Kitobni o'qish: «Разложение и духовность: Нравственный уровень биомассы»

Предисловие

Вы и по Гегелю дерьмо, и по Зурзмансору дерьмо, дерьмо по определению

(А. и Б. Стругацкие «Гадкие лебеди»)

Книг о нравственности – единицы. В смысле, написанных современными авторами. Если посмотреть в интернет-магазинах, то это либо беседы с детьми про «что такое хорошо и что такое плохо», либо какие-то религиозные концепции (христианство, ислам). А обычный социум, нормально-повседневный, категорию нравственности не использует совсем, в смысле жизненной практики.

Мы живём в обществе потребления, где считается, что, если нечто не запрещено законом и у тебя есть деньги это купить – значит вперёд, к удовольствию! И вопрос нравственности даже не встаёт.

Простейший пример – проституция. Закон не наказывает потребителя подобных услуг, деньги хоть в кредит возьми – и вперёд! Проституция легализована и регулируется в семи странах Европы: Нидерланды, Германия, Австрия, Швейцария, Греция, Турция и Бельгия. Самые развитые, понимаешь, по проституткам бегают, вот тебе и коллективный запад, ха-ха! Что же получается, проституция – это нравственно-безразличное явление? Совершенно точно – нет. Спроси любого – ответ будет «нет», по крайней мере в России.

А внебрачный секс? Сто лет назад он считался безнравственным, а сейчас – обычное дело. А педерастия? Гомосексуализм в 1990 году был исключён из МКБ-10, и сейчас «просвещённый запад» считает его нравственно-нейтральным явлением. Не даром же Европу называют «гейропа».

Только нравственность не исчерпывается «половыми» категориями. К нравственно-окрашенным явлениям относится многое из того, что люди повседневно совершают. Ложь, служение деньгам, равнодушие к людям, бессовестность, гедонизм и вещизм, самодовольство… Иоанн Златоуст, кстати, называл гордыню «матерью всех пороков» … Современным индивидам весьма странно такое слышать.

Нравственность – это как бы внутренняя шкала человека, по которой он оценивает свои поступки. Оценивать можно по-разному, «выгодно-невыгодно», «приятно-неприятно», «экологично-неэкологично», «нормально-ненормально». Когда есть нравственность, появляется ещё один континуум оценивания, «достойно-недостойно». В смысле, достойно звания человека, или нет?

Многие скажут: «Зачем нужна нравственность? Без неё ведь проще!» А зачем нужен разум? Разум не нужен ни зачем, он просто есть у людей, и всё тут. Именно разум отличает людей от животных. Есть опустившиеся и деградировавшие индивиды, про которых можно сказать, что разум они утратили, и такие «люди» по своему уровню от животных недалеко отстоят. Но им-то всё норм, лишь бы были жрачка, бухло и нехитрый жизненный комфорт.

Так вот, не только разум отличает индивида от животного, но и нравственность тоже. У свиньи нет нравственности, у козла тоже, и у крысы, и у таракана. Какая там нравственность?! У индивидов человечьего вида нравственность может быть, а может и не быть, смотря как сформирован человек. В основе нравственности лежит сочувствие к другому человеку плюс идеал, воспринятый разумом.

Для современного западного общества, основой которого являются нещадная эксплуатация рабочей силы и ничем не ограниченный рост потребления (и продаж), нравственность вредна.

Во-первых, потому что она мешает эксплуатации, выжимающий работника работодатель не может быть нравственным по определению. А если угнетаемые будут из сочувствия друг друга поддерживать, эксплуатировать станет очень трудно. Поэтому насаждается равнодушие.

Во-вторых, нравственность мешает потреблять, так как открывает перед человеком другие ориентиры, помимо «кто больше и дороже потребляет – тот и выше по социальному статусу». Человек с нравственностью не станет тупым шопоголиком и послушной марионеткой продавцов. А значит, хозяева транснациональных корпораций получат меньше прибыли.

Поэтому социальную массу целенаправленно разлагают. Нравственность – она в уме, что туда вложишь при обучении, то и на выходе получишь. И возродить нравственность можно тоже через разум, и через сочувствие. Возродить в самом себе, а не в других.

А если не возрождать, останешься батрачаще-потребляющим придатком экономического механизма. Отбатрачишь своё, отпотребляешь и на свалку отправишься в 70–80 лет. В смысле, на кладбище или в крематорий. А организм, говорят, на 120 лет рассчитан¹.

Ты готов прояснить свой разум и заложить в него самое базовое понимание нравственности, дорогой читатель? Нравственности не как «свода моральных догм», а как живой системы само оценивания поведения, основанной на разуме, сочувствии и идеалах, закреплённых в культуре?

Я не к тому, что после этого гарантированно проживёшь 120 лет, вопрос в другом. Может статься, что поймёшь, в каком дерьме все и в каком дерьме ты, а главное – какое дерьмо ты сам. И начнёшь потихоньку выбираться. Хотя, конечно, проще назвать дерьмо шоколадом и успокоиться. Выбор за тобой.

Практический идеализм и его признаки

Ошибка Маслоу

Американский автор Абрахам Маслоу, основатель гуманистической психологии, придумал всем известную пирамиду потребностей. Он утверждал, что есть два типа потребностей: дефицитарные и бытийные. Дефицитарные (низшие) – это потребности в пище, безопасности, уважении, признании. Бытийные (высшие) – потребности в познании, творчестве, самореализации.

Маслоу считал, что высшие потребности «включаются» только после удовлетворения потребностей низших. А что на деле? А на деле ничего подобного!

В современном обществе низшие потребности у большинства не то, что удовлетворены, они переудовлетворены. И это самое большинство, по идее, должно переключиться на высшие потребности и стать высокодуховными суперлюдьми: гениями, героями и гуманистами, как мать Тереза. А в реальности большинство – это оболваненные рекламой и Интернетом потребители-нирванщики, которые хотят жрать, сношаться, покупать брендовые вещи и понтоваться ими в соцсетях. Ну и где тут бытийные потребности? Их нет!

Маслоу считал, что все люди имеют бытийные (высшие) потребности в себе, но это не так. В большинстве людей есть только низшие потребности. А чтобы появились высшие, во-первых, человек должен соприкоснуться с идеалом, или с ним произойти должно какое-то экстраординарное событие, которое вызовет сильный внутренний отклик и перевернёт душу. Во-вторых, должен произойти труд души, когда человек делает шаги к реализации внутреннего идеала. Только тогда сформируется высшая бытийная потребность.

Я называю такую высшую потребность «объектной ценностью» – то, что дорого независимо от удовольствия и выгоды, приверженность чему сохраняешь даже при дискомфорте и страдании. Деятельную приверженность, а не просто болтовню. Это императивный фактор внутренней мотивации, который побуждает человека к действиям и даёт энергию для них.

А от того, что индивид жрал, сношался и потреблял на всю катушку – никаких высших потребностей в нём не появится, только ещё больше захочет жрать и сношаться. Именно так живёт биомасса, безо всяких бытийных потребностей.

Практический идеализм

Слово «идеализм» из философии. Оно означает, что сознание первично, а материя вторична. Это – теоретический идеализм. Есть ещё лирический идеализм, эта всяческая поэзия, где обсасываются «высокие чувства». Общее в том, что ни теоретический, ни лирический идеализм ничего в нового в физическую реальность не привносят.

А практический идеализм привносит, на то он и практический. Что конкретно привносит – идеал. Практический идеализм – это духовно-нравственная позиция, которая главной задачей личности в мире считает воплощение идеала в физической реальности. Идеала, который зародился в душе, и человек с помощью своего разума и воли воплощает его в физическую реальность. Образно говоря, переносит из своей души в мир физический.

Чтобы идеал был идеальным, важно твоё внутреннее ощущение его идеальности, идеальности для тебя лично. А не рассудочные аргументы, обосновывающие ценность идеала. Они, конечно, могут быть, но они мало что значат, идеал является таковым не из-за аргументов и логики. И любой идеал можно с помощью грамотно подобранных аргументов обесценить. На это не надо вестись, иначе останешься без идеала в душе, с одними только финансово-половыми позывами. Именно так живёт биомасса.

Стоит отличать практический идеализм от пропаганды. Пропаганда тоже использует идеалы как средство манипулирования поведением. Идеалы при этом подходят любые – лишь бы работало, лишь бы пипл хавал и делал то, что от него требуется. Идеалы можно менять: сегодня один, завтра другой, в зависимости от конъюнктуры. Идеалы для пропаганды берутся из книжек, которые кто-то написал. С помощью идеалов пропаганда сгоняет индивидов в стадо, запускает в них сильные эмоции, иногда героического характера, и гонит на амбразуры пулемётов.

Когда я говорю о практическом идеализме, всё не как в пропаганде:

– идеал зарождается в душе конкретного человека, он аутентичный и не привносится извне;

– идеал, зародившийся и окристаллизовавшийся в человеке – конкретный и незаменимый, а не «сегодня один, завтра другой»;

– идеал никуда не гонит принудительно, образно говоря, это огонь духа, который светит во тьме, но булками шевелить приходится самому.

Эти моменты важно понимать. А на пропаганду вестись не стоит, ни на какую.

Три проявления идеализма

Есть три проявления идеализма: гениальность, героизм и гуманизм.

1. Гениальность – это про творчество и инновации. Не в смысле мазюкать красками для удовольствия и со скоростью пулемёта постить рилсы для накачивания лайков. А инновационное творчество, когда прокладываешь дорогу по нехоженной целине. Решение проблем, не надуманных, а реальных и болезненных, которые просто не дают жить. То есть инновация. В науке, искусстве, бизнесе лучший из лучших – это инноватор, и он вне конкуренции.

Такая деятельность требует сверхусилий, ведь нужно превзойти стандартный уровень, и нет гарантии, что дело выгорит.

2. Героизм – это про подвиг и самоотверженность. Он связан с риском, и часто с постановкой на кон самого ценного – своей жизни. Причём опять-таки без каких-либо гарантий. Тот, кто бросается совершать подвиг, может погибнуть, а задуманного результата не достигнет…

3. Гуманизм – это про деятельное сострадание и человечность. Про то, чтобы уменьшать количество страданий в мире. Космисты писали про страдания атома, буддисты – про тотальное страдание. У Ивана Ефремова в «Туманности Андромеды» была Академия горя и радости, у него же в «Лезвии бритвы» – тетрадка добрых дел. Гурджиев писал, что духовный рост начинается с добровольного страдания. В общем, страдание – это не то, чего следует избегать.

Хочешь заслуживать гордое звание Человека с большой буквы – борись со страданием животных, людей. Конкретно – чьих страданий? Конкретно – как ты их уменьшаешь? Конкретика, а не красивая корпоративная миссия типа «помогаем быть на связи» как у какого-нибудь МТС. Масштаб при этом вторичен.

Именно это: творчество, подвиг и деятельное сострадание, – и есть три проявления практического идеализма. Три «Г» – легко запомнить. Это ответ на вопрос, какой скилл прокачивать, чтобы быть человеком. Когда твоё существование будет иметь смысл не просто для тебя, а для Вселенной.