Kitobni o'qish: «Аттила – царь русов»

Shrift:

© Манягин В. Г., состав, 2012

© ООО «Издательство Алгоритм», 2012

***

В высшем значении История есть летопись обороны Истины против восстающего на нее, явно и тайно, отрицания. Видимо действующие в этой борьбе личности и народы суть не что иное, как сознательные и бессознательные орудия движений Духа Правды и двуликого духа неправды.


Вступление

Ложные понятия о значении названия Hunni. – Новое сочинение Тьерри «Histoire d’Attila» основано на тех же ложных понятиях. – Аммиан – источник этих понятий. – Иорнанд почерпает свои сведения о гуннах из Аммиана и народных сказок. Предания об Аттиле Приска Ритора, находившегося при византийском посольстве к Аттиле. – Пристрастные сведения Иорнанда. – Латинские легенды Средних времен, исполненные вымысла. – Угорские, или мадьярские сказочные предания о гуннах. – Народные квиды или гайды севера. Эдда, витязные песни и сказания, или саги; значение их и начало с водворения готской письменности при Карле Великом. – Исландские и гренландские квиды и саги, записанные в XI–XIII в. – Voluspa. Мнимая Valicinium Valae, заключающая в себе перевод 1-й книги «Метаморфоз» Овидия. – «Новая Эдда». Предание о Гильве, владетеле Славонии Скандинавской, прозелите готов, давшем им, по переселении из Дации на север, остров Зеландию во владение. – Гренландские Atla quida – песнь об Аттиле, и Atla-mal – слово об Аттиле. Труднопонимаемое их содержание. – Nibelungenlied. Поэма, приписываемая XIII веку составленная из народных сказаний Niilmiga Saga, о мщении Гудруны, второй жены Аттилы, своим братьям, нибелунгским владетелям. Описание события более достоверно и совершенно противоречит квидам. – Поэма на латинском языке Valtarius Aquilanus, почерпнутая, как и Nibelungenlied из сборника переработанных русских сказаний (Vilkina Saga). – Темные переводы квид

В исследования о первобытных населенцах Германии неизбежно должны были войти и соображения о временах Аттилы. К этому великому явлению V века, которому поклонился и гордый Рим в ноги, мы приблизились с противоположной стороны пути Г. Венелина; но вполне сошлись с его главным взглядом, обличающим укоренившиеся ложные понятия о происхождении и значении в истории так называемых Hunni.

Новое произведение Тьерри «Histoire d’Attila», увенчало труды Запада по этому предмету; но без малейшего испытания, прочно ли основание, на котором они воздвигнуты. При всей воображаемой непогрешимости приговора историков, в деле о происхождении гуннов еще не решено: верить ли Амману, который при описании восстания гуннов на готов, со стороны Востока, не затрудняется соседям алан1 приписать имевшиеся сведения о безобразии Заволжской Торгоутской Орды; или верить Иорнанду, который сообщает тайну происхождения гуннов, по преданию (ut refert anliquifas), отзывающемуся и обычной малороссийской поговоркой2, и сказками о происхождении скифов и сарматов. Мы в этом случае скорее верим Иорнанду, тем более что его сведения почерпнуты частью из русских волшебных сказок. По Иорнанду, главным виновником причины нарождения гуннов был Филимер3, сын Гандарика Великого, конунга готов. Не изгони он из среды своего народа неких ведьм (quasdam magas mulieres), называемых, правильно или ошибочно, Aliorumnes и Aliorunes, гунны бы не существовали. Но он изгнал их в пустыни, и это изгнание пало не только на главы готов, но и на многие главы истории, в которых упоминается о великом переселении народов. Ведьмы, как мы увидим ниже, переселились именно на Черторыю, при Чертовом беремище, и пленили собой враждебную готам силу. Иорнанд утвердительно говорит, что вражья сила, бродя по степям (spiritus immondi per eremum vagantes), сочеталась с ведьмами и произвела на свет то зверское племя, которое сначала было очень ничтожно и принадлежало к числу людей, только по имени, означающем словеных4.

Это сказочное предание, как мы уже заметили, напоминает и повествования Геродота о скифах, произошедших от союза Геракла с русалкой Ехидной, полудевой, полурыбой, и о сарматах, произошедших от сочетания благорожденных (έλευоρων) скифов с амазонками (Άμαζόνες). Кто такие были эти щитоносные девы или жены, по-готскии kwane, близкие соседки с Άλαζώνες, в земле которых протекали Тирас и Гипанис, это определить время, если только иорнандовские Aliorunes не образовались из Άμαζόνες; но Птоломей изгнал и Άμαζόνες, и Mελάγχλαtνοt с Приднепровья и поместил вместо них Άμάδοxοt и Άμαξόbtοt5.

Странно верить в существование Амазонок; но нельзя же и не верить, зная, что история полна метаморфоз. В иносказательных преданиях часто скрывается истина, как святыня от изуверов и как сокровище от хищников.

Г. Тьерри, отвергая неестественное, счел более благоразумным верить естественному, хотя ни на чем не основанному, происхождению белых и черных костей победоносных дружин Болемира и Аттилы от костей монгольских.

Вместе с этим положением является неизбежно новое: движущаяся картина давления народов, от густоты населения в неизмеримых пустынях Сибири: «Les nations Finnoises fort espacées à L’Ouest et au Nord, mais nombreuses et compactes a L’Est autour du Volga et des monts Ourals, éxerçaient sur le Germain et le Slave une pression dont le poids se faisait déjà sentir a L’empire Romain».

Подобное давление компактного чудского населения на славян, славян на германов, германов на галлов и галлов на римлян, не уступает скандинавскому рассаднику бесчисленных народов, и напоминает сказание о том, как Александр Великий заключил в горах за Лукоморьем «вси сквернии языци», и что пред кончиной мира они изыдут на пагубу его. По Тьерри, следовательно, предсказанное совершилось в V столетии, когда Римский мир (urbis – orbis) пал от этих заключенных варваров, прорубивших горы и нахлынувших на Roma invicta, Roma aelerna.

Отстраняя, однако же, некоторые размахи красноречивого пера г. Тьерри, нельзя не сознать высокого достоинства труда его, в отношении увлекательного обозрения исторических, легендарных и поэтических преданий об Аттиле.

Предупрежденные им в высказанном удивлении пред таким лицом истории, как Аттила, мы однакоже удивляемся ему не как выходцу из степных улусов, но как русскому Великому князю, свергнувшему готскиое иго со славян, как великому полководцу, разбившему в прах соединенные силы римлян и визиготов на полях Каталаунских, как царю (βασиλεύς), который заключал письменные договоры с просвещеннейшими державами того времени, и к которому явился на поклон сам Папа Леон, в полном облачении апостольского наместника, сопровождаемый всем духовенством Рима и посольством императора Валентиниана. Положим, что Аттила был варвар в греческом смысле, т. е. язычник; но варвар-политик, который прежде чем брался за oружие, состязался переговорами; варвар, по сознанию просвещенных врагов своих, мудрый в советах, снисходительный к просьбам, верный в данном слове6.

В отношении пространства владычества Аттилы, верховный властитель Норики, комит Ромул, бывший при нем послом Рима, говорил: «Никто из царствовавших до сих пор над Скифией и над иными странами, не совершал столько великих дел и в столь короткое время, как Аттила… Его владычество простирается на острова, находящаяся в Океане, и не одни скифы платят ему дань, но и Рим».

Аттила однакоже не ходил войной на Германию, не только за море, на острова океана; какое же имел он право на это преобладание, кроме обычного «и быст самодержец земли Русской», простиравшейся на все пространство населения племен славянских на суше и на островах. В то время Русь, изрубленная на части римлянами и готами, быстро срослась в единое тело: стоило только полить ее живой и мертвой водой.

Грек, женившийся и поселившийся в Скифии, коротко и ясно описал Приску быт народа во время Аттилы: «Здесь каждый владеет спокойно тем, что у него есть, и никому не придет в голову притеснять ближнего».

Правдивый Приск не утаил коварного поступка Феодосия, который хотел, чрез своего евнуха Хрисафия, подкупить приближенного к Аттиле вельможу, чтоб он извел своего государя. Приск не утаил даже слов Аттилы, которые он поручил сказать императору: «Феодосий высок по породе своей, знаменит по происхождению; Аттила не менее высок и знаменит по своему роду; но Аттила, наследовав монархию от отца своего, вполне сохранил достоинство; а Феодосий потерял это наследственное достоинство, не только потому, что согласясь платить дань Аттиле, соделался его рабом; но еще более потому, что как раб неверный и злой, задумал строить ковы господину своему, поставленному над ним небом и судьбой».

Подобные черты величия дали бы право и дикарю-монголу встать наряду с великими просвещенных стран; но г. Венелин, первый, обличив искажение преданий, сказал, что Аттила был царь руссов, а не нойон калмыцкий; и, следовательно, большая разница смотреть на него, как на необъятный метеор, или как на величественную комету, которой путь может быть вычислен и определен, и которой явление может рано или поздно повториться для Европы.

Что Аттила имел своих историков в современных ему гавлярах, воспевавших подвиги славных князей и его собственную славу, то это несомненно из посольских книг Приска; но не века и не перевороты в судьбах лишили русский народ памяти о славе прошедшей: он сам стер ее, когда христианская религия, водворенная «Красным Солнцем»7 России, отнесла и земную славу к славе Единого. И нигде в устах певцов славы не заменилась так добровольно витязная песнь песнею духовной.

Это составляет главную причину, что из времен язычества славян и руссов сохранилось только то, что по отношениям или случайно, вошло в предание соседних народов. Но у всех исконных дипломатических друзей правда не сходила с языка. Г. Тьерри сознается, что «если б Аттила попал под перо Данте, то певец Ада возвел бы ужасное величие его до размеров страшных для воображения»; особенно пользуясь произведениями кисти и пера художников Италии: «Questo Attile flagellum Dei, avea la testa calva, e gli orecchi a modo di cane».

Аммиан вывел гуннов от Ледовитого моря из страны кинокефалов, и на этом историческом основании кисть и резец Авзонии, перо Галлии, машинация Британии и созерцательность Германии могли создавать какие угодно фантастические образы, краски суеверия, предубеждения и пристрастия очаровательно ярки и затемнят какую угодно бесцветную правду.

Аттила «flagellum Dei» – «Бич Божий»; но откуда же родилось это название, как не из собственного сознания, что римское владычество стоило бичевания? Аттила варвар; но ведь этот эпитет значит то же, что Аттила не грек и не подчиняется эллинской премудрости.

Аттила ведет войну с Грецией, с Римом, с готами, словом со всей остальной Европой; но что же ему делать, если вместо соблюдения мирных договоров по взаимной клятве, с одной стороны хотят врезаться в его тело, с другой всосаться, а с третьей подносят заздравный кубок с ядом, как Олегу у ворот цареградских. Аттила побеждает и греков, и римлян, и готов; но какой же победоносец не побеждает? И Рим побеждал для того чтоб утучняться; а Аттила отрезал ли хоть кусок чужой земли?

Чтоб не убеждать других одними голословными собственными убеждениями, рассмотрим все предания об Аттиле и потом обратимся к рассказам очевидца Аттилы.

Главные и вернейшие сведения о царе скифов, гуннов, или руссов заключаются в сокращенных выписках из статейных книг посольства императора Феодосия к царю гуннов в 448 году, веденных состоявшим при после Максимине ритором Приском.

Дальнейшие сведения находятся в «Истории готов» Иорнанда, пристрастного к своим сродникам. Он повторяет сказания Приска, переиначивает их и пополняет извлеченным из Кассиодора8 описанием восстания Аттилы на визиготов и римлян, подавлявших в Испании Гейзу9, вождя славян западных.

Оставляя в стороне тех гуннов, которые, как мы увидим ниже, еще в начале III века, в числе 900 000, под предводительством 170 русских князей в первый раз восстали на усилившихся готов на севере, Иорнанд почерпал описание гуннов V века откуда пришлось, несвязно, разбросанно, как и вся его «История» о готах.

На одной странице, по простодушию ли, или с намерением, в духе времени, он помещает басню о чудном происхождении гуннов от нечистой силы; на другой выводит их из недр населения булгар10; по неопределенным сведениям византийцев, сперва разделяет он гуннов на два рода, на Aulziagri и на Aviri (Σνβιρoι); потом присоединяет к ним Hunugari11; а в 53-й главе являются вместо Aulziagri – Ulzingures, Angiscires, Bitugores и Bardores. В заключение описывает наружность гуннов по Аммиану, до которого дошли слухи о поражении готов какими-то Hunni, иллюстрированные изображением калмыка, изъеденного оспой.

Bce эти Hunni, явясь на сцену неестественными существами, призраками, испортили все готскиое дело: развязали руки славянам, скованным Эрманариком, и по обычаю призраков исчезли, предоставив свою Hunaland, с главным городом Hunugard существам естественным и законным владетелям – руссам. Саксон Грамматик Ruthenos et Hunnos pro iisdem accipit12; но кто ж ему поверит, когда для победы готов нужна была не простая русская сила, а сверхъестественная, чудовищная.

О значении средневековых латинских легенд об Аттиле достаточно повторить слова Тьерри: «Если верить легендам и хроникам VII, VIII и IX веков, то Аттила не оставил камня на камне во всей Галлии и Италии. По мнению Средних времен, каждое созидание принадлежит Юлию Цезарю, каждая развалина по всем правам – Аттиле. Если летописцу нужно было знать время разорения какого-нибудь города, а алиографу время мученичества, то хронология не затруднялась приписывать все рушения и истязания нашествию Аттилы».

Так как историки Средних времен, без затруднения и без апелляции, избрали средой царства Аттилы Угрию, то мадьярам следовало же иметь у себя какие-нибудь предания об Аттиле; предания и нашлись, хотя довольно поздно, во времена сочинения хроник и поэм. Сперва пояснилось, что мадьяры и гунны сродни друг другу, что саки (Szekelyek) есть остаток гуннов Аттилы; потом отыскано родословие предводителей ста восьми племен мадьярских и гуннских, из коих трое: Бела, Кеве и Кадиша из рода Земанов (Zémein); другие трое: Аттила, Буда (т. е. Влад, брат Аттилы) и Рева (т. е. Рао, Rhoua, дядя Аттилы) из рода Erd, напоминающего Эрделию (Залесье, Трансильванию). В дополнение у них верховный правитель Кадар, родоначальник племени Турдо13.

Все это полчище ста восьми племен обитало некогда в стране Dentumoger, преизобилующей райскими благами. Там воздух был чист, небо ясно, жизнь беспредельна, серебро и золото стлались на поверхности земли, молочные реки текли между медовыми берегами по изумрудам и сапфирам. Чего же кажется лучше? Но все это надоело мадьярам и гуннам, и они отправились искать чего-нибудь похуже, и пришли в страну земных благ – Эрделе; но тут встретили они лангобарда Макрина и римского императора Феодорика. Пришлось добывать землю кровью. И вот начинается сражение при Тарнок-вельк. 200 000 воинов Феодорика положены на месте; у гуннов легло только 125 000; но зато в числе убитых был Кеве. Гунны отступили бы; но оставлять воеводу на поле сражения было и у них постыдным делом, как у древних руссов14: «Где ты, княже ляжешь головою, тут и мы головы сложим». Гунны возвращаются в битву, отыскивают тело Кеве, хоронят его по скифскому обычаю, бутят над ним каменную могилу15, и потом преследуют Макрина и Феодорика, и, при Cesunmaur, первого убивают наповал, а второй, с вонзенною стрелой между глаз, уходит.

В этих преданиях набор исторических имен вставлен в какой-то народный рассказ, и почти нет сомнения, что Кеве имеет отношение к Кию, a Kewehaza к Киевой могиле или к Киевцу на Дунае.

Остается еще один источник преданий о гуннах и Аттиле, источник очень замечательный, если истории гуннов дозволится, как истории свео-готов и дациян положить в основание свои древние исландские квиды и саги, собранные в XI–XIII веках, пополненные и поясненные новыми, позднейшими квидами и сагами. Между владетельными и витязями именами, которых славу воспевали гадляры, гальдрары, или скальдрары, раздавалось и имя могущественного царя Гунугардскаго.

Когда рушился капитал вещественной силы, скопленной готами при Эрманарике, тогда прекратилось и влияние их духа; между тем как христианство быстро проливало свой свет, изобличая призраки тьмы. Стихийная тройственность сайван, повсюду свободно, без борьбы сомнения, сознавала духовную Св. учения. Только деизм готов скрывался от потока света во все углубления; но и туда проникал Иордан, обращавшийся в море. Казалось, не было уже нигде исхода; но лукавое отрицание нашло его в арианстве. Под этой личиной христианства деизм копил новые силы на Западе, в Аквитании, и постепенно развиваясь, к VII веку проник в Испанию, свергнул с престола владетельный русский род – наследников князя Витича (Vitiza), и гот Родерик, бывший вассал Витича, овладел престолом. Но тиранство его и жестокость визиготскиих уставов превзошли меры; Русь Испанская переселялась в Африку; сыновья Витича Иво и Сизибуд обратились к помощи Руси Мавританской, которая и волей и неволей предалась уже исламизму16.

Под предводительством калифа Валида, Русь Мавританская вступила в Испанию, как в страну, которая принадлежала ее предкам, и готскиое могущество рушилось и на всем Западе.

Явная пропаганда деизма и арианства кончилась. На всем материке Европы не оставалось места, где бы можно было воздвигнуть снова храм златому тельцу.

В Галлии, по Рейн, и на всем Юге по Дунай, водворилось уже христианство. Между Эльбой, Северным океаном, Дунаем, Черным морем и Волгой владычествовали руссы-сайване, или поклонники Сивы. Оставались в прибежище только острова на океане17; но удобна ли была эта новая Финикия для развития сети контор и факторий? С чего начать промысел, лишившись накопленных вещественных богатств? – Разумеется, с товара невещественного: с продажи науки и мудрости на площадях18. И вот, скарлатная епанча взошла на подмостки.

Нужно ли называть то лицо, к которому привился дух готов? Это лицо, в одно и то же время поборник и Триипостаснаго Бога, и деизма под личиной науки, было, разумеется бессознательно, истинным воплощением дуализма, посредником Христа и антихриста. Проповедование Слова Божия, вооруженное до него изустным двуострым мечем, в первый раз вооружилось в этом лице односторонним лезвием простого меча. Тайные противники Св. учения для него были незримы, оно видело только явных противников за Рейном: краины чехов (Caeti, Catli) принявших в истории название саков, были первыми жертвами беспощадного его меча19.

Слава, или славление составляло исконное достояние славян, врожденное им и нераздельное с их древлерелигиозным именем; эта витязная песнь и песнь воспоминаний была всегда потребностью духа народного, и могла существовать только там, где еще не переродилась славянская душа в чуждую самой себе и своей природе.

В эпоху Карла Великого, первобытная Великая Русь (Vilkina land), заключавшая в себе пространство между Рейном и Одером, полуостров Сербский (Херсонес Кимврийский) и всю Скандинавию, подпала на твердой земле под власть франков, а за морем под оперившееся влияние готов. Русь заморская, отрезанная от сообщения с материком, слабела без помощи, покорялась или отправлялась на своих кораблях искать новых земель на краю света. Этот первый гражданский слой поселения был собственно сербы, известные в истории под искаженными названиями кимвров, камвров, цимбров, самбров. Повсюду на прибрежьях и островах челядь их составляли скитальческие семьи так называемых цельтов, или чуди. Туда перенеслись с ними народные поверья, преданья и гадляры, воспевавшие славу.

Это было конечное время для изустных народных преданий на всем Западе и Севере Европы; предания стали преобразовываться в науку истории и стихотворства, по образцу Греции и Рима. Очень естественно, что подражание не могло обойтись без Академии. Душою этой Академии были готы20, у которых ничего не делалось спроста и без помпы. Карл Великий, приняв звание председателя, возведен в сан псалмопевца царя Давида, Ангильберт в звание Гомера21, Феодульф – Пиндара, Рикульф – Дамета, и пр., и пр.

Вандалия


Эгинхард был музой Каллиопой. Так и не иначе они величали друг друга. Алькуин писал к Рикульфу: «Я здесь теперь один одинехонек: ты, Дамет, в Саксонии, Гомер уехал в Италию, Кандид в Британию… дай Бог, чтоб возвратился скорее Давид и все сопутствующие победоносному царю».

Когда коренной народ Германии был покорен чуждой власти, и земли его поступали в награду и удел (odal, adel) даже не франкским владетельным родам, стоявшим при Карле ошуюю его, но лицедеям, представлявшим философов и поэтов древности, и стоявшим одесную его, тогда изустная гайда, изменилась в письменную квиду (quida, gydda), одушевление потухло, голос измер. Но Карл видел, как витязная песнь возбуждает мужество; нельзя было пренебрегать таким хорошим, хоть и языческим средством, для возбуждения храбрости и в собственных солдатах22; а потому он повелел составить коллекцию витязных, или победных песен, учить их наизусть и образовать при войсках штатных песенников23.

На какой же язык или наречие было переведено это собрание народных песен? Франки и славяне не нуждались в них: они были богаты собственным достоянием песен и естественным одушевлением во славу, приобретаемую отчизной. Вопрос и разрешается тем, что готы составляли и двор, и дружину Карла. Известно, что «Charlemagne composa pour la langue Tudesque une grammaire, et par la il éleva, en quelque sorte, ce jargon à la dignité de langue et il tâcha de la fixer».

Это был язык новых поселенцев пространства между Рейном и Одером, язык готский народный, ледяное море, в мертвые воды которого вливались живые потоки языков древнеперсидского, греческого, славянского и, наконец, латинского.

Над преобразованием изустных гайд и сказок в готские квиды и саги трудились: Гомер, Гораций, Пиндар et cetera: эти труды читались в Академии, их твердили наизусть во всех школах, тщательно и с ошибками переписывали для библиотек; эти квиды и саги служили основами истории и генеалогии24, из них почерпали содержание поэм, строя и преобразовывая все во славу новых Юпитеров, Геркулесов и Ахиллесов. Благодаря успехам промышленности подешевела и слава. Рыцарь Карла, из породы энахим, облаченный с головы до ног в железный череп, как рак, косил чехов, как траву, восклицая: «Что мне эти венды? Лягушки, и больше ничего; нанижи их штук семь, посели, на к. ичцию, и кончено!»

Не знаем, был ли бы Карл велик без помощи ско́тов и готов, поднимаемый на высоту только с одной стороны Римом; но нет сомнения, что без них он не задал бы потомству задачи трудной для решения, не носил бы фуфайки из выдры; а главное славянский Запад так же бы легко, без малейших потрясений, принял христианство, как и Восток, не было бы разделения церкви, а изгнанные из храма торгаши не воротились бы в него.

В IX и X веках проповедование христианства на севере Германии и за морем продолжалось в отношении славян на том же условии, как при Карле25: в одной руке меч, в другой крест. Острова устилались слоями переселенцев, уносивших с собою только память былого.

Нет возможности, чтоб в глуши, в продолжении нескольких веков, изустная песнь не потеряла своих первобытных звуков, не разрознилась по наречиям и не изменилась вместе с языком народным. Новое, даже своеобычливое время, похоронив родное, старое, все-таки чтит его поминками, но [если] наследие переходит в чужие руки, то, для посторонней души сторона и чужая святыня: чем скорее простыл след и стерлась память, тем лучше.

Время объяснить, имели ли северные квиды, в первобытном их виде, кровное родство с славянскими гайдами, или кайдами; дуаны ерсов с думами руссов; а певцы, называвшиеся galdrar, а по другому наречию и писанию skaldrar, – с теми гадлярами, которые по обычаю ходили посланцами к разъединенным с ними родичам, и про которых упоминает Феофан26. Сродни ли они были также и тем гуннским певцам, посланцам Аттилы, которых бургундский король встретил словами:

 
Seid willekommen ihr beide, ihr Heunen Spielemann,
Und eure Heergesellen; hat euch her gesandt
Etzel der viel reiche zu der Burgundenland…
 

В отношении сборника исландских квид27 и саг, составленного Снорро Стурлезоном, следует принести мнение Томаса Хилля (Hill) об издании древних ерских, или каледонских дуанов Макферсоном:

«В том ли самом виде изданы Макферсоном так называемые Оссиановские песни ерсов, в каком они поются в народе?»

«Надо сознаться, что нет; хотя достоверность существования их в народе несомненна; но в различных местах Шотландии различны и изустные и письменные песни Оссиана. Причина этого заключается не только в различии наречий, но и в беспорядке изустного предания их, в выпусках, изменениях и вставках, внесенных в разных местах и в разное время. Должно полагать, что в народе произведения певца Оссиана пелись в отрывках, не последовательно, мешаясь с придумками и позднейшими произведениями поэтов, черпавших содержание из тех же народных преданий».

То же самое следует сказать и о квидах севера, или лучше сказать, Исландии. Этот пустынный остров, сосед Новому Свету, не представляющий ничего кроме пастбищных окраин между лавой огнедышащих недр своих и наносных льдин Северного моря, был последним притоном изгнанников и переселенцев Северной, или Норицкой войсковой вольницы, принужденной жить наездами на все окружающие их и враждебные им берега твердой земли. Как во времена преобладания Рима, не имея иного названия кроме данного им римлянами: Saxones latroni, т. е. разбойники скал28, они наезжали и грабили прибрежные римские области, так и во времена возникавшего готскиого преобладания, они разъезжали по морям под именем викингов, т. е. войников, потомков франков, варангов (βάραγγος), или по-старосаксонски варягов (Warag)29, разъезжавших на добычу в чужь, и на мену добычи к родичам.

Когда после Карла Великого возникшее смешение языков и верований на севере Германии приведено было к одному знаменателю, а Гаральд Рыжий покорил все прибрежные острова, далекая Исландия осталась единственным прибежищем для староверов, поклонников и Сивы, и Адонаи. Туда окончательно в IX, X и XI столетиях, скрылось множество знаменитых родов от гонений норвежских властителей. Все боевые переселенцы разных времен принесли с собою в Исландию память о прошлом быте, о прежней славе, дорожили своей стариной, и каждый род хранил изустно и письменно предания о величии своих предков. Должно заметить, что витязные песни о славе племен и родов (княжеских) не относятся к коренному духу готов; их песнь безлично относилась к народу – Codthiod30.

Заметим также с особенным вниманием то, что в сагах Исландии, упоминающих о переселениях, упоминается и обычай посылать вперед бога занимать новую землю. Мы имели уже случай обяснить этот исконный обычай славян при выселениях31, а также значение Тура, под предводительством которого были посвященные богу победы на поиск новой земли.

Не входя в сближения славянского Тура (Ћуро) с северным Tor, Thor, Thur, и Деваны с Freya32, мы повторим слова Гейера, который говорит, что «язычники презирали Одина и поклонялись Тору»; следовательно «felices errore suo»33 не желали чужих богов.

Первоначальным поселенцем острова Исландии, по преданиям, был Ингольф со своим родом и дружиной. Но Ingolf есть только изменение имени Ingue; и, следовательно, род его относился к владетельному в Скандии роду Yngue34.

В XI веке свет христианского учения проник и в Исландию. Один из проповедников, Земунд, прозванный мудрым (Soemund hins frödi), с другим духовным лицом – Аре, прозванным Полигистором, написали, как говорят, целые книги истории Севера, Германии и Англии; но ни сокровища мудрости, ни зерцало истории Земунда не дошли до потомства; об них погибла бы и память, если б не Снорро Стурлезон. Снорро был знаменитым скальдом при трех норвежских королях, при одном шведском35 и при нескольких ярлах36. Новая династия любила старую славу, и скальды, воспевавшие конунгов, получали награды, почетные звания и доходные места. Вероятно, вследствие подобных заслуг и ученый скальд Стурлезон был произведен в ярлы Норвегии и назначен верховным судьей в Исландию. В бытность свою там, Снорро Стурлезон оказал великую услугу всему мыслящему миру. Во-первых, он собрал изустные, а по мнению некоторых начертанные рунами, сиречь могильными письменами, остатки древней Эдды, приписываемой Земунду, которая заключала в себе, по мнению Резения (Р. I. Resenius) «древнейшую философию, называемую Voluspa»37, изречения (приписываемые Одену), называемая Haramal и пр.; потом собрал квиды скальдов (Skaldatal); потом написал Heimskringla (Orbis terrarum), или сказания о роде Ингов. В дополнение, для всех скальдов будущих времен, он объяснил древнюю Эдду Эддой новой; но, вопреки положению Ганнемана, тьма не изгнала и не осветила тьмы. Ни полиглот Эдды Alwis (всеведающий), ни мудрец Fiölsvidir (многознающий) не оживят убитую народную песнь, замененную разновременными академическими произведениями ученых скальдов Средних времен.

По мнению Шиммельмана38 Эдда есть «urspünglich em wahr haftes Product von den Sueven und Pommerschen Ganglern, Veneten und Vandalen». Название Gylva ginning, по словам его, переведено Стурлезоном с целью (gut christlich); но «recht scbuurrisch, offenbar unriehtig, und falsch, aus eigenen Gehirn»; что Gylva ginning нисколько не значит Hari mendacium; но Yerotlenbarung des Har (an den Vandalen)».

Мы не стоим за справедливость мнения Шиммельмана, составляет ли Gylva ginning и вся толковательная новая Эдда, собственно Snorri mendacium; но и не постигаем, какую древнюю философию и какую vaticinium таит в себе Voluspa, которой содержание состоит как будто из перетасованной колоды листов, заключавших вирши о создании мира и Девкалионовом потопе39, после которого, как известно, на земном шаре вместо настоящих людей были воплощены в людской образ кремни40.

Нам кажется, что для каждого непременно желающего знать подлинный таинственный смысл Voluspa, надо читать не темные, догадочные переводы искаженного глагола древней мнимой волшебницы, но 1-ю книгу «Метаморфоз» Овидия41, который так пленял дунайских варваров своими стихами на сармато-готском языке, что они величали его своим поэтом42.


 
Meiri ос minni
Maugo Heimdalar.
Vildat it ec Valfadur
Vel fyr telnia
Fornspiol fira
Dau er freinst um man.
Majores et minores
Posteros Heimdalli.
Velim coelestis patris
Facinora enarrare
Antiquos hominum sermones
Quos primos recordor. (!)
(Овидий)
 

Смысл по соображению с Овидием.

И вот вырезывают сердце из груди какого-то Гиалли (Hialli) и подносят на блюде.

«Это сердце слабаго Гиалли, – говорит Гуннар, – оно дрожит: это не крепкое сердце Хагена».

«Смеялся Хаген, когда вырезывали его сердце».

«Вот это сердце Хагена, – сказал Гуннар, – оно и на блюде не дрожит. Теперь только я один знаю, где сокрыт кладь».

За укрывание клада Гуннара препровождают в погреб, полный змей. Тут Гуннар берет арфу и играет последнюю песнь лебедя ветвями ног своих82.

Между тем Аттила откуда-то возвращается; Гудруна встречает его с золотой чашей в руках и просит испить за упокой братьев.

Когда Аттила выпил чашу и вкусил брашно, Гудруна обявила ему, что он упился кровью детей своих и насытился их сердцами.

На это сознание в Atla-quida, Аттила молчит; он опьянел и идет спать, предоставляя себе право отвечать в Atla-mal. Гудруна же довершает Ueberarbeitung скандинавского скальда: она дала своему ложу напиться крови Аттилы, выпустила собак подлизать ее, и, в заключение, запалила царские палаты. В этом-то пожаре, кроме Аттилы погибли и гуннские амазонки (Skiald-meyar).

За сим следует заключительная строфа:

 
Hon hefir þriggia
þioþ konunga
Ban orþ borit
Biort aþr sylti.
Ea trium
Illustrium regum
Necem patravit
Nitida quam periret.
 

В переводе Симрока:

 
Volksköng drei hat die edle Frau
In der Tod gesandt eh sie selbst erlag.
 

Т.е. она (Гудруна) отправила трех королей славных на тот свет, потом сама погибла.

Но эта заключительная строфа явно изменяет и противоречит смыслу квиды и вполне соответствует смыслу предания народнаго (Niflunga Saga) и Nibelungenlied, в которых, погубив трех королей, своих братьев, Гримгильда (Гудруна) сама погибает83. Чтоб оправдать это противоречащее заключение, толкователи придумали, что под тремя убитыми Гудруной королями надо подразумевать Аттилу и двухъ его сыновей (!). Положим, что так; но где ж Гудруна сама-то погибла? – В Atla-mal, повторяющей то же сказание, она остается жива, для того чтоб в Gudrunar-hvaut выйдти замуж за Ианко (Ionakr), и родить двух сыновей84, которые бы отмстили Эрманарику за Сванильду85, и убили бы еще раз сводного брата Эрпо86.

Из всего этого видно, как склеивались отрывки и строфы разных древних народных квид, единственно по сходству упоминаемых в них имен.

При Atla-quida, в конце, приписка прозой: «Enn segir gleggra и Atla-malom inom Graenlenzkom», т. е. об этом говорится подробнее в гренландском сказании об Аттиле.

Это сказание, или Слово об Аттиле действительно втрое больше чем Atla-quiþa; но в этом драматизированном и так сказать лицедейном произведении, «из того же места, да не те же вести». Тут братья Гудруны, Гуннар и Хаген, (Haugni) несмотря на предостережения сестры, на уговоры жен и на сны, предвещавшие беду, едут по приглашению Аттилы, на кораблях. Ехали они «долго ли, коротко ли, но наконец могу сказать»87 прибыли в град, где царствовал Будли. Этот Будли, по истории Bleda (Владо), брат Аттилы, по квидам отец Аттилы, а по Atla-mal не брат и не отец, а лично сам Аттила.

Ученые толкователи утверждают, что это пиитическая фигура, что поэт «figurate patrem hie ponit pro filio Atlalo». Подобное толкование значит то же, что «для скальдов Эдды закон был не писан». Так или иначе, но сам Аттила является с толпой вооруженных гуннов и начинается бой. После долгого сопротивления, Гуннар и Хаген связаны по рукам и по ногам. Аттила велит Хагену вырезать сердце, как и в Atlaquiþa; а Гуннара повесить и пригласить на него змей – «invitare eo serpentes» – «Ladet Schlangen dazu».

Когда все это было исполнено, Гуннар взял арфу (haurpo tok Gunnar) и заиграл на ней ветвями ног своих.

Этот смысл утверждается ссылкою на позднейшую квиду Gunnars slagr (бряцание Гуннара), хотя позднейшая песнь не указ смыслу древней.

После этого события, Аттила, хватившись своих детей, спрашивает: где они играют? Гудруна обявила ему, что они уже не играют, что перед ним стоит чаша, из которой он испил кровь своих детей, а сердца их съел вместо телячьих.

На это Аттила сказал88:

 
У тебя Гудруна жестокая душа:
Каким образом дозволила ты себе,
Кровь родных своих детей
Вмешать в мой напиток?
 

С этого благоразумно сделаннаго запроса начались долгие разговоры и взаимные упреки. В промежутках, откуда-то взялся сын Хагена и во время ночи поразил Аттилу. Пробудясь и чувствуя рану, Аттила отрекается от помощи, но производит над Гудруной следствие, кто убил сына Будли?

– Я и сын Хагена89, – отвечает Гудруна.

– К противоестественному убийству побудило тебя злобное сердце, – сказал на это Аттила, и высчитал все, чем он хотел насытить жадное, лихоимное90 сердце Гудруны.

– Пустое говоришь ты, Аттила! Пусть не насытна была я; а твоя жадность к победам насыщала ли тебя?

– Пустое говоришь ты, Гудруна! Мало оправдаешь ты этим судьбу нашу. Все погибло!

Промолвив эти слова, Аттила умирает. Гудруна намеревается убить себя; но ей еще следует жить в двух квидах скальда, который не заботился о хронологическом порядке событий.

Первая квида есть Gudranar-huaut (исступление Гудруны), а другая Hamdis-mal (слово о Хамди). Дело в том, что после смерти Аттилы (в 454 году) Гудруна выходит замуж за Ианко (Ionakr), короля Славянскаго91.

От него у Гудруны три сына: Saurli, Hamdir, и Егр; дочь же от перваго брака с Сигурдом Гунским (Hunskr – hunnicus) Сванильда выдана за Иормунрека, или Эрманарика, короля готов (ум. в 376 году), который велел размыкать ее в поле, привязав к хвостам лошадей92.

Узнав об этом, исступленная Гудруна побуждает упреками сыновей своих Саурли и Хамди (об Эрне ни слова), мстить Иормунреку:

 
Что сидите,
Во сне проводите жизнь;
Или не трогает вас
Полученная весть,
Что Иормунрек
Вашу сестру,
Юную возрастом
Размыкал конями,
Белым и вороным,
В открытом поле,
Серым быстрым93
Готским конем94.
Не похожи вы
На породу Гуннара,
Нет в вас такой души,
Как у Хагена!
Виновнику ее смерти
Вы решились бы мстить,
Если б обладали смелостью
Моих братьев,
Или твердой душою
Царя гуннов!
 

Таким образом, Иормунрек, который исторически умер в 376 роду, поэтически переживает Аттилу, умершаго в 454 году.

Таково значение древних исландских и гренландских квид, записанных с простонародного языка какими-нибудь рунами, переписанных в XI–XIII столетии латино-готскими буквами, обработанных и преложенных учеными скальдами последующих времен на язык господствовавших.

Эта обработка и преложение древних гайд, или квид и составляет причину того, что все собранные в народе песни и сказания, относящиеся к одному и тому же событию, обличают Эдду в нарушении смысла существовавших преданий.

Рассмотрев народные, хотя уже и искаженные предания, имеющие отношение к нашему предмету, мы видим:

Древние северные квиды достигли до нас не на языке народном, а на придворном и правительственном готскиом95, который водворил Карл и для которого сам составил Грамматику. Язык народный, сельский, был Sclaventunge; ибо гальские и германские славяне были уже в то время в отношении готов рабы.

Позднейшия сельские славянские предания дошли до нас в то уже время, когда в Германии и аристократия, и народ заговорили на чужом языке; и следовательно, большая часть преданий переведены изустно самим народом.

Так называемые гунны, по квидам, сагам, и по всем преданиям севера, принадлежали к древле-германским племенам, и отличались от западных, франкских, только тем, что были еще язычники.

Название народа Huni, Hune, Chuni, произошло от первоначальнаго названия Kwänä, Kuenu, Conae, Kunae, смешиваемаго с готскиим словом Kona, Kuna, Quena, Kwäna, означающим жена, что и породило, как увидим ниже, сведения о гунских амазонках, и потом принято в писании, для избежания смешения в смысле названий.

Почти все собственные имена в древних преданияхъ славянские. Постоянное изменение их видно из вариантов на различных наречиях. По преимуществу, форма их кимврская, т. е. сербская. Например, имя Юрий, в наречии сербском ЂурЂе (Джурже, Дзюрдзе) изменяется в Галлии в Georges (Джордж), в Дании в Sjurd, потом в Siurit, Sivrit, Sivard, Sigurd, и, наконец, в новейшее Siegfried, составленное для обяснения смысла. Оно же, сократясь в Sigar, Sigr и наконец в Sig, означает «победа», сохраняя первобытный смысл имени божества победы.

Из сербского собственного имени Огнян, Огньо, Игньо (в религиозн. знач. то же божество грозы, громовержца, Перуна – Foudre) лат. Ignius, Egnius, изменяется в квидах в Haugni Högni, и наконец в Hagen.

Собственное имя Яромир, изменяется в Jarmar, потом в Jarmar-rik (Rex Jaromir), Jormunrekr, Ermanarik, Hermanarik.

Гейзо – Gisle, Gisler, Giselher. Гурина – Gurin, потом Gudruna, и пр., и пр.

Описывая историю готов (в которой большая часть владетельных, родовых имен, явно славянские; ибо прозелиты деизма продолжали носить древние родовые имена, как и во времена принятия христианства), Иорнанд, не обясняя причины, замечает, что у готов было в обычае (?) носить гуннские собственные имена96.

Изустная народная память об Аттиле, настолько сохранилась в письменных преданиях запада и севера Германии, насколько события могли относиться до летописей, саг и квид, сочинявшихся придворными скальдами во славу новых династий.

Глава I
Война прибалтийских и забалтийских славян с водворившимися в конце I века по Р. X. на острове Зеландии готами-дациянами

Причина переселения готов из Дации Дунайской на север. – Предание о Гильве, владетеле Скандии и островов Балтийских. – Древняя история Дании, или северной Дации. – Владетели Кимбрийскаго, или Сербскаго полуострова. – Готы Исландии, Dancuones, принимают названия Данов. – Скиольдунгская династия Дациян. – Союз владетеля Зеландскаго Годана с Рогнедой, дочерью русскаго князя. – Фродо; его ухищрения для победы руссов. – Васпас. – Рален (Rolvon) Коряга, или по прозвищу готов Вендская корга (ворона). – Бова – Постановления 12 диаров, при Фродо III. – Война Фродо с Струничем, вендским князем. – Фродо побеждает и распинает пленных князей и вельмож. – Коварное истребление русских князей и витязей. – Фродо женится на Гануце, дочери киянскаго князя Гано. – Гануца оклеветана и возвращена отцу с сыном Фриалявом-Преславом. – Гано восстает на Фродо со всей Русью; под его предводительством 170 русских князей и 900 000 воинов. – Pусские князья: Яно, Олимир, Рао, Деjамир и Доко. – По смерти Фродо даны избирают скальда Иареня, но Преслав Русский предъявляет свои права на престол Дании. – Восстание славян (полабских – Вандалии) на готов под предводительством Изимира (Ismarus Sclavorum rex). Ютландия (Сербский, или Кимбрийский полуостров) и все покоренные Фродо III земли освобождены от готов, и область их ограничилась снова Зеландией. – Славянские народы, бывшие в постоянной борьбе с готами и дациянами. – Владетельный Юрьевский род в Скандинавии. – Предания о войнах князей, владевших в Скандинавии с пришельцами готами. – Участие ситунских (скандинавских) князей в войне Холмской Руси (Ulmerugua) и Киевской Руси (Hunagard) против Эрманарика. – Прозелиты готов злейшие враги славян. – Ледяное иго готов на покоряемых ими областях

Г. Люден97, изучая историю Древней Германии и испытав томительную непрерывную борьбу с темнотой, смутой преданий и с тяжким трудом извлечь из них истину, сознается, что эта смута заключается не в самой истории, а в историках, которые, по ведению и неведению, нарушали самый простой смысл преданий.

Этот справедливый упрек лежит не столько на древних историках, сколько на историках времен истинно варварских, когда, существовавшие некогда, добросовестность и отчетливость в переписке рукописей, заменились подлогами, умышленными и невежественными изменениями, для потребностей времени, и для укоренения в недрах истории генеалогического древа не только пришлых личностей, но и народов.

Чтоб избежать упомянутой Люденом смуты в изысканиях истины, мы обращаемся прямо к простому смыслу преданий, боясь не столько темноты их, сколько затемнения.

В изданном опыте свода и поверки сказаний о первобытных населенцах Германии98, объяснено, что известные истории свевы, суть славяне99; а также определено время переселении гофов, готов, или готфов из Дации на острова Балтийскаго моря. Следует теперь обратить внимание на водворение их и распространение по всему Северу.

Но повторим причины переселения.

В самом исходе I столетия по Р. X. император Траян поднял повсеместное гонение на иудеев.

Первосвященник готов в Дации, Фридульфзон, называемый вообще Оденом, начал заботиться о переселении на Север со своими дроттарами (жрецами), диарами (вельможами) и народом, разделявшимся уже на остроготов и визиготов; но это переселение относится преимущественно до визиготов100.

Мы упомянули во вступлении, по сказанию Эдды, о Гильве, владетеле Скандии, первом прозелите готов, когда еще их Годгейм был в недрах Карпатских гор. По тому же преданию Эдды, Оден предварительно послал к Гильфу просить земли для поселения. Послом была сладкоглаголивая Гефиона101. Она так пленила Гильва своими речами, что владетель Скандии дозволил занять ей столько земли, сколько можно обойдти в сутки плугом. Гефиона была не глупее Дидоны102: она запрягла в плуг четырехъ сыновей своих, добрых волов, рожденных ею от некоего великана103 (Risar), отмежевала огромное пространство земли, и в дополнение свезла его в море, от чего и образовался остров Зеланд (Seeland).

Вот предание, определяющее местность водворения готов-дациян104 на севере. Кроме этого, оно определяет даже количество приобретенных Гефионой сынов (т. е. русских племен) со стороны, которых она могла уже запрягать в ярмо и которые, должно заметить, составляя прозелитов готскиих, продолжали носить свои народные собственные имена, как руссы, по принятии христианской религии, и как ныне сербы и прочие придунайские славяне.

Таким образом, остров Зеланд и есть та исходная точка, которую Иорнанд принял за Скандию, откуда «готы, подобно рою пчел, налетели на твердую Европейскую землю».

Действительно, с острова Зеландии началось их распространение посредством пропаганды верования, за которою следовали и победы. Их правление было теократическое, как у израильтян до преобразования в царственное; следовательно, оно было противоположно правлению древних германов и скандинавов. Готы управлялись первосвященниками, которые сосредоточивали в себе и власть царскую105. «Древнейшие жители Скандии, – говорит Далин в «Истории Швеции», – поклонялись Единому Богу в трех лицах, но вымыслы Одена и поэтов, – замечает он, – исказили это учение. Чтоб понравиться более населенцам Скандии, асы, или готы, принимали имена их божеств и сами вперяли народу, что это истинные боги».

Но до христианства, инстинктуальное сознание тройственности божества, принадлежало, как мы уже обяснили, только сайванскому верованию; следовательно Оден, котораго презирали язычники106, вносил с собою деизм, облекая его, для язычников-сайван, в наружные атрибуты их тримуртизма, точно также, как в последствии, но уже невольно, тот же деизм готов укрывался от христиан под названием арианизма, облекаясь притворно в атрибуты верования в Св. Троицу.

Таким образом, смешение того и другаго верования в темных понятиях прозелитов, образовало и в преданиях народных ту мнимую «Мифологию Севера», в которой прежде всего следует отделить Единого в тройственности от Адонаи готов.

Венеды и готы во II в.


Обратимся теперь к древней истории Дании, или лучше сказать, острова Зеландии; ибо до времен Яромира или Ерманарика107, Дания, или Северная Дация, только временно выходила из пределов этого острова.

Уклоняясь от соображений историков и хронологов, по которым основание Датскаго королевства108 относится и ко временам Даная, и ко временам Дана, современника царя Давида, и к 1038 году до Р. X., и, наконец, к 60 году до Р. X., когда, по Торфею, совершилось «Asianorum in has terras transmigratione», мы знаем только предание, что до переселения Одена, т. е. готов на север, не существовало Дации, или Дании, и следовательно, полагаем основание оной около 98 года по Р. X.

До основания Дании на Кимврийском, т. е. Сербском полуострове были известны следующие князья, или жупаны109:


Segub или Segud. – Его столица была в Кимврии.

Adtze(r). – (Ацо).

Truidus. – Тройдо, Тройден.

Thielvar. – Телемир, Тербел (?). Перенес столицу на остр. Зеландию.

Osfred. – Острад, Острой.

Gulhius. – Годой.

Truidus II. – Тройдо II.

Toreld. – Туро (?)

Jelling. – Иело, Иелашин

Viset. – Вичо, Воица.

Bogh. – Богой.

Зять Богоя, Вичан (Witton), владел городами области Sleeswig на р. Slye; жители области были Sigulones, или Slievones110. Острова же: Зеландия, Langeland и Моне, назывались Withasloth111, или Wideslete.

Все эти имена могли сохраниться в предании только по отношениям к готам-переселенцам.

Кимвры, т. е. сербы полуострова часто отправлялись на преследование морских разбойников, живших в скалистых островах над Фризией, и известных Риму под названием Saxones, от saxum – скала.

Во время морского похода князя Богоя против саксонов и фризов (франков приморских), по влияния зеландскаго вельможи112, называемаго Humblus, или Humlus, и женатаго на дочери Вичана (Witton), Витеслотские острова (Withasloth) отложились от Сербии, и избрали князем своим Дана, сына упомянутаго Гумли113. С этого времени готы (Зеландские) приняли название данов114.

После Дана избран был сын его, также называемый Humli; но, мирный нравом, он лишен был престола братом своим Люто (Lothe, Lother), котораго и предание называет, сообразно смыслу имени, лютым, жестоким.

По некоторым сказаниям, после Люто царствовал пять лет сын Гумли, Богой (Bogh); но Саксон не упоминает о нем115 в своей «Истории Дании». По Саксону следует сын Люто Скиольд; по Торфею же и Резению116, Скиольд есть чистая кровь самого Одена; потому что в Langfedgatal значится: первый царь Дании Odin, за ним следует Skiold filius ejus, от котораго и начинается династия Скиольдунгов (Skioldungar).

По Langfedgatal следует Fridleif, сын Скиольда, или Чильда, потом Фродо; а по Саксону и Меурсию следуют: Gram, Suipdag, Guthorme (Годомир) и Hading (Годеч), который был женат на Рогнеде (Ragnilda собст. Райна, Райница) дочери русскаго князя, называемаго по летописям Hugon, Haquinus, от которой имел сына Frotho (Врато, Вратой, Вратислав) и дочь Swanthuite (Световиду).

Фродо был славолюбив, и ему, кажется, обязаны так называемые военные хитрости своим началом. Чтоб победить Драно (Dorno), князя куров, или куронов, он засадил часть своего войска под землю, и навел на него неприятеля, отступая, как побежденный. Чтоб разбить флот Драно (Tranno), князя руссов, он употребил в дело водолазов, которые просверлили корабли неприятельские. Чтоб взять хитростию (Íсарегe astu usus) город Плесков (Peltisk), или Пултуск, он притворился умершим. Жители города, видя, что неприятель сыплет могилу и строит тризну по своему королю, с радости начали по обычаю праздновать Васпасу117, за избавление от злого врага, нисколько не воображая, что мертвый Фродо явится к ним на праздник.

Haldan. – Хладень.

Roé. – Рао, Райо.

Helgo, в древ. квидах Hölgi. – Олг. В его время на княжении Скандинавскаго полуострова Atislus (Атислав), сын Годобрата (Hothebrad).

Rolvo, Roolw, Rolvon или Harald-krage – Рален, прозванный Коряга (Krage, по-датск. значит по объяснению Саксона: «Пень с полуобрубленными корнями» – «truncus cujus rami semicesi sunt)». По Далину он прозывается Vendil-krake, т. е. Вендская корга, или ворона (крагуй – ворон).

Hothe(r) (Haudo). – Годо, Годой. Убит в сражении с Boйo, или Богоем (Bous)118, сыном, т. е. последователем Одена, и погребен по русскому обряду119.

Roric (Roderic, Hraerech) Slangvanbaugi. – Pao, Roar. В его время князем Сербского полуострова (Cimbria) был Яровит – Horwendil, Hordenwil.

Vigleth – Воибор. Основанный им город в Сербии (Cimbria) прозван по имени его Wiburg.

Следуют: Weremund, Ulfo или Olaf, Dan II, Hugleth, Frotho II, Dan III, Friedlev и наконец Frotho III.

До вступления Frotho III в совершенный возраст, государством управляли 12 диаров, и в числе узаконений были следующия: «Кто желает быть допущенным к королю, тот платит за эту честь пошлину диарам. – Кто желает выдать дочь свою в замужство, тот обращается к ним же, для получения разрешения, внося известную плату». – «Neque fas virginibus nubere, nisi quas experiundo tales esse ipsi prius cognovisseni».

В его время, по Саксону, славяне, а по Меурсию – вандалы, под предводительством князя Струнича (Strunico), напали на Сербский полуостров (Cimbria), которым владели уже готы-дацияне.

Возникла война на суше и море; славяне были побеждены, и знаменитейшие из них распяты. Но чтоб извести войсковое сословие вандал (т. е. славян между Лабой и Одером) и покорить совершенно Вандалию, Фродо III употребил военную хитрость, не уступающую его предку Фродо II. Под видом предпринимаемой великой войны, он велел клич кликать и звать к себе на службу всех князей, витязей и бояр с их дружинами, обещая и злато, и славу, и богатую добычу. Обычай славянскаго войсковаго сословия, как описывает и Тацит (гл. XIV), был таков: «Если в родной стране водворялся продолжительный мир, то большая часть юнаков (nobilium adolescentium) отправлялась добывать славы в чужие земли».

На этом основании собрались они и к Фродо, нисколько не подозревая, что вероломство у так называемаго доброго народа составляет маленькое орудие для больших успехов. Заманив на бойню, их перерезали, передушили и перевешали. После этого подвига Фродо, разумеется, покорил беззащитную и обезоруженную Вандалию и принял титул короля Датскаго и Вандальскаго.

Фродо, по совету своих 12 диаров, женился на дочери Гано (Hun) князя гуннов, Янице, или Гануце120 (Hannunda). К Гано отправились послы, которые по обычаю, до обявления причины посольства, три дни угощались. Так как княжна Гануца ни за что не соглашалась выходить замуж за Фродо, то послы употребили в дело колдунью, которая приворожила ее к Фродо, описав его молодцом на обе руки121. От этого союза дроттары и диары ожидали великих благ. Но не так сбылось; при дворе было две стороны: Гануцу оклеветали, и обратили внимание Фродо на Альвильду, дочь Готара, владетеля Норицкаго (Норвежскаго).

Затронутый Гано, князь гуннов, собрал огромную сухопутную и морскую рать; с ним поднялись, по одним сказаниям 69, а по другим 170 и даже 200 князей с дружинами своими, составлявшими 900 000 воинов. Морскими силами начальствовал русский князь Олимир (Olimar)122.

Семь дней продолжалась битва. Чрез три русские реки можно было переходить по трупам, как по мосту. Наконец, с помощию воеводы своего Эрика Норицкаго, Фродо успел разбить силу русскую. Но после победы милостиво пожаловал во владение Олимиру Холмоград (Holmgardia, ошибочно Holingardia), Яну (Önev) – Коногардию (Conogard, Känugard – Киевград); другому Яну, брату царя гуннов – Саксонию; Pao (Revillum – Равуле, Раул) – Оркадские острова; Деjамиру (Dimar) – Гельзингию, Яробор, Ямтор, и Лаппию; русскому князю Доко (Dago) – Эстию. Таким образом, как говорит Саксон Грамматик, преобладание Фродо к востоку распространилось на Руссию (Rusciam), а на запад ограничивалось Рейном, Но из этого исчисления пожалованных стран, мы видим только имена владетельных русских князей, воевавших с Фродо; а из продолжения истории Дании, увидим, что упомянутое преобладание, как вымысл, не наследовано его преемником.

От союза с Альвильдой Фродо не оставил наследника: сын же его Фридлев (Fridlev, Friþleif, Frialaf) от перваго брака с Гануцей, дочерью гунскаго князя, воспитывался в России123. Так как о нем не было ни слуху, ни духу, то датчане решились избрать, из среды своей достойнейшаго, а именно такого, который лучше всехъ сочинит эпитафию на память великаго Фродо.

Из всехъ скальдов, соревновавших на право приобретения престола, честь пала на Иарна124 (Hiarn); но царствование поэта недолго продолжалось. Фридлев, которого по-русски вероятно звали Преславом125, узнав о смерти отца, прислал в Данию послов с обявлением Иарну, что «так как у руссов нет закона, чтоб какой-нибудь гусляр за свои вирши приобретал чужое наследие, то он предлагает ему уходить, добром, или готовиться к войне».

Иарн, полагаясь на свой народ, собрал было войско, и вышел навстречу Фридлеву; но меч был не его орудие, и он принужден был бежать в Сербию (Кимв. полуостр.), а потом на остров, который и прозвался его именем Hiarnoa.

Фридлев вступил на престол Дании. Он был женат на Юрице (Juritha), дочери некоего Грубана126 (Grubbo, Grubbon), и имел от нее сына Олега (Olav), который всем был одарен от природы, но был скуп. Вероятно за малолетством его после Фридлева следуют: Frotho IV и Ingell (Ingiald, Jngon)127, дядя его.

Олег премудро разделил свое царство между двумя сыновьями, Гаральдом и Фродо V: одному дал во власть всю землю, другому всю воду. По этой невольной зависимости друг от друга, следовало бы быть взаимной любви и совету; но Frotho V, разыгрывающий в истории Дании, как и все соименные ему, роль заключающуюся в смысле своего имени (Fraude, Fraus – хитрость, кознь, славянское слово вражг, враг, нечистый дух, сосредоточивает в себе смысл слова fraus – F заменяет здесь В, как в слове вор – fur) затопил своего брата силой вод; но дети Гаральда отомстили за отца, истребив Фродо извержением земной силы – огня. (Сказочные аллегорические лица, Водыня и Горыня, попали также в число Датских королей. Следующие короли: Haldan – Хладень (Frost), Harald (Harl, Hallr, Hald olim gigantes, vel monticolas significavit, т. е. Горыню); Unguin – Огнян.)

За мифическими лицами следуют: Siwald (Всевлад), Sigar (Sigard, Sigurd), Siwald II; потом следуют имена пяти владетелей: Ostmar (Osmar), Остромир – владел Сканией; Hunding (Годан, или Годечь) – Зеландией; Гано (Hanon) – Фионией; Hathe(r), Годой – Северной Кимврией (Сербией), а Roric-Рюрик (собственно, Рао) – Южной.

Haldan III – Хладень III.

Harald III (имя Harald изменяется в Aril, Aris; напр.: Harals-tid = Arils-tid = Aris-tid. Следовательно, оно есть Haro, Яро, Яриле = Иорги, Иоргиле-Jurgel, из котораго образовалось Harald). Гаральд III соединил распавшиеся владения Дании и заключил союз с вандальскими князьями Дукой (Duc) и Доляном (Dolon), которые прославили себя походами в Британию и Аквитанию. Ringon I (Рагой или Ранко), князь Ситонский, присоединил к Свевии (Sveathiod, Svavalanj), или Славонии Скандинавской, датские владения.

Olo, Olon, Olaus – Ольг.

Omund.

Siward (Siurit, Siurd). В его время князь Ситонский возвратил Сканию, которая подпала власти датчан; а Изимир (Ismar) князь Вандальский? или Славянский128, овладел Сербским полуостровом, и преследуя Сивардана, взял в плен его сына Яромира(Jarmerio), известнаго истории под именем Эрманарика. По смерти Сиварда, область данов, датчан, или дациян ограничилась снова Зеландией.

39 исчисленных Саксоном владетелей Дании, по источникам исладским сокращаются наполовину129, так что время царствования их от Скиольда, поставленнаго самим Оденом, до Эрманарика, никак не может превышать 250 лет.

Кроме этого соображения, подтверждающаго показанное нами время переселения готов на север, следуют выводы:

1. Водворившиеся на острове Зеландии готы-дацияне, окружены со всех сторон русскими областями и племенами славянскими. Они распространяют сперва влияние свое на Кимврийский, или Сербский, полуостров, потом на славян-вандалов, или вендов, на славяно-ситунские владения в Скандинавии; потом на приморскую Холмоградскую Русь, и Русь Коногардскую, или Гунугардскую; непрерывная борьба идет с сербами, славянами, вандалами, руссами, гуннами, и все эти общие прозвания часто заменяются одно другим.


Полуостров Ютландия и остров Зеландия


Сказание, или песнь о Бове130 (в ист. Дании Bous-Bojo) подробнее исчисляет народы, враждебные готам и дациянам131. Этмюллер, в предисловии к своему переводу этой песни, замечает: «Готы и даны (дацияне) являются в поэме родственными; все прочие народы (севера) в враждебном против них отношении»132. Эти враждебные готам народы следующее: свеоны (Swëon), которые вообще прозываются Scilflngas (словене), франки, фризы, гунны (Hugas), хорваты (Hätwere), Hëadubearna (?), вильцы (Wilfinge), Wiahinge, Merewioinge, Gifthen (житяне?), бродичи, или брановцы (Brondinge), Brentinge, Gundskilfinge, или Gundmannen (Gundi=Huni)133, вандалы (венды) – Wendla leod, Vendlas.

2. Почти все исчисленные владетели Дании носят славяно-сербские собственные имена. Причины этого понятны. Поселясь на землях прозелитов своих и овладев ими нравственно, готам необходимо было для вещественнаго преобладания прививаться к родовым именам, с которыми соединены были все права на землю и на покорность народа. Этим только и поясняются слова Иорнанда, что у готов в обычае носить гунские имена.

Спросим теперь, какие были отношения свевонов Скандинавии к готам? – Ненависть и постоянная борьба, которых не могла утаить история, при всем желании историков сроднить пришельцев с туземцами.

«Они (свеи) были в постоянной войне с владетелями готскиими», – говорит Гейер в «Истории Швеции»; но, не решаясь отступать от водвореннаго мнения, что древние Sveuoni одного происхождения с готами, Гейер прибавляет: «Эти постоянно-враждебные отношения свевонов к готам доказывают, что единство происхождения (!) и верования (!) этих двух народов не истребило их независимости и взаимной ненависти (?)».

Подобные гипотезы, противные истине, почти всегда обличают сами себя: «Однако же, – говорит на другой странице Гейер, – эти народы (свевы и готы), смешиваемые ныне, были долгое время различны; но издавна уже единство теократического правленния соединило их (?)»134.

Исчислим первых владетелей Скандинавии и посмотрим, не вопреки ли смыслу и ходу истории сроднили их с готами. На древе рода, как и на простом дереве, нельзя скрыть рубец прививки.

Владетельный род Свевонии был Инговский, или, выражаясь по-сербски, Иановский, происходящий от родоначальника Yngae – Инко, Ианко135. По другим сказаниям, этот родоначальник был Ivar136; по отчинному же роду прозывался Сигурдским – Sigurdska atten. Но отбросив обычное придаточное окончание на г, Ivar обращается в Иво, Иово, Иван, Иано – Inge; Sigurd, же или Sjurd, есть готское произношение кимврийскаго, или сербскаго ЂурЂе – Georges; следовательно, Инговский, или Иановский род составлял ветвь Юрьевскаго рода, от котораго произходили всевеликие и удельные русские князья. Свевонские князья и известны были истории под названием Fylkиs-Kunиngar, т. е. великие князья, и князья удельные (Skиlfиngar)137, точно так же как удельные великие князья, подвластные русскому В. кн. Олегу138.

1.Alani (Amm.); Alauni, βουλανες (Pt.). Ulinces, Ullini, Wholinees. На местности галичан и волынцев у Геродота ‘Axazovts.
2.«Бисовы дити».
3.По Далину (Ист. III в.); напротiв Filmer hin mikle, сын Годорика, или Гетрика. Филимер, или Вилимар. Слав. Велемир.
4.«Nec alia voce notum, nisi quae humani sermonis imaginem assignabat». Ne fut connue par aucun autre nom, que par celui qui assignait I’image du discours humain. C. J. Potocky.
5.Он переселил Άμαζόνες, Mελάγχλαtνοi и Σнνμνεiταi к Волге, за Дон. Сар. IX, tab. 2, Asiae.
6.«Homo subtilis antequom bella gererei, arle pugnabat». – «Consilio validissimus, supplicantibas exorabiles, propitius in tide semel receptis». Iorn. В Carfc Biterolf und Dietiteb, Аттила в мудрости своей сравнивается с Соломоном; «но Соломон, при всем своем величии, не имел при себе столько витязей, – говорит Битерольф, – сколько я видел при дворе могущественнаго Аттилы.»
7.Имеется ввиду св. князь Владимир Святославович «Красно Солнышко» (ок. 960 – 15 июля 1015) – киевский Великий князь, при котором произошло крещение Руси. – Прим. ред.
8.Кассиодор в начале VI столетия был секретарем при Феодорике Готском, овладевшем Италией. Сказания его и односторонни и пристрастны.
9.Giseric, Genseric, Geiserich.
10.«Bulgarorum sedes, quos notissimos peccatorum nostrorum maja fecere». Гл. V. То же самое повторяется в главе XXIII о славянах.
11.У IIрокопия, Агафия, Менандра и Феофана: утургуры, ультигурьг, савиры, уногундуры и пр.
12.In vita Frothonis III. Hervaraг Saga. Olai Vereli.
13.Напоминающего Tudri Тацита. О Герм. Гл. 42.
14.«Но величайший стыд и бесчестие на всю жизнь оставить на поле сражения князя и пережить его». Тацит о Герм. XIV. Гельмольд пишет: «Quod si adieceris Ungariam in partem Slavoniae, ut quidam volunt, quia nec habitu nec lingua discrepal, eiusque latitudo Slavicae linguae successit, ut pene careat aeslimatione.» т. e.: «Если присоединять к Славонии и Угрию, которой жители не отличаются ни по обычаям, ни по языку от славян, то пространство, занимаемое славянским языком, почти неизмеримо».
15.Бут – песчаник, тоеllоn; бут – спуд могильный; по исландским квидам Bauta-steina – бутовой, могильный камень.
16.Так называемое Вандальское царство пало от меча Велизария. Руссы Мавританские обратились в свою очередь за помощью к арабам, впоследствии приняли исламизм и составили из себя силу его в Испании, под именем мавров.
17.Тщетно сопротивляясь маврам, Ариане визиготы, или готы Аквитании, овладевшие Испанией, около половины VIII столетия изчезают с лица истории: «La monarchie des Wisigoths est tombée. Sa chute mème a été si complète, que son nom disparait de l’histoire. Le phénomène est frappant et mérite d’ètre étudié». Hist. d’Esp. par Paquis et Dochez L. III. Ch. L. Коренные жители Каледонии – пикты, албаны, крутены. Пришельцы же scoti, scuth. Буханан и некоторые другие историки полагают их выходцами из Испанiи. Lloyd и Stillingfleet положительно доказали, что монархия в Шотландии началась спустя семь столетий по Р. X, и следовательно, соответствует времени пропажи готов в Испании и Аквитании. При Карле Великом, патроне готов, «вся нация скотов с своими философами прибыла на кораблях и заняла земли, с которых Карл выжил чехов, прозванных саксами (Saxi); новые же поселенцы, занявшие их землю, прибыли, по Витикинду, на кораблях из страны, называемой Hadolaun, или Hathalaon. В этом названiи нетрудно узнать Skotland или Shetland, и понять, что названiе Skotti есть измененное произношенiем Gotti, Juti, Giudei. Это измененiе точно то же, как galdrar (гадляр) по наречию исландскому skaldrar.
18.«Il advint qu’au rivage de Gauie debarquèrent avec des marchands bretons, deux Scots d’Hibernie, hommes d’une science incomparable dans les écritures profanes et Sacrées. Ils n’étalaient aucune marchandise, et se mirent à crier chaque jour à la foule qui venait pour acheter: «Si quclqu’un veut la sagesse, qu’il vienne à nous, el qu’il la reçoive, nous I’avons a vendre». Hist. de France, par Michelet. «Deux savans hibernois ou écossais criaient à haute voix au milieu des rues: Science à vendre!» Moine de Saint-Gall. Hist. de Charlemagne, par Gaillard.
19.У славян, как и у индейцев, в некоторых случаяхъ были искупительные человеческие жертвы; в деизм готов они уже не существовали. Постановление же Карла, обявленное чехам (Saxi), грозило смертью не принимающим крещение, возвращающимся к язычеству и приносящим человеческие жертвы. Преследование падало преимущественно на владетельные роды и дружины их; большая же часть поселян осталась на месте; они известны были до позднейших времен под именем вендов; переселенцы же из Шотландии, шоты (Scotti), или готы, образовали поселение гражданское.
20.«Presque toute la nation des Scots, méprisant les dangers de la mer vient s’établir dans notre pays, avec une suite nombreuse de philosophes». Hericus dans sa vie de St. Cesaire. Hist. de Fr. Michelet. T. II. Т. е.: «Почти вся нация готов (Scoti, Scuten, Scuth, Attn cotti, Gatheli) переселилась к нам со множеством своих философов».
21.Настоящаго Гомера, как грека, Карл, вероятно, изгнал бы из владенiй Папы: «Dans le premier cas, Charlemagne chassoit les Grecs de l’ltalie et de la Sicile, et c’était ce que désirait le Pape.» – «Le Pape, en donnant à Charlemagne le titre d’Empereur Romain, ésperait le rendre irreconsiliable ennemi de l’empire Grec.» Hist de Charlem. par Gaillard.
22.Войско Карла преимущественно составляли наемники – solidati.
23.«Carmina Gentilia quibus veterum regum, actus et gesta canebat, scripsisse, memoriae que mandasse». Eginh. «Pour animér ses soldats et pour les instruire, Charlemagne fit faire un recueil de chansons militaires, qui composoient alors toute notre histoire». Hist. de France. Gaillard.
24.Должно полагать, что Гомер Theodulf был первый творец сказаний о роде Инглингов, чтоб привить к нему Iugelheim на Рейне, где родился Карл.
25.«Le cri de guerre de ces prètres militaires étoit: mort ou baptème! Hist, de Fr. Gaillard.
26.«В 9-е лето царства Маврикиева (591 г.), царские телохранители встретили во Фракии трех человек, которые вместо оружия имели при себе инструменты в роде гуслей. Они называли себя славянами и послами от своего народа, живущаго на самом краю западнаго Океана, к Аварам.»
27.Санскр. гата, знач. гуд, гуденье, песнь. Гатака – гудок, гудец, гатник (серб.), певец, музыкант. Кайдо (чешск.), гайде, гатня, гадлье – гудок, гуденье, гузло, гусли. Гада, гуденье, гаданье; гатнья, по-сербски, сказание, рассказ. В готских наречияхъ Kwiþa – песнь, ода, изменяется по произношению в Quad, Gydd, Gydda.
28.«Frupit Augustis ter. Coss. Saxonum multitudo: et Oceani diflicultatibus permeatis, Romanorum limitem gradu petebat inlento, saepe nostrorum funeribus pasta.» Amm. Marc. I. XXVIII. V.
29.Hist. d’Ital. par Leo et Botta.
30.«Les anciens chants Gothiques n’ont qu’une dénomination nalionale, qui signifie «le peuple des dieux». Hist. de Suede par Geier.
31.«Индо-германы».
32.Все грады Деваны, Девы, приняли в последствiи названiя: Freystat, Freyburg, или Magdeburg.
33.Так, по выраженiю Лукана, римляне прозывали германов.
34.Имя Yngue, соответственно славянскому Jano, Jанко, Jанул, Jанкул. Окончанiе имен на – ул, в готскиом обращается в – ulf, – olf, – old, – leif; Радо, Ралул – Rodolf, сокращ. Rolf, Hrolf; Бojo, Боин, Боjан – Вео, Bеowine, изм. в Beowulf, из Бojyлe.
35.Далин. История Швеции.
36.В Индии, от Харо, божества войны, господский род назывался арьяя – Ареевскiй, Юрьевскiй. В латинском от того же корня и слова Herus – dominus, назывались Heriles (см. Ihre), Eriles; отсюда образовалось название боярскаго рода у готов Jarl, Eorl, и Aera – honor; aerlig – honoratus. На севере прозвание Jari принадлежало сначала только владетельному роду, и значило не более как Юрьичъ, или фамильное прозвище Юрьевскiй. От слова же удельный произошли: aelhele, adelig и лат. aedilis.
37.«Philosophia antiquissima, dicta Voluspa». По новому толкованiю: Völospa. Название Edda обясняется различно; но все эти обясненiя странны. Можно полагать с большею достоверностью, что Edda значит то же, что Gydda, Quida – песнь, в значении «Сборника песень».
38.Ist. Edda. von I. Schimmelmann.
39.Дева-Кала-Сива, в свойстве бога конечнаго времени.
40.«Inde genus durum sumus, experiensque laborum; Et documenta damus, qua simus origine nati». Ovid.
41.Сравним вообще ход Voluspa с «Метаморфозами» и извлечем стихи понятные.
  Voluspa, строфа I:
Hliods* bid еcAllar kinder  Латинский перевод:
Silentium rogo (!)Entia cuncta,  (*) Liod, Hliod – звук, песнь; a не молчанiе. Bid не от нем. bitten, но от англосакс. to beat – pulsare – бряцать.
42.Овидiй был сослан императором Августом на иимские подунайские границы, в г. Томи (на границе Добрушской области, при море). Жителей вообще он называет скифами, подразделяя на сарматов (слав. сербов) и гетов (готов). Овидий явно отличает готскиiй язык от сарматскаго, хотя и смешивает тот и другой: «Я живу, – говорит он, – посреди зверских сарматов, бессов и гетов». (Trist. L. III. FL X.). – «Я живу между скифами и гетами». (Trist. L. III. EI. XI). – «Какое несчастiе жить между бессами и гетами». (Trist L. IV. El. I.) – «Сарматы и геты будут ли читать мои произведения». (L. IV. Fl. 2) «Здесь даже сарматы и геты знают тебя». (Pont. L. III. Ep. 2). «Я разговаривал с ними о твоей привязанности ко мне; ибо я выучился говорить по-гетски и по-сарматски». – «Фрако-скифская речь постоянно звучит мне в уши, и кажется, что я могу уже сочинять на лад гетскiй». (Trist. L. III. El. 14) – «О стыд, я написал по-гетски стихотворение, применяя нашъ размер к языку варваров, и, поздравь меня, оно прославило меня между ними и они приобщили меня к числу своих поэтов». (Pont L. IV Ер. 15).
82.«Movit que volarum pedalium ramis» – «mit der Zweigen der Füsse kennt er sie schlagen».
  По Vols. S. сама Гудруна прислала ему арфу, чтоб он показал свое искусство. Гуннар играл на арфе зубами.
  Эта история об игре ногами, приписанная Гунтеру, или Гуннару, без сомнения относилась до гудочника, или гадляра, который был послан послом к Гуннару и которому Хаген обрубил руки. Nibel. L. Ст. 7931–7936.
83.Nun ist von Burgunden der edele König (Gunter) todt, Giselher der junge und auch Herr Gernot.
84.Hamdir и Saurli.
85.Дочь Гудруны от первого мужа Сигфрида.
86.Erp, сын Аттилы, убитый Гудруной в Atla-quida и Atla-mal.
87.«Litlo ok lengra, ok mun ek þess segia».
88
Crudelis eras Gudruua!Cum ita agere a te impetrabas,Liberorum tuorum sanguinePotionem mihi miscere.

[Закрыть]
89.По Vilk. S. когда Хаген был ранен и связан другом своим Феодориком, то просил у него из дружбы какой-нибудь жены, чтоб оставить после себя наследника. Феодорик исполнил его просьбу. По смерти Хагена и родился сын Альдриан, который, вероятно, рос не по годам и не по дням, а по часам, и по этой причине поспел к мщению Гудруны.
90.Эти слова противоречат смыслу квиды.
91.«Bex verisimiliter Slavonicus». Edda Saem. Т. II. Ind. nom. ргорг.
92.Saurli, по Iорн. Sarus; Егр, по Нибел. Ortlieb; по Atla-quidа, Егр сын Аттилы, убитый по Нибел. Хагеном, а по квидам самой Гудруной, a по Hamdis-mal братьями. Hamdir, по Iорн. Ammius.
93.По Iорнанду Ildico, сестра двух руссов Capo и Аммия, размыкана по приказу Эрманарика за побег ее мужа, который, вероятно, был в числе заложников.
94.Это также вероятно пиитическая фигура усиления: белый и черный – провзводят серого.
95.Готы, как иудеи, составляя рассеянную общину, были всегда под влиянием языка того народа, между которым жили. Должно полагать, что Карлу Великому готскиiй язык был родной; при нем и со времени его этот язык сделался придворным и правительственным, предоставляя латинскому право языка религиознаго. Вероятно, со времени же Карла учредились в славянских областях судилища под названием Naemþ – Judicium ordinarium duodecim assessoribus constans (Ihre). Это те же 12 диаров Одепа. Название Naemþeman – judex, судья, или Nalmning, без сомнения, дало начало слову немец, немчин, Nemes. Отсюда, в Венгрiи, Nemes значит пан, Nemesseg – господство.
96.Сар. X. Это он пишет говоря о Телефе, сыне Иракла, присвоивая его Готам; следовательно, если верить Iорнанду, то Телефъ был Гот, носившiй Гуннское имя, а если неверить, то, просто Гунн т. е. Русс.
97.Hist. d’Allemagne, par Luden. Edit. par M. A. Savagner.
98.«Индо-германы, или сайване».
99.Изменение si в sv было обычно; напр. слобода, свобода; Slep, Svaf, Schlaf – сон; точно так же и Slave обращается в Suave; Slavaland, по квидам Suafaland.
100.О переселении на север готов, шведскiй историк Далин говорит следующее: «Оден вел счастливо войну с ванами (Vani, Vindili – венды Дацiи), которая по дружелюбным отношениям к владетелям их и союзами между вельможами обоих народов, прекратилась. Но он навлек на себя вражду сильнейшаго неприятеля – римлян, которые, под предводительством Траяна, напали на него в собственной его земле (в Дации). Предводитель готов не мог уже быть безопасен в столичном своем Асгарде; а потому удалился в соседство Скандии, продоставив земли свои (по Дунаю) братьям Be и Виле (остроготам)».
  «Это переселение готов однако же, не относится к эпохе глубокой древности, приписываемой Iорнандом: оно совершилось, вероятно, в начале христiанской эры». Geier. Hist, de Suede. Выход жителей Дации, изгнанных римлянами, на север, изображен на колонне Траяна.
101.Здесь должно подразумевать готскиую религию.
102.Дидона, колонизация Тира на берегах Африки. Она, по народному иносказанию, попросила у туземцев земли для поселения не более, как на объем воловьей кожи. Разрезанная кожа на ремни, и вытянутая в струну, дала довольно пространства для основания города.
103.Великорослое войсковое сословие руссов, дало между готами смысл слову Rise – великан.
104.«Quod Graecis Gothi et Getae vocati, Romanis Dani et Daci dicuntur». Olai Vereli Hervarar saga, Cap. X.
105.«Rex et pontifex» Jorn. «On vouloit voir dans Odin et les Ases les types primitifs des dieux du Nord, quoique la Saga elle meme les offrit comme des prètres». Hist, de Suede. Geier.
106.«Des payens mèpriserent Odin, et rendirent un culle a Thor». Geier.
107.По лет. Дании Jarmar; пo Сакс. Грам. Jarmericus; по Iорн. Ermanaricus; по квидам Jormunrekr.
108.«Dani, ut testatur veteres historiographi, temporc Saruch, proavi Abrahae, regnum, quod nunc Dania vel Dacia dicitur, intraverunt, vinientes de Gothia». Erici Dan. Reg. Wratislai VII. Ducis Pomeraniae filii, historica narratio de origin, gentes Danorum. Hist Goth. Vand. et Langob. H. Grotio. 1655.
109.Hist. de Danemarc. par. J. B. Des Roches. 1740 apud Annal. Gothl. et Suaningius Chronol. Danica.
110.Hist. de Dan. Des Roches. По Саксону и Меурсию Sclavi, называемые и вандалами, были соседи сербов (кимвии). Следовательно, племя собственно славен, или словаков по родоначалию от Славоя, или Славко, жило по р. Слию.
111.Ссыльными: Witi – vicium, crimen, poena; Выть – суд. Slott – Schloss; Sluta – заключение. В Gragas: Vitislauss, знач. освобожденный от казни.
112.«Erat autem Humblus iste è prosapiâ giganleâ, et in Sialandia auctorifate, ac potentia eminebat». J. Meursi Hist Danicae. L. i. 1638.
113.Нет сомнения, что этот родоначальник Скиольдунгской династии есть Himal Iорнанда
114.«Ses sujets laissérent alors le nom de Gothi pour ètre appellés Dani». Hist de Dan. Des Roches.
  Пo Hervarar Saga, Humli был царь гуннов: «Eitt sumar er Heidrekr Kongr var i hernadi, kom han lidi sinn vid Hunaland: Humli hiet kongr er þar riedi fyrir: dotter hans hiet Suafa». Т. е. летом отправился король Гейдрек на войну, и пришел с войском в землю гуннов, которою управлял король Гумли, и у котораго была дочь Слава (Славица, Славка).
115.Saxonis Grammatici. Hist. Dan. Editio Steph. J. Stephanius. 1644.
116.Edda Islandorum. 1645.
117.«Jam securi et excubias negligebant, at in luxum vertebantur, idque gnari obsessores, urbem invadunt, ac deripiunt; et Vespasium quoque regem inter lusus, atque pocula interficiunt». Ioh. Meursii. Hist. Dan.
118.Собственное имя Вео, Beowa, Beowine (Бого, Бойо, Боян) изменяется в нем. в Beowulf – герой англосакс. поэмы VIII в., переведенной Л. Этмюллером. В северных именах окончанiе – ulf происходит от обычнаго по сие время у румынов окончашя – ул. На пример: Радо, Радул – отсюда Radul(f); так и Бойо, Бойул – Beowul(f).
119.«Cujus corpus magnifico funeris apparatu Rutenus tumulavit exercitus, nomine ejus insignem extruens collum».
120.Сербск. мужск. имя Гано, Яно; женское Iанья, Гайка; Яньица же или Ганица, Гануца, Iоаница – знач. дочь Гана или Яно. По Саксону Напunda (Гануца); по Меурсию это имя изменяется в Hermunda: «Негтundam Hunnorum Regis filiam.»
121.«Qa’il se servait également de deux mains». – «Frolhonem laevâ tanquam dextrâ utentem». Sax.
122.Вероятно, Иеломир. В серб. есть собствен. имя Оливер, и женск. Оливера.
123.См. Саксона и Меурсия. «Еx Hanunda, ut videtur, filium Fridlevum sustulit, mox in Russia relictum». Meurs.
124.Сербск. имя Ярень.
125.Буква F у готов по большей части заменяет русское и греч. π; напр.: пpe, pro, prae – for, fyr; Πυρ – Fyr; пост – Fasta; первый, першiй – first.
126.Грубан – серб. имя.
127.Серб. Игньо, или Огнян.
128.«Ismarus Sclavorum Rex». Saxon., Meurs.
129.Series Dynastarum et Regum Daniae, per Thorm. Torfaeum. 1702.
130.Beowulf Heldengedicht des 8 Jahrh.
131.Гoύιαг нoαì Δαυнíωνες. Ptol.
132.«Die Geaten (Gothi) und Dänen erscheunen befreundet, die andern slehn ihnen feindlich gegeniiber». «Die Dänen oder Scildinge (Skioldungar) können nach dem Beowulfliede nur auf den inseln sitzen. Ihr könig Hrôdgar wohnt auf Seeland». Даны, как и готы, не разделяются на племена; но на East-Dene, Sudh-Dene, Nordh-Dene, West-Dene.
133.«Sunt autem (in Germania nationes): Fresones, Rugini, Dani, Huni – antiqni Saxones. Bedae Eccl. H.» Слав. Др. Шафарика.
134.Не древнее верование соединило их, а христианство, если говорить вообще; в частности же, не спорим, что между сайванами, и во Фракии, и в Дации, и на острове Зеландии, были последователи теократизма готов.
135.Inge, Yngue, Ynguar, Ingemar. соотв. слав. Iано, Iанко, Iнко, Янимир, Янислав. Iано изменяется в Iово (Иво). Iован. В санскр. яни, юван – юный; в готскиом Inge, Ynge, Unge, Junge.
136.«Царственный род Швеции Иварскiй (Jvar), некоторые прозывают Сигурдским (Sigurdska atten)». Hist. de Suede. Geier.
137.Skilia, Skilfing – удел.
138.По Vilkina Saga, приморскiя земли и острова, известные по готскиим уже названiям: Swithiod, Gautland, Sviaveldi, Skaney, Sialand, Iutland, Vinland, носили общее название Vilkina land. «Fylkis konungar erant reges tributari, vel qui parti exercitus sub auspiciis Regis Upsaliensis praeerant» Lex. Swio-Goth. Ihre. Ясно, что название Вельки князь, кнежъ, готы преобразовали в Fylki Cuneg.
  Нестор пишет: «По тем же городом седеху велиции князи под Олегом суще». Эти слова Нестора обясняют, почему и в древней Швеции, подвластные великие князья, назывались герадскими т. е. городскими. Слово город, означавшее вообще и область, обратилось в Gerad, Gerd. Эти герады выставляли по 1000 воинов; припомним при этом слова Цезаря и Тацита о свевах, или славянах.
  Таким образом, и Vilkina land значило Великая Русь, собственно Сербская (Великая, Белая Сербия); ибо готы слово Русь, означающее область, царство, заменяли словом Land.
  По этрусским надписям слово великий, велий пишется velikei, vele, velche. Народ Этрурии Volci первоначально прозывались Velicii: «Volci populo di Etruria in origine Velicii». см, «О языке пеласгов», с. 29. А. Д. Черткова. Lanzi. II. 709.
  Должно заметить (см. карту) что название Volci повсюду нераздельно с Rasena, Rutheni, Rugii.

Bepul matn qismi tugad.

27 615,43 s`om