Kitobni o'qish: «Воробей в Академии боевых магов»
Глава 1. Ты сможешь, Воробушек
— Я не возьму этого дохляка в группу! Да он загнётся на первой полосе испытаний! — кричал магистр Роу.
— У парня девятый уровень огненного дара, — спокойно ответил ему ректор, изучая анкету, заполняемую при поступлении, — Будем учить, пока он по неосторожности не спалил город и жителей.
Он пристально посмотрел на щуплого парня и медленно простучал пальцами графы:
Имя — Том Даррен;
Место проживания — деревня Белмош, Север Королевства Ирман;
Возраст — 18 лет;
Рост — 155 см;
Вес — 50 кг.
В глазах, казалось, застыл вопрос: как в таком тщедушном теле — сила, способная разрушить пол Королевства.
Я напряглась, ладошки вспотели, а артефакт на шее теперь висел гирей, и, казалось, мой обман вот-вот раскроется. Дядя Джон рассказывал, что Колдер Бредфорд, командир их отряда на границе с разломом, был самым сильным боевым магом и замечал любую нестыковку в материи. После службы он стал преподавать стратегию боя в Академии, а последние 10 лет занимал должность ректора.
— Не продержится и семестра! На боёвке не встанет после первой же атаки! Сдохнет на первом же испытании! — всё распылялся магистр Роу, краснея от сдерживаемых ругательств. Чувствовалось, как сильно он не хотел зачисления этого парня на свой факультет.
— Что же, а вот на полосе испытаний можно и посмотреть на него, — пробормотал себе под нос ректор, а после чётко, глядя мне в глаза, спросил, — Эсс Том Даррен, вы понимаете, что боевой маг защищает границы королевства и патрулирует улицы города? Среди стражей нет места людям, которые не могут постоять даже за себя.
— Да, господин ректор, — и сказала, добавив в голос больше решительности, — готов показать себя на полосе испытаний!
— Вот видишь, Роу, и слух хороший, и не из робких, — с улыбкой добавил ректор. — Эсс Даррен, сегодня после прослушиваний посмотрим, на что вы способны. Ждите возле аудитории, заберём вас на полосу препятствий.
— Спасибо, господин ректор, — склонив голову в знак благодарности, ответила и вышла на негнущихся ногах.
Пройдя сквозь толпу возле аудитории, ожидающую свою очередь, подошла к окну и прислонилась к стеклу. Голова раскалывалась от мыслей. Всемогущие стихии, я не могу провалить полосу испытаний, мне нужно поступить в Академию. Это мой шанс скрыться от преследования как минимум, а как максимум — возможность найти информацию, как вернуться домой.
Дом. Я постепенно стала забывать, какой он. Родители на работе, я в школе, после уроков бегом на музыку. Если б знала, в какой переделке окажусь, выбрала бы карате, а не игру на гитаре. От раздумий отвлекла шумная толпа у аудитории, поздравлявшая парня с поступлением в Академию. Сразу видно, что эта компания здесь оказалась не просто так, пришли поддержать друга. И ведь они были уверены в поступлении своего товарища, а как же ещё. Сильный дар, судя по браслету на руке. Похоже воздушник, накопители голубого цвета. Они стоят очень дорого, забирают излишки и помогают стабилизировать дар. Сам же парень неплохо сложен, такой большой шкаф-купе, по сравнению с ним я просто прикроватная тумбочка.
— Эй, ты что пялишься, задохлик? — да он ещё и вне себя от себя, вот же не повезло привлечь внимание. С его окриком все обернулись в мою сторону, все взгляды были обращены на меня.
— Подумал, что мы знакомы, где-то видел тебя, но ошибся, — стараясь говорить спокойно, отвернулась опять к окну. Мне не нужны сейчас проблемы. За спиной послышались смешки, и толпа удалилась. В голове снова закрутились мысли о необходимости вести себя как парень, а то, что я как девчонка шестнадцати лет?.. Так, стоп. Ведь я и есть шестнадцатилетняя девчонка. Мой девиз за последние два года: «Будем решать проблемы по мере их поступления». Так, я говорила, когда сбежала из ритуального круга, потом, когда обнаружила себя в другом мире, и даже тогда, когда работала в таверне за еду и крышу над головой. Пришлось очень быстро повзрослеть и понять, что если я хочу вернуться домой, то для начала нужно выжить. На меня ведёт охоту маг, у которого я украла огненный дар. Не специально, сама не поняла, как это сделала. Так и бежали все вместе — дар по венам, я от мага, а маг за мной.
— Привет, ты уже был на прослушивании? — рядом оказалась милая девушка, видно было, что ей неловко обращаться к незнакомому человеку, но очень хочется.
— Привет, да, был, — мне нельзя заводить друзей и откровенничать, поэтому отвечала сдержанно, в надежде, что девчонка сама уйдёт от такого неразговорчивого парня.
— А я ещё нет, тридцать пятая в очереди. Эмили Вотсон, но друзья могут называть меня Эми. В моей семье все целители, я бы хотела поступить на целительский факультет. Расскажешь, что происходит за закрытыми дверями? — она говорила быстро, казалось, что слова опережают её мысли.
— Эмили Вотсон, — сказала так, чтобы та сразу поняла — друзьями нам не стать, — тебе зададут несколько вопросов и измерят уровень дара артефактом. Если дар выше второго, то тебя примут. Кажется, так это работает.
Жаль только, что на мне система сломалась.
— А как тебя зовут, и на какой факультет ты поступил? — Эмили, похоже, не из тех, кто сдаётся. И куда делась её неловкость при знакомстве?
— Я ещё не поступил. Моё имя тебе не пригодится, потому что если я не поступлю, то мы больше не увидимся. Если же поступлю, то нам всё равно не стать друзьями, — ответила резче, чем стоило бы. Хотелось прогнать её из своего личного пространства, из моего мирка.
Я снова уставилась в окно, в отражении увидела, как Эмили надула щёки, резко развернулась и отошла ближе к аудитории. Чуть позже я услышала её ликование и жидкие поздравления с поступлением на целителя. Даже обрадовалась за неё, она действительно похожа на добрую медсестру, которая ставит прививки и говорит: «Как комарик укусит». Полноватая, но её это только красит, так же как и ямочки на щёчках, когда улыбается.
Потянулись часы ожидания, людей в очереди становилось всё меньше. Последний абитуриент вышел слишком быстро. Видимо, дар ниже второго уровня, такие способны лишь перышко в воздух поднять или залечить царапину. Обучать их магическим боевым специальностям не выгодно Короне. А вот одарённые, с уровнем выше второго, опасны. Например, необученный и бесконтрольный маг огня может поджечь дом или квартал, а водник — затопить улицы города или нагнать цунами на магазинчик, в котором нахамили. Поэтому таких принимали без условий, как выяснилось «почти». Физически я действительно не дотягивала до парней и ростом, и силой. Эх, так и быть, буду брать ловкостью и гибкостью ума.
Я подняла голову и выпрямила спину, в ожидании ректора и магистра Роу. Те вышли из аудитории, негромко переговариваясь и не обращая внимания на меня, двинулись дальше по коридору.
Поняла, что они забыли! Забыли про меня. Побежала за ними, побоявшись, что те сейчас скроются за одним из поворотов...
— Господин ректор, магистр Роу! — позвала я их громко. В пустом коридоре звук получился объёмный, с эхом. А мой голос, искажённый артефактом личины, напугал даже меня.
Они обернулись одновременно. Ректор с удивлением и лёгкой улыбкой смотрел на меня, а магистр Роу поднял глаза к потолку и пробормотал:
— За что мне это... Ведь хотел же обучать последний год, нет же, послушал старого... нянчил бы сейчас своих внучек, а не непонятно чьих птенцов.
— Господин ректор, магистр Роу, я готов пройти полосу испытаний. Если, конечно, вы не зачислили меня на курс без этого всего, — к концу моя речь стала заметно тише и уверенности в ней поубавилось.
— Эсс Даррен, если не ошибаюсь? Что же, ваше упорство достойно уважения. Пойдёмте, — ректор повернулся и пошёл быстрым шагом к лестнице.
Я поспешила за ним, указатели на стенах гласили, что идём мы в направлении заднего двора, тренировочного поля и полигона. Магистр Роу весь путь тихо выговаривал ректору своё недовольство, тот же лишь негромко посмеивался. Я старалась идти быстро, не переходя на бег, но удавалось мне это только из чистого упрямства. На заднем дворе наше шествие привлекло внимание студентов. Окружающие видели, как в направлении полосы испытаний идут ректор, магистр боевой магии и худющий парень, ростом чуть выше полутора метров, который почти бежит, чтобы успевать за провожатыми. Особо любопытные потянулись за нами. Я бы на их месте тоже пошла за нами, интересно же.
Старалась рассмотреть, куда мы идём, и что меня ждёт, но всё было скрыто за широкими спинами мужчин. Оставив попытки, решила, что согласна на сюрприз.
— Пришли, эсс Даррен, — чуть ли не выплюнул моё имя магистр Роу, — Твоя задача — пройти полосу с препятствиями, у тебя 15 минут. Хотя норматив боевика первого курса — 8.
— А лучшее время? — это я спросила? Оно мне надо? Не свернуть бы шею на первом же препятствии.
— 3 минуты 7 секунд, рекорд держится вот уже третий год за нашим адептом, — со смешком сказал боевик. — Мы же ждать не собираемся, пока ты вылезешь из болота. 15 минут, не больше. Если не проходишь, идёшь на факультатив по управлению стихией или поступаешь в колледж бытовой магии.
Нет, мне это не подходит. Там не дают магическую защиту для своих студентов и стипендии там нет, и условия жилья гораздо хуже.
— Готов? — рыкнул магистр Роу.
Я оглянулась по сторонам: мы пришли на поле, заставленное странными сооружениями, которые, без сомнения, и были теми самыми препятствиями. Вокруг деревянный забор, не внушающий никакого доверия. Казалось, что он вот-вот рухнет, под весом повисших на нём зрителей. Здесь и компания с тем высокомерным воздушником, и Эмили, похоже, уже нашедшая себе подружек. Ладно, сконцентрируюсь на полосе препятствий. Итак, что мы имеем из неприятного: болото, брёвна, перекладины над грязевой лужей. Не так уж и страшно, на первый взгляд.
Посмотрела на ректора, тот подмигнул мне, а вот магистр сжал губы в нетерпении и еле уловимом предвкушении. Я сняла куртку и бросила вместе с сумкой на землю, осталась в одной рубашке, брюках и мягких ботинках. Подошла к линии начала полосы препятствий.
— Готов! — рявкнула я. Не сдамся!
— Время! — мне хватило мгновения понять, что все препятствия пришли в движения.
Да что б вас... Со своей этой магией! Остановилась перед первым испытанием. Брёвна лежали одно за другим и, как только я наступлю на первое, покатятся все остальные. Задача — оказаться на другой стороне, это всё, что должно быть в мыслях.
Глубоко вдохнула и взяла доску, которая служила мостиком к первому бревну. Наверняка по нему должны были подниматься, чтобы перепрыгивать с бревна на бревно. Я так точно не смогу, поэтому положила доску на брёвна, аккуратно встала на неё и прошла до самого конца. Спрыгнула и попала на приятную аллею, по бокам которой росли цветы. Как только я ступила на дорожку, цветы открыли свои пасти и оскалились. Пришлось быстро бежать, чтобы не остаться с дыркой на одном месте. Монстрики же явно общались между собой, потому что меня ждали. Их пасти клацали вокруг меня, я уворачивалась чудом. Радовалась отрезанным волосам, как никогда, на тренировках они всегда мешались. А тут такая лёгкость, нужно было раньше обрезать косы. За этими мыслями я оказалась в конце дорожки и только тогда поняла, что меня всё-таки немного пожевали. На рукавах рубашки красовались рваные дыры, края которых впитали кровь от небольших ран. Я в ту же секунду почувствовала слабую, но неприятную боль. Секунда промедления мне дорого обошлась. Я проваливалась в зыбучие пески, впереди только небольшая балка, за которую можно зацепиться. Если бы я была выше, то могла бы дотянуться рукой. Недолго думая, вытащила из брюк пояс. Сейчас радовалась, что он великоват, и им можно было обернуть талию два раза. Я кинула конец с бляшкой вперёд, по инерции она поднырнула под балку. Успела схватить бляшку, продела в неё другой конец ремня и стала подтягиваться, чтобы выбраться из песка. Мышцы горели, а руки соскальзывали. Но мне удалось вылезти.
Пока возвращала пояс на место, выровняла дыхание. Лучше потратить на такое простое дело время. Оказаться без штанов хуже, чем упасть в лужу. Кстати, вот и она, над ней парящие в воздухе перекладины. Если руки соскользнут или не выдержат, из жижи без помощи не выберусь. Я до сих пор чувствовала дрожь в руках из-за перенапряжения в попытке достать себя из песка. Нужен другой выход. Оглядевшись, недалеко от препятствия увидела раскидистое дерево, можно попробовать перепрыгнуть с ветки на перекладины. Если не допрыгну, даже лучше, не выпачкаю единственные ботинки. Костей у меня вон сколько, а ботинки одни.
Залезла быстро на дерево, перебралась с ветки на ветку. Не дыша, сохраняя равновесие, дошла до места, где ещё выдерживала ветка мой вес. А теперь самое сложное. Перепрыгнуть на перекладину и не промахнуться. На раз, два, три... На следующие «три». Не смотреть вниз, с высоты двух метров ещё никто не умирал. В момент, пока я себя уговаривала, услышала жидкие хлопки и голос Эмили: «Давай! Ты сможешь, воробышек!»
Что? Воробышек?! Девичьи голоса тут же подхватили и вовсю скандировали: «Во-ро-бы-шек, во-ро-бы-шек».
Злость на дурацкое прозвище взбодрила меня, хотя крылья не выросли, я всё же оттолкнулась посильнее и только чудом зацепилась за перекладину, повиснув на ней всем туловищем. Подтянулась на руках и забралась на балку. Оставалось только перепрыгивать с одной на другую перекладины. На последней притормозила, повисла на руках и раскачалась, чтобы допрыгнуть до земли.
Всё получилось. Впереди ожидало болото. И как его проходить, если никаких брёвен и перекладин нет? Зато есть листья кувшинок, но и здесь чувствовалась подстава. Заметила на самом коротком маршруте лягушек и несколько уже закрытых цветков. Решила, что не хочу беспокоить эти «препятствия». И выбрала не самый лёгкий маршрут, взяла разгон.
Теперь бежать и прыгать: вправо, вперёд, влево, вправо, вперёд, вперёд, влево, вперёд, вправо, вправо и вперёд. Последний лист начал тонуть, но я уже оттолкнулась и чуть ли не кубарем залетела на берег. Подскочила и побежала на финиш, не веря своему счастью, что ничего не прилетело в голову или в спину. Забежав за полосу, рухнула без сил. Сверху услышала насмешливый голос магистра Роу.
— 14 минут 38 секунд. Ты потерял время в зыбучих песках и над лужей. В остальном — можно работать. С утра и до утра, Том Даррен, — проговорил боевик.
— Поздравляю, адепт Том Даррен, вы зачислены на факультет боевых магов. Завтра подойдите в отдел кадров для подписания бумаг. Сегодня переночуете в общежитии. Магистр Роу, определите парня в комнату.
Эти слова я уже слушала, стоя и почти отдышавшись.
— Спасибо, господин ректор и магистр Роу.
— У тебя уже даже появилась группа поддержки, воробышек, — сказал магистр Роу, не скрывая смеха, и махнул рукой, предлагая следовать за ним.
Только тогда я услышала крики: «Молодец!», «Так держать!», «Во-ро-бы-шек!». Что происходит? Мне не нужно внимание, друзья и толпы девчонок. Почему всё, чего я избегала так успешно несколько лет, накрыло лавиной за один дурацкий день.
Шла, не поворачивая головы на крики, забрала сумку и куртку и просто следовала за магистром. Сил не оставалось на оценку ситуации, всё было как в тумане. На первом этаже общежития размещались хозяйственные помещения — прачечная, кладовые с бельём и формой для адептов, мебелью для обустройства комнат. Так как набор уже завершён, и все поступившие на курс боевого мага расселены, мне выделили маленькую комнату на одного человека на втором этаже. Всучив постельное бельё и полотенца, отправили наверх. Всё остальное пообещали выдать завтра. Вот вообще не против, силы остались только на то, чтобы дотащиться до своей комнаты.
Глава 2. Это я, Эмили
Бегло осмотрев свои апартаменты, я осталась довольна. Кровать, письменный стол у окна, стул, шкаф и своя крошечная душевая и туалет. Если учесть, что пока добиралась в столицу, то спала где придётся, а мылась в реке — эта комната была пределом мечтаний.
И только я рухнула на кровать без сил, как в дверь аккуратно постучали. Сделаю вид, что не слышу или меня вообще здесь нет.
— Это я, Эмили. Открой, я знаю, что ты в комнате, — послышалось из-за двери.
Вот и виновница глупого прозвища и группы поддержки.
— Я буду стучать, пока не откроешь! — вот же упёртая.
Пришлось вставать и открывать дверь. Хорошо, что ещё не успела раздеться. Хотя и не собиралась это делать.
— Привет, ещё раз. Я подумала, что с заселением ты не успел на ужин, не видела тебя в столовой, поэтому принесла перекусить. И посмотреть, как ты тут обустроился. — Эмили подвинула меня с прохода и, не спрашивая, прошла в комнату. Огляделась, деловито посмотрела на сброшенные куртку и сумку на пол, на мятый плед на незастеленной кровати, снова посмотрела на меня. — Ты неважно выглядишь. Давай в душ, а потом я залечу твои раны, и ты поешь.
— Эмили, послушай… — я набрала побольше воздуха, чтобы выпроводить эту бесцеремонную девицу, но она уже всунула в мои руки полотенце и толкала к душевой. Ненормальная, спорить с ней бесполезно. Но если быть честной, в душ мне действительно нужно, от меня воняет потом, прямо как от грузчика. Наконец-то хоть что-то от парня. — Ладно, я схожу, не толкай, возьму только чистую одежду.
Я зашла в душевую, сняла грязную рубаху и брюки, размотала бинты, что скрадывают мои не слишком выдающиеся гендерные признаки. Включила воду и даже не заметила, как выкрутила кран горячей почти до конца. Так хотелось смыть с себя всю усталость этого длинного дня и последних месяцев. Не знаю, сколько я так простояла под горячими потоками, голова была пустой, не хотелось думать.
В дверь постучала Эмили, от неожиданности я вздрогнула. Нервы ни к чёрту. Если при всех моих проблемах, я умру от разрыва сердца — будет очень обидно.
— Эй, ты там скоро? Всё в порядке?
— Да, выхожу через минуту, — выключила воду и быстро принялась приводить себя в парня. Я уже не испытывала неудобств от бинтов на груди, а от коротких волос вообще в восторге, очень удобно. Когда вышла, увидела комнату и застыла — стало уютнее и теплее, что ли. На столе были каша с мясом, пирог и компот, кровать застелена, куртка висела на крючке у входа.
— Давай садись, и так всё остыло. Потом разберусь с твоими ранами.
— Там царапины, заживут, — села за стол и начала медленно есть. Не хотелось показывать, что со вчерашнего дня я ничего не ела. Эмили присела на краешек кровати и принялась рассказывать о себе и своей семье. Я даже порадовалась, что Эмили человек-радио, с ней не обязательно поддерживать разговор, она сама прекрасно справляется.
— Я уже рассказывала, что у меня родители — целители и у меня тоже целительский дар? А вот у брата, его зовут Бран, ещё не открылся, ждём его шестнадцатилетия. У меня дар проявился в пятнадцать, представляешь, сама залечила синяк?! Я была так рада! Вот интересно, у Брана тоже будет целительский? Ты так похож на него, ему сейчас всего четырнадцать, такой же щупленький. Прости, когда тебя увидела, мне сразу захотелось тебя покормить, такой ты маленький. И в боевики пошёл, я так переживала за тебя на испытании... Заставил понервничать. Я так и сказала Беттани, это моя соседка по комнате…
Я жевала и пыталась понять, как эта девчонка за несколько минут общения рассказала абсолютно всё о себе, своей семье и уже о соседке. Это кто такая вообще?
— …Так что ты теперь наш воробышек!
Кажется, что-то важное пропустила, ну да ладно. Сил нет никаких.
— Эмили, спасибо за ужин и за заботу. Уже поздно, и тебе, наверное, пора в свою комнату.
— Присядь на кровать, я осмотрю твои руки. Знаешь, царапины тоже нужно обрабатывать. Многие «живые» цветы обладают ядом, а если и нет, то в ранку могла попасть грязь, и заживать будет ещё дольше.
Невозможная девчонка. Она уже закатала мне рукава и деловито начала осматривать. Что-то бормотала под нос про своего брата, что он такой же, и все коленки в ссадинах, а ведь ей совсем несложно.
В носу предательски защипало. Ко мне редко относились по-доброму, с заботой. Нужно ли говорить, что моя жизнь перевернулась с ног на голову? Из знакомой и комфортной жизни в XXI веке я переместилась в другой мир с жестокими нравами. Мне было всего 14 лет, я-то и в своём мире не успела пожить. Сначала меня считали попрошайкой. Потом я нашла работу в таверне за еду и крышу над головой. Год я терпела насмешки хозяина и посетителей, спала на чердаке на соломенном тюке под дырявой крышей. Удобств не было никаких. Но даже это было лучше, чем остаться на улице. Я не жаловалась, но и не питала иллюзий насчёт доброты хозяина. Не верила никому. Пока не встретила Джонатана Даррела.
В тот вечер дядя Джон зашёл к нам в таверну и крепко набрался. Сердце щемила боль, таким потерянным он выглядел. Он не веселился и не пытался завести разговор, а одежда, хоть и была поношенной, смотрелась прилично. Он систематически опрокидывал в себя стаканы с алкоголем до тех пор, пока деньги не закончились. Покачиваясь, дядя Джон вышел из таверны. Я видела, как сразу встали три громилы и пошли за ним. Эти ребята обчищали пьяных и слабых, после избивали до потери памяти уже для развлечения. Мне стало искренне жаль мужчину и захотелось помочь. Я взяла дубинку из-под барной стойки, не сильно на неё рассчитывая, и вышла через чёрный ход на задний двор.
Увидела за углом таверны, как дядю Джона уже обступили громилы. Крикнула «Эй! Что вы там делаете? А ну, пошли отсюда, пока стражей не вызвала!». Они только рассмеялись, а один из них отделился от компании и пошёл ко мне. Я сжала дубинку крепче в надежде дать отпор. И только когда громила подошёл ближе и кинулся на меня, желание защититься перешло в стихию. В секунду дубинка вспыхнула огнём. На грабителя это произвело неизгладимое впечатление, он поднял руки вверх и сказал, что они уже убираются. Когда другие воры увидели в моих руках факел, быстро скрылись в темноте. Я же отбросила дубинку и уставилась на руки — никаких ожогов. Факел без магической подпитки быстро потух и остался обугленным. Болезненный стон вывел меня из шока. Я подбежала к мужчине на земле. Он тоже защищался, как мог, но всё же получил несколько ударов по голове. Помогла подняться, проводила домой и обработала раны.
Так мы познакомились, а уже после доверились друг другу. Я рассказала ему свою историю, а он мне свою.
Трагедия в его семье произошла несколько лет назад, когда неуправляемый огненный дар сына поджёг дом. Никто не успел спастись. Сам Джон в это время был на работе, изготавливал артефакты для защиты границ и ловушки для тварей. С тех пор он уехал из столицы на Север Королевства, в деревню Белмош, вернулся в дом своих родителей. Он пытался смириться с утратой, запивал горе и свою вину алкоголем. Только после нашей встречи он смог найти новый смысл жизни — помочь мне справиться с обретённым даром, скрыться от преследования и вернуться домой.
Поначалу я навещала дядю Джона тайком, пробираясь из таверны под покровом сумерек. Именно он взялся учить меня грамоте — слава стихиям, знание языка шло бонусом к перемещению в этот мир. Всё изменилось в одну ночь, когда обозлённый постоялец довёл меня до точки кипения. Я едва не спалила таверну, и хозяин, недолго думая, вышвырнул меня на улицу. Дядя Джон, давно звавший меня под свой кров, на этот раз не стал спрашивать, он просто взял меня за руку и привёл в свой дом.
Именно он научил меня сдерживать бушующий внутри дар и понемногу управлять им. Он защищал меня: прятал от чужих глаз, ограждал от злых пересудов деревенских, которым я представлялась всякой — от незаконнорождённой до сумасшедшей магички. Но для него я была просто девочкой, которой он искренне хотел помочь. Он заботился обо мне, как о родной дочери. Впервые с тех пор, как я очутилась в этом мире, у меня появилась надежда на возвращение домой, опора и простое человеческое тепло. Впервые за долгое время я перестала бояться, потому что больше не была одна.
Дядя Джон спешил, чувствовал, что здоровье его подводит. Старые боевые травмы не прошли бесследно, а годы выпивки подорвали оставшееся здоровье. У нас был план: изменить мою внешность и отправиться в столицу, просить помощи у боевого командира Колдера Бредфорда, которому дядя Джон спас жизнь во времена службы на границе с разломом. В благодарность тот обещал помочь в любой просьбе, если понадобится.
Чтобы дать мне шанс, дядя Джон пошёл на преступление: подделал документы своего покойного сына, превратив Толла Даррела в Тома Даррена. Он даже создал для меня особый артефакт, маскирующий внешность и искажающий ауру. Дядя Джон не успел завершить работу, и мой возраст — шестнадцать лет — не прикрыт магией, только поддельным документом.
Дядя Джон умер два месяца назад.
Я шмыгнула носом, загоняя куда подальше свои эмоции. Простая забота и искреннее желание мне помочь Эмили сделали меня слабой.
— Том Даррен. Меня зовут Том, — прочистив горло, я представилась.
— Спасибо за помощь и за всё. Давай провожу до комнаты.
Тем временем Эмили уже залечила почти все царапины, она убрала ладонь с последней. На том месте, где ещё несколько секунд назад была ранка, не осталось и следа, а чувствовалось только тепло от прикосновений Эмили. Она уже деловито поправляла мои рукава, не забыв застегнуть пуговички на манжетах.
— Приятно познакомится, Том. И я дойду сама, не тревожься. Живу на 3 этаже, в противоположном крыле, 320 комната. Ты ведь знаешь, что девушки живут в правом крыле, а парни в левом? Только у боевиков свой личный этаж, потому что девчонок не берут. На каждый факультет свой этаж, так вот второй — боевики, третий — целители, четвёртый — артефакторы, а пятый — алхимики. Видимо, чтобы в случае чего только последний этаж отстраивать. — Она хихикала и собирала посуду. И уже за дверью сказала, — Отдыхай, завтра с утра зайду за тобой и покажу тут всё. Я сегодня всю Академию уже обошла и всё разузнала. Доброй ночи.
Несколько парней в коридоре проводили Эмили смешками и взглядами. Я же следила за ней, пока она не скрылась за поворотом на лестницу.
Всё, теперь точно спать.
