«Горький квест. Том 1» kitobidan iqtiboslar

кому удается. Потому что юбилей – это 50 или 100. Только 50-летие или 100-летие. «Йовель» или «ювель» –

у Антона, сильная, стойкая, настоящий боец. Интересно, это спорт сделал ее такой

– Пойдем вместе, ты его отвлечешь, про песенки чего-нибудь замутишь, а я телефон заберу, я видела, где хранится техника, которую они отобрали. Спе

Что бы он ни сделал, что бы ни сказал – все окажется ответом. Нужно только правильно его услышать. И не умереть от отчаяния и стыда, если ответ окажется отрицательным.

Я стал медленным и осторожным, мне нужно много времени на то, что в молодости я проделывал за десять минут, и если я намеревался сесть за работу в 10 часов утра, то проснуться мне необходимо в 7, ибо раньше мне достаточно было сорока минут, чтобы принять душ, позавтракать и привести себя в состояние готовности к работе, а нынче на это требуется полных три часа. То же самое происходит и вечером: заканчивая работу, например, в 8 пополудни, я пребываю в ощущении, что день уже закончился, то есть можно почитать или посмотреть фильм, проверить почту и ответить на письма, но о том, чтобы кудато сходить, не может быть и речи. Впечатлений становится все меньше, поэтому время утекает все быстрее…

Есть правило, и оно работает для всех: мне нужно от тебя то-то и то-то, и за это я готов заплатить столько-то. По этому правилу живет вся наша цивилизация. Но девочка хочет жить иначе: я хочу, чтобы ты дал мне то-то и то-то и еще заплатил за то, что я это приняла. Она

Если вы знаете – где-то есть город, город, Если вы помните – он не для всех, не для всех. Странные люди заполнили весь этот город, Мысли у них поперек и слова поперек, И в разговорах они признают

родней, ни с кем не поддерживал отношений, а общий язык мог находить только с такими же эксцентричными людьми, как он сам. Видимо, эта его особенность воплотилась и во мне. – И..? – Брови юриста чуть сдвинулись, обозначая

Какие особенности характера и физического здоровья передаются по наследству, а какие определяются воспитанием и условиями жизни?

Это полный идиотизм! – Вы меня разыгрываете? Глаза юриста слегка прищурены, брови приподняты, все лицо его, моложавое и ухоженное, выражает брезгливое недоверие. Что ж, его можно понять. В такое действительно поверить непросто. А если уж совсем честно говорить – то поверить трудно. – К сожалению, я серьезен как никогда. Кажется, в России принято в подобных случаях говорить «полный идиотизм», я не ошибаюсь? Юрист рассеянно кивнул, обдумывая услышанное, потом спохватился: – Я бы не стал называть ваш проект идиотизмом… – чуть виновато проговорил он. – Но согласитесь, все это более чем необычно. Я бы даже сказал: странно.