Kitobni o'qish: «Сплошная реальность»

Глава 1

“Все началось с самой обычной погони. Роль убегающего с широко выпученными глазами, наполненными диким страхом и ужасом, принадлежала мне. В роли догоняющего выступал жуткий противный монстр с огромной зубастой пастью усеянной сотней острых, как лезвие, зубов. Монстр ревел, словно дикий медведь, загнанный охотниками в смертельный капкан. Врожденная тяга к жизни пыталась максимально ускорить мой не быстрый бег, предавая сил из неведомых резервов моего совсем не спортивного организма. Я уже не помнил, каким образом оказался в этой безвыходной ситуации. Вспоминать сейчас было некогда. Страх, как снежная лавина, сметал все посторонние мысли, которые не были связаны с поиском спасения себя любимого. Через несколько минут непрерывного бега я стал уставать, как загнанная на скачках лошадь, вернее кляча, которой не суждено было достигнуть желанного финиша. В этот трагический момент, я первый раз, искренне, пожалел, что так и не смог заставить себя бегать по утрам. Сколько было обещаний, что точно начну это делать с понедельника. Даже было и такое, когда я начинал делать утренние пробежки. Но всегда находились серьезные оправдания, чтобы так и не приступить к укреплению своего стареющего организма или прекратить уже начатые ранее утренние спортивные процедуры.

Мое дыхание сбилось, кислорода катастрофически не хватало. Ноги с большим трудом поддавались четкому управлению. Я стал постоянно спотыкаться об неожиданно возникающие под ногами незначительные препятствия и падать. Но я упорно поднимался, бежал и снова падал.

И тут меня осенило, словно гром грянул среди ясного неба. Я же умею летать! Почему я сразу не вспомнил про это?! Я присел и, как кенгуру, подпрыгнул высоко вверх навстречу белоснежным облака красиво плывущим в голубом небе. Правую руку, при этом, я сжал в кулак и вытянул вперед словно супермен. Достигнув пика высоты, после которой мое пухлое тело, поддавшись силе подлого притяжения, направилось обратно к земле, я как гордая птица вытянул руки в стороны и активно замахал ими, словно крыльями. Ура! Я полетел прочь от, практически, настигшего меня монстра. Лететь оказалось намного легче, чем бежать. Но моя внезапная радость сменилась жуткой паникой, когда я заметил, что злой монстр так и не отстал.

Он упорно продолжал бежать за мной, подпрыгивая так высоко, что почти доставал до моих ослабших вялых ног, которые инстинктивно подгибались при каждой его попытке ухватиться за мои ботинки своими длинными черными когтями.

С каждым разом монстр прыгал все выше и выше, словно маленький ребенок за красивой бабочкой. Надо срочно набирать высоту иначе жизнь моя закончиться, как у Икара, так и не долетевшего до своей цели. Усиленно махая порядком ослабшими ручонками, мне удалось подняться еще на пару метров вверх к манящим белоснежным облакам. Но тут, врожденная боязнь высоты свела судорогой мои руки-крылья и я начал стремительно падать вниз, словно сбитый неведомой ракетой шпионский самолет.

Нет, я не упал на землю. Монстр настиг меня раньше, чем я успел ее коснуться. Он разинул свою огромную пасть, сверкнув на солнце остро наточенными акульими зубами.

Оцепенев от страха, я смотрел в его глубокую, как бездна, глотку. За сотые доли секунд я даже успел смоделировать свое перемещение по ней прямо в наполненный кислотой желудок. Было противно и очень страшно. Я зажмурился и сжался, как ежик, готовясь к неизбежной смерти. Неожиданно для меня, монстр издал до боли знакомый и совсем не страшный звук. Так звенел мой будильник! Я резко открыл глаза, широко распахнув их от пережитого во сне страха”

Обнаружил я себя лежащим на своем любимом родном диване служившим по совместительству кроватью, креслом и полкой для газет. Слава богу, это был всего лишь страшный сон! Хорошо, что в реальной жизни такого не бывает. Пережитый во сне ужас еще теплился в моем сонном сознании, напоминая про жуткого монстра. Вдобавок, проклятый будильник продолжал методично звонить, разрывая тишину своим пронзительным визгом мешая мне снова заснуть. Он гордо стоял на столе в двух метрах от дивана, чувствуя безнаказанность и правильность своего поступка. Я специально ставил его подальше, чтобы требовалось подняться с кровати и выключить его. Когда он стоял рядом я неоднократного выключал его и снова засыпал, бессовестно опаздывая на работу. Зевая, я вытащил из-под себя помятую подушку, которую метнул в зловредный будильник, категорически не желая подниматься. Подушка достигла намеченной цели и сбила орущее устройство со стола. Поверженный будильник громко упал на пол, словно сбитый с коня рыцарь, гремя железными шестеренками словно доспехами. Напоследок он обиженно звякнул, испуская последний вздох, и умер, как видимо, навсегда. Теперь одним напоминанием о нехорошем сне стало меньше.

– “Пора вставать!” – произнес проснувшийся внутренний голос. – “На работу опоздаешь. Снова придется краснеть у начальства и придумывать нелепые оправдания”

Я поднялся и сел, поскрипывая старыми пружинами внутри дивана, вяло зевнул и привычным маршрутом направился на кухню, перешагивая через сломанный будильник, нагло распластавшийся всеми своими шестеренками на полу. На кухне меня встретил тоскливо стоящий чайник. Тосковал он недолго. После того, как я наполнил его холодной водой, и поставили на газовую плиту, он весело зашумел, приступив к своим непосредственным должностным обязанностям. Не люблю я есть по утрам – не лезет. Но утренняя чайная церемония, это уже традиция. Бутерброды, это вечность, деленная на хлеб и колбасу.

Пока об мои зубы лениво терлась зубная щетка, чайник вскипел и засвистел, напоминая о себе и о проделанной работе. Я подошел к нему, широко зевая, и посмотрел на его блестящую зеркальную поверхность. В ней отразилась моя заспанная физиономия. Точно, я и есть чайник. Я такой же. Живу себе потихоньку, посвистываю. Во мне постоянно что-то кипит и бурлит. Я, так же как и он, бываю пустой, полный, холодный, горячий и этого всего не видно за железными стенками стального сосуда. Вроде и полезная вещь этот чайник, но радости в жизни маловато. Плита, вода и огонь вот и все, что он видит в своей монотонной жизни. Так и я – работа, дом и телевизор замкнулись в моем жизненном пространстве в единую бесконечность длинною в одну короткую никчемную жизнь.

С последним глотком чая мой сонный мозг окончательно проснулся и перестал философствовать. Я одел порядком надоевший костюм с потертыми на локтях рукавами. Затянул потуже галстук и посмотрел в зеркало, которое отразило знакомого, но такого чужого для меня человека. Не люблю я этот образ. Он для работы. На самом деле, я не такой. Я люблю свободу и ненавижу свою работу. Что меня заставляет ходить туда каждый день? Вот брошу все и уеду жить на море. Но все это потом, а сейчас надо идти. Надо зарабатывать деньги. Быть свободным страшно, а на работе все спокойно и стабильно. Я подмигнул своему отражению в зеркале и открыл дверь, отделяющую мою квартиру от остального мира.

Не знаю почему, но в моей глупой голове сформировалось четкое представление о том, что удачный будет день или нет зависит от того где и как я буду идти. Например: мне требуется попасть из пункта “А” в пункт “Б”. На моем пути расположился ровно по центру тротуара столб, что в нашей стране совсем не удивительно. Этот столб можно обойти либо справа, либо слева. Для меня нет никаких сомнений в том, что день будет удачный, если я обойду его слева и неудачный, если справа. Каждое утро я менял маршрут в надежде найти тот единственный, который принесет невероятную удачу. Наиболее счастливые маршруты, признанные таковыми по результатам прошедшего дня, я хранил в памяти и использовал их, когда требовалось везение. Я понимаю, что это фобия, но как и любое психическое заболевание победить его самостоятельно не мог. Это особенность моей психики была одним из личных секретов, которых за прожитые годы жизни накопилось не мало.

Сегодня было решено опробовать новый маршрут разработанный накануне. В лифте я встал ровно посередине кабины. Пока я спускался в нем с третьего этажа вниз, то успел изучить все новые неприличные надписи появившиеся здесь за последние сутки. Чтение по пути на работу и с работы было одним из моих немногочисленных увлечений призванных более мягко перенести стресс от долгой и скучной дороги. Я вышел из подъезда. На улице меня встретило радостное улыбающееся солнце вынудившее зажмуриться на пару секунд. Потом, я прошелся по осыпавшемуся от времени бордюру и свернул в незнакомый двор нового соседнего дома. Этот дом возник здесь всего за год на месте старой свалки и уже был полностью заселен жильцами. Срезав путь через детскую площадку, которая в это раннее время пустовала, я вышел к автобусной остановке. Это и был мой новый маршрут суливший, как тогда казалось, большую удачу.

Людей ожидающих здесь общественный транспорт оказалось гораздо больше, чем свободных мест в нем. Каждый останавливающийся автобус брался штурмом, как здания правительства во время очередной революции. Маршрутки и вовсе проезжали мимо, сверкая задницами людей в окнах своих раздвижных дверей, тем самым оповещая будущих пассажиров на улице об отсутствие внутри салона свободных мест. Время неумолимо и безрезультатно шло вперед. С каждой пройденной минутой возрастало мое недовольство новым маршрутом и страхом опоздать на работу. Страх было решено зажевать жвачкой найденной в кармане. Мои челюсти заработали как жернова, периодически причмокивая и причавкивая. Я смотрел с надеждой вдаль, словно моряк с палубы корабля бороздившего океан в поисках земли уже несколько месяцев. Время предательски поджимало. Новый маршрут оказался явно неудачным. Я ругал себя за это чертову фобию, нагнетая общую нервную обстановку собравшейся вокруг толпы.

Вдали мелькнула слабая надежда в виде очередной маршрутки с признаками свободных мест. На ее лобовом стекле красовался несчастливый тринадцатый номер. В какую сторону лежит путь этого транспортного средства я точно не знал. Такой номер мне раньше ни разу не попадался. Я активно замахал рукой, как человек, увидевший долгожданный корабль с берега необитаемого острова. Маршрутка замигала правым глазом и остановилась рядом со мной.

Я преполненый радостью распахнул тугую дверь, словно это был вход в новый, интересный и незнакомый мне мир.

– До Первомайской доедем? – выпали я в открытый проем.

– Доедем, – ответил усатый водила, жаждущий денег за проезд.

Я стремительно, как ястреб, влетел вовнутрь салона, сильно захлопнув за собой массивную дверь. Она ударилась так сильно, что маршрутка немного подпрыгнула, а все пассажиры дернулись и устремили свои недовольные взоры в мою сторону. Честное слово, я хотел закрыть ее нежно. Водитель тоже повернулся ко мне и показал всем своим недоброжелательным видом несказанную благодарность за уменьшенный ресурс его драгоценной двери. Он молчал, ненавистно смотря мне прямо в глаза и давя на совесть. Я стыдливо опустил взгляд в пол. Кроме меня, больше никто в эту маршрутку не сел. Водила отвлекся от моей личности, дернул ручку на коробке передач и его микроавтобус тронулся дальше, отвлекая общее внимание пассажиров от моей персоны.

Свободных сидячих мест в салоне не оказалось. Склонив голову, упершуюся в низкий потолок микроавтобуса, я с большим трудом извлек деньги за проезд, которые передал водителю. Держась за изрядно потертые временем и пассажирами кресла, я продвинулся вглубь салона и занял там наиболее удобное стоячее положение. Возле меня оказался пожилой мужчина, с интересом читающий какой-то бредовый эзотерический журнал про сверхъестественное. Остальные пассажиры сидели с закрытыми глазами, досматривая сны прерванные необходимостью раннего подъема. Выжидая свободное место, как охотник добычу, я присоединился к чтению журнала пожилого мужчины. Читать было очень неудобно. Маршрутка постоянно подпрыгивала по российскому бездорожью и многочисленным лежачим полицейским. Страницы журнала переворачивались гораздо быстрей, чем я успевал просматривать их до конца. Статья, которую я читал совместно с пожилым мужчиной, открывала нам страшную тайну про другие измерения. В ней утверждалось, что большинство пропавших без вести людей не просто исчезли, а переместились в параллельные миры через порталы, которые иногда появляются в различных местах нашей необъятной планеты. Далее шли рассказы людей, побывавших в параллельных измерениях и вернувшихся обратно. Эти рассказы больше походили на бред сумасшедших или сочинительство самих авторов статьи. В их нереальности я нисколько не сомневался. Статья оказалось смешной и немного забавной. Но дочитать ее до конца я не успел. Маршрутка сделала остановку, на которой обводилось сидячее место, быстро занятое мною. Я расположился в нем поудобней и закрыл глаза, изображая глубокий сон. Спать я совсем не хотел. Просто надо было избавиться от угрызения совести потому, что рядом со мной, в проходе, расположились старушка и две немолодые женщины, которые вошли только что. Уступать им свое законное место, отвоеванное с таким большим трудом, я не собирался, несмотря на свое приличное воспитание. Минут через десять маршрутка снова остановилась. Я слегка приоткрыл правый глаз, старясь сделать это незаметно для старушки и двух теток, стоявших в проходе с тоскливым уставшим видом. Моему взору открылось величественное здание из стекла и бетона, где на пятом этаже располагался мой маленький душный офис. Я резко вскочил с кресла и устремился к выходу, расталкивая по пути стоящих в проходе пассажиров, попутно успевая извиняться за отдавленные им ноги и другие причиненные неудобства. Аккуратно захлопнув за собой дверь маршрутки, я посмотрел на часы. Моя душа наполнилась счастьем и великой радостью – я приехал намного раньше обычного и теперь у меня будет время посетить пару любимых сайтов еще до начала рабочего времени. Сейчас я не просто шел на работу, я летел и был рад, словно маленький ребенок, которого родители ведут в парк аттракционов.

Неожиданно, я уперся во что-то непонятное, плотное и желеобразное. Мне даже показалось, что я столкнулся с сильным потоком ветра. Это невидимое препятствие меня не остановило. Ноги продолжали двигаться вперед, ведомые чистым помыслом быстро добраться до рабочего места. Картинка перед глазами стала медленно тускнеть, теряя краски. Потом быстро стемнело и стало жутко холодно, словно я провалился в темный сырой подвал. Вспыхнула яркая вспышка ослепляющего света. Ноги предательски подкосились. Я стал падать, беспомощно хватаясь руками за воздух. Наверное, я попал в эпицентр мощного взрыва, мелькнула последняя мысль в моей голове. Сознание мгновенно отключилось, отказавшись работать в критической ситуации.

Глава 2

Резкая боль в голове привела меня в чувства. Я попытался открыть глаза. Они заслезились и инстинктивно закрылись, словно горсть песка попала сразу в оба глаза. Кто я? Где я? Вопросы уходили в пустоту, не возвращая оттуда никаких внятных ответов. Рук и ног я не чувствовал. Понемногу стала возвращаться память. Удалось вспомнить, что меня зовут Артур и что я шел на работу. Что было до и после этого, моя память пока отказывалась рассказывать. Судя по ощущениям, я лежал на спине, на мягкой и очень ровной поверхности. Вокруг было подозрительно тихо. Вспомнил! Я вышел из маршрутки и тут раздался взрыв. Хорошо, что еще живой остался! Или нет? Мертвые боли не чувствуют, а у меня невыносимо трещит голова. Значит, я точно еще жив. Первым делом я попробовал пошевелить руками и ногами. К моей великой радости они поддались управлению, что означало их наличие и то, что их не оторвало при взрыве. Как перевернутый на спину жук, я задергал руками и ногами, пытаясь перевернуться на живот. Эта попытка увенчалась успехом. Я перевернулся на бок и уже из этого положения встал на четвереньки. Руки почувствовали под собой мягкую травку. Откуда возле моей работы оказалось лужайка? Сильно меня контузило! Превозмогая условные рефлексы, я снова попытался открыть глаза. Сквозь сплошную пелену слез я увидел размытые, словно вырезанные из полиэтилена, полупрозрачные силуэты каких-то людей. Эти люди неторопливо подошли ко мне, подхватили под руки и, молча, потащили в неизвестном направлении. Именно потащили, потому что мои ноги волочились по земле, не найдя сил идти самостоятельно. Я попытался спросить, куда они меня тащат и что здесь произошло? Но звук из моего горла так и не вышел, как я не старался. Ощущение было такое, что не хватало воздуха. Я вообще не дышал! Но как такое возможно? Резкая боль стрелой пронзила мою голову. Сознание снова собралось по своим делам, и я опять погрузился в темноту. При очередном возвращении к реальности я обнаружил себя сидящим на чем-то, очень похожим на обычный деревянный стул. Головная боль не проходила, раскалывая мой мозг на миллионы частей. В ушах шумело, как в ненастроенном телевизоре.

– “Что со мной? Где я?” – мысленно спрашивал я сам себя. Опять все вопросы ушли в пустоту и остались без ответов.

С большим трудом мне удалось приоткрыть правый глаз. Слезы полноводной рекой хлынули из них, искажая видимое пространство, как неровная линза. Дополнительным усилием воли получилось отрыть и левый глаз. Яркий свет отразился дополнительными децибелами боли в опухшей голове. Но это не помешало мне увидеть какое-то живое полупрозрачное существо, копошащееся передо мной. Напрягая сильно пострадавшее зрение, мне показалось, что это был прозрачный мужчина. Он словно был выдут из цельного воздушного шарика. В руках это чудовище держало полосатую палку, которая, в отличие от него, была вполне реальной и похожей на жезл сотрудника ДПС. Вот тебе и раз! Сны стали сбываться или я опять сплю? Это странное прозрачное создание приблизилось ко мне, размахнулось своим полосатым жезлом и ударило им прямо мне в лоб. Увернуться от этого нападения не вышло. Я успел только зажмуриться от испуга. Раздался хлопок, словно взорвалась небольшая петарда. По телу прокатилась волна приятного тепла. Головная боль мгновенно прошла вместе с противным шумом в ушах. Я открыл глаза, которые больше не слезились. Полупрозрачное чудовище исчезло. Вместо него передо мной стоял странноватый усатый мужчина, лет сорока, одетый в блестящий ярко желтый комбинезон, который плотно обтягивал его непропорциональное тело. Незнакомец имел приличный пивной животик, да и вся его комплекция была тучноватой, что сильно подчеркивалось обтягивающей одеждой. Голову мужчины накрывал желтый капюшон комбинезона, из которого торчали его большие смешные уши, просунутые в специальные отверстия в капюшоне. Незнакомец носил очки для водного плавания. Скорей всего, он был немного слеповат. Эти странные очки имели увеличивающие линзы, из-под которых на меня смотрели его большие глаза, с постоянно дергающимися зрачками. Прямо под носом незнакомца развивались длинные казацкие усы. Эти нелепые усы постоянно и очень смешно шевелились, как у таракана, который жил у меня на кухне. Этот дядя мне напомнил смешного клоуна. Не похоже это место на цирк. Судя по жезлу в руках этого странного типа я, наверное, попал в милицию. Это очень даже хорошо! Значит, я точно жив и возможно почти не пострадал при взрыве. Правда есть небольшая вероятность повреждения моего мозга. Уж весьма нереальным было все то, что сейчас со мной происходит. К этим размышлениям подключилась логика, которая списала непонятную одежду незнакомца на новую униформу милиционеров. Вполне возможно, ее придумал новый русский модный дизайнер. Я же не смотрю новости, поэтому и не в курсе. Ну да, это точно моя родная милиция, добивая свою теорию, размышлял я. Менты, они все такие – пузатые, глазастые и ушастые. Усатый мужчина внимательно осмотрел меня с ног до головы.

– Эй, ты! – заговорил он со мной, светя фонариком прямо в зрачок. – Слышишь меня?

– Да, – глупо улыбнулся я, обрадовавшись человеческой речи.

– Ну, вот и хорошо. Настройка прошла успешно. Гость готов, – сказал сам себе незнакомец, светя мне фонариком во второй зрачок.

Сунув фонарик в карман, он подозрительно посмотрел на мою глупо улыбающуюся физиономию. Немного прищурившись от умственного напряжения, незнакомец нажал какую-то кнопку на своем полосатом жезле и снова приблизился ко мне. Его выражение лица меня напугало. Стало предельно ясно, что сейчас меня снова начнут бить этой полосатой палкой.

– Не надо! – закричал я, вжавшись в стул. – Я ни в чем не виноват. Я оказался там случайно, – оправдывался я, хотя мне никаких обвинений пока не предъявляли.

Незнакомец посмотрел на меня как на последнего идиота. Мое поведение немного ввело его в ступор. Отпускать меня явно не собирались, поэтому я решил первым перейти в атаку.

– Отпустите меня менты поганые! У меня дядя генерал, – нагло врал я. – Я ему пожалуюсь. Вас тут всех уроют! – истерически орал я, подпрыгивая на стуле и забрызгивая слюной ближайшую территорию.

– Молчать! – громко крикнул незнакомец. От испуга я прекратил истерику, вжав шею в плечи, как черепаха. – Как тебя зовут? – уже спокойно спросил он, делая паузы после каждого слова. Я крепко схватился руками за ножки стула.

– Артур, – еле слышно пробормотал я от страха.

– Как? – громко переспросил страшный незнакомец.

– Артур, – уже более внятно повторил я.

– Артур, помнишь, что с тобой случилось? – глаза незнакомца смотрели на меня с медицинским интересом, словно стоматолог, предвкушающий сложный случай.

– Я шел на работу, – смотрел я в потолок, как будто там были написаны ответы. – Потом раздался взрыв. Вы же сами все должны знать? – удивленно возмутился я, не желая дальше напрягаться и вспоминать случившееся. – Отпустите меня, пожалуйста, я на работу опаздываю, – мое лицо изобразило ущербный вид, словно я оправдывался в кабинете своего начальника.

– Мы, конечно, тебя отпустим, но позже. Как только ты будешь готов, – загадочно ответил незнакомец. Эта фраза мне совсем не понравился. Я не хотел больше здесь оставаться и снова начал буйствовать, как матерый преступник.

– Отпустите меня! – закричал я на незнакомца. – Я ни в чем не виноват! На каком основании вы меня задержали? – выкрикивал я фразы, взятые из фильмов про милицию. Да, и самое главное, – Я требую адвокатов! Сво…бо…ду…! Сво…бо…ду..! – раскачиваясь на стуле, скандировал я.

Незнакомец не стал меня перебивать или останавливать. Он резко взмахнул полосатым жезлом и снова ударил им по моей бестолковой голове. От такой внезапности, увернуться или поставить защитный блок я не успел. Пространство вокруг меня стало расплываться, превращаясь в плотный густой серый туман, скрыв все окружающее на расстоянии вытянутой руки.

– “Не слабо он приложился. Сотрясение мозга мне точно обеспечено” – думал я, теряя сознание.

Но сознание не покинуло меня, а активно наблюдало за всем происходящим с его подчиненным телом. Туман развеялся через несколько секунд, обнажив серые и холодные стены незнакомого помещения. Как же я здесь оказался? Ни я, ни мой мозг понять этого не могли. Вроде сознания я не терял. А может, терял? И пока мне было плохо, мое обмякшее тело принесли сюда? Но почему я стою на ногах, а не лежу на полу? Странно все это и непонятно.

Все происходящее сейчас со мной здраво объяснялось только тяжелой контузией или серьезным сотрясением головного мозга. Именно поэтому мне мерещились всякие полупрозрачные силуэты и желтые менты. Да и частые провалы в памяти подтверждали этот диагноз. Мне срочно нужно в больницу, а то так и свихнуться недолго. Мой взгляд принялся разыскивать входную дверь, в которую я собрался постучаться и попросить отвезти меня в поликлинику или срочно вызвать врача. Камера, в которой я оказался, выглядела непривычно и пугающе. Стены, пол и потолок были одинакового холодного бетонного серого цвета. Но самое странное – ни в одной из стен не было двери! Окон, тоже нигде не было. В камере не было ничего, кроме ровных серых стен. Потолок тоже оказался девственно пустым – без лампочек или прочих осветительных приборов. Но, несмотря на это, здесь было достаточно светло, хотя источника этого света я найти так и не смог. В один момент мне показалось, что светились сами стены, но опять я все списал на полученную контузию. Все это казалось каким-то нереальным и неестественным. Словно происходило не со мной, а с кем-то другим. Я сильно зажмурился и потряс головой, пытаясь избавиться от этой сплошной нереальности, но окружающий мир так и не изменился.

– “Как же я попал сюда, если здесь нет ни окон ни дверей? Ничего не помню!? Замуровали демоны! И зачем я стал так кричать на этого чудика в желтом комбинезоне? Теперь мне отсюда точно не выбраться. Вспомнил!!!!!! У меня в кармане был мобильник! Надо позвонить на работу и предупредить, что не приду”, – руки в надежде прощупали содержимое карманов. Мобильника в них не оказалось. – “Обидно, только на прошлой недели купил новенький и вот тебе – украли, даже надоесть не успел. Видимо спер, этот усатый, пока я был в безсознанке”.

Чтобы собраться с мыслями, я присел на пол, опершись спиной об холодную бетонную стену.

– “Зачем им потребовалось сажать меня в камеру? Может они подозревают меня в организации взрыва? Если это на самом деле так, то я, видимо, попал в руки секретных спецслужб. Именно поэтому у них такие странные желтые костюмы. Да и место, где я сейчас находился, тоже не походило на обычную тюрьму. Что же теперь делать? Я буду все отрицать” – твердо решил я. – “Но что отрицать? Я и так ни в чем не виноват. Остается ждать, когда придут меня допрашивать, тогда я смогу узнать от них что к чему”.

В ожидании гостей я провел час, а может быть и два. Никто так и не явился ко мне. Страх одиночества и беспомощности овладел мной, как маньяк беззащитной жертвой. В надежде быть услышанным, я принялся громко кричать в потолок, взывая о помощи. Через пятнадцать минут голос окончательно сел. Я тихо хрипел – «Выпустите меня, отсюда». Но даже сам уже не слышал своего голоса. Путь к желанной свободе я решил пробить плечом, тараня им стену, как входные ворота замка при штурме. После десятого удара, плечо окончательно онемело и теперь, даже дотронуться до него было больно. Потом я долбил стену ногой, но стена не поддалась. Часа через два, выбившись окончательно из сил, я прилег в углу комнаты и, свернувшись калачиком, мирно уснул.

“На этот раз я оказался в небольшом окопе. В моих руках стрекотал самый настоящий автомат Калашникова, выплевывая горячие пули в противника. Попутно я доставал из кармана гранаты, у которых выдергивал чеку и бросал во врага. Гранаты звонко отлетали от их касок, не причиняя неприятелю серьезного вреда. Воевал я здесь один. Пока мне, вполне успешно, удавалось сдерживать ожесточенное вражеское наступление. Рядом, на бруствере, зазвонил будильник, возвестивший о начале обеда. Я отряхнул от пыли и грязи свою военную гимнастерку, поправил пилотку, закинул, еще горячий, автомат за спину и пошел домой, который находился прямо за моей спиной. Война войной, а обед по распорядку. Дома меня дожидалась мама, которая наполнила пустующую тарелку вкусным ароматным борщом, нарезала свежего теплого хлеба и натерла его жгучим чесночком. После плотного сытного обеда, я взял в руки остывший автомат, поцеловал заплаканную маму в щеку и поплелся воевать дальше. Когда я вышел из дома, то не обнаружил своего любимого окопа. Без окопа мне точно не победить в этой не равной схватке. От страха я побежал отсюда прочь, спасая свою жизнь. По пути я заскочил к своим старым друзьям, где поздравил одноклассника с днем рождения. В гостях меня настойчиво пытались усадить за стол, но я, ссылаясь на погоню, попрощался и побежал дальше. Отбежав несколько метров от дома одноклассника, я понял, что забыл у него свой автомат с полным боевым комплектом патронов. Когда я обернулся, то уже не смог обнаружить его дома – он бесследно исчез. Из-за спины, словно из воздуха, возник вражеский патруль. Убежать от них, не вышло. Меня ловко схватили под руки, заломив их за спиной, и направили дула своих черных пистолетов прямо в голову. Пришлось сдаться и последовать за ними.

Привели меня к моему начальнику отдела, в его личный кабинет. Начальник был не в духе, размашисто расхаживая по своему кабинету. Он бы одет в очень странную военную форму. На его голове красовалась черная военная фуражка, по центру которой гордо восседала ярко красная кокарда в виде двуглавого попугая с гранатой в одной лапе и десертной вилкой в другой. На голое тело начальника был накинут длинный черный кожаный плащ с вшитыми погонами на плечах. Когда он ходил по кабинету, кожа скрипела, как несмазанная телега. Плащ был застегнут на все пуговицы, под самое горло. Через распахнутые нижние полы плаща проглядывались белые семейные трусы в голубой цветочек. Начальник с ненавистью посмотрел мне в глаза и, спустя несколько секунд, затребовал объяснения причины моего столь бессовестного опоздания на работу. Я принялся горячо рассказывать о том, что на прошлой неделе, в выходной, на мой дом напал очень злой враг. И что все это время я, совершенно один, сдерживал ожесточенное наступление злостного неприятеля, прерываясь только на обед и сон. Начальник немного подумал, недобро шевеля бровями, и приказал патрулю расстрелять меня за злостное и систематическое нарушение трудового распорядка. Мне снова скрутили руки за спиной и потащили вон из кабинета начальника. Я сопротивлялся и кричал, но силы были не равны. Сквозь закрывающийся створ двери, я пообещал начальнику, что больше не буду опаздывать и что я отказываюсь от премии и даже половины зарплаты, только не расстреливайте меня, пожалуйста. Но слушать меня больше он не хотел. Дверь захлопнулась, отрезав последнюю надежду оправдаться. Расстреливать привели на самое настоящее футбольное поле. Один из патрульных поставил меня на ворота, где обычно стоит вратарь. Потом он громко отсчитал девять шагов, вскинул ружье и нацелил смертельное дуло прямо мне в горячее сердце, которое громко билось от волнения. На трибунах закричали зрители: – Шайбу, шайбу, шайбу! Раздался выстрел. Я зажмурился и почувствовал несильный удар в плечо. Интересное ощущение, когда пули попадают в тело. Но удары в плечо стали интенсивней и отчетливей. Я открыл глаза. Меня кто-то будил, а война и расстрел оказались всего лишь очередным странным сном”

Я лениво повернулся на правый бок и открыл заспанные глаза. Передо мной стоял молодой человек, лет двадцати, в старой потертой временем военной гимнастерке с блестящими рядами боевых медалей на своей широкой груди. На ногах молодого человека расположились старые запыленные черные кирзовые сапоги, с прилипшей к подошве сухой желтой глиной. Его густую кучерявую шевелюру накрывала, сдвинутая на бок, военная пилотка с красной кокардой в виде попугая с десертной вилкой в правой лапе и гранатой в левой. Этого попугая я точно уже где-то видел? Вспомнил! Во сне! На фуражке своего начальника, который приказал меня расстрелять. В руках молодой человек держал самый настоящий автомат. Точно с таким же, я отбивался в своем сне от вражеских сил. Я ни капельки не удивился новому гостю, приняв его за продолжение сна. Я снова закрыл глаза и повернулся на другой бок. Это не могло быть реальностью.       Молодой человек раздосадовано причмокнул, обошел меня с другой стороны и снова принялся настойчиво меня расталкивать.

– Да проснитесь же Вы! – он больно тыкал дулом своего автомата в мое опухшее, от попыток протаранить стену, плечо. Я лениво зевнул и сел на пол, искренне веря, что сон продолжается.

– Позвольте представиться, меня зовут Бредамир – человек из моего сна протянул руку, чтобы поздороваться. Свою руку, в ответ, я протягивать не стал. С вымышленными персонажами я здороваться не собирался. А может это вовсе и не сон? Если это так, тогда передо мной самый настоящий сумасшедший!

– Что вам от меня нужно? – я попятился назад, испуганно удаляясь от молодого человека. – Уберите сумасшедшего из камеры! – закричал я в потолок в надежде, что там кто-то меня услышит.

– Не бойтесь! Я пришел помочь Вам, – улыбался Бредамир во все свои белоснежные ровные голливудские зубы.

– А почему вы так странно одеты? – подозрительно спросил я. – Война началась? – это первое, что пришло мне в голову.

– Нет, война не началась, – успокоил он. – Пока вы спали, мы отсканировали ваш сон и выбрали из него наиболее подходящий собирательный облик, чтобы ни травмировать Вашу ослабшую психику. А что? Вам не нравиться? – его улыбка сменилась удивлением.

– Нет, не нравиться, – спокойно ответил я, словно отказывался от блюда в дорогом престижном ресторане. – Ничего мне здесь не нравиться! – повысил я свой тон. – Какие сны вы там сканировали? Что за бред вы тут несете? Я категорически ничего не понимаю. Отпустите меня домой! – требовал я. – Где я нахожусь? Кто вы такой? Кто тот мужчина в желтом комбинезоне, который бил меня по голове палкой? – не замолкал я. – Я в суд на него подам за побои!

– Вас там били? – прервал меня обеспокоенный Бредамир.

– Да! И еще как били! – наконец-то я нашел кому пожаловаться на того усатого дядьку. – Он меня палкой полосатой по башке так стукнул, что я сознание потерял. Вы с ним разберетесь?

– Не обижайтесь на него, пожалуйста. Это был Валдис, – улыбнулся Бредамир. – Он просто привел Вас в чувства. Все было сделано исключительно для Вашего блага и, ни в коем случае, он не хотел никого обидеть, – заступился за моего обидчика Бредамир.

– На дураков не обижаюсь, – я сложил руки на груди и отвернулся, обидевшись на своего нового собеседника. Зря я надеялся на защиту. Они все тут заодно.

– Поймите! Валдис, это промежуточное звено между нашим миром и другими мирами. Он делает донастройку частот и все, – принялся объяснять мне Бредамир.

– Каких частот? – не понял я Бредамира. – Где я нахожусь? – я повернулся к нему лицом, ожидая объяснений.

– Вы находитесь в акклиматизаторе и нуждаетесь в нашей помощи. Я помогу Вам адаптироваться в нашем мире, – продолжал рассказывать Бредамир.

– Бр.р.р. Вообще ничего не понимаю, – напряг я все свои слабые извилины. – Вы, наверное, секта? Точно! Секта! Теперь я все понял! У вас тут свои правила и костюмы. А Вы меня загипнотизировали? А если не подчинюсь? Убьете меня? – эта мысль заставила запаниковать. – Отпустите меня, пожалуйста, – умоляющи, попросил я. – Честное слово я никому не расскажу, чем вы тут занимаетесь.

– Успокойтесь Артур! – перебил мое нытье Бредамир. – Никто вас убивать не собирается.

– Точно? – не поверил я.

– Я Вам обещаю, – успокаивал он. – Давайте я приму более удобный для Вас образ? – предложил Бредамир.

– Это как? – опять не понял я, что он хочет.

– Сейчас покажу, – ответил Бредамир. – Закройте глаза и мысленно представьте человека из вашего мира, которого хотите видеть вместо меня.

– Что значит “из Вашего мира”? – недоуменно произнес я. – Я хочу знать, где я нахожусь? Я ничего не буду делать, пока вы меня не отпустите и не объясните причин моего задержания, – запротестовал я.

– Вы хотите выбраться отсюда? – повысил голос мой собеседник, угрожая тем, что я останусь здесь навечно.

– Очень хочу! – надеясь на скорейшее освобождение, ответил я.

– Тогда, прошу безприкословно выполнять все мои требования, – приказал Бредамир.

– А если я откажусь?

– В таком случае, я уйду, а вы здесь останетесь один и надолго.

– Ладно, согласен, – ответил я, не желая больше оставаться в одиночестве. – Что Вы там говорили? Что я должен был сделать?

– Закройте глаза и представьте себе образ человека, которого вы хотите видеть вместо меня, – повторил Бредамир, что-то нажимая на рукоятке своего автомата. – Ну что? Готовы?

– Готов, – я закрыл глаза и попытался выполнить полученный приказ. Полный бред все это конечно, но надо подчиняться, иначе “кирдык” мне тут придет. В голове, не по случаю, всплыл образ моей бывшей тещи. Она предстала в своем любимом старом, выцветшем от времени халате, в тапочках с почти оторванной подошвой и с торчащими в разные стороны бигудями, как антеннами на крыше многоэтажного дома. Раздался хлопок. Я машинально открыл глаза. Прямо передо мной стояла моя бывшая теща! Она выглядела так, как я ее только что себе и представлял. Теща тупо улыбалась и моргала своими дурацкими глазками. В своих руках она крепко сжимала большую чугунную сковородку, с которой капал горячий жир, оставшийся после жарки котлет. В моей памяти всплыли ужасы из прошлого совместного проживание вместе с этой дамочкой, в моей однокомнатной квартире, с моей бывшей женой, по совместительству, ее дочкой. Все это, в результате, привело к разводу и свободе от этой ужасной и неприятной тетки, которая пилила меня и оскорбляла в глазах моей супруги. Я, повинуясь инстинктам самосохранения, стал отползать назад.

– Что Вы здесь делаете? – спросил я бывшую тещу. – Что Вам от меня еще нужно? Обещаю завтра заплатить все алименты, – я продолжал отползать назад, пока не уперся спиной в холодную стену. Ноги упорно продолжали заталкивать меня в застывший бетон, несмотря на тщетность этих действий. – “Нет, этого не может быть!” – Я очередной раз зажмурился и снова открыл глаза. Теща не исчезла. Она приближалась ко мне, наводя ужас и страх на мое нестабильное психическое состояние.

– Что с Вами, милый друг? – очень ласково и приветливо спросила она. – Вы меня не узнали? – я отрицательно покачал головой, продолжая упорно работать ногами. – Это же я – Бредамир! Чего Вы так испугались? Вы же сами передали мне этот образ, – удивлялся теща моему внезапному испугу.

– Это точно Вы? – ноги перестали толкать меня в стену. – Не может быть! Как Вы это сделали? Это гипноз?

– Нет, это не гипноз. Просто я умею превращаться в разных людей, – с гордостью произнесла теща.

– Я не хочу ее больше видеть. Превратитесь в кого-нибудь другого, пожалуйста, – взмолился я.

– Как скажите, – ответила теща и исчезла, а вместо нее появился уже знакомый мне человек в военной гимнастерке.

– “Как он это делает? Неужели на земле существует такая технология? Или это фокусы, как у знаменитого Коперфильда?” – пытался понять я.

– Повторим? – спросил Бредамир.

– А может, хватит уже? – предложил я.

– Вы готовы? – Бредамир проигнорировал мою просьбу.

– Готов, – обреченно выдохнул я.

В моей голове забегали образы то известных моделей, то певцов и артистов, то мой непосредственный начальник, который отпал сразу за расстрел в последнем сне. Неожиданно, я вспомнил про одного мужчину, лет сорока, который постоянно крутится под окнами нашего офиса с рекламной табличкой спереди и сзади, в виде “майки”. На этой рекламной “майке” крупными буквами было написано – “Стоматология”, а внизу располагался рекламный слоган – “Ваши зубы – Наша проблема!”. Удивительным был тот факт, что у мужчины не было двух верхних передних зубов, и когда он улыбался, реклама приобретала более яркий динамичный характер.

– Есть образ, – теперь, я решил посмеяться над Бредамиром. Раздался хлопок. Я, немного побаиваясь, приоткрыл глаза. Передо мной стоял тот самый мужчина с рекламной “майкой” и очаровательной беззубой улыбкой.

– Ну фто пойдет так? – прошепелявил он.

– Ну, – я выдержал паузу, – так намного лучше, – еле сдерживаясь от смеха, ответил я. – Так как Вы это делаете? – попытался снова выяснить я. – Это фокус, такой, или еще что-то?

– Нет, это не фокус, – обиделся Бредамир на мои смешки в его сторону.

– А что тогда? – удивился я.

– Я понимаю, что у Вас возникло много вопросов о происходящем, – ответил Бредамир. – Я пришел к Вам, чтобы помочь разобраться во всем.

– Так ответьте же наконец-то на мой вопрос, – очередной раз попросил я объяснений. – Вы же здесь именно для этого?

– Это очень сложно. Для начала я расскажу Вам совсем о другом, – начал уходить от ответа Бредамир. – Потом Вы сможете понять как у меня получается превращаться в других людей и все остальное станет на свои места. Вы, когда-нибудь, слышали о параллельных мирах? – он посмотрел на меня в ожидании ответа.

– А причем здесь параллельные миры? – продолжал удивляться я, не найдя логической связки между происходящим со мной и поставленным вопросом. – Ага! Мне, теперь, все стало понятно! Я точно попал в секту, которая верит в параллельные миры и инопланетян, – высказал я Бредамиру. – Вы меня за инопланетянина приняли? – я даже сам испугался этой мысли. Представляю, чего они могут со мной сделать. Сжечь? Заставить участвовать в оргии? Распотрошить?

– Нет! Вы все поняли неправильно. Я сейчас объясню, – парировал Бредамир, сообразив, что я клоню не туда, куда он хочет. – Так вы знаете что-нибудь про параллельные миры? – снова повторил он свой вопрос.

– Я читал, что они существуют. Но, по-моему, это полный бред и неправда, – уверенно ответил я.

– Это не бред. Параллельные измерения действительно существуют, и я расскажу Вам о них, – предложил Бредамир.

– А зачем мне это знать? – недоумевал я. – Да, и какое отношение это имеет ко всему происходящему здесь, со мной?

– Самой прямое! – воскликнул Бредамир. – Прошу уделить мне несколько минут своего внимания, и я смогу Вам все понятно объяснить, – еще раз предложил он..

– Хорошо, валяйте, – скептически ответил я, слабо веря в то, что этот человек сможет прояснить ситуацию. – “Мутный тип”, – сделал я свое заключение в отношении Бредамира.

– Наша реальность намного многогранней, чем вы имеете об этом представление, – начал свой рассказ Бредамир словно профессор, выступающий на серьезной научной конференции. – Параллельные миры существуют! Это не миф и не сказка. И Вы тому прямое доказательство. Параллельных миров, как наш или Ваш мир, очень много, а если быть точным, то сейчас существуют 1544 параллельных реализации изначального измерения. Все они существуют одновременно, в одном месте и в одно время, но из-за различных частот колебания материи они существуют независимо друг от друга и большинство живущих там людей даже не подозревает об их существовании. Это Вам понятно? – обратился ко мне Бредамир, словно к студенту первокурснику, проспавшему ключевой момент лекции.

– Всем этим Вы хотите сказать, что я попал в другое измерение? – наконец-то дошло до меня.

– Да! – обрадовался Бредамир моей первой здравой мысли.

– Ну? И как это произошло? – мой мозг напрочь отказывался верить в услышанное.

– Позвольте, я сначала расскажу до конца, – попросил Бредамир и, не дожидаясь моего согласия, продолжил свою научную лекцию. – Все люди, населяющие сейчас различные измерения, как ваше измерение или, например, наше, являются потомками одной из самых древнейших цивилизаций во вселенной, начавшей свое существование более трехсот миллионов лет назад. Люди той эпохи обладали невероятными знаниями во всех областях науки. Они были бесконечно добры и бескорыстны. У них не было ни войн, ни болезней, поэтому жили они долго и доживали, некоторые из них, до двух тысяч лет. В те далекие времена на земле существовало всего одно колебание материи, т.е. было всего одно единственное измерение. Около двухсот миллионов лет назад они столкнулись с проблемой перенаселения планеты. Это и не удивительно! При малой смертности и высоким уровнем жизни, население планеты разрослось так, что земля уже не могла обеспечивать всех, в полной мере, водой и едой. Великие ученые того времени решили разбить существующую вселенную на измерения, дабы избежать глобальной катастрофы и голода. Они предложили распределить людей по измерениям и расширить ареал существования человечества. С помощью неизвестной нам технологии им удалось разбить одно изначальное измерение на 1024 самостоятельных параллельных миров, что было вполне достаточно на данном этапе развития человечества. Для перемещения между новыми измерениями они создали специальные контролируемые сгустки энергии, которые мы сейчас называем порталами. При попадании любого материального объекта в эти порталы, происходила перенастройка частоты колебания материи объектов, на заданные частоты колебаний полученных измерений и попавший в порталы объект оказывался в параллельном мире. Эти сгустки-порталы удерживались мощными магнитными полями. Таких порталов было создано около ста тысяч штук. Они различались по размерам и предназначениям. Небольшие порталы использовались для перемещения людей. Крупные – для перемещения более громоздких объектов, таких как целые жилые здания или космические корабли. Население планеты было грамотно и равномерно распределено между полученными измерениями, что позволило решить текущую проблему с перенаселением планеты Земля. Часть полученных измерений, например то, из которого ты к нам попал, использовалась для выращивания крупных животных и растений. Динозавры это плод науки генетики того времени. Они служили пищей для всех обитаемых измерений, как и все остальное выращиваемое в твоем родном мире. После разделения измерений люди смогли просуществовать без серьезных проблем еще около 150 миллионов лет. Потом снова возникла необходимость в увеличении количества существующих измерений, потому что численность населения, во всех существующих измерениях, резко возросла.

Порядка 65 миллионов лет тому назад количество измерений решили удвоить. Во время формирования дополнительных измерений произошел большой взрыв. Наши современные ученые предполагаю, что тогда в их расчеты по увеличению измерений закралась ошибка. Не все побочные эффекты разделения были просчитаны полностью и, при повторном разделении измерений, высвободилась энергия во много раз превосходящую атомную. Взрыв прошелся по всем измерениям сразу. Часть измерений полностью и навсегда исчезла. Некоторые уцелели, но в них погибло все живое. В твоем родном измерении, например, погибли все динозавры и прочие живые существа. При взрыве появились и новые измерения, точное количество которых нам пока неизвестно. Мы доказали существование 1544 измерений, из которых порядка 128 явно не пригодны для жизни человека. В этих 128 измерениях частота колебания материи входит в резонанс с частотой колебания измерения, что приводит к распаду материи на атомы.

Во время большого взрыва большая часть порталов была полностью разрушена. Некоторые крупные порталы уцелели, но их взрывной волной откинуло далеко в космос, где они образовали, так называемые, черные дыры. Уцелели еще около одной тысячи мелких порталов. Их выбило взрывной волной из удерживающих магнитных полей. Высвободившие порталы, с тех самых пор, неуправляемо появляются и исчезают в различных измерениях. Через один из таких случайных порталов ты и попал к нам из своего мира. На твое счастье, ты попал в наше измерение, а не в те 128, где люди просто распыляются на атомы. К сожалению, некоторые случайные порталы функционируют с ошибками и не всегда делают точную и правильную настройку колебанию материи, попавшему в них объекту. Такой недонастроенный объект повисает между двумя измерениями, и не входит полностью ни в какое из измерений. Эти объекты мы называем – Призраками. Выглядят они как прозрачные расплывчатые формы, которые, то появляются, то исчезают. Информация о таких объектах поступает к нам. Мы их отлавливаем и делаем им донастройку частоты колебания их материи. Ты, как раз и был таким объектом. Помнишь, когда ты только к нам попал, все было мутно, ты плохо ориентировался в пространстве и времени, стоял шум в ушах?

– Да, помню, – я утвердительно кивнул головой, пребывая в глубоком шоке от услышанного.

– Это очень хорошо, что Вас, Артур, обнаружили сразу же, в день появления здесь, и быстро выровняли частоту колебания. В противном случае, восстановление организма занимает гораздо большее время, а в некоторых запущенных вариантах совсем не поддается восстановлению. Валдис, как раз, и делал Вам донастройку. Вам все понятно? – смотря в мои непонимающие ошеломленные глаза, спросил Бредамир.

У меня в голове все закрутилось и перемешалось, словно торнадо прошелся по всем моим извилинам и перевернул там все с ног на голову. Новое описание существующего мира явно было лишнее для моего стареющего организма. Зачем мне все это знать в мои неполные тридцать три года? Жил себе спокойно в своем любимом привычном мире, а тут на тебе – таких миров, оказывается, очень много. И что мне теперь делать с этими знаниями? Нет, я не хочу этого знать! Мне такая информация совсем не нужна. Страх обнял меня своим холодным объятием так, что меня даже затрясло.

– Я домой хочу. В свою квартиру! Отпустите меня, пожалуйста, – слезливо вырвалась предательская фраза, наполняя воздух тоской и безысходностью. – Мне на работу нужно, если, конечно, меня оттуда еще не уволили за опоздание. А еще, – я взял паузу на глубокий вздох, – Я очень хочу писать, а у вас тут ни одного туалета нет, – как маленький ребенок, чуть не плача, сказал я.

– Будет Вам туалет, – ответил огорченный Бредамир, явно не ожидавший подобного поворота разговора. – Он сзади Вас, Артур.

Я обернулся и увидел в стене, за своей спиной, деревянную дверь с прорезью на уровне глаз, в виде сердечка. Мочевой пузырь подал сильный сигнал, и я побежал, повинуясь инстинктам. Дверь открылась сама, как только я к ней приблизился, обнажив привычную для меня картину сего заведения. Сделанное мокрое дело, явно принесло некое облегчение. Мир стал казаться не таким мрачным и сложным. Когда я вышел, Бредамира в камере уже не было. Вместо него, посредине комнаты, величаво расположился самый обычный надувной матрас, без подушек и прочих аксессуаров, необходимых для полноценного и крепкого сна. Я подошел к матрасу, осторожно пощупал его, убедившись в его реальности, и плюхнулся на него всей своей массой немного заплывшего жиром тела. Совершив несколько колебаний под действием сжатого воздуха в матрасе, мое тело замерло. Я еще раз подпрыгнул, потом еще и еще и снова совершил пару прыжков. Вдоволь напрыгавшись, я лег, свернувшись калачиком, и мирно уснул. Снилось мне что-то приятное и хорошее.

Глава 3

Когда я проснулся, то еще долго не решался открывать глаза. В моей голове теплилась зыбкая надежда, что Бредамир и все эти параллельные миры бред моей больной фантазии или очередной странный сон. Конечно сон! Вот я сейчас встану, направлюсь на кухню, поставлю чайник на плиту и пойду чистить зубы. Почему не звонит будильник? Черт, я же его разбил! Сколько времени? Набравшись смелости, я открыл глаза. К моему великому сожалению, ничего не изменилось. Я лежал на надувном матрасе в своей камере с серыми и уже ставшими ненавистными стенами. Я сел и уныло опустил голову вниз. Что теперь со мной будет?

– Как Ваши дела, Артур? – прервал мои печальные размышления, знакомый голос Бредамира сзади.

– У нас, сначала, здороваться принято, – недовольно буркнул я.

– Ну, здравствуйте, Артур, – из-за спины вышел незнакомый мне человек в желтом комбинезоне.

Сначала я подумал, что это тот же самый человек, который бил меня вчера по голове полосатой палкой. Бредамир говорил, что его звали Владик или Валдис. Я испугался, застыв в ужасе, словно ко мне пришел ужасный маньяк. Зачем он сюда явился? Снова бить будет? Где мой любимый Бредамир? Стоп. Этот вроде бы не похож на вчерашнего драчуна. У этого совсем нет усов, да и не такой он толстый. Но я ведь могу и ошибаться, потому что вчера я был не в себе. Вот очки на нем точно такие же.

– Бить опять будете? – заранее поинтересовался я у типа в желтом комбинезоне.

– Артур! Это же я, Бредамир, – засмеялся незнакомец. – Бить я тебя точно сегодня не буду, – пошутил он. – Просто период Вашей адаптации прошел и мне больше не надо имитировать личностей из вашего мира. Больше угрозы Вашему сознанию нет, поэтому я предстал в своем естественном обличии.

Я внимательно, еще раз, осмотрел настоящего Бредамира с ног до головы. В этих желтых обтягивающихся комбинезонах местные похожи друг на друга как китайцы.

– Вы готовы к дальнейшему знакомству с нашим миром? – спросил меня Бредамир, моргая большими глазами из-под своих увеличивающих линз.

– А у меня есть выбор? – задал я встречный вопрос. Бредамир задумался и отрицательно покачал головой. – Только давай перейдем на ты? – попросил я.

– Хорошо, – кивнул он. – Начнем?

– Валяйте, – я устроился поудобней на своем новом надувном матрасе.

– Ты помнишь про то, что каждое измерение имеет свою частоту колебания? – Бредамир сделал паузу. Я утвердительно кивнул. – Наши мысли они тоже имеют свою частоту колебания, – продолжил он. – Так вот, – Бредамир пытался подобрать более понятные для меня слова, – измерение в которое ты попал, имеет частоту колебания, близкую частоте колебания наших мыслей. При, буквально, незначительном изменении частоты колебания мыслей человека, они входят в резонанс с частотой колебания нашего измерения.

– И что тогда? Мозг взрывается? – пошутил я.

– Нет, – Бредамир улыбнулся, оценив мою шутку, и продолжил. – При резонансе мыслей человека с частотой колебания измерения происходит очень интересное явление. Мысли человека материализуются, – Бредамир посмотрел на мою реакцию. Я сидел, немного приоткрыв рот от удивления. Бредамир улыбнулся и стал рассказывать дальше. – Это удивительное свойство было обнаружено совсем недавно – около пяти тысяч лет назад. – Тогда же было изобретено первое устройство под названием «Контур», которое могло изменять частоту колебания человеческих мыслей, выравнивая ее с частотой колебания нашего измерения. То есть, вызывая резонанс. При достижении резонанса происходила материализация того, о чем думал в этот момент человек. К примеру, если человек находящийся в «Контуре» представлял себе яблоко, то это яблоко появлялось у него, если золото, то появлялось золото, – Бредамир явно получал удовольствие, рассказывая про это явление. – Сами мысли человека имеют малую энергию и простое выравнивание их частот с измерением малоэффективно. Мысли требовалось еще и усиливать, чтобы материализовывать более серьезные желания. “Контуры” того времени были маломощные, громоздкие и потребляли очень большое количество энергии, а их эффект был небольшой. В те времена, с помощью такого устройства люди могли материализовывать только небольшие предметы с объемом материи не больше кубического метра и то, для этого требовалось мощность целой атомной энергостанции. Факт изобретения “Контуров” был засекречен правящей элитой и использовался исключительно для устрашения населения и демонстрации своего могущества простому населению.

– Вопрос можно? – перебил я Бредамира, немного очнувшись и переварив рассказанное им. – А как так получалось, что предмет возникал из ниоткуда? Ведь не может что-то появиться из ничего? – вспомнил я физику из школьной программы, пытаясь поддержать умный разговор и не выглядеть лохом их другого мира.

– Все очень просто, – начал отвечать Бредамир. – Мы знаем, что ученые вашего измерения доказали, что любая материя состоит из молекул, атомов и прочей мелкой составляющей, которую даже никто никогда и не видел, но доказал, теоретически, или с помощью сложных научных опытов и расчетов. С точки зрения ученых, изобретших «Контур», любая материя, первоначально, состоит из энергии, а вот эта самая энергия и образует молекулы, атомы, а те, в свою очередь, все материальное вокруг нас. Эта энергия управляется одним общим вселенским энергетическим разумом, который формирует все материальное. Используя резонанс мыслей с окружающим нас миром, мы как бы присоединяемся к этому вселенскому разуму и формируем из окружающей нас энергии то, о чем мы мыслим. То есть, превращаем таким способом энергию в материю.

– А сейчас эти самые “Контуры” существуют? – с корыстной целью спросил я Бредамира. Идея получения всего из ничего мне очень понравилась, хотя реальность существования таких устройств я подверг сомнению.

– Порядка двух тысяч лет тому назад был открыт совершенно новый источник энергии, – начал с далека Бредамир, – этот источник, при величине с ноготь человека, мог производить энергию равную энергии целой атомной электростанции. Эта удивительная технология позволила максимально уменьшить «Контуры» и сделать их переносными. Например, на мне сейчас одна из последних моделей «Контура», – хвастаясь передо мной, ответил Бредамир, выпятив свою широкую грудь вперед.

– И где же он? – я с неподдельным интересом снова осмотрел Бредамира с ног до головы, пытаясь понять, куда же он его спрятал? На нем, кроме идиотского желтого комбинезона и нелепых очков, ничего больше не было. Может он в кармане у него лежит?

– Мой комбинезон и есть тот самый «Контур», – как всегда удивил меня Бредамир. – Источник его энергии помещен в эти очки, – он ткнул пальцем в стекло своих очков.

– А можно и мне такой? – я сразу принялся фантазировать на тему того, что я могу с этим устройством себе воспроизвести.

– Конечно можно, – Бредамир нагнулся и поднял с пола фиолетовый сверток, который я раньше не замечал, увлеченный его интересным рассказом о местных чудесах. Он аккуратно развернул сверток. Это был такой же комбинезон, как и его, только ярко фиолетовый. Бредамир положил его рядом со мной, предлагая одеть прямо сейчас.

– Я это одевать не стану, – запротестовал я, представляя себя в этом уродском комбинезоне. – Это не модно. У нас такое носят только женщины, – почему то решил я.

– Не капризничай! – нахмурился Бредамир. – Это специальный контур с малой мощностью для гостей нашего мира. Еще, такие комбинезоны носят наши дети до достижения ими совершеннолетия.

– А почему мне нельзя дать такой же комбинезон, как у тебя? – поинтересовался я. Мне показался желтый цвет более мужским и более привлекательным, чем фиолетовый.

– Мой “Контур” очень мощный. Чтобы его получить, надо научиться, полностью, контролировать свое сознание и все свои мысли, даже не осознанные. Помимо этого, еще нужно пройти специальное обучение и сдать сложнейший многочасовой экзамен. Желтый “Контур”, это определенная должность в нашем мире. За все время существования контуров, еще ни одному из гостей не удалось получить его, – пытался объяснить мне Бредамир. – Неподготовленный человек, имея желтый «Контур”, может разрушить наш мир, всего лишь одной необдуманной шальной мыслью, что для нас недопустимо. По этой причине мы даем всем гостям маломощные “контуры”, которые позволяют получать всякую мелочь, вроде еды и других мелких предметов. Одевай его, иначе так и останешься совершенно беспомощным для существования в нашем измерении.

Мне пришлось подчиниться. Я разделся до трусов и взял в руки фиолетовый комбинезон. Его ткань оказалась приятной на ощупь и немного теплой, словно ее только что прогладили горячим утюгом.

– Трусы снимать? – спросил я Бредамира. – А то не очень-то мне хочется оказаться совершенно голым перед мужчиной непонятной, пока, для меня ориентации.

– Снимай все, – ответил Бредамир, нарушая мое законное право на уже ставшие родными старые выцветшие семейные трусы.

– В таком случае, я отказываюсь надевать этот комбинезон, – обиделся я и демонстративно бросил фиолетовый комбинезон на пол.

– Ладно, – пошел на уступки Бредамир, – можешь их оставить, раз они тебе так дороги, – подколол он меня.

– Спасибо и на этом! – обрадовался я, как ребенок новогоднему подарку. Я поднял комбинезон с пола. Брезгливо повертев его в руках, я стал натягивать фиолетовую тряпку на свое упитанное тело. Комбинезон сел как влитой, словно был сшит специально для меня. Я даже удивился, откуда они узнали про мои размеры? Я застегнул комбинезон на молнию и повернулся к Бредамиру, расставив руки в стороны и показывая себя во всей красе.

– Капюшон надень, иначе “Контур” не сработает, – высказал замечание к моему внешнему виду Бредамир.

– А очки где? – спросил я, неохотно натягивая капюшон на голову.

– Для этого “контура” они не требуются. Источник энергии небольшой и поэтому его вшили прямо в комбинезон, – пояснил он.

Интересно, как я сейчас выгляжу в этом клоунском наряде? Жалко, что тут нет ни одного зеркала. Вот если бы я в таком виде явился на работу, меня бы сразу в психушку отправили. Блин, какая теперь работа? Я уже здесь дня два. Меня, наверное, уже уволили без всяких там объяснительных и нелепых оправданий. Вот вернусь и расскажу всем о своих приключениях. Хотя, наверное, не стоит этого делать, а то точно в дурку попаду и буду там психам местным рассказывать про другие измерения. Они то меня точно за своего примут.

– Ну? И как он работает? – спросил я, разглядывая свои руки и ноги. – Где пульт управления или кнопки какие-нибудь?

– Пульта нет, – ухмыльнулся Бредамир. – Все работает предельно просто. Смотри на меня, – Бредамир закрыл глаза и вытянул правую руку перед собой, ладонью вверх. Над его рукой появился легкий прозрачный белый дымок, который с каждой секундой становился все плотней и плотней, увеличиваясь при этом в размерах. Я, на всякий случай, даже отошел на пару шагов назад, испугавших, что Бредамир сейчас загорится, как чучело зимы на масленицу. Облако дыма разрослось так, что уже полностью скрыло в своих серо-белых недрах ладонь Бредамира. Он глубоко вдохнул всей своей широченной грудью, отрыл глаза и сильно дунул в облако дыма. Дым рассеялся от хлынувшего из легких ветра, обнажив скрывавшееся под дымом красное спелое и сочное на вид яблоко.

– Угощайся, – протянув мне это яблоко Бредамир.

Я взял его в руки и поднес к носу, осторожно вдыхая его запах обеими ноздрями. Самое удивительно, что яблоко пахло настоящим яблоком, а не дымом или какой-нибудь другой гадостью.

– А это есть можно? – я протянул яблоко обратно Бредамиру, надеясь, что пробовать мне его не придется.

– Это обычное яблоко, кушай на здоровье, – он оттолкнул мою руку обратно.

Я очень осторожно откусил очень маленький кусочек. По вкусу это оказалось самым настоящим яблоком! Но как это возможно? Откуда он его вытащил? Ну да, я забыл, он же в “контуре” его материализовал. После второго укуса, в мой рот ушла уже половина яблока. Я неторопливо жевал и думал, думал и жевал, наслаждаясь свежим сладким фруктом. В конечном итоге, в моей руке остался один маленький, кое-где покоричневейший, огрызок с торчащими из него черными семечками. Бредамир протянул мне свою руку, давая понять, что огрызок нужно отдать ему. Я повиновался, хотя не понимал, зачем ему понадобился этот мусор? Он положил огрызок на свою ладонь, где он превратился в дым и бесследно растворился в воздухе, как призрак поутру.