылось желание. Непорядок. Недоработка администрации Пятигорска. Надеюсь, они исправятся. Кстати, забавно, что в фильме Гайдая «Двенадцать стульев» в сцене, где Бендер продаёт билеты в Провал, показан вовсе не Провал, а грот Лермонтова, который находится совсем в другом месте.

Недалеко от Провала возле кафе «Сказки Востока» расположены «Бесстыжие ванны». Как известно, Пятигорск называют музеем минеральных вод. Нигде в мире нет такого разнообразия минеральных вод на небольшой площади. Все пятигорские источники сосредоточенны вокруг горы Машук (а их более тридцати), и производят около 12 миллионов литров в сутки. В давние времена медики рекомендовали воды весьма неосмотрительно: купайся в любом источнике всяк, кто хочет, сколько влезет или сколько выдержишь. Состояние многих больных ухудшалось, и выяснилось, что не всем подобные купания полезны. Не нравился администрации и факт, из-за которого ванны стали «бесстыжими»: мужчины и женщины купались в чем мать родила. В ямы с горячей водой лезли всем миром – джигиты, казаки, христиане, мусульмане, офицеры, солдаты, дамы высшего света и простые крестьянки. Власти построили официальные купальни, отдельно для мужчин и женщин, в которые больные допускались только с разрешения лекарей, а за лечение стали брать деньги. Народу это не сильно понравилось. Купаться раздельно и за деньги не так романтично, как вместе и бесплатно, поэтому дикие ванны продолжают использовать до сих пор. Скорее туда! По пути на глаза попался памятник Сергею Михалкову, автору гимна, «Дяди Степы» и отцу нашего бесогона Никиты Михалкова. Он сидел и задумчиво смотрел на Эльбрус, который виден из Пятигорска в ясную погоду. Возле памятника никакой толпы из желающих потереть нос и сфотографироваться не наблюдалось.

Я еще не дошла до «Бесстыжих ванн», а уже стало понятно, что они где-то тут. Их выдавали предвестники в виде краснокожих полураздетых мужичков с полотенцами через плечо, шныряющих из кустов к автомобилям. Я свернула с дороги к кустам, и вот передо мной предстал каскад из нескольких небольших каменных мутно-голубых водоёмов, соединенных между собой потоком воды с сероводородом. Место не было оборудовано раздевалками и скамейками, поэтому вокруг на кустах и деревьях были живописно развешаны полотенца, куртки и штаны желающих излечиться. Наверху находились купели с самой горячей водой, прогретой до 70-80 °C. Чем ниже, тем прохладнее, от 32 до 45 градусов. Поэтому наверху расположились те, кто нырять целиком не хотел и ограничивался ножными ванночками. Некоторые особо практичные бабушки и дедушки принесли с собой тазики. Они набрали в них воду и принимали ножные ванны в стороне на пригорке, победно поглядывая на менее догадливых конкурентов, ютящихся в тесноте. Емкости пониже были набиты купальщиками. Романтичные времена плескания голышом прошли, поэтому курортники были в купальниках и плавках, а некоторые пожилые леди, дабы не намочить укладку, даже в специальных шапочках для бассейна.

У меня в рюкзаке лежали и купальник, и полотенце, но я так и не рискнула искупаться. На улице было +12С и свистел ветрище. Я была в двух футболках, одной рубашке, толстовке, ветровке и двух парах штанов, снимать всё это не хотелось. Еще меньше улыбалось стоять на ветру и надевать гору одежды после принятия ванны. Поэтому я малодушно ограничилась ножными ваннами на верхнем ярусе в компании бабушек и дедушек. Вода оказалась настолько горячей, что я не смогла полностью погрузить в нее даже ступни. Осталось загадкой, как это удавалось моим соседям по камню, которые спокойно держали ноги в сероводородном кипятке и вели неспешную безмятежную беседу о быте местных санаториев. Сквозь толщу целебной воды было видно, что ноги у них красные-красные, вареные раки позавидуют. Это была так называемая мацестинская реакция в действии – через пару минут после погружения краснеет кожа, расширяются капилляры, ощущается жжение и прилив тепла. Я же дергала ноги туда-сюда, пока не догадалась пересесть к соседней лужице, где вода была не такая горячая, и тогда смогла полноценно насладиться мацестинской реакцией.

«Бесстыжие ванны» понравились. Если представить, что мало людей – то вокруг очень красиво. С высоты открывался вид на осенний Пятигорск. Было пасмурно, и из-за этого казалось, что в Пятигорске нет яркости, он соткан из полутонов, охристого, светло-желтого, пепельно-зеленого с капелькой розовости крыш. Солнце беспомощно протискивалось сквозь облачное марево, понимало, что это пустая затея, и ему оставалось лишь бледно мерцать, признав за туманной мутью первенство. Это место, где администрация забыла воспользоваться методичкой о правилах оформления достопримечательностей. Никаких светодиодов, лавочек, ларьков с кофе и горячей кукурузой, бронзовых фигурок собачек, тротуарной плитки и сомнительных предложений типа: «Давайте я вас сфотографирую в ванне, через десять минут получите магнитик с вашим фото, с вас сто пятьдесят рублей». Недавно пятигорчане стали писать в местную администрацию предложения облагородить территорию «Бесстыжих ванн», установить поручни, кабинки для переодевания, но им ответили, что «Выполнение мероприятий по обустройству мест для переодевания не может быть реализовано, так как народные (бесстыжие) ванны не принадлежат АО «Кавминкурортресурсы» и не являются объектом недропользования». Не знаю, кому как, а мне кажется, это неплохо.

От «Бесстыжих ванн» спустилась вниз, к парку «Цветник». В «Двенадцати стульях» Ильф и Петров про него писали так: «В «Цветнике» было много музыки, много веселых людей и очень мало цветов. В белой раковине симфонический оркестр исполнял «Пляску комаров». В наше время мало что изменилось, писатели дали исчерпывающее описание парка. Только когда я была в парке, вместо «Пляски комаров» два музыканта играли «Марионеток» Макаревича. Экскурсоводы водили по маленькому парку толпы экскурсионных групп, спеша показать им солнечные часы и фонтан «Счастливый улов» в виде мальчика с рыбой в руках, символизирующей карпа. Рядом с «Цветником» находилась питьевая галерея. Из глубин памяти всплыло давным-давно забытое французское слово «бювет» – специальное сооружение, павильон, устраиваемое над скважиной минерального источника для отпуска питьевой минеральной воды. Каждый уважающий себя посетитель Пятигорска должен туда зайти и продегустировать разные виды целебных вод.

В Пятигорске шесть мест, куда можно прийти за минеральной водой. Центральная питьевая галерея – самая большая и популярная среди них. За день галерея способна принимать до 5000 человек. Вход бесплатный, но надо было раскошелиться на бумажный дегустационный стаканчик, который стоил семь рублей. Прямо по центру висело объявление о том, что отдыхающие по профсоюзной путевке могут получить бесплатный стаканчик, обратившись к администратору зала. Объявление рождало в душе обычных отдыхающих чувство классового неравенства, они подозрительно вглядывались друг в друга, пытаясь угадать, кто среди них счастливчик с бесплатным стаканчиком. В зале находились источники трех видов вод: «Красноармейской», «Сероводородной» и «17». Я не любитель минеральных вод и в обычной жизни их не пью, поэтому мне они не сильно зашли. Особенно сероводородная с тонкими нотками тухлых яиц. Некоторые виды вод подавались подогретыми, от чего они становились особенно мерзкого вкуса, но, видимо, дико полезными. Для тех, кто любит минералку – место козырное. Воду можно наливать в бутылочки и уносить домой, чтобы продолжить пить и там. При оформлении бювета администрация города воспользовалась-таки туристической методичкой. Так и вижу их диалог:

– Маргарита Петровна, непорядок, вы читали методичку «Туристические достопримечательности города N. Правила оформления?»

– Читала, Петр Семенович. У нас все в порядке, около Провала чурчхела имеется, светодиоды вмонтированы, Арам продает папахи и хвосты мохноногих прямокопытников.

– А в центральной питьевой галерее? Почему там только вода? Вы с ума сошли? Чтобы завтра всё было исправлено!

И Маргарита Петровна побежала исправлять досадное упущение. Поэтому сейчас в питьевой галерее всё в порядке. Оформлены отделы, где продаются сувениры в виде игрушек, стаканов и магнитов, украшения из муранского стекла, часы с вкраплениями кристаллов, солнцезащитные очки. Особая гордость – отдел с украшениями из янтаря, цветных каменьев, серебра и отдел с шелковыми платками и палантинами. По центру зала бабуля продает билеты на концерт малопопулярного исполнителя. Тут не подкопаешься, не на Клаву Коку или Мураками же продавать билеты, которые в этот день выступали в Пятигорске. На них и так люди придут, а малопопулярным исполнителям без тяжелой артиллерии в виде промоции со стороны бабули около воды №17 не обойтись.

Напившись воды, я пошла в хостел. Можно было бы пройтись по Лермонтовским местам, тут их сонм, Лермонтов жил в Пятигорске и здесь же погиб на дуэли, но, как мы выяснили, я низкокультурный человек. Тем более завтра перебираться в Северную Осетию, славный город Владикавказ. Там я рассчитываю наконец-то приступить к реализации части плана, касающегося гастротура и начать пробовать местные блюда. От Пятигорска до Владикавказа на автобусе ехать около трех с половиной часов, прямые поезда и электрички, к сожалению, не ходят. В автобусе я всё время проспала, проснулась уже во Владикавказе.

Владикавказ

У человека, который в перерывах между размышлениями о том, что ему купить в «Дикси», филе грудки или бедрышки, почему цены всё время растут, и сколько лет бессменной ведущей новостей на Первом канале Екатерине Андреевой, вдруг задумывается о Северной Осетии, после насущного вопроса о том, какие виды начинок бывают в осетинских пирогах, возникает вопрос иного рода: почему республика называется Северная Осетия тире Алания? На всех зданиях, где есть название организации, пишут официально: Северная Осетия – Алания. Возник такой вопрос и у меня. Оказалось, двойное название Северная Осетия получила в 90-е годы, когда осетины решили вернутся к средневековому названию государства, народ которого считают своими предками. Государство Алания существовало с конца IX до XIII и пало под нашествием татаро-монголов.

Северная Осетия является одним из самых густонаселенных регионов России, при этом среди республик она одна из самых маленьких, меньше только Адыгея и Ингушетия. На территории всей республики расположено более сотни населённых пунктов, но только пять имеют статус города, а больше половины населения проживает во Владикавказе.

Город мне очень понравился, я сразу почувствовала себя как дома. Он утопает в зелени, уютный, везде посажены хосты. Хосты, хосты, хосты. Похоже, что местные жители Ставрополя фанаты рыжины в архитектуре, владикавказцы – фанаты хост. Заселилась в квартирку недалеко от рынка и проспекта Мира, одной из старейших улиц Владикавказа и по совместительству исторического центра города, поразглядывала Яндекс карты на предмет что тут есть и как туда идти, и двинула гулять, начав с проспекта Мира.

Из любой точки проспекта видна Столовая гора. Она расположена на границе Северной Осетии и Ингушетии, является символом этих республик и изображена на гербах Владикавказа и Ингушетии. Другое название Столовой горы – Мят Лоам, что в переводе означает «гора родины». Из названия ясно, что гора напоминает стол: вершина – плоская и усеченная, а склоны практически отвесные. Как водится, имеется легенда. Согласно одному из ингушских мифов, сотворивший землю бог Дял решил, что ей чего-то не хватает, и оставил ладонью метку. Когда он коснулся земли, образовалась гора, которую стали почитать как святыню. Проспект Мира пешеходный, но по нему проложены трамвайные пути и ездит трамвай, тоже один из символов Владикавказа. Гулять по проспекту было очень приятно. Особенно радовало, что во Владикавказ почему-то забыли прислать методичку про правила оформления туристического города. Никаких магнитов, горячей кукурузы, брелоков и прочей шелухи. Аллея с мощными платанами, которым, наверняка, лет сто, вдоль проспекта ассортимент магазинчиков и кофеен, периодически дребезжал трамвай, светило солнышко, народ фланировал кто с мороженным, кто с картонным стаканчиком капучино. Местные мастерицы продавали изделия из кожи, украшения из полимерной глины, керамики и прочих материалов. Одна из мастериц записывала подписчикам сторис про то, как к ней подошел незнакомый человек и подарил кожу:

– Представляете! Случилось чудо! Мне подарили кусок кожи! Просто так! Я такая счастливая!

Я присела на скамейку около фонтанчика с питьевой водой. К нему периодически подходили желающие попить. Конструкция фонтанчика была такова, что для наполнения бутылки надо было выверенным движением прижать струю пальцем, изогнув ее в дугу и подсунуть горлышко, при этом не замочить себя с ног до головы. Ловких людей на проспекте Мира было не много, потому что успешно проделывать манипуляцию удавалось единицам. Те, у кого пустой бутылки не было, пили похожим способом, прижимая струю пальцем и направляя ее себе в рот. Шансов остаться сухим в этом случае практически не оставалось.

***

Не спеша дошла до Центрального парка. За время своего существования парк сменил множество названий. В 30-х годах XIX века возле комендатуры Владикавказской крепости был разбит сад, который стал называться Комендантским. Он занимал только площадь верхней террасы современного парка. Затем в парке появилась нижняя терраса, которая протянулась до берега реки Терек, а Комендантский сад был переименовали в «Городской парк». Спустя 30 лет власти название сменилось на «Трек», потому что в парке появился велодром. В последующие годы в парке была создана система прудов с островами, лодочная станция, купальни, зоопарк, и парк стал называться «Монплезир». Советская власть, как водится, не могла терпеть в качестве названия чуждое слово, напоминающее о проклятом западе и тем более об удовольствиях, работать надо, социализм строить, и парк переименовали в «Пролетарский». Свое современное название он получил в 1939 году, когда праздновалось 80-летие осетинского деятеля искусств Косты Хетагурова. Парк считается лучшим на всём Северном Кавказе и внесён в реестр ботанических памятников природы Северной Осетии. Главный вход в Центральный парк имени Хетагурова украшают барельеф поэта с одной стороны и строки из написанного им стихотворения – с другой. Не будем медлить, скорее заходим!

Когда я читала про парк, мне попадались статьи, что несколько лет назад здесь спилили несколько взрослых экземпляров черного тополя, из-за чего разгорелся сыр-бор похлеще, чем после голой вечеринки Ивлеевой. СМИ писали про «варварскую вырубку», «выбор между жизнью и смертью», эксперты вспоминали, что один тополь дает столько кислорода, сколько гектар луга, а чиновники оправдывались, что деревья имели повреждение ствола, начали гнить, могли упасть на каток, а парк – это историческая и культурная ценность города, его жемчужина, а какая может быть жемчужина, если тополя будут от ветров валиться на маленьких детей. Инженеры лесного хозяйства и дендрологи кричали, что получился не парк, а Хиросима, настроение из-за потери площади фотосинтеза навек испорчено, величественные растения погублены зря, теперь в городе воздух будет застойный, потому что ветров нет. И что под бесконечное жужжание бензопил надо получить ответ на вопрос, будут ли высажены на месте спиленных тополей молодые деревья. Черствые чиновники под жужжанье бензопил ответили отрицательно (надо расширять полюбившийся горожанам каток), чем вконец расстроили дендрологов, которые как известно, равнодушны к каткам, конькам, тулупам, лутцам, флипам и даже к акселям и более всего на свете вдохновляются любым деревцем и кустарником. Вопрос, стоит ли каток спиленных тополей, тени и чистого воздуха в загазованном воздухе, имел в голове дендрологов однозначный ответ.

Гуляя по парку, я убедилась, что дендрологи Владикавказа несколько склонны раздувать из мухи слона. Парк Хетагурова был замечательно тенист, отдельными местами даже темен и сумрачен. Чистого воздуха хоть отбавляй. Очень понравилось, что администрация парка беспокоится о безопасности граждан и о соблюдении правил, на территории наряду с банальными табличками «Не курить», «По газонам не ходить», были установлены таблички «Терроризму нет».

Я сразу почувствовала себя защищенно. Хотелось бы предложить администрации для полной гармонии заказать и установить еще несколько актуальных табличек, например, «Любители воровать цветы! Вы играете с огнем… И доиграетесь!», и, на всякий случай, «Позвони маме!».

На мосту через Терек уличный раскудрявый музыкант играл и пел атмосферного «Короля и Шута»:

«…Жизнь разносилась как туфля,

Из потолка растет петля…

Проклятая петля!…»

Пел так, что отдыхающие обходили его по затейливой дуге, а будь жив Горшок, он бы не удержался и разбил за такое исполнение гитару. Я не Горшок, и всегда восхищаюсь самоуверенностью уличных музыкантов, поэтому положила ему в пустой чехол от гитары сто рублей. От неожиданности гитарист оборвал песню на том, как «под столом кто-то выдавливал глаз» и пошел курить. Чуть дальше четверо школьников играли традиционного Цоя, про мамину помаду, сапоги старшей сестры и восьмиклассницу. Их репертуар нравился консервативным окружающим гораздо больше: чехол от гитары был доверху наполнен сторублевками и мелочью.

Плавали лебеди, Терек гремел камнями, пни от спиленных тополей с немым укором вглядывались в лица отдыхающих, пытаясь угадать в них дендрологов, что не смогли остановить человека с бензопилой, подростки в одежде купались в фонтане, жители и гости города неспешно совершали моцион вокруг прудов, сладкая вата, мороженое, «Терроризму нет» и фоном песня про жизнь, которая разносилась как петля. В общем, отличный парк. Атмосферный.

***

Захотелось есть. Неподалеку находилась хинкальная. Судя по отзывам – место, где истерзанные души любителей хинкали и осетинских пирогов находили свой приют, а, значит, для меня это будет начальной точкой гастромаршрута. Хинкали – блюдо грузинской кухни, но кто сказал, что в гастротуре я должна питаться только национальными блюдами региона, в котором нахожусь? Мой гастротур, я его единственный участник, никто не запретит есть, что захочу. Хоть сосиску в тесте, хоть овсяную кашу. А если читатели против, могут устроить собственный гастротур со своими правилами.

Что могу сказать. В хинкальной города Владикавказа моя душа тоже нашла свой приют. Вкуснейшие хинкали, и всего по 45 рублей за штуку! Сочные, с долгим послевкусием мяса и бульона, после них на меня снизошла благостность и желание любить всех людей. Расхотелось открывать новые вкусы, пробовать новые блюда и продолжать бессмысленные гастротуры. Зачем, если идеал найден? Хотелось есть хинкали и запивать айвовым вино. Когда на третий вечер официантка спросила: «Вам как обычно?», – стало ясно, что с хинкали пора завязывать, иначе они разобьют мне сердце. Представила, как, вернувшись в Ярославль, буду вздыхать, в печали прятать слезы в дожде, ходить по кафе с кавказской кухней в надежде встретить те самые хинкали с говядиной, и даже найду пару раз похожие, но это будут не они. Чужие. С другим послевкусием. С слишком крупно нарезанным луком или грубыми жилками мяса. Пройдут год или два, прежде чем горечь утраты стихнет, и разбитое сердце перестанет болеть.

– Нет, принесите, пожалуйста, уалибах.

Уалибах – это осетинский пирог с сыром. В национальном названии пирогов отражен его основной ингредиент с добавлением суффикса «джин». Самыми древними считаются пироги с осетинским сыром уалибах (хабизджын), артадзыхонта (треугольной формы, которые подаются на религиозные праздники), и пирог с говядиной фыдджын. Пироги с другими начинками появлялись в национальном осетинским застолье постепенно, со временем приобретая статус традиционных. Сейчас к традиционным видам начинок для осетинских пирогов видам относятся начинки на основе сыра с добавлением картофеля (картофджын), листьев свеклы (цахараджын) и черемши (давонджын), с капустой (кабускаджын), тыквой (насджын), фасолью (кадурджин), вишней (балджин) и другие. Лучше закончу перечислять, а то потеряю над собой контроль и опять начну вбивать в поисковик «доставка настоящих осетинских пирогов в Ярославле», а это тупиковый путь. Настоящие пироги только в Осетии.

Выпекать осетинский пирог необходимо в условиях полной тишины, а волосы на голове должны быть убраны под платок. Поскольку согласно традициям, мужчину унижает возня с тестом, приготовление осетинского пирога возложено исключительно на женщин. Интересно, что традиционные пироги имеют символическое значение. На праздничном столе обязательно должны присутствовать три пирога, поставленные друг на друга, разрезают их тоже стопкой. Они символизируют Землю, солнце (небо) и Бога (на траурных мероприятиях пирога только два, отсутствует средний, символ солнца, так как покойному больше не суждено его увидеть). Пироги нельзя крутить, иначе повернутся небо, солнце и земля, нарушится вселенская гармония, что может нести в себе потенциально опасные последствия. Поэтому важно нарезать пироги осторожно и с уважением, не выполнять лишних движений. Начинки должно быть много. В один килограмм правильного пирога идет триста грамм теста и семьсот грамм начинки.

Мой уалибах с точки зрения количества сыра был правильный (осталось неизвестным, пекла ли его женщина в полной тишине). Я старалась, забывшись, случайно не покрутить пирог, чтобы не нарушить гармонию мироздания, хотя, честно говоря, в последние годы хаоса стало так много, будто осетинские пироги вращала по и против часовой стрелки минимум половина населения планеты. Горячий, дымящийся, добротный пирог, он вытеснил воспоминания о хинкали (хотя они навсегда остались в моем сердце). Уалибах был большой, весь я съесть не смогла, половину забрала с собой.

В хинкальной дверь на улицу была открыта, и внутрь зашли попрошайки, маленькие мальчик с девочкой. Они подходили к каждому столику и просили денег. Официантка стала прогонять бродяжек:

– Уходите отсюда! Не давайте им ничего, они каждый день ходят!

Но один из посетителей подозвал детей и отдал им четыре хинкали из своей порции. Дети дернули на выход. Как только дверь закрылась, снаружи раздался радостный визг в два голоса. Я задумалась, когда мне в последний раз доводилось визжать от радости? Если полицейский остановит гражданина и спросит: «Почему вы надели желто-голубые кроссовки?», гражданин, растерявшись, будет молчать, ругая себя за оплошность, и подбирать ответ, который удовлетворит блюстителя цветовой гаммы, то даже в этом случае затянувшаяся пауза будет не так велика, как пауза, когда человек пытается вспомнить, когда он последний раз визжал от радости.

Гражданин посмотрит на запыленные кроссовки, на кроны деревьев, руки, ноги, футболку, опять на кроссовки и выдаст единственно возможный вариант ответа:

– У меня нет других кроссовок… У меня маленькая зарплата, я купил себе эти кроссовки в 2019 году и с тех пор не могу накопить на другие.

Я тоже посмотрела на кроны деревьев, на ноги, руки, и футболку, но ответ на вопрос, когда я визжала от радости, не смогла. Как мало надо человеку для счастья.

***

У американского экономиста Хиршмана есть книга о поведении человека, столкнувшегося с ухудшением качества потребляемых услуг или недовольного политикой государства, в котором он живет. «Выход, голос, лояльность». Например, если гражданину не нравится политика государства, он может выбрать вариант выхода (эмигрировать), голоса (протестовать) или остаться лояльным. Этой ночью я испробовала все варианты действий по Хиршману. И вовсе не потому, что в ночи вдруг столкнулась с некачественным товаром или государством. Комары. Бодрые, голодные, полные сил комары. Неужели они бывают в октябре?

Поначалу я не придала комариному писку большого значения, решив, что проверенный годами вариант «лояльность» сработает. Делала вид, что сплю, и надеялась, что комар напьется крови из руки или ноги и улетит спать на потолок. Комаров оказалось несколько, и моя лояльность пришлась им по душе. Они отвратительно пищали, не желая улетать на потолок и кусались, заставляя чесаться как запаршивевшая собака. Тогда я применила вариант «выход» – с головой эмигрировала под пододеяльник, оставив лишь маленькую щелочку для свежего воздуха.

– Есть же специальные приложения от комаров! – воскликнет технически продвинутый читатель. И добавит, что принцип действия приложения заключается в том, что телефон испускает ультразвуковые импульсы, которые воспринимаются комарами как источник близкой опасности, поэтому они предпочитают не подлетать.

О да, моя техническая продвинутость тоже не знает границ. Перед тем, как ретироваться под пододеяльник, я вспомнила про антимоскитное приложение и запустила его. Мой «выход» раззадорил комаров еще больше. То ли они оказались устойчивы к приложению, то ли приложение сработало в обратную сторону, и насекомые решили, что их много, поэтому будет правильным атаковать источник ультразвука. Они азартно прокусывали двойной слой ткани, лезли в щель для воздуха и продолжали мерзопакостно пищать.

Я не выдержала. На часах два часа ночи, время для выхода и лояльности истекло. Мне оставалась последняя стратегия действий – протестовать. Я встала, включила лампу и начала ловить комаров. При свете стало понятно, что масштаб комариного шабаша мной был недооценен. По комнате летало не менее десятка насекомых. Несколько штук сыто сидели на потолке, раздув кровавые капли брюшек. Мирская суета голодных собратьев их не заботила.

По физическим способностям местные комары разительно отличались от ярославских соплеменников. Ярославский комар летает как? По относительно ровной траектории из точки А в точку Б, плавно, без резких выкрутасов, спокойно давая себя прихлопнуть во время полета. Местные комары рвано метались во все стороны, как пешеходы на дороге в неположенном месте, когда на них несется автомобиль, и не давали возможности предугадать, где они окажутся в следующую секунду. Комариное броуновское движение захватило комнату. На бреющем полете они достигали стены или занавески, присаживались, но стоило поднести ладонь для удара, издевательски снимались с места и исчезали из поля зрения. К трем часам ночи, проявив чудеса координации, которые обрадовали бы учителей физкультуры, я убила почти всех комаров и завалилась спать.

Утром, открыв выдвижной ящик, чтобы убрать туда документы, я увидела фумигатор.

***

Утром пошла на местный рынок, недалеко от которого я предусмотрительно поселилась. Это стало доброй традицией, оказавшись в любом южном городе идти на рынок, чтобы купить чурчхелу. Здесь, во Владикавказе, мне еще надо попробовать маринованные листья перца (цывцы-цахтон). Так велел шеф-повар, ТВ-ведущий, а теперь еще и блогер Александр Белькович. Я ведь упомянула, что к визиту во Владикавказ подготовилась со всей тщательностью, а именно посмотрела на Ю-тубе ролики про то, что попробовать и куда пойти? Как нет? Что вы говорите! Прошу прощения, голова забита мусором, всего и не удержишь. Белькович сказал: «Будете во Владикавказе, обязательно купите цывцы-цахтон. Уникальная штука!». Как тут ослушаться? Чурчхелу, кстати, он тоже купил.

Близость рынка угадывалась по наличию на тротуарах бабушек с пучками зеленого лука, горками яиц и емкостями со сметаной. Входов несколько, на каждом стоят охранник и досматривал сумки посетителей. После прохождения первого кордона в виде охранника, перед глазами предстал второй рубеж – палатки с резиновыми шлепками. Их надо миновать быстро, не вступая в зрительный контакт с продавцами. Стоит встретиться с настойчивым взглядом карих глаз, и все, ты обречен виновато мямлить, что шлепки тебе пока не нужны, в другой раз, спасибо, и, опустив голову, бежать мимо палаток с кепками, футболками, ветровками, извиняясь перед каждым следующим обладателем карих глаз. Второй кордон тоже успешно остался за спиной, и впереди завиднелись фруктово-овощные ряды и продуктовый павильон, скрывающий внутри мясо, домашнюю птицу, осетинские сыры, зелень, горные травы, сухофрукты и домашние соленья.

Торговые точки с вожделенной чурчхелой выскочили из-за ряда со специями неожиданно, как пацаны в сериале «Слово пацана», завидевшие чушпана. Сладости висели на нитках и манили к себе красочной палитрой: из виноградного сока – светло-шоколадные, из яблочного – янтарные, из вишневого – насыщенно-красные, из гранатового –  рубиновые, из абрикосового – желто-оранжевые. Кстати, Грузия внесла чурчхелу в список национальных достояний и оформила на нее патент, хотя на её права претендуют многие другие страны.

– Подходи, сердце мое, бери чурчхелу! Какая на тебя смотрит? Свежайшая, мягкая, выбирай любую! Виноград, лимон, дыня, кокос, вишня, гранат, инжир! Бери, попробуешь и вернешься к Зареме, чтобы купить еще.

Я купила с грецким орехом, фундуком, инжиром и довольная, как Юлия Высоцкая, которая приготовила очередные подгорелые сырники, двинулась к маринованным листьям перца. Вкус у них, мягко говоря, оказался специфический. Как известно, специфический вкус можно разделить три категории: вкусный, невкусный и нейтральный. В мою дегустацию неуловимым образом вмешался авторитет Бельковича, сбил настойки вкусовых сосочков, и мне почудилось, что по шкале специфичности листья относятся к категории вкусных. Напомнила себе, что цывцы-цахтон надо резать и смешивать со сметаной, чтобы получился соус, а значит, вкус будет еще приятнее:

– Мне в Стамбул лететь, как он хранится?

– Полгода в холодильнике может лежать, ничего ему не сделается. Бери, красавица, бери, не бойся.

Взяла триста грамм. Листья перца совершили со мной отличное путешествие по холодильникам Махачкалы и Стамбула, проездом поглядели на Москву и осели в Ярославле. Там они благополучно почили в бозе, поскольку дома авторитет Бельковича растерял надо мной влияние, вкусовые настройки вернулись к базовым, и цывцы-цахтон показался сомнительным изобретением кулинаров. А, возможно, он просто испортился за время вояжа.

По пути обратно попался странный блошиный рынок. Как будто жители окрестных домов по неведомому сигналу вдруг бросили свои дела и одновременно вышли на улицу, чтобы разложить на асфальте на полиэтилене и кусках ткани старые поношенные кофты, мохеровые свитера, стоптанные ботинки, туфли-лодочки с протертыми носками, часы, пивные кружки, книги и кассеты из 90-х годов. Ветер перебирал белые женские платья, развешанные на деревьях и стенах домов. Лупило солнце октября. Посреди проезжей части стояли белые Жигули с открытыми дверцами и багажником. Джинсы, старомодные рубашки, бриджи а-ля энтомолог в возрасте вышел ловить бабочек, жилетки с множеством карманов, которые привели бы в восторг самого Анатолия Вассермана, застиранные футболки, кокетливые кружевные юбки и блузы в рюшах, весь этот хлам увешивал дверцы, багажник, капот, был навален на крышу так, что разглядеть основу хлама – автомобиль – являлось задачей для зорких. Вокруг Жигулей грудились пакеты и коробки с одеждой, которой не нашлось места на машине. Прохожие опасливо обходили тряпочно-автомобильную конструкцию, словно стоило им остановиться на секунду, машина времени сбросила бы тряпье в коробки, затянула людей в салон и умчала вместе с невольными пассажирами за очередной партией барахла во времена нищеты, бандитов в малиновых пиджаках и АО «МММ».

Сиротский приют ненужных вещей захватил несколько улиц. Куда хватало взгляда полотенца, одежда, кошельки, дамские сумки, пельменницы, бусы, старая помада, аптечные сборы трав в фильтр-пакетах и россыпью, вазочки, пинетки, рюмки, заварочные чайники, унылые плюшевые собаки, теннисные мячики, куклы Барби и пуговицы безнадежно ждали нового хозяина. Продавцы угрюмо молчали, вызывая ассоциации с шеф-поваром Ивлевым, который впервые за двадцать лет передержал на сковороде яичницу. На обочине дороги в ожидании любителей художественной литературы пылись потрепанные «Сестра Керри» Драйзера, «12 стульев» Ильфа и Петрова и собрание сочинений Чехова. Автомобилистам предназначались брошюры: «Лиха беда начало! Основы успешного общения с инспектором ДПС» и «Штрафы за нарушения ПДД» за 2012 год, поклонникам кинематографа – DVD-диски с «Джентельменами удачи» и «Титаником», а меломанам – компакт-диски с песнями Антонова, Малинина и Ротару.

Рядом со стеной дома, на которой висело клетчатое платье, танцевала босая женщина. Она держала в руках банное полотенце с пришпиленной бумажкой «Всё по 50». Танец перемежался с матерными криками в сторону прохожих. Было сюрреалистично. И грустно.

***

На обед пошла в кафе, специализирующегося на фыдджинах – осетинских пирогах с мясом. Существуют разные варианты произношений помимо фыдджина: фытчин, фыччин, и фидгун. Изначально в осетинском языке было два похожих слова: «фидæ», что значит «отец», и «фид» – «мясо», потом в результате эволюции языка эти слова стали омонимами.

То, что я пришла по адресу, стало понятно, когда из дверей обители фыдджинов вышел крепкий мужчина, который в обеих руках держал пакеты с коробками пирогов. Внутри заведения почитатели пирогов с мясом поодиночке, парами и группками сидели почти за всеми столиками. Тот, кто сделал заказ, ожидал с обманчиво скучающим видом, который обычно бывает у домашнего кота, когда он подходят к миске проверить, не появилась ли в ней гора корма. Счастливчики, получившие заветный пирог, румянились, расцветали как розы после летнего дождя, хватались за вилки, щедро накладывали на пирог цывцы-цахтон либо сметану, причмокивали и по уровню довольства напоминали сотрудников Минюста, которые внесли в список иноагентов очередной десяток журналистов и блогеров. Что же я стою? Скорей за столик! Мне один фыдджин и один компот из фейхоа! И цывцы-цахтон! Лучше два!

Мать двоих сыновей-школьников за соседним столом тревожно металась в бесконечных вопросах, не понимая, что скрывается за непонятными названиями в меню:

– Фыдджин, что это? А лывжа? Суп такой, да? Он острый? Детям можно есть? Вы готовите салат? А чай? Как нет чая? Есть пирог с сыром? Что такое цывцы-чахтон?

Мальчики и их отец сидели тихо, готовые покорно съесть то, что закажет громкая вопрошающая мать.

Десять минут ожидания и передо мной он. Нет, ОН! Прекрасный румяный ФЫДДЖИН! Аппетитный запах не оставлял сомнений, что фыдджин удался. Я становлюсь неотличима от остальных посетителей: румянюсь, расцветаю розой, хватаюсь за вилку, накладываю на пирог цывцы-цахтон, отправляю в рот первый кусочек и делаюсь довольной как сотрудник Минюста, который нашел несуществующее движение и объявил его экстремистским (если сделать допущение, что в какой-нибудь фантастической вселенной есть страна, где такое возможно). Ммм… Божественно… Сочная начинка, тонкое тесто и много, много бульона. Почему Боги Древней Греции ели амброзию? Либо они проморгали существование фыдджинов, либо были гастрономически глуповаты.

Как описать сказочный вкус? У известного автора детективов Александры Марининой в одном из произведений используется сравнение «будто ангелок в бархатных штанишках проехался по пищеводу». Надеюсь, Александра Маринина не обидится, если я скажу, что после первого кусочка фыдджина ощущения возникли точь-в-точь, как она описала: ангелок в бархатных штанишках. Вкусно до умопомрачения! Если бы на свете существовали партии уалибаховцев и фыдджинистов, я как убежденный фыдджинист, без колебаний стала бы членом второй. Куда нести заявление?

С каждым кусочком желудок наполнялся не мясом и тестом, а благостностью. Под конец благостность наполнила желудок и все тело, ноги сделались легкими, за спиной выросли крылья, душа преисполнилась любовью к людям, и накатила легкая грусть, потому что дома я такое приготовить не смогу. Не стоит питать иллюзий. Мы с тестом не очень ладим друг с другом.

***

С легким сердцем вышла к набережной Терека. Перейти реку с одной стороны на другую можно восемью разными способами, именно столько мостов насчитывает Владикавказ. Проходя по одному из них, я случайно глянула вниз и увидела на островке черную крупную собаку. Она беспокойно сновала туда-сюда, приближалась к кромке воды, поскуливала и отбегала обратно в середину островка. На островке кроме пары кустиков, жухлых как сторож, охраняющий зимой богом забытый пионерский лагерь, ничего не было. Прохожие останавливались на мосту и встревоженно тыкали в сторону собаки пальцами. Видимо, пёсель бегал давно, потому что на мосту готовился к спуску спортивный осетин в форме с надписью МЧС. Два других сотрудника обвязывали его веревками. Прохожие, почуяв контент, принялись доставать мобильные телефоны и настраивать режим съемки.

Как собака сюда попала? Переплыть с набережной невозможно, поток слишком бурный. Прыгнула с моста? Зачем, да и высоко, можно переломать ноги. Нерадивый хозяин кинул в реку палку, у пса не хватило сил выплыть обратно на берег и его снесло потоком? Хозяина, однако, нигде не было видно, ошейник на собаке отсутствовал, поэтому, вероятнее всего, она была бездомной и просто упала в Терек выше по течению.

Эмчeэcoвца спустили вниз. Он приблизился к собаке, погладил по голове, начал говорить что-то ободряющее. Потом, чтобы укрепить взаимопонимание, достал кусок колбасы. Собака съела колбасу, и контакт был налажен. Оставалось самое сложное – закрепить на собаке веревки. Собака ложилась на живот, позволяла просунуть веревки под передние лапы, но не давала их зафиксировать, поднимаясь и отбегая в сторону. Аргументы в виде дополнительных кусков колбасы не срабатывали. Поскучневшие прохожие опустили руки с телефонами. Процедура спасения затягивалась.

Я, сидя на парапете, задумалась о непредсказуемой жизни спасателей. Утром ты сидишь и ждешь вызов, а в обед едешь на мост, чтобы кормить собаку колбасой и обвязывать ее веревками. Интересно, учат ли такому на курсах спасателей? Существует ли блок лекций, посвященный психологии общения с животными и правильной технике обвязывания разных видов млекопитающих? Если не существует, то молодой эмчеэсовец мог бы его создать, потому что спустя минут двадцать он смог уговорить собаку подойти ровно под мост, лечь на живот и дать себя обвязать. Зеваки вновь схватились за телефоны, настраивая зум. Ррраз – и пес на мосту! Его развязали, и он рванул по своим неотложным собачьим делам. Как он оказался на острове, и был ли у него хозяин, я так и не узнала. Два-а-а – и спасатель собачьей души тоже втянут наверх! Три – публика удовлетворенно убрала телефоны, мысленно перебирая заголовки и предвкушая попадание видео в рекомендации Тик-Ток.

Ну а я двинулась к зоопарку.

***

Посещение зоопарка оказалось моей крупнейшей ошибкой за весь отпуск. Зоопарк был очень маленький. Даже не так. Малюсенький. Крохотный. Бог с ним, с размером. Все вольеры были тесные, из-за чего моментально становилось ясно, что животным очень плохо. В большинстве вольеров был зацементирован пол, не росло ни травинки, ни кустика, организаторы зоопарка не нашли причин даже какое-никакое завалящее бревно положить к животным:

– Бревно? Высадить кустик? Зачем?

– Животным комфортно, среда, приближенная к природной, посетителям приятно, все довольны.

– Чушь собачья. Животным и так прекрасно, их кормят и поят, посетители билеты покупают. Зачем деньги тратить, кустики непонятные покупать, которые за несколько дней вытопчут, работникам за высаживание кустиков платить. Еще раз выскажете подобное соображение, я вас уволю, товарищ зоолог. Может еще зоопсихолога предложите нанять?

Животным в зоопарке достались только цементный пол, прутья решетки и домик для сна. У бедного верблюда, который перед тем, как лечь, опускается на колени, шерсть на коленях была полностью стерта. У клеток с медведями захотелось, чтобы ученые поскорее изобрели способ форматировать человеческую память, чтобы забыть увиденное. Несчастным медведям было хуже всех. Их запихнули в микроскопические для таких крупных животных клетки. Медведи тревожились, вставали на задние лапы, ревели. Некоторые из них погрузились в апатию и печально сидели по углам, прислонившись к прутьям в безысходности.

Орлам было не лучше. Нахохлившиеся, угнетенные, поникшие, с грязными перьями, они потеряли интерес к жизни. Преступление держать этих птиц в тесноте. Только уткам, козам и обезьянам, казалось, было нормально. Но непонятно, уток-то зачем в клетку засунули, почему для них не сделали открытый водоем?

– Иван Петрович, может, почему мы держим уток в клетке? Может, выкопаем для них пруд? Будет красиво, птицам хорошо и людям понравится.

– Опять ваши нелепые идеи. То кусты в вольеры высаживать, то пруд для уток копать. Вы уволены.

Судя по большинству посетителей, хозяев зоопарка они одобряли и оплаченную порцию удовольствия получали. Мамы и папы, бабушки и дедушки, дочки и сыночки, внУчки и внучкИ радостно толпились у кассы, затем, сжимая в ладошках заветные билеты, спешили полюбоваться на несчастных животных. Обязательной частью получения удовольствия являлось игнорирование табличек: «Животных не кормить». Детишки пихали между прутьев сладкую соломку, а родители радовались, что дите познает мир.

У вольера с козами группа быдло-парней со смехом наезжала на козленка:

– Эй, ты что такой дерзкий? Надо тебя петухом сделать!

Влюбленные сидели в обнимку на лавочке перед вольером с обезьянами, наслаждаясь романтичным видом мартышек, перебирающих на полу куски яблок. Обезьянки, завидев уборщика территории, похватали детенышей и спрятались в домике, а влюбленным пришлось перебраться к вольеру козами.

В общем, от посещения осталось гнетущее впечатление. Зоопарк надо полностью модернизировать, сделать просторные вольеры и создать в них среду, приспособленную для животных. Либо снести его к чертовой бабушке, мир станет только лучше. То, что имелось на момент моего посещения, иначе как жестоким обращением с животными не назвать.

***

В Северную Осетию надо ехать, чтобы увидеть горы. Хватит разгуливать по фыдджинным и хинкальным, не уалибахом единым жив человек. Туристические фирмы и гиды-одиночки предлагали множество вариантов экскурсий, разных по цене и длительности. Я выбрала автомобильно-пешеходный тур в Цейское ущелье в мини группе. Программа выглядела так:

09:00 Начало программы

10:00 Ныхасы Уастырджи

10:30 Застава Чъырамад

12:15 Прогулка на лошадях за дополнительную плату

12:30 Сказский ледник

15:15 Термальные источники за дополнительную плату

17:30 Возвращение во Владикавказ

В 08:50 заехал водитель Эдуард, по совместительству экскурсовод. Неторопливый мужчина лет пятидесяти, внешне он напоминал сутулого птенца чайки (пегий из-за седины и слегла горбился). Эдуард пояснил, что сейчас мы заедем за остальными участниками, и затем он начнет экскурсию. Остальными участниками оказались две подруги-москвички, ровесницы нашего экскурсионного предводителя, очень ухоженные, почтительно влюбленные в самих себя (мадам Полина и мадам Марина) и мама с дочерью-подростком. Гид всю экскурсию делал москвичкам комплименты.

Первая точка маршрута – памятник Уастырджи в Алгирском ущелье, символ и гордость Северной Осетии. Уастырджи – это покровитель мужчин, путников и воинов, враг воров, мошенников, убийц и клятвопреступников, посредник между Богом и людьми, в эпосе он описывается как небожитель, который спускается на землю, чтобы узнать, помогают ли люди друг другу в нужде. Осетинским женщинам запрещено произносить его имя и даже в мыслях, они называют его Лагты Дзуар. Памятник огромен: конь весом 28 тонн, шестиметровая голова, а в ладони всадника может поместиться человек. К месту установки его доставляли на вертолете. Внизу под Уастырджи есть ритуальное место для подношений, многие водители останавливаются, чтобы оставить дар небесному всаднику, попросить о безопасном пути, женщинам заходить за заборчик запрещено. Паломники приезжают сюда вознести молитву, просят мира и спокойствия в семье. Правила предписывают перед посещением святилища выдержать трехдневный пост, перед самым походом искупаться, одеться в чистые светлые одежды.

Всадник на трехногом коне появился прямо из толщи скалы. Он настолько слился со скалой, что было трудно понять, как конь держится. Как будто врос в гору. Через дорогу от памятника около горной речки толпились туристы, фотографируя речку, Уастырджи и друг друга. Мини группы организованными колоннами подходили к святилищу и оставляли подношения. Поклонение небожителю было поставлено на поток, не хватало ларечника с магнитами.

Проехали буквально двести метров и остановились около минерального сероводородного источника. Ручеек тек по обочине дороги, разъев железную решетку, которая его закрывала. Пахло тухлыми яйцами. Эдуард выдал нам пластиковые стаканчики:

– Пейте. Вода из этого источника очень полезна для здоровья, она омолаживает. Я пью здесь каждый раз, как везу экскурсию, и посмотрите, как я хорошо выгляжу в свои 70 лет.

Подружки-москвички восторженно загомонили и бросились наполнять стаканчики:

– Не может быть! 70! Вы прекрасно выглядите, мы думали, вам не больше 50 лет.

Признаться, я тоже купилась, и глотая невкусную теплую воду, стала разглядывать Эдуарда, чтобы найти признаки возраста: морщины, старческие пятна, слабость тела, угасший взгляд. Наш предводитель был физически крепок. Упругая смуглая кожа, ровная осанка, блеск в глазах. Только седина и всё.

– Да, ладно, я пошутил. Мне 50 лет. Но вода и вправду полезна для здоровья.

Быстренько оздоровившись на обочине, мы запрыгнули в машину и помчались к основной точке маршрута – к Цейскому ущелью и Сказскому леднику. По пути согласно плану мы должны были увидеть таможенную заставу Чъырамад, но то ли я отвлеклась, то ли Эдуард не акцентировал наше внимание, заставу я не заметила. О прогулке на лошадях за дополнительную плату тоже никто не упоминал. Оно и к лучшему, кататься на лошадях не хотелось, еще меньше хотелось ждать тех, кто испытал бы такое желание. Зато остановились перед огромным валуном, с одной стороны которого был нарисован Сталин, а с другой – Коста Хетагуров, основоположник литературного осетинского языка. Говорят, что Никита Хрущев после разоблачения культа личности Сталина приказал сбросить камень в ущелье. Приказ выполнили, но уже утром камень стоял на своем месте. Его подняли местные жители и некоторое время охраняли валун. Мадам Полина и мадам Марина радостно побежали фотографироваться со Сталиным:

– Мы так его любим! Какой он был молодец! Репрессии ерунда, посадили тех, кого надо.

Мама с дочкой и я остались в машине.

Цейское ущелье, в просторечье Цей, находится на северных склонах кавказского хребта. Ущелье расположено на высоте 1300 метров и тянется более чем на 20 километров с востока на запад. Оно образовано Кальперовским и Цейским хребтами. В низинах ущелья лежат альпийские луга и смешанные леса, а на вершине тысячелетние ледники. Всего в Цее 29 ледников, самый красивый – Сказский. Весной ледники начинают таять и образуются водопады. Туристы едут сюда ради природы. Эдуард сказал, что в этих местах обитают медведи, зубры, кабаны, туры, и в подтверждение слов на телефоне показал видео медведя на горе. Его сделал какой-то его друг-экскурсовод, и теперь видео доказательство показывают всем туристическим группам.

Сказский ледник расположен в боковой части Цея. Добраться до него можно с помощью канатной дороги. На нижнюю станцию канатной дороги и привел нас Эдуард. Пятьсот рублей, полчаса подъема и мы наверху. Час свободного времени. Я отошла в сторону от туристических потоков, села под куст и стала любоваться. Ледник – это не просто снег на горе. Это массивная разрушительная масса с вмерзшими в нее обломками скал. По мере медленного движения ледника на скалах образуются борозды и щели, которые называют «бараньими лбами», по мере таяния оставляя после себя перемолотые горные породы и глину, называемые мореной. Вокруг красота, от которой захватывает дух. Белый снег на темных величественных вершинах на фоне пронзительно синего небо создавал необычный узор. Облака толкались кудрявыми плечами за право накрыть скалы и были близко-близко, руку протяни и дотронешься до неба. Юлий Визбор в свое время написал про Цей:

«…Вот и опять между сосен открылась картина:

Путь к небесам, что стенами из камня зажат.

Здесь на рассвет золотые взирают вершины,

И ледники, как замерзшее небо, лежат…»

Золотые вершины взирали не на рассвет, а на туристов, что муравьями копошились у подножия ледника, делая необходимые селфи. Кто-то поднимался по специальным тропинкам выше, кто-то карабкался на пушку-зенитку, предназначенную для предотвращения лавин зимой. Горы смотрели равнодушно, не замечая. Так мы, погрузившись в свои мысли, скользим взглядом по прохожим, когда идем по улице. Человеческая суета не значила для скал ничего. Эти вершины миллионы лет созерцали мир, наблюдали рождение человечества, появление и крушение государств, и, наверняка, увидят еще. Ну а я, налюбовавшись природой, повиновалась неистребимому желанию современного человека делать селфи, сфотографировала себя на фоне ледника и отправила фотографию в семейный чат. Отведенный час прошел, надо было возвращаться назад. Эдуард обещал обед.

На обед он привез нас в придорожное кафе («Там готовит замечательная женщина Лаура, все группы к ней вожу»). Экскурсоводы с остальных экскурсий, по-видимому, тоже считали ее замечательной, потому что около входа было припарковано с десяток больших и маленьких автомобилей, а внутри все столы были заняты голодными туристами. Стол для нашей группы был забронирован заранее. Вышла девочка лет четырнадцати, принесла меню с традиционными осетинскими блюдами.

– Это дочка Лауры, Милана, он помогает маме с гостями. Лаура всегда у плиты. Замечательная женщина, всё сама делает, любит готовить, на кухне не хочет никаких помощников. В сезон работает с утра до вечера, без выходных и праздников.

Очень хотелось взять фыдджин. Собрала волю в кулак, напомнила себе, что у меня гастротур, надо пробовать разные блюда, кроме того, вес заявленного в меню пирога слишком большой для меня одной, и заказала лывжу. Дамы-москвички выбрали фыдджин и вино, мама с подростком – салат из огурцов и помидоров и пирог с сыром. Наш гид тоже остановил свой взор на лывже. Суета в кафе царила похлеще, чем у подножия ледника. Подъезжали и уезжали группы туристов, хаотичные обрывки диалогов летали по залу:

– Садитесь, пожалуйста, вот ваш столик.

– Минуту, сейчас я всё уберу.

– Можно ли заплатить онлайн?

– Когда принесут наш заказ?

– Можно.

– Извините, скоро будет готово.

– У меня не ловит интернет, платеж не проходит!

– Возьмите нашу визитку.

– Принесите еще стакан вина, очень вкусное.

– Знатный фыдджин!

– Спасибо большое, нам очень понравилось!

– Мир вашему дому, всех благ!

– Кусочек хлеба, пожалуйста.

Минут через двадцать принесли наш заказ. На подносах в помещение вплыли огромнейшие фыдджин (прости, дорогой фыдджин, что я променяла тебя лывжу, обещаю, мы с тобой еще встретимся) и пирог с сыром. Царь-фыдджин и царь-уалибах. Румяные, нежные, поблескивающие масляной корочкой, полные сочной начинки. Одного такого пирога было достаточно, чтобы наелись четверо крупных голодных мужиков, каких-нибудь шахтеров после смены в забое или дальнобойщиков после дня пути по трассе «Омск-Новосибирск». Ну или 10-15 худеньких первоклассников. У нас за столом роль шахтеров и детишек взяли на себя подружки-москвички и мама с дочкой. Они еще не пробовали настоящие осетинские пироги, это были их первенцы. Лаура, замечательная Лаура, щедро положила в пироги начинку. И мяса, и сыра было много, отчего у присутствующих за столом чувство восторга сменилось тихим умилением, переходящим в абсолютное счастье.

Я, умудренная фыдджинно-уалибаховым опытом предыдущих дней, смотрела на их восторг с легким снисхождением, как смотрят сотрудники ЦИК на избирателей, когда те спрашивают, почему результаты электронного голосования отличаются от результатов бумажного и нет ли тут фальсификации. Глупенькие, к следующим выборам бумажные бюллетени вообще отменим, и будут у вас выборы без кандидатов и без бюллетеней, вот бы придумать, чтобы и без избирателей.

Принесли горшочек с моей лывжой. Лывжа – это традиционное осетинское блюдо в виде густого супа или рагу из говядины, картошки, лука, моркови и специй. Наваристо, как говорит телевизионный шеф Ивлев: «Когда вкусно, тогда вкусно», но суп есть суп, моему сердцу милее хинкали и фыдджины. В конце обеда к нашему столу подошла замечательная Лаура. Полная, краснощекая от жара печи, она промокнула мокрый от пота лоб:

– Здравствуй, Эдуард, здравствуйте, дорогие гости. Всё ли вам понравилось?

Дорогие довольные гости вразнобой принялись благодарить повариху, желать здоровья, процветания ее бизнесу и платить онлайн.

Дальше нам полагалось со смотровой площадки увидеть водохранилище Зарамагской ГЭС. Что сказать? Водохранилище как водохранилище, особо ничем не запомнилось. Да простят меня любители этой локации. Постояли, полюбовались на воду и горы. Потом Эдуард предложил отклониться от маршрута и поехать к месторождению горного хрусталя. Остановились на обочине дороги около непримечательных куч камней. Наш предводитель пошел неторопливо бродить по этим кучам. Он наклонялся, подбирал кусочки камней и, осмотрев, отбрасывал. Мы, поглядев друг на друга, вылезли из машины и стали с азартом проделывать тоже самое. Обычно люди так бродят на морском побережье в поисках куриного бога, камешка со сквозной дыркой, выточенной водой. Мы же искали неизвестно что, потому что как должен выглядеть горный хрусталь, никто из нас не знал. Почему-то казалось, что среди груд черных камней мы отыщем увесистый прозрачный кусок, наподобие осколка бабушкиной старинной вазы. Куски хрусталя не находились. Через 10-15 минут вернулся Эдуард и положил каждому на ладонь по маленькому невзрачному грязному камешку:

– Вот вам горный хрусталь.

– Где?

– Сходите промойте в ручье и посмотрите на свет. Видите прозрачные вкрапления? Этот хрусталь. Талисман для женщин, так что берите.

Мы, женщины, доверчивые существа. Стоит сказать «пейте вот эту воду, она для молодости», мы, не задумываясь, пьем из липких стаканчиков в пыли у обочины, скажут «это талисман», мы хватаем грязный камень в ту же секунду. Разобрали камешки и, довольные, как огородник-экспериментатор, получивший в подарок «Руководство по выращиванию артишока в средней полосе России. Пособие с иллюстрациями», расселись по местам. Потом я прочитала, что горный хрусталь, действительно, считается одним из самых эзотерически сильных минералов. В качестве талисмана для женщин привлекает в жизнь владелицы удачу, благополучие и взаимную любовь, помогает очистить мысли, убрать тревожность, ночные кошмары, улучшает память и позволяет наладить связь между мирами. Так что из Осетии я должна вернуться омолодившейся после питья сероводородной воды и с отличной памятью благодаря хрусталю.

***

Оставался последний пункт экскурсионного маршрута. Термальные источники «Бирагзанг». Эдуард рассказал, что по легенде, село Бирагзанг делилось на нижнюю и верхнюю части. Часть коров ходила на водоем к термальному источнику, а другая к обычному водоему. Те, кто пил целебную воду, не болели, вскоре и люди стали посещать это место. Мадам Марина и мадам Полина остались в машине, после фыдджина и вина они хотели спать, а мы с мамой и подростком пошли оздоравливаться. Оздоравливаться можно было много от чего: от болезней желудочно-кишечного тракта, сердечно-сосудистой системы, кожных и гинекологических проблемы, ну и от всяких неврологических заболеваний, ибо какой уважающий себя целебный источник не лечит неврологию?

В отличие от бесстыжих ванн Пятигорска, источники Бирагзанга выглядели цивилизованно. Тетенька-кассир собирала по триста рублей за вход и записывала в амбарную книгу время выдачи ключей от шкафчиков в раздевалке. Облагороженная территория, источники в виде трех бассейнов с разными температурами воды: +42, +36 и +15С и большое количество исцеляющихся. Бассейны вызывали ассоциации с кастрюлями с супом, в которых вместо курицы или картошки с морковкой забросили людей. В самую горячую воду я залезть не смогла, хотя народ в ней как-то сидел. В самую холодную воду тоже не залезла (в ней никто не сидел). По поверхности среднего бассейна плавали какие-то белые хлопья. От души надеясь, что это что-то солевое, связанное с гидрокарбонатом, а не человеческий эпидермис, я вообразила себя запоздавшей луковицей и плюхнулась в кастрюльку с кодовым названием «+36С» к давно варившимся картофелинам и морковкам.

Погода успела поменяться. Если весь день светило солнце, и лохматились больнично-белые облака, то теперь над головой игриво толкались черные грозовые тучи. Крупными каплями пошел дождь. Некоторые люди еще до начала дождя надели на головы полиэтиленовые пакеты и теперь плавали с живописными мешочками на головах. Предусмотрительность, которой можно позавидовать, всем нам пример. Находится в воде было приятно, если бы не мысль, что в воду может ударить молния. В голове калейдоскопично крутились заголовки СМИ: «Ужасная трагедия во Владикавказе, 30 туристов в расцвете сил были убиты молнией в термальном источнике», «Страшный конец любителей горных экскурсий», «Дети, остерегайтесь грозы!» и т.п. Я перебралась поближе к ступенькам выхода из бассейна (не знаю, как бы это помогло, разве что мой труп плавал бы на мелководье и его вытащили бы первым). Поделилась опасениями с соседями по источнику и туристической группе:

– А нас не ударит молния?

После чего мама с дочкой вылезли из воды и больше в бассейнах я их не видела. Какие-то две пожилые женщины ругались, что источник плохой, без джакузи, в Адыгее получше, что цена ему 100 рублей и радовались, что, заплатив триста рублей и повидав этот источник, они набрались жизненного опыта. Я тоже порадовалась, что набралась опыта и заодно, что молния в нас не ударила. В принципе, специально второй раз ехать на источник желания не было. Но если бы я жила во Владикавказе, гоняла бы сюда периодически с ноября по февраль. Осенью-зимой здесь должно быть дивно.

Пока мы плескались в целебных водах, Эдуард развлекал подружек-москвичек домашним вином, поэтому спать они расхотели и выглядели довольными, как дамы 18 века, которые увлекли поручиков в сад, чтобы показать им розарий. На обратном пути Эдуард зазывал в следующем году в гости собирать персики:

– Работаю каждый день, в сад заехать не успеваю. В этом году приехал – и опоздал, муравей тлю уже понес. Персики собирать некогда. Приезжайте хоть на грузовике, всё вам отдам, хорошим людям ничего не жалко. Я каждый день с новой группой, за день прикипаю к людям, к вам тоже прикипел, в сердце как будто гвозди вбили и загнули крючками, не отодрать!

Потом он незаметно перешел на объяснения, что молодые женихи сейчас никудышние, стесняются женщин, интересуются телефонами и компьютерами, то ли дело опытные неспешные мужчины, которые знают толк в женской красоте:

– Вот взять меня. Насколько я старый кот, шерсть у меня лежит боком на пробор, да и то, вижу красивую женщину, сразу внутри энергия играет, глаз горит.

И хитро поглядывал на мадам Марину и мадам Полину. Подружки-москвички смеялись и обещали всенепременно приехать. Я вспоминала свою дачу и думала о муравьях, которые каждым летом несут тлю на кукурузу, космею, тыквы, клубнику, и представляла, какая бы радость началась в муравьином мире, будь у меня персиковое дерево. Или хотя бы абрикосовое. Надо сказать, что однажды я решила вырастить абрикос путем прививки черенка абрикоса на саженец сливы. Весной купила черенок с районированного дерева абрикоса, дождалась сокодвижения, сделала прививки, в итоге в мае случились затяжные заморозки, и все черенки дружно умерли, не успев прижиться. Так и осталась я с муравьями без абрикосового сада.

Незаметно приехали во Владикавказ. Старый кот с шерстью на пробор, Эдуард, сначала завез маму с дочкой-подростком, затем меня, оставив московских подружек напоследок, чему они были рады. Наш командор им явно понравился. В организме чувствовался острый дефицит фыдджина, поэтому я переместилась в уже знакомый мне фыдджинариум и с удовольствием восполнила нехватку. С утра моё путешествие продолжится, Дагестан ждет.

Махачкала

В Махачкалу я на два дня. Один день будет посвящен посещению Сулакского каньона, второй, перед вылетом в Стамбул, прогулке по городу и рынку. Куда же без рынка? Чурчхела закончилась, время пополнять стратегический запас.

В последние годы Дагестан стал раскрученным местом. Его показывают в соцсетях и по телевизору, здесь сняли выпуск «Орла и Решки». В 2023 году число поездок в Дагестан за лето выросло в семь раз. Жаль, что внутренний туризм растет не от хорошей жизни. Сначала закрытие границ во время пандемии коронавируса, потом в западные страны ездить стало либо напрямую запрещено, визу не получишь, либо дорого из-за курса рубля.

Впереди сквозь лобовое окно автобуса «Алания Автотранс» было видно, как маняще раскинулась Махачкала. После четырех с половиной часов сидения в автобусе она производила самое приятное впечатление, словно только что испеченный фыдджин. Хотелось поскорее начать знакомиться с городской застройкой.

Однако вблизи стало понятно, что фыдджин подгорел, бульон выкипел, а мясо сухое и пересоленное. Неухоженность, мусор, пыль, отсутствие единого стиля застройки, мало зелени, шум, выхлопные газы и аляповатые рекламные вывески кто во что горазд. Мой прогулочный пыл угас, любоваться красавицей Махачкалой расхотелось. Потом я прочитала, что столица Дагестана считается одним из самых грязных городов России. В 2019 году эксперты посещали российские города и задавали им вопросы: «Вы считаете свой город грязным? В этом виноваты жители или городские службы?». Махачкала возглавила рейтинг самых грязных городов страны, причем жители оказались самокритичными – 73% опрошенных посчитали, что причина в самих горожанах. Не знаю, как здесь было раньше, но сейчас точно не здорово. Заселилась, традиционно кинула на пол рюкзак и ринулась закрывать белые гастрономические пятна своего сознания.

В Дагестане есть несколько национальных блюд, которые я хотела обязательно попробовать. Чуду – лепешки с начинкой, хинкал (не путать с хинкали) – наши пельмени, только наоборот, когда тесто и мясо отдельно, кураговая каша и урбеч – паста из протертых орехов или семян. За урбечом пойду на рынок, кураговую кашу и чуду попробую сегодня.

Нашла кафе, которое восхвалял блогер Варламов в выпуске про Махачкалу. Быстрее за свободный столик. Сколько можно жить в голодном неведении, каковы на вкус кураговая каша и чуду? Очень хотелось есть, время поменяло ход, минута шла за две, как в СИЗО. Наконец, принесли чуду с творогом и кураговую кашу. Чуду (ударение на второй слог) самая популярная еда в Дагестане. Единого регламента нет, где-то это маленькие лепешки, где-то огромные. Их запекают в печи или жарят на сковороде. Начинок множество, творог, картофель, тыква, мясо, зелень. Попробовала. Вкусно, очень вкусно! Но фыдджин уверенно удерживает место лидера.

Далее настал черед кураговой каши. Ее подают с урбечом из льна, кашу и урбеч надо смешать. Признаюсь, есть было страшновато. Представлялись ночные бурления в животе и беготня в туалет, но никаких побочных эффектов от каши не последовало. Попробовала одну ложку и поняла, что пропала. Каша убаюкивающим покрывалом укрыла желудок и зашептала: «Теперь ты обречена покупать на Авито горный сушеный абрикос, заказывать на Вайлдберриз льняной урбеч и варить меня в Ярославле. Без этого жизнь тебе будет не мила». Благодарю всех богов, что рецепт каши простой. Если о фыдджине я только тоскую в ночи, безнадежно вглядываясь во тьму, то кураговую кашу варю стабильно пару раз в месяц. Специально заказываю на Авито горную дагестанскую курагу, потому что из той, что продается на рынках и в магазинах, такая каша, как нужно, не получится. Еще кашу можно варить из свежих абрикосов и из абрикосового сока, но я думаю, вкус будет не такой.

***

Одна из самых известных достопримечательностей Дагестана – это Сулакский каньон. Он на 63 метра глубже Большого каньона в США, если его доверху заполнить водой, то получится водоем, который будет на триста метров глубже Байкала. В Сулакском каньоне протекает река Сулак, которая веками пробивала себе путь сквозь горы, и теперь это одно из впечатляющих мест на планете. Я собиралась именно сюда.

До каньона можно добраться от Центрального автовокзала на маршрутке «Махачкала – поселок Дубки». В интернете встречается фотография с расписанием, сделанная внутри салона. Из Махачкалы отправление в 12:00, из Дубков в 15:30 и телефон водителя. Отличный вариант, если есть возможность приехать куда-то без гида и тургруппы, надо ей пользоваться. К полудню я стояла у Центрального автовокзала. Пассажиры исключительно местные жители в темных одеждах, видно, что едут в Дубки по делу. Я единственный праздношатающийся, вернее, празднокатающийся. Спустя час-полтора мы в Дубках. Попросила водителя показать, в какую сторону идти, он вывел меня на смотровую площадку.

И вот, несмотря на бум туризма, я одна. Без старого кота с шерстью на пробор Эдуарда (хотя он отличный и человек, и гид, спасибо ему за экскурсию), без подружек-москвичек, без мамы с подростком и без толпы путешественников, которые приехали параллельно в других группах. Видимо, туристы не захотели ехать на маршрутке и в это время стояли где-то в другом месте каньона. Подо мной ширится Сулакский каньон. И парят орлы. Да, высота такая, что орлы кружат подо мной. Далеко внизу вода невероятного бирюзового цвета. Происхождение реки Сулак ледниковое, насыщенный бирюзовый цвет ей дают частицы известняка и голубой глины, стекающей с гор во время таяния ледников.

Красота невероятная, трудно описать. На ум приходят либо банальности вроде: далеко внизу между могучими скалами-великанами змеилась кристально чистая бирюзовая река, по которой шныряли малюсенькие катерки с туристами. Стоя наверху, заряжаешься невероятными эмоциями; либо что-то высокопарное про вершины, которые равнодушно взирают на рождение и закат государств. Можно добавить про прикосновение к вечности, единение со Вселенной.

Напишу просто. Фотографии, видео и слова не передают всей красоты Сулакского каньона, надо приезжать лично, чтобы увидеть удивительное своими глазами. И пусть внутренний туризм расцвел не от хорошей жизни, горы Дагестана прекрасны. Время здесь течет иначе и вкус жизни ощущается полностью, сюда я хотела бы вернуться.

Не знаю, сколько времени я провела в каньоне? Час, два? Пока ко мне не прибрели рыжие коровы с теленком недружественного вида и сбили романтический настрой перебирания словарного запаса для описания панорам. Я походила вдоль каньона, постояла на еще одной смотровой площадке вместе со следующей порцией коров. Вниз к воде спускаться не стала. Боялась, что не вскарабкаюсь обратно. Послонялась по Дубкам. В поселке висели рекламные плакаты, предлагающие арендовать катер и прокатиться по реке к Чиркейской ГЭС, но затея стоила восемь тысяч рублей, денег было жалко, да и вечерело, поэтому я собралась обратно в Махачкалу.

Маршрутка давно уехала. Знающие люди писали в интернетах, что для того, чтобы уехать из Дубков, надо попросить кого-нибудь из местных отвези до города. Желающий подзаработать непременно найдется. Попросила помочь продавщицу из местного магазинчика. Она прозвонила своих соседей (занят, только что вернулся из Махачкалы, устал, занят, не хочу, позвони лучше Расулу), и только на седьмом человеке ее ждал успех. Пять минут ожидания Расула, сорок минут пути, и я в дорогой сердцу каждого россиянина, гостеприимной Махачкале.

Подкатило время расширять гастрономические горизонты, пробовать хинкал. Заказала его в том же кафе, где ела кураговую кашу. Как я уже писала, хинкал – это тесто, мясо и бульон отдельно друг от друга. Сначала варится мясо, потом в бульоне кусочки теста. Подается со сметанным и томатным соусом. Видов хинкала множество. Аварский (тесто ромбами), даргинский (тесто «улитками»), кумыкский (квадратиками), лакский (ушками), кулинский (большими ушами), чеченский (клецками), и так далее. Простите, уважаемый хинкал, если не упомянула не всех ваших собратьев. Выбрала аварский. Официант сказал, что хинкал – это не просто мясо, тесто, соус и бульон. Есть еще пятый элемент – философия. Мол, в национальном блюде заключена идея Дагестана, где народы живут обособленно и смешиваются только в городах, дополняя друг друга. Так и части хинкала находятся по-отдельности друг от друга, соединяясь только в желудке. Само собой, после такой философской нотки мы с хинкалом стали смотреть друг на друга другими глазами. Хинкал, который до речи официанта вряд ли подозревал о своем глубоком идейном наполнении, словно приосанился. Я, проникшись чувством глубочайшего уважения, почтительно сфотографировала его, прежде, чем приступить к трапезе. Хинкал не подвел. Он был вкусен и отлично объединился в желудке своими четырьмя компонентами. Кому-то вареное тесто не нравится, а я очень его люблю, как и нежное мягкое мясо, и ароматный бульон. Поэтому хинкал, не философски выражаясь, зашел на ура.

***

На следующий день с утра походила по Родопскому бульвару, вышла на пляж Каспийского моря (либо озера, кому как нравится). На пляже было пусто. Серое море-озеро недружелюбно смотрело на меня, зябкий ветер елозил по песку картонными стаканчиками из-под кофе, пытаясь вкатить их воду, а в меня сыпануть пуском, поэтому долго стоять не стала, пусть море с ветром развлекаются. Мне оставалось выполнить последний пункт махачкалинского плана – затариться на рынке чурчхелой и попробовать урбечи.

Рынок встретил теплыми объятиями и увлек в ряды урбечей. Урбеч – это густая тягучая масса из сырых или высушенных семян льна, подсолнуха, абрикосовых косточек, тыквы или орехов. Его смешивают с маслом и медом и едят с чаем, кашам, блинами или просто с хлебом. У каждого продавца есть специальные дегустационные палочки.

Попробовала все виды. Самые вкусные – абрикосовый и миндальный, они чем-то напоминают шоколадную пасту, только более душистую. Очень вязкие, налипают на нёбо и зубы и оставляют долгое приятное послевкусие. Сытная штука, попробуешь по ложечке несколько разных и всё, можно не обедать. Жаль, что мне на самолет, и кладь только ручная, иначе затарилась бы урбечами, что хватило бы весь год в Ярославле на хлеб намазывать. Пришлось купить маленькую баночку.

Еще жаль, что в Дербент заехать не получилось. Ну да в другой раз. Горы Дагестана мне понравились, сюда стоит приехать основательно, дней на семь, тогда и до Дербента очередь дойдет. Впереди Стамбул.

Стамбул

Планировать поездку в Стамбул непросто, особенно нелегко размышлять о передвижениях по городу. Задача минимум – добраться из аэропорта в хостел. Поеду на общественном транспорте, брать трансфер или такси в моем случае непростительное мажорство, поскольку я еду одна и без багажа. Самолет прилетит в 18:40. Мой внутренний параноик уже начинал паниковать, что я перепутаю автобус и вместо центра уеду в какое-нибудь стамбульское Бибирево, где меня украдет в рабство пузатый лысеющий Эмирхан и при самом оптимистичном варианте будет бить по голове туркой, заставляя готовить кебаб. Мой внутренний пофигист считал, что всё будет нормально. Шансы встретить пузатого лысеющего Эмирхана в Дзержинском районе города Ярославля примерно такие же, разве что звать его будут Михаил или Сергей, турки у него нет, да вместо кебаба он любит пельмени.

Еще в Махачкале озаботилась покупкой виртуальной сим-карты с интернетом. За восемь евро предлагалось 3 Гб интернета для использования в Турции. Установила приложение. Купила карту. Приложение прислало инструкцию по активированию карты. И конечно, же оказалось, что моя модель телефона не поддерживает виртуальную сим. Во всезнающих интернетах говорили, что деньги можно вернуть, но не на банковскую карту, а в виде баллов на виртуальный счет, и потратить другой раз (видимо, когда покупаешь себе новую модель телефона). Написала в контору виртуальных симок письмо, что моя поездка в Турцию отменилась, верните восемь евро (не писать же, что я глупая и не проверила модель телефона). Поддержка быстро прислала ответ:

«Действительно жаль, что ваша поездка отменилась, мы со своей стороны заинтересованы, чтобы вы пользовались услугами в будущем, ведь наше покрытие есть и в других странах. Поэтому предлагаем вам возврат в размере 800 баллов, это эквивалентно вашей покупке в восемь евро. С помощью баллов вы можете приобрести международный тарифный план, у которого нет срока действия, тарификация трафика считается только за фактическое использование интернета и сам план действует во всех странах. Как вы относитесь к этому предложению?»

Как тут можно отреагировать? Написала единственный возможный ответ:

«Добрый день. Предложение хорошее, если бы я жила не в России. Вы, наверно, понимаете, что сейчас такие времена, что мы, россияне, не можем ничего планировать и не знаем, как сложится наша жизнь через неделю. Неизвестно, будет ли у меня до конца жизни хотя бы одна поездка за границу. Поэтому я предпочитаю возврат наличных денег на карту или на телефон».

И о, чудо. Иногда стоит быть несчастным россиянином. Контора виртуальных симок расчувствовалась:

«Ваша заявка на возврат средств была передана в финансовый отдел. Пожалуйста, ожидайте возврат в течение 20 банковских дней». Деньги на счет я получила через три дня.

Очередь к стойке регистрации на стамбульский рейс состояла из молодых мужчин и женщин. Мрачные лица, глаза в пол, ни одного изображения бело-красно-синего флага на футболках. Предатели, не иначе, замышляют очередную пакость. Те самые, которыми по телевизору любит пугать председатель Государственной Думы Вячеслав Володин. Бросают Родину в трудную минуту, не любят скрепы, не хотят поднимать демографию и рожать по десять штук детей, не мастерят окопные свечи из жестяных банок из-под горошка, не плетут по вечерам маскировочные сети, не пишут на заборах великодержавное слово из трех букв, возможно, с помощью VPN читают газету «Нью Йорк Таймс» и верят, что в словосочетании «права человека» есть смысл. Страшные бездуховные люди. Вместо того, чтобы заниматься благотворительностью, купили билеты в Стамбул. Двух предателей передо мной не пропустили, прямо с паспортного контроля отправили на собеседование, не иначе подписки на телеграм-каналы проверять. Меня опрашивали очень тщательно, но выпустили. Не скрывая скепсиса во взгляде, в котором читалось:

– Рабочих рук на вас не хватает, сволочи. Уматывай в свой Стамбул, никуда от нас не денешься. Вернешься через три дня как миленькая, тогда и поговорим.

Было ясно, что не будь комнатка для собеседований уже занята парочкой предателей, на предмет патриотизма следовало бы проверить и меня. В самолете я заметила ту пару собеседовавшихся. Как им удалось выпутаться? Наверно, пол ночи чистили телефон от компромата, отписывались от Дудя и подписывались на Маргариту Симоньян.

Ровно по расписанию наш бездуховный самолет взмыл в небеса. В спинке кресел – кармашки для телефонов. А спинки-то кресел откидываются! И чай носят! Для меня, человека, неизбалованного «Победой», неслыханное роскошество! Несколько часов полета, и под нами разбросались огни большого города. Я краснела, бледнела, тревожно ерзала на кресле, ведь под нами был манящий волнующий Стамбул, царство тьмы и колыбель предателей Родины, сбежавших от мобилизации, логово утекших из России айтишников, блогеров, психологов, журналистов и стендап комиков.

В аэропорту Стамбула передо мной стояло несколько задач. Обменять деньги, купить транспортную карту «Истанбулкарт», найти автобус «Хаваист 12», который выполняет функцию нашего московского аэроэкспресса, только в автобусном обличье, доехать на нем до центра, а оттуда добраться до хостела, по возможности не заблудившись. Время 18:50, надо было действовать быстро, потому что меньше всего на свете я хотела бы бродить по Стамбулу поздним вечером в поисках совестливого Али, хозяина хостела.

Автобус «Хаваист 12» нашелся быстро, достаточно было спуститься на минус второй этаж, а вот автоматы по продаже «Истанбулкарт» находиться не хотели. Черт с ними, для «Хаваиста» транспортная карта не нужна, он довезет меня до центра, от центра в крайнем случае дойду пешком. У автобуса толпилась внушительная шумная очередь из арабов, мулатов и турок. У каждого было по паре огромных чемоданов. Европейцев ноль, наверное, они предпочитают добираться из аэропорта на такси. При взгляде на арабов возникало легкое ощущение, они давние и преданные поклонники уличного насилия, а в чемоданах у них биты и кастеты. За десять минут наша братия загрузилась, и «Хаваист» помчал нас в центр.

Часа за полтора доехали до конечной точки, до метро Аксарай. Арабы принялись выгружать свои чемоданы с кастетами, а я искать глазами заветный автомат по продаже транспортных карт. Вот же он – около входа в метро. Интерфейс автомата был очень удобный, можно было выбрать русский язык и почувствовать себя как в родной Москве. В последующем я так навтыкалась, что пополняла транспортную карту, пользуясь указаниями на турецком.

Вокруг бурлила вечерняя мегаполисная жизнь. Люди спешили на метро, дежурили таксисты, кафешные зазывалы предлагали поесть кебаб. Навигатор велел проехать три остановки на трамвае. Кто я такая, чтобы его ослушаться? Вот как раз и трамвай. От трамвая идти пешком минут восемь, сущая безделица по сравнению с тем путем, который я уже проделала. Идите прямо, через пятьдесят метров поверните направо, перейдите дорогу, идите прямо, до конца маршрута двести метров. Обожаю современные высокие технологии! На крылечке хостела сидел и ждал меня совестливый Али. Ура. Я на месте.

Итого 136 лир за «Хаваист» + 15 лир за трамвай (курс 1 лира = 3,41 рубль). Вместо 2500 рублей за такси.

По-русски Али почти не говорил, словосочетанием, подходящим для всех случаев, считал «добрый вечер». Он заселил меня на третий этаж и рассказал о комнате, пересыпав объяснение дюжиной пожеланий доброго вечера. Рядом с моим номером находилась маленькая дверца на крышу, где обычно Али развешивал на просушку хостельное белье, и в светлое время суток тусовались чайки. Так устала, что не хватило сил пойти поесть, сразу легла спать.

***

Утро разбудило меня криками беснующихся на соседней крыше чаек. Они чуть ли не стучали в стекло, требуя выходить. Наравне с чайками в окно настырно ломилось солнце. Сказала совестливому Али гуд морнинг в ответ на его добрый вечер и вышла из хостела. План на первый день – обойти исторический центр Султанахмет. Здесь напротив друг друга находятся мечеть Святой Софии и Голубая мечеть, а мой хостел прям рядом с ними, пять минут пешком, минареты Голубой мечети из окна видно. Глобальный гастрономический план с первых минут забуксовал, я зашла в первое же кафе и заказала яичницу-глазунью с колбасой и капучино, при том, что дома мне яичница даром не нужна.

На площади Султанахмет сновали толпы туристов. Их организованно свозили автобусами, выгружали, некоторых вооружали аудиогидами. В Стамбуле тоже есть своя методичка по оформлению туристических достопримечательностей, правда, адаптированный под местные особенности вариант. Вместо точек по продаже чурчхелы и хвостов пряморогих щуплохвостов здесь продавались бублики, посыпанные кунжутом, которые называются симиты, горячая кукуруза и жаренные каштаны. На этом все, никаких машинок для детей, фотографов, магнитиков и светодиодов. Чувствовалась умеренность.

Толпа привела и зафиксировала меня около входа в некое сооружение, напоминающее мечеть. Оказалось, что это мавзолей султана Ахмеда I. Благодаря схеме захоронений удалось понять, что здесь помимо самого султана Ахмеда I, также погребены его сыновья, дочери и другие представители Османской империи, всего тридцать шесть человек. Сотрудник велел всем снимать обувь, женщинам покрывать головы платками, и двигаться против часовой стрелки, чтобы обойти все тридцать шесть саркофагов. Внутреннее пространство гробницы было облицовано художественной изразцовой плиткой, витражные окна в три ряда, красиво. В центре помещения расположены богато украшенные саркофаги разных размеров. Возбранялось как спешить, так и медлить. Стоило одному туристу остановиться, чтобы сделать кадр витражного окна или вышивки на гробу, люди, движущиеся следом, начинали шипеть как гусаки. В остальном царило трагическое молчание. Туристы горестно вздыхали и скорбно качали головами, как будто в саркофагах лежали не останки неизвестных им султанов, умерших в 17 веке, о которых пять минут назад они и думать не думали, а тела лучших друзей, трагически погибших вчера в автокатастрофе.

Выйдя из мавзолея на площадь Султанахмет, я со стороны полюбовалась Голубой мечетью и Святой Софией, решив зайти в них на обратном пути. И пошла по маршруту, предложенному скачанным на телефон гидом. Гид через арку привел меня к рамкам металлоискателей и огромной очереди. Стоять в очереди не хотелось, но оказалось, что пути назад нет, так как повернуть обратно было нельзя из-за конструктивных особенностей пространства. Очередь привела меня во двор дворца Топкапы, в котором она, очередь, выстроилась в еще более внушительную вереницу желающих посетить сам дворец. Концерт Клавы Коки в Пятигорске отдыхает. Не удивительно, что на входе были металлодетекторы. Хотелось воровато оглядываться в поисках случайно просочившегося смертника, который, войдя в середину толпы, решил бы отправится в рай к 72 чернооким девственницам. Во дворе дворца Топкапы я в полной мере убедилась в преимуществах самостоятельных поездок. Во-первых, мы, интроверты, должны держаться порознь. Во-вторых, не нужно было надевать дурацкую оранжевую кепку, носиться с аудиогидом как кошка с мясом, стоять в многочасовой очереди с сотоварищами по тургруппе, а на выходе из дворца выслушивать: у вас десять минут свободного времени, чтобы погулять и пофотографироваться. Я спокойно ушла, и никто не осудил, что я так и не узнала, какое убранство находится внутри дворца Топкапы.

Дошла до парка Гюльхане и там увидела очень приятное место – общественный туалет. Туалет был защищен турникетом наподобие метро, вход одна лира, при этом специально обученного человека, собирающего лиры за вход, предусмотрено не было. Оплата транспортной картой «Истамбулкарт» либо монеткой в прорезь автомата. И тут я поняла, что забыла карту в хостеле, а монетки у меня не было. Пришлось возвращаться обратно. Не ради туалета, нет. Вдруг я загулялась бы так далеко, что не смогла вернуться обратно пешком? А без транспортной карты тут как без рук.

Вернулась, взяла карту, воду. Теперь можно было со спокойной душой зайти в Голубую мечеть. И что же? Закрыто на молитву, туристам нельзя, приходите позже. Ну и ладно, Аллах с ней. Пошла гулять дальше.

***

Путеводитель вывел меня к вокзалу Сиркеджи – конечной станции знаменитого поезда Восточный экспресс, первого железнодорожного маршрута, соединившего Запад и Восток. Этот поезд начал курсировать между Стамбулом и Парижем в 1883 году, состав проходил через европейские столицы – Вену, Будапешт, Бухарест и Белград. Поездка занимала восемьдесят часов, позволить ее себе могли очень обеспеченные люди, потому что она обходилась в четверть годового дохода среднего француза. Роскошный, современный Восточный экспресс – первый поезд, в каждом купе которого появилась комната с горячей и холодной водой. Маршрут поезда давно закрыт, но здание вокзала с 1890 года практически не перестраивалось и находится в таком же виде, как и более сто лет назад. Разве только газовые фонари заменили на электрические. Внутри вокзала до сих пор действует ресторан «Восточный экспресс», который был местом встречи пассажиров легендарного поезда. На стенах ресторана фотографии из фильма «Убийство в Восточном экспрессе», снятого по одноименному роману Агаты Кристи. Агата Кристи была заядлой путешественницей и под впечатлением от поездки на знаменитом поезде она написала детективный роман «Убийство в «Восточном экспрессе».

Идешь по выщербленному со времен Пуаро полу, смотришь на витражи в виде больших арок в форме подков и представляешь, как именно здесь двенадцать убийц и будущая жертва идут к поезду, Пуаро протирает старомодное пенсне в золотой оправе, поправляет стоячий воротничок, галстук-бабочку и, сверив время карманных часов с вокзальными, перекидывает изящную трость с набалдашником в виде лебедя и решает выпить чашечку кофе перед отправлением поезда. Он еще не знает, что в поезде произойдет убийство, состав застрянет в снегах, и ему, Пуаро, придется заниматься расследованием, которое покажет, что убийцами были все двенадцать пассажиров вагона, и каждый нанес по одному ударе. Кстати, Эркюль Пуаро стал единственным вымышленным персонажем, на которого был предоставлен некролог на первой полосе «Нью-Йорк Таймс»: «6 августа 1975 г. Умер Эркюль Пуаро, известный бельгийский детектив».

В «Восточном экспрессе» проехал не только Пуаро. На нем совершили переезд из Парижа в Варну, преследуя графа, главные герои «Дракулы» Брэма Стокера и прокатился Джеймс Бонд в романе и фильме «Из России с любовью». Я представляла всё это, и по телу бежали мурашки. Потом вспомнила, что персонажи вымышленные, но мурашки не исчезли. Возможно, причина была в ветре, ведь вокзал Сиркеджи находится рядом с заливом Золотой Рог.

***

Золотой рог – это узкий изогнутый залив, впадающий в пролив Босфор в месте его соединения с Мраморным морем, он разделяет европейскую часть Стамбула на северную и южную половины. У гавани в устье Золотого Рога в VII веке до н. э. была основана колония Византий, вокруг которой впоследствии сформировался Константинополь. Есть две версии, почему залив называют Золотым. По первой, поэтическо-романтической версии – воды залива отражают закатное солнце и переливаются всеми оттенками золота. По второй, скучно-практической, из-за важного значения для торговли.

Я села на мраморный парапет и стала просто смотреть. Солнце. Чайки. Паромы, корабли, пароходы и теплоходы всех размеров и мастей хаотично сновали по заливу. За сто лир громкоголосый зазывала предлагал прокатиться на кораблике по Босфору. Я знала, что существует специальный бесплатный прогулочный пароход для местных, надо всего то ли на сайте записаться заранее, то ли позвонить по телефону и записаться устно, и планировала просить помощи моего совестливого друга Али, но зачем ждать, если кораблик вот он – руку протяни, быстрее, быстрее давай сто лир, мы уже отплываем.

Я отдала деньги и поспешила занять место на верхней палубе. Отплыли, действительно, быстро, не прошло и полутора часов. Ну да куда торопиться? Оно и понятно, надо максимально наполнить судно людьми, какой смысл порожняком по Босфору мотаться? Я грелась на солнце и все полтора часа до отплытия смотрела на воду, наслаждаясь моментом. Волны били о борт теплохода, в толще воды парили медузы, резвились рыбки и медицинская перчатка, буйствовали не в меру упитанные чайки. Никогда не видела таких толстых чаек. Теперь понятно, почему Газманов поет «чайки жирные летают, просто жуть». Наверно, записал песню под впечатлением возвращения из Стамбула. Теплоход постепенно наполнялся желающими скрасить полтора часа своей жизни приятной босфорной прогулкой, зазывала последний раз истерично выкрикнул своё: «Скорее, скорее, Босфор, Босфор» и мы отдали швартовы.

Пролив Босфор – основная мировая водная артерия, соединяет Черное и Мраморное моря, и далее переходит в пролив Дарданеллы, сливаясь с Эгейским и Средиземным морями. Это огромный транспортный и туристический центр, объединяющий страны и континенты. Один из самых загруженных проливов на планете, эдакий проходной двор для кораблей. Босфор делит Стамбул на две примерно равные части – европейскую и азиатскую. Его длина составляет 30 километров, максимальная ширина 3700 метров, минимальная меньше километра. В самом узком месте едва насчитывается 700 метров, что делает его самым узким естественным каналом на земле. Это один из наиболее труднопроходимых проливов в мире из-за интенсивного движения транзитных судов, паромной переправы, мелких судов, течения и резких изменений погоды осенью и зимой. За проход проливами взимается маячный сбор, сумма которого зависит от класса судна. О переправе на противоположный берег Босфора мечтали ещё до нашей эры. При персидском царе Дарии I соорудили понтонную переправу через пролив. Сейчас берега пролива соединяют три моста, связывая европейскую и азиатскую части: мост Мучеников 15 июля или Босфорский мост, мост Султана Махмеда Фатиха и мост Султана Селима Язува.

Мост Мучеников 15 июля, ранее называвшийся Босфорский мост – самый известный из мостов через Босфор, который расположен ближе всего к историческому центру Стамбула. Это был первый мост через Босфорский пролив. Он поражает своей масштабностью. Подвесной мост высотой 165 метров, шириной – 33 метра. От двух стальных башен по всему периметру протянуты наклонные подвесы, которые держат над водой дорожное полотно, которое состоит из 8 автомобильных полос: по три в каждую сторону движения для личного транспорта и по одной выделенной полосе для общественного. При полной загруженности полотно проседает в середине на 90 сантиметров.

В настоящее время мост Мученников считается двадцать вторым мостом в мире по своей длине. В свое время он очень понравился самоубийцам, и они стали регулярно с него прыгать, парализуя движение по мосту. Самоубийцы во всем мире одинаковы, как только затронет их безработица, несчастная любовь, семейное насилие, ищут какую-нибудь высоту, чтобы забраться на нее и сброситься вниз. А тут мост Мученников оказался под рукой, высоко, почти двести метров, и надежно, тело сразу уносит в открытое море. Властям это понравилось не сильно, что можно понять, и они закрыли мост для пешеходов. Исключение составляет ежегодный октябрьский марафон. В это время по мосту запрещают автомобильное движение, и мост переходит во владение участников забега, которые начинают свой маршрут в Азии, а заканчивают в Европе.

Второй мост – Мост Фатиха Султана Мехмеда. Внешне он похож на Босфорский мост, но их легко отличить друг от друга по тросам, на которые подвешивается полотно моста. На Босфорском мосту тросы идут зигзагом, а на мосту Султана Фатиха Мехмеда они расположены вертикально. Особенно хорошо это видно ночью, когда на мостах включается иллюминация. Самоубийцам мост Фатиха Султана Мехмеда нравился не меньше моста Мученников. В газетах фигурировала история, как сотрудники полиции задержали двух женщин, которые кричали человеку, задумавшему совершить суицид, что они торчат в пробке несколько часов, просили не медлить и поскорее осуществить задуманное, поскольку его действия заблокировали движение. Тот бросился с моста, а женщинам было предъявлено обвинение в «подстрекательстве к самоубийству». За последние тридцать лет более тысячи человек бросились с этого моста в воду. Чтобы сократить количество самоубийц, власти хотели ограничить движение транспорта в темное время суток или соорудить дополнительное ограждение, наподобие Эйфелевой башни в Париже, в итоге ограничились тем, что создали специальный отряд спасателей, запретили остановку транспорта, установили видеокамеры, выставили в ночное время патруль и закрыли пешую зону.

Ну а третий мост – Мост султана Селима Грозного, самый молодой мост через Босфор – он был открыт в 2016 году. Это восьмиполосный подвесной мост, на данный момент самый широкий в мире, и, как я прочитала, он тоже закрыт для пешеходов.

Предполагалось, что нашу прогулку будет сопровождать аудио-экскурсия, благодаря которой мы должны были узнать познавательные исторические и архитектурные факты, в том числе про мосты, но специально обученный сотрудник, который отвечал за регулировку звука в колонках, в этот день отсутствовал, поэтому ничего не было слышно. Да и не беда. Будем честны, разве кто-нибудь запоминал дольше, чем на пять минут хоть один факт из подобных экскурсий? Покажите мне этого человека, я возьму у него мастер-класс. Пассажиры развлекали себя сами как могли. Кто-то, укрывшись толстовкой, крепко спал, устроив голову на коленях у жены, кто-то прикидывал, сколько лет надо работать, чтобы в ипотеку купить квартирку с видом на пролив в миленьком элитном небоскребе, что по правому борту, кто-то ел бублики с кунжутом, но большинство пыталось на мобильный телефон сделать уникальное фото чайки, вероятно, чтобы послать ее в журнал-альманах сообщества бердвотчеров или, чем черт не шутит, даже снять видео и принять участие в орнитологическом видеоконкурсе «Эти великолепные птицы» им. В. Б. Ильяшенко. Я тоже не смогла избежать участи юного натуралиста и морскую поездку провела под девизом «Видишь чайку – немедленно фотографируй». В общем, босфорная прогулка очень понравилась. Можно было бы съездить второй раз, но дней отпуска мало, а мест в Стамбуле, куда еще хотелось бы сходить, много.

***

Причалили там же, откуда отплывали, около Галатского моста. В Стамбуле кроме мостов через Босфор есть еще несколько мостов через бухту Золотой Рог. Самый знаменитый из них Галатский. Старый Галатский мост был возведен из дерева и серьезно пострадал после пожара в конце двадцатого века. Оставшиеся целые части отбуксировали, а на его месте построили новый мост. Он разводной двухэтажный, нижняя часть обильно сдобрена рыбными ресторанами и кафе, верхняя часть – трамвайно-автомобильная-пешеходная и вся облеплена рыбаками. Мост принято считать условной границей между Золотым Рогом и проливом Босфор, рыбаки на одной стороне моста ловят рыбу в Золотом Роге, а на другой – в Босфоре.

Всякие ютуб-блогеры учили меня, что около Галатского моста надо обязательно купить рыбу в лаваше, что это самое вкусное, что только существует на белом свете. Мол, ее вылавливают в Босфоре и тут же, на месте жарят на гриле и продают. Рыба в лаваше обнаружена не была, все близлежащие кафе, рестораны и уличные ларьки предлагали балык экмек – рыбу в хлебе. Всего за сто лир можно было получить половину батона с куском жареной скумбрии, луком и листьями салата в середине. На всех свободных горизонтальных поверхностях сидели люди и уплетали балык экмек. Рестораны и кафе нижнего яруса Галатского моста зря потратили время на продумывание меню, картошка-фри, рыбные фрикадельки в хлебе и рагу из зубатки могли привлечь разве что фриков. Остальной народ срочно скупал балык экмек. Возможно, турецкое правительство объявило, что с завтрашнего дня балык экмек будет запрещен, или что те, кто ест и продает рыбу в хлебе будут включены в реестр иноагентов, и все кроме меня про это знали? Вот черт. Надо было быстрее доставать сто лир:

– Гив ми балык экмек, плиз.

Великое чудо – английский язык. До сих пор радуюсь, как ребенок, что меня понимают. Правда моя самооценка несколько подснизилась, когда один раз торговец свежевыжатыми соками не понял, что я хочу большой морковный сок. Пришлось тыкать в нужную картинку. Ну ничего, вряд ли дело было в моем акценте, наверно, он просто не говорил по-английски.

Не знаю, почему фуд-блогеры умирают от счастья, когда снимают ролики о балык экмеке, а я блюдом не впечатлилась. Хотелось поскорее доесть и никогда больше его не покупать. Слишком жирно и слишком луково-рыбно, что привело к многочасовому послевкусию, которое пришлось сбивать чаем, кофе, местными сладостями и жареной кукурузой. Возможно, проблема была в жаре и большой порции. Будь на улице 15 градусов, дождь и промозглый ветер, а порция балык экмека вполовину меньше, цены бы ему не было. Рыба в хлебе выбила меня из ритма гастротура, и до конца дня я не смогла попробовать ни одного нового блюда.

По верхней части моста дошла до другой стороны залива. Стамбульцы, густо-густо облепив перила, ловили рыбу. Было очень колоритно, тесно, шумно, снулая рыба в пенопластовых ящичках и пластиковых ведрах вяло перебирала плавниками, стояли стаканы с креветками, потоки вода из-под улова лились прямо по тротуару, мотки лески, коты и кошки путались под ногами. О котах и кошках стоит сказать особо. В Стамбуле очень любят кошек. Везде стоят миски с кормом и водой, причем иногда их привязывают, чтобы какая-нибудь шустрая девица не утащила бесхозную кормушку к своему дому и не начала подкармливать кошек там. Местные жители носят с собой пакетики с кормом, чтобы кормушки никогда не пустовали. Я была свидетелем, как на трамвайной остановке девушка, заметив около скамейки опустевшую миску, чуть ли не бегом кинулась ее пополнять, а рядом стоял сочувствующий охранник и помогал советами. Прохожие, завидев котика, мгновенно перестают спешить по своим делам, туристы бросают фотографирование видов на Босфор, мечетей, парков и иных достопримечательностей, дружно скапливаются у представителя семейства кошачьих, пытаясь сделать удачный кадр. Иногда при этом создается мини-затор. Голливудские звезды утирают слезы зависти, забившись в пыльный уголок на своей фабрике грез, топовые фотомодели разрывают контракты с «Вог» и «Викториа'c Сикрет». Появись неподалеку действующий президент США или даже Хасбик, они останутся незамеченными, ни одна голова не повернется в их сторону. Надо фотографировать котика. Котики чувствуют себя вольготно. Они томно позируют на тротуарах, капотах припаркованных автомобилей, перед входами в магазины и весело прыгают по столам в кафе.

Дошла до конца моста, прошла еще немного и добралась до Галатской башни, одного из самых старых памятников Стамбула. Ее видно почти изо всех точек центральной части города. Раньше здесь был маяк, теперь находится музей и смотровая площадка, и вообще, башня стала символом Стамбула, что притягивает туристов. Туристы были дисциплинировано выстроены в, прошу прощения за тавтологию, очередную очередь. Гиды, путеводители и ролики о путешествиях велели им вскарабкиваться на башню, чтобы с высоты птичьего полета насладиться великолепными видами на город и его окрестности. Я по очередям мыкаться не люблю, наслаждаться действительностью могу и снизу. У подножия башни ушлый разводила втюхивал немцам коробочки с оригиналами духов мировых брендов, «Живанши» и «Шанель» шли за сущие лиры. Немцы почему-то мялись и покупать не спешили. Посмотрев на очередь и башню, я пошла обратно в сторону своего хостела. Надвигался вечер, серый и теплый как британский кот, впечатлений на сегодня было достаточно. На этой же стороне моста я нашла рыбу в лаваше, после рыбы в хлебе пробовать ее не хотелось, хотя люди вокруг с удовольствием ее покупали и трапезничали.

***

На следующий день с утра опять пошла в Голубую мечеть и в Святую Софию. В связи с субботой туристического народу было еще больше, чем вчера, в десять утра на площади между мечетями образовалось столпотворение. Как море расступилось, обнажив дно с ракушками и морскими звездами, чтобы Моисей смог провести евреев «аки посуху», так интуристы отхлынули в обе стороны площади поближе к знаменитым мечетям, оголив центральный фонтан, скамейки и красные передвижные тележки с симитами, кукурузой и каштанами. В жизни таких очередей не видела. Стамбул – колыбель не только предателей России, но и очередей. Не для того я сюда летела, чтоб по очередям околачиваться, в который раз решила вернуться к знаменитым мечетям позже. Зашла в мечеть попроще, не помню названия, да и ни к чему. Там было отлично, почти никого, только три местные школьницы делали благочестивые фотографии для соцсетей. Можно было посидеть на ковре и почитать буклеты об исламе, которые заботливо перевели на русский язык и разложили на стойке для информации: «Пророк Мухаммад. Этого человека нужно знать!», «Мусульмане любят Иисуса», «Исламская концепция» и так далее. Занятные оказались вещицы, я прочитала их все. Особенно мне понравились, что в качестве доказательства существования Творца приводился аргумент возникновения Вселенной. Мол, наука доказала, что Вселенная имеет начало. А логика составителей буклетов подсказала им, что то, что имеет начало, не может возникнуть из ничего, значит существует Творец, который всё создал. На резонный вопрос, а кто в таком случае создал Творца, предлагался ответ, что Творец не имеет начала и существовал всегда. Еще брошюра предлагала запомнить факт, что Коран не противоречит современной науке. Говорю же, занятные вещицы.

Захотелось съесть фаршированную картошку, чтобы на сытый желудок было сподручнее размышлять о высоком, к тому же нельзя было забывать о гастротуре. На завтрак-то я опять съела яичницу с колбасой, будь она неладна. Сбила меня с пути, заставив дать ей место в желудке, лишив шанса донер кебаб, пиде, лахмаджун, борек, чиг кёфте, кокореч, мокрые бургеры и дондурму. Для начала зашла в Гранд-базар, один из самых крупных рынков мира. История рынка насчитывает шесть веков: его строительство началось в XV столетии, с тех пор он несколько раз горел, страдал от землетрясений и перестраивался. Он располагался рядом, к тому же хотелось купить чай.

Внутри базара находятся 61 улица, 4400 лавок, 2195 ателье, 18 фонтанов, 12 мечетей, 12 складов, одна школа, одна баня, несколько кафе и пунктов обмена валюты. Эти цифры пришлось взять на веру. Ходила я некачественно, мечетей не нашла. Базар был крытый и очень похож на лабиринт. Торговцы упорно пытались всучить мне сумки и жакеты. Вокруг стоял шум, продавцы сновали туда-сюда с чаем, на прилавках лежали золото, бриллианты, специи, ковры с вышитым отцом нации Ататюрком, сумки с рисунками кормящих кошек, лампы, рахат-лукум, возвышались горы корицы, шафрана и кураги, детишки мыли руки в фонтане. Пахло сигаретами и нае.., прошу прощения, обманом. Я нервничала и прижимала к груди рюкзак, как молодая мать прижимает новорожденного. Постоянно представлялось, что юркий жулик спиз…, прошу прощения, украдет у меня телефон и загранпаспорт, и затем я, почему-то оборванная и босая, побреду по пыльной брусчатке к Генеральному консульству России, чтобы выправить новые документы. В общем, атмосферное место. Быстро нашлась лавка с чаем. Продавец обрадованно бросился ко мне, назвал дорогим другом, завел внутрь лавки и стал выдвигать специальные скрытые ящички с чаем, несмотря на то, что холмы чая высились повсюду. Наверно, на виду лежал посредственный чай для обычных покупателей, который не годился для дорогих друзей. Турок погружал в каждый вновь выдвинутый ящик совочек, набирал щедрую порцию заварки и предлагал мне нюхать. Вот султан чай, с бутонами красной, розовой, белой розы, жасмином и мальвой, высушен на солнце, дает полное расслабление, помогает почувствовать себя султаном и заодно контролировать уровень сахара в организме, насыщенный, освежающий с приятным продолжительным цветочным послевкусием, не только очищает и обогащает организм, но и радует глаз своим красивым раскрытием.

Может быть, дорогой друг желает чай любви? Идеальное сочетание сушеного апельсина, бутона красной розы, гибискуса, бутона фиолетовой розы, шиповника и кожуры лимона. Помогает увеличить уровень афродизиаков, приманивать противоположный пол и тоже радует глаз своим красивым раскрытием. И так далее.

В итоге я выбрала три чая: султан чай, чай для энергии и рождественский чай, попросила упаковать по сто грамм каждого. Чтобы я не стояла без дела, ларечник открыл какую-то банку, достал оттуда прозрачный кристаллик, бросил в стаканчик с водой и велел мне нюхать. Это оказалось средством от простуды с сильным ментоловым запахом наподобие нашего карандаша-ингалятора. Завакуумировав чаи, торговец резво пробил чек и выяснилось, что три стограммовых пакетика стоят 1648 лир! Мой бюджет на несколько дней. Не каждый султан может позволить себе султанский чай. Пришлось сказать, что у меня только одна тысяча лир. Продавец о чем-то посовещался с подельником и хмуро буркнул: «Ладно, забирай за тысячу. Ты теперь счастлива?», с таким выражением лица, будто я не в отсутствии денег призналась, а сказала, что хочу зажарить и съесть его мать. Было ясно, что из категории «дорогой друг» я молниеносно переместилась в категорию «нищебродка, как земля ее только носит». Говорят, что на турецких базарах продавцы любят торговаться и получают от процесса удовольствие. Мой бывший дорогой друг, видимо, был исключением, никакого удовольствия он не демонстрировал. Очень хотелось надеяться, что мне продали, действительно, чай и дома не окажется, что это, например, порошок от запаха ног.

На выходе около Гранд-базара был обнаружен человек раритетной профессии – чистильщик обуви, и к нему стояла очередь. Золотые баночки с ваксой и гуталином имели старинный вид, возможно, достались ему от его прапрадеда. Без инноваций не обошлось, встревоженный изменчивой современностью, чистильщик приобрел специальную пенку для мытья подошв кроссовок. Раз, два, три и подошвы цвета пожилой мыши делаются кипенно-белыми, словно только что из магазина. Потом я прочитала, что под чистильщиков обуви маскируются мошенники, роняют щетку, турист ее поднимает, чистильщик предлагает почистить обувь добрым людям, а затем начинает требовать оплаты за услугу. Психологический прессинг, наезды, подмога в виде других чистильщиков обуви и готово, жертва готова платить.

***

От Гранд-базара поехала к площади Таксим, площади в центральной части города, которая дает начало улице Истикляль, где любят массово гулять местные и туристы. Первое, что я увидела на площади Таксим, помимо монумента Республика, символизирующего армию-освободительницу (из величественной каменной арки в обе стороны выдвигались солдаты и мирные граждане, а всех их возглавлял отец всех турок Мустафа Кемаль Ататюрк), это заведение «Симит Сарай». Дворец бубликов с кунжутом! Как увидела, так покой потеряла, туда-то мне и надо. Внутри – рай на земле, симиты простые, с сыром, с сосисками, с оливками, горы, горы кунжутных бубликов! Мне срочно был нужен один на вынос. От бубличного чертога, беззаботно помахивая пакетом с симитом, двинулась вниз по улице Истикляль, преследуя цель, заданную еще в мечети во время чтения религиозных буклетов – попробовать кумпир, фаршированную картошку.

Истикляль – одна из самых популярных пешеходных улиц в Стамбуле, она идет от площади Таксим по направлению к Золотому Рогу. По сути и многолюдности она похожа на питерский Невский проспект или на московский Арбат. Толпы туристов с щенячьим пылом причудливыми зигзагами перемещаются от одной стороны улицы к другой:

– Смотри, какой огромный штырь с мясом для шаурмы! Пойдем посмотрим поближе!

– Балда, мы же в Стамбуле. Это для денер-кебаба.

Вдоль Истикляль проложены рельсы, по которым проталкивается через толпы праздношатающихся красный ретро-трамвай. Он под завязку набит празднокатающимися, которые не вмещаются внутрь и словно дрожжевое тесто выпирают наружу, налипая на подножки. Должно быть, водитель трамвая самый ловкий и стрессоустойчивый человек на свете, иначе трудно объяснить, как ему удается откатать рабочий день и не сбить ни одного человека, которые в изобилии разгуливают по рельсам.

Точка по продаже картошки с начинкой была обнаружена почти сразу. Не дворец по размеру, скорее, хижина кумпиров, но тоже неплохо. Что? Вы хотите знать, как приготовить кумпир? Записывайте. Крупный клубень картофеля надо завернуть в фольгу и запечь в специальной турецкой печи, потом разрезать на две половины, картофель внутри половин размять до состояния пюре и перемешать с несолёным сливочным маслом и турецким твёрдым сыром, а дальше по желанию накидать начинки (грибы, сосиски, оливье, солёные огурцы, кукуруза, горошек, оливки, морковь, годится всё). Получится отличная сытная штука. Мне выдали картофель не просто крупный, а огромный! После него было самое оно идти в Святую Софию, чтобы подумать о мудром Творце, создавшем нашу совершенную Вселенную, в которой существуют не менее совершенные кумпиры.

***

Рядом со Святой Софией находится очень известная достопримечательность под названием цистерна Базилика, древнее подземное водохранилище Константинополя, которое было построено на месте базилики Святой Софии, а сейчас здесь музей. Цистерна по-гречески означает «водохранилище», поэтому музей так и называется – цистерна Базилика.

Смеркалось, туристическим столпотворениям пришло время ужинать, поэтому около входа в Базилику никого не было, лишь охранник грустил в одиночестве. Редчайшее явление, надо запомнить и рассказать будущим внукам. Цистерна была построена примерно 16 веков назад при императоре Константине для хранения запасов воды Константинополя. Когда Константинополь захватили турки, водохранилище они не нашли. В 1553 году Цистерну нашел французский путешественник, но правительству тех времен она оказалась без надобности. В XX веке власти решили, что не дело такому интересному объекту пропадать, отреставрировали, вывезли тонны грязи и мусора, сделали деревянные настилы и подсветку. Состав раствора, которым смазывали стены цистерны, чтобы они не пропускали воду, до сих пор не разгадали. Есть версия, это была смесь смолы и куриных яиц. Кстати, Цистерна Базилика является одним из тех мест, профессор Роберт Лэнгдон из романа Дэна Брауна «Инферно» разыскивал источник вируса бесплодия, выведенный сумасшедшим учёным-генетиком. Вирус должен был остановить перенаселение планеты и спасти цивилизацию от гибели.

Купив билет, я спустилась вниз и погрузилась в таинственно-мистическую атмосферу. Изнутри водохранилище было похоже на заброшенный подтопленный дворец. Уровень воды небольшой, всего 40-50 см, а в романе она доходила Роберту Лэнгдону до груди. Полумрак, вода и колонны, колонны, лабиринт из колонн. Всего их 336. Все колонны визуально разные, так как были привезены из разных античных храмов. На двух колоннах мраморные головы Медузы Горгоны, причем одна расположена головой вниз, а другая повернута на бок. Есть три теории, почему головы стоят именно так. Согласно первой, это сделано, чтобы люди не окаменели, случайно посмотрев в глаза Горгоне. По второй строители хотели выразить пренебрежение к мифическому персонажу, а третья утверждает, что в таком положении блоки с головами лучше подходят в качестве основания для колонн. Было трудно избавиться от ощущения, что за одной из голов притаился злодей из романа Дэна Брауна, ждет, когда водохранилище опустеет, чтобы прицепить к одной из колонн водорастворимый мешок с вирусом, и уничтожить половину населения планеты, поэтому было страшновато. Наверно, влажный спертый воздух на меня так действовал, воображение разыгралось, пора было выходить.

***

Вот и она, Святая София, или Айя-София. Мечеть Святой Софии в Стамбуле – это «восьмое чудо света», выдающийся памятник византийской и мировой архитектуры, символ «золотого века» Византии. Строительство началось в 532 году по распоряжению византийского императора Юстиниана I на месте прежнего сгоревшего храма. В течение пяти лет строительством собора занимались 10 000 рабочих. Юстиниан денег не жалел и лично контролировал ход стройки. Большую часть строительных материалов привозили из святынь, относящихся практически ко всем языческим религиям. Известковый состав готовили с использованием ячменной воды, а цементный раствор замешивали с добавлением масла. Храм был сделан из кирпича, Юстиниан хотел покрыть золотом стены Святой Софии от пола до потолка, гулять так гулять, но астрологи предсказали, что «в конце веков придут очень бедные цари, которые, с целью захватить все богатства храма, сроют его до основания», и император ограничился лишь использованием поделочного камня, золота, серебра, жемчуга, драгоценных каменьев и слоновой кости. Без покрытия стен золота всё равно потратили немало, около 130 тонн. Всего на строительство собора было потрачено три годовых дохода Византийской империи. Есть легенда, что во время строительства храма Юстиниан приказал выкопать 70-метровую яму и заложить фундамент храма на золоте и серебре, чтобы храм можно было отстроить заново, если он когда-нибудь обрушится.

В 1204 году Константинополь захватили крестоносцы, они сделали храм католическим, выгнали православных священников и вывезли большое количество сокровищ, а в 1453 году Византийскую империю захватили турки и, как символ завоевания, сделали из собора мечеть, пристроили четыре минарета и замазали фрески штукатуркой (в мусульманстве изображения людей и животных в мечетях запрещены, к Всевышнему надо обращаться без посредников), на которую сверху нанесли исламские рисунки и каллиграфию. Также султан приказал достроить молитвенный зал, кафедру-минбар для проповедника, каменную ванну-купель, школу, кухню, библиотеку, мавзолеи и султанскую ложу. В 1935 году Святой Софии присвоили статус музея, фрески и мозаики отреставрировали, а в 2020 году ее снова сделали мечетью и фрески закрыли.

Народу на площади перед мечетью заметно поубавилось. Остались так, сущие пустяки. Человек двести-триста, не больше. Но они быстро снимали обувь, ставили ее в специальные ящики-ячейки и проходили внутрь, никого не задерживая и очереди у входа не образуя. Внутри было сумрачно, просторно и торжественно. Не будь здесь туристов, было бы еще просторнее. Некоторые местные жители молились. Христианская символика, дабы не оскорблять взор благочестивых мусульман, занавешена системой парусин. Одна фреска осталась не закрыта. Со стены сурово смотрел шестикрылый Серафим, чтобы грешникам, глядя на него, становилось дискомфортно.

Отличительной особенностью Айя-Софии является ее красивейший купол, диаметром 31 метр, высотой 55,6 метров. Он четвертый по величине в мире после Святого Петра в Ватикане, Святого Павла в Лондоне и Дуомо во Флоренции. В погожий день должно создаваться ощущение, что купол парит в невесомости, но поскольку я пришла после захода солнца, то левитации купола не увидела. Возможно, утренние очереди стояли не зря. То ли я устала, то ли злую шутку сыграла полутьма, из-за которой было плохо видно, но никаких особых эмоций я не испытала. Разве что легкое недоумение, как местным жителям удается обращаться здесь к Всевышнему, не обращая внимания на оголтелые орды путешественников, берущих штурмом Айя-Софию.

После Святой Софии пошла в Голубую Мечеть. В наступающих сумерках она была подсвечена золотым светом и смотрелась очень величественно, хотелось сесть на лавочку, глядеть на месяц, минареты, под призывы муэдзинов к намазу проникаться моментом, думать о скоротечности жизни. В основной массе народ проникаться моментом не хотел, а, может, пока я была в Святой Софии, уже попроникался, поэтому с упоением фотографировался и ел кукурузу.

Голубую мечеть построил Султан Ахмет в начале 17 века. Турки проигрывали в войнах, ослабели, в стране наступили смутные времена. Султан Ахмет не знал, как защитить свою империю, вернуть ей мощь и твердость духа и решил использовать железобетонный вариант – уповать на помощь Аллаха. Для этого он построил самую красивую мечеть, потому что постройка мечети лучший способ диалога со Всевышним, а близость с Собором Святой Софии заодно позволяла подчеркнуть превосходство над православием. Деньги брал из личных сокровищ. У мечети шесть минаретов, хотя в религиозных сооружениях тех времен максимальное число минаретов, которое полагалось возводить, не могло превышать четырех. По легенде Ахмет сказал фразу «алтын минаре», что в переводе означает «золотые минареты», а старый архитектор расслышал только «алты минаре», что переводится как «шесть минаретов». Имамы обиделись, потому что главная религиозная обитель мусульман – мечеть в Мекке тоже имела на тот момент шесть минаретов. Пришлось Султан Ахмету оплачивать постройку седьмого минарета для мечети в Мекке, после чего все остались довольны.

Двор Голубой мечети размером почти с саму мечеть и окружен сплошной сводчатой аркадой, в центре находится шестиугольный фонтан. Он выполняет несколько функций. Во-первых, красиво, услаждает взор, во-вторых, освежающе, вода в жару приятна, в-третьих, как и во всех мечетях, вода в фонтане служит для омовения, потому что верующим нельзя входить в святое место грязными, они должны умыть лицо, руки.

Мечеть закрывалась на вечерний намаз, туристов опять не пускали. Не знаю, как мне удалось сойти за благочестивую мусульманку, и каким чудом опытный охранник на входе, безжалостно отсекающий праздных посетителей, не отсек и меня. Я зашла внутрь и села около полочки для обуви в уголке для женщин, начинался намаз и бродить туда-сюда было бы кощунством. Любопытная работа мозга, в мечети хочется вести себя благопристойно, потому что Аллах обидится, в православном храме – Христос прогневается, в индуистском храме – Ганеш, сын Шивы и Парвати, расстроится, а вообще никакого бога нет, есть Дарвин, теория эволюции и Большой взрыв. Благочестивые мусульмане, особенно мужского пола, оказались не очень пунктуальны, намаз во всю шел, а они продолжали и продолжали опаздывать, бегом бежали, держа обувь в руках. Понравилось, что детишкам во время намаза разрешено бегать по мечети, смеяться, шуметь и весело кататься по ковру. В нашей церкви наши родные православные бабки их бы зашугали. Внутри Голубой мечети было очень светло, она выложена бело-голубыми керамическими плитками с растительным орнаментом, на котором изображены лилии, гроздья винограда, гвоздики, тюльпаны, розы, фрукты и деревья. Во время строительства мечети султан потребовал от фабрик поставлять сюда только самые искусные изразцы и запретил им снабжать плиткой другие строительные объекты, в результате чего заводы претерпевали большие убытки. На полу лежал красивейший красный ковер, на котором, собственно, я и сидела. Конечно, лучше было бы прийти с гидом, чтобы он рассказал про историю каждой плитки, колонны и ковра, либо предварительно почитать путеводители, но я безалаберно этого не сделала, наслаждалась мечетью безынтеллектуально. Голубая мечеть мне понравилась больше Святой Софии, немалую роль тут сыграло отсутствие туристов и освещенность помещения.

***

На следующий день поехала в азиатскую часть города на набережную в районе Уксюдар. Европейскую и азиатскую части Стамбула соединяет единственный в мире подводный железнодорожный тоннель «Мармарай». Это один из самых глубоких в мире подводных тоннелей, его нижний участок расположен на глубине 60 метров от поверхности Босфорского пролива. Название тоннеля происходит от объединения двух турецких слов: «Marmara» (Мраморное море) и «ray» (рельс). По общей глубине залегания Мармарай является вторым в мире после японского тоннеля Сэйкан. Идея сократить путь между берегами Стамбула впервые обсуждалась еще в XIX веке, но забуксовала из-за нехватки денег и несовершенства технологий. Деньги и технологии появились к 2004 году, строительство тоннеля начали и в процессе работ под землей обнаружили несметное количество артефактов. Крепостные стены порта Феодосия, амфоры, фрагменты керамики, раковины, остатки часовен, скелеты, лошадиные черепа, девять человеческих черепов в сумке, датируемых временем до 6000 г. до н. э, женские сандалии с надписью: «Используйте для здоровья, леди, носите для красоты и счастья», не говоря о такой мелочи, как тайный открывавшийся в море тоннель дворца матери императора Константина и тридцать шесть затонувших кораблей разных типоразмеров, которые в свое время потерпели крушение в Босфоре. Всего было найдено около 40 000 исторических артефактов, поэтому строительство тоннеля затянулось до 2013 года, раскапывать древние артефакты дело не быстрое.

Помимо «Мармарая», европейскую и азиатскую части Стамбула соединяет автомобильный тоннель «Евразия». По официальным данным, это самый глубокий и широкий туннель на планете. Он состоит из секций по 130 метров каждая, соединенных между собой шарнирами. Если наступит землетрясение, они изменят свою конфигурацию и подстроятся под опасную ситуацию. Тоннель двухъярусный: верхний ярус служит для проезда автомобилей из Европы в Азию, а нижний – в обратную сторону.

Навигатор долго водил меня кругами вокруг входа в «Мармарай», но вход никак не находился. Наконец, спросила у доброй женщины, куда мне идти, и выяснилось, что навигатор знатно наврал. Вот и доверяй после этого высоким технологиям. До азиатской части Стамбула домчались за четыре минуты, не зря разносторонний Илон Маск помимо всего прочего основал компанию по строительству подземных туннелей. Мудрый человек.

На набережной Уксюдар было очень душевно. Цыганки приставали к прохожим, чтобы те купили увядшие розы, голуби клевали остатки бубликов с кунжутом, местные влюбленные парочки устраивали романтические свидания, мужики, воспользовавшись воскресным утром, занимались настоящим мужским делом – ловили рыбу, предоставив женщинам оставаться дома и печь гезлеме. Упитанные собаки спали около лавок, кудрявые школьники торопились на паромы (интересно, куда им надо в воскресенье?), китайские девочки-подростки умоляли: «А сфоткайте нас, пожалуйста на фоне вот этого рыжего котика». Полнейшая беззаботность, никто никуда не спешил. Тепло. Никакой кукурузы и каштанов. Вот тут-то на набережной Уксюдар меня и накрыло ощущение всеобъемлющего счастья. Россия и проблемы осталась где-то там, в другой жизни, на другой планете. Штрафы за одиночные пикеты и возложения цветов к памятникам, аресты, растущий курс доллара, реестры иноагентов, обновляемые каждую пятницу, артисты, заклеймленные позором, отсутствие внятных жизненных перспектив, если не считать перспективой получить уголовное дело примерно за что угодно. Всё это вернется только послезавтра. Сейчас ничего этого не было.

Тем временем на набережной происходило что-то странное. Турки с флагами (судя по цветам флагов, это был пропалестинский митинг) слушали оратора, периодически дружно скандируя лозунги. Как же это называется? Существует какое-то специальное слово. Точно, совсем вылетело из головы! Митинг! И вокруг ни одного омоновца, никто никого не метелил дубинками, не тащил в автозак за нарушение установленного порядка организации митинга. Нам, россиянам, хорошо известно, что установленный порядок собраний – это сидеть дома и смотреть телевизор. В турецком правительстве какие-то глупцы сидят. Разрешили людям собираться и флагами махать, а их небось Пентагон спонсирует, печеньки им покупает. Дальше что? Сегодня покричат в поддержку Палестины, а завтра Реджеп Тайип Эрдоган покажется им нехорош, честные выборы подавай и потребуют убрать из исправительных колоний все швабры? Я так и залипла, глядя на невиданное чудо. Уйти было невозможно. Так и сидела рядом, дышала воздухом свободы собраний. Турция и воздух свободы в одном предложении, кто бы мог подумать, с ума можно сойти! Игра слов, оксюморон, как «оскорбление чувств неверующих». Но хорошего понемножку, мне к свободе слова нельзя привыкать, послезавтра самолет на Родину.

Кинула прощальный взор на митинг и двинулась в сторону холма Чамлыджа. Этот холм одна из высоких смотровых точек Стамбула и представляет собой парк. С обзорной площадки холма можно восторгаться видами на пролив Босфор и Стамбул. Чтобы попасть на холм, нужно было проехать несколько остановок на метро, правда по другой ветке. Спустившись в метро, я поняла, что навигация по стамбульской подземке рассчитана не для средних умов. Мне, воспитанной на московском и питерском метро, всегда казалось, что если я куда-то приехала и вышла на поверхность, то зайдя под землю в том же самом месте обратно, смогу пересесть на другую ветку, если на картах пересадка обозначена. Карты говорили, что мне нужна пересадка с мармараевской черной ветки на бордовую ветку М5. Но нет. Около схемы метро толпились озадаченные европейцы, силясь понять, как перейти на эту самую таинственную М5. Я толпилась вместе с ними. Успех был от нас далек. Мы двигали пальцы по схеме, сверялись с картами в смартфонах, встревоженно потели и водили глазами по развешанным на станах табличкам в напрасной надежде найти злополучные символы М5. Всё было тщетно. Европейцы, веруя в силу своих топографических способностей и здравый смысл картографов, остались у схемы, а я решила выйти наверх и поискать другой вход. Это оказалось мудро, не зря я просветлялась в Голубой мечети. Сам Творец вывел меня за руку из тьмы подземки наверх, к солнцу и свету. В нескольких десятках метров нашелся другой вход, а в нем всё как полагается: на табличках обозначены разные ветки, в том числе заветная М5.

После блужданий по метро, я поняла, чего точно нельзя делать в Стамбуле – ехать на метро в аэропорт, потому что, чтобы в него добраться от моего хостела, надо решить сложнейшую задачу с несколькими звездочками, а именно, сделать три пересадки. В принципе, задача решаемая, только выходить следует сильно заранее, например, если рейс вечером, то покинуть дом следует не позже обеда, чтобы за 6-8 часов спокойно успеть разобраться с переходами на другие ветки.

До холма Чамлыджа своенравный навигатор повел меня сомнительным маршрутом, потому что вокруг не было не одного человека. Куда делись все неукротимые туристы? Около Галатского моста ели рыбу в хлебе? Я шла и шла в какую-то гору, было жарко, пыльно, мимо пролетали автомобили, и это совсем не золотые лимузины, в которых женщины проносятся с горящими глазами и золотыми волосами. Наконец меня обогнал какой-то пожилой турок, свернул вбок, я за ним, пошли вдоль кирпичного забора, сомнения продолжали меня одолевать, но радость! Мы вышли к сосновой роще и кафе. Там-то и были люди, предвестники близости смотровой площадки. Скорее всего, нормальная дорога существовала, но мой навигатор пока о ней не узнал.

Посидев на траве в тени под сосной и кое-как отдышавшись, пошла дальше, к вершине Чамлыджа, к обзорной точке, к огромному флагу Турции, который красочно колыхался на ветру. Стамбул в туманной дымке расстилался внизу как на ладони. Какой же он был огромный! Небоскребы, мечети, дома, паромы, мосты жили внизу своей суетливой жизнью воскресного вечернего мегаполиса. Там внизу на Галатском мосту рыбаки ловили рыбу, чуть дальше, около Галатской башни недоверчивые приезжие отбивались от разводил с подлинниками духов «Живанши», туристы стояли в очереди, чтобы попасть в Айя-Софию, торговцы на улице жарили кукурузу, каштаны и выдавливали гранатовый сок в промышленных масштабах, под Босфором сновали вагоны, перевозя пассажиров с европейского на азиатский берег и обратно, пропалестинские митингующие сворачивали флаги и собирались по домам, президент Реджеп Тайип Эрдоган готовился к новому рабочему дню, чистильщик обуви мыл подошвы кроссовок серьезному господину в сером свитере, раззява-турист покупал порошок для ног под видом рождественского чая, два болельщика в черно-оранжевых футболках обсуждали результаты вчерашнего футбольного матча «Галатасарай»-«Бешикташ», Фатима пополняла «Истамбулкарт», чтобы поехать в гости к тетушке Зейнеп; обдумывая динамику цен на чеснок, задумчиво курил на крылечке овощной лавки Юсуф. Ничего этого с холма не было видно. С высоты холма виднелись только белоснежные минареты мечетей и кирпичные крыши домов. Но всё это было легко себе представить. Я сидела и представляла. А люди на холме тем временем жили своей воскресной вечерней жизнью. Туристов здесь было мало, забраться на холм не просто, да и зачем лезть на холм, если фаршированную картошку можно купить внизу? По холму гуляли, сидели, лежали в основном местные. Вечер воскресенья, вот они и пришли семьями и друзьями. Кто-то фотографировался на фоне Босфора, кто-то слушал в смартфоне музыку, кто-то вел неспешные беседы о политике Эрдогана относительно закрепления позиции Турции на мировой арене. Было здорово.

Посидела и хватит, надо было дойти до Великой Мечети Чамлыджа, нового символа Турции. Это самая большая мечеть, построенная в истории Турецкой Республики. Она новая, открыта всего лишь в 2019 году. Место строительства было выбрано не случайно: точку, в которой возвышается мечеть, можно заметить из любого уголка города. На соседнем холме виднелись ее минареты, минут десять ходу. Выключила навигатор, чтобы не тратить зарядку. И так всё было ясно, вон мечеть, вон дорога. Прошла мимо какой-то стройки, экскаваторов, сломанного забора. Аккурат через десять минут обнаружила себя на козьей тропе продирающейся сквозь непонятные кусты, а вокруг опять ни единой души. Пролезла сквозь колючки, мечеть стала видна как на ладони, я оказалось на горе и, как спуститься вниз, ясности не было, потому что стояла я на столь крутом склоне, что горные бараны, известные пристрастием беззаботно гулять по отвесным скалам, забреди они сюда, мекали бы от счастья. Если ты не горный баран, а человек, то не придумать места лучше для того, чтобы свалиться вниз и сломать себе шею. Понятно, что надо было идти обратно и искать другую дорогу. Я малодушно хотела вернуться на ставший родным холм Чалымджа, внутренний голос предательски шептал: «Зачем тебе еще одна мечеть? Смотри, какая к ней дорога, возвращаться придется в горку», но сверху было отлично видно, какая красивая подо мной мечеть, поэтому я собрала волю и навигатор в кулак и всё-таки пошла.

Мечеть Чалымджа поразила мое воображение. Да простят меня стамбульцы в целом и султан Ахмет в частности, она впечатлила меня сильнее, чем Голубая мечеть и Айя-София. Грандиозное сооружение! Помимо мечети здесь находятся музей, художественная галерея, библиотека, конференц-зал и художественные мастерские, а на цокольном этаже есть бомбоубежище. Цифры моя слабость: само главное здание одновременно может вместить до 25 тысяч посетителей, внешний дворик – 22,5 тысяч верующих, внутренний – 12,5 тысяч. Итого единовременно в комплексе могут находиться около 63 тысяч человек. Чтобы облегчить доступ внутрь мечети, есть лифты и эскалаторы. При строительстве не обошлось без символизма: окружность главного купола составляет 34 метра, потому что 34 – это международный стамбульский автомобильный номер и почтовый индекс, купол возвышается над землей на 72 метра, потому что на территории Стамбула проживает 72 национальности. В общей сложности над религиозным комплексом возвышается 70 куполов различных размеров. Внутренний, внешний двор и сама мечеть сделаны и белого мрамора, когда светит солнце (а оно светит часто) – слепит глаза. Внутри отделка в бело-голубых тонах, витражи, небесно-голубой мягчайший ковер, самый большой ковер Турции.

На ковре группками сидели верующие и спокойно беседовали, кто-то молился. Кувыркались и играли в салки детишки. Но в основном здесь просто сидели и общались, этакое место культурного притяжения, городская зона отдыха, по атмосфере один в один газон около памятника Медный всадник в Санкт-Петербурге. Были, конечно, те, кто пришел помолиться, но на общем фоне они терялись. Во внутреннем дворе дети играли в футбол и катались на велосипедах и роликах, опять же, никто их не прогонял играть у себя дома. Туристов на удивление было немного, либо они рассосались по просторам мечети. Было спокойно и уютно, не хотелось уходить, так и пересаживалась с места на место. Полюбовавшись на мечеть, занялась делами мирскими, а именно съела донер-кебаб, местную шаурму. Плюс одно блюдо в копилку стрит фуд опыта и гастроплана. Понравилось, что внутрь помимо мяса и овощей была завернута картошка фри. Очень разумное кулинарное решение.

Добираться обратно было не в пример легче. И дорога с холма Чамлыджа быстро нашлась, и ветки метро вели себя предсказуемо, вот что значит опыт.

***

Последний день в Стамбуле следовало начать с двух очень важных вещей. Пройти онлайн-регистрацию на рейс (обратно лечу «Аэрофлотом», платить за выбор места не нужно, поэтому мои духовные убеждения не страдали) и найти от какой точки города автобус «Хаваист» отправляется в аэропорт, потому что мнения интернет-пользователей расходились. Кто-то писал, что автобус отходит от той же площади Аксарай, на которую приходит, следуя из аэропорта, кто-то убеждал, что автобусы приходят на Аксарай, но отходят от площади Беязыт. А кто-то вообще считал, что в дневное время они отъезжают от Аксарай, а в ночное и рано утром от Беязыт. Поскольку мой рейс вылетал в 9 утра, чтобы вовремя попасть в аэропорт, надо было выехать в пять часов и очень не хотелось в поисках автобуса бегать ранним утром по одной площади с перспективной необходимости переноса поисковой беготни на другу. Официальному сайту верить не хотелось, кто знает, как часто он обновляется? Разобраться в этих хаваистовских хитросплетениях было так же непросто, как домохозяйке решить, сколько пачек стирального порошка покупать по акции. Внутренний параноик видел только один выход – пойти на Аксарай и поспрашивать водителей прибывающих автобусов, где начальная точка маршрута в аэропорт, заодно найти кассу по продаже билетов. Быстро зарегистрировалась на рейс и вперед, на Аксарай.

Автобусы обнаружились быстро, а вот кассы по продаже билетов не было. У водителя удалось узнать, что маршрут в аэропорт стартует здесь, да, в пять утра тоже здесь. Нет, билет в кассе покупать не надо, оплата наличкой водителю. Фух, гора упала с плеч. На душе стало тепло и уютно, как у олигарха, который узнал, что Евросоюз снял с него санкции и разрешил пользоваться любимой яхтой. Можно было спокойно посвятить оставшийся день изучению района Балат.

***

Балат – это самый старый район Стамбула из существующих ныне, бывший еврейский квартал. Здесь до конца ⅩⅨ века еврейское население уживалось с армянским, греческим и мусульманским, затем евреи переехали в палестинские земли, а дома заняли цыгане и курды, в 60-х годах Балат покинули греки, район обветшал и приобрел славу беднейшего района города. Сейчас это самый колоритный район Стамбула, в котором нет единого архитектурного стиля. Интернет выдавал фразы типа: «в этом районе Стамбула можно в полной мере насладиться колоритом старого восточного города», «почти не получил распространение туристический бизнес», «не встретишь толп туристов», «без ярких фотографий ваша прогулка не обойдется». Перед такими обещаниями было сложно устоять, яркие фотографии мне нужны, аватарки в социальных сетях сами себя не обновят.

От площади Аксарай до Балата шла минут двадцать. По дороге на глаза попался еще один митинг. Собравшиеся держали в руках флаги Турции, оратора видно не было. Наверно, задержался на Галатском мосту, чтобы погладить и сфотографировать котика. Митингующие по поводу отсутствия спикера не волновались, знай себе миролюбиво стояли и помахивали флагами. Совсем народ разбаловался, омоновцам их следовало отмутузить еще пол часа назад. Правительству Турции надо брать пример с России, давным-давно пора ввести штрафы за собрания и одиночные пикеты, как я уже писала, сегодня ты вышел флагом Турции помахать, а завтра честные выборы или, не дай бог, права человека подавай. Не дело. Эрдоган, хватит медлить, надо принимать меры.

Чем ближе к Балату, тем сильнее чувствовалась ортодоксальность. Чаще стали появляться женщины в чадрах и мужчины в шароварах. Захотелось покрыть голову платком, что я и проделала. Узкие вымощенных булыжником улочки, между домами протянуты веревки, на которых сушилось белье, глиняные дома с остатками черепицы перемежались с отреставрированными фасадами. Обитель ламповости и контраста. Не успела я порадоваться отсутствию туристов, как откуда ни возьмись появились два молодых человека, туристическую сущность которых выдавали рюкзаки за спиной и смартфоны с открытыми на экранах картами города в руках. Они стали спрашивать у меня, как найти цветные домики. Сказав, что я не знаю и сама их ищу, завернула за угол, прошла несколько кварталов и уткнулась в искомые цветные домики. Похоже, двое туристов, что спрашивали у меня дорогу, были несмышлеными птенцами, случайно отбившимися от стаи стервятников. Стервятники кружили вокруг цветных домиков, а покружив, организовывались в нетерпеливую очередь, которая переминалась с ноги на ногу, в ожидании возможности сделать вожделенную фотографию. Домики на свою беду были выкрашены в розовый, голубой, зеленый, оранжевый цвет и имели неосторожность увиться плющом, чем и привлекали хищников в туристическом обличье. Коты и кошки в тоске лежали всего в нескольких метрах от красочных домов, но, увы. Они были позабыты и никому не нужны. Каждый счастливчик, что дожидался своей очереди сделать фото около ярких домов, проделывал одно и тоже. Скидывал рюкзак подальше, чтобы не портить кадр, вручал в руки подельника телефон либо фотоаппарат и полностью отдавался во власть его фантазий:

– Немного вправо! Руку поставь на пояс! Нет, убери! Теперь задумчиво смотри вдаль!

Сделав заветные фотографии и отдышавшись, туристы бросались на поиски очередного арт-объекта.

У меня подельника не было, и только это уберегло меня от того, чтобы разделить участь стервятника, питающегося фотографиями себя любимого на фоне арт-объекта. Я просто сделала несколько снимков издалека, пошла бродить дальше и вышла к цветной лестнице. Около нее наблюдалась не меньшая вакханалия из желающих обновить свой аватар. Как акулы улавливают запах капли крови на расстоянии нескольких километров и мчатся к раненой добыче, так туристы, гуляющие по Балату, чуяли близость любой многоцветной конструкции и, мужественно обгоняя друг друга и отбивая пятки о брусчатку, неслись к ней со всех ног. Думаю, что, если в телефоне, не дай бог закончился бы заряд батареи, или по какой-то иной причине фотографию сделать бы не удалось, они бы погибли с горя.

После того, как все необходимые снимки были сделаны, туристы перемещались вниз, ближе к воде. Там находилась россыпь винтажных и хипстерских кафешек, можно было отдохнуть, выпить чашку кофе и внимательно изучить получившиеся фотографии. Вдруг на одной из них завален горизонт, или, что более страшно, глаз прищурен, тогда нужно будет спешить назад, чтобы перефотографироваться. Я зашла в кафе, выпила домашнего лимонада, подумала, что в принципе можно считать, что я «щедро вознаграждена за то, что потратила силы на посещение этого тихого района города», ведь фото домиков и лестницы теперь лежат у меня в телефонной галерее, покрутила туда-сюда карту и выдвинулась в дальнейший путь. Недалеко отсюда, в нескольких трамвайных остановках был холм Пьера Лоти, а на холме что? Правильно, смотровая площадка. Меня хлебом не корми, дай по холмам и смотровым площадкам полазить, тем более, что на Пьер Лоти вела канатная дорога.

Очередь на канатную дорогу была единственной очередью, которую я отстояла за все время пребывания в Стамбуле. Во-первых, очень хотелось на прокатиться на канатке, во-вторых, не зря же ехала сюда три остановки на трамвае. Канатная дорога в Стамбуле приравнена к общественному транспорту, оплата «Истамбулкарт», стоимость билета как в трамвае, 15 лир. Удивляюсь, что за люди сидят в стамбульском департаменте транспорта. Нет бы сделать цену как на канатку в Пятигорске на гору Машук – 220 рублей или в пересчете 65 лир, народ всё равно бы ездил, никуда не делся. Ждать пришлось около получаса. На смотровую площадку холма Пьера Лоти желали попасть в основном одни местные. За мной в очереди стояла семья в полном составе, состоящая из чернобородого благодушного отца семейства, матери, неловко перекладывающей бутылочку с водой из коляски в сумку, двух женщин, чье свойство мне определить не удалось, улыбчивого беззубого трехмесячного младенца в коляске и древнего убеленного сединами дедули в инвалидном кресле. Все шутили, смеялись, предвкушали приятное времяпрепровождение. Подъехала кабинка, наша развеселая компания погрузилась, и мы тронулись. Путь шел над кладбищем.

Смотровая площадка оказалась рядом с выходом с канатной дороги. Ее живописно окружали надгробия. На площадке было многолюдно, семьи делали памятные групповые фотографии с видом на залив, для чего присутствовал специально приглашенный профессиональный фотограф с треногой. Прямо посреди кладбища помимо обзорной точки находилось оживленное кафе, и, хотя могилы практически наползали на столики, они не смогли убить жизнерадостный звон чашек, который доносился оттуда. Могилы могилами, что теперь кофе не попить? Ощущения, прямо скажу, были странные. Потом, походив по кладбищу и поразмыслив, я пришла к выводу, что кооперация смотровой площадки, кладбища и кафе очень удобная штука. И на канатке можно прокатиться, и семейную фотосессию устроить, и кофе попить, порадовавшись, что еще жив, и помянуть усопшую троюродную тетушку Памук.

Обратно спустилась своим ходом, без канатки, хотя очереди вниз почему-то не было. Все немалое количество народа, которое поднималось до, вместе и после меня, незаметно растворилось среди надгробий, смотровых телескопов и кофейных столиков, холм выглядел опустело. Вымощенная булыжником дорожка шла вниз между захоронений. Кладбищенские котики нежились в лучах октябрьского солнца, лежа на теплых мраморных плитах. По пути мне иногда попадался местный житель, который шел наверх выпить чайку за упокой души дядюшки Фархада, пусть земля ему будет пухом. Внизу под холмом с кладбищем располагалась мечеть и площадь с фонтаном. Очень понравилось рационализаторский подход: на площади был специально отгорожен загончик для кормления голубей, и рядом продавали корм. Всё гениальное просто, и голуби сыты, и площадь не загажена, и детишки с туристами довольны.

Внизу села на очередной трамвай и поехала искать Церковь Ключей, исполняющую желания, которая имеет несколько названий: Церковь Одного дня, Церковь Исполнения желаний, Церковью ключей, Церковь Девы Марии и Церковь Святого источника, это все одна и та же церковь. Первого числа каждого месяца люди всех религий приезжают сюда, чтобы выполнить особый ритуал. Внутри храма находятся старинные намоленные иконы в деревянных окладах, которые заперты на замок. На входе в церковь нужно купить ключик, один ключ – одно желание. После покупки ключей ритуал предписывает обойти все иконы в храме, имитируя открывание каждого оклада. Если желаний и, соответственно, ключей несколько, действия необходимо повторить. Затем нужно получить благословение у батюшки, выпить целебной воды из источника, умыться и набрать воды с собой. После этого взять ключи исполнения желаний и ехать домой. Когда загаданное исполнится, ключ надо вернуть в Церковь Одного дня и угостить прихожан чем-то сладким. Говорят, что каждый первый день месяца распродаётся около 3000 ключей.

Был не первый день месяца, но что поделать? Нельзя пренебрегать возможностью загадать желание, это я делать очень люблю, поэтому легко догадаться, что Санкт-Петербург – мой любимый город, там как минимум семнадцать мест, около которых положено загадывать желания.

Церковь Ключей я нашла без труда. Вернее, не саму церковь, а глухой кирпичный забор, ее окружающий. Калитка оказалась заперта. Я нажимала кнопку домофона, прислушиваясь, не зашуршат ли за оградой шаги заспанного сторожа? Не кашлянет ли дряхлый батюшка? Увы. Никто не зашуршал и не кашлянул. Позже я прочитала, что в церкви нет собственного священника, каждый первый день месяца, вторник и четверг сюда приходит священнослужитель из другой церкви. Я совершила роковую ошибку, не допустимую для загатывателя желаний, и пришла в понедельник. Шанса исправить промах не было, завтра рано утром у меня улетал самолет.

***

Чтобы успеть на рейс, завела будильник на 4:10 утра. Через Вотсап попрощалась с совестливым Али, мол, рада познакомится, добрый вечер, ключи в двери, спасибо за все, и вышла в ночь. Стамбул, каждый день колобродящий до часу ночи, утомился и лег спать. Метро и трамваи не работали. Почти никого не было. Только запоздалый бармен закрывал рольставни своего заведения, да одинокий молодой мужчина сидел на бордюре, грустно глядя на телефон. Мегаполису надо было набраться сил, до рассвета осталось всего несколько часов. Спал жулик, что барыжит оригинальными духами у Галатской башни, ему снилось, что, наконец, он попал на лопухов и за раз продал все коробочки, что принес с собой. Спал Али, ему снились гости из Мюнхена, что заселятся в его хостел завтра. Спал зазывала на теплоходную прогулку по Босфору. Он видел во сне, как кричал «Босфор, Босфор», туристы шли нескончаемым потоком и вкладывали ему в ладонь мятые купюры. Спал торговец, что готовит кумпир на углу улицы Истикляль, завтра у него долгожданный выходной, поэтому он сможет поехать на рынок и купить себе новые джинсы. Спала семейная пара из Самары, тревожно ворочаясь, потому что вчера на Гранд-Базаре они потратили на стручки ванили и пахлаву всю наличку, что взяли с собой в отпуск. Спали рыбаки, им снились пенопластовые короба, полные отборной макрели, макрель била хвостами и выпрыгивала на Галатский мост прямо под ноги прохожим. Спала маленькая кудрявая трехмесячная девочка, она видела во сне вагончик канатной дороги, уносящий ее ввысь. Город спал, не спала только я, да несколько таксистов на пересечении улиц Везирханы и Нуру Османие. Эхом отдавались шаги по булыжной мостовой. Через несколько часов я должна сесть в самолет с заблудшими сынами и дочерями, которые возвращались на Родину, в Россию.

Я пробыла в этом городе четыре дня и успела сделать и увидеть очень много, впечатлений столько, будто пробыла здесь два месяца. Но не успела сделать еще больше. Стамбульская часть моего гастротура полностью провалилась, было жарко, от запаха жареного подташнивало и хотелось только пить свежевыжатый морковный сок. Я съела всего три местных блюда (кумпир, денер-кебаб и балык экмек), так и не попробовав мокрый бургер, рыбу в лаваше, жаренные каштаны, пиде, лахмаджун, борек, чиг кёфте, кокореч, и дондурму. Не проехала на пароме, курсирующем между разными берегами Босфора, не загадала желание в Церкви Ключей, не сходила в хаммам, не покормила ни одной чайки, не сделала фото для журнала-альманаха сообщества бердвотчеров, не сходила на пляж. Есть повод вернуться.

Ну и, конечно, я вернусь в Дагестан. Горы ждут меня.