Kitobni o'qish: «Сандония»

Сандония.

Глава 1 – Начало пути.

Лес Лаи – колыбель наземных растений – всегда привлекал внимание охотников, алхимиков и путешественников. Натуралист всегда чувствует себя тут, как в огромной лаборатории. Поражающее изобилие форм, видов, сложные взаимоотношения позволяют здесь, как нигде, изучить многообразие выявления жизни. На протяжении нескольких столетий исследователи многих народов изучали растения отдельных регионов леса, а потом составляли интересные описания видов и подвидов растительности в своих дневниках. Каждый алхимик обнаруживал отличительные свойства и характеристики практические в каждом растении. Однако, учитывая бесконечное разнообразие живой флоры и огромную площадь лесов, задача их полного изучения остаётся невыполнимой.

«Фантастично, – писал один из алхимиков-натуралистов., – прежде всего меня поразили огромные наклонившиеся, упавшие деревья. Но все эти погибающие деревья быстро покрывались всевозможной растительностью, мхами, лишайниками, грибами и в итоге сами по себе представляли целую живую флору. На одном упавшем дереве можно было найти сотни всевозможных растений. Среди десятка стоящих рядом деревьев не всегда найдёшь два одинаковых вида. К тому же они до такой степени переплетаются ветвями, что очень трудно бывает разобрать, к какому стволу относятся ветви, листья, цветы и плоды. Это богатство – самая характерная особенность леса Лаи».

В этих лесах всегда, даже в полуденное время, царит зеленоватый полумрак. Невидно ни рассвета, ни солнечного заката, ни самого солнца на небе, лишь лучи, пробившие густые кроны деревьев. Со всех сторон доносится непрерывный, смутный хор голосов и веет бальзамическим благоуханием. Растения и птицы развертывают перед тобой свое непостижимое великолепие; лианы с роскошными цветами тянутся от одного дерева к другому, завладевают большей частью леса, перевивают ветви, корни и верхушки деревьев и кустарники, так что все сливается в одно непроницаемое для взора целое, внутри которого все живет и копошится. Здесь слышатся самые разнообразные голоса и звуки. Все жужжит и чирикает, поет и щелкает на всевозможные лады. Уже издали блестит из самой густой чащи яркая карминово-красная грудь пурпурного сорокопута; его замечательный призывный крик, состоящий из чистого, мелодичного свиста, напоминающего свист иволги, за которым следует громкий, в высшей степени немелодичный скрип, возбуждает внимание…

Он, раздвигая посохом высокие листья зелёного папоротника и перешагивая через толстые корни деревьев, шёл по лесу. Каждый его шаг был осторожен и расчётлив. Заглядевшись на красоты леса можно было легко ногой зацепиться за какую-нибудь ветку, что грозило потерей равновесия и вероятностью падения. Старому человеку не нужны такие приключения. Он внимательно смотрел вперёд и под ноги, ничто не могло отвлечь его внимательный взгляд: ни дивные цветы, ни яркие птицы, поющие над головой, ни крики животных, раздающиеся совсем рядом. Старик даже не обращал внимания на следом идущего молодого человека, который всю дорогу ворчал и ругался: то ветка, то большой лист растения ударит по лицу, то споткнётся, то начнёт отмахиваться от насекомого, желающего ужалить или просто сесть на его одежду.

– Плохая была идея срезать путь, – недовольно бурчал парнишка, смотря на прыгающих с лианы на лиану мелких обезьян. В какой-то момент ему стало интересно, как этим животным удавалось одинаково ловко цепляться за ветки деревьев передними конечностями – руками, так и задними – ногами. Весёлый пронзительный крик этих животных немного раздражал его, порой казалось, что они смеются над ним, потешаются, так и ждут, когда он в очередной раз упадёт на землю и станет ругаться.

          Старик шёл неспешно, но уверено, будто ходил по этим лесам ранее. Он был одет в коричневую длинную робу с капюшоном, скрывавшим верхнюю часть лица. Можно было увидеть лишь его рот и небольшую тёмную бороду. Молодой парень, на несколько шагов отстававший от своего спутника, был одет иначе: серая льняная рубаха с длинными рукавами и широким кожаным поясом, чёрные сапоги на заклёпках, перчатки. У него на поясе был небольшой нож, а за спиной – тяжелый рюкзак.

Взор парня остановился на тонкой, длинной жёлтой змее, которая, обвив кольцом ветку дерева, медленно ползла вверх. Юноша боялся змей, но к этой твари он страха не ощутил, наверное, потому, что она была на приличном расстоянии от него, и, следовательно, не представляла опасности. Яркая раскраска змеи говорила о том, что она довольно-таки ядовитая, и даже лёгкое прикосновение к ней может повлечь за собой большие неприятностями. В родных краях ему змеи не встречались, если не считать простых ужей на речке, но рассказы о встречах с ядовитыми гадами оставили глубокий след в его памяти. Мгновенно вспомнился рассказ соседа о солдате, который пришёл с войны с ампутированной по локоть рукой. Все думали, он потерял её в сражении с эльфами, но оказалось, что его в запястье укусила подобная змея, оставив маленькую ранку. Кровь долго не останавливалась, вокруг укуса ощущалось сильное жжение, будто окатили кипятком. Через несколько часов рана начала чернеть, а вся рука терять чувствительность. На следующий день братья по оружию отрубили бедняге руку, тем самым спасли его от мучений и неминуемой смерти. Рассказ соседа в одну секунду улетучился из головы, когда парень споткнулся о торчащую из земли ветку.

– Ненавижу!

Через час путники вышли на широкую, утоптанную копытами лошадей и укатанную колёсами повозок, дорогу. Старик остановился, посмотрел на открытое чистое небо, потом взглянул на солнце, тем самым определив, в какую сторону им следует идти дальше. Парень всего этого не видел, он склонился, опершись руками на колени – хотел отдышаться от ужасного передвижения сквозь лес. Ноги болели, левый рукав рубахи был порван непонятно когда и при каких обстоятельствах, возможно, зацепился за ветку во время очередного своего падения. Какое-то неприятное ощущение появилось в волосах. Парень двумя руками стал смахивать что-то с головы. Старик обернулся к своему спутнику, и на его лице возникла улыбка.

– Что у меня в волосах? – парень старательно пытался что-то стряхнуть со своей головы. Ничего из волос не выпало, но и ощущение пропало, наверно жучок какой-нибудь упал на голову с дерева или приземлился на волосы после долгого полёта.

– Поспеши, – окрикнул его старик хрипловатым голосом. – Нужно успеть до заката солнца добраться до Гринфорта.

– Эй, может, передохнем немного? Я вот-вот с ног упаду от усталости.

У парня был жалкое выражение лица, отчаянное, но старик не обращая внимания на его мольбы, следовал дальше. Непонятно, откуда у него в столь преклонном возрасте берется масса энергии и сил: больше половины дня он пробирался через лес и теперь без отдыха готов идти дальше.

Гринфорт – большая деревня Бретонии, расположенная на окраине леса Лаи, рядом с бурной рекой Ив. В деревне путники рассчитывали найти ночлег, а на рассвете продолжить свой долгий путь на север, арендовав в местной конюшне пару лошадей. Парень поднял свой кулак к лицу, раскрыл ладонь и стал поочерёдно загибать пальцы, начиная с мизинца. Всего три дня было потрачено на дорогу и ещё девять дней нужно было, чтобы добраться до столицы Бретонии – города Брим. Он уже стал жалеть, что согласился стать сопровождающим старика в этом нелёгком и долгом пути. Его рука сама собой залёзла в карман штанов, чтобы ощутить в нём две золотые монеты, ещё три монеты старик обещал дать, когда доберутся до Брим. Парня звали Геральд, он был сыном кузнеца из деревни Гота. С самого детства он не особо любил кузнечное дело. Изготавливать оружие, броню, изделия из металла и подковывать лошадей было излюбленным занятием его отца, но не его самого. Тяжёлый труд был ему не по плечу, и находиться в кузне рядом с раскалённой печью он долго не мог. Геральду больше нравилось пасти скотину, хлопотать с матерью на огороде и по вечерам запускать в поле воздушного змея вместе с друзьями. Сколько себя помнит, почти каждый ясный день он проводил рядом с матерью. И вот однажды, тремя днями ранее, в их дом зашёл старик, попросил ночлега. Гостя тепло приняли, пригласили за общий стол. Старик сразу заприметил паренька и во время беседы за столом попросил сопроводить его до столицы Бретонии за приличную плату – пять золотых. Мама юноши сразу ответила отказом, но его отец при виде золота согласился помочь старику. Да и сам Геральд был не прочь подзаработать. Работёнка-то лёгкая, просто проводить старика до Брим и вернуться с золотом домой, только и всего. Было решено двинуться в путь с первыми лучами солнца. Во время ужина старик ничего о себе не рассказывал, лишь упомянул, что ему срочно нужно добраться до Брим с тем, чтобы посетить местную коллегию магов. А зачем ему туда – молчал. Всё что старик дал о себе знать – своё имя, назвал он себя Артуром. Геральд по внешнему виду старика решил, что тот волшебник, маг, это ещё больше заинтересовало юношу, а так же, пробудило внутри какие-то странные, неясные чувства. В нём заиграл интерес к приключениям и пробудилась жажда лёгкого заработка. Не нужно утром идти в поле пасти двух коров, а днём помогать матери. За свою работу Геральд получит больше, чем отец зарабатывает за пару месяцев усердного труда.

Была вторая половина дня, через несколько часов начнёт темнеть, нужно было поторапливаться. Старик как выносливый жеребец шёл впереди, казалось, что он идёт всё быстрее и быстрее, постепенно ускоряясь. Геральд шёл в нескольких шагах позади, ноги болели всё сильнее, хотелось просто упасть и не вставать. Рюкзак за спиной становился тяжелее с каждым шагом, вот бы скинуть его, чтобы спина и плечи смогли хоть немного отдохнуть. В рюкзаке было несколько фляжек с водой, овощи с огорода, много яблок, хлеб и жареная недоеденная курица. Этой еды должно было хватить на дорогу от Готы и до Гринфорта, но старик почти не ел два дня и даже не пил. Наверно, как думал Геральд, жажда прибыть в Брим как можно скорее была сильнее, чем естественная потребность в пище. Или же он себя заколдовал, благодаря чему и лишился чувство голода.

Старик остановился, оглянулся на Геральда.

– Кто-то едет, – сказал он.

– Кто? – Геральд обернулся, но никого не увидел. Лес Лаи вокруг него шумел и пел, возможно, из-за этого шума и не удавалось услышать звук приближающихся копыт.

– Очень надеюсь, что будет повозка.

Артур снял свой капюшон, стал смотреть вдаль, пытаясь что-то разглядеть там. У него были чёрные прямые, подернутые сединой волосы, свисающие до плеч, лицо покрытое множеством морщин, мутные серые глаза – на вид ему было более 80 лет. Однако для своего возраста он оказался очень выносливым, к тому же чувствовалось, что этот человек необычайно силен духом. Геральд второй раз за время их знакомство увидел его лицо. Первый раз это было дома во время ужина. Коричневая роба, небольшой ремень на поясе, посох – вылитый маг, не хватает лишь сурового выражения лица.

– Мне показалось, – вздохнул старик. Надежда встретить повозку, которая подвезёт их до Гринфорта, тут же улетучилась. Геральд тоже расстроился, вспомнив о своих уставших от ходьбы ногах. Жаль, но придётся идти дальше.

Через час Геральд научился в какой-то степени бороться со своей усталостью. Он старался просто о ней не думать, рассматривая лес, цветы, растущие вдоль дороги, высоченные деревья, которые прислонялись друг к другу, переплетясь ветвями. Юноша старался рассмотреть каждую птицу, пролетающую над ним, ощутить запахи леса Лаи. Всего этого у него дома не было. Его деревня находилась невдалеке от берегов моря, где воздух был насыщен прохладной свежестью и не был наполнен различными запахами.

Вместо пения птиц и крика лесных обезьян он слушал крики чаек, звуки разбивающихся о берег волн, шум прибоя. Внезапно Геральдом овладела ностальгия….

Старик вновь остановился, обернулся, Геральд услышал стук копыт за спиной, видимо быстро приближающихся. Уже можно было различать человеческие голоса, юноша обернулся и увидел четырёх всадников на чёрных конях – это были бретонцы, заприметив путников, они ускорились.

– Ого-го-го, ребятки, что у нас тут? – обрадовался встрече один из всадников, поравнявшись с незнакомыми путниками. Геральд уставился на прикреплённый к седлу круглый деревянный щит, на нем была изображена белая змея, из горла которой выглядывала рукоятка меча. На всаднике была хорошая одежда, к рукам и ногам были прикреплены металлические защитные пластины. Из-за обшлага блестящего кожаного сапога виднелся большой охотничий нож. Незнакомец очень был похож на бретонского солдата из королевской армии. Остальные трое были в обычных одеждах.

– Эй, что молчите? – дерзко спросил другой всадник с кривым шрамом на щеке.

Геральд, охваченный чувством внезапной тревоги, растерянно приблизился к старику.

– Ничего не говори им, – прошептал старик ему на ухо на удивление спокойным голосом.

Через мгновение они оказались в окружении всадников, в глазах которых появился подозрительный блеск. Стало понятно, что они натолкнулись на разбойников, которые с пустыми руками вряд ли согласятся уйти. За спиной Геральда фыркнул конь, по спине пробежали мурашки.

– Вы хотя бы понимаете наш язык? – засмеялся всадник похожий на солдата бретонской армии. Судя по всему, он был среди всех главным. Взгляд его был устремлён на заплечный рюкзак Геральда, главарь разбойников, вероятно, надеялся, что в нем находится что-то ценное.

– Мы вас прекрасно понимаем, – с улыбкой сказал старик. – Путь свой держим в Гринфорт.

– Мы тоже в Гринфорт, – заулыбался разбойник, обнажив редкие гнилые зубы, вид которых вызвал у парня отвращение. Неприязнь усилилась при виде крепко натянутой тетивы лука.

– Тихо! – скомандовал главарь грубым голосом и, посмотрев на Геральда, спросил: – Мальчик, что у тебя там в рюкзаке? Дай взглянуть.

– Да так, ничего, – заикаясь, ответил он. – Еда…. яблоки, помидоры.

– Еда, говоришь…. – всадник, стоявший за спиной парня, схватился за рюкзак и потянул его на себя. Геральд от неожиданности, резко развернувшись, дёрнулся в сторону, да так неловко, что задел одного из разбойников, который чуть не свалился с коня. В один миг на него нацелился лучник, а двое других выхватили свои мечи. – Давай его сюда!

Главарь шайки спрыгнул с лошади и вырвал рюкзак из рук парня. Разбойник, которого задел Геральд, сильно ударил его по лицу. Парень свалился на землю, схватившись рукой за челюсть.

– Ты, мразь такая, дёргаться надумал! – зло крикнул на него разбойник и ударил ногой в живот. Старик бросился защищать парня, ударил посохом по голове рассвирепевшего мужчину. Главарь замахнулся на него мечом, но получил хороший удар по лицу.

– Мой нос, – закричал он, уронив меч и схватившись обеими руками за лицо. Внезапно в напряженной руке старика вспыхнул яркий огонь. Артур сделал быстрое круговое движение рукой и направил жаркое пламя на всадника, целившегося в него из лука. Тот закричал, опустил тетиву и, охваченный пламенем, упал. Его испуганный конь встал на дыбы и поскакал прочь. Разбойник упал и, заходясь жутким криком, начал кататься по земле, пытаясь погасить загоревшуюся одежду. Четвёртый разбойник был напуган, его лошадь попятилась назад.

– Убить их! – скомандовал главарь банды, поднявшись на ноги. Сильная рука сжала рукоять меча – сверкающее лезвие блеснуло над головой старца….

Раннее утро. Еще светит яркая луна, но уже объята заревом восточная часть неба. Чья-то ладонь медленно опустилась на след копыта, нечеткий контур которого едва можно распознать под уже поднявшейся после сделанного шага травой, пальцы зачерпнули щепотку чёрной земли. Знакомый след – несколько часов назад здесь проходило привычным, неторопливым, спокойным шагом животное. Следы вели вглубь леса сквозь высокую траву и валежник. Две серых тени быстрой и мягкой поступью стали пробираться сквозь ветви деревьев, перепрыгивая через их толстые корни и перелезая через упавшие стволы гигантов. Они двигались тихо, не издавая, казалось, ни малейшего звука, даже наступая на сухие листья и ветки. Их коричневые плащи пропадали на фоне деревьев.

Следы животного попадались на глаза всё чаще и чаще, с каждым разом они были всё свежее. На одном из отрезков пути животное бежало, возможно, от некрупного хищника. Пришлось ускорить своё передвижение и, надеяться, что животное не попало в цепкие когти голодного зверя. Следы вели дальше и дальше в глубины леса. Желание выследить животное побудило «теней» уйти очень далеко от дома, чего раньше никогда не случалось. Места, куда их завели следы, были неизведанными для них, хоть и выглядели знакомыми и привычными. Невероятной высоты деревья, бурная растительность и живность, кругом жужжали насекомые, кричали птицы, маленькие обезьянки. Всё так, как и было рядом с домом, но только до дома уже много часов пути. Хотя «тени», не задумываясь, могли назвать лес Лаи своим домом, а себя его жителями, пренебрегать осторожностью было бы неразумно.

Следы животного не один раз пересекались и смешивались с другими похожими следами, даже опытный следопыт, не говоря уже о новичках и любителях поохотиться, мог ошибочно в какой-то момент и пойти не по тому следу. Здесь побывало совсем недавно около десятка различных животных: от мелких грызунов до крупных и опасных хищников. Уроки опытных наставников не были напрасны, «тени» уверенно и безошибочно шли именно по «своему» следу. На берегу встретившегося на пути озера, они сделали привал, необходимо было немного отдохнуть и набрать свежей холодной воды. Их лица скрывались под тенью капюшонов, невозможно было понять, кто они. У охотников с собой были длинные, крепкие луки, которые они, не отпуская, держали в руках с самого раннего утра, даже не перелаживали их в другую руку, словно оружие было привязано или было частью самой руки, её продолжением. За спиной одного из «теней» на ремне был прикреплён колчан, полный стрел, у второго охотника он крепился на поясе и скрывался под плащом. У озера были следы преследуемого животного, тут оно тоже сделал короткую остановку, чтобы напиться воды. Один из охотников присел у края воды, стал рассматривать окрестности. Озеро было маленьким, полностью доступным взгляду. Вокруг него были не такие деревья, какие растут в глубине леса. Тут встречались и хвойные и широколистные породы: кедры и вековые дубы, соседствующие с соснами. Всё вокруг было невероятно зелёным, даже сам воздух насыщен, казалось, полноценной жизнью. В прозрачных глубинах озера можно с легкостью разглядеть косяки мелкой рыбёшки, резвившейся, быстро двигавшейся то в одном направлении, то резко в другом – синхронно. Охотники друг с другом не разговаривали – хранить молчание на протяжении длительного времени, обходиться без речевого общения, взаимодействуя друг с другом, для них, очевидно, было нормальным и естественным.

Не прошло и десяти минут отдыха, как «тени» в ускоренном ритме продолжили свое преследование. Охотники ловко и быстро передвигались сквозь бурную растительность леса, местами они бежали, чтобы сократить расстояние между ними и животным. Приходилось перемахивать через высокие корни деревьев, осторожно, но быстро спускаться с небольших склонов, избегать неровности земли, замаскированные низшими представителями флоры. Мало какие охотники рискнут бежать по неизведанному дикому лесу из-за опасности оступиться, зацепиться за что-нибудь, следствием этого могут стать серьёзные травмы. Раненый охотник в лесу – без пяти минут мёртвый охотник. Нужно действовать осторожно и предусмотрительно, но «тени», казалось, и не задумывались об этом, необходимые качества и навыки были привиты и воспитаны с самого раннего детства. Благодаря «профессионализму» они могли страстно придаваться поиску, и порой внешне это выглядело так, будто они игнорируют все предполагаемые опасности и трудности, пренебрегают осторожностью.

Наступила ночь. Продолжать идти по следу стало бессмысленно, в темноте невозможно двигаться дальше. Нужно было переждать ночь, а с рассветом вновь продолжить свой путь. «Тени» ловко забрались на огромное дерево. Ночевать на земле при отсутствии приспособлений для разжигания огня было опасно из-за ночных хищников, которые, учуяв охотников, могут бесшумно подобраться к ним и напасть под прикрытием темноты. Шанс спастись, защититься от них в подобной ситуации близок к нулю. По всему лесу раздавались звуки ночных обитателей, которые днём либо спали, либо прятались от света, ожидая наступления темноты. Ночные звуки отличались от тех, которые были днём: треск, крики животных и птиц, свист и щебетания, взмахи крыльев, шорохи над головой и снизу. Обычные охотники в таких условиях дрожали бы от страха, а их глаза, наполненные ужасом, всматривались бы в кромешную темноту. Учащённое сердцебиение, капли пота на лице и, возможно, дрожь по всему телу не давали бы покоя всю ночь. Нависшее чувство страха могло помутить рассудок неопытного искателя приключений и даже сделать сумасшедшим. Кажется, что в темноте скрывается лютый зверь, ходит вокруг запуганной жертвы, плоть которой страстно желает вкусить, но что-то сдерживает хищника. Иногда во тьме появляются жёлтые или белые огоньки, которые мгновенно пропадают, а потом на доли секунды возникают где-то с другой стороны. Рычание зверя, треск сухой травы или веток под его лапами ужасают охотника всё сильнее и сильнее, заставляя бешеное сердце вырваться из груди и бежать, бежать, бежать…

«Тени» спокойно сидели на широкой ветке, прислонившись спиной к толстенному стволу векового дерева. Они плотно прижались друг к другу, чтобы вдвоём поместиться на ветке. Свои ноги, выше колен, чтобы не упасть вниз, они обмотали верёвкой, которую привязали к стволу. Свои луки положили перед собой, придерживая рукой. Так охотники решили переждать ночь. Условия, конечно, не очень благоприятные для сна, но это лучше, чем ночевать на земле – безопасность важнее.

– Посмотри, что у меня есть, – тихо прошептал один из охотников. Из внутреннего кармана плаща он достал овальные плоды какого-то растения. Они были небольшого размера, диаметром около пяти сантиметров, очень похожие на плоды каштана. Красные шарики были покрыты плотной кожурой, усыпанной твёрдыми коричневыми волосками с загнутыми кончиками, напоминающими крючки.

– Что это? – вторым охотником оказалась девушка. Она взяла один из шариков в руку и поднесла близко к лицу, стараясь внимательно разглядеть.

– Не знаю. Сорвал их с куста, который растёт под деревом. Я думаю, съедобно.

Девушка без особых усилий отделила кожуру от мякоти, раскрытый плод источал приятный аромат.

– Это ранбутан, – сказала охотница, когда попробовала плод. – Я узнаю его сладковато-кислый вкус. Попробуй, тебе понравится.

Она осторожно положила вкусный плод в рот своего друга, по лицу которого проплыла улыбка наслаждения. Не есть с раннего утра и получить маленькую порцию удовольствия – настоящее блаженство.

– Старейшина угощала нас им, когда мы были маленькими, – девушка стала осторожно снимать кожуру с остальных плодов. – Только не глотай косточку, выплюнь, она ядовита.

Её спутник сразу изменился в лице, он чуть было не раздавил чёрное семя зубами.

– С этого надо было сразу начинать, – сказал он, поспешно выплюнув семечку.

– Прости.

Через некоторое время стало холодать. Девушка прижалась к своему другу плотнее, положив голову на его плечо. Он же обнял её свободной рукой и что-то прошептал на ухо, от чего она улыбнулась.

– Белых снов, – прошептала она ему в ответ и закрыла глаза.

Кругом всё так же шуршали листья деревьев, раздавалось чьи-то уханье и свит. Где-то вдалеке были слышны пронзительные крики и визг. «Тени» не обращали внимания на всё это, они мирно уснули на своей ветке, будто вокруг было всё тихо и спокойно. Ночью лес не спит, он более живой, чем кажется многим. Чем он живее, тем суровее и опаснее. Слабые и неприспособленные тут не смогут и прожить часу, но, несмотря на множество опасностей, лес Лаи имеет много прекрасного и удивительного. Лес Лаи таит в себе неведомые загадки и тайны….

          Лучи солнца пробираются сквозь огромные деревья, но в гуще леса ещё темно. Начался новый день. Где-то в кронах раздаётся стук по стволу – дятел пытается достать из-под коры вредных насекомых. Несколько обезьян прыгают с ветки на ветку и весело кричат, встречают утро. Рыжая лиса спряталась в высоких листьях папоротника, заприметив мелькнувшие рядом большие фигуры.

«Тени» как ветер летели сквозь плотные заросли леса. Они словно не знали усталости, бежали, с легкостью преодолевая препятствия суровой местности. Бежали вперёд к намеченной цели, которая с каждым часом была всё ближе и ближе.

Во второй половине дня охотники быстро, но очень осторожно шли по следу, старались не создавать шума, им это удавалось. Животное, которое они выслеживали второй день, было поблизости. Один из «теней» передвигался в боевой стойке, чтобы в любое мгновение натянуть тетиву и пустить стрелу точно в тело жертвы. Следы животного на земле были свежими, это уже были глубокие вмятины от копыт в мягкой почве, сделанные несколько минут назад.

«Тени» остановились, прислушались. Лес Лаи стал издавать меньше звуков, крик мелких обезьян стал приглушённым в высоких кронах деревьях. Даже звук ветра в листве пропал. Охотник медленно натянул тетиву и стал целиться куда-то в густую низкую траву. Второй охотник тоже взялся за лук и стал всматриваться в густую зелень, присел. Они знали, что там кто-то есть и не ошиблись. В траве показалась чья-то пятнистая спина. Зверь медленно, почти незаметно шёл мимо. В том месте, где трава была совсем низкой, показался крупный леопард. Мускулистая и очень гибкая кошка спокойно и мирно обходила охотников стороной. Сильные широкие передние лапы, длинный хвост, грубая короткая шерсть яркой рыже-жёлтой окраски с небольшими чёрными пятнами, образующими на общем фоне кольцевые фигуры со светлой серединой. Чёрные кольца где-то были цельные, а где-то прерывались в двух и нескольких местах. Охотники опустили луки, стали наблюдать за дальнейшими действиями зверя. Леопард остановился, посмотрел на путников, игриво махнул длинным хвостом и двинулся дальше своей дорогой сквозь траву. «Тени» были уверены, что он не станет нападать на них. Они и дикий зверь живут на одной земле – Лес Лаи, они дети богини Гейи. Гейя не одобрит, если её творения начнут воевать друг с другом. Нельзя убивать своих братьев и сестёр – это закон. Закон Гейи – матери всего живого вокруг.

Охотники с интересом наблюдали за леопардом. Мало кому удавалось увидеть этого прекрасного жителя леса. Их много, но они мастерски скрываются в траве и ветвях деревьев из-за чего очень редко попадаются на глаза. Питаются они преимущественно косулями, оленями, обезьянами, птицами и мелкими грызунами. «Тени» никогда не слышали о нападении леопарда на кого-нибудь из их соплеменников, так как подобных нападений не было и не будет. Когда хищник скрылся и пропал из виду, охотники продолжили идти по следу своей жертвы.

Через несколько часов следы привели к широкой и пыльной дороге. Над головой возникли бескрайние голубые просторы безоблачного неба. «Тени» давно не видели чистого и ясного небесного моря. У них дома над головой лишь густые кроны деревьев с вечнозелёными листьями. Любоваться дивными просторами было некогда, преследуемое животное пару минут назад переходило дорогу в этом месте, нужно было спешить. Один из охотников стал смотреть вдаль, куда уводила дорога. Ему удалось разглядеть две приближающейся фигуры – люди. Желания не было попадаться им на глаза и «тени» бесшумно вошли в лес, покинув пределы дороги. В нескольких десятках метрах от дороги они остановились, стали красться. Животное, которые они преследовали второй день, было где-то рядом. Его не было видно, но в воздухе присутствовал его дух, каким-то образом охотники чувствовали это. Они передвигались очень медленно и осторожно, нужно было отыскать жертву раньше, чем она заприметит их. Если животное почует опасность, то бросится бежать, а третьи сутки преследования уже будет не под силу «теням», придётся возвращаться домой с пустыми руками. Охотники почти синхронно приготовили луки, натянули тетиву. Они, скрываясь за широкими листьями, стали целиться куда-то вдаль.

Из-за дерева показалась голова животного. Эта была молодая лань. Её тело в длину было меньше полутора метров, высотой меньше метра. Красновато-коричневая спина с белыми пятнышками, светлое брюшко и тонкие ноги. Лань мирно срывала верхушки низкой травы, спокойно жевала. По растопыренным в разные стороны ушам можно было сказать, что в случае малейшего намёка на опасность, лань готова продемонстрировать невероятную скорость и проворность. Её спугнуть мог любой треск сучьев под ногами охотников или неосторожный шорох.

«Тени» до предела натянули свои тугие луки, на мгновение затаили дыхание, мысленно представили полёт стрелы к цели. Пальцы на тетиве ослабли и готовы уже были отпустить её, как вдруг, со стороны дороги раздался пронзительный крик. Кричали так, словно кого-то резали живьём. Охотники оглянулись, но из-за плотной растительности ничего не могли увидеть. Они вернули свои взоры на лань, но её нигде не было видно, лишь куст покачивался у дерева, у которого несколько секунд назад стояла их цель и щипала траву. Лань пустилась в бега. Один из охотников решил догнать жертву, второй же стоял на месте и смотрел в сторону дороги.

– Быстрее за ней! – скомандовал он.

– Там что-то случилось, – сказала девушка, указывая рукой в сторону дороги. Охотница быстро побежала в направлении, откуда исходил непонятный крик.

– Стой!

Юноша на мгновение растерялся, преследовать лань или последовать за своей спутницей. Времени на раздумья не было, он выбрал второй вариант, так как на охоте в незнакомой местности было запрещено далеко отходить от своего напарника, тем более разделяться.

Девушка спряталась за дерево, осторожно выглянула из-за него и увидела на дороге шестерых человек. Один из них катался по земле, истошно кричал, его одежда горела. Второй бил ногами лежачего молодого парня, который прижал к груди большой серый рюкзак. Третий, в одежде солдата, свирепо орал, размахивал мечом перед лицом отступающего от него старика в длинной коричневой робе. Из плеча старца торчала стрела. Рядом с ними был ещё один человек, сидя на лошади, он наблюдал за происходящим, лицо его выражало испуг. Дрожащей рукой он тянулся к заплечному колчану за стрелой. Перед всадником стояли два встревоженных коня.

– Почему вы уделяете столько внимания этому письму? Это же простая бумага с символами.

В воздухе повисло молчание. Все присутствующие с удивление посмотрели на парнишку, даже Артур был удивлён.

– Ты знаешь, кто такой пророк Фуо? – спросила Деметра.

– Не знаю.

– Я тебе расскажу.

Пророку Фуо более десяти тысяч лет, он один из перворожденных. Единственный оставшийся эльф тех времён. Свою жизнь он посвятил путешествиям и изучению мира. Он посетил все земли Сандонии, каждый её уголок и ему открылись все тайны и знания доступные сознанию. Фуо –великий эльф, уважаемый и почитаемый нашим народом. Сама Гейя в даровала ему великую силу, которая позволяет видеть судьбу, видеть прошлое и наше будущее. Он предсказал извержение Близнецов в землях орков, предсказал нашу войну с ними. Его взору преставилась ужасная война с людьми, которую проиграли все. Все его предсказания затрагивают судьбы многих, потому нельзя игнорировать их.

В Ланцегорде имеется Великая библиотека знаний, куда отправляются все найденные записи Фуо. За три тысячи лет удалось собрать десятки его свитков, и мы уверены, что это лишь малая часть существующего. И я не боюсь предположить, что найденное Артуром послание одно из последних, написанных пророком. Потому оно имеет большую важность и ценность.

– А вы уверены, что это именно его свиток? – с любопытством спросил Артур.

– Определённо! – твёрдо ответил эльф с косичкой. – Его рукописи невозможно уничтожить, так как они написаны на древней бумаге. Она не горит, не смывается водой, не рвётся и мечом не разрубить.

Артур осторожно взял в руки свиток и попытался отделить нижний его уголок. Приложив небольшие усилия, ему не удалось оторвать даже маленький кусочек бумаги. Потом он попытался разорвать письмо пополам, но и это не удалось. Эльф оказался прав. Древняя бумага не поддавалась никаким воздействиям.

– Всё же я хочу отнести свиток в Брим и показать коллегии магов, – заявил он.

– Я категорически против этой идеи, – возразила Деметра.

– Ну почему же? В коллегии удастся перевести содержимое послания и это хорошо. Его не придётся нести в далёкий Ланцегорд. Брим намного ближе. К тому же, у меня там есть много знакомых, которые не откажут в помощи.

– Хочу вас предупредить, что коллегия в Брим пользуется дурной славой, и я не рекомендую иметь с ней какие-либо дела.

– Ваши опасения напрасны, поверьте мне, – попытался Артур переубедить старейшину. – Я сам долгое время был членом коллегии.

– Значит, вы ничего не знаете о ней, – Деметра расстроено покачала головой, закрыв глаза.

– Артур, – обратился к старцу эльф с косичкой. – Имеются слухи, что маги Брим похищают людей, эльфов и представителей других рас и ставят на них свои эксперименты. Если свиток попадёт в их руки, то они воспользуются им исключительно в своих целях.

– Этого не может быть, – возмутился Артур. – Я почти пятнадцать лет своей жизни посвятил служению в коллегии, а вы такое заявляете мне.

– Сколько лет прошло с тех пор? – спросила Деметра, глядя ему в глаза. – Вам более ста лет и вы до сих пор живы благодаря древней магии эльфов. Вы сражались в Линии на стороне Харимора – Империи, убивали наш народ и уничтожали наши леса. Вы были смертельно ранены в бою, но благородство эльфов пощадило вас. Вы живы благодаря наложенному на вас заклинанию, которое до сих пор поддерживает в вас искорку жизни. После этого вы не верите словам эльфов? Моим словам – старейшины Имрии. Я спасла вас от смерти, вылечив рану при помощи своей магии.

– Откуда…? – в глазах Артура появилось глубокое удивление, которое сменялось на страх. – Откуда вы это узнали?

– Я общалась в Белых снах с представителями Высшей школы магии, что в Ланцегорде. Они то и поведали мне вашу историю. Также, они желают своими глазами увидеть свиток. Именно потому я настаиваю, чтобы свиток Фуо был отправлен в Ланцегорд на исследование и для дальнейшего хранения– его место там, а не в коллегии Брим.

Артур задумался. Разумеется, в Ланцегорде сумеют перевести рукопись, но, с другой стороны, его нестерпимо томило желание как можно быстрее узнать пророчество Фуо. Если отправить свиток в столицу эльфов, то, возможно, он никогда не узнает, написанное в нем; если же доставить в Брим, то его любопытство будет удовлетворено. К тому же, свиток нашёл он, значит, ему решать, как лучше поступить с находкой.

– Позвольте нам доставить свиток в Ланцегорд, – настояла Деметра.

– И как вы его доставите? Привяжите к лапке голубя и пошлёте? – недоверчиво спросил старец.

– Конечно, нет, это опасно. Голубю придётся пролетать над землёй имперцев, свиток может попасть в недобрые руки. Мы отправим пару гонцов, которые собственноручно доставят его в Великую библиотеку.

– Прошу извинить меня, но я уже решил, что отнесу свиток в Брим, – Артур свернул свиток и сунул за пазуху.

– Нет! – испугалась старейшина.

– Артур, вы делаете ошибку, – попытался остановить его Сайрес.

– До чего же люди упрямы, – расстроено сказал один из эльфов.

– Я хочу знать, что написано в этом свитке и его удастся прочесть в коллегии. И не пытайтесь очернить эту достойную организацию, то, что вы говорите про неё – необоснованные слухи и клевета.

– Артур, постойте! – с тревогой в голосе попросила Деметра.

– Проводите меня из города, – потребовал старец. – Мне нужно идти. Геральд, пошли!

Артур взял парня за плечо и повёл в сторону выхода. Сайрес бросился останавливать их, но Деметра схватила его за руку, дала знак не ходить за ними. Эльф понял, что старейшина отпускает людей. Присутствующие могли только проводить гостей взглядом.

– Нельзя просто взять и отпустить их со свитком, – сказала одна из эльфов.

– Я солидарен с ней, – кивнул эльф с косичкой. – Все свитки Фуо принадлежат эльфам и они должны быть в Великой библиотеке, а не в руках людей.

– Упрямых людей, – добавил кто-то за его спиной.

Прежде, чем уйти из Имрии, Геральд забежал в дом Мирайн. Ему хотелось поблагодарить её за тёплый приём и попрощаться. Она оказалась дома, увидев парня, ей стало сразу понятно, что он уходит, она расстроилась. Мирайн предложила сопроводить его с Артуром к реке, по которой можно дойти в Гринфорт. Геральд согласился.

Всю дорогу до самой реки, Артур что-то бурчал себе под нос. Многие слова были непонятны ни Геральду, ни Мирайн.

– Будут они мне указывать, как поступить с моим свитком, – ворчал старик.

Геральд подробно рассказал девушке об их разговоре с Деметрой и другими эльфами. Лично Геральд поддержал бы лесной народ, доверил доставить свиток в Ланцегорд, но вслух об этом не говорил, боялся, что Артур обрушит на него накопившийся гнев.

– Артур, – обратилась Мирайн к старцу. – Зря вы отказались от помощи Деметры. Вы уже не в том возрасте, чтобы путешествовать ради знаний.

– Знаете что, дитя моё, ради знаний люди готовы и жизнь отдать, – зло ответил он. Мирайн чуть испугалась такой реакции, решила молчать. Вряд ли в её силах отговорить его.

Прощание с Мирайн было коротким, Артур торопил парня. Геральд не хотел прощаться, он успел привязаться к Мирайн за время его пребывания у эльфов. Ещё никто так тепло не относился к нему, при этом, ничего не прося взамен. Мирайн удивительная девушка. Скорее всего, он больше не увидит её, никогда не погуляет с ней по аллеи ив и не побеседует о людях и эльфах и о большом окружающем их мире. Он крепко обнял её, она удивилась, но ответила на объятие.

– Прощай, – еле слышно прошептала она, Геральд ничего не смог сказать в ответ, его губы дрожали.

До самой реки Мирайн не провожала, лишь указала, в какую сторону нужно идти, чтобы не заплутать в лесу. Артур спешно покидал Имрию, даже забыл взять с собой еды, хотя, возможно, она и не понадобится. По славам девушки, если идти вверх по течению реки, то за несколько часов можно добраться до Гринфорта. Геральд хорошо помнил, что вместе с Сайресом и Синтель они шли от реки до Имрии не более четырёх часов, но уже прошло более шести, а звука воды он до сих пор так и не услышал. Его сознание стали посещать тревожные мысли.

До реки путники добрались лишь поздно вечером. Как же парень был рад услышать знакомое журчание воды. До Гринфорта оставалось несколько часов ходьбы, но Артур решил переночевать, а утром продолжить путь. Старик был в скверном расположении духа и его настроение отчасти передавалось Геральду.

Парень отправился на поиски сухих веток, Артур развёл костёр из всего, что нашёл на месте. Под светом огня он достал свой свиток и стал рассматривать его символы. Когда Геральд пришёл с большой охапкой веток, старик рассуждал вслух.

– Мне знакомы многие языки, но этот язык даже маленькой своей частью не похож ни на один из них. Он совершенно не поддается пониманию без специальных знаний. У некоторых народов письмо осуществлялось с помощью рисунков, которые можно попытаться разгадать, но не письмо эльфов. Я даже не знаю их современного языка. Они всё держат в тайне. Когда слышу их речь, то не могу понять ни единого слова.

– У них красивый язык, – прокомментировал Геральд, но старик будто не слышал его.

– Ничего, в коллегии мне удастся перевести свиток, и я узнаю, о чем предупреждает Фуо.

Утром на лес Лаи обрушился дождь. Шевелящийся занавес сильных струй поблёскивал в свете первых солнечных лучей. Путники, промокшие насквозь, продвигались вдоль реки по направлению к Гринфорту. По непонятным для Геральда причинам Артур был рад дождю. Он что-то довольно наговаривал на неизвестном языке, порой шептал.

– Что хорошего в этом дожде? – громко спросил парень.

– А что плохого? – вопросом на вопрос отозвался старик. – Дожди – большая редкость. Они случаются не боле раза в год. Дождь – добрый знак, значит, скоро нам подвернётся удача.

– Ага, удача, – пробурчал Геральд, – Сопли, кашель и простуженное горло, ещё и температура. Хорошо, что ветра нет и не холодно.

– Мальчик мой, поверь моим словам. Мы доберёмся до Гринфорта, купим еду и лошадей. Через пару дней ты увидишь Брим, я покажу тебе Великую коллегию магов.

Парень вдруг вспомнил, как Артур пламенем из руки поразил разбойника, как его одежда вмиг загорелась, его безумный крик. Он с детства любил слушать рассказы о могущественных магах, которые одним движение руки могли сжечь город дотла или, как пушинку, сбить человека с ног и отправить далеко в небо. И сейчас, один из таких магов рядом с ним. Геральд приободрился, его гордость проснулась.

– А ты мог бы научить меня магии? – внезапно спросил он старика.

– Что? – поперхнулся Артур. – Магии?

– Да, магии.

– В тебе нет той искорки, способной породить силу, – посмеялся он.

– Что за искорка? – не понял парень.

– Магами не становятся, ими рождаются. У твоих родителей нет способностей к магии, значит, у тебя тоже нет. Может быть, в твоём роду и были маги, что не исключено, но эта искорка не передалась тебе.

Слова Артура немного расстроили его.

– Значит, я безнадёжен?

– Ну почему безнадёжен. Если ты будешь усердно тренироваться под присмотром опытного наставника, то через пару лет сумеешь развести костёр из сухих веточек.

Лучше бы старик не говорил это. Парень тайно стал мечтать, что сможет чему-то научиться и сумеет превращать воздух в огонь, но все мечты как в воду канули.

– Отец моего дедушки был магом, но он не развивал свои способности. Мне посчастливилось, что его дар не испарился бесследно, а перешёл ко мне. Когда мне было четыре года, я поджёг нашу собаку, но меня не наказали родители. Они в тот же день отвели меня в коллегию и отдали магам на обучение. – Артур гордился своим прошлым. Геральд сразу удалось это заметить. – Много лет я изучал тайны магии, пытался собрать всю её силу в своём разуме. Мне удалось добиться высоких результатов, меня уважали и ценили. Когда разразилась война с эльфами, то я самым первым вызвался добровольцем и ушёл сражаться на стороне Империи.

– И в первой же своей битве был сражён Партилусом, – раздался знакомый смех за спиной.

Путники обернулись и увидели Сайреса и Синтель. Артур сильно удивился. Геральд в какой-то степени обрадовался вновь увидеть знакомых ему эльфов.

– В коротком бою Партилус взял верх над человеком, и чуть было не убил, но великое благородство было сильнее жажды мести, – продолжал Сайрес на ходу. – Партилус пощадил его и вместо того, чтобы добить смертельно раненого возгордившегося мага, наложил на него древнее заклинание, которое и по сей день поддерживает в нём жизнь.

– Зачем вы последовали за нами? – недоверчиво спросил Артур, прижимая сильнее цилиндр со свитком внутри, который прятал за пазухой. – Я не отдам его вам.

Он был уверен, что эльфы решили отобрать у него свиток Фуо. Если эльфы предпримут попытку забрать его, то получат хороший отпор от него.

– Старейшина Деметра обеспокоена судьбой свитка, – ответила Синтель.

– Мы поможем вам добраться до коллегии магов. Если там действительно сумеют перевести древние знаки, то свиток вам больше не понадобится, и он отправится в Ланцегорд.

– Никуда он не отправится! – возмутился старик.

– Артур, смогут ли маги коллегии перевести свиток или нет, в любом случае, вы можете сделать его копию, а оригинал отдать нам. Все тексты пророка Фуо являются собственностью моего народа. Поймите нас правильно, – откровенно произнесла Синтель.

– Я считаю…

– Чтобы ты не ответил, мы пойдём до самих стен коллегии, – перебил его Сайрес.

– Что за дерзость то такая, – возмутился Артур, и, замахнувшись рукой, угрожающе сказал. – Да я вас на месте зажарю.

В руке мага вспыхнул голубой пламень. Он сделал круговое движение кистью и с силой направил его в сторону эльфов, ожидая, что они попытаются увернуться от ложного огненного шара. Эльфы не шелохнулись. Тогда он понял, что запугать их не удастся, а применять против них свою силу было неразумно. Как бы там ни было, они спасли его от верной гибели, и теперь предлагают свою помощь. Артур посмотрел на Геральда, по его лицу было видно, что он желает, чтобы эльфы пошли с ним, но сказать этого парень не решается. Старик сдался, пламя пропало, он опустил руку. Ведь действительно, в коллегии можно без особых усилий сделать копию текста, написанного на свитке, а сам свиток вернуть лесному народу.

Глава 2 – Ведьма из Мрола.

Лошадь фыркнула. Мужчина средних лет оглянулся, посмотрел ей в огромные чёрные глаза, в которых он увидел тревогу. Животному было не по себе от здешних мест. Шорохи вокруг настораживали, заставляли держать ухо востро.

– Не бойся, – вполголоса сказал человек, похлопав по могучей жилистой шее.

Мужчина шёл пешком, ведя под уздцы свою старую лошадь. В седле сидела его жена, в руках она держала своего ребёнка, закутанного в серую ткань. Женщина крепко прижимала к груди своё чадо и тихонько плакала. Горе было в её сердце. Ребёнок не двигался, не издавал звуков, но был жив. Его сердце редко билось, а если прислушаться, то можно было распознать слабое дыхание.

– Не плачь, – прошептал мужчина ей. – Всё будет хорошо.

– Прости, – еле слышно вырвалось из её груди. – Мне страшно.

– Не бойся.

Одни только слова не могли успокоить женщину. Ей было действительно страшно. Её не пугал серый лес, не пугали ни вздрагивания в кустах, ни шорохи, ни оханья сов. Она боялась не за себя, не за свою жизнь. Она боялась потерять своё дитя. Женщина ощущала, как демон смерти Лирган уже положил одну руку на голову её сына – ощущался холод, от чего она крепче прижала ребёнка к себе. Слёзы текли сами собой, сердце сжималось от боли.

– Осталось совсем немного, – прошептал мужчина, оглядевшись по сторонам. – За следующим поворотом будет её дом.

От этих слов женщина заплакала ещё громче, приложив голову к своему чаду.

– Люди поговаривают, что она ведьма, – всхлипывая, прошептала она.

– Пусть будет кем угодно, но она поможет нам. Она помогает всем, кто нуждается в помощи, никому не отказывает. Главное верить, а вера нам сейчас очень понадобится.

Слова мужа вселили надежду. Ни страха, ни сомнений – вот те качества, за которые она и полюбила этого мужчину.

Узкая тропа резко повернула в сторону. За поворотом утоптанная дорога вела строго прямо, скрываясь в темноте леса. Слева от тропы среди деревьев стояла большой деревянный серый сруб. Время было позднее, но из окон дома виднелись огоньки свечей.

– Мы пришли, – сказал мужчина.

Женщина осторожно слезла с лошади и медленно подошла к толстой двери. Её муж привязал узду к рядом растущей молодой берёзке. Он обнял жену за плечо, посмотрел на обёрнутого тканью сына, сделал глубокий вдох и громко постучал в дверь.

– Кто там? – раздался молодой женский голос, но, не дождавшись ответа, женщина сказала. – Подождите немного, я оденусь.

Мужчина хотел было назвать своё имя, но не успел, дверь перед ними распахнулась. На пороге стояла светлолицая юная девушка с распущенными длинными чёрными волосами. Ей было лет шестнадцать, совсем юная. Незваные гости очень удивились, они предполагали, что встретят пожилую морщинистую женщину в старой одежде и со скверным характером. Черноволосая девушка прочитала в глазах людей ужасное горе, гнетущее их сердца. В руках они держали что-то обёрнутое грубой тканью, этот сверток и было причиной их страданий. Гости не успели что-либо сказать, как были приглашены внутрь.

– Что у вас случилось? – спросила она.

Женщина пыталась сдерживать слёзы, но ей это не удавалось.

– Наш сын, – мужчина осторожно взял небольшой комок ткани из рук жены. – На ферме случился пожар.

Его голос дрожал. Девушка догадалась сразу. Она взяла ребёнка. Мужчина обнял заплаканную жену и стал смотреть, что молодая ведьма станет делать с их сыном.

Ведьму звали Морганой. В ближайшем селении все то и дело о ней говорили. Два месяца назад она поселилась в заброшенной избе недалеко от маленького городка Мрола. С самых первых дней местные жители обходили её странной. Она приходила из леса в город, покупала хлеб, молоко и пшеницу. В этом не было бы ничего странного, если бы не попутная слава, говорящая о связи с магическими силами. Она готова была принять любого, кто болеет или ранен. Кто-то смеялся над ней, кто-то считал умалишённой, а иные отваживались придти к ней за исцелением и не жалели, выходя из ее дома совершенно здоровыми. Её прозвали местной целительницей, она довольно быстро прославилась среди населения городка. Многие рассказывали, что девушка при помощи неизвестной магии исцеляла любого, кто переступит порог её дома. Некоторые рассказы горожан шокировали, люди говорили, что целительница ножом разрезала свою руку и собственной кровью обмазывала открытые раны, переломы или порезы. После чего прямо на глазах кости срастались, порезы и раны затягивались. Власти обеспокоились, ведь в стране был строжайший запрет на использование магии крови, но они ничего не стали предпринимать, так как эта магия была направлена на благое дело. Весть о чудесной силе целительницы быстро распространилась по всей северной части государства и дошла до ушей правителей Саргота – крупного города на западе страны. Они узнали, что в лесах Мрола поселилась девушка, которая использует магию крови для лечения больных и прокажённых. Этот факт их заинтересовал. Представители властей заручились поддержкой коллегии магов города Брим и орденом стражей. Орден по всем делам и вопросам сотрудничал с коллегией. Стражей использовали для поиска и поимки магов крови, некромантов, преступников, а также для задержания иноземцев с магическими способностями.

Власти города Саргот желали собственными глазами увидеть Моргану и оценить её способности. Девушка предчувствовала угрозу, исходящую от них. Она закрылась в своем жилище, создав непроходимый барьер. Вокруг дома возник сильный смерч, который не всасывал в себя всё, что его окружало, а наоборот – отталкивал, не подпускал на близкое расстояние. Ветер был настолько сильным, что людей отбрасывало на несколько шагов в сторону, если они пытались прорваться сквозь заслон. Маги использовали свою силу, чтобы снять барьер, а стражи своими способностями пытались рассеять магию Морганы, но у них ничего не выходило. Больше недели дом девушки подвергался осаде, но результатов это не принесло. Правитель Мрола попросил власти Саргота оставить Моргану на какое-то время в покое и позволить ему лично поговорить с ней. Маги, недолго думая, согласились, но поручили Владимиру – правителю Мрола, своевременно извещать их обо всем. Также, они потребовали издать указ, который запрещал горожанам посещать дом ведьмы. Но люди не боялись запрета, продолжали ходить к девушке за помощью. Сам Владимир обращался к ней. Он привёл к ней свою старую почти ослепшую мать и просил сделать что-нибудь, чтобы к ней вернулось зрение. Моргана не отказала. Женщина в тот же день прозрела и вновь могла радоваться общению с внуками. Правитель тепло относился к девушке, потому что она от чистого сердца, ничего не прося взамен, помогала абсолютно всем нуждающимся.

Моргана положила ребёнка на стол, осторожно стала разворачивать ткань. Маленький комочек зашевелился. Кожа малыша во многих местах прилипла к ткани и отделялась от обожжённого кровавого тельца. Мать не смогла смотреть на этот ужас, лицом уткнулась в грудь мужа и заплакала ещё сильнее. Маленькие ножки местами были обгоревшими дочерна, половина тела была без кожи, раны кровоточили. Ребёнок даже не мог кричать, лишь тихо похрипывал. Невозможно было разглядеть его лицо: глаза и нос будто слились вместе. Мужчина, ощущая огромный груз на сердце, смотрел на своё чадо, с большим трудом сдерживая эмоции.

– Это невероятно, что он ещё жив, – с удивление сказала Моргана, когда полностью размотала ребёнка. Из груди женщины вырвалось рыдание. – У вас очень сильный малыш. Я обещаю, он будет жить, и радовать ваши сердца, – утешила целительница.

– Мы тоже на это надеемся, – прошептал мужчина дрожащим голосом. Он в волосы поцеловал жену и шепнул на ухо. – Всё будет хорошо. Вот увидишь.

Девушка убрала свои чёрные волосы с плеч, взяла в руки нож и сделала глубокий надрез во всю ширину ладони. Порезала и вторую руку. Мужчина ужаснулся. Руки нависли над тельцем ребёнка. Кровь закапала на малыша. Моргана от боли стиснула зубы, зажмурилась, снова сделала надрезы и стала обмазывать обгоревшие ножки, ручки, голову и всё тело ребёнка своей кровью. Сердце отца сжалось. По его ногам пробежал холодок, который постепенно стал подниматься всё выше и выше. Он ощутил лёгкий ветерок со стороны входной двери, словно та была открыта. Он обернулся – дверь была заперта. Волосы на голове целительницы стали шевелиться на ветру. Моргана вновь взялась за нож и сделала повторные надрезы, казалось, что она перережет их совсем. Весь ребёнок был в её крови, как и вся грубая ткань, на которой он лежал, а также стол. Девушка продолжила обтирать его, переворачивала на живот, потом на спину, делала всё, чтобы полностью обмазать его. Вокруг стола кружил ветер, стало прохладно. Неожиданно раздался детский крик.

– Что? – обернулась мать. Окружавший их ветер пропал. На столе барахтался вверх ножками её сын. Много крови Морганы впиталась в беспомощное создание. Ожоги пропали с его тела, будто их и не было на нём никогда. Ребёнок стал таким, каким и был этим утром – до пожара. Женщина бросилась к столу, схватила дитя и стала целовать. Хотелось плакать от счастья, но слёз уже не осталось. Муж обнял жену за плечи, улыбался, глядя за кричащее тельце. Моргана вышла и через минуту вернулась с деревянным ведёрком, наполненным водой.

– Нужно его искупать, смыть остатки крови, – девушка поставила ведёрко на стол и протянула родителям чистое полотенце.

– Просите всё, что вы заходите. За спасение нашего сына мы готовы отдать вам всё, что угодно, – радостно произнесла женщина, когда с ребёнка смыли оставшуюся кровь.

– Мы вам так благодарны, – сдержано сказал её муж.

– Я ничего просить не буду, – отмахнулась Моргана, улыбнувшись. – Я рада помочь вам.

– Ради спасения нашего ребёнка вы не жалели себя, – промолвила мать, глядя, как с рук целительницы на пол продолжала капать кровь.

Моргана окунула руки в ведёрко с водой, смыла кровь.

– Мои раны через пару минут затянутся, – ответила она.

Когда счастливые родители покинули жилище целительницы, Моргана села у окна и взглядом проводила своих гостей. Она долго сидела с улыбкой на лице: тешила мысль, что она полезна людям, в этом теперь состоял смысл её жизни. Но так считали не все. Голоса ветров постоянно шептали в её сознании, умоляли покинуть эти края, этот лес, эту землю. Сёстры и братья постоянно твердили ей, что среди людей она не в безопасности.

«За своё добро тебе придётся дорого заплатить» – шептали они девушке.

«Мне нравится этим заниматься» – говорила она в ответ, но голоса не слышали её.

«Нам больно тебя потерять. Уходи!»

«Я нужна людям. Они нуждаются в моей помощи. Я не могу оставить их».

Через несколько дней в дверь её дома громко постучали.

– Помоги мне! Помоги! – громкий тревожный голос мужчины раздавался по ту сторону двери. Случилось что-то ужасное, Моргана среагировала быстро. В дом ворвался черноволосый человек в дорогой одежде. На его руках была молодая женщина, по её свисающей вниз руке текла кровь, большими каплями падала на деревянный пол. Вся её грудь была в крови, одежда разорвала.

– На стол её, скорее! – девушка одним движение руки смела со стола миску и пустой глиняный горшок, который не разбился при падении, укатился в сторону.

– Я не знаю, что случилось, – губы мужчины дрожали. В его глазах был ужас. – Мы вместе гуляли у леса, я отвернулся лишь на секунду…. Я не знаю… Она лежала без сознания… Кругом кровь…

Моргана взяла женщину за руку – пульс не прощупывался. Осмотрела глаза… Она была мертва. Слишком много крови покинуло её тело. Целительница опустила руки и с сожалением посмотрела прямо в глаза несчастному мужчине.

– Теперь её душа в Царствии мёртвых.

– Нет! – вскричал тот, грудью припав к своей подруге, зарыдал. С силой сжал в руках её тело, не желая отпускать, пытаясь удержать любимую в этом мире.

– Я скорблю по твоей утрате, – Моргана осторожно положила свою руку ему на плечо – мужчина зарыдал ещё сильнее.

– Как же я мог такое допустить? Как я мог? – стал ругать он себя. – Я любил её.

– Она была вам дорогим человеком.

– Моей женой…

– Сочувствую, – она ощутила холод в груди, она видела всю боль его сердца. Чувствовала эту потерю, по её щеке покатилась слеза. Душевная боль охватила её, возникло тяжёлое чувство, стало трудно дышать, появилось лёгкое головокружение. Девушка отошла от человека, чтобы его чувства частично отпустили её, но это не помогло. Моргана вышла на улицу, свежий лесной воздух оказал благотворное воздействие – ей стало легче.

Когда она вернулась, мужчина всё ещё держал в руках труп любимой, что-то шептал ей. Из слов Моргана поняла, что человек задумал недоброе, он хотел отомстить убийце.

– Я убью их! – шептал он ей на ухо. – Я найду их. Они пожалеют.

Девушка ужаснулась.

– Месть не вернёт тебе жену, – сказала она, легонько коснувшись его спины. Он дрожал.

Какое-то время они молчали. Девушка ощущала, как сердце человека наливалось дурной кровью. Недобрые помыслы набирали силу. Он действительно решил отомстить за убийство своей жены. Человек внутри себя боролся с накатывающими, как морская волна, чувствами скорби, которые вперемешку с желанием отомстить мутили его.

– Та боль, которая сейчас в тебе, губительна. Позволь, я помогу тебе, – мужчина посмотрел на целительницу красными от слёз глазами. – Я могу исцелить твою рану. Позволь мне сделать это.

– Это мне не поможет, – твёрдо сказал он. – Чтобы справиться с этой болью, я должен убить тех, кто причинил мне её.

– Месть ещё никому не помогла. Она не поможет возродить утраченное. Месть принесет лишь разрушение и ещё большие страдания.

– Мои враги будут страдать больше меня.

– Послушай меня. Я могу помочь забыть это горе, – её голос становился тише.

– Я не желаю его забывать.

– Забыв обо всём, твоя рана быстро затянется, ты сможешь жить дальше.

– Мне не надо этого!

Мужчина взял тело своей жены на руки и быстрым шагом покинул дом целительницы.

– Я могу тебе помочь, – последнее, что удалось разобрать ему, убегая всё дальше и дальше в лес.

Когда человек пропал из виду, Моргана села на корточки на пороге своего дома, обхватила колени руками и заплакала. Месть будет ещё сильнее терзать и рвать его душу, причиняя всё больше страданий. Ту ночь она не спала, душевные переживания за этого человека отгоняли сон.

Через пару дней тот человек вернулся. Его звали Маркус. Он рассказал девушке, что ему удалось выследить людей, которые убили его жену. Это были те, кто с рождения знали её и среди них был человек, которому она когда-то отказала в любви. Выйдя замуж за Маркуса. Отвергнутый парень затаил обиду и со своими сообщниками лишили её жизни.

– Я прошу совета, – произнёс Маркус в конце своего рассказа. Моргана не хотела, чтобы он мстил за убийство. Это навлечет на него ещё больше бед и страданий.

– Позволь я затяну твою рану, после чего ты сможешь спокойно уехать в другой город и начать новую жизнь. Без боли…. Без страданий.

– Ты предлагаешь мне забыть свою любимую?

– Только так ты сможешь обрести душевный покой. Это исцелит тебя, – уговаривала его девушка.

– Я верю, что только месть сможет исцелить меня, – сказал Маркус в ответ, смотря ей в глаза. – Даже если я погибну, сражаясь, то, по крайней мере, обрету покой.

– Я не хочу, чтобы ты умирал, – еле слышно произнесла она, отведя глаза в сторону, из которых потекли слёзы.

– Я должен сделать это.

– Не надо.

– Я должен, – повторил он, осторожно взяв её за руку.

Мужчина до вечера пробыл в её доме, а как стемнело, он ушёл в город. Моргана умоляла его отказаться от мести, но Маркус лишь отмахнулся от её просьб и покинул лес. Голоса ветров предупредили её, чтобы она не следовала за ним, но она считала, что обязана вмешаться.

«Остановись! Не иди за ним» – шептали голоса, но девушка их не слушала, бежала в сторону Мрола сквозь лес.

На одной из улиц городка она обнаружила Маркуса, отчаянно сражавшегося с тремя мужчинами. Он махал ножом перед их лицами, но те окружили его, сбили с ног и стали избивать.

– Прекратите! – взмолила девушка. – Остановитесь!

Один из нападавших выхватил нож из рук Маркуса и стал наносить ему режущие ранения по рукам и всему телу.

– Помогите кто-нибудь! – закричала целительница, но редкие глаза лишь убегали прочь при виде насилия.

– Моргана, – закричал её друг.

– Маркус.

Она поняла, что ей придётся сражаться за жизнь своего друга. Ветра вскричали в её сознании, запрещая использовать силу во вред людям. Требовали оставить человека и бежать, но Моргана была глуха к их голосам.

В её руках возник маленький смерч из ветра и пыли, который внезапно увеличился в размерах и стремительно понёсся в неприятелей Маркуса. Крича от ужаса и прикрывая глаза от ветра, они попытались бежать, чтобы спастись, но их попытка оказалась тщетна. Смерч вобрал их тела в себя и с дикой силой разбросал в стороны, нанеся ужасные увечья, вывернув их конечности. Крик ветров умолк в её голове. Кругом всё замолкло, наступила тишина. Девушка всё ещё чувствовала силу ветров в руках, но их голоса пропали.

Маркус был жив, и это обрадовало целительницу. Она на колени упала перед другом, взяла его нож и разрезала им свои ладони, чтобы своей кровью заживить смертельные телесные раны. Ей было страшно за его жизнь, быстрыми круговыми движениями она обмазывала кровоточащие порезы. Через какое-то мгновение Маркус очнулся, и она вновь увидела его ясные глаза.

– Маркус, – плача прошептала она, подняв его голову. – Я так рада, что ты жив.

Человек, которого она стала считать другом, быстрым движение руки вонзил нож ей в грудь. Девушка вскрикнула и упала в сторону.

– Маркус? – сильная боль скрутила её тело, кровь обильно полилась из раны. Её глаза закрылись. Истекая кровью, она поняла, что Маркус с самого начала обманывал её. Всё это было подстроено, чтобы ослабить её.

– Эх ты, Моргана, – послышался довольный голос предателя.

Униженная и преданная, она воззвала к силе ветров. Вокруг её тела образовался сильный вихрь, заставивший Маркуса отступить. Безумная ярость охватила девушку, она с трудом встала на ноги, вытащив из груди нож и отбросив его на мостовую.

– О Мора! – обратилась она к небесной богине, проклиная своего обидчика за его жестокость. Вихрь вокруг неё быстро усиливался и увеличивался в размерах. Маркус побежал прочь, но ужасная сила Морганы устремилась за ним, настигнув в секунды. Предатель с мучительным криком устремился в небо, могучий вихрь крутил его, разрывая одежду.

Моргана вновь почувствовала нестерпимую боль в груди, она вскрикнула и упала на колени. Вихрь в одно мгновение растворился. Маркус с большой высоты упал на крышу одного из домов, покатился вниз и упал на спину, застонал. Кровь потекла из его рта, дикая боль скрутила его внутренности. Одна рука была сломана в нескольких местах, второй рукой он прощупал свою грудь – несколько ребёр также были повреждены.

Последнее, что увидела девушка, так это лица тех, кто осаждал её дом целую неделю, пытаясь пробить ветряной барьер.

Глава 3 – Утрата свитка.

Гринфорт – большая деревня Бретонии. Южная часть поселения окружена высоким бревенчатым то забором. Толстые брёвна были забиты глубоко вплотную друг к другу. Без специальных приспособлений невозможно перемахнуть через искусственную преграду, которая защищает деревню от лесных жителей – эльфов. Со всех других сторон деревня ничем не защищена: кругом высокие зелёные холмы и засеянные зерном жёлтые поля. Местные жители сеяли пшеницу, ячмень, рожь и солод. Фрукты и овощи выращивали в самой деревне. У каждого второго жителя – свой собственный огород, который позволяет хоть как-то прокормиться.

Сам Гринфорт интересно устроен. Сразу за бревенчатым забором – круглая широкая площадь, вокруг которой расположены главные ремесленники деревни: кузня, портняжная мастерская, пекарня, а также несколько магазинов со всевозможными товарами и постоялый двор Шпиртца.

От площади в западное, северное и восточное направление тянется несколько широких дорог. Вдоль них выстроены рядами жилые дома: одни из гладкого камня, другие из валунов, третьи из дерева. Дома в основном крыли черепицей, лишь некоторые были покрыты соломой. Этот район можно назвать районом богатых и знатных. А ведь правда, тут живут только те люди, у которых в кармане всегда найдется монета. Чем дальше от центральной площади уводили дороги, тем беднее жило местное население, зато у них были свои огороды. Те, кто живёт на самой окраине деревни, кроме огорода имели свои фермы, на которых разводят скот и птицу. Фермеров почитает вся деревня, ведь именно они кормят большую часть Гринфорта. В местную пекарню они поставляют рожь и пшеницу, а самые зажиточные фермера – готовую муку.

Деревня начиналась с небольшой округлой площади, от которой вели прямые узкие улицы, соединяющиеся между собой проулками.

– Где-то здесь находится постоялый двор, – сказал Сайрес, указывая рукой в одну из сторон.

– Он в другой стороне, – Артур хорошо помнил эту деревню. – За мной.

Промокшие насквозь они добрались до двухэтажного большого дома, в котором любой путник мог провести ночь, а заодно и хорошенько выпить. Дом был разделён на две половины – трактир и гостиница. Хозяин постоялого двора был бретонец – крепкий, здоровый мужчина лет сорока. Увидев новых гостей, он улыбнулся:

– Чего изволите? Желаете снять комнату? – осмотрев путников, добавил. – Несколько комнат?

– Да, две комнаты нас устроят, если свободные имеются.

– На сутки или более?

– Я думаю, надолго мы тут не задержимся.

– Я вас понял, – кивнул хозяин. – С вас сорок четыре медяка.

Артур положил на стойку одну серебряную монету. Бретонец растянулся в довольной улыбке и протянул два ключа.

– Второй этаж. Первая слева и третья справа.

– Благодарю.

– Вы можете воспользоваться сухой одеждой, найдёте в своих комнатах, – слегка поклонившись головой, добавил. – Предоплата не требуется.

– Это хорошо, – одобрил Артур, поднимаясь на второй этаж по узкой винтовой лестнице. Парень с эльфами последовали за ним. Сайрес с Синтель поселились в одной комнате, Артур и Геральд в другой. Они первым делом разыскали ту одежду, о которой говорил хозяин двора. Она оказалась в небольшом шкафу и представляла собой обычный халат. Артур зажёг светильник на столе, после чего развернул на деревянном полотне свиток Фуо, который принялся вновь изучать. Геральд же, прямо в халате, лёг на двухместную кровать и накрылся одеялом. Было холодно. За окном слышался дождь, который шёл несколько часов и неизвестно когда он закончится.

В дверь постучали. Не дожидаясь ответа, в комнату вошла пожилая женщина в белом платье и сером фартуке. В её руках была небольшая кастрюля, которую она держала при помощи полотенца.

– Господин Шпиртц подумал, что вы голодны, – сказал она с улыбкой. – Куда поставить?

– Это замечательно, – обрадовался Артур, спрятав свиток обратно в цилиндр и указывая на стол, сказал. – Ставьте прямо сюда.

– Вот вам ложки и хлеб, – она достала из кармана фартука деревянные ложки и ломоть хлеба.

– Передайте своему господину, что мы одобрили его гостеприимство.

– Хорошо.

Когда женщина вышла, Артур открыл крышку кастрюли. Геральд никогда не видел своего друга таким довольным. Лицо старика просто сияло при виде наваристого овощного супа.

– А Шпиртц знает, как угодить клиентам, – довольно проговорил он, принявший черпать ложкой прямо из кастрюли. Геральд быстро вскочил в кровати, отбросив одеяло в сторону, тоже приступил к трапезе.

          Чуть позднее Артур отправился в местную конюшню, чтобы к утру для него подготовили пару лошадей для поездки до Брим. Геральд в это время был один, звуки дождя за окном нагоняли тоску на него. Хотелось спать, но уснуть не удавалось, шум ливня мешал ему. В этот момент он захотел домой. Нет, он не скучал по родителям, не скучал по друзьям и знакомым. Просто хотелось попасть домой, хотя бы на короткое мгновение. Одним глазком посмотреть, как там без него. Прошла неделя с тех пор, как он покинул Готу. Неизвестно, сколько ещё придётся путешествовать по Бретонии. Если Артуру удастся раздобыть лошадей, то они доберутся до столицы за пару дней. Ещё несколько дней уйдёт на обратную дорогу домой.

– Неделя, – сказал он сам себе, – Ещё неделя.

Думая об обратном пути, он решил, что должен посетить Имрию, проведать Мирайн. Ему понравилась эта девушка. Он видел в ней бесконечную доброту и открытость, которую не видел ни в одном другом человеке. Его даже посетила мысль остаться в Имрии, но он сразу её отбросил. Это невозможно, лучше об этом не думать. Потом он вспомнил защиту леса от чужаков. Могучие чары скрывали город эльфов. Становилось ещё грустнее.

За деревянными стенами дома стала слышна музыка. Он сразу узнал знакомые звуки. В его деревне живёт старик, который на всех торжествах развлекает народ своей игрой на лютне. Через какое-то время к звучавшему инструменту присоединились гусли. Оба инструмента играли в один лад, создавая приятную музыку. Геральд захотел увидеть музыкантов.

Парень быстро покинул свою комнату, вышел на улицу. Было уже темно, ливень во всю силу лупил по крышам домов, создавая гулкий шум. Трактир был немаленьким. Два вместительных зала, разделённых винными и пивными бочками, служившими стеной. Интерьер вполне обычный: дубовые столики, шкуры диких зверей на стенах, над стойкой продавца висела голова рогатого оленя и большая двуручная секира над ней. Владелец заведения, безусловно, был ярым охотником. За одним из столиков сидело два бретонца, которые играли на музыкальных инструментах, развлекая свою подругу – женщину лет сорока. Она хлопала в ладоши, стараясь попадать в ритм музыки. Компания весело отдыхала. За соседним столом сидели ещё двое, пили пиво и ели рыбу, также были довольны славной музыкой.

Геральд сел за столик, который был ближе к выходу, стал наслаждаться хорошей игрой музыкантов. Их игра радовала даже самый искушенный слух. Все мысли о доме мигом покинули голову парня.

– Добрый вечер! – услышал он тихий женский голос. Геральд не заметил, как к нему подошла девушка, обслуживающая посетителей. – Вам принести чего-нибудь? Желаете выпить или поесть нашу вкусную пищу?

– Что? Не, спасибо. Я сейчас уйду. Я услышал музыку и захотел послушать её.

– Можете остаться, – не меняя интонацию, сказала она. – Мы рады всем нашим посетителям.

Геральд посмотрел на служанку, и чуть было не дёрнулся в сторону от удивления. Перед ним стояла странной внешности девушка. Это был человек, но с большими кошачьими ушами. На её щеках были маленькие серые точки, словно на их местах когда-то росли пышные усы.

– Кто ты? – проговорил он. На её лице возникло непонимание, её ушки слегка дёрнулись. Они настоящие. – Ты оборотень?

Это единственное, что пришло парню в голову. Ему как-то приходилось слышать о людях, которые походили на животных, их ещё называли оборотнями. Они живут за северными границами Бретонии в Королевстве Фраг. Но из рассказов он понял, что эти полулюди были покрыты мехом, вели дикий образ жизни, но говорили на человеческом языке, вели торговлю с Бретонией, обменивались товарами. У них также имеется несколько городов. Геральд слышал, что Бретония чуть не развязала войну с ними по непонятным причинам, хорошо что конфликт удалось разрешить.

– Я? Оборотень? – с удивлением спросила она, но потом, с обидой в голосе, ответила. – Никакой я ни оборотень.

Она развернулась и пошла по направлению к стойке. Парень удивился ещё больше, увидев кончик кошачьего хвоста, видневшийся из-под длинной до самого пола юбки. Не прошло и минуты, как она вернулась к нему, принеся на маленьком подносе кружку воды и хлеб посыпанный солью.

– У меня нет денег, – сказал парень.

– У нас традиция угощать всех гостей, зашедших к нам.

Геральд долго слушал игру весёлых музыкантов. С каждой кружкой пива их игра была всё веселее и веселее, но уже менее качественная, но никто не обращал на это внимания. В трактире было тепло и уютно. Уходить не хотелось. Через какое-то время оба зала стали заполняться посетителями, пришедшими отдохнуть и развлечься. Вскоре парень заметил, что в первый зал подают в основном выпивку и закуску к ней. Во второй зал носили горячую еду, гарниры и прочие кушанья – никакого алкоголя.

– Я знал, что ты тут, – раздался знакомый голос Артура. Заслушавшись музыку и наблюдая за музыкантами, парень совсем не видел, кто появлялся в дверях заведения.

– Да, зашёл музыку послушать.

– Весело играют, – улыбнулся старик, присаживаясь рядом.

– Как дела с лошадьми? – спросил Геральд.

– Всё лучше, чем я думал. Мне легко удалось уговорить местного конюха. Завтра утром он выдаст нам пару хороших жеребцов.

– Это хорошо, – новость порадовала парня.

– Надеюсь, к утру дождь прекратит своё баловство.

Через какое-то время к их столику подошла девушка, обслуживающая посетителей. Она предложила нескольких горячих блюд и лёгкую выпивку к ним. Артур внимательно выслушал её и деловитым голосом сказал:

– А принесите моему другу тот славный суп, который вы тут готовите, радуя наши животы.

– Да, от лупа я не откажусь, – Геральд обрадовался, что вновь насладится его богатым вкусом.

– Ещё куриную ножку и бутылку красного вина, – добавил Артур и, обратившись к парню, спросил: – Ты же не откажешь мне в компании. Будем праздновать. Нам с тобой через много пришлось пройти.

– Конечно, – его глаза засияли. Дома, в Готе, родители не разрешали ему пить алкоголь. Ни вино, ни пиво – ничего. Говорили, что он ещё мал для взрослых напитков. А сейчас, вдали от дома, грех отказаться от всего, что некогда было запретным.

Девушка быстро удалилась к стойке. Геральд с интересом спросил Артура:

– А кто она? Мне прежде не приходилось встречать получеловека – полузверя.

– Полузверя? – рассмеялся старик. – Ты когда-нибудь слышал про народ мирола?

– Нет, – покачал он головой.

– Они живут далеко-далеко отсюда. На самом севере Сандонии. Это люди, хоть и имеют черты, схожие с животными. Знаешь, что я скажу? Это очень хороший народ. Честный, добрый и порядочный. Лично я к ним испытывают только уважение. Жаль, что не все относятся к ним такжет. В Бретонии совсем недавно их народ стали использовать в качестве рабов.

– Как это?

– Там очень непонятная история, запутанная. Королевство Фраг – ближайший сосед Мирола, вот там живут зверолюди– оборотни. У них тёплые дружеские отношения, у них общее древнее происхождение. Покойный король Бретонии ненавидел драков.

– Что за драки? – не понял Геральд.

– Полузвери, оборотни. Они называют себя драками. Так вот, бывший король решил захватить приграничные земли королевства, и ему было это под силу. Но мирола заявили, что встанут на защиту своих дальних родственников. Король лишь посмеялся над ними, пригрозив, что сам Харимор поддержит его. Но Империя, которая имела выгодные торговые отношения с Мирола – остались в стороне, решила соблюдать нейтралитет. Харимору невыгодно было воевать с ними. Король разгневался на мирола и объявил их вне закона на всей территории Бретонии. Народ мирола стали жестоко гнать мечом. Многих погубил этот закон, – в его голосе была печаль, – Те, кто выжил и остался в Бретонии, были порабощены. В больших городах мирола используют как живой товар на невольничьих рынках – теперь это в порядке вещей.

– Она рабыня? – спросил Геральд, указывая на девушку, обслуживающая посетителей трактира.

– Конечно. Меня огорчает их положение, но ничего сделать уже нельзя.

– А почему Мирола не освободит своих сородичей от рабства?

– Всё из-за Империи, – покачал старик головой. – Мирола сотни лет дружат с Империей, но у Империи военный союз с Бретонией. Если мирола вторгнутся в Бретонию, то Харимор поднимет войну, которая никому не нужна. Мирола процветает за счёт торговли с Империей, как и сама Империя. Война разрушит всю торговлю между двумя народами, что очень больно ударит по их экономике. Эта война выгодна лишь Бретонии, а точнее, королю.

– Да уж, – вздохнул Геральд. – Жаль их.

– К тому же, – улыбнулся Артур. – Ты глянь на этих существ. Они красивые, милые. Как можно на них идти с мечом в руках. Насколько мне известно, у мирола и своей армии нет. Они абсолютно мирные и безвредные. Но за своих друзей они готовы жизнью пожертвовать. Вот такие у них отношения с драками.

Через минуту девушка принесла поднос с горячим ароматным борщом, бутылкой вина и куриной ножкой.

– Приятного вам отдыха, – с нарисованной улыбкой сказала служанка.

– Мирола, – обратился Артур к ней. – Как вас зовут?

– Простите за любопытство, – неловко ответила она. – Для чего вы желаете его знать?

– Я люблю ваш народ и глубоко уважаю вас, – лицо девушки изменилось, ей было приятно слышать эти слова.

– Моё имя Лали.

– Милая Лали, – продолжал старик. – Будьте любезны присоединиться к нам. Присаживайтесь за наш столик. Вам будет приятно провести немножечко времени в нашей компании.

– Простите! – девушка обернулась в сторону стойки, чтобы посмотреть на своего хозяина, не наблюдает ли он за ней. – Мне нельзя разговаривать с посетителями. Простите! Мне нужно работать.

Лали хотела было быстрее уйти, но Артур легонько взял её за запястье.

– Прошу вас, – сказал он как можно милее, – Побудьте с нами хотя бы одну минуту.

Девушке растерялась. Она не знала, как поступить. Посетители трактира никогда не обращались к ней с подобными просьбами. Редко, когда ей приходилось видеть таких добрых людей. Было бы приятно побеседовать с ними, но она боялась, что её хозяин разгневается на неё. За любую провинность, любую допущенную ошибку он бил её и морил голодом. Лали, чтобы избежать побоев, старалась делать всё правильно, удовлетворять все требования хозяина.

– Не расстраивайте старого человека, – настаивал Артур.

– Ещё раз простите, – она осторожно освободила своё запястье и быстрым шагом удалилась.

– Как жаль, – расстроился Артур, открыл бутылку вина, отлил немного в кружку и быстро осушил её. Выпив ещё немного, он сказал. – Я всегда испытывал сопричастность к судьбе мирола.

Артур довольно быстро опустошил бутылку вина. Достал небольшой свёрток бумаги, развернул его перед собой на столе. Это была карта Бретонии, на которой были изображены основные дороги страны. Старик стал что-то бурчать себе под нос, водя пальцем по карте. Геральд спокойно доедал свой суп и разглядывал гостей. Их было немного, половина столиков заведения пустовала. Большую часть гостей составляли бретонцы. В дальнем углу зала сидел бородатый гном, одетый в меховую одежду. Рядом с ним стоял топор, который был больше него самого. Он общался со смуглолицым человеком. Два друга пили пиво, спорили, что-то доказывали друг другу. Геральд ни разу не видел гномов вживую, лишь на картинках книг. Музыканты продолжали играть, но уже вяло. Они изрядно напились, сил в их пальцах уже не было, чтобы радовать гостей звучанием инструментов. Остальные посетители были мало примечательны, тихо беседовали о своём. В соседнем зале было больше народа, но Геральд их не видел из-за импровизированной стены из бочек.

За стойкой работал сам хозяин трактира. Высокий, худощавый мужчина средних лет. Мешки под глазами выдавали его алкогольные пристрастия. Он был охмелевшим, несмотря на то, что до закрытия заведения было ещё далеко. Девушка мирола беспрестанно бегала от стойки к столикам и обратно. Геральду было жаль её: изо дня в день она обслуживает жителей деревни, являя при этом образец вежливости и доброжелательности. Каждый день на протяжении всей жизни.

За стойкой сидел подозрительный пожилой человек в дорогом коричневом плаще, он пристально изучающим взглядом смотрел в сторону их столика. Незнакомец медленно пил пиво из литровой кружки и закусывал сушёной рыбой, рукавом вытирая смоченную серую бороду. Допив пиво, он, прихрамывая на левую ногу, направился к ним. Подойдя ближе, старик закашлял, чтобы привлечь к себе внимание. Артур поднял голову.

– Позвольте спросить, – полушепотом проговорил он хриплый голосом, обращаясь к спутнику Геральда. – Ты же маг? Если да, то с какой коллегии?

– Да, маг, – незнакомец удивил Артура. – Как ты догадался? Ах, да, маги же чувствуют друг друга. Я уж совсем забыл это, да и чувства мои притупились за долгие годы.

– Меня зовут Донс, – представился он. – Я служил коллегии в Сарготе. Мне приятно видеть коллегу в таком захолустье.

– Присаживайся, – сказал Артур. – Будешь нам другом.

– Я Артур, служил коллегии Брим. Это мой друг – Геральд.

– Ученик? – поинтересовался Донс.

– Нет. Я направляюсь в Брим, а он мне помогает в путешествии. Я человек старый, мало ли что со мной случится. В одиночку мне уже тяжело даются такие дальние путешествия.

– Да, выглядишь ты постарше меня, – улыбнулся Донс. Он махнул рукой, окликнув девушку из Мирола. Та, с улыбкой на лице, быстро подошла к их столу. – Принеси мне ещё кружку пива. А моим новым друзьям бутылку самого дорогого вина.

– Извини, любезнейший, – перебил его Артур. – Мы сюда не напиваться пришли.

– Да брось ты. От одной бутылки вина с вами ничего не случится. Не выпить с коллегой – большой грех.

– Хорошо, – согласился он, кивнув. Потом рассмеялся и сказал. – Одну бутылку в моём возрасте можно распить.

Донс одобряюще расхохотался. Лали быстро удалилась.

– Артур, рассказывай, как там дела в коллегии Брим?

– Не знаю, что и ответить. Почти тридцать лет прошло с тех пор, как я покинул столицу.

– Почему ты ушёл? – Донс был удивлён.

– Этот вопрос я часто себе задаю, а ответ где-то витает.

Лали принесла заказ, уходя, забрала пустую тарелку Геральда, который успешно расправился с супом и был готов принять немного вина.

– За знакомство! – все дружно подняли перед собой кружки с выпивкой, отпили немного.

– Решил вернуться в коллегию? – спросил Донс.

– Нет, – Артур вынул из рукава цилиндр, из которого извлек свиток. – Именно из-за него мы идём в коллегию.

– Что это? – затаив дыхание спросил их новый друг.

– Это свиток Фуо, как утверждают эльфы из Имрии.

– Дай взглянуть.

Донс внимательно стал рассматривать символы на свитке, на его лице читалось удивление и интерес.

– Это же написали древние эльфы. Я видел похожие символы, когда служил в Сарготе.

– Ты знаешь их значение? – спросил Артур, желая, чтобы тот ответил положительно.

– Не знаю, – покачал Донс головой. – Вы хотите продать его в Брим?

– Нет, конечно.

– Почему нет. Свиток древний, за него в Брим могут предложить хорошую сумму, а эльфы небесные богатства отдадут. Они собирают всё, что связано с их далёким прошлым.

– Нет мне дела до материальных благ.

– Не понимаю тебя. Он стоит невероятных денег.

– Эльфы говорят, что пророк Фуо пишет на таких свитках свои пророчества, – присоединился к разговору Геральд.

– Что за пророк? Что за пророчества? – Донс ещё более заинтересовался в свитке.

– Говорят, что Фуо предсказал войну людей с эльфами, а также много других событий, которые затронули многие народы.

– Значит, свиток стоит намного дороже, чем я думаю, – Донс почесал свою серую бороду.

Артур взял письмо в руки и ещё раз осмотрел символы. Он готов был многое отдать, чтобы сейчас же узнать их тайну.

– А эльфы не перевели вам его? – спросил Донс.

– Они не знают древнего письма, – засмеялся Артур, пряча свиток обратно в цилиндр.

– Вот тупицы! – усмехнулся их друг.

Донс рассказал про свою коллегию в Сарготе. Несколько лет назад её расформировали, а из здания коллегии сделали казарму для военных. Маг был против решения властей и в знак протеста решил навсегда уйти из Саргота. Так он оказался в Гринфорте. Донс был довольно состоятельным человеком, что позволило купить ему в деревне небольшой домик. Как потом выяснилось, он был единственным магом в деревне и это его сделало его популярным в здешних местах. Каждый житель знал его, но самому Донсу было на всех наплевать. Он относился к людям с презрением, считал их ниже себя, потому общался только с местным управителем и другими влиятельными людьми.

– Ладно, мне пора идти спать, пока мои ноги мне подвластны, – сказал Донс пьяным голосом.

– Нам тоже пора идти, – согласился Артур. – На рассвете мы покинем Гринфорт.

Донс похлопал Артура по плечу, пожелал удачи и вышел из трактира, оставив на столе несколько медяков.

– Нужно выспаться, нам рано вставать, – сказал Артур Геральду, который почти спал, уткнувшись лбом в стол. Парень впервые за всю свою жизнь попробовал вино. По всему телу он ощущал приятную слабость. Тепло текло по его жилам. Старик понял, что парнишка слаб на алкоголь, посмеялся над ним. – Ладно, отдохни немного.

Артур уставил свой взор на Лали, подозвал её к себе.

– Сколько мы должны за все ваши угощения? – ласково спросил он.

– Мистер Донс оставил достаточно денег, – ответила девушка, улыбаясь. Она сгребла медные монеты на поднос, забрала пустые кружки и быстро удалилась.

– Постой же. Не уходи.

– Простите, мне надо работать.

– Тьфу, на тебя, – досадливо махнул Артур рукой. Ему так хотелось общества мирола, но девушка оставалась непреступной.

Музыка уже не играла в трактире. Два музыканта с подругой покинули заведение, как и многие посетители. Нужно было тоже уходить, уже ночь. Хотелось поспать несколько часиков, чтобы рано утром имелись силы отправиться в далёкий путь.

– Вставай, Геральд, – разбудил Артур парня. – Пошли спать.

Звучало это интересно «встать, чтобы пойти спать». Старик рассмеялся и стал толкать парня сильнее, пока тот не поднялся из-за стола и не направился с ним к выходу.

Снаружи всё ещё шёл дождь, но уже не такой сильный, как ранее. Было темно. Звук капель, ударявших по крышам и лужам, звенел в ушах.

Геральд не понял, как оказался лицом в луже грязи. Толи он поскользнулся, толи кто-то толкнул его в спину. Через мгновение он увидел, что Артур также упал. Брызги лужи попали парню в глаза. Он попытался подняться на ноги и протереть лицо, но получил сильный удар в спину, погрузивший его глубже в мерзкую грязь.

– Геральд! – раздался голос Артура.

Парень, весь промокший, вскочил на ноги и увидел, как один мужчина держит Артура за руки, а второй, сидя на старике, обыскивает его одежду.

– Ищите лучше! – раздался чей-то голос за спиной.

– Донс? – удивился Геральд, увидев знакомого человека, обернувшись.

– Молчи, слизняк, – закричал тот, ударив парня ногой в грудь. Юноша вновь оказался в вязкой грязи улицы. Раздались крики старика. Грабители силой отобрали у Артура цилиндр, в котором находился свиток Фуо.

– Не спится? – спросил Сайрес, присев рядом с сестрой у горящего камина.

– Мне не по себе, – ответила она, наблюдая за игрой огоньков в очаге. – Я никогда не покидала родной лес. Мне не доводилось видеть всё, что нас сейчас окружает. Эта деревня, эти дома, люди. Для меня всё это дико.

– И страшно?

– Нет. Необычно.

– Ты привыкнешь. У меня было похожее чувство, когда я впервые приехал в Гринфорт, – Сайрес обнял сестру за плечо. Синтель сильнее прижалась к брату.

– Решение Диметры удивило меня, – полушепотом сказала она, словно, боясь, что её кто-то услышит.

– Все были удивлены, не только ты. Несовершеннолетним нельзя покидать лес, – сказал он, имея в виду Синтель, – Ещё никто не покидал.

– Значит, так было нужно. Это решение Диметра принимала не одна, а со старейшинами Высших лесов. Я считаю, стоит гордиться, что именно нам выпала честь сопроводить Артура до Брим, а затем доставить свиток в Ланцегорд.

– Не велика гордость, – недовольно заворчал Сайрес. – В мои планы не входило это путешествие. Чует моё сердце, что оно растянется на парочку лет.

– Помнится, кто-то мечтал покинуть дом и отправиться в Верховерье, – посмеялась Синтель.

– Ха, – усмехнулся её брат. – Это было двадцать лет назад, когда отец только-только начал учить нас стрелять из лука.

– Да, я помню. Ты так злился, когда не мог попасть в мишень размером с тыкву. Все твои стрелы летели мимо.

– Ничего подобного, – Сайрес оттолкнул от себя сестру. – Я всегда попадал.

– Я помню, помню, – смеялась она.

Сайрес сам рассмеялся, вспомнив историю прошлого.

С улицы раздались крики, среди которых эльфы распознали голос Артура.

– Верни свиток, – услышали они.

На улице, у входа в трактир, погрязший в луже, лежал Артур. Геральд пытался поднять старика, но тот, истошно кричал и бился в истерике, не желая подниматься.

– Ублюдки! – кричал он. Эльфы сразу поняли, что на них напали грабители и отобрали свиток Фуо. Не медля ни секунды, они бросились в погоню.

Дождь нещадно затапливал Гринфорт. Ночь. Видимость практически нулевая, дальше нескольких шагов ничего не было видно, ноги увязали в грязи. Улицы деревни были узкими. Если стоять у дверей дома, то невозможно было бы увидеть дома, стоящего напротив. Занавес ливня скрывал собою всё. Эльфы старались двигаться как можно быстрее, чтобы настичь преступников. В ужасной грязи было сложно распознать чьи-то следы, почти невозможно. Сайрес бежал впереди, внимательно рассматривая те следы, которые ещё не успели скрыться под водой. Житель леса был уверен, что движется в правильном направлении – чутьё охотника.

– С дороги! – раздался мужской голос впереди. Через секунду перед эльфами появилась пара лошадей, вырвавшаяся из темноты. Брат с сестрой прыгнули в сторону, прижавшись спиной к стене дома. Мимо них проехала телега, загруженная дровами. Погонщик даже не видел их. Он просто кричал одну и ту же фразу и ехал вперёд по улице, надеясь, что под копыта лошадей никто не попадёт. – С дороги!

Эльфы вновь вышли на дорогу. Следы грабителей пропали, скрылись под копытами и колёсами. Сайрес выругался. Долгое время они пытались выйти на след, но безрезультатно. Лошади, на протяжении всей улицы, утоптали всё.

Громкий стук в дверь разбудил Геральда. Парень открыл глаза, поднялся с постели.

– Открывайте, живо! – раздался грубый мужской голос.

– Артур, – парень стал трясти старика, пытаясь разбудить.

– Да, что тебе нужно? – протянул тот спросонья.

– Кто-то пришёл.

Тяжёлый стук повторился вновь. Геральд помог Артуру встать.

– Кто там? – сонным голосом спросил старик у человека за дверью.

– Открывай, живо! – скомандовал тот.

Старик хотел было открыть дверь, но его друг закрыл собой дверь.

– Не открывайте, – прошептал он. – Я чую что-то неладное.

– Давай открывай, – раздался другой голос. – А не то я выломаю эту дверь.

– Не надо ничего ломать.

Артур открыл дверь и в комнату ворвались трое крепких мужчин с оружием в руках. Они схватили старика и юношу и потащили на улицу.

– Кто вы такие? – закричал старик на них. – Какое вы имеете право?

– Отпусти меня! – вырывался Геральд.

– Мы стражи порядка, – сказал один из мужчин. – Нам было велено доставить вас в темницу.

Слова стражника удивили их.

– Мы ничего плохого не совершали, – возмутился Артур. – За что вы нас схватили?

– Вас обвиняют в некромантии, – спокойным голосом ответил стражник, стоявший на выходе из гостиницы. – Пройдёмте с нами!

– Что? Некромантии?

Было раннее утро. Дождь закончился, но стояла пасмурная погода, и не было ни малейшей надежды на ясный день. Всё небо затянуло серыми тучами. Людей на улице было немного, мало кому хотелось гулять по колено в грязи. Мокрых, в одном исподнем белье, Геральда и Артура стражники вели через всю деревню. Местные жители не обращали на задержанных никакого внимания, словно для них это – привычное явление.

– И на некромантов-то не похожи, – усмехнулся один из стражников.

– Мы не некроманты, – пытался заверить его Артур.

– Молчите! – заворчал другой. – Келон разберётся.

– Что за Келон? – спросил Геральд.

– Глава стражи.

Келон отвечал за соблюдение порядка в Гринфорте. Глава стражи был высоким худощавым шатеном. Большой орлиный нос, узкие брови, давно небритое лицо. Одет был в обычную одежду, ту, что носят почти все жители деревни. Стражники внешне ничем не отличались от простых людей, но они носили с собой оружие.

Темницей служило каменное двухэтажное здание, которому было несколько сотен лет. Возможно, первое здание, построенное в Гринфорте. Остальные постройки в деревне были из дерева и глины. Кабинет Келона был маленьким, но из-за отсутствия мебели выглядел просторным. Глава стражи сидел за столом из красного дерева, читал книгу. За его спиной висела шкура медведя, занимавшая почти всю длину стены.

– Живее! – стражники силой затолкнули Артура и Геральда в кабинет своего начальника.

– Мы доставили их, сэр.

Келон не отрывался от чтения, не обращал внимания на пришедших. Книга увлекла главу стражи, сейчас он прочитывал очень интересную её часть, потому не желал отвлекаться на очередных нарушителей закона.

– Сэр, – повторил стражник. – Мы доставили их, как вы и приказали.

– Это какая-то ошибка, – заговорил Артур, направившись в сторону Келона.

– Сидеть! – закричал один из стражников, с силой ударив старика в спину рукоятью меча. Старик застонал, припав на колено.

– Не трогай его! – Геральд бросился на служителя закона, но его мигом усмирили, поставив на колени рядом с Артуром.

Келон оторвался от книги, одним глазом взглянул на бунтарей, почесал небритый подбородок.

– Две минутки, позвольте дочитать эту главу, – попросил он.

Келон погрузился в чтение, через несколько минут он поднял глаза и осмотрел задержанных. Глава стражи отложил книгу и у одного из подчинённых спросил:

– Кто эти люди и в чём они обвиняются?

– Это приезжие. Вчера они прибыли в Гринфорт и остановились у Шпиртца. И они некроманты.

– Нет, – вскочил на ноги Артур.

– Не рыпайся! – от сильного удара старик упал на колени.

– Спокойнее, – невозмутимо проговорил глава стража.

– Мы не некроманты и никогда ими не были, – осторожно произнёс Геральд, глядя Келону в глаза.

– А очень похожи. Старик явный некромант, а ты его ученик.

– Вы ошибаетесь, – сказал Артур. – Я маг коллегии в Брим, но никакой не некромант.

– Маг? – удивился Келон. – Коллегии? Интересно. Что ты забыл в моей деревне?

– Мы идём в Брим. Наш путь был сложен и долог. Чтобы продолжить свою миссию нам понадобились лошади….

– Живые лошади или мёртвые? – перебил он его. На лице главы показалась ехидная улыбка. Келон взял в руки свою книгу и взмахом руки скомандовал своим людям. – Посадите их за решётку. Я не желаю тратить своё время на этих лжецов.

Стражники схватили задержанных и вывели из кабинета.

– Вы не имеете права, – закричал Геральд, вырываясь из рук страж. – У вас нет доказательств.

– Стойте! – скомандовал Келон. Стражники остановились. – Вот доказательства.

Глава открыл ящик стола и достал из него плотный лист пергамента. Геральд и Артур сразу распознали в нём свиток Фуо.

– Это же наш свиток. Его у нас украли этой ночью, – начал Артур.

– Вот! – перебил его Келон. – Свиток ваш. Из этого следует вывод, что ты и твой ученик – некроманты.

– С чего вы взяли? Это обычный эльфийский свиток.

– Может быть и эльфийский, но в нём подробно описано, как поднять мёртвого из могилы. Даже текст написан кровью. И как, после такого, ты имеешь право заявлять, что ты не некромант?

– Вы всё это выдумали, – лживые слова Келона злили Геральда. – Эльф по имени Фуо на этом свитке записал свои видения. Все ваши обвинения – полная ложь!

– Ха-ха, смелый у тебя ученик. Называет меня лжецом – посмеялся глава, – В камеру его!

– Вы лжец. Вы всё придумали, – двое стражников увели вырывающегося парня.

В кабинете остались только Келон, Артур и один стражник. Глава стал рассматривать символы свитка, что-то бормоча себе под нос. Старик догадался, что его пытаются обмануть. Келон делает вид, будто знает древнее письмо эльфов и может прочесть свиток Фуо.

– Всё верно, – довольно сказал глава, положив свиток обратно в стол. – В нём описано, как оживлять мертвецов.

– А мальчик прав, – вздохнул Артур.

– В чём он прав?

– Ты лжец, каких не видывал свет.

– Я лжец? – посмеялся Келон.

– Ты только делаешь вид, будто знаешь письмо эльфов.

– Уверяю тебя, я не только язык эльфов знаю. А тебя и твоего щенка я прикажу казнить. Но вначале я и настоящий маг коллегии отправимся в Брим, посетим Верховный суд. Суд выслушает нас, рассмотрит доказательства вашей вины и даст добро на повешенье.

– Случайно не Донса ты называешь настоящим магом? – с подозрением спросил старик.

– Его тоже в камеру! – недовольно фыркнул глава, взяв свою книгу, он стал искать место, на котором остановил своё чтение.

Глава 4 – Заточение.

Над головой ровный каменный потолок, стены сложены из гранитных глыб – первое, что увидела Моргана, открыв глаза. Она очнулась в небольшом помещении на мягкой кровати. Внезапно её охватил страх, она вскрикнула и прижалась в угол спиной к стене. Перед ней, на стуле, сидел высокий мужчина, одетый в доспехи, поверх которых накинут длинный плащ. Его холодные серые глаза насквозь пронзали девушку. Строгий, суровый взгляд. На коленях лежал короткий меч. Его блестящее лезвие отражало яркий свет, исходящий от нескольких настольных свеч. Рука воина крепко сжимала рукоять оружия.

– Кто вы? – спросила Моргана с дрожью в голосе. – Вы убьёте меня?

Молчание незнакомца стало пугать девушку ещё сильнее. Он неподвижно сидел и смотрел на неё. Казалось, он даже не моргал. Его лицо было суровым, возможно, злым. Длинные волосы и небритость придавали ему очертания дикого зверя. Девушке было страшно, она слышала, как учащённо бьётся сердце в её груди. Мороз пробегал по коже.

– Где я? – еле слышно спросила она, обводя тёмное помещение глазами, в котором не было окон. В ответ было только молчание. Моргана не могла понять, как оказалась здесь. Последнее, что она помнила, это то, что она лежала на улицах Мрола, истекая кровью. Ветер безумно гудел в её голосе, а тело дрожало от холода.

«Эх ты, Моргана» – раздался в сознании голос Маркуса.

Острая боль возникла внутри, в том самом месте, куда предатель вонзил свой нож. Девушка зажмурилась от боли, прижав руки к груди, так, словно из раны вновь потекла кровь. Моргана боком легла на кровать, прижав колени к себе. Мужчина хладнокровно смотрел на страдания своей заложницы и ничего не предпринимал.

Ржавый ключ нехотя проник в замочную скважину. Раздался звук открывающегося замка. Металлическая дверь, скрипя, отрылась и в комнату вошла женщина. Она была совершенно лысая. В её руках был деревянный поднос, на котором была миска с чем-то похожим на кашу.

– Что с ней? – испугалась она, увидев, как корчится от боли девушка. – Подержи поднос.

Женщина в спешке стала осматривать мученицу.

– Что ты ей сделал? – недоумевающее спросила она у незнакомца.

– Она притворяется, оставь её, – хрипло ответил тот.

– Притворяется? Ты с ума сошёл? Ей больно.

Сильная боль терзала место раны, Моргане хотелось плакать, но слёз не было. Женщина оторвала её руки от груди и стала осматривать место, где когда-то был нож. Она не могла понять причину боли у девушки. Крови не было, даже шрам от ножа отсутствовал.

– Я сказал, оставь её! – сильная рука схватила женщину за плечо и толкнула в сторону. Та упала на пол, но быстро поднялась. Её хотелось обругать мужчину, но острое лезвие у горла резко сменило выражение её лица. Моргана замерла, наблюдая за происходящим. Мучительная боль отпустила её.

– Убирайся отсюда, женщина!

Моргане показалось, будто последнее слово незнакомец сказал с неким презрением. Женщина испугалась, осторожно сделала два шага назад, развернулась и выбежала из комнаты. За дверью раздался звук упавшего на каменный пол ключа. Руки женщины дрожали, она пыталась поскорее закрыть дверь на замок, но ключ предательски не хотел заходить в скважину.

– Будь ты проклят! – раздался её голос за дверью, когда ей удалось справиться с замком.

Мужчина словно не услышал её, медленно сел обратно на свой стул, положив на колени меч. Он протянул Моргане поднос с едой и сказал:

– Тебе нужно поесть.

– Я не хочу, – тихо ответила она, напуганным голосом.

– Я повторять не буду.

Девушка побоялась перечить ему, осторожно потянулась, чтобы взят поднос. Она дрожащей рукой взяла его, но из-за страха и слабости не удалось удержать его. Он, вдруг, резко наклонился и вместе с миской стал падать на пол. Моргана вскрикнула и закрыла лицо руками, замерла. В этот миг незнакомец налету успел поймать падающую миску, не дав ей упасть.

– Что же ты такая дохленькая, – сердито заворчал он.

Девушка вновь забилась в угол, ожидая наказания за свою неловкость, но его не последовало. Мужчина протянул её деревянную миску с кашей.

– Давай ешь!

Она осторожно переняла миску из его рук. Незнакомец медленно наклонился, поднял с пола упавший поднос и положил его на стол. Лицо его был хмурым и недовольным. Моргане показалось, что ему было неприятно наклоняться за упавшим предметом. Возможно, этот человек был гордым и высокомерным. Его пронзительный взгляд продолжал пугать её до дрожи, и то, как он крепко сжимает рукоять своего меча. Одно неверное движение, и закалённая сталь разрубит её пополам – было страшно.

Девушка посмотрела в миску – овсяная каша с молоком. Ей, и правда, захотелось есть. Лишь богине Мора было известно, сколько дней она не ела.

– Нет ложки, – заметила Моргана, растерянно.

– Беда, – ответил незнакомец, не сводя с неё глаз.

Она посмотрела на стол, надеясь увидеть на нём ложку, но её не было. По какой-то причине, лысая женщина забыла принести, возможно, в спешке. Моргана виновато посмотрела на своего надзирателя.

– Мне что, научить тебя без ложки есть? – заворчал тот.

– Нет, не надо. Я справлюсь.

– Аккуратно ешь. Я не желаю, чтобы ты тут свинарник разводила.

Через какое-то время в металлическую дверь сильно постучали, раздался голос.

– Линар, открывай. Это я, Аргент.

Надзиратель Морганы медленно встал со стула, неспешными движениями достал небольшую связку ключей, прикреплённую к внутренней стороне его плаща, выбрал подходящий ключ и открыл дверь. В комнату, как свободная птичка, влетел беловолосый молодой парень лет двадцати. Лицо его светилось радостью. Своим появлением он будто осветил мрачную темницу.

– Здравствуй, Линар.

Мужчина, ничего не говоря, протянул ему свою руку ладонью кверху, так, как протягивают руку бездомные бедняки.

– Ах, да, приказ. – Юноша из-за пазухи куртки достал помятый клочок бумаги. – Мой отец велел тебе…

– Я умею читать, – перебил его мужчина.

Юноша кашлянул, улыбка стёрлась с его лица.

– Для прогулки хватит десяти минут? – спросил Линар

– Нет, что ты. Как минимум час.

«Что ещё за прогулки?» – подумала Моргана, насторожившись.

– У меня нет желания разгуливать с вами, – сказал страж, спрятав меч в ножны. – Тридцать минут.

– Но мой отец приказал… – возмутился юноша.

– Время пошло.

Пол был холодным. Моргана босыми ногами шла рядом с Аргентом. Он вел её по длинному коридору, освещённому настенными свечами. Они приходили мимо металлических дверей, за которыми были комнаты, похожие на камеры заключённых, в которых держат заключённых преступников. Девушке стало казаться, что находится в подземной темнице.

– Меня зовут Аргент, – представился ей юноша. – А тебя как?

– Моё имя Моргана.

Парень достал из-за пазухи чистый лист бумаги и карандашом записал её имя.

– А ты хорошо выглядишь, – сказал Аргент. – Я имел в виду, что ты здорова и не выглядишь как мертвец. Ты проспала целую неделю, после того, как тебя доставили сюда.

– Где я? – спросила она, озираясь по сторонам. За спиной шёл Линар. Он также сжимал рукоять меча, готовый в любой момент выхватить оружие. По спине пробежал холодок.

– Раньше тут была тюрьма, но теперь больница. Тут мы лечим больных.

– Ко всем больным приставляют таких врачей? – спросила она, вновь оглянувшись на Линара.

– А ты шутница, – рассмеялся юноша. – Линар твой смотритель. Он охраняет тебя.

– От кого меня охранять в комнате с закрытой дверью?

– Ты много задаёшь вопросов, – радость на лице юноши сменилось недовольством. Он сделал ещё одну запись в своём листке.

Моргана догадалась, что её держат, как узника в этой тюрьме, именуемой больницей. Только не было понятно, за что её сюда заключили. Захотелось бежать. Но куда? Кругом закрытые камеры и длинный коридор, в конце которого металлическая дверь, которая явно заперта на ключ.

– Что вы от меня хотите? – задала она прямой вопрос.

– Я покажу, – вновь улыбнулся Аргент.

Он из кармана достал ключ и открыл ближайшую дверь. За дверью была точно такое же помещение, как и то, где очнулась Моргана. В комнате находилась та самая лысая женщина, которая принесла ей еду. Она сидела у кровати, склонившись над спящим человеком.

– Здравствуйте, господин Аргент, – обрадовалась женщина, увидев вошедших, но заметив Линара, убрала улыбку с лица.

– Знакомься, это Винетта. Она ухаживает за больными. С ней ты тесно будешь работать, помогать во всех делах.

У женщины было доброе лицо, добрые глаза. Было ясно, что она всю свою жизнь помогает нуждающимся. Моргане не была понятна причина, почему она лысая. У неё не было ни единого волоска, словно те вовсе не растут. Возможно, она болела чем-то необъяснимым.

– Так, кто тут у нас? – Аргент рукой отодвинул Винетту в сторону, желая посмотреть на больного, находящегося за её спиной. На кровати без сознания лежал мужчина средних лет с замотанной от локтя до плеча рукой. Руки ниже локтя не было, как посчитали присутствующие – ампутирована. Но как оказалось, мужчине руку не отрезали. Она была в локте согнута и перевязана.

– Что у него такое? – спросил Аргент.

– Я не могу объяснить это. У него рука словно срослась с плечом и обгорела.

– Я хочу на это взглянуть.

– Хорошо, мой господин.

Винетта осторожно размотала ткань. Кожа на руке была красной, но без сильных ожогов и волдырей. Удивительным было то, что кисть и предплечье действительно срослись между собой в единое целое.

– Это у него с рождения? – спросила Моргана, прикоснувшись к руке.

– Это чьи-то издевательства, – недовольно сказала женщина.

– Его мучили?

– Вероятно, да.

– Что предпримешь для его лечения? – поинтересовался Аргент, обращаясь к Винетте.

– Я ещё думаю над этим вопросом. Скорее всего, попробую разрезать руку здесь и здесь, – женщина рукой провела по местам, где рука соединялась с плечом.

– Не представляю, как он живёт с этим, – Моргана прониклась сочувствием к этому человеку.

– Вот для этого мой отец и сделал из этой тюрьмы больницу, – радостно заявил Аргент. – Мы помогаем людям.

– Ваш отец – хороший человек, – сказала женщина, обматывая тканью руку больного.

– А теперь предлагаю проведать других больных, – юноша взял Моргану под руку и они направились в коридор. Когда они вышли из комнаты, Линар крепко ухватил девушку за плечо и повёл за собой.

– Прогулка окончена! – сказал он, как отрезал.

– Что? – возмутился Аргент. – Полчаса ещё не прошло.

– Мне всё равно.

Линар повёл Моргану назад в её «камеру», девушка сопротивляться не пыталась.

– Я расскажу отцу, – пригрозил юноша.

– Попроси своих богов, чтобы помогли с этим.

Со следующего дня Моргана стала помогать Винетте ухаживать за больными. Женщина не могла не оценить целительские способности, которыми обладала юная девушка. Одним своим прикосновением, Моргана могла избавить от любой боли, она легко лечила раны и даже восстанавливала зрение тем, кто испытывал с ним проблемы. Но особо впечатляло то, что кровь девушки прямо на глазах затягивала глубокие раны и самые ужасные ожоги. Целительница разрезала себе ладони и втирала свою кровь, как мазь, в проблемный участок тела. Уже в первые дни своего пребывания в больнице Моргана излечила более двадцати человек. Меньше чем за неделю в больнице не оказалось больше больных и нуждающихся в помощи. Девушка поражала своими возможностями. Аргент присутствовал почти на каждой операции и конспектировал увиденное, описывая все действия Морганы.

На одной операции присутствовало два человека в чёрных мантиях, чьи лица были скрыты под капюшонами. Они наблюдали за действиями целительницы и тихо шептались, дивясь чудесами её магии. Девушка за несколько минут залечила все раны человека, у которого вся грудь была разорвана, будто дикий зверь напал на него и пытался вырвать сердце.

Моргана в своей больнице чувствовала себя заложницей, но каждый новый день для неё был счастьем. Счастье – возможность помогать людям. Она получала удовольствие, смотря на радостные лица тех, кто минуту назад испытывал мучительные боли и страдания. Блаженством наполнялось её сердце, когда обречённые на смерть люди вновь радовались жизни.

Приходя к умирающему человеку, Моргана ощущала холод, который исходил от склонённых над обречённой жертвой слуг Лиргана – демонов, собирателей душ. Своим присутствием она прогоняла их прочь, и в комнате в буквальном смысле становилось теплее. Она не видела их, но знала, что демоны рядом. Чувствовала ненависть, которая исходит от них в её сторону.

Девушке нравилось работать в больнице, но слишком много ограничений было у неё. Нельзя было самовольно покидать свою комнату, не говоря уже о выходе за пределы больницы. Линар запрещал общаться с Винеттой на личные темы и задавать вопросы о её прошлом. Нельзя было спрашивать, что твориться за больничными дверями, и что творится в мире в целом. Все их разговоры были только о работе и о пациентах. Линар следил за каждым шагом Морганы, всегда находился рядом и присутствовал на всех процедурах с больными. Особенно смущало её, что Линар был рядом даже тогда, когда она вечерами смывала со всего тела следы прошедшего дня. Целительнице казалось, что страж не отходит от неё даже тогда, когда она спит ночью, но она понимала, что это не так. Не может же человек постоянно, не отрывая глаз находиться рядом с другим человеком.

Прошло больше двух недель, как Моргана стала работать в больнице. Настали лёгкие, но тоскливые для девушки дни. Больных не было, а новые поступали редко: не более трёх в день, но и они приносили маленький лучик света в её сердце.

Линар стал странно себя вести. Он пробовал абсолютно все еду, которую Винетта приносила девушке из местной кухни, которая была за пределами больницы. Всю еду, страж тщательно перемешивал, обнюхивал и пробовал на вкус. Прежде чем девушке испить стакан воды её пробовал Линар, и только минут через пятнадцать позволял ей утолить жажду. К еде Моргану допускал не менее чем через час после дегустации. Почему он это делал – оставалось только догадываться, страж молчал.

– Кто-то желает моей смерти? – спросила она перед сном, укрывшись одеялом. Ответа не последовало, лишь холодный взгляд Линара. Страж всегда был рядом. Прошло три недели, а всё было как в самый первый день. Ничего не изменилось, если не считать того, что девушка перестала бояться своего смотрителя, привыкла к нему. В его мрачных глазах она видела наполненную добротой душу, но огромная духовная сила скрывала это. Пусть он и показывает себя злым и строгим воином, высокомерным и горделивым, демонстрирует свою непоколебимую силу – он хороший человек.

– Линар, – прошептала она. – Что со мной будет?

Ей стало страшно при мысли, что всю жизнь её будут удерживать, как узника. Держать взаперти, как какого-то преступника. Она привыкла быть свободной, и настоящее положение дел раздражало её. Пусть её никто не бьёт и не обижает, но даже у рабов имелось больше свободы. Моргана не показывала Линару свои внутренние негодования, ведь он проигнорирует их и заставит успокоиться. Одно только его слово может вызвать страх, а это грозит девушке длительной бессонницей.

Моргана лежала и смотрела на лицо стража, а тот смотрел на неё. Много вопросов витало в её голове, но основные два никогда не покидали её: «Почему?» и «Что будет потом?». Она догадывалась, что винить стоит магов, которые пришли к ней и пытались выкурить из её домика в лесу. Ведь у них неспроста возник к ней интерес. Именно они подослали Маркуса. Маркус. Вновь возникла боль в груди, но девушка не подала виду, просто закрыла глаза. Как он мог поступить так? Он разрушил всю её жизнь. Забрал покой и лишил свободы. Отнял её связь с семьёй, с братьями и сёстрами. Она вспомнила дом. Он был высоко в горах над белыми облаками, где было всегда солнечно и светло, и ветра Лафронджа ласкали храм Моры – её дом, оберегая от напастей и тёмных сил. Она скучала по тем временам.

«Сестра» – она открыла глаза. В комнате было тёмно, свечи не горели. Линара нигде не было. Она осталась совершенно одна.

«Спасайся!» – раздался голос в её голове. Моргана обрадовалась, она вновь слышит голос ветра, голос сестры.

«Беги, беги!» – звучал он вновь и вновь, в душе девушки возрастала тревога.

Она бросилась к выходу, стала дёргать за ручку, но дверь была закрыта на ключ. Что же делать? Как же выбраться? В коридоре стали слышны звуки приближающихся тяжёлых шагов. Безусловно, это был Линар, возвращающийся на свой пост. Он подошёл к двери, достал ключ и просунул его в замочную скважину, раздался характерный звук. Девушка приготовилась к побегу. Страж открыл дверь и хотел было войти в комнату, как огромной силы поток воздуха толкнул его в стену. По всему коридору раздался звук рухнувших на пол доспехов. Линар упал на живот и краем глаза увидел босые ноги девушки, выскочившей из комнаты. Моргана бежала вперёд, в сторону большой металлической двери, за которой ощущалась свобода.

– Стой, дурёха! – раздался голос стража за спиной. Девушка обернулась, Линар поднялся с пола и побежал за ней. Ей стало страшно, отчего голос сестры в голове стал ещё громче.

«Беги!»

До спасительной двери оставалось не более десяти метров, как её сердце стало безумно биться, желая покинуть эту тюрьму и вырваться на свободу. Дрожащие руки схватили дверную ручку и стали толкать дверь, пытаясь открыть её, но безрезультатно, она была закрыта на внутренний замок.

– Нет! Нет! – слёзы потекли по её щекам. Дверь закрыта. В пылу отчаяния девушка стала толкать дверь плёчом, потом бить ногой. После второго удара девичья стопа сильно заболела, Моргана от боли присела, обхватила ногу руками. Боль мгновенно утихла.

– Бежать вздумала? – страж был зол, это было понятно, даже несмотря на его выражение лица. Линар хотел схватить беглянку сзади за шею, но она резко обернулась и одним лёгким движение руки отшвырнула его в сторону. Мощный удар воздуха повалил могучего воина на спину.

Линар быстро поднялся на ноги, крепко схватил рукоять меч и резким движением вытащил из ножен. От звука закалённого металла Моргана разрыдалась ещё сильнее, прижавшись спиной к двери.

– Отпусти меня! – сквозь слёзы взмолилась она. – Пожалуйста.

Страж медленно, молча приближался, держа оружие наготове. Он был настроен решительно: от вида его невозмутимого лица целительница задрожала всем телом.

          Моргана подняла руку, повернув раскрытую ладонь к стражу. Внезапно между ними возник ветряной барьер. Он был похож на нагретый воздух, который витал над дорогой в невыносимую жару или над открытым костром. Линар попытался разрубить его пополам, но меч, встретившись с преградой, отскочил назад. Страж осторожно протянул руку вперед и ощутил сильный воздушный поток, стеной разделяющий пространство коридора между ним и узницей.

– А говорили, что простой маг крови, – на лице Линара появилась недобрая ухмылка. Моргана одной рукой держала барьер, а другой колотила в дверь в надежде что её кто-нибудь откроет с другой стороны. Стража это не заботило, он непонятным для девушки способом просунул свою руку сквозь ветряной поток и как занавес отодвинул его сторону : сердце Морганы забилось еще сильнее. Девушка вновь выставила перед собой руку, и мгновенно возник новый барьер, но Линар таким же способом сумел преодолеть и его. Расстояние от неё до стража не превышало двух метров. Повторно выставленный барьер также был преодолён. Линар вот-вот схватит её за горло – Моргана закричала. Девушка, не прикасаясь к нему, рукой совершила мощный толчок в грудь стража. За долю секунды Линар отлетел от своей заложницы более чем на десять метров, с грохотом упав на каменный пол. От падения закружилась голова.

          Дверь внезапно отворилась, и Моргана встретилась глазами с глазами Винетты. На её лице читалось небывалое удивление.

– Тебе нельзя покидать…, – голос женщины задрожал, на лице появился страх. Она схватила девушку за руку и, увидев бегущего на них с поднятым мечом Линара, вскрикнула. Моргана оглянулась.

«Беги, беги!» – вновь раздались голоса в её голове.

Девушка оттолкнула Винетту в сторону и побежала по широкой лестнице, ведущей наверх. За спиной раздался крик, Линар сбил перепугавшуюся Винетту с ног. За лестницей был ещё один коридор, намного шире больничного, но не такой длинный. Он расходился на два прохода. Моргана, не думая, побежала по правому коридору. Через какое-то мгновение она очутилась в большой комнате с высокими потолками. У стены слева возвышались два столба, а между ними был распят какой-то человек, абсолютно обнаженный с окровавленной грудью и побитым лицом. Его живот был вспорот, внутренности свисали, но человек был жив и в сознании. Увиденное повергло Моргану в ужас. Вдоль правой стены стояло два высоких стола, на каждом из которых лежал труп. Один принадлежал женщине, а второй – молодому мужчине очень странного вида. У него были волчьи уши и хвост, свисавший со стола вниз.

– Эй! – раздался чей-то голос. – Ты кто?

Моргана совсем не заметила в дальнем углу комнаты человека в белом халате, трудившегося за столом с большим ножом, похожим на пилу, руки его были в крови. Мелькнула мысль, что этим ножом мужчина распиливал черепа и кости лежащих на столе трупов. За спиной девушки стали слышны приближающиеся шаги Линара.

– Ты с больницы? – спросил человек в халате, осторожно приближаясь к ней. Взгляд Морганы вдруг упал на стол, у которого стоял человек. На столе лежала голова мужчины. Его череп был вскрыт – виднелся окровавленный мозг. Потом взгляд вновь упал на огромный нож, который был в руках убийцы.

– Не приближайся! – вскричала девушка.

– Успокойся! – скачал человек как можно тише. – Я не причиню тебе вреда.

Справа от себя Моргана услышала стон распятого мужчины. Он поднял голову и посмотрел на неё, его губы шевелились и что-то пытались сказать. Девушку трясло, холод острыми когтями царапал ей спину. Сзади появился Линар. Увидев его, человек в халате остановился и попятился назад, намеренно преграждая девушке путь. Моргана была окружена, она посмотрела на стража, потом на человека, заградившего выход из комнаты. Бежать назад было нельзя – Линар, безусловно, схватит её. Вперёд и только вперёд, прямо на человека в халате и с большим окровавленным ножом в руке. Что она и сделала.

– Стой! – закричал Линар. – Тебя убьют!

Моргана не слышала его слов, она смотрела на приоткрытую дверь за спиной убийцы. Человек в халате развёл руки в сторону и попытался схватить её, но неведомая сила швырнула его сторону. Убийца сильно ударился о стену – послышался треск сломанных костей. Он без сознания повалился на пол, уронив свой нож. Девушка пробежала ещё несколько подобных комнат. Почти в каждой она видела привязанных или прикованных цепями к столам обнажённых людей. Над узниками работали другие люди в белых халатах: одни выжигали клейма, другие снимали кожу с уже мёртвого человека – что же тут творится? Палачи провожали удивленным взглядом пробегающую мимо них босую девушку, никто даже не пытался преградить ей путь. Толи они были заняты своей работой настолько, что не могли оторваться от нее, толи им часто приходилось наблюдать за беглецами в этом ужасном месте. Или же они просто не успевали сообразить, в чём дело.

Девушка бежала, куда глаза глядят. Где-то она поднималась по винтовой лестнице наверх, где-то ступени вели вниз, часто Моргана оказывалась в слабоосвещённых коридорах и комнатах. Где-то за стеной она услышала безумный мужской крик. Казалось, что человека живьём резали и пытались расчленить. Подземелье представляло собой большой лабиринт проходов и лестниц, коридоров, залов и комнат. Где бы Моргана ни пробегала, она чувствовала холодное дыхание Лиргана, который был в этом месте самым почтенным гостем. Смерть, мучения и скорбь обитали в серых каменных стенах. За своей спиной девушка слышала приближение Линара, лишь в тёмных широких залах и пересекающихся коридорах преследовавший страж постепенно отставал. Он был уже не один, к нему присоединилось несколько убийц в белых халатах. Их крики и угрозы раздавались за спиной всё громче и чаще.

Открыв очередную дубовую дверь, Моргана оказалась в широком освещённом ярким огнём настенных факелов коридоре, в конце которого начиналась винтовая лестница, ведущая наверх, рядом с ней сидел мужчина в чёрной мантии. Внутренний голос подсказал девушке, что за его спиной открывается свобода. Увидев беглянку, мужчина резко поднялся со стула и устремил свой взор в её сторону. По раздававшимся крикам за спиной девушки он сразу догадался, что перед ним та, кого следует остановить любой ценой. Моргана, по выражению белолицего поняла, что просто так её к лестнице не пропустят. Перед ней был маг, она чувствовала в нем некую силу. Нужно было спешить, ведь через несколько секунд появится Линар с убийцами.

          Маг поднял перед собой руки, заняв боевую позицию. Его ладони загорелись, и мужчина, словно швыряя камень, бросил в девушку огненный шар, затем ещё один и ещё. Моргана ожидала, что произойдет нечто подобное. Девушке было известно, что многие люди-маги способны из воздуха создавать огонь и управлять им. Она, словно открывая занавес, развела руки в стороны, и перед ней возник ветряной барьер. Огненные шары один за другим врезались в образовавшуюся преграду и бесследно испарились, смешавшись с воздухом. Моргана закрыла глаза. Раздался слабый свист ветра, и через долю секунды невероятной силы поток вырвался из ветряного барьера и двинулся по направлению к лестнице. Поток снёс мага, как ветер сдувает сухую листву с мостовой, и унёс его тело вверх по лестнице. Моргана, перешагивая через труп, ужаснулась, увидев, как были скручены руки и ноги мага. От полученных увечий мужчина скончался мгновенно. Его шея была сломана, конечности вывернуты. У девушки в этот момент совершенно отсутствовало чувство вины. Страх и тяга к свободе затмили все её чувства и эмоции. Она смотрела только вперёд.

Лестница вывела девушку в большую комнату. Вдоль левой стены стояли высокие стеллажи, заполненными книгами снизу доверху. Вдоль правой стоял длинный, во всю комнату, стол. Под своими ногами Моргана ощутила деревянный пол, от которого не веяло подземельным холодом. За столом сидел Аргент. В комнате находились еще двое людей в черно-серых одеяниях, они склонили головы над книгой и о чём-то спорили. Услышав громкий звук распахнутой двери подземелья, оба незнакомца оглянулись.

– Моргана? – широко раскрыв глаза, удивился молодой юноша. Ничего не отвечая, девушка бросилась в сторону широкого дверного проёма, за которым была комната с открытой дверью, ведущая в неизвестный коридор. Именно там она чувствовала своё спасение.

– Линар? – ещё больше удивился юноша, когда увидел выскочившего из подземелья стража. Следом за ним выбежало четверо мужчин в окровавленных белых халатах. Без слов было понятно, кого они преследуют. Аргент со своими коллегами также бросился в погоню.

Чья-то невидимая рука схватила Моргану за запястье и стала тянуть. Она обернулась и увидела поседевшего мужчину преклонных лет. Он стоял в нескольких метрах от неё с протянутой сжатой рукой. Мужчина с помощью своей магической силы на расстоянии держал девушку за руку и тянул к себе. Моргана закричала, стала вырываться. Внезапно она очутилась на полу, прижатая лицом к деревянному настилу. Двое преследователей схватили её, заломив руки за спину. Резкая боль возникла в плечах. Один из убийц в белом халате с силой ударил её ногой в бок, выругавшись на неизвестном девушке языке. Над Морганой склонился маг, поймавший её, схватил за волосы и ударил лицом об пол. Она, более от отчаяния, нежели от боли, закричала.

– Заткнись, тварь! – выругался убийца, вновь ударив беглянку ногой.

В комнату, на все эти крики прибежали ещё люди. Все они были либо в чёрных, либо в серых одеждах. Все, кроме людей в людей халатах, были магами. Моргана чувствовала в них некую силу – дурную, с негативными помыслами. Абсолютно во всех она видела души, за которыми десятки, даже сотни грехов и преступлений.

Девушка перестала сопротивляться, силы покидали её, бороться было уже невмоготу. Какая-то неизвестная магия ослабляла её, лишила даже способности двигаться, словно паралич схватил её.

– Что, тварь, бежать вздумала? – в лицо ей закричал один из убийц, когда девушку подняли на ноги. Он с силой ударил её в живот.

– Эй, эй! – раздался голос Аргента. – Не бей её, она нужна нам целой и невредимой.

– Эта мразь убила Пола, – крикнул он на Аргента. Юноша слегка испугался, сделав шаг назад.

– Её следует наказать, – неуверенно сказал один из магов.

– Наказать, – согласился другой.

Перед лицом Морганы появился поседевший человек.

– За убийство мага коллегии полагается мучительное наказание, а затем смерть, – вздохнул он, покачав головой. В его глазах девушка прочла сожаление, связанное с гибелью товарища, и гнев. – Так как ты нужна нам в дальнейших исследованиях, убивать тебя не станем.

«Исследования? – удивилась она и ужаснулась. – Какие ещё исследования?»

– Высечь её! – приказал поседевший маг, отойдя в сторону.

Среди присутствующих появились одобрительные возгласы. Моргану поставили лицом к стене.

– Разденьте её! – один из магов дал указ людям в белых халатах, которые, как решила девушка, оказались слугами, наёмниками для выполнения неблагородной работы.

Слёзы огромными каплями покатились по девичьим щекам, когда с неё сорвали одежду и обнажённой поставили лицом к стене. Двое слуг держали её за руки, растянув их каждый в свою сторону. Моргане стало ещё страшнее, её положение было поистине незавидным. Она боялась не самого бичевания, а того, что с ней станет в будущем, что с ней будут делать эти ужасные люди. Она вспомнила тех несчастных, которых видела в подземелье, когда бежала через десятки комнат и коридоров. Людей там пытали, разрезали, мучили и убивали. Так как, у неё жизнь не отнимут, то страдания её будут невыносимы. Неизвестно, что будут делать с ней убийцы в белых халатах.

          Всем своим нутром девушка почувствовала, как зло скалится наёмник, который взял в руки короткий кнут. У него было ярое желание разорвать беглянке всю спину, вырвать из неё как можно больше кусков мяса.

– Готовься к боли! – засмеялся он, хорошенько замахнувшись, чтобы нанести свой первый удар.

Линар, наблюдавший за происходящим со стороны, схватил слугу за руку, развернул к себе лицом и со всей силы врезал ему по челюсти. Тот упал на пол, схватившись за лицо руками.

– Кто её тронет, тот будет молиться Лиргану, чтобы тот поскорее пришёл за ним! – страж вырвал девушку из рук наёмников.

– Эй, ты что делаешь? – возмутился один из слуг, набросившись на Линара, но тот схватил его за одежду и отшвырнул в сторону.

– Линар, ты не в себе? – спросил поседевший маг, удивлённый поведением стража.

Грозный страж накинул на зареванную девушку остатки её одежды, одной рукой прижал к себе и повёл из комнаты. Маг схватил его за плечо, пытаясь остановить, но увидев суровый взгляд, устремлённый ему в глаза, отпустил.

– Линар! – со злобой в голосе крикнул кто-то из магов вслед.

– Ты отдаёшь отчёт своим действиям? – возмущённо спросил седовласый, но страж молчал.

Внезапно Линар остановился, некая сила сковала его ноги. Поседевший маг применил свою магию, чтобы остановить стража в дверном проёме.

– Верни её! – страж молчал, крепче прижав к себе Моргану. Другой рукой он достал меч из ножен.

– Линар, не делай глупости, – испуганным голосом произнёс Аргент, став за спину мага. Он давно знал этого сурового человека, если Линар берётся за меч, то его следует опасаться.

– За убийство Пола её следует высечь, она должна понести наказание. Это закон! – негодованию седоволосого не было предела. Лицо мага выдавало его вспыльчивый нрав.

Не поворачиваясь ко всем присутствующим в комнате, страж сказал:

– Я дал клятву охранять её.

– Это перед кем ты стал раскидываться обещаниями? – ухмыльнулся маг.

– Спроси у щенка, который спрятался у тебя за спиной.

Тот развернулся и увидел Аргента, на лице которого была растерянность. Юноша смотрел то в одну сторону, то в другую. Присутствующие в ожидании устремили на него свои взгляды.

– Он поклялся перед моим отцом, – выдавил он из себя, поняв, что ему не удастся избежать ответа.

– Проклятье! – выругался маг.

Моргана вновь оказалась в холодных стенах своего подземелья. Холодный пол, мрачная комната, замкнутое пространство, тишина. Линар уложил трясущуюся девушку на кровать и накрыл одеялом. Она уже не плакала, ей было страшно. Ужасные мысли приходили ей в голову, как раз они-то и заставляли её тело так дрожать.

– Бедная моя девочка, – раздался знакомый женский голос. В комнату вбежала Винетта. Её лицо было обеспокоено.

– А ну, вышла отсюда! – внезапно взревел Линар. Женщина испугалась и мгновенно испарилась, закрыв входную дверь на замок.

Страж взял в руку свой стул, подставил под себя и присел. И всё стало, как и раньше. Линар, не говоря ни слова, сидел рядом, смотрел на девушку, не сводя глаз. Он был неподвижен, как каменная статуя на городской площади. Не было слышно его дыхания, словно он вовсе не дышал. Моргание глаз – единственно движение, которое он совершал.

Внезапно, Моргане стало легче на душе, страх прошёл. Она обернулась одеялом, чтобы быстрее согреться, легла на кровать. Её глаза невольно стали смотреть на стража. Высокий, сильный, сурового вида человек сидел рядом, охранял её. Что же побудило его пойти против магов, вырвать хрупкое её тело из злых рук губителей человеческих судеб.

– Спасибо! – прошептала она стражу. Она была благодарна ему за спасение. Девушка не хотела даже думать, что могли совершить с ней эти ужасные люди, какие нечеловеческие страдания они бы ей принесли. Линар сидел и молчал, от услышанного слова не дёрнулась ни одна мышца на его лице. Бесчувственный и холодный, будто каменная глыба.

Глава 5 – Начало поисков.

– Понятия не имею, где они, – произнёс Шпиртц, ногтями почесав свою небритую щёку.

– Когда, в последний раз вы видели их? – спросил Сайрес.

– В последний раз? – хозяин двора задумался, начал вспоминать. – Совсем юный мальчик выпивал в компании двух пожилых людей в кабаке. Возможно, один из них был Артуром, а второй кто-то из местных.

– Вы уверены?

– Как я могу быть в чём-то уверен, когда я немножко выпил винца, – ответил Шпиртц, посмеявшись.

По лестнице со второго этажа быстро спустилась Синтель.

– Рюкзак Геральда на месте, что говорит о том, что они не покидали город. Сомневаюсь, что Геральд мог забыть его.

– Уже лучше, я уж было подумал, что они без нас решили отправиться в Брим.

– И свиток пропал, и Геральд, и Артур, – сказала девушка, разочарованно.

– Какой ещё свиток? – заинтересовался Шпиртц.

– Мы ещё и сами не знаем, – улыбнулась Синтель.

– Они не могли бросить всё и уйти, – сказал сам себе Сайрес. – С ними что-то случилось.

– У меня такое же предчувствие.

Они хотели было покинуть дом Шпиртца, как тот окликнул их:

– Зайдите в кабак. Найдите там девушку-мирола по имени Лали. Как раз в это время она делает уборку там, а её хозяин-скряга, чтоб он разорился, спит. Уверен, она сумеет помочь вам.

Эльфы поблагодарили его, открыли дверь на улицу, но Шпиртц вновь окликнул их.

– Вы бы оставили оружие в своей комнате. Наши жители с опаской относятся к вооружённым, тем более к эльфам. Сами знаете, какие сейчас времена тяжёлые.

– Какие? – поинтересовалась Синтель.

– Ну…, – замялся хозяин двора. – Кругом провокации и заговоры. Слухи ходят, что ваши шугают наших на лесной дороге. Стреляют по всем с деревьев, грабят приезжих и всё такое.

– Я, тем, кто распространяет эти слухи, надрал бы задницу! – пригрозил Сайрес.

– Всё же, оставьте свои луки.

Эльфы развернулись и вышли на улицу. Снаружи было безлюдно, лишь пару местных жителей направлялись куда-то по своим делам. Именно тут Сайрес и Синтель, в последний раз, видели Артура и Геральда. Они вспомнили события прошедшей ночи, как гнались за грабителями, но из-за капризов погоды не смогли их найти.

Лали в это время мыла пол. В кабаке, кроме неё, никого не было. Девушка на коленях смывала мокрой тряпкой грязь, принесённую посетителями с улицы. Ей очень не нравилась нынешняя погода, куда не глянешь – огромные лужи грязи. Люди, словно, назло бедняжке Лали, пачкают свою обувь так, что после них кабак походит на непроходимую грязную улицу. Грязи было много, особенно в щелях между досок, девушка маленьким ножичком старалась её выковырять.

– Тебя зовут Лали? – раздался чей-то голос за её спиной. Мирола испугалась и уронила ножик. Она не слышала, что в кабак кто-то вошёл. Лали быстро поднялась и чуть не разлила ведро с грязной водой.

– Ой, простите. Да, я Лали, – мирола мокрыми руками убрали волосы с лица. Вид у неё был немного растрёпанный. Она не ожидала, что придут посетители.

– Сайрес, глянь, какие у неё ушки, – восторженно произнесла Синтель. – Они настоящие? Можно потрогать?

– Что? – Лали сделала шаг назад от неожиданности.

– Она же мирола, – ухмыльнулся Сайрес.

– Не надо меня трогать, – испугалась девушка.

– А я всё равно потрогаю.

Синтель подошла ближе, мирола от страха закрыла глаза и сжалась, ожидая, что её станут обижать. Через секунду она ощутила прикосновение к своим нечеловеческим ушам: лёгкое, осторожное поглаживание. Страх быстро отпустил её, стало понятно, что неожиданные посетители не причинят ей вреда. Она приоткрыла глаза. Перед ней стояла девушка в серо-зелёной одежде, поверх которой накинут плащ из плотной ткани. Лицо незнакомки было полно восторга и удивления.

– Сестра, хватит трогать её за уши. Это неприлично у людей, плохой тон.

– Мне всё равно, – посмеялась та, продолжая трогать то одно ухо, то другое. – Совсем как у кошки.

– Она и есть кошка, – Сайрес скрестил руки на груди, смотря куда-то в сторону. Ему стало стыдно за поведение своей сестры.

– У неё такие гладкие волосы, – Синтель провела тыльной стороной руки по волосам мирола. Лали слегка зажмурилась, ей стало нравиться такое внимание к ней. – Она восхитительна.

Сайрес отдёрнул сестру к себе.

– Хватит приставать к ней! – в ответ на эти слова сестра только посмеялась. – Ты хотя бы извинись перед ней.

– Не буду я извиняться, ещё чего. Мне просто захотелось потрогать её. Ты сам посмотри, какая она миленькая.

– Нельзя трогать людей, у них это не принято. – Синтель хотела ещё раз прикоснуться к ушкам Лали, но Сайрес резко перехватил её. Поведение сестры удивило и возмутило его.

– Хорошо, не буду, – успокоилась она.

– Мы ищем двоих, – сказал эльф, обращаясь к Лали. – Молодого парня и седого старика с ним. Они приехали в Гринфорт вчера и остановились у Шпиртца. В последний раз их видели здесь.

– С ними ещё был старик, кажется, из местных, – добавила Синтель.

– Да. Заходили они сюда, – ответила Лали без промедления. Она прекрасно помнит всех, кто посещал когда-либо их заведение. – Тёмноволосый юноша и его пожилой друг в коричневой робе с капюшоном.

– Да, они, – подтвердила Синтель.

– С ними ещё был господин Донс.

– Что за Донс? – спросил эльф.

– Господин Донс, он много лет назад из Саргота переехал в Гринфорт, – продолжила Лали. – Он местный маг. Вчера вечером господин Донс познакомился с людьми, которых вы разыскиваете. Они заказали еду и выпивку, долго сидели, – Лали на секунду остановилась. – Ваш пожилой друг показывал ему какой-то свиток.

– Свиток Фуо, – произнесла Синтель.

– Что было дальше?

– Они заказали ещё выпивки, посидели немного и господин Донс ушёл. Ваши друзья вскоре тоже ушли, – Лали посмотрела в сторону стойки, убедилась, что её хозяина ещё нет, прошептала с опаской. – Пообещайте мне, что никому не скажите то, что сейчас вам скажу!

– Обещаем, – сказал Сайрес, переглянувшись с сестрой.

– На ваших друзей кто-то напал и побил, среди нападавших был и господин Донс.

Сказанное мирола удивило эльфов.

– Донс силой отнял свиток Фуо у Артура, – сделала вывод Синтель.

– Покажи нам, где живёт этот Донс, – потребовал Сайрес у Лали.

– Мне нельзя покидать это место, – испугалась девушка. – Мой хозяин запрещает куда-либо выходить. Меня накажут.

– Тогда скажи, где находится его дом, – попросила Синтель, видя, как мирола перепугалась, услышав просьбу её брата.

Лали довольно подробно рассказала, в какой части Гринфорта живёт Донс. Синтель показалось странным, что мирола так хорошо знает деревню, хотя ей, по каким-то причинам, запрещено покидать кабак. Лали также описала дом мага и объяснила, как его найти.

Дом Донса находился недалеко от богатого района. Его жилище внешне ничем не отличалось от тех, что стояли по соседству: обычный деревянный дом с соломенной крышей и маленькими окошками. Лали довольно точно описала жилище Донса: косая дверь, оконные стёкла местами побиты, двор не ухоженный, точнее, запущенный, кругом высокая трава. Сам Донс не считался бедняком, он почти каждый вечер торчал в кабаке и изрядно напивался, что говорило о присутствии хорошей монеты в кошельке. Маг из Саргота вёл однообразный образ жизни. Вечер и ночь он проводил в кабаке, а утро и день у себя дома – отсыпался.

Самого хозяина жилища в доме не оказалось. Внутри дома, в прихожей, спал старый пёс с рыжим носом. При виде незваных гостей он на секунду приоткрыл глаза и продолжил смотреть свои сны, если они ему вообще снились. Поглядывая на домашнего питомца, эльфы стали осматривать дом в надежде найти свиток Фуо. Синтель решила исследовать комнату, служившею спальней, а Сайрес прихожую, потом кухню. Долгие поиски свитка ни к чему не привели. Кроме грязных вещей, потрепанных книг и пустых бутылок в доме ничего найти не удалось.

В подвале было много бочек разного размера. Во многих из них хранились овощи, остальные были пусты. Эльфы нашли старый комод, в котором обнаружили немного денег. Серебряные и медные монеты валялись на самом комоде и под ним. Деньги также валялись на полу, словно их специально рассыпали, как отраву для крыс и мышей.

Эльфы решили зайти к соседям Донса и поговорить с ними.

– Вы не знаете, где сейчас ваш сосед Донс? – спросил Сайрес, когда дверь открыл пожилой усатый мужчина с лысиной на голове. При виде эльфов он смутился, не каждый день он их видел и имеет честь вести беседу, а тут лесные жители сам появился на пороге его дома.

– А вы собственно кто? – спросил он, с недоверием разглядывая чужаков. Прищурив один глаз, он поглядывал на молодую незнакомку. Длинные светло-русые волосы, гладкая кожа, глубокие, синие глаза – девушка показалась ему красивой.

– Моё имя Сайрес, а это моя сестра Синтель, – ответил эльф.

– Откуда вы прибыли? – перебил его старик, его подозрения усилились.

– Мы живём в лесу Лаи, мы эльфы, – ответила девушка, старательно улыбаясь.

– Я вижу, что ты эльф, а вот твой приятель не очень-то на него похож, – старик ткнул пальцем в Сайреса. Ещё раз осмотрев их, он прикрыл дверь и позвал свою супругу, – Жена! Подойди, глянь кое-что! – и, обращаясь к эльфам, сказал. – Моя старая – грамотная женщина, она разберётся с вами.

          Эльфы переглянусь между собой, у обоих были лица, полные недопонимания: им было непонятно, в чём разберётся супруга старика. Через несколько секунд на пороге появилась полнотелая женщина с намазанным какой-то мазью лицом. Она мельком осмотрела непрошеных гостей и спросила у мужа:

– Что им надобно?

– Они говорят, что они из лаи – народ такой эльфийский, – сказал старик, указывая на чужаков.

– И что?

– Подозрительные они люди.

Женщина посмотрела на Синтель, потом на мужа, потом на Сайреса и вновь на мужа.

– Иди, проспись, пердун старый, – фыркнула она на мужа, схватила за шиворот и затолкала в дом. Старик хотел было сопротивляться, но силы были на стороне жены. – Голову тут мутишь бедным детям.

– Вот сейчас метлу возьму…, – пригрозил старик жене.

– Этой же метлой по морде и получишь! – женщина закрыла за стариком дверь, чтобы его угрозы были не так слышны эльфам. Она ещё раз оглядела гостей и сказала. – Не обращайте на него внимания, он совсем из ума выжил.

– Ничего страшного, – улыбнулась Синтель. Ей понравилось, как эта женщина ловко обошлась с мужем.

– Так чего вы хотели?

– Мы ищем Донса, вашего соседа, – сказал Сайрес.

– А-а-а, – протянула она. – Этот пьянчуга рано утром нам всем на улице рассказывал, что поймал какого-то некроманта. Идиот, весь мозг себе пропил. Всё орал, что люди Келона схватили его и посадили в тюрьму.

– Что за Келон?

– Это наш местный страж порядка, – пояснила она и засмеялась. – Тот ещё идиот, выпендривается перед всеми, важничает, а сам и куриного помёта не стоит. Страж порядка, фи! До него у нас в деревне всё тихо и мирно было, а как его главным поставили, так каждый второй мужик спиваться стал от безделья. Если уж вам так нужен Донс, то идите прямо к Келону.

Женщина явно не была в восторге от Келона.

– А где нам его найти? – спросила Синтель, обрадовавшись, что им удастся разыскать Донса.

– Келон из своей тюрьмы не выходит, днём и ночью там. Сидит в своём кабинете, закинув ноги на стол, и читает книги. Делает вид, что читать умеет, значит – самый умный, – женщина недовольно плюнула на землю, выругалась, – Из-за этого идиота всю деревню скоро разворуют и переломают, если его задница не перестанет свой стул продавливать.

Женщина осыпала Келона разного рода оскорблениями, потом, посмотрев по сторонам, убедившись, что никто ничего не слышал, скрылась за дверь своего дома, но перед этим указала эльфам, в какой стороне расположена тюрьма.

– Люди – очень интересный народ, – сказала Синтель своему брату.

– Мне они не по душе, – ответил Сайрес. – Все они лжецы и предатели, не достойные белого мира.

– Мне так не кажется.

– Пообщаешься с ними – увидишь. Ведут себя хуже гномов.

– А что гномы? – у Синтель появился интерес, ведь в их лесах о гномах вообще ничего не говорят и не рассказывают. Они либо сокрыты какой-то тайной, либо они якобы не существуют.

– Такие же гордые и высокомерные. Будто боги создали этот мир только для них, словно они перворожденные.

– А кто перворожденные на самом деле? Эльфы?

– Нет. Мама рассказывала, что первыми в нашем мире появились пролсы.

– Пролсы? – удивилась Синтель, впервые услышав это слово.

– Да, пролсы. Они и по сей день живы, но их осталось совсем немного. Они расселились далеко на востоке, за Симерией. Я слышал, что в Империи тоже есть пролсы, но они стали рабами. Забавно, правда? Перворожденные стали рабами.

– Какая несправедливость.

– Это всё люди. Харимор, Бретония – все с одного котла вылезли. Жаль, что я не родился до начала войны, я бы им преподал урок, – сказал Сайрес, крепче сжав свой лук, который всегда держал в руке.

– Не говори так. Война окончена и хорошо.

– Может и так.

На этом их разговор окончился, так как они оказались у входа в тюрьму. Двухэтажное каменное здание выглядело серым и угрюмым. Все окна были с решётками, половина из них проржавели и требовали замены.

Мимо эльфов проехала повозка, нагружённая сырыми дровами. Извозчик пристально посмотрел на эльфов, в его взгляде читалось презрение. Сайрес ответил ему взаимным взглядом, бретонец сразу отвернулся. Не медля ни секунды, эльфы вошли в тюрьму и оказались в просторном зале. Посреди него был прямоугольный стол, за которым сидели два бретонца, играли в кости. Оба искоса поглядели на вошедших, но игру не приостановили.

– Мы хотим поговорить с Келоном. Где он сейчас? – спросил Сайрес, подойдя ближе к играющим.

Они молча указали рукой на дверь рядом. Келон, как и сказала старая бретонка, находился в этот момент в своём кабинете. Его вычищенные сапоги были на столе, а сам Келон развалившись на своём мягком кресле, рассматривал книгу, вернее читал её. Он услышал скрип открывающейся двери, недовольно заворчал:

– Кто там ещё пожаловал?

– Ты Келон? – спросил его молодой юноша.

– Эльф? – на лице главы появилось выразительное удивление. Ещё ни один эльф не заходил к нему в тюрьму, ещё и добровольно. Глава отложил книгу в сторону, – Ты что тут забыл? Кто позволил входить в мой кабинет? Да ещё и с оружием.

– Я ищу Донса. Мне сказали, что ты знаешь, где он находится, – ответил Сайрес, не обращая внимания на недовольство главы стражи.

– Собственно, какое у тебя к нему дело?

– У него вещь, которая принадлежит моему народу.

Сайрес по лицу Келона сразу догадался, что тот понял, о какой вещи идёт речь. Глава стражи был заодно с Донсом, в этом у эльфа не было сомнений.

Синтель тем временем наблюдала за игрой стражников. Каждый из них поочерёдно, назвав число от двух до двенадцати, бросал два игральных кубика. Как догадалась Синтель, чтобы выиграть, нужно было выкинуть ранее прозвучавшее число. Из разговора игроков было понятно, что победитель получает деньги, стоявшие на кону. Девушку заинтересовала игра, и она наблюдала за нею, подойдя близко к столу. Бретонцы внимания на неё не обращали, уж сильно были увлечены игрой. Каждый из них ставил на кон от одного медяка, потом, после того, как каждый сделает по три попытки выкинуть «заказанное» число – добавлялся ещё медяк от каждого играющего. Два весёлых неудачника никак не могли поймать «своё» число, на кону было двенадцать медных монет. Каждый из них смеялся, когда у соперника выпадало не то число, и злился, когда у самого кубики падали не теми гранями вверх. Синтель удивляло, что перед броском костей стражники подносили кубики к губам и словно заговаривали их, а, может быть, и молили, чтобы они пали так, как им это нужно было. Ещё было занимательно наблюдать за теми яркими эмоциями, которые выплёскивались из людей, когда кости чуть было не упали так, как надо.

В Имрии в азартные игры никто и никогда не играл. Многие даже не знали о существовании подобных игр, ведь всегда имелись какие-нибудь другие занятия, и вообще, игры – это глупое времяпровождение. Даже маленькие дети всё свое время тратили на то, чтобы научиться чему-то и получить полезные знания, которые могут пригодиться в их жизни. Всё своё детство Синтель училась стрелять из лука, выслеживать зверей, ловить птиц. Изучала повадки обитателей леса, на которых разрешено охотиться. Взрослые учили грамоте, учили детей читать и писать. Всем приходилось изучать бретонский язык, так как Бретония является основным соседом жителей Имрии, с которым приходится иметь контакты. Язык Харимора изучали все, хоть он и не был обязательным, считалось, что лишних знаний не бывает.

– Да!!! – радостно закричал один из стражников, когда ему выпало загаданное им заранее число. Он вскочил со стула, сгрёб выигранные двенадцать медных монет и стал смеяться над проигравшим, который с досады швырнул свою жестяную кружку в сторону.

– Будь оно всё проклято! – выругался бретонец. – Я столько раз был близок к победе. А ну, садись на место! Сейчас я отыграю своё.

– Давай, давай! – смеялся его друг, усевшись на свой стул и положив один медяк на середину стола.

Внезапно дверь кабинета главы стражи распахнулась. Появился Келон, следом за ним, натянув лук, шёл Сайрес. Двое бретонцев, игравших в кости, разинули рты. Не успели они взяться за своё оружие, как Синтель навела свой лук на их лица.

– Ты за это поплатишься, эльф! – пригрозил Келон. – Тебя вздёрнут на виселице.

Девушка не знала, что задумал её брат, но по его лицу она поняла, что тот настроен решительно. Келон с Сайресом открыли дверь, ведущую в подземелье, и спустились вниз. Глава яростно ругался, обещая, что за его преступление поплатится весь эльфийский род. Эльф молчал и лишь тыкал его острым концом стрелы в спину, чтобы тот двигался быстрее.

– Не стреляй в нас, – одного из стражников бросило в дрожь. Второй стоял как статуя, смотрел на Синтель, крепко сжав кулаки. Он тоже был напуган, но старался не показывать свой страх.

Через пару минут из подземелья выбежал Геральд, вслед за ним вышел Артур. Их лица были полны радости, однако чувствовалась какая-то тревога.

– Друзья, – воскликнул Артур эльфам. – Вы спасли нас!

Появился Сайрес. Келон же остался в подземелье, был заперт в камере, в которую пару часов назад был заключён Артур. Он безудержно кричал, проклинал эльфа и весь его народ. Угрожал расправой, но Сайрес игнорировал все его слова.

– Надо уходить, – спокойно произнёс эльф.

Первым из тюрьмы вышел Артур, за ним Геральд, эльфы их прикрывали, стоя спиной к выходу они держали на прицеле двух бретонцев,. На улице велись возбуждённые разговоры. В тюрьму вошли два вооружённых бретонца. Увидев эльфов, угрожавших их соратникам луками, бретонцы схватились за мечи.

– Ни с места! – закричал один из них.

Сайрес ударил нападавшего стражника ногой в живот и отпрыгнул в сторону. Синтель встала рядом с братом. Она не отпускала свой лук, целилась в людей, но выстрелить не решалась. Они были прижаты к стене. Между ними и выходом было четверо бретонцев.

– Они убили Келона, – дрожащим голосом завопил стражник, который просил Синтель не стрелять в него.

– Он жив, заперт в камере, – спокойно сказал Сайрес, держа лук наготове.

– Он врёт! – сказал другой бретонец. – Он увёл Келона вниз и пристрелил.

Синтель вдруг вспомнила слова своего брата, о том, что все люди лжецы. Теперь она видела, что это правда.

– Опустите луки и сдавайтесь! – приказал человек, только что получивший удар в живот. В ответ было только молчание. Люди медленно и осторожно стали приближаться к эльфам, как волки приближаются к загнанной в угол запуганной крупной жертве.

Эльфы понимали, чем ближе люди подойдут к ним, тем меньше будет шансов защититься стрелами. В близком контакте стрелы не могут нанести серьёзный урон, так как свою силу они приобретают, лишь пролетев какое-то расстояние. Но и убивать людей было запрещено, так гласит закон, появившийся после войны людей с эльфами. Ни один из стражников не рисковал нападать первым. Они знали, что эльфы бьют точно и насмерть.

– Бей в стопу! – сказал Сайрес на языке лесного народа и спустил тетиву. Ближайший стражник заорал во всё горло, уронил меч. Стрела эльфа попала ему в ногу, насквозь пробив сапог и глубоко вонзившись в деревянный пол, пригвоздила воина. Синтель также спустила тетиву, пригвоздив другого стражника. Сайрес с разбега толкнул плечом, стоявшего на пути бретонца, отбросив его в сторону, побежал к выходу. Его сестра последовала за ним, ловко увернувшись от острого меча, нацелившегося в её шею.

На улице их поджидала ужасная картина. Метрах в двадцати от тюрьмы лицом в грязи лежал Артур. Из его спины торчало две стрелы. Метрах в ста они увидели всадника, гнавшегося за Геральдом. Бретонец целился в него из лука. Парнишка, увязший в грязи, упал. Стрела, пущенная всадником, пролетела в сантиметре от его головы. Стражник мигом спрыгнул с лошади, схватил юношу за шиворот и выхватил меч.

– Он убьёт его, – произнесла Синтель. Она подняла лук и мгновенно выпустила стрелу. Бретонец занёс над Геральдом меч и вдруг застыл. Стрела попала ему в спину, пробив лёгкую кольчугу. Он застонал, отпустил парня и развернулся, чтобы посмотреть на того, кто выстрелил в него. Ничего не увидев из-за возникшего мрака в глазах, он упал. Эльфы, перепрыгивая через лужи, быстро направились в сторону Геральда. На лежащего в грязи Артура они не обратили внимания. Он был мёртв.

Все жители деревни, видевшие это жестокое насилие посреди белого дня, расходились теперь по своим домам. Потом целую неделю все то и дело обсуждали увиденное. С каждым днём рассказы либо приукрашивались, либо преувеличивались. Поначалу люди говорили, как двое эльфов безжалостно расстреливали стражников у дверей тюрьмы, но потом выяснилось, что эльфов было в разы больше. Ещё через неделю каждый второй житель деревни был уверен, что лесной народ совершил вероломное нападение на людей Келона. Это был их ответом на постоянные нарушения местными жителями границ леса. Зверское наказание за браконьерство и беспорядок на их территории. Келон – глава стражи, объявил всех эльфов вне закона в Гринфорте. Дал указ, что любой законный бретонец получит награду за каждого живого эльфа, которого приведут к дверям его тюрьмы.