Kitobni o'qish: «Цифровое сердце»

Name: Цифровое сердце
Author: Анна Федотова
ISBN: 978-5-00116-937-6

Shrift:

Глава 1. Бар

Туча наползла на почти круглый диск луны. Фонарь напротив бара остался в полном одиночестве. Питер скользнул вдоль стены, стараясь не попасть под рассеянный желтый свет. Подпрыгнул, цепляясь за металлический каркас, но конструкция не выдержала, и Питер рухнул спиной на испещренный выбоинами асфальт. В лицо, охлаждая, полетела морось. Из ладони брызнула кровь. На грудь что-то шмякнулось – буква «А». Выпав из фразы «Боевой паук», она наконец-то сделала название забегаловки более похожим на правду.

– Какого… тут творится? – послышался грохочущий голос. Дверь распахнулась, ударив Питера по ногам. – Бар закрыт.

Из-за двери показалась лысая, похожая на тыкву голова.

Питер вскочил, забыв о боли в спине, и вытер о штаны окровавленную ладонь.

– Ах, это ты, щенок! – Верзила боком протиснулся в проем и осмотрелся в поисках других нарушителей спокойствия.

Питер пожалел, что пришел один. От близнецов, конечно, много шума, но Задира сейчас не помешал бы. Как отвлекающий маневр.

Он пятился, шаркая ногами, и искал кратчайший путь на крышу. Запрыгнуть на мусорный бак, а оттуда по водосточной трубе? Хороший план, но только Питер примерился к прыжку, раздался рев моторов. Пришлось юркнуть за угол.

– Убирайся, пока не накостыляли! – донеслось ему вслед, а улицу уже заполнял гул, напоминающий пчелиный рой. Потом добавился вой тормозов, а после – голоса байкеров.

– Здорово!

– Привет, Худыш. Что за хрень с вывеской? Мне кажется или чего-то не хватает?

– А, это… – Голос человека-тыквы перекрыл общий гул и шум усиливающегося дождя. – Мелкий шкет хулиганит, – прогремел Худыш. – Поймать бы да надрать ему уши.

«Себе надери. И почему нет пожарной лестницы? – думал Питер, осматривая стены. – Косорукий же все-таки разработчик. Придется потом исправить. В моем мире все будет круто», – мысленно рассуждал он, выглядывая из-за угла.

Фары мотоциклов дружно отбросили блики на мокрый асфальт.

Трое и верзила. Не вовремя же вы, парни.

Он обошел здание – голые каменные стены и застрявшие в текстуре квадратные одуванчики под ногами – и выглянул из-за другого угла. Байкеры заваливались в бар, выстроив мотоциклы в ряд.

Дождавшись, пока все скроются за дверью, Питер пододвинул ближе к стене мусорный бак и примял крышкой его содержимое, включая свежий выпуск «Паучьих новостей».

Легкий прыжок.

– Бум.

Черт, не достать.

Скрип бака. Скрежет питбайка по асфальту. Шаг. Подъем.

– Кап-кап-кап, – стук по алюминиевой крышке.

– Тр-р-р-р-р, – миллиарды капель внезапно хлынувшего дождя по черепице.

– Бах! – Дверь открылась явно от удара ногой.

– Э! Ну-ка слезай! – крикнул, выбегая из бара, длинноволосый мужик.

Его пышная шевелюра в две секунды превратилась в мокрые клочья. Край водостока врезался Питеру в кожу. Из раненой ладони потекло. Еще немного, ну. А, черт!

Мужик схватил Питера за ногу и потянул. Сил держаться за острый край трубы не осталось. Питер покатился вниз, но свободной ногой успел ударить байкера по лицу. Тот пошатнулся, выпустил лодыжку. Питер не удержался на мокрой трубе и упал, кувыркнувшись через питбайк. Плечо засаднило.

Из бара вышли еще двое. Тощий рокер с татуированным лицом и выбритыми висками и вальяжный пузан с сигарой во рту и пиджаке на голое тело.

– Не тронь мой байк, упырь! – завизжал тощий, приближаясь. Его голые щиколотки торчали из джинсов, как у подростка, выросшего за лето из своего гардероба.

Питер крутился около мотоцикла, уворачиваясь от неуклюжих замахов длинноволосого, и прикидывал, как согнется пополам нескладная фигура противника, если ударить в нужное место.

– Давай растолкуй ему, Морген, – протянул вальяжный, выпуская струйку дыма под крохотным козырьком над дверью.

– А вот это уже несправедливо, – отозвался Питер, толкая мотоцикл на противников, – двое на одного.

Однако несправедливости сегодня было суждено литься таким же потоком, как этот нескончаемый дождь. Тощий распахнул куртку, и в свете жалкого фонаря черной звездой блеснул пистолет.

Питер подпрыгнул, ударил Моргена ногой, и тот полетел в сторону вместе со своим оружием.

В небе громыхнуло, а может, это его противник с грохотом влетел головой в мусорный бак.

Длинноволосый замахнулся, кулак размером со средний череп просвистел над головой Питера. Он, присев, дернул здоровяка за ногу, и тот повалился на спину.

Подбежав к шатающемуся Моргену, Питер ударил его по руке, выбивая пушку. Тощий взвизгнул, шлепаясь в лужу.

– Двое на одного, но я с оружием, – констатировал Питер, снимая пистолет с предохранителя.

– Э, ты чего? – промямлил вальяжный и попятился обратно в бар.

Зато в дверях тут же показался человек-тыква, так называемый Худыш. С диким рыком он поднял перед собой ружье.

Трое и ружье против одного с пистолетом. Вновь несправедливо. Выстрел отдал привычной болью в правой руке Питера. Худыш схватился за грудь и растянулся под ногами открывшего дверь пузана. Все присутствующие проводили взглядами тело человека-тыквы до самого порога.

Морген с криком откатился, губы его задрожали, мокрое от дождя лицо выглядело заплаканным. Длинноволосый, подскочив, получил пулю в бедро и со стоном рухнул в воду. Питер усмехнулся.

А вот теперь справедливо.

Сняв майку, он намотал ее на порезанную руку. Встал на байк, вцепился в острый край водостока, подтянулся и пополз вдоль конька до спутниковой тарелки. Поднялся, держась за штангу, к которой крепилась тарелка, полез в карман за гаечным ключом.

Луна выглянула одним глазом, но, увидев труп около входа в бар, скрылась вновь, не желая становиться свидетелем. Жаль, фонарю не приходилось выбирать, и он продолжал рассеянно смотреть на ручейки крови, бегущие в ливневку. На запах могли стянуться зомболюди. Стоило поторопиться.

Сверкнуло. Затрясло. Искры полетели перед глазами, как новогодний фейерверк. Гром ударил так, что на миг оглушил. Левый глаз пронзила боль. Падая со скользкой крыши, Питер заметил, или ему почудилось, как на месте спутниковой тарелки образовалась дыра, а в ней будто кто-то незнакомый и такой же испуганный, схватившись за голову, падал и исчезал в синем дыму.

Глава 2. Старушка

После занятий Венди заскочила в супермаркет. Скользя взглядом по списку, она складывала товары в корзину, пока в кого-то не врезалась.

– О, Ань, это ты! Привет. Как твой реферат?

– Лучше не спрашивай. – Аня закатила глаза. – Голова уже пухнет.

– Забегай ко мне, посмотрим вместе, может, помогу чем?

– А может, я тебе по почте скину?

– Ну давай так.

– Ого ты набрала! – оценила подружка корзину.

– Это для старушки. Я ей помогаю.

– А далеко?

– Да нет, в пятиэтажке через дорогу.

Зоя Павловна долго не подходила к домофону, наконец что-то щелкнуло, и скрипучий голос произнес, словно обвиняя:

– Это ты, Ванесса?

– Я, Зоя Павловна, здравствуйте! – крикнула Венди.

– Полчаса тебя жду, а ты знаешь, я не могу без хлеба.

Аня скривилась.

– Извините, на уроке задержали, – сказала Венди.

– А?

– На уроке задержали!

– На уроке. Учатся все, учатся, а толку… – Фразу оборвал сигнал домофона, и девушки подхватили пакеты.

– Слушай, и так каждый раз? Оно тебе надо? – спросила Аня, остановившись на площадке третьего этажа, чтобы сменить руку. – Еще и лифта нет.

– Я все-таки будущий дипломированный волонтер, – усмехнулась Венди.

– И что? Станешь с дипломом за продуктами бегать?

– А почему нет? Зоя Павловна одна совсем.

– Зато гонора на двоих хватит. Я бы давно высказала.

– Подожди здесь, – шепнула Венди подруге около квартиры на пятом и скользнула в приоткрытую дверь.

Старушка, подбоченившись, встречала ее в прихожей, поглядывая сквозь очки.

– Чек принесла, ученая?

– Да, вот.

Пока та сверялась со списком продуктов, Аня мерила коридор звонкими шагами, и Венди покашливала и переминалась на месте, чтобы старушка не услышала посторонних звуков из-за двери.

– Чего топчешься? На свидание опаздываешь, поди?

– Ага.

– А «три в одном» где? Я могу пить кофе только со сливками.

– Зоя Павловна, не было, на неделе занесу, извините, спешу, до свидания, – затараторила Венди, спиной выскользнула за дверь и захлопнула ее под ворчание старушки:

– Учат их, учат, научить не могут.

Всю дорогу Аня выносила мозг по поводу того, что надо быть смелее и отстаивать свои интересы, не позволять людям помыкать собой.

Легко судить со стороны. А пойди скажи человеку, который в пять раз тебя старше, что он не прав. Старушку это может ранить, а с нее, Венди, не убудет. На этом подруги и разбежались. Уже стемнело, и Венди торопилась, Димон же не в состоянии приготовить себе ужин и наверняка еще не обедал.

– Как здоровье, тетя Люба, давление не скачет? – спросила она у соседки, которая гуляла с внучкой около подъезда.

– Ничего, дочка, скриплю потихоньку, – ответила та. – Вон Сашка засидеться не дает, а упрямая, сил нет. Варежки чего опять сняла?

– Сашка, на конфету, – сказала Венди, присев на корточки рядом с девочкой. – Ой, а руки-то ледяные! Давай-ка конфету – в рот, а пальчики – в варежки. Договорились? Вот и умница.

Потрепав малышку по шапке, Венди вошла в подъезд. Пахнуло горелой проводкой.

«Надо в жилищное позвонить», – подумала она, открыла дверь и попятилась. В квартире стоял синий туман.

– Димон! – закричала Венди с порога, бросая сумку, скидывая на ходу куртку и сапоги. – Ты что так надымил?

Тишина.

– Ты дома? – спросила она, заглянув в комнату брата, и остолбенела.

Брат лежал на полу, а на письменном столе искрил и потрескивал монитор. Венди похолодела.

– Дим! Димон! Ты живой? – Она упала на колени, взяла в дрожащие ладони лицо брата, приложила пальцы к шее, нащупала пульс. У самой едва не выпрыгивало из груди сердце, но вот показалось, что-то трепыхается под ее пальцами.

Димон закряхтел, поднял руку. Ощупал слипшиеся кудри на голове, потом лицо и принялся шарить по полу в поисках очков.

Венди с облегчением вздохнула.

– Что случилось, Дим? Твои эксперименты когда-нибудь плохо кончатся, – сказала она, подавая брату очки, одна линза которых треснула.

– Вот косяк, – проворчал тот, потирая лоб. – Хрен его знает, сам не понял. Вспыхнуло все.

– Вспыхнуло у него, – возмущалась Венди, открывая настежь окна. – Что родителям скажешь, как приедут?

Они жили вдвоем, мама с папой съехали за город. Димон, по их мнению, был уже достаточно взрослым, потому что учился на третьем курсе факультета цифровых технологий, а Ванесса – с детства сознательной и погруженной в учебу настолько, что и без их помощи окончит школу и поступит в любой вуз, какой пожелает.

– Да починю я, не паникуй, – попытался успокоить ее брат, вставая и оценивая масштаб катастрофы.

Глава 3. «Грабитель»

В квартире даже к ночи не до конца проветрилось, Венди плохо спала и услышала возню в комнате брата.

– Мало того что мы задыхаемся в дыму, так ты еще ночью решил поработать? – Ворча, она вошла к Димону и увидела, что брат спит, но ей показалось, что они не одни. Венди медленно повернулась, и чья-то холодная ладонь зажала ей рот. Кто-то обхватил ее сзади.

– Не ори, – раздался тихий голос над ухом. Судя по голосу, парень примерно ее возраста.

Грабитель?

– Что? Который час? – Димон заерзал на кровати, нащупал кнопку бра, включил свет, нацепил очки и сел. – Ты кто?

Он тут же вскочил, а перед лицом Венди в мягком свете бра сверкнул нож, и металл коснулся шеи.

– Тихо, тихо, назад, спокойно, – сказал незнакомец. – Твоя работа?

Димон растерянно посмотрел на то, что осталось от компьютера на столе.

– Моя, а что? – Он почесал затылок.

– А то, что ты своими кривыми руками выбил мне глаз, вот что.

Парень убрал нож, и Венди подняла голову. Тот снял темные очки. Один глаз без зрачка и радужки светился в полумраке белизной.

– Ну, что уставились? Я оцифровался уже лет пять как, хотя не знаю, может, и больше, и тут твоя гениальная голова надумала поиграться с виртуальной реальностью.

– Это невозможно, – ответил Димон. – Просто офигеть.

Глаза брата загорелись, будто перед ним действительно был живой представитель другого мира.

– Это какая-то чушь. Что тебе надо? – не выдержала Венди. Она попыталась выпутаться из объятий, и нож сразу вернулся к горлу. Лезвие коснулось кожи. Стало страшно дышать.

В комнате раздался звенящий смех, в воздухе замерцало, и появилась девушка – вся в белом.

– Что так долго, Питер? Заканчивай и идем.

– Подожди, Динь, – бросил ей парень.

– Ух ты! – восхищенно воскликнул Димон, словно и не было никакого ножа около шеи его сестры.

Короткие волосы Динь торчали в разные стороны, зато открывали безупречное лицо с большими синими, как светящийся в темноте дисплей, глазами и полными губами, верхняя из которых была чуть вздернута, что придавало лицу удивленно-веселое выражение.

Грудь не меньше пятого размера нависла над нижней частью тела, как утес. Широкие бедра переходили в длинные ноги и заканчивались туфлями на шпильках.

– Голограмма, – проворчал Питер. – Порождение больной фантазии какого-то прыщавого программиста.

– Фу, Питер, как грубо, – возмутилась Динь. – Прикончи уже девчонку и пойдем, мне некомфортно в этом мире. Чувствую себя прозрачной.

– Нет, – отрезал Питер. Венди ощутила, как под лезвием лопается кожа. – Девчонка пойдет со мной. И останется у нас, пока этот гений не починит сервер. Так будет справедливо.

– Эй-эй! – оторвав, наконец, взгляд от Динь, возмутился Димон. – Я все исправлю. Ты не можешь забрать Венди. Это незаконно.

– В моем мире мои законы. Так что займись своим делом, если хочешь получить Венди назад целой и невредимой.

От голоса веяло холодом.

Димон дергал ногой, убирал назад волосы и хрустел костяшками пальцев. Его мозг искал нужные слова или алгоритмы, которыми можно воспользоваться, но ничего не находил.

– И как ты собираешься это сделать? – в итоге спросил он, рискнув поставить под сомнение возможности явившегося среди ночи «грабителя».

Его глаза забегали по комнате.

Рука Питера съехала чуть ниже по телу Венди, освобождая шею, но было понятно, что выпускать ее он не собирался ни на секунду. Коснувшись лица, на грудь Венди упал круглый предмет. Из него сквозь щелочки исходило голубое сияние.

– Оцифровщик. Стирает сознание и тело в этой реальности и воспроизводит в виртуальной в точной копии, можно сказать, из крови и плоти. Не бойся, мы уже так делали. С твоей подружкой ничего не случится. Погостит у нас немного.

– Она моя сестра, вообще-то, – буркнул Димон.

– Тем более будет повод поторопиться, – ответил Питер. Его прохладная сильная рука, сжимающая нож, снова была у горла Венди.

Димон не отводил взгляд от оцифровщика.

– Хочешь сказать, что с помощью этой штуковины тело трансформируется в двоичный код и обратно?

– Да, – ответил Питер. – Но запустить его может только Динь. В этом она самая настоящая фея. Поэтому я и дал ей такое имя.

Венди чувствовала, как участилось ее дыхание. Фраза про стирание сознания и тела звучала вовсе не безопасно и нисколько не успокаивала.

Венди сглотнула, пытаясь подобрать какие-то хитрые слова, которые могли бы послужить кодовым словом против невесть откуда взявшегося парня и заставить его убраться из ее дома.

– Да не трясись ты, – сказал Питер, заметив ее страх.

Тонкая белая рука Динь потянулась к оцифровщику, пальцы с идеальным французским маникюром коснулись голубых прожилок на нем. Оцифровщик раскрылся, как цветок, трещинки расширились, и из них полился яркий свет.

– Круто! – воскликнул Димон и тут же осекся, поймав укоризненный взгляд сестры. – А можно мне такую штуку, а?

Питер только засмеялся в ответ.

Венди тем временем ощутила легкое покалывание по всему телу, а по рукам поползли сияющие ниточки, точно ее капилляры наполнились светом. Нежное сияние опутало, словно паутиной, каждую клеточку ее тела. Наверное, Димон, стоявший с округлившимися как две черешни глазами, видел, что Венди была похожа на компьютерную модель человека, состоящую из мельчайшей сеточки. Эта сеточка переливалась в полумраке комнаты, слабо освещенной одним лишь бра. Тело продолжало покалывать, и вдруг постепенно начало темнеть. Венди забеспокоилась.

– Я быстро все исправлю, Венди, не бойся! – очнулся наконец от оцепенения Димон.

Темнота сгущалась. Динь растворилась в воздухе, и через мгновение Венди погрузилась во мрак. Сияние исчезло, покалывание – тоже, но оцифровщик все еще касался груди, и казалось, что он врос в кожу, стал частью Венди. Она представила себя роботом, в груди которого вместо сердца светится какое-то специальное устройство. Может, аккумулятор. И как она, Венди, будет выглядеть в этом виртуальном мире? Как мультяшный персонаж? Как плоское изображение? А если она окажется в чужом мире совершенно голая, как в кино, когда кто-нибудь перемещается из будущего? Что она будет делать? А если этот парень увидит ее голой? А если она будет вся из маленьких квадратиков? Мысли проносились в голове одна за другой. Образы сменялись, заставляя сердце колотиться все чаще, волнение нарастало. Что с ней сейчас будет?

Лучше бы Питер держал ее за шею, лучше бы он что-нибудь говорил – что угодно, лучше бы нож холодил кожу, чем вот так стоять в одиночестве в полной тьме, не слыша ни единого звука. Последние сияющие клеточки погасли, и Венди осталась одна среди мрачных мыслей и страшных предчувствий. Тяжелая рука больше не давила на грудь, Венди осторожно подняла ладони к лицу и протерла его.

Глава 4. Знакомство

«Это идиотский сон. Я надышалась дымом», – подумала Венди. Однако перед глазами снова замелькало, и ей открылся вид на незнакомую улицу. Венди быстро бросила взгляд на свое тело. Внешне все было как прежде. Она не голая. Это слегка успокоило.

Обшарпанные здания и трубы какого-то завода по обе стороны от нее, вдалеке чистое голубое небо, а на середине широкой грунтовой дороги кучка людей. Кажется, мальчишек. Впрочем, это все, что Венди удалось разглядеть за пару секунд. Едва она ощутила под ногами твердую землю, как раздался грохот, похожий на выстрел, и Венди почувствовала, как падает от сильного удара в грудь. Вокруг снова потемнело.

– Ты убил мою заложницу и должен за это ответить, – услышала она знакомый голос и приоткрыла веки.

Питер приставил пистолет ко лбу мальчишки. Тот стоял на коленях. На вид ему было не больше двенадцати. Давно не стриженные волосы свисали до самых плеч. Большие серые глаза блестели от влаги.

– Я знаю, Питер, убей меня, – сказал мальчишка ломающимся голосом.

– Разбрызгай по дороге его мозги, – заржал кто-то из остальных.

– Нет, – простонала Венди, – не надо, пожалуйста.

Все посмотрели на нее.

– Она жива! – крикнул белобрысый паренек, подскакивая и помогая подняться.

Питер протянул руку и провел пальцами по оцифровщику на ее шее.

– Прочная штуковина, – задумчиво произнес он.

– А я что говорил? Фиг сломаешь, надежная вещь, – подтвердил большой угрюмый парень с отрешенным выражением лица, сильно напоминающий Димона.

На устройстве и правда не было даже вмятины.

Венди подняла взгляд на Питера. Светлые волосы отдельными волнистыми прядями падали на угловатое, острое лицо, точно собранное из геометрических фигур. На тонкой линии губ ни намека на улыбку.

Только теперь до нее дошло, что она в одной пижаме и пушистых тапочках. И при этом на нее смотрят шесть пар мужских глаз. Вернее, пять пар и еще один. Но строгий взгляд этого одного она чувствовала даже сквозь очки. Все парни были примерно ее ровесниками, не считая того, кого собирались пристрелить. Пистолет Питер уже засунул в карман и теперь весело поигрывал ножом, который вертелся в его пальцах, как спиннер.

Кроме младшего мальчишки, блондина и угрюмого, Венди рассматривали двое смуглых близнецов, ничем не отличающихся друг от друга. Разве что выражением лиц. У одного оно было глуповато-радостное, у другого – обреченное.

– Ну вот, – сказал второй из них, вздыхая, – шоу не будет.

– Погоди, может, и будет, – обнадежил первый, пихнув брата локтем. – Кстати, Питер, это ведь Динь сказала, что ты велел убить девчонку, – добавил парень, и все перевели взгляды на Питера.

Со стороны донеслись всхлипы. Белым пятном на фоне полуразрушенного здания высветилась голограмма.

Лицо Питера помрачнело. Нож описал в руке последний круг и опасно замер в кулаке.

– Динь, как ты могла? – спросил Питер.

Венди перестала дышать, наблюдая за ним. Все мальчишки втянули головы в плечи. Со стороны Динь не раздалось больше ни звука.

Питер снял темные очки, бросил их на землю и раздавил подошвой тяжелого высокого ботинка.

Его белый глаз покосился на Венди, и по ее спине пробежала дрожь, будто тревожная барабанная дробь.

– Ты меня чуть не подставила, это подло! – рявкнул он, повернувшись к Динь, и Венди поежилась, поняв, что беспокоит Питера вовсе не ее жизнь. А только то, что его могли подставить.

– Исчезни, – закончил он, и голограмма с печальным лицом, чуть померцав, растворилась.

– Задира, отведи Венди в мою комнату, пусть поспит, – скомандовал Питер таким голосом, что никто и никогда не посмел бы возразить. – И подбери нормальную одежду.

Венди почувствовала, как краснеет до самых ушей, но ее положение и так описывалось фразой «хуже некуда», не хватало еще беспокоиться о пижаме. Нужно было выяснить, как отсюда сбежать, и сделать это при первой возможности, а потом поколотить Димона и заставить обрубить любую связь с этим миром и одноглазым монстром.

Белобрысый парень, которого Питер назвал Задирой, не медля ни секунды, подхватил ее под локоть, шаркнул ногой и со словами «Позвольте вас препроводить в апартаменты, мадемуазель» подтолкнул в сторону пыльного трехэтажного дома с большими зарешеченными окнами.

– Значит, ты Венди? А я Задира, – сказал парень, пока они приближались к железным дверям. – Тот, которому сегодня повезло остаться в живых, – Малой, двое близнецов – Боб и Доб, ну и Умник, который в очках. Все просто, – улыбнулся он, распахивая перед Венди дверь и предлагая войти в мрачный коридор с освещенной солнцем улицы.

– А Питер, он… мне показалось… – начала Венди, но Задира ее перебил.

– Груб и жесток, как маньяк? Не показалось, – вздохнул парень. – Но к нему тоже можно привыкнуть. Я был его последней игрушкой, теперь отрываюсь на остальных. Момент.

Открыв следующую дверь, он придержал Венди за руку, потом поднял с пола камень и бросил его на серый коврик с надписью «Добро пожаловать». В тот же миг из торцов стен выскочили железные пики, сомкнувшись на высоте примерно от полуметра до метра над полом.

Венди с визгом отскочила.

– Они же могли…

– Убить, – подтвердил Задира и усмехнулся. – Правило Вирты номер один: никогда не вставай на коврик.

Венди вытаращила на парня глаза, а он просто предложил войти, точно ничего и не случилось.

В комнате Питера на полу стояли три огромных монитора в человеческий рост. На них в небольших квадратах замерли различные картинки. Напротив была просторная кровать.

– Так он следит за порядком. В его понимании этого слова. Во сне он не нуждается, так что кровать поставил скорее по старой привычке. Ну и на ней можно попрыгать.

Задира опять усмехнулся, потом оценивающе посмотрел на Венди.

– У Малого должно быть что-нибудь твоего размера.

Он подошел к монитору.

– Комната Малого.

На одном из квадратов отобразилось нечто похожее на сарай, завешанный сетями, ржавым оружием и заставленный ящиками. Прямо через монитор парень, протянув руку, открыл один из них.

– Как ты это делаешь? – удивилась Венди.

– Классно, да? – улыбнулся Задира. – Это все-таки игра, хоть в каком-то смысле и реальность. Мониторы не только передают изображения с видеокамер, установленных по всему городу, но и служат интерфейсом для взаимодействия с домом. Пока только с домом. Для более дальних перемещений требуется помощь Динь. Ты ее видела.

Венди кивнула.

– А кто она?

– Изначально что-то вроде проводника по игре, информатора, но сейчас – нечто большее.

– Большее?

– Она запускает оцифровщик. Без нее у нас не было бы связи с реальностью.

Задира немного покопался в ящике, потряс какими-то шмотками и, смахнув комнату Малого рукой, подал Венди футболку, свободный джемпер, джинсы и кроссовки.

«Что ж, всяко лучше, чем пижама», – подумала Венди и, оглядев помещение, в котором не было укромного места, чтобы спрятаться, спросила:

– Может, выйдешь?

– А вдруг ты сбежишь? – Задира прищурился.

– Разве такое возможно? – В голосе мелькнула искренняя надежда, и Венди испугалась, что Задира это заметил.

– Нет, – ответил он, – по крайней мере, для тебя. Ладно, отдыхайте, мадемуазель.

Картинно поклонившись, блондин вышел из комнаты, размахивая непропорционально длинными руками.

Глава 5. Экскурсия

Венди переоделась, забралась на большую и чересчур мягкую кровать, обхватила руками колени и стала разглядывать картинки на мониторах.

В основном экраны показывали пыльные улицы, кое-где мелькали одинокие фигурки людей с пустыми лицами, бредущие по тротуарам. Несколько экранов занимал порт с причалом, у которого покачивались на волнах около десяти старых кораблей. Носатые краны возвышались над пирамидами контейнеров. Вдоль берега устроились перевернутые вверх дном лодки. Там не было ни души.

Никого не оказалось и на прямой дороге, ведущей к мрачному готическому замку, явно срисованному создателем игры с собственных ночных кошмаров. Замок совсем не вписывался в общий пейзаж. С ним вполне гармонировало только кладбище с покосившимися крестами, виднеющееся в нижнем угловом экране слева. Но самое неприятное впечатление произвела мертвая картинка с изображением бара со странным названием «Боевой пук», где, похоже, не хватало одной буквы. Дверь заведения украшала желтая лента с надписями, а перед входом на асфальте был нарисован белым мелом контур очень крупного человека. Этот рисунок приковывал взгляд своей пугающей реалистичностью.

«Поспать? – хмыкнула Венди. – Он издевается?»

– Ну что, готова к экскурсии по Вирте? – спросил Питер, без стука ворвавшись в комнату.

– Вообще-то, нет, – ответила Венди. – Вдруг я наступлю на какой-нибудь коврик.

Питер засмеялся. Но его смех был ничуть не радостный.

– Понравился фокус Задиры?

– Очень, – сказала Венди. – По-моему, это ужасно.

– Ужасно здесь другое, – отозвался тот. – Идем.

– Я никуда с тобой не пойду. – Венди подтянула колени к груди и отодвинулась в самую глубь кровати-аэродрома.

– Это почему?

– Во-первых, ты мне угрожал, а во-вторых, стоило мне появиться на улице, как меня тут же попытался пристрелить какой-то малолетка. Мне не нравится этот мир. Я хочу домой!

Парень уселся на краю матраса и повернул к Венди свое угловатое лицо. От мертвого глаза хотелось отвести взгляд, но и живой смотрел не более дружелюбно.

– Знаешь, когда я пробирался в твой дом, я планировал забрать с собой того придурка, который оставил меня без глаза. Он явно химичил с виртуальной реальностью, поэтому во время грозы произошел контакт наших миров. А зачем ему это было нужно? Конечно, чтобы попасть за пределы реальности. Вот я бы ему и показал вселенную, в которую он стремился. Уверен, твой брат тебе завидует.

– Тогда при чем здесь я? – рассердилась Венди.

– Просто подумал, что ты более приятная компания. Я же сказал, что не причиню тебе вреда. Считай, что ты в гостях.

– А ты всех гостей приводишь, приставив нож к горлу?

– Да брось, нужно же было припугнуть твоего гения. Пусть пошевелится с починкой. Он должен быть наказан, поэтому я забрал его сестру.

– А сестра? Тоже должна быть наказана? Мне неинтересна ни виртуальная реальность, ни твой жестокий мир, просто оставь меня в покое.

Парень пожал плечами.

– Я не хотел, чтобы ты скучала.

– Да? – протянула Венди. – Тогда отправь меня домой, мне там совсем не скучно.

– Нет, – рявкнул Питер, по-видимому, начиная терять терпение, – ты пойдешь со мной, и точка. – Он встал. – Ну? Или предлагаешь тащить тебя за ногу?

Венди чувствовала, что от негодования у нее раздуваются ноздри, однако злить этого неуравновешенного кретина казалось себе дороже. Она встала с кровати и скрестила на груди руки. Питер мотнул головой, пропуская ее вперед. «В гостях. Как мило», – думала Венди, выходя из комнаты под его пристальным взглядом, словно под конвоем.

На улице стоял забрызганный грязью красный мотоцикл. Питер откатил его от стены, перекинул ногу, завел, и вдаль по пыльной улице понесся ревущий звук, от которого у Венди сжались все внутренности. Из трубы вырвались клубы дыма в виде крошечных квадратиков. Венди моргнула. «Конечно. Я же в игре. Чему удивляться?»

– Что ты делаешь? – попыталась она перекричать рев мотора.

– Садись, – скомандовал Питер.

Венди отшатнулась и покосилась на дверь. «А нельзя было провести пешую экскурсию?»

– Я не сяду на это чудовище!

Питер устало закатил глаза.

– Садись, – проговорил он тихо, насколько это было возможно из-за рыка зверской машины, но с такими нотами в голосе, от которых у Венди волоски на руках встали дыбом.

– Куда-то собрался, Питер? – послышалось за спиной, и, обернувшись, Венди увидела, как из дома выходят близнецы. – А девчонку нам оставишь? – Подмигнул тот, который улыбался. Второй кисло ухмыльнулся.

– Размечтался, Боб! – засмеялся Питер. – Запрыгивай, Венди, а то уеду.

Он прищурился, взглянув на Венди, и та в нерешительности подошла к ревущему мотоциклу. Остаться в доме с этими маньяками? Ни за что! Лучше уж на мотоцикле в кювет улететь.

– Смелее, – подбодрил Питер.

Усевшись, она огляделась, но не нашла ничего, за что можно держаться.

– Держись за меня. Да не ссы, я не кусаюсь! – будто прочитав ее мысли, выкрикнул Питер, и Венди, бросив взгляд на стоявших у дверей близнецов, одинаково скрестивших на груди руки, коснулась ладонями тела Питера, чуть прижав их к его бокам. Он покачал головой и надавил на газ.

Мотоцикл рванул вперед, из-под колес поднялись облака желтой пыли. Венди взвизгнула, вцепившись в футболку Питера, чудом удержалась на сиденье и обхватила парня руками.

– Так-то! – Он с улыбкой глянул через плечо. – Держись крепче.

Венди нахмурилась, но все же прижалась к твердой и теплой спине.

Город мелькал перед глазами говорящими вывесками: «Кафетерий», «Больница», «Аптека», «Адвокат», «Ремонт часов», но большинство из этих заведений выглядели запущенными. Заляпанные грязью или вовсе разбитые окна, покосившиеся таблички «закрыто», перевернутые урны и рассыпанные возле них бычки.

Прохожие встречались редко и провожали мотоцикл долгими бесцветными взглядами. Венди хотела спросить у Питера, почему здесь так безлюдно, но перекричать рев мотоцикла казалось нереальным.

Ближе к окраинам городские здания поредели и измельчали, последними на улице, по которой их несло это ревущее чудовище, оказались полуразрушенные деревянные бараки. Потом начались опустевшие пастбища, несколько фермерских построек, огражденных солидным бревенчатым частоколом, а дальше ограда, за оградой потянулось кладбище. На некоторых крестах и могильных плитах сидели, поглядывая на ездоков, вороны.

Мотоцикл запрыгал по кочкам, и Венди крепче прижалась к Питеру. Кладбище закончилось у самого леса. Крайние могилы обросли кустарником, кое-где молодыми соснами, а дальше уже во всю мощь растянулась смешанная и на вид непроходимая чаща.

Мотоцикл засвистел, дважды чихнул и остановился. В непривычной тишине казалось, что заложило уши, точно их набили ватой.

– Черт! – Питер ударил по рулю. – Бензин кончился.

Венди неуклюже сползла с сиденья. Ноги с непривычки подрагивали.

– Так неожиданно? – спросила она. Питер перекинул ногу, хлопнул по сиденью рукой. – Постой-ка, это не твой мотоцикл?

– Конечно, нет. Угнал на днях, а датчик топлива, похоже, с багами. Смотри, полный бак показывает, – ответил Питер, показывая на прибор, и от Венди не ускользнуло его раздраженно-озадаченное выражение лица. Она проследила за его взглядом. Солнце едва касалось верхушек деревьев.

– Да уж. Лучше бы я не спрашивала, – покачала головой Венди и уставилась туда, откуда они приехали.

«Интересно, сколько нам тащиться?»

– Назад нельзя, – сказал Питер, будто снова прочитал ее мысли. – С тобой нам не пройти через кладбище.

Венди охватила дрожь.

– Почему это?

– Сумерки, – ответил парень. – Зомботрупы только того и ждут. А тут ты – свежая кровь.

Венди похолодела. Не прошло и пяти минут, как они проехали кладбище, и теперь он спокойно заявляет, что ее свежая кровь придется по вкусу каким-то зомботрупам. Что за дурацкое слово?

– Кто?

Питер фыркнул.

– Обычные трупы. Их выкапывают из могил зомболюди – есть здесь такие жертвы неудачных экспериментов. Главная цель – создавать себе подобных, главное желание – еда. Динь! – сказал вдруг парень громко, и эхо загудело где-то в верхушках сосен, а Венди, поглядывая в сторону кладбища, съежилась и на всякий случай подошла поближе к Питеру.

Голограмма не заставила себя долго ждать. Она появилась посреди дороги, сидящая в красном бархатном кресле, положив ногу на ногу, и рассматривающая свое лицо в зеркальце на ажурной ручке. Увидев Венди, она оценивающе обвела ее взглядом и снова уставилась на свое идеальное, без единого прыщика, без угревой сыпи и веснушек лицо.

– Сколько километров до ближайшей заправки? – спросил Питер, продолжая глазеть по сторонам и не обращая внимания на длинные тонкие ноги голограммы, выглядывающие из-под платья явно не случайно.

Динь отвела зеркальце от лица и похлопала густыми ресницами.

– Четырнадцать километров. Поворот налево через три километра.

Венди потерла лоб. Хотелось думать, что это шутка или сон, или что угодно, но только не правда.

– А если через лес? – уточнил Питер, почесывая затылок.

Динь уронила руку с зеркальцем на колени и уставилась на Питера исподлобья.

– Ну? – поторопил он.

– Три километра. И шестьдесят пять метров, если быть точной. Но не советую. – На секунду она подняла взгляд на небо. – В лесу всякое может случиться, а ты… – Динь посмотрела на Венди. – С этой.

– И что там может случиться? Тоже зомботрупы? – спросила Венди, пропустив мимо ушей пренебрежительное «с этой».

Голограмма рассмеялась, спугнув каких-то птиц в ближайшем кустарнике. Их крылья зашелестели по листьям.

– Хуже! – Динь сощурила глаза. – Призраки. Мстительные духи тех, кто погиб в старой лаборатории во время землетрясения.

Венди обняла себя за плечи. «Ничего не скажешь – мирок, только этого мне и не хватало! Димон обзавидуется. Если я вернусь».

Пока они выясняли расстояния, солнце уже успело опуститься за макушки деревьев и теперь выглядывало из-за сосны одним холодным глазом, совсем как Питер. Венди покосилась на дорогу. Она выглядела мирной, хоть и неумолимо погружалась в сумрак. Венди прикинула, сколько потребуется времени, чтобы преодолеть пешком четырнадцать километров. Средняя скорость человека въелась в мозг благодаря задачам по математике еще в начальной школе. Получившийся результат не понравился прежде всего ногам, которые тут же заныли.

– Так. Ладно, – подал голос Питер, – идем через лес.

Видимо, он тоже прикинул, и его ноги остались недовольны.

– Что? Ты с ума сошел? – возмутилась Венди. – Пробираться через эти дебри, да еще и с призраками! – Она уперла кулаки в бока, стараясь проявить максимум настойчивости. – Нет! Мы пойдем другой дорогой.

Лес не внушал ей доверия. Обочина заросла кустарником, дальше начиналась поросль тонких деревьев, а над ними возвышались вековые сосны и ели, изредка мелькали белыми полосами старые могучие березы.

Динь покрутила у виска, когда Питер развернул мотоцикл в сторону леса.

– Не будь дурачком, Питер! – почти взвизгнула она. – Возвращайтесь той же дорогой, а если с девчонкой и случится что-нибудь на кладбище, то не вижу особой проблемы.

– Исчезни! – рявкнул Питер.

Глаза Динь округлились, она недовольно фыркнула и пропала.

Венди вцепилась в сиденье мотоцикла.

– Нет, мы пойдем прямо! – прикрикнула она.

Питер рванул мотоцикл, и Венди чуть не упала.

– Не так уж и далеко, если подумать. – Она с надеждой посмотрела на дорогу, розовеющую в последних слабых лучах. Поняв, что настойчивость с ним не работает, она попробовала уговоры: – Расскажешь мне пока о вашем мире. Уверена, у тебя хватит историй.

– Мы идем через лес, Венди, – отрезал Питер. – Я хозяин этого мира и никого не боюсь.

С этими словами он покатил мотоцикл сквозь кусты. Ветки зашлепали по кожаному сиденью. Венди переплела на груди руки.

– Идешь? – спросил, оглянувшись, Питер. Его белый глаз в рассеянном свете казался белее.

– Нет и еще раз нет!

В конце концов, кто сказал, что она должна его слушаться?

Венди три секунды помолчала, не отводя взгляда от хмурого лица Питера, потом повернулась и медленно пошла по дороге. Сама же прислушивалась к каждому хрусту и шороху, сдерживая себя, чтобы не оглянуться, однако звуки удалялись, становясь все тише. Неужели он отпустит ее одну?

– Уы-ы! Хр-р-ра! – долетел скрежещущий голос сзади, похоже, с самого кладбища.

Венди замерла. По телу пробежали колкие мурашки. Дорога впереди уже не казалась розовой и безопасной. Солнце скрылось за толстыми стволами, и по песку пролегли сизые тени.

Когда вдали раздалось очередное «Эхр-р!», у Венди бешено заколотилось сердце, ноги начали подгибаться, и она нырнула в кусты, туда, куда свернул Питер. Ветки захлестали по лицу.

– Питер! – закричала она, миновав заросли и не увидев среди деревьев ни красного мотоцикла, ни беловолосой макушки парня. – Питер! Где ты?

Тишина. Ни хруста. Ни шелеста. Только ведущая в лес полоса изломанного папоротника.

Выдохнув, Венди зашагала по ней. В тени еловых лап вспотевшую от страха спину облепила прохлада. Запахло сыростью и хвоей.

– У! – раздалось справа.

Венди подпрыгнула и, не удержавшись на ногах, повалилась в папоротник. Сердце застучало в ушах.

Из-за поваленного дерева, обросшего мхом, выглянул Питер. Он хохотал так, что птицы в ужасе захлопали крыльями по ветвям. Парень одним прыжком перемахнул здоровенный ствол.

– Что? Испугалась? Ну, давай-давай, иди одна, что же ты?

– Идиот, – огрызнулась Венди, игнорируя протянутую ладонь. Она встала и отряхнула рукава от иголок. – Я слышала голоса с кладбища, и мне показалось, что они близко.

Венди сказала это, не глядя на Питера, и направилась вперед по проложенной колесами тропе. Вскоре в соснах мелькнул красный корпус мотоцикла.

– Поэтому нам стоит поторопиться, – как ни в чем не бывало ответил Питер.

Он налег всем телом на руль и покатил мотоцикл дальше. Венди, сжавшись в тугую пружину, шла рядом, не желая больше отставать ни на метр. Она заметила, что волосы Питера прилипли ко лбу, а на носу заблестели капли пота.

– А ты уверен, что та заправка действует?

– Уверен. Она принадлежит банде байкеров. Почти все ресурсы города у них в руках.

«И при этом ты считаешь себя хозяином мира», – вертелось на языке у Венди, но она прикусила его, чтобы не нарваться на грубость.

– Кар-р! – прокатилось над деревьями.

– Кар-р! Кар-р! – донеслось в ответ.

Они молча шагали, сопровождаемые треском сучьев и шелестом листвы. Венди украдкой посматривала на поблескивающее в бледном вечернем свете лицо, на сильные рельефные плечи.

Холод обрушился внезапно, от дыхания пошел голубоватый пар. Справа на пятачке, свободном от деревьев, открылся пруд. Его окружали обломки стен, сложенных из булыжника. Над черной водой стелился плотный туман. Питер включил фару и сильнее навалился на руль, прибавляя шаг. Венди пришлось идти почти вприпрыжку. Луч света не обнаруживал впереди ничего, кроме зелени. Не успели они миновать водоем, как в развалинах послышался болезненный стон. Среди камней мелькнула белая фигура.

Венди вскрикнула. Питер схватил ее за джемпер, рывком притягивая к себе, и зажал рот.

– Ш-ш-ш, – прошипел он и застыл.

Туманный силуэт плыл по воздуху в зарослях камыша.

Вскоре Венди его рассмотрела. Это был мужчина в драной одежде. Легкая дымка окружала его, подсвечивала белоснежные руки и такое же лицо с черными глазами, обведенными болезненной синевой. Жидкие волосы свисали вдоль худого лица.

– Сандра, – протянул мужчина пустым голосом без эмоций.

Он подплыл, шурша камышами, так близко, что Венди различила голубые вены на его руках и от страха перестала дышать.

Со стороны дороги послышались голоса вперемешку с треском сучьев и шорохом листвы.

Мужчина повернул голову на звук.

– Сандра, – простонал он снова и скрылся среди деревьев.

Венди выдохнула.

– Пронесло, – шепнул Питер и потолкал мотоцикл дальше, но не прошли они и двадцати метров, как из-за елки вылетела девочка и остановилась напротив них. Белая, как чистый лист, кожа, спутанные волосы, серое платье, из-под которого выглядывали полупрозрачные тонкие ручонки и худые ноги, и глаза, блестевшие точно звезды.

Тут уж Венди вскрикнула. Да и Питер, как ей показалось, вздрогнул от неожиданности. Он так быстро вытащил нож, что Венди даже не уловила это движение, но, когда он замахнулся, направив клинок на девочку, повисла на его руке.

– Стой, это ребенок! – завизжала она.

Питер попытался выдернуть руку, но это оказалось не так-то просто. Венди вцепилась намертво.

Бледные губы девочки, чуть заметные на фоне лица, съехали набок в усмешке. Она расхохоталась совсем недетским, клокочущим смехом и поднялась выше над землей, расправляя руки, будто крылья. В лицо Венди полетела пыль, по ногам зашелестели сухие листья. Ель с треском надломилась и рухнула в трех шагах от нее, так что ветки хлестнули по рукам, когда Венди прикрыла лицо.

– Сандра, – раздалось позади.

Внезапный ветер стих.

– Папочка? – чуть слышно сказала девочка и, промелькнув над головами ребят, исчезла.

– Ребенок? – бросил Питер, впиваясь белым глазом. – Ты чокнутая, она могла нас прикончить.

Венди, отведя взгляд, промолчала.

За спиной раздались рваные голоса, треск и топот.

Питер, сплюнув, швырнул мотоцикл.

– А вот теперь бежим!

Он взял Венди за руку, перетащил через поваленную ель, и они рванули, не оглядываясь, спотыкаясь о сучья и кочки, иногда проваливаясь в мягкий мох. Неслись сквозь деревья и кусты, позволяя ветвям хлестать их по лицам, но звуки погони не становились тише. Зомби и призраки не устают. Зато Венди скоро выбилась из сил, еле успевая за Питером. Дыхания не хватало, и она боялась, что Питер вот-вот выпустит ее руку. Тогда ей конец.

Лишь свет фонаря впереди вернул надежду. Они перепрыгнули через канаву, миновали кусты и выскочили на открытое пространство перед автозаправочной станцией. Обогнув маленькое одноэтажное здание, влетели в двери. Питер заперся изнутри и придвинул к дверям холодильник с мороженым. Опустил жалюзи на окнах.

Венди согнулась, опираясь на колени руками. Воздух с хрипами вырывался из груди.

Питер сел возле стены, вытирая с лица пот.

– Переждем, пока уйдут, – запыхавшись, проговорил он.

– А они уйдут?

– Уйдут. Такова игровая реальность.

– Что-нибудь желаете? – раздался робкий голос из-за прилавка. Венди не сразу заметила его за стеллажами. Возле кассового аппарата спиной к ребятам стояла женщина, которая вдруг резко повернула голову на сто восемьдесят градусов и улыбнулась.

Венди ойкнула и вцепилась в локоть Питера.

Тот хихикнул.

– Да, такое здесь тоже случается, не пугайся, обычные глюки, – сказал он, вставая и подходя к прилавку. – Желательно ружье, крошка.

Женщина побледнела.

– За твоими дверями толпа зомботрупов, – объяснил Питер. – И спешить им, в общем-то, некуда. Так что, если ты не против, я бы поискал что-нибудь годное для обороны. – Он кивнул на дверь подсобки.

– Венди, дэфай дверь.

– Что?

– Ну, защищай, короче.

– Чем?

Питер пожал плечами и скрылся в подсобке.

Венди осмотрелась, покосившись на жуткую кассиршу, и принялась складировать на холодильнике пятилитровые бутылки с водой.

Снаружи скреблись в дверь и рычали.

Питер чем-то громыхал за стенкой.

Кассирша, голова которой теперь вернулась в нормальное положение, дрожащими руками перекидывала с места на место пакетики чипсов, потом запустила кофемашину и поставила на прилавок пластиковый стакан. Аромат тут же заполнил помещение.

Венди осмотрелась. Запахи в игре? Такое возможно?

– Выпей кофе, – предложила женщина. – Я сделаю бутерброд.

– Как вы здесь живете? – спросила Венди, подходя к прилавку, но не переставая оглядываться на дверь. – Это же кошмар.

Женщина не ответила, лишь склонила голову к плечу и криво улыбнулась.

– Понятно, деваться некуда, – кивнула Венди.

Кассирша достала нож и положила перед собой багет. Венди поставила на прилавок стакан, и тут ее запястье обхватили холодные пальцы. На лице женщины появился жадный оскал. Венди закричала, стараясь высвободить руку, но кассирша дернула ее, заставив Венди навалиться на прилавок. Нож взметнулся над ней.

– Ах ты тварь! – выкрикнул Питер, выскакивая из подсобки. Он ударил кассиршу ногой, отчего та упала.

Питер поднял ружье. Венди попятилась, врезалась в стеллаж, и ее обсыпали шоколадные батончики. В это же время прозвучал выстрел. Она закрыла уши, хотя было уже поздно. Голова трещала от грохота.

– Вставай, выходим через черный ход. Водить умеешь? – Питер потащил ее за руку.

– Нет, – все еще жмурясь из-за гула в голове, сказала Венди.

– Беги направо, там стоит машина, и прыгай назад. Я стреляю. На. На всякий случай. – Он протянул свой нож. – Бей в голову.

Баррикада из бутылок затряслась и распалась. Хрустнул замок, и в зал повалили существа с обвисшей рваной кожей или вовсе без нее. У некоторых не было даже лиц, просто шарики глаз и зубы в воздухе, а за ними – волосы. Они рычали и клацали этими самыми зубами. «Такое здесь случается», – вспомнила Венди слова Питера.

Отступая в подсобку, Питер стрелял. Венди выглянула из черного хода. Никого. Она бросилась к машине у бензоколонки, распахнула двери и забралась на заднее сиденье.

– Ну, не подведи, – сказал Питер, бросив ружье и поворачивая ключ. Автомобиль радостно загудел. Двери заблокировались. По багажнику уже царапали чьи-то пальцы, но вот машина набрала скорость, и ревущая толпа осталась позади.

В зеркале заднего вида Венди встретила взгляд Питера.

– Скажи, я крут, – улыбнулся он какой-то детской улыбкой, будто и не было ножа у горла Венди, похищения, призраков и зомби.

Она тяжело и часто дышала, руки тряслись, ей не хватало воздуха.

– Надеюсь, владелец машины успел заправиться до того, как его слопали? – еще немного дрожащим голосом спросила она.

– О, ты уже шутишь? – засмеялся Питер. – Дотянем, не боись.

Венди уставилась в темноту за окном, но жуткие образы один за другим вставали перед глазами и заставляли тело биться мелкой дрожью. На ее счастье, они дотянули.

– Коврик, – напомнил Питер, и Венди бросило в жар, ведь она совсем забыла об этой маленькой детали. – Эй, народ, где все? – крикнул он, но никто не отозвался.

На диване в холле лежал планшет, на экране было крупно выведено: «Умник пропал. Ушли искать».

Глава 6. За Умником

Питер подошел к мониторам, бросил взгляд на часы, промотал запись с камеры во втором ряду справа, глядящей на лабораторию за забором.

На экране появилась фигура в серой толстовке. Она пятилась из кустов широкой спиной вперед и исчезала за пределами экрана.

– Это он?

– Да. Наверняка решил добраться до спутниковой тарелки. Ту, которую пытался выкрасть я, уничтожили гроза и твой брат, – рассуждал Питер.

– Зачем вам тарелка?

– Хотим собрать станцию сотовой связи. Тарелки все равно бесполезны. В Вирте нет спутников. Наверное, их придумали для антуража игры.

– Но там же охрана, – заметила Венди, наблюдая, как не спеша вышагивает одетый в черную форму человек с автоматом.

– Как обычно.

– Думаешь, Умника поймали?

– Очевидно, да, – ответил Питер. – Динь!

Голограмма в этот раз появилась на подлокотнике дивана и потянулась, раскинув руки.

– Что так поздно, Питер?

– Поздно? – удивился парень. – Где пацаны?

Динь какое-то время молча смотрела в одну точку, а потом доложила ленивым голосом:

– Замечены в переулке Южном. Двигаются в направлении порта.

– Порта? Какого… им надо в порту?

Голограмма только дернула плечами.

Питер подошел к квадратам с видами из порта и промотал запись на одном из них назад.

Щуплая фигура в серой толстовке топталась в нижнем углу экрана, поглядывая на часы.

– Мне кажется, это не Умник, – сказала Венди и повернулась к Динь.

Та стряхивала с платья несуществующие пылинки.

– Времени выяснять нет. Я в лабораторию.

С этими словами Питер пошел в сторону лестницы.

– Я с тобой! – Венди не отставала.

– Нет, – буркнул Питер, не сбавляя скорость. – Я не должен подвергать тебя опасности. Это несправедливо.

– А как же там, на дороге?

– Я не подумал, что тебя могут убить. Несправедливо так рисковать тобой.

– А справедливо было тащить меня в эту реальность?

Питер резко остановился и посмотрел единственным глазом. Лицо острое, губы сжаты, а белое глазное яблоко сияет в темноте коридора как предупреждение «не подходи, убьет».

– Тогда ты возьмешь пистолет. Стреляла когда-нибудь?

Венди помотала головой.

– Не велика наука, идем.

Они спустились в подвал. Жутковатое местечко. Дверь в комнату, где хранился арсенал, выглядела как дверь, за которой и должен храниться арсенал.

При виде автомата, который Питер повесил через плечо, у Венди скрутило живот.

– Держи, не размахивай без надобности и не забудь снять с предохранителя, – сказал он, ловко демонстрируя, как обращаться с пистолетом.

Холод оружия в руке не придал Венди уверенности, скорее наоборот: она покрылась гусиной кожей.

Угнанный с заправки автомобиль снова пригодился и домчал их до лаборатории всего минут за двадцать.

Город погрузился во тьму и практически не отсвечивал вывесками. Редко где мелькали разноцветные огоньки, да и окна домов в большинстве своем чернели незрячими глазами. Паучий остров – очень говорящее название для этого смертельно опасного лабиринта узких недружелюбных улиц.

Питер заранее выключил фары, и к лаборатории они подъехали чуть ли не вслепую. Трехэтажное здание окружал сетчатый забор, площадка за которым освещалась одним большим прожектором.

– Что, если нас заметят?

– Одно из двух: пристрелят или попытаются схватить.

– А если схватят, то что?

– Вот найдем Умника и узнаем.

– А если не найдем? Если с ним… ну… первый вариант?

Питер посмотрел на часы.

– Нет, не думаю, – сказал он и остановил машину. – Иди за мной и не высовывайся, – приказал Питер и двинулся вдоль кустов, растущих до самого ограждения и вокруг него.

Пригнувшись, они крались, как беглые заключенные. Питер шикнул. За забором показался охранник с автоматом в руках, и Венди почему-то вспомнила, как стояла перед строгим взглядом Зои Павловны, пока та отчитывала ее за что попало. Теперь страх перед ней казался нелепым.

Охранник повернул за угол, Питер двинулся дальше, Венди – за ним. Подойдя к решетке, он что-то тщательно высматривал, потом двумя руками осторожно вытащил совершенно круглый кусок ограждения.

– Стопудово он использовал линейку, – усмехнулся Питер. – У него пунктик на точности.

И правда, проем получился идеально ровный и достаточно большой, чтобы Питер и Венди легко в него проскочили и рванули к пожарной лестнице.

Питер лазал так, будто всю жизнь провел на деревьях, чего Венди не могла сказать о себе. Ей казалось, что лестница под ней трясется и скрипит на всю округу. Тем не менее мысль о том, что будет, когда из-за угла выйдет охранник, гнала ее наверх с небывалой скоростью. Выползти на карачках на крышу, избавив свою задницу от роли мишени, оказалось верхом удовольствия.

Но Питер насладиться этим моментом не позволил. Он помог подняться на ноги, мотнул головой в сторону люка, первым спустился на верхний этаж и подал Венди знак.

Перед ними открылся пустой, выкрашенный в серый цвет коридор с редкими квадратными лампами в потолке и несколькими двустворчатыми дверями. Питер двигался бесшумно, заглядывал в стекла в верхних частях дверей. Венди такого не позволял рост, и она ступала след в след за Питером, прислушиваясь, не раздадутся ли где шаги и голоса.

И вскоре они раздались. Причем очень близко. Настолько близко, что у Венди перехватило дыхание. Ей бы реакцию Питера! Пока она вспоминала, как дышать, он подтянул ее к стене и сам замер рядом, держа наготове нож.

– Толстяк здоровый. Чуть не вывихнул мне челюсть, – проворчал кто-то, шедший по лестнице.

– Косов сказал, что, возможно, сегодня доставят еще парочку его друзей. На них испытают последнюю версию сыворотки, – ответил другой.

– Хорошо бы в них осталось что-нибудь человеческое. Хоть в баре посидели бы с ними. А то одно и то же каждый день и одни и те же, – зевая, произнес первый.

Питер с Венди быстро переглянулись. О ком они говорят? Если с толстяком более или менее понятно, то что за парочка друзей… Откуда Косов знает, что они здесь? Или речь вовсе не о них?

Когда охранники вышли из-за угла, Питер ударил одного по лицу, а второго сразу пырнул ножом в живот. Венди вскрикнула. Охранник повалился на пол, сворачиваясь в клубок. Первый немного отлетел от удара, а когда поднялся, Питер вмазал ему ногой в грудь с такой силой, что тот покатился с лестницы кубарем и на площадке отключился.

– Вниз! – скомандовал Питер.

Они спустились и оказались в таком же сером пустом коридоре с дверями. Заглянув в несколько окошек, Питер вдруг остановился возле одной двойной двери и показал на нее пальцем.

– Нам сюда, – шепнул он и дернул за ручку.

Когда они ворвались в комнату, первое, что бросилось Венди в глаза, – молоденькая медсестра со шприцем в руке.

– Брось! – заорал Питер, и медсестра замерла на месте, глядя круглыми глазами на дуло автомата. – Шприц на пол, я сказал! – От неожиданности оцепеневшая девушка выронила шприц. – Все к стене!

Пока Питер наводил порядки, Венди первым делом вытащила изо рта Умника салфетку и принялась развязывать ему руки и ноги.

– Вы вовремя, – просипел парень, неуклюже слезая со стола. – Они ненормальные. Хотели ставить на мне свои опыты.

Он прихрамывал и дрожал, на лице виднелись синяки, один глаз почти полностью заплыл. Похоже, Умник не сдавался без боя.

– Уходим, – приказал Питер.

– Нет, – отрезал Умник, – сначала возьмем антидот, здесь, где-то на этом этаже.

На удивление Питер даже не стал спорить и схватил за шиворот стоящего ближе к двери врача. Ее голову и лицо полностью скрывали капюшон и маска, и то, что это была женщина, можно было догадаться лишь по тому, как сидел костюм.

– Где? Показывай, – скомандовал Питер, для верности ткнув автоматом ей в плечо.

– Венди, подержи их на мушке.

– Я? Как? – Она неуверенно вытащила из кармана пистолет.

– Сними с предохранителя, если кто-нибудь дернется, пали не глядя, – хихикнул Питер. – Встань вот здесь. – Он топнул по полу в коридоре. – Чтобы я тебя видел.

Венди встала, где приказано, и подняла пистолет, направив его в дверной проем.

Врачиха молча засеменила по коридору, шурша зелеными штанами. Ее дрожащая рука легла на ручку одной из дверей, но, наверное, от страха женщине не хватало сил открыть ее. Питер поднажал, и дверь распахнулась.

– Да! Это оно! – завизжал Умник. Расталкивая всех, он вбежал в комнату и вылетел оттуда, прижимая к груди контейнер, похожий на ящик с инструментами. Крупными буквами на нем было написано «Антидот».

– Все, валим! – Питер пихнул врачиху в комнату, и они втроем бросились к лестнице. – Через верх.

– Протокол шесть! Протокол шесть! – донеслось из коридора, и завыла сирена, а пространство заполнил красный свет от разом замигавших ламп.

Глава 7. Протокол шесть

«Что еще за протокол?» – вертелось на языке у Венди, но спрашивать было некогда, потому что она через ступеньку неслась по лестнице, сжимая в руке пистолет. Ей казалось, что пальцы вросли в его холодную рукоятку и, если сейчас перед ней появится кто-то желающий ее убить, она, не раздумывая, направит на него эту штуковину и выстрелит.

Шанс предоставился незамедлительно. Они уже приближались к лестнице, ведущей на крышу, когда двери в конце коридора распахнулись и выпустили охрану.

Но Венди даже сообразить ничего не успела – Питер дернул ее за руку, подтаскивая к лестнице.

– Лезь, – крикнул он и ударил одного охранника в грудь.

Тот упал, и больше Венди ничего не видела – только слышала тупой звук от удара прикладом и рев Умника, с которым тот навалился на второго охранника. Сколько их было, она не знала, но звук выстрелов долетал и до крыши.

Вся территория лаборатории потонула в красном свете и вое сирены. Венди спрыгнула с пожарной лестницы, когда наверху показался сначала Умник, потом Питер, а затем со всех сторон раздались выкрики.

Венди заметалась в поисках отверстия в заборе. Из-за угла появились первые зомби, они двигались неровно, скачками, точно увиливали от летящих в них стрел.

– Беги! – крикнул Питер. – Вокруг!

Венди побежала за угол, Питер и Умник – следом, она слышала их топот. Раздалась автоматная очередь. Снова топот.

Завернув за угол, Венди увидела решетку, окружающую большой грузовой лифт. Его платформа замерла на высоте около двух метров. В решетке имелись ворота, но открыть их не удалось. Сквозь решетку в красном свете замелькали белые конечности – это из-за следующего по периметру угла вынырнули оголодавшие твари. Венди похолодела. Их окружали. Парни тем временем подбежали, Питер потряс ворота. Лязг металла смешался с уже таким близким лязгом зубов, рычанием и воем сирены.

– Питер, открой их! – завопил Умник.

Венди молчала. Она вцепилась в прутья и боялась, что если отпустит, то свалится без чувств от страха, который, как ей казалось, обессилил и обескровил тело. Ее вот-вот должно было стошнить. И даже корявые силуэты зомби расплывались перед глазами.

– Венди, дай пистолет! – Питер протянул руку, но не дождался реакции и сам выхватил его из оцепеневших пальцев. – Умник, держи ее, – приказал он и сделал три выстрела в замок. Ворота отворились. Умник толкнул Венди вперед и жестом велел ей карабкаться наверх.

Она подняла голову: «Боже, как же высоко».

– Прыгай! – заорал в самое ухо Умник.

Венди подняла руки и прыгнула, Умник подхватил и подтолкнул ее, и вот она уже заползала на платформу. Рука зацепила разорванную проволоку. Венди зашипела от боли и, с трудом подтянув ноги, села.

– Черт тебя подери, Умник, ну и зад ты отрастил, – услышала она голос запыхавшегося Питера, подвинулась, освобождая место Умнику, и только тогда поняла: Питер еще внизу.

Он сдерживал напор, но шаг за шагом монстры продвигались вперед.

– Умник, убери Венди! – скомандовал Питер, выпуская короткие очереди, от которых сердце Венди подскакивало к самому горлу.

– Питер! – кричала она, сама себя не слыша, но чувствуя, как Умник безуспешно пытается оторвать ее от края платформы. – Питер! – прохрипела она, когда забор надломился и заскрипел, отбрасывая Питера и впуская чудовищное создание.

– Твою ж маковку! – до Венди долетел голос Умника, она обернулась лишь на секунду, но заметила, что с другой стороны зомболюди атаковали решетку через верх, переползая друг через друга, хватая за разложившиеся лица, вставая на полуоблысевшие головы. Некоторые тела сливались, конечности проникали друг в друга, проходили сквозь. Венди зажмурилась, пытаясь контролировать тошноту, но вспомнила, что «такое здесь случается», а значит, это мог быть очередной глюк. Еще бы, в таком месиве!

Питер ударил кого-то прикладом, снова выстрелил, откинув от себя тварей, похожих на парочку пьяных приятелей, рванул к лифту.

Венди протянула руку, чтобы помочь ему, но он лишь ударил кулаком по кнопке. Лифт скрипнул, завыл и, подрагивая, как зомби при ходьбе, начал подъем.

– Питер! – вскрикнула Венди. – Нет!

Умник уже оставил надежду отцепить ее от края, который врезался в ладони. Он привалился к передней стенке, тяжело дыша и вытираясь футболкой.

Сквозь проступившие слезы Венди видела, как Питер отбивался ножом, как разлетались в стороны конечности зомболюдей, а потом его схватили за плечи, он упал на землю, тело скрылось за монстрами, и он замер с выражением боли на лице.

– Нет… нет… – повторяла она, сидя на краю решетки и обхватив колени, прижатые к груди.

Что теперь будет? Как ей жить с этим? Почему она не прыгнула, чтобы помочь ему?

Он бы этого не хотел. Он нажал кнопку, чтобы спасти ее. Он отдал свою жизнь за нее.

С этими мыслями Венди выползла из лифта. Они шли с Умником в обнимку, как лучшие друзья.

– Вот я же его предупреждал, что когда-нибудь это случится. Даже по теории вероятностей рассчитывал, – ворчал Умник себе под нос. – Но он совсем осмелел. И какого… вас сюда принесло только? Ну да, я попался, все этот антидот… —Умник одной рукой прижимал к себе серый ящик, как священный Грааль. – В окно его увидал, когда по лестнице наверх лез. Подумал, надо спереть хотя бы один. Разберу его, выведу формулу, и прощайте, зомболюди. Круто же, да? – спросил Умник, но Венди не отреагировала. Какой вообще в этом теперь был смысл? Чьим миром будет этот остров без Питера?

Только сейчас Венди поняла, что в коридорах стоит полная тишь и слышен неравномерный стук их шагов. Сирена наконец-то заткнулась, и красный свет погас, оставив мягкое бледное свечение желтоватых ламп. Они спустились и вышли через главный вход, миновав опустевший пропускной пункт. Похоже было, что «протокол шесть» предписывал эвакуироваться полным составом или же скрываться в убежище. Как бы то ни было, Венди и Умник свободно покинули здание и пробрались через дыру в заборе. Из-за угла до них долетали обрывочные крики зомби.

– Что они там делают? – спросила Венди и сморщилась от тошноты, подумав о том, как толпа раздирает на мелкие кусочки тело Питера.

– Зомби очень упорные, – ответил Умник. – Возможно, пытаются добраться до нас, ползя вслед за лифтом. В любом случае нам нельзя задерживаться.

Они сели в машину, Венди приложила голову к холодному боковому стеклу. Умник с третьей попытки завел автомобиль, покрышки зашуршали, и машина медленно тронулась. Умник вел неуверенно и осторожно, и Венди слабо улыбнулась, вспомнив, как гнал в темноте Питер, как мелькали и размазывались вывески, которые она не успевала прочесть. Сейчас у нее была возможность вызубрить их наизусть, но теперь буквы расплывались от стоящих в глазах слез.

Глава 8. Доктор Умник

Венди вслед за Умником перешагнула коврик.

В холле никого не было, и они поднялись в комнату Питера. Мальчишки столпились перед монитором в оцепенении. На одном из экранов застыло лицо Питера с остановившимся взглядом. На звук шагов все обернулись.

– Это было охренительно! – хором взвизгнули близнецы.

– У тебя кровь? – Подбежал Задира.

– Что у нее с лицом? Она плачет? – всматриваясь большими серыми глазами, спросил Малой, присевший на корточки.

Все столпились вокруг Венди, будто и не было на экране застывшего взгляда Питера. Будто они не понимали, что его больше нет.

– Это нужно снять, – констатировал Задира, брезгливо подергав окровавленный рукав, и до Венди вдруг дошло, отчего у нее болит рука, но она не смогла вспомнить, когда и чем так поранилась. Ткань пропиталась кровью.

Венди послушно стянула джемпер. На ладонь выше локтя правое плечо было распорото вдоль. Умник пригляделся к ране. Остальные затаили дыхание, как бы ожидая приговора и, судя по заинтересованным лицам, надеялись, что он будет как можно суровее.

– Повреждены только мягкие ткани, надо зашивать, – подытожил «доктор», поправив на носу очки.

Мальчишки оживились. Осознав услышанное, Венди почувствовала, как кровь окончательно отступила от лица и взгляд поплыл к потолку.

– Нашатырь, – услышала она издалека голос Умника, и резкий запах вырвал ее из лап затягивающего небытия. Сфокусировав взгляд, она разглядела пузырек в руках парня и вспомнила слова Задиры об интерфейсе.

– Вы что, не понимаете, – начала она, всхлипывая, но дыхание то и дело сбивалось, голос дрожал и обрывался, – его больше нет, они… они…

Близнецы переглянулись. Малой уселся на пол по-турецки.

Из шприца, который со знанием дела сжал в пальцах Умник, в воздух вырвались брызги, и Венди пожалела, что в их виртуальной реальности нашелся реальный нашатырь. Лучше бы она потеряла сознание, не видела экрана с застывшим лицом, не помнила монстров, что рвали Питера на кусочки, не чувствовала себя игрушкой в руках этих застрявших в детстве мальчишек, забылась и проснулась дома в своей постели.

– Местная анестезия, всего один укол, – попытался успокоить Умник, заметив ее недоверчивый взгляд, а Задира уже крепко держал плечо и запястье.

Возразить Венди не успела. Умник долго не примерялся, но больно было лишь мгновение, а потом кожу и мышцы словно стянуло в тугой узел, они затвердели и исчезли, будто руки и вовсе не существовало. Венди прикрыла воспаленные веки, боясь увидеть, что последует за уколом.

– Что там у вас? – Из-за спин ребят со стороны двери послышался голос, заставивший Венди подпрыгнуть, так что игла в руках Умника чуть не воткнулась «доктору» в глаз. Питер оглянулся на экраны. – Ужас, ну и рожа у меня.

– Как? – еле шевеля губами произнесла Венди. – Как? Ты же… умер.

Если бы Задира не подпирал ее со спины, она бы, наверное, рухнула на кровать. Ее бросало и в жар и в холод одновременно, но Питер был таким же, как и около часа назад, когда монстры еще не добрались до него.

– …и восстановился в исходной точке. Геймеры называют это «реснуться», – пояснил Задира.

– Что? – вскрикнула Венди, отталкивая Умника свободной рукой и вырываясь из хватки Задиры. Правая рука не слушалась и продолжала безжизненно болтаться, зато левой, собрав все оставшиеся силы, она пихнула Питера в грудь. – Ты бесчеловечный ужасный монстр! Как ты мог? Почему не предупредил? Я думала, ты мертв! Я видела, как тебя разорвали на части!

Она кричала и размахивала левой рукой до тех пор, пока Питер не перехватил ее во время очередного удара. Он ошарашенно смотрел на Венди, будто и в самом деле не понимал, чего это она так взъелась. Мальчишки замерли возле кровати.

«Такое здесь случается».

Венди обессилела, отступила к стене и сползла на пол. Слезы хлынули потоком.

– Вообще-то, ты должен был объяснить, – тихо произнес Задира.

– Прости, я не знал, что ты… ну, не знаешь, – промямлил растерявшийся Умник, держа двумя пальцами иглу с толстой черной ниткой.

– В Вирте не умирают насовсем. Ты не знала? Никогда не играла? Офигеть… – озадаченно произнес Малой.

– Погоди, Малой, не слишком-то обнадеживай. Мы не знаем, насовсем ли умрет она в случае чего или не насовсем, – сказал Питер. – Так что лучше не рисковать.

– И все-таки Питер сегодня облажался, – хором пропели близнецы. – Питер облажался, Питер облажался!

– Все равно он круто им навалял, – заспорил с близнецами Малой. – Он ему прикладом в челюсть, а у него башка как полетит! – Мальчишка засмеялся, но, когда Венди подняла на него затуманенный взгляд, осекся.

– Питер облажался, Питер облажался! – продолжали кричать и выплясывать Боб и Доб, по очереди поднимая то правые, то левые ноги.

– Случайность, – буркнул Питер. – Или надо было позволить разорвать всех?

– О, мы бы посмотрели, – протянул Доб.

– Шоу века! – воскликнул Боб.

– Может, хватит? – попытался остановить весельчаков Задира.

– Отправь меня домой, – попросила Венди сквозь слезы.

Внутри будто бы продолжали разрываться маленькие бомбочки, после того как рванула самая большая из них.

– Нет, – сухо сказал Питер. – Твой брат должен исправить это. – Он ткнул пальцем в белый глаз, и палец погрузился в него, словно в молоко.

Венди зажала рот, понимая, что ее вот-вот вырвет.

– Дай я закончу, – сказал Умник, садясь на пол. – Пожалуйста.

Венди не стала сопротивляться, только молча уткнулась головой в колени.

Bepul matn qismi tugad.