Kitobni o'qish: «В слезах серебряной росы»

Книга звёзд

Вселенная живёт своей древней и непостижимой космической жизнью. Галактики медленно вращаются в бескрайней тьме, скрывающей тайны рождения и гибели вселенных. Чёрная бездна хранит в себе новые звёзды и целые миры. Звёзды рождаются из галактической пыли и раскалённого газа, медленно формируясь в безмолвных ловушках пространства. Одни миры только начинают свой путь, другие уже проживают миллиарды лет, неся на себе следы времени и космических бурь. Звёзды вспыхивают среди чёрной бездны, озаряя бесконечность светом, а затем угасают в глубинах вечности, превращаясь в пепел и мёртвые осколки.

Созданные ими планеты разрушаются распадаясь на астероиды и метеориты, которые веками блуждают среди звёздных течений. Пылающие кометы пронзают космос, оставляя за собой сияющие хвосты. И среди этого бесконечного движения, хаоса и разрушения существует невидимый порядок, которому подчинено всё – от маленькой частицы космической пыли до гигантских звёздных систем. Я солнечный ветер. Летаю во вселенной, между планетами мои космические дороги. Сквозь мои крылья пролетают кометы. В моих ладонях снуют астероиды. Солнечная галактика - мой дом, мысли – бесконечность, а заветная мечта – стать хранителем вселенной.

Для меня нет преград, от меня нет спасения! В бескрайнем космосе у меня есть друзья – космическое время и великая галактика Андромеда. Космическое время медленно ведёт звёзды сквозь вечность, хранит рождение миров и наблюдает за угасанием древних солнц. А Андромеда сияет среди тёмной бездны, словно далёкий маяк в океане вселенной. Её свет летит миллионы лет через холодное пространство, преодолевая безмолвие космоса.

Иногда мне кажется, что я слышу дыхание галактик и вижу, как вращаются их бесконечные звёздные дороги.

Однажды галактики Млечный Путь и Андромеда сойдутся в великом космическом танце. Их столкновение не станет концом – наоборот, из сияния, пыли и звёздного огня родиться новая галактика, ещё более таинственная и прекрасная.

И даже тогда космос не остановиться. Звёзды продолжат своё вечное движение, кометы будут рассекать тьму, а вселенная сохранит свои древние тайны среди бесконечной чёрной бездны.

Во Вселенной существуют космические пираты — беспощадные охотники за редкими минералами, древними артефактами и энергией угасающих звёзд. Их корабли появляются внезапно, словно тени среди бесконечного мрака галактик. Они разоряют далёкие миры, забирают богатства планет и оставляют после себя лишь руины, холодное безмолвие и мёртвый свет погибающих цивилизаций. Их алчность не знает границ. Ради власти и силы они готовы уничтожать целые звёздные системы, превращая цветущие миры в пепел космоса. Для них не существует законов, чести или сострадания — лишь жажда добычи и страх, который они несут сквозь глубины вселенной. Я солнечный ветер, хранитель вселенной, стою на их пути. Моя судьба — защищать планеты, звёздные цивилизации и древние миры от надвигающейся тьмы. Пока во мне горит сила звёзд, я буду сражаться за покой вселенной. Даже если битва продлится вечность, я не позволю космическим пиратам поглотить свет галактик. Эти злодеи не дремлют. Стоит мне отвлечься хотя бы на одно космическое мгновение, как они уже вторгаются в новые миры, захватывают планеты и уничтожают всё живое на своём пути. Их флот скрывается в туманностях, среди чёрных дыр и забытых секторов космоса, куда не решаются отправляться даже самые смелые странники.

Во времена Трёх Лун, когда над Мидгард-Землёй сияли древние спутницы — Леля, Фатта и Луна, мир был иным. Ночи озарялись серебряным светом трёх небесных сестёр, а океаны пели под их таинственным притяжением. Но однажды Солнце коснулось Мидгард-Земли своим солнечным ветром. И в тот миг изменилось всё. Небо почернело, тяжёлые тучи нависли над планетой, словно сама вселенная затаила дыхание. Солнечный свет померк, звёзды исчезли во мраке, а воздух стал неподвижным и тяжёлым. Земля дрожала ожидая своей судьбы. А затем пришло пробуждение. Мир вспыхнул невиданными красками жизни. Энергии космоса проникли в каждую каплю воды, в каждый камень и живое существо. Над древними морями засияли незнакомые сияния, в небесах открылись огненные разломы, а среди туманов появились призрачные существа — хранители новых сил и забытых тайн. Шли тысячелетия. Менялись эпохи, исчезали материки, поднимались новые царства. Менялись энергии, менялась сама Земля, но вечной оставалась жизнь — неугасимое пламя вселенной. Однажды покой Солнечной галактики был нарушен. Возник далёкий гул, похожий на раскаты грозы среди звёзд. Затем в небесах вспыхнули огни приближающихся шаттлов. Сквозь тьму космоса к Земле двигался неизвестный флот. Это были Серые Существа. Древняя раса из необъятных глубин вселенной, странники холодных миров, и охотники за энергией живых планет. Их корабли пересекали галактики, оставляя после себя лишь пепел погибших цивилизаций. Они пришли не ради мира. Они пришли за своей добычей.

Космическая вселенная – бескрайние просторы! Звездные галактики, космоса узоры. Звезды – чародеи создают планеты. Сверкающему космосу, шлют они приветы.

Бескрайняя вселенная из газа и пыли Космические звезды в пространстве сложила. У каждой звезды, есть диска скольженье. И в дисках мы видим, планет зарожденье.

В газовом облаке, быстрых частиц. В звездных ловушках, звездная жизнь. Звёзды мы видим, планеты узнаем. Абсолют, мы душой созидаем.

Кровавый полдень

Я снова бродил в предрассветный час. Пробуждающийся луг манил меня колдовством трав и тонким ароматом цветов. Он был прекрасен и таинственен. В серебристой росе отражались призраки — бесплотные тени ночи. Их голоса сливались с шелестом листьев и шёпотом ветра, а первые отблески рассвета мягко колыхались над землёй. Я видел их — и они видели меня. Сверкающие и прозрачные в голубоватом свете, призраки пронзали небосвод, уходили в землю, растворялись в воде. Они проходили сквозь меня, оставляя холодное прикосновение, и исчезали в предрассветной мгле. Призраки уходящей ночи и приближающегося дня — свободные и вездесущие энергии планеты, древние, как само время. Моё имя — Клот Авий. Я был простым рыбаком. В городе Помпеи проходила моя жизнь. Здесь я продавал свою рыбу. Люди охотно покупали её и вновь возвращались ко мне.

Богатый и многолюдный город жил шумно и ярко. Красивые скверы и просторные площади, величественный амфитеатр и мраморные колоннады радовали глаз. Арки и террасы были увиты виноградом и цветами, наполнявшими улицы сладким ароматом. На базарных площадях торговцы громкими голосами зазывали народ, предлагая ткани, масло, рыбу, пряности и вино. В крыльях небес, горит заря! В тенях земли, магия ночи! И пересмешник до зари, Рассказывает сказки ночи! Пылает день, колдует мгла! Танцует с сумраком заря! И дней шальная колесница. Несёт земную жизнь в века!

Земля, на которой мы жили, была щедрой и плодородной. Из глубин поднимались горячие источники, согревая почву, а виноградники и сады тянулись до самого горизонта. Над городом величественно возвышался Везувий — могучий хозяин этих земель. Мы боялись его и одновременно поклонялись ему. Просили у горы силы, удачи и защиты. Каждый раз, отправляясь в море, я обращался к Везувию с мольбой о богатом улове. Но временами земля начинала дрожать под ногами, а из жерла вулкана вырывались огонь и густой дым. Тогда казалось, будто исполин гневается на людей. Слишком много среди нас было жестоких, коварных и лживых. Город утопал в грехах, и многие говорили, что праведный гнев горы однажды обрушится на Помпеи. С древних времён жители хранили легенду о том, что когда-то на нашу землю спустились Боги. Они прилетели с небес, и богатства природы поразили их. Пришельцы воздвигли адские машины, и сокровища земных недр бесконечным потоком устремились во врата созвездия Большой Медведицы.

После них остались гигантские горы из чёрных отходов. Говорили, что небесные существа принесли с собой загадочные частицы из глубин космоса и скрыли их в земных недрах. Так появились вулканы. Так родился и наш Везувий. Его жар и влага подземных источников сделали эту землю удивительно плодородной и прекрасной. Страх перед грозным исполином был ничтожен по сравнению с красотой мира, окружавшего нас. Мы жили словно в ладонях великой колдуньи-природы — среди солнца, моря, цветов и плодородных полей. Однажды в сердцах людей поселился необъяснимый ужас. Низменные страсти вырвались наружу, и души жителей стали напоминать сам вулкан — раскалённый, бушующий и готовый взорваться. И сам Везувий изменился. Из молчаливого великана он превратился в огненный столп. Всё чаще из его глубин вырывались пламя и дым, а ночное небо окрашивалось багровым светом.

В Помпеях бушевали нечеловеческие страсти. На аренах гладиаторы с деспотической жестокостью истязали друг друга, даря толпе кровавое зрелище смерти. Народ ревел от восторга, а знать утопала в роскоши и пороках. Тем временем бедняки изнывали от голода и бессилия. Озлобленность и раздражение витали в воздухе, словно невидимый яд. И над всем этим, подобно разгневанному божеству, ревел Везувий

- Ночью мне приснился сон: неподвижная водяная гладь, летающие рыбы и дрожащие отражения звёзд в чёрной воде. Из морской глубины поднялась дева-рыба. Она молча поманила меня за собой. Я шёл на её зов, не чувствуя страха, словно зачарованный. Вдруг передо мной распахнулось жерло вулкана. Огненная бездна, подобно гигантскому магниту, тянула меня к себе. Сердце сковал ужас, и я проснулся. Открыв глаза, я увидел, что стою в воде. Волны Средиземного моря подбрасывали меня, то выталкивая на берег, то снова увлекая в морскую пучину. С трудом выбравшись на сушу, я почувствовал, как мир сна и мир яви смешались в моём сознании. Я не понимал, где нахожусь и что со мной происходит. На берегу росли дикие кустарники и цветы.

Я направился к ним. Ранний рассвет укрыл остров серебристой росой. И тогда среди холодных капель я увидел призраков. Они были огромны и прозрачны, словно сотканы из тумана и лунного света. Их взгляды казались всеведущими и беспощадными. Мир звуков, чувств и мыслей исчез для меня. Всё человеческое отступило, когда эти величественные и грозные существа приблизились ко мне. Они проникли в мою плоть, в мысли, в самую сущность моего бытия. Я чувствовал, как становлюсь одним из них. Это перевоплощение было мучительным и отвратительным. Я больше не принадлежал себе. Чужие мысли метались в моей голове, словно тени в буре. Кто-то настойчиво шептал мне: — Беги, беги прочь — Беги в море, как можно дальше от этой земли. Здесь поселилось горе — чёрное, древнее горе. Его не смыть ни дождями, ни волнами. Призраки мягко и властно управляли моим телом, и я невольно верил им. Нужно было бежать. Немедленно. Но от кого и почему — я не знал. И вдруг пробуждение, словно вспышка света, проникло в моё сознание и вернуло меня к жизни.

Заискрилась волна Раскачал лодку ветер. Прибрежная пена Кружевами берег расцветит.

Рассмеются небеса Белыми облаками. Замашут деревья Зелёными ладонями.

Расцелует ночь, зарю Прохладными устами. Улыбнётся Солнце дню Над облаками.

Оказавшись на берегу моря, я вновь и вновь перебирал в памяти всё увиденное в промежуточном мире. Кто-то пытался предупредить меня, спасти от надвигающейся беды. Я понял: нужно бежать. Бежать в море. Туда, куда манила меня дева-рыба. Вернувшись в предрассветной мгле в свою хижину, я украдкой поцеловал спящих жену и детей. Затем молча собрал снасти и отправился на рыбный промысел. Солнце только поднималось над горизонтом, когда я твёрдым шагом шёл по каменной мостовой. Как и всегда, перед выходом в море я обратился к вулкану — могучему исполину, хранителю и благодетелю прекрасного острова. Я просил у него богатого улова и удачи.

Слова лились из самой души, молитва звенела в утреннем воздухе. Но вместе с ней росла тревога. Я поднял взгляд на Везувий. Сегодня он казался неприступным и чужим, будто скрывал в своём каменном сердце страшную тайну. На мгновение великан стал по-настоящему ужасен. От страха я так сильно сжал снасти, что ногти впились в ладони и расцарапали пальцы. Мир словно наполнился безмолвными проклятиями. Великий вулкан стоял неподвижно и мрачно. И тогда, в первых лучах рождающегося дня, я увидел огненного дракона. Он вырвался из раскалённого жерла вулкана, охваченный пламенем. Его крылья горели среди бледных звёзд. Это был демон смерти. Я уже видел его изображение на древних папирусах в храме Солнца. В памяти всплыли слова жреца, показавшего мне таинственный свиток: — В пламя и пепел обратится земля эта.

Исполин, страж острова, пробудится и начнёт изрыгать огонь. И не будет людям спасения. Огнём и чёрным пеплом накроет он землю, раскалёнными камнями сокрушит дома, лавой затопит дороги, дымом задушит всё живое. Принесёт он гибель людям. Разбудит же его демон-птица: расклюёт очи великана, выманит на свободу, и сама сгорит в небесном пламени. Воспоминание обожгло душу. Теперь я видел собственными глазами: пророчество начало сбываться. Я бросился домой. В спешке разбудил жену и детей, умоляя их спасаться. Затем побежал к соседям, предупреждая о беде. Я кричал, убеждал, молил людей покинуть остров. Несколько семей рыбаков поверили мне.

В панике они хватали детей, спешно садились в лодки и уходили в море, оставляя дома и всё нажитое позади. Мы отплыли ещё до рассвета. Море было спокойным, словно зеркало, отражавшее последние звёзды. Когда звёзды погасли и на горизонте поднялось солнце, берег уже остался далеко позади. Заброшенные сети бурлили форелью и белугой. Летучие рыбы срывались с волн и падали прямо в лодки. В золотых кружевах солнечных лучей они казались сказочными созданиями. Шум моря сливался с прохладой воды, теплом солнца и солёным дыханием Средиземного моря.

Весь день мы трудились не покладая рук: вытаскивали тяжёлые сети, освобождали их от рыбы и снова опускали в воду. К одной из сетей мы прикрепили двустворчатые раковины, чтобы приманить моллюсков. И случилось невероятное — в неё попались два осьминога. Один был рубиново-красным, другой — почти прозрачным, словно созданным из стекла. Его бесцветное тело поразило нас настолько, что на короткое время мы забыли о страшном знамени, увиденном на рассвете. Но внезапно гора ожила. Везувий заревел, загрохотал, завыл раненым зверем. Из разверзшегося жерла вырвались огонь и чёрный дым. Чем яростнее ревел вулкан, тем страшнее становилось его дыхание. Исполин изрыгал пламя, словно обезумевший бог войны.

Мы оцепенели от ужаса в своих маленьких лодках, доверху наполненных рыбой. Там, на острове, оставался город живых людей — беззащитный перед яростью проснувшегося чудовища. Наши сердца сковал страх. Горечь отчаяния жгла души, ведь мы ничем не могли помочь тем, кто остался на берегу. Ни спасти их, ни подарить надежду. Мы были бессильны перед гневом стихии. Рёв вулкана становился всё сильнее. Казалось, древний хранитель острова превратился в беспощадного убийцу. Тот, кто веками дарил людям плодородие, тёплые источники и цветущие сады, теперь нёс им смерть. Небо заволокло чёрными тучами дыма. Солнце исчезло за огненным саваном. Из жерла хлынула раскалённая лава, сжигая всё на своём пути. Море тоже восстало.

Поднялись чудовищные волны высотой с башни. Начался шторм. Наши лодки швыряло вокруг острова, перебрасывая с одного гребня волны на другой. Казалось, само море играло с нами в жестокую игру. Мы не могли противостоять стихии. Пришлось выпустить улов обратно в море, спустить паруса и полностью отдаться власти бури. Когда очередная волна обрушивалась на нас, мы набирали полные лёгкие воздуха и из последних сил цеплялись за борта лодок, пытаясь удержаться за выступы лодки, чтобы стихия не унесла нас в открытое море. Две рыбацкие лодки опрокинули волны, и рыбаки пошли на корм рыбам. Но нас берегло проведение, и мы оставались живы. Наш цветущий и прекрасный город превратился в груду застывшей серой лавы, пепел рассеялся по округе на 10 километров.

Мы трое суток не могли приблизится к берегу. На третий день вулкан затих, море успокоилось. И мы подплыли к острову.