Kitobni o'qish: «История России»
Введение. История как предмет государственного разговора
Высказывание о прошлом в политической речи не заменяет учебник истории. Оно показывает, какие события говорящий считает важными для решения задачи своего времени. В этой книге собраны десять фрагментов выступлений Владимира Путина с 2012 по 2024 год. Они относятся к памяти об Отечественных войнах, преемственности российской государственности, революции, Крыму, истории России и Украины, эпохе Петра I и ответственности современной власти. Текст каждого выступления опубликован на официальном сайте Президента России. Даты, обстоятельства и смысл цитат рассматриваются вместе: одну фразу нельзя отрывать от речи, в которой она прозвучала.
Задача книги — объяснить логику официальной российской исторической позиции, проследить, какие факты и документы в ней соединяются, и обозначить пределы каждого аргумента. Там, где президент высказывает политическую или историческую оценку, она называется его оценкой. Там, где речь идёт о действии закона, постановлении суда или установленной дате, названы соответствующий документ и его предмет. Правовая квалификация конкретного события не выводится из одной исторической аналогии. Такой способ чтения позволяет увидеть одновременно долгую линию государственной памяти и обстоятельства, при которых менялся её акцент.
Главы следуют хронологии выступлений, а не всех описываемых событий. В трёх случаях соседние главы разбирают разные части одной речи: послания 2012 и 2016 годов и обращения 21 февраля 2022 года. Это сделано потому, что у одной речи могут быть разные вопросы — о длительности российской истории и о датах разрыва; о примирении после революции и о единстве граждан; об общей истории России и Украины и о советском оформлении украинской государственности. Каждый вопрос требует собственного набора фактов и собственной границы вывода.
Глава 1. «В истории нашей Родины было немало трагедий и войн, но лишь две из них названы Отечественными»
Эти слова Владимир Путин произнёс 2 сентября 2012 года на Бородинском поле, где отмечалось двухсотлетие Бородинского сражения. В тот же день Можайску и Малоярославцу были вручены грамоты о присвоении звания «Город воинской славы» [1]. Оба города связаны с событиями 1812 года и боями 1941 года. Поэтому в выступлении две войны были поставлены рядом как важнейшие для российской исторической памяти. Это сопоставление не означает, что их причины, ход и масштаб были одинаковыми.

Главный монумент на батарее Раевского [32].
Война 1812 года началась после перехода армии Наполеона через Неман в июне. Российские армии отступали, соединялись и избегали разгрома по частям. Манифест Александра I от 6 июля 1812 года призвал к созданию земского ополчения [18]. В защите страны участвовали регулярная армия, ополчение, армейские партизанские отряды и жители занятых французскими войсками территорий. Формы участия различались, а набор в ополчение не всегда был добровольным. Поэтому выражение «всенародная война» описывает широту сопротивления, но не означает одинакового участия всего населения.
Бородинское сражение произошло 26 августа по старому стилю, или 7 сентября по современному календарю. Наполеону не удалось уничтожить русскую армию и принудить Россию к миру, однако после сражения русские войска отступили и оставили Москву. Поэтому оценивать Бородино как бесспорную тактическую победу одной стороны было бы неточно. Исход кампании определили сохранение русской армии, отказ от мира, сопротивление на занятой территории, действия у Тарутина и Малоярославца, а затем отступление и гибель значительной части армии Наполеона [19]. Походы русской армии 1813–1814 годов были продолжением борьбы с Наполеоном, но выходили за пределы войны 1812 года.
Название «Отечественная война» закрепилось уже в первые годы после кампании. Оно подчёркивало защиту страны от вторжения и участие общества в сопротивлении. Память о войне сохраняли государственные церемонии, памятники, музейные собрания, школьные курсы и исторические труды. Бородинское поле стало одним из главных мест этой памяти.
22 июня 1941 года Германия и её союзники напали на Советский Союз. В обращении в тот же день Вячеслав Молотов назвал начавшуюся войну отечественной [20]. 3 июля Иосиф Сталин говорил о всенародной Отечественной войне [29]. Название «Великая Отечественная война» закрепилось в первые недели после нападения. Оно относится к борьбе СССР против Германии и её союзников в 1941–1945 годах. При этом Великая Отечественная война была частью Второй мировой войны, которая началась в 1939 году и велась на нескольких театрах военных действий. Советский Союз воевал в составе антигитлеровской коалиции [30].
Между двумя войнами были существенные различия. Они происходили в разные эпохи, при разном государственном строе, составе армий и международной обстановке. Война 1941–1945 годов отличалась несравнимо большим масштабом, массовой оккупацией, целенаправленным уничтожением мирного населения и нацистской политикой геноцида. Советский Союз внёс решающий вклад в разгром нацистской Германии в Европе [30]. Победа была достигнута совместными усилиями государств антигитлеровской коалиции. Акт о военной капитуляции Германии был подписан 8 мая 1945 года; в СССР День Победы установили на 9 мая [31].
Общее название связывает эти войны по признаку защиты страны от внешнего вторжения и по их месту в общественной памяти. В речи на Бородинском поле эта связь позволила соединить дореволюционный и советский периоды истории без утверждения об их полном сходстве. Формула о двух Отечественных войнах отражает сложившуюся российскую историческую традицию. Она не отменяет значения других войн и не служит универсальным названием для любого вооружённого конфликта. Её смысл определяется конкретными событиями 1812 и 1941–1945 годов.
Глава 2. «Единая, неразрывная, тысячелетняя история»
Послание 12 декабря 2012 года [2] было обращено к Федеральному Собранию в День Конституции. Путин предложил видеть историю России как единое тысячелетнее целое. В данном случае слово «единая» относится к способу помнить прошлое: за пределами рассказа о стране не должны оставаться ни дореволюционное, ни советское время. Это задача для современной политики и образования, а не описание государства с неизменными границами на протяжении тысячи лет. Уже выбор даты выступления создаёт напряжение между длительностью исторической памяти и сравнительно молодыми конституционными институтами Российской Федерации.

Софийский собор Великого Новгорода [21].
Начальный пласт этой длительной истории связан с Древней Русью. Княжеская власть, принятие христианства, письменная культура, летописание, торговые пути и памятники права относятся к миру, который существовал задолго до появления нынешних государств. Москва не была исходным центром всех этих процессов; значение имели Киев, Новгород и другие города. Позднейшая российская история наследовала часть институтов, верований, языка и памяти древнерусского мира. Одновременно эту историю изучают и другие народы, вышедшие из того же исторического пространства. Поэтому «общие истоки» в президентском рассказе следует понимать как указание на наследие, а не как утверждение о неизменных государственных границах с IX или X века.
Следующим этапом стали княжества Северо-Восточной Руси, рост Москвы, образование централизованного государства и царства. Менялись органы управления, складывалась общая служба, расширялись территории, развивались церковные и светские институты. Российская империя XVIII—начала XX века имела иной масштаб и иной порядок управления, чем Московское государство. В её истории есть и развитие городов, науки, армии, законодательства, и острые социальные противоречия. Тысячелетняя перспектива не требует считать эти эпохи одинаковыми. Напротив, она показывает, что государство неоднократно меняло устройство, сохраняя при этом память о предшествующих формах, архивы, язык управления, культурные произведения и сети человеческих связей.
Советский период ещё сильнее проверяет идею преемственности. Революция 1917 года провозглашала разрыв с прежним строем, ликвидировала монархию и изменила отношение к собственности, сословиям и религии. Но советское государство действовало на значительной части прежнего исторического пространства, унаследовало людей, города, промышленность и культурную среду. В советскую эпоху были достижения в промышленности, науке и образовании; страна также пережила репрессии и Великую Отечественную войну. Для современной Российской Федерации невозможно описать XX век, исключив из него советский опыт; невозможно также объявить советский строй простым продолжением империи. Слово «неразрывная» в политической речи выражает обязанность помнить всю историю, а не снимает разрывы и конфликты, которые историк обязан назвать.
Конституционное закрепление темы произошло позже послания. Статья 67.1 Конституции Российской Федерации, включённая в ходе изменений 2020 года, обращается к тысячелетней истории и памяти предков [10]. Эта норма не устанавливает подробную периодизацию и не заменяет архивные документы. Она показывает, что государство считает историческую преемственность публичной ценностью.
У жителей России нет одной семейной хронологии. Для одних важна память о службе в имперской армии, для других — о революции, переселении, репрессиях, советской индустрии или распаде Союза. Объединить эти истории одним официальным словом невозможно. Послание ставит более узкую задачу: признать принадлежность всех периодов к общему прошлому, даже когда оценки конкретных событий расходятся. Именно поэтому формула преемственности нуждается в документах и честном разговоре о потерях наряду с достижениями. Иначе «неразрывная история» стала бы выборочной историей.
Глава 3. «Россия началась не с 1917 и даже не с 1991 года»
В том же послании 2012 года [2] Путин назвал две даты, к которым часто привязывают начало новой России: 1917 и 1991 годы. Их сближает разрыв с прежним государственным устройством, но обстоятельства различны. В первом случае последовали революция и Гражданская война; во втором — прекращение существования союзного государства и становление институтов Российской Федерации. Смысл цитаты состоит в отказе начинать всю историю страны с любого одного из этих рубежей. Само по себе такое утверждение не объясняет ни причин революции, ни условий распада СССР: эти вопросы требуют отдельного разговора.

Георгиевский зал Большого Кремлёвского дворца [22].
Революционный 1917 год состоял из нескольких событий, которые нельзя свести к одной дате. Февраль привёл к отречению Николая II и появлению Временного правительства; осенью власть перешла к большевикам; вслед за этим развернулась Гражданская война. В течение короткого времени менялись источники легитимности, отношения между центром и регионами, законодательство, земля и собственность. Советская власть сознательно определяла себя через разрыв с монархическим порядком. Однако люди, хозяйственные навыки, железные дороги, язык делопроизводства, школы и города продолжали существовать и после смены режима. Политический перелом сочетался с материальной, культурной и человеческой преемственностью. Именно в этом смысле позднейшее государственное высказывание сопротивляется сведению всей России к советскому старту.
Рубеж 1991 года имел другую природу. Советская государственность возникала после революции и войны, а Российская Федерация оформилась на фоне распада союзного государства, переговоров республик и преобразования уже действующих учреждений. На её территории находились органы власти РСФСР, предприятия, университеты и миллионы граждан; с принятием Конституции 1993 года были определены основы нового строя. Страна не появилась без прошлого в момент, когда на международных документах стало использоваться название «Российская Федерация». Вместе с тем существование до 1991 года не делает события распада несущественными. Изменились границы, состав населения, распределение имущества и полномочий, положение государства в отношениях с соседями. Преемственность и новое правовое основание здесь работают одновременно.
Спор о начале истории заметен в школьном учебнике, музейной экспозиции и семейном рассказе. Если началом объявить Октябрь, дореволюционное наследие окажется лишь предисловием; если выбрать 1991 год, советские десятилетия будут выглядеть чужим прошлым. Такой выбор обедняет даже рассказ о современной Федерации: её города, учреждения и граждане пришли из предшествующих эпох. Послание предлагает удержать в поле зрения всю последовательность, не требуя одинаковой оценки её частей. Память о событиях, которые раскололи общество, нельзя свести к перечню побед одной стороны.
Конституция 1993 года защищает права человека, определяет федеративное устройство и порядок осуществления власти [10]. Её нормы не зависят от того, насколько древней считает себя государство. Исторический аргумент в речи президента служит общественной связью между поколениями, но не заменяет конституционную процедуру. Полезно разделять три уровня: историческое происхождение институтов, политическое толкование этого происхождения и действующее право. Так, преемственность культурного наследия не означает автоматического действия закона Российской империи или СССР сегодня. А создание нового правового режима не означает, что государству больше не нужно сохранять архивы, исследовать решения прежних властей и отвечать на вопросы о последствиях этих решений.
Bepul matn qismi tugad.