Kitobni o'qish: «Приключения в Кармашкино»

Name: Приключения в Кармашкино
Author: Алексей Ситников
ISBN: 978-5-17-146273-4

Алексей Ситников

Shrift:

* * *

Как и где всё началось, или Побег из сумки

Если ты прибежишь в парк Кармашкино пораньше и сядешь на колесо обозрения, то сверху увидишь много интересного. Увидишь, как спешат в парк дети с родителями. Одни сразу мчатся к аттракционам. Другие бегут прокатиться на пони. Если у тебя хорошее зрение или бинокль, увидишь, как суетятся белки, приводят в порядок кисточки на ушах.

Только одна старушка сидит на скамейке у пруда, никуда не спешит и ни на чём не катается. Она с кем-то разговаривает. Может быть, с лягушками? Или с уткой? Больше рядом никого не видно…

Если ты прокрадёшься в парк Кармашкино до первых посетителей и спрячешься за скамейку возле пруда, то услышишь много интересного. Услышишь, как лягушки спорят, в какую сторону им расширять свой жилой комплекс «Кочка на кочке». Услышишь, как утка хлопает крыльями по воде – занимается пернатым фитнесом. И услышишь, что старушка на скамейке разговаривает с собственной сумкой.

– И чего же мне с тобой делать? – спрашивает она сумку. Сумка в ответ молчит, как, собственно, и положено сумкам.

– Тапком тебя шлёпать уже не помогает – уворачиваешься. Может, в деревню отправить? – продолжает старушка. – Будешь на цепи сидеть, двор охранять.

Маленький проворный хорёк – а именно он и подслушивал за скамейкой – фыркнул, представив, как сумка сидит на цепи.

– А может, в лес? Будешь охотиться на зверей, а не на мои туфли.

Сумка слегка покачнулась, словно это предложение ей понравилось больше. А хорёк не удержался и хихикнул. Охотничья сумка!

Старушка оглянулась, но никого не увидела. Она вытащила сигарету и закурила, хотя в парке Кармашкино курить запрещено и вообще вредно. Старушку звали Грымза Герасимовна. На самом деле ей не хотелось тащиться с сумкой ни в деревню, ни в лес.

– Помалкиваешь, хулиганье ты этакое… Как телевизор ронять, так ты тут как тут! Как таблетки мои глотать, так тоже спрашивать никого не надо! Жаль, контактный зоопарк закрыли. Там тебе самое место.

Грымза Герасимовна задумчиво посмотрела на воду. Казалось, у неё были ещё какие-то варианты для странной сумки. Хорёк почувствовал, что сумка запаниковала. Запах паники он не перепутает ни с чем. Хорёк отступил в сторону, прижался к земле. Сумка резко дёрнулась и свалилась со скамейки. Старушка заругалась нехорошими словами, пытаясь поднять свою поклажу. Но в дыру, прогрызенную у сумки в боку, успел протиснуться живой лохматый комок. От него, кроме паники, несло грязью, голодом и клеткой. Даже хорёк, привыкший к не самым приятным запахам, зажал нос. На шее у лохматого создания вместо ошейника была бельевая верёвка. За неё-то и успела ухватить Герасимовна пленника своей сумки.

Грымза Герасимовна была очень сердитая. Нет, обычно она совсем не такая. Обычно она просто сердитая. Она сердилась с того самого момента, как ей подсунули этого хулигана и безобразника. А сегодня сердилась в два раза больше из-за закрытого контактного зоопарка. Она-то думала продать щенка и получить деньги на новый телевизор. Тем более, порода у её питомца была модная – хаски. Такой и на снегу спать может и санки возить. Если научить, конечно. А эта бестолочь умела только грызть, выть, да ещё пыталась забраться в телевизор, когда там показывали что-то интересное.

Герасимовна дёрнула за верёвку. Щенок упёрся всеми лапами, но из-под скамейки не вылез.

– Ладно, пора завязывать, – шепнул ему хорёк и ловко развязал узел на шее щенка. Герасимовна дёрнула верёвку ещё раз и… плюхнулась на траву. А щенок вынырнул из-под скамейки и бросился бежать по дорожке.

– Стоять! – закричала Грымза Герасимовна так, что пони Чубчик резко затормозил, а колесо обозрения и вовсе остановилось. Но она тут же потеряла дар речи. Потому что из-под скамейки к ней выскочил хорёк и выдернул из рук верёвку. Вместе со своей добычей зверёк исчез за деревьями.

– Заговор! – не поднимаясь с травы, прошептала Грымза Герасимовна. – В этом парке заговор! И зоопарк контактный специально закрыли. Мне назло!

А в это время щенок нёсся по дорожке. Он даже не заметил, как обогнал пони с тележкой. Он бежал и смотрел только вперёд. Другого выхода не было. Он нёсся по дорожке так, как никогда не разгонялся по квартире даже во сне! Лишь бы поскорее оказаться подальше от сумки и её владелицы.

На повороте щенок оглянулся посмотреть, далеко ли Грымза, и тут же с силой врезался во что-то большое и мягкое. Большое и мягкое обернулось и оказалось Грымзой Герасимовной со своей ужасной сумкой. Как?! Она же была сзади! Ничего не понимая, щенок в ужасе подпрыгнул, оттолкнулся от страшной сумки, перевернулся в воздухе и помчался в обратную сторону. Откуда же было ему знать, что дорожки в парках обычно идут по кругу.

История 1
Запасы, которые всегда внутри

– Ты не знаешь, кто там у нас сегодня так носится по дорожке? Чуть под колёса не попал, – спросил пони Чубчик бурундука Буруна Буруныча. У Чубчика был перерыв, и он перекусывал морковкой, пока дети выбирали места в тележке. Бурундук положил за щёку семечку.

– Это не хорёк Шнурок хулиганит? – щёлкнул семечкой Буруныч.

– Нет, – подул на чёлку пони. – Этот какой-то новенький и бестолковый.

– Спортсмен? – выплюнул скорлупку Буруныч.

– Неа, – махнул хвостом пони. – Спортсмены целеустремленно бегут, а этот слишком суетливый, мечется.

Бурундук решил расспросить про странного беглеца у остальных обитателей парка. Но вдруг увидел старушку с таким суровым взглядом, что чуть не подавился семечкой.

Старушка стояла посередине дорожки, как хоккейный вратарь, и держала перед собой распахнутую сумку. А навстречу ей мчался щенок. Бедняга никак не мог сообразить, что дорожка в парке идёт кругом. И в какую бы сторону он ни побежал, всегда его будет ждать хозяйка.

Щенок был маленький и очень испуганный. Но сдаваться не собирался. Правда, сил у него оставалось всё меньше.

Бурундук бросился наперерез беглецу и столкнул его с асфальтированной дорожки.

– Маленьким… надо… помогать, – пробормотал бурундук, вставая и потирая ушибленное всё. – Большим уже не поможешь.

А щенок перекатился в траве и, не тормозя, продолжил побег по узкой тропинке вглубь парка. Он так волновался и торопился, что опять не успел поблагодарить.

Тропинка вела к неглубокому, заросшему травой оврагу. Крыльев у щенка не было, но и возвращаться он не собирался. Или ты прыгаешь к свободе или томишься взаперти. И щенок прыгнул, зацепился передними лапами за каменную глыбу на другом берегу, выкарабкался, побежал дальше, оттолкнулся и перепрыгнул через забор, огораживающий старую часть парка.

– Это что… Я что ли летаю? – удивился сам себе щенок, шлёпнувшись рядом с хорьком. Хорёк был тот самый. Он испуганно отпрыгнул в сторону и проворчал:

– Летаешь, летаешь. И лети себе дальше, птица вольная. А я пока проволоку колючую натяну, чтобы не летали тут всякие…

Хорёк суетливо что-то прятал, но хаски было не до этого.

Герасимовна летать не собиралась. Она обошла овраг и забор. Приготовила сумку. Сумку с замком. Щенок отскочил в сторону, словно в его лапах были пружины.

– Пробирайссссся к пруду, только тишшше, – шепнул кто-то из валежника. Щенок принюхался, уловил запах воды.

– Я не умею тише, – щенок не увидел советчика, хотя смотрел во все глаза. – Если бы я был тихим, меня бы тут не было…

– Умеешшшь, – не согласился голос. – Если ты действительно хочешшь убежать, то сумеешшь.

Щенок постарался двигаться скрытно. Он следил за каждым своим движением. Не шуршал. Не дышал. Хотел закрыть глаза, чтобы они его не выдали, но тогда было бы ничего не видно. Он прятался за деревьями, полз по траве. Никогда хаски не вёл себя так тихо и осторожно!

Когда пруд оказался совсем рядом, хаски выскочил на тропинку. Грымза Герасимовна увидела беглеца и поспешила спуститься на берег. Щенок бежал, не оглядываясь. И вдруг он понял, что никогда в жизни по-настоящему не плавал. Однажды его пытались выкупать. Дышать в горячей воде и пене было совсем нечем – и это страшно! Ещё он видел по телевизору соревнования по синхронному плаванию. Но сейчас всё было не по телевизору. Впереди блестел на солнце огромный пруд.

А парк жил своей жизнью. С площади у фонтана доносились слова песни: «Ну и пусть! Будет нелегким мой путь!» У берега возилась утка и сидело несколько лягушек.

– Я не умею плавать, – жалобно проскулил щенок.

– Не думаю, – сказала утка Лира. – Когда очень надо, все умеют плавать.

Грымза Герасимовна приближалась.

– Мне очень надо, – прошептал хаски. Он ни за что не хотел назад в эту ужасную тесную сумку.

И он нырнул.

– Получилось, – удивился щенок, когда вынырнул и двинулся вперёд, барахтаясь лапами. Он плыл!

– Да он, гадёныш, ещё и плавать умеет! Откуда что взялось?! – всплеснула руками Герасимовна. Она оглядела берег в поисках палки, чтобы выловить щенка.

– Уважаемые гости парка Кармашкино! – неожиданно песня в динамиках прервалась. На экране запустили блок объявлений.

– Напоминаем, что в нашем парке запрещён выгул собак. Просим хозяина собаки подойти и заплатить штраф. Чья собака сегодня бегает по парку?! Пожалуйста, подойдите к администрации.

– Я же говорила – в парке заговор! – Грымза Герасимовна поняла, что проиграла и никто теперь ей не вернет сломанного телевизора. Она повесила сумку на плечо, притворяясь самой обычной бабушкой. Доброй и тихой. Опираясь на палку, она пошла к выходу из парка, ворча, что будет жаловаться. Что дойдёт до президента. Может быть, кстати, она и пошла сразу к президенту. По крайней мере, Грымза Герасимовна больше не появится ни в парке, ни в нашей истории.

Щенок выбрался на берег и отряхнулся. Купание пошло ему на пользу – шерсть заблестела. Но он ужасно устал. Беглец заполз под скамейку и упал. Он был без сил, но свободный и удивлённый. Щенок и сам не понял, как это у него так получилось: быстро бежать, высоко и далеко прыгать, тихо ползти и даже плавать. Он ведь был уверен, что умеет только грызть, выть и всем мешать.

Хаски закрыл глаза и уже сквозь сон услышал чей-то голос.

– У насссс внутри уже есссть запассссы, которые нам нужшшны…

– Запасы? Я у Герасимовны за батареей косточку спрятал, – то ли подумал, то ли пробормотал щенок. – Но она не внутри, она снаружи и теперь далеко…

– Нет, я про другие запасссы. Они есссть только внутри тебя. Те, которые тебе ссссегодня весссьма пригодилисссь, – этот голос был тихим, словно шелест листьев. И щенок больше ничего не расслышал. Он уснул.

История 2
Своё место

Что вы делаете, когда на вас наступает лягушка? А затем ещё одна. И ещё. Щенок хаски думал, что это просто сон. После просмотра передач ему часто снились интересные сны. Он старался их не отпугнуть. Во сне он мог запросто стать собакой-суперменом или псом-детективом. Однажды ему приснилось, что он пёс-паук.

Под лавкой в высокой траве спалось хорошо. Дневной шум парка ему нисколько не мешал.

Лягушки во сне громко переговаривались:

– Это наше? Пригодится? Помогите перетащить!

«Наверное, я во сне какой-нибудь король лягушек», – подумал щенок.

– А это что валяется? Его забрать? – маленький лягушонок остановился перед носом хаски. Старшая лягушка, шагавшая по хвосту щенка, остановилась.

– Шубу кто-то выкинул? – она ощупала хвост. – Мягкая. И тёплая. Может пригодиться.

– И зубастая, – сообщил лягушонок, приподняв щенку губу.

Щенок чихнул, лягушки отпрыгнули.

– Ой, я случайно! – отпрыгнул и маленький лягушонок.

Подтянулась новая компания лягушек. Они тащили пластиковую бутылку из-под кваса. Бутылка всё время падала, разворачивалась и, наконец, подкатилась к носу хаски. Щенок поморгал и понял, что это уже не сон. Кому будет сниться пластиковая бутылка? Такое может быть только в жизни. В новой свободной жизни! В животе у хаски стало радостно и немного страшновато. Он взял бутылку зубами и выбрался из-под скамейки. Оказалось, щенок уснул на пути миграции лягушек. Те переселялись из лужи в пруд.

– Сюда, неси её сюда! В наш новый дом! – обрадовались лягушки, увидев бутылку в зубах щенка.

– Ради Великой Праматери Утки! Никакого мусора! – на берег вышла утка Лира.

– Это не мусор, это бассейн для головастиков! – возразила Лире старшая лягушка.

Щенок послушно положил бутылку на берегу. У переселенцев ещё были с собой пластиковая коробка, стаканчик из-под мороженого и несколько одноразовых вилок. Щенок помог всё это принести поближе к воде.

Лягушки-переселенцы заспорили с уткой. К ним подключились лягушки, которые жили в пруду уже давно, с прошлой пятницы.

– Эх вы, деревенщины! Мы научим вас пользоваться вилками! – кричали переселенцы. – Вилка – самое передовое оружие. Если вилку привязать к спине, то никакая цапля не страшна!

– У нас нет цапли, – напомнила утка Лира.

– Это сегодня нет, а завтра, может, будет! – настаивали новосёлы.

– Они что, и цаплю с собой притащили? – недовольно спросил тритон.

– Не знаю про цаплю, а собаку точно притащили! – ответила стрекоза.

Хорошо, что пруд был большой. Новым лягушкам отвели несколько кочек, и они принялись обустраиваться. Лягушки выбирали себе кочки так, чтобы не мешать друг другу. Всё же у каждой свой характер: одной нужно повыше, другой помягче, третьей помокрее. Ну и никто не любит, когда квакают прямо в ухо. Утка едва успевала улаживать споры и устанавливать границы. Ей даже пришлось нырнуть и достать со дна немного тины и глины, чтобы и у маленького лягушонка была своя личная кочка.

– А ты, зверёк из непонятного семейства, – обратилась она к хаски, когда все сели отдохнуть, – где устроишься?

– Я, кажется, перелётный и водоплавающий, – щенок улёгся на первую попавшуюся кочку и свернулся на ней калачиком. Но кочка была маловата. У хаски никак не помещался хвост, он сваливался и накрывал лягушонка.

– Квак-раул! Шерсть в рот набилась! – закричал из-под хвоста лягушонок. Хаски подобрал хвост, но выскользнула нога. Он покрутился, чтобы лечь удобнее. Кочка была влажная, и щенок свалился в воду, подняв волну и смыв лягушонка.

Н-да, это место ему не очень подходило. Нужно было побольше. И посуше. И не такое населённое….

– Парк большой! Походи, поищи, где ты будешь чувствовать себя… как дома и не будешь никого смывать, – посоветовала утка Лира.

«И надо сделать это побыстрее, – подумал щенок, – пока не пришла темнота!» Темноты он боялся. Слишком много в ней прячется ужасов, не считая грымзиного тапка.

Лапы сами понесли его к старой части парка. Похоже, там жил один хорёк Шнурок. Щенок, уставший от переселения лягушек, не стал прыгать через ограждение, а нашёл обходной путь. Теперь он мог получше рассмотреть эту часть парка. Здесь было тихо. С одной стороны парка стоял поезд с вагоном. Это была детская железная дорога. С другой возвышались мусорные баки. На заросшем чертополохом участке ржавели качели и старая ободранная горка с ракетой наверху. В дальнем углу старого парка росли кусты ломоноса. И всюду порхали бабочки. Их было больше, чем лягушек. И у каждой на ломоносе – своё собственные место, они не сталкивались друг с другом.

– Опять ты? – из-под горки вынырнул знакомый хорёк.

– Ты от верёвки меня спас! Спасибо! – хаски, хоть и с опозданием, поблагодарил хорька и попытался его лизнуть.

– Фу-у! И зачем я тебя только спас! Не смей так делать! – хорёк Шнурок от возмущения здорово испортил воздух.

– Фу-у! Здесь пахнет, как в шкафу у Грымзы. Она меня в нём запирала и кричала: «Место». Но мне там точно не было места. И в сумке совсем нет места. Но сегодня я сбежал, – хаски не знал, что не обязательно говорить всё, что думаешь. Особенно если ты в гостях.

– Вот и отсюда вали, – хорёк показал острые зубы.

– Но почему? – растерялся щенок. – Места же много. Честное слово, я не буду тыкать тебя хвостом!

– Что ты плетёшь?! – хорёк Шнурок мог бы сразу поколотить и прогнать этого непрошеного гостя. Но хорёк был в хорошем настроении. Сегодня ему удалось добыть одну чудесную верёвку и два новых шнурка. Из них можно много что сплести!

– Просто у меня тут свои правила. Они тебе не подходят, – объяснил хорёк.

– А вдруг подходят? – жалобно посмотрел на хорька щенок.

– Правило первое – ты должен быть хорьком, бабочкой или летающим ужасом. Правило второе – ты должен был здесь родиться, – хорёк снисходительно посмотрел на хаски. Щенок вздохнул.

Но тут хорька посетила идея. Он даже подпрыгнул от радости.

– Хватит болтать, пора узел вязать, как говорила моя бабушка! Я понял! Тебе надо идти на холм. Во-он, видишь, высокое дерево? Там ты точно никому не помешаешь. А я завтра тебя навещу! – сказал он.

Щенок опять попытался лизнуть нового друга и бросился со всех ног на холм. А Шнурок принялся кататься по траве, чтобы избавиться от собачьих слюней. А потом два раза перевернулся через голову. Он отлично отделался от непрошеного гостя. И заполучил верного шпиона! Теперь он будет знать, что происходит у Большого Дерева.

Большой дуб рос на высоком холме, в самом центре парка. Недалеко от него была маленькая старая метеостанция. Сейчас она не работала. Точнее, очень давно не работала. На холм никто не хотел карабкаться. Тропинка к Большому Дереву была крутая и заросшая. Здесь было ещё тише, чем в старой части парка. Холм зарос, но не как старый парк. Репейник был только с одной стороны холма. А с другой белела ромашками уютная поляна. Между дубом и полянкой и стояла старая метеобудка. Она была на высоких ножках и со сломанным оборудованием. Вокруг не пахло никакими зверушками и, тем более, людьми. Хорёк не обманул. Место свободно. Хаски решил, что совсем не обязательно забираться внутрь будки. Можно просто лежать под ней.

Вечер опускался на парк, но это уже не пугало нового обитателя парка. Вспомнив несколько полезных советов из передачи «Дача за пять минут», он притащил к будке ветки, которые только смог поднять. Нагрёб травы и листвы. Это пока не очень походило на дом. Но уже напоминало гнездо. Щенок почувствовал, что он в безопасности. И что он, наконец, никому не мешает.

Правда, перед самым сном на нос щенка сел комар. Проголодавшийся хаски чуть было не слопал неожиданного приставучего соседа. Хорошо, комар быстро понял, что не стоит нарушать границы и садиться на чужие носы.

– У кажшшдого должно быть ссвоё личное проссстрансство. Даже ессли ты маленький глупый щенок, – прошелестело что-то возле Большого Дерева.

История 3
Научил? Передай другому!

На холм к Большому Дереву редко кто поднимался. Но только не сегодня утром. Щенок проснулся, потому что на него смотрели. Оказалось, взгляды отлично проникали сквозь стенки его ненадёжного убежища. В прошлой вчерашней жизни от него требовали лаять, если рядом чужие. А как лаять, если ты хаски? И охранники из собак этой породы никудышные. Щенок зевнул, выбрался навстречу взглядам и завилял хвостом.

Возле метеобудки сидели белки и бурундук. У бурундука была полосатая спина. Рядом с ним, словно второй, маленький бурундучок, лежал его полосатый рюкзак.

– Это ты вчера помог мне сбежать! Спасибо! – и щенок облизал бурундука с ног до головы.

– Бррр! – отскочил Бурун Буруныч.

– Ми-ми-ми, – улыбнулась белочка Теу. – Голубоглазый!

– Ну-ка отошли на два хвоста. Всё же это собака, хотя ещё и маленькая! – строго сказал Буруныч. Сегодня в парке было занятие по безопасности. На прошлом занятии Буруныч рассказывал о вреде ирисок. Сложный урок! После практической части бурундук полдня не мог разговаривать – зубы слиплись очень крепко. Но зато белки усвоили материал. Больше никто не брал в рот ириски, которыми старались угостить жителей парка дети или бабушки.

– Вообще-то, от собак много неприятностей, – бурчал Буруныч. – Больше бед только от хозяев собак, которые ходят без совочков и мешочков. Клянусь всеми пятью полосками!

– Он вчера помог лягушкам, – до вершины холма, наконец, добралась утка Лира.

Щенок собирался лизнуть утку, но не знал, с какой стороны подойти. На Лире было много разных украшений. И ещё клюв, которого хаски опасался.

– Но раз Мудрая Зэ разрешила ему остаться у Большого Дерева, – продолжил Буруныч, – нам придётся освоить курс «Если ваш сосед – собака».

– Простите, – щенок подпрыгивал от радости, – вы такие хорошие! Бурундук показал, что надо уходить с опасной асфальтированной дорожки. Кто-то шипел в кустах, чтобы я бежал к пруду. Лира и лягушки разрешили с ними поиграть. Хорёк Шнурок вчера показал мне это место. И он освободил меня от верёвки!

Белки отступили ещё на один хвост.

– Шнурок ничего не делает просто так. Он никому из нас не друг. Хорёк – он и в парке хорёк, – буркнул Бурун Буруныч. Белки согласно закивали.

– А где у вас миска с едой? Я не успел поесть… – у хаски не хватило терпения дослушать Буруныча.

Хорошо, что бурундук ничего не держал за щеками, а то бы подавился, услышав про миску. Утка крякнула от смеха.

– Миска с едой… Тебе надо серьёзно учиться выживанию в нашем парке, – бурундук оглянулся на Большое Дерево. Дуб согласно зашелестел.

– Никаких ми-ми-мисок с едой у нас нет, – сказала белочка Теу. У неё были самые пушистые кисточки на ушах.

– Ничего, я могу и с пола поесть, – согласился хаски. Он вспомнил про спрятанную косточку и про кулинарные шоу, которые смотрела Грымза Герасимовна. Что-то капнуло у него с языка.

– Да я, вообще, что угодно ем. Могу косточку. Могу пельмени… Ещё колбаса бывает. Её я даже могу несколько раз поесть, – щенок сглотнул слюну.

– Всё понятно, – вздохнул бурундук. – Придётся тебе всему учиться заново. И еду добывать. И маскироваться…

– Ну, хоть плавать он умеет, – опять заступилась за щенка утка Лира. – И ветки таскать.

– Я ещё есть умею, – напомнил щенок. – Про колбасу я говорил? Вы меня научите, как её добывать? У вас есть колбасный учитель?

Буруныч полистал блокнот с расписанием, пошептался с белками и Лирой.

– Считай, что ты нашёл себе учителей, – сказал он хаски. – И колбасных, и ореховых, и по ОБЖ.

– ОБЖ – это означает: Опасность, Беги Живее! – расшифровала Лира.

Хаски кивнул. Вчера у него уже был первый урок по этому «Беги Живее». Сейчас же хотелось не бежать, а позавтракать.

– Попрыгали с нами, – позвали щенка белки. Но это белки прыгали, а хаски бежал рядом. А местами, где тропинка слишком круто спускалась вниз, щенок катился кубарем.

– Всё равно тебе сейчас прыгать придётся, – сказала Теу, когда они спустились с холма ближе к дорожкам.

Кормушки в парке были на разной высоте. Допрыгнуть собаке младшего возраста можно было только до самой нижней. Да и то с разбега. Белки показывали, а щенок тренировался. Он то не долетал, то пролетал мимо.

– Соберись! Присядь! Лапы напружинь! Смотри в центр кормушки! Хвост подбери!

Теу взяла его за лапу, и они прыгнули вместе. В кормушке были орешки, сушка и старая жвачка. Теу показала, что может съесть хаски. Жвачку она завернула в листочек. Как и ириски, этот продукт был опасен. И чтобы никто не пострадал, жвачку нужно было приносить и сдавать Бурынучу на разные хозяйственные нужды.

В следующую кормушку щенок запрыгнул уже самостоятельно. А с той, что повыше, Теу скинула ему кусочек сала, который оставили для синичек.

– А теперь чем займёмся? – поев, спросил щенок.

– Можем ещё попрыгать и поесть, – немного подумав, предложили белки. – Это самое ми-ми-мишное, что мы умеем. Или иди к Лире. Она тебя ещё чему-нибудь научит.

Щенок уже знал, где живёт Лира. Он поблагодарил белок и быстро прибежал к пруду. Учиться ему очень нравилось.

– Ты спрашивал про миску, – Лира достала из воды несколько кусочков глины. – Я научу тебя делать миски. Конечно, можно было бы подобрать одноразовую тарелку, но я, как завещала Великая Праматерь Утка, за экологию.

Щенок не увидел поблизости никакой Великой Утки. Но отвлекаться ему было некогда. Глина оказалась непослушной. У хаски сначала получилась лепёшка, затем лепёшка на лепёшке и шарик на лепёшке. Ещё вместо колбасок слепились фигуры, такие страшно-непонятные, что щенок постарался их скорее сломать. Лира была терпеливой учительницей. Она показывала ещё и ещё, как нужно катать, расплющивать, промазывать, наращивать и придерживать… И вместе с этим щенок учился слушать, повторять и сосредотачиваться. В конце концов, из-под его лап вышла хотя и кривобокая, но вполне настоящая миска. Затем они сплели для неё ручку из крепких паучьих ниток. Лира поставила посудину сушиться на солнце. А щенок отправился отмываться от глины и паутины.

Но на подходе был уже новый урок и новый учитель. Бурун Буруныч повёл хаски в самую опасную и громкую часть парка. Здесь свистела карусель, скрипели качели, ревели детские автомобили и шумели дети. Отдельные дети ревели громче, чем автомобили. Конечно, телевизор в квартире Грымзы Герасимовны иногда был включен на такую же громкость. Но щенок знал, что из телевизора на тебя ничего не выпрыгнет. Да и самому в него не забраться. Не сразу, а раза с третьего или четвёртого он это понял.

Щенок едва увильнулся от гироскутера.

– Следи за мной, – Буруныч дёрнул щенка за хвост. Бурундук показал невидимые людям лазы, обходы и прошмыги, по которым можно было легко пробраться под аттракционами.

– Громкое слышно издалека. Можно успеть спрятаться – и нет никакой опасности. А вот тихое и незаметное иногда очень…

Щенок не дослушал, потому что по дорожке бежал пони. Таких огромных животных хаски ещё никогда не встречал. Он отбежал в сторону и забился под сиденье. Вдруг это сиденье качнулось и поехало. Тихо поехало, да ещё и вверх. Никто раньше не поднимал щенка на такую высоту, под самые облака. Щенок сжался в комок, закрыл глаза и прижал уши. Открыл он их, только когда бурундук постучал его по носу. Буруныч вовремя выдернул щенка из колеса обозрения, что-то бурча про щенков, с которыми недалеко до неприятностей. Но, увидев, как его ученик напуган, смягчился.

– Я тоже иногда на нём катаюсь. Осматриваю парк сверху, – сказал Буруныч. – А вот там комната страха. Держись от неё подальше. Брр! Никто из нас там не был, но страшно представить, что там может быть! Лучше пойдём, познакомлю с пони. Вот его можно не бояться.

Хаски вернулся на холм к метеобудке, когда уже начало смеркаться. В новой миске была вода. Не придётся каждый раз бегать к пруду. Шум от машинок и каруселей его теперь не пугал.

День показался щенку бесконечным и удивительным.

Все, что хаски узнал из фильмов и передач, ему пока не пригодилось. В жизни нужно было учиться совсем другому. Хорошо, что щенок нашёл своего учителя. Да ещё и не одного. Научив чему-то важному, тому, что хорошо умел и знал сам, один учитель передавал ученика другому учителю.

Хаски был сыт, цел и доволен.

– Скорей бы завтра, – подумал щенок и уснул. Он даже не услышал, как к метеобудке подкрался хорёк и отвязал от его миски сплетённую ручку.

История 4
Макс, Юна и всё наоборот

Широкими шагами по утреннему парку шла женщина в коротком платье с рисунком из оранжевых шестерёнок и белых кроссовках на босу ногу. На фоне её макияжа бледнел аттракцион «Радуга». Правой рукой она вела вертящуюся девочку, левой волокла уткнувшегося в телефон мальчика. Это были Макс и Юна.

Хорёк Шнурок издалека заметил новых людей в парке. А главное, он заметил яркие, крепкие шнурки на кедах у мальчика. Не зря хорёк получил такое имя – Шнурок. Верёвочки, шнурочки, ниточки и ленточки были его страстью.

– Такие лошади, а она их тащит! – фыркнул хорёк, не отрывая взгляда от шнурков.

– При чём тут лошади? – вздохнул пони Чубчик, разминаясь.

Дети и правда были немаленькие. Макс закончил четвёртый класс. Юна собиралась во второй. Но стоило маме отпустить руку Макса, как он застывал на месте или шёл, глядя в телефон и натыкаясь на столбы. А если мама отпускала руку Юны, та неслась в траву или карабкалась на дерево. У мамы было две руки, поэтому она могла позволить себе только двух детей.

Они недавно переехали к парку, в новую двадцатиэтажку, которая была видна из любого места Кармашкино.

– Так, дети! Не баловаться! – скомандовал мама. – Я иду устраиваться на работу в парк. А вы со скамейки – ни шагу! Макс, не в телефон смотри, а за младшей сестрой! Юна, не вздумай никуда лазить! Хоть раз в жизни сделайте так, чтобы я за вас не волновалась.

– Хорошо, никуда так никуда, – сказала Юна, чтобы мама услышала, и тихонько добавила, – никуда нельзя, а вот куда можно. И я уже вижу, куда интересно залезть!..

– Лучше пусть она за мной следит, а я никуда лазить не буду, – буркнул Макс. Он был уже в том возрасте, когда начинают незаметно огрызаться.

– Вопросы есть? Вопросов нет! – мама развернулась и замаршировала к зданию дирекции парка.

– Она их что, дрессирует? – удивился наблюдавший эту сцену щенок. Пони как раз вёз мимо тележку с детьми, и щенок побежал рядом. Дети в тележках часто роняют еду на землю.

– Воспитывает. Человеческие родители любят всё запрещать. Говорят детям: «Не крутись! Не бегай! Не корми лошадь!» – ответил Чубчик.

– И это помогает? – удивился хаски. В прошлой жизни, ну, два дня назад, когда он ещё был в неволе, ему тоже постоянно говорили: «Не возись!», «Не суй нос!», «Не лезь!» Но он про это «НЕ» как-то быстро забывал. Коротенькое слово, легко забыть или не расслышать.

Дети в тележке ёрзали и пересаживались с места на место. А один малыш протягивал пони яблоко.

– Не помогает! – понял щенок.

Тележка покатилась мимо лавочки, на которую усадили Юну с Максом.

Юна заметила щенка и тут же спрыгнула с лавки.

– Вау! Хаски!

– Зачем она лает? – озадачился щенок.

Юна подкрадывалась к щенку, протянув руку.

– Бобик! Рекс! Арчибальд!

– Вот пристала! Ни за что не поймает! – щенок попятился назад. Но запнулся о корень дерева и упал на траву.

– Впервые на манеже! Тройной тулуп с хвостиком! – Шнурок уже переместился под скамейку и одним глазом следил за щенком, а вторым – за максовыми шнурками на кедах. Шнурки становились редкостью, у детей всё больше обувь на липучках. И эти шнурки хорёк не мог упустить.

– Поймала! – обрадовалась Юна, присев рядом со щенком и поглаживая пушистую шерсть. – Больно бумкнулся? Бум! Весёлая кличка. Можно тебя так называть?

Щенок вскочил на все четыре лапы и согласно махнул головой. Грымза Герасимовна звала его то хулиганом, то балбесом, то проклятьем. Настоящей клички у него никогда не было! А тут такая хорошая, звонкая, как дробь сухого корма, ударяющегося о дно миски! И девочка такая хорошая!

– Бум. А в голове ни бум-бум – как говаривала моя бабушка! – довольно хихикнул хорёк, ускользая вглубь леса. Его операция прошла прекрасно! Правда, добыча была немного длинновата, Шнурок замешкался на краю дорожки.

– Вау! Хорёк! – заметила его Юна. – Хоря-хоря-хоря! Стой!

Она рванула за Шнурком. Бум понёсся следом.

Тем временем Макс, сидя на скамейке у фонтана, вёл вещание для своего видеоблога «Двойной Биг Макс».

– Короче, все, кто меня смотрит! Сегодня нечего вам рассказать. Тут реально болото! Все пиксели зелёные и полное зеро чего-то прикольного, – говорил он на телефонную камеру.

На скамейку рядом с ним прыгнул бурундук. Но Макс его не заметил. Как и не заметил, что из кармана у него высыпалась горсть арахиса, а Бурун Буруныч аккуратно, деловито подобрал орешки. На скамейках должно быть чисто!

– А ещё я сегодня назначен контроллером своей мелкой сестры. Бай, мои френды! – Макс с усилием оторвал взгляд от экрана. Огляделся. Юны рядом не было. Макс знал, что сестра не побежит к фонтану. Она рванёт в дикий лес. Там её любимые зверюшки.

Макс вскочил, сделал шаг и растянулся на газоне. Двигаться в расшнурованных кедах оказалось неудобно.

– Жесть! – сказал он, приподнявшись на локтях. И тут на ромашку перед его носом села бабочка. Огромная бабочка, с широкими крыльями, расписанными узорами, похожими на китайские иероглифы. Макс нащупал в кармане телефон. Навёл его на бабочку. Выбрал режим макросъёмки и сделал снимок. Фотографию он тут же, не поднимаясь с земли, опубликовал в блоге. Посыпались первые лайки.

– Сын! – над Максом возвышалась мама. – Почему ты валяешься на траве? Я просила не в телефон смотреть, а за сестрой!

– У меня шнурки пропали…

– Сто раз тебе говорила: не ходи с развязанными шнурками! А где Юна? Я сказала глаз с неё не спускать!

– Я здесь! – из кустов показалась Юна. К её волосам прилип репей. Колени джинсов позеленели. На локте алела царапина. Но Юна улыбалась во весь рот.

– Я нашла дикое место, полное всякого зверья!

– Но я же велела вам не… – запнулась мама. – Столько разных «не» я вам велела! Как получилось, что вы сделали всё наоборот?

– Как обычно, – пожал плечами Макс. – Всегда так получается!

– Да, мамочка! – поддакнула Юна. – Это «не» на нас действует наоборот. Ты нам в следующий раз вместо «со скамейки ни ногой» скажи: «Сидите на скамейке». А ещё лучше: «Погуляйте тут как следует!»

– Побольше позитива. Поменьше негатива, – добавил Макс.

– Где ты слов таких нахватался? – удивилась мама.

– Блоги надо смотреть, – хмыкнул Макс.

Когда они шли к воротам парка, Юна оглянулась. Из кустов на неё смотрел Бум.

– Бум! Не вешай нос! Мы ещё вернёмся в наше тайное место, даже не сомневайся! – подбодрила она щенка.

– Опять эти дурацкие «не»! – фыркнул Бум. – Сразу нос хочется повесить. И сомнения грызть начинают. Давай просто встретимся завтра. Без всяких «не»! Эх, понимала бы ты по-собачьи…

Но Юна посмотрела на Бума так, как будто всё поняла.

– До встречи! – сказала она очень тихо.

Щенок вильнул хвостом. Он всё услышал.

История 5
Напрасные обещания Бурун Буруныча

Белка Теу проснулась и выпрыгнула из дупла на любимую ветку. Да только вот ветки на месте не оказалось.

– Ай! Ой! Кар-раул! Ветку украли! – заверещала Теу, падая.

– Ой! Ай! Белкопад начался, снова все шишки хорькам достались! – закричал в ответ Шнурок, на которого Теу приземлилась.

– Буруныч! Украли! Ветку! Помоги! – побежала Теу к бурундуку.

Шнурок потёр ушибленную голову и умчался к пруду. Шнурок был в отвратительном настроении. Ранним утром по парку проехал большой трактор. Он сломал важные ветки на нескольких деревьях и задел ковшом трубу с горячей водой. Труба треснула и стала протекать. А трактор остановился в старом парке, наехав на одно из секретных мест хорька – там хранились все ловушки красного цвета. Пока в старом парке ходили люди, лучше там не показываться.

У пруда было на удивление спокойно – лягушки спали, а утка Лира купалась после занятия йогой.

– Какая тёплая сегодня водица. Вот и настоящее лето пришло, слава Великой Праматери Утке, – радовалась она.

– Что, отопление раньше времени включили? – усмехнулся Шнурок, потрогал воду в пруду и умчался.

Солнце поднималось, жилой комплекс «Кочка на кочке» проснулся. Лягушки достали веера, сложенные из листьев кувшинок. Утка по одной доставала лапы из воды – становилось жарко.

– Если что-то горячее, как суп, и начинает пахнуть, как суп, то из нас скоро получится суп! – наконец обеспокоенно изрекла Лира и вылезла из воды. – Вот оно, глобальное потепление, Великая Праматерь Утка предупреждала!

На берег примчался щенок и радостно сообщил, что у него теперь есть имя. И зовут его Бум. Бум с берега шлёпнулся в воду.

– Бум! А больше подходит Шлёп, – рассмеялся лягушонок.

Хаски тут же вылетел обратно.

– Эй! А тебе скоро подойдёт имя – Варёное Брокколи! Вода горячая! Эвакуация! Все на берег! Это опасно! – Бума однажды пытались помыть в горячей воде. Даже тапки не так страшны, как такое купание.

– Не хотим эква-ква-квацию! – закричали лягушки. – Мы только что переехали!

Но Бум уже представил себя спасателем и отважно принялся доставать всех из воды.

– Ой, я случайно! – хихикал лягушонок, опять бултыхаясь в воду. Ему нравилось, что Бум его спасал.

В это время Теу всё никак не могла успокоиться:

– Бурун Буруныч, мне нужна помощь!

– Может быть, тебе переехать? – задумчиво глядя на огромную ветку, предложил бурундук. Он полистал блокнот. Нет, свободных дупел, скворечников и домиков в парке не оставалось.

– Это же моё родовое дупло! – Теу посмотрела на Буруныча отчаянным взглядом. – Надо приделать ветку обратно! Прибить, приклеить, присобачить, прибурундучить – как угодно! Помоги, пожалуйста.

– Куда деваться… Бурундук – всем другим друг. Помогу, – проворчал бурундук, продолжая листать блокнот.

– Обещаешь? – всхлипнула Теу.

– Обещаю, – серьёзно ответил Бурун Буруныч, пролистав блокнот до страницы, где было написано «ОБЕЩАНИЯ». Правда, свободного места там почти не было – пришлось писать сбоку и коротко «Ветка!!!».

– Ничегошеньки себе! – заглянула в блокнот Теу. – Столько обещаний!

– А кто, если не я, – захлопнул блокнот Бурун Буруныч. – Бурундук – это звучит гордо! – хотя прозвучало это довольно устало.

Бурун Буруныч с утра уже вычеркнул три обещания. Он покричал воробьям «левее», «правее» и «вот так нормально», пока они выравнивали покосившийся старый скворечник. Он нашёл среди запасов медный напальчник, который обещал отыскать Лире. Он сбегал к Мудрой Зэ. Хотя нет, это было не обещание. Ему нужно было посоветоваться с Мудрой Зэ. Зэ была змеёй, жила в корнях Большого Дерева и всё знала. Зэ была очень мудрой и очень старой. Она редко показывалась. Да и говорила немного – только самое главное. Некоторые советы Мудрой Зэ были написаны на ней самой. Но удивительные знаки-узоры на шкуре змеи нужно было уметь прочитать. В этот раз Зэ изогнулась так заковыристо, что Бурундук ничего не понял. И просто переписал знаки в блокнот. Расшифровать их пока не получалось.

Буруныч пошёл к пруду отнести Лире напальчник. У пруда суетились.

– И тут беда! – взмахнул он лапами. – Бум, добеги до ручья, посмотри, что случилось с трубами. Лира, во имя твоей этой… Великой Утки, держи свой напёрсток и помоги нам, – засуетился бурундук, открыв блокнот на странице «МУДРЫЕ СОВЕТЫ».

– Ага, – нацепив очки, изучала подсказку Мудрой Зэ Лира, – ага. Ага. Это формула глицина. Это аланина… Ага? Ага! Ага… Надо сварить клейстер. Но зачем?

– Для ветки, – догадался бурундук. – У Теу сломалась ветка. Это была её любимая ветка, большая! Без неё дерево может заболеть.

– Без неё я сама могу заболеть, – встряла Теу. – Ещё пару раз вывалюсь из дупла и точно заболею переломом хвоста.

– Надо побыстрее поставить её на место, чтобы прижилась, – закончил Буруныч.

На берег вернулся Бум.

– Пр-рорвало! Трубу прорвало! Кипяток брызгается. Больно, – и Бум потёр нос, в который попала горячая вода.

– Надо сварить клейстер, которым мы сможем и приклеить ветку, и залить трещину в трубе, – сказала Лира.

Бурундук добавил на страничку с обещаниями ещё одну запись «Труба!!!». Три восклицательных знака означали «очень-очень срочно». А меньше трёх в его блокноте и не было.

Дальше всё завертелось, как на карусели. Мелькали лапы, крылья и хвосты. Из разных концов парка то и дело звали Бума – он был быстрым и всем помогал. Бум размешивал глиняно-паутинно-водорослевый клейстер, который в старом цинковом тазу варила Лира. Подсаживал Теу к ветке. С лягушками носил верёвки и доски к трубе. Подавал инструменты Буруну Бурунычу. Переливал клейстер в ведерко и таскал его к трубе. Помогать было здорово – Бум чувствовал себя полезным.

– Если что-то нужно вам, Бум спешит на помощь к вам! – напевал щенок.

– К ва-ам! К ва-ам! – подхватывали лягушки, когда он пробегал мимо.

А вот Бурун Буруныч с каждой минутой становился всё мрачнее и мрачнее.

– Да, сейчас сделаю! – кричал он в ответ на просьбы Лиры.

– Конечно, заберусь и проверю, раз обещал! – отвечал он Теу.

– Закончу с лестницей – и сразу к тебе! – прокричал он Буму, придерживая лестницу. По лестнице забирались белки, чтобы наконец-то приклеить ветку. Сначала прямо на нос Буруну Бурунычу капнула большая капля клейстера. Но он только закатил глаза и сморщился. А потом Теу наступила ему на голову. Что особенно обидно, двумя лапами. Он отпустил лестницу и топнул.

– И здесь беда, и тут проблема, и все всегда зовут меня! И тут им пообещай, и там поклянись, вот сколько дел наобещал! – Бурун Буруныч с бешеной скоростью листал свой блокнот, где записывал все свои дела, – а тебе за это по голове топчутся!

– Бурун, потащили ведро, чуть-чуть осталось, – подбежал к Бурун Бурунычу Бум и чихнул, потому что даже нос у щенка был в клейстере.

– Ещё и недотёпу этого отмой, – Бурун Буруныч потянулся лапой к воде, чтобы оттереть нос щенку. Но вода оказалась очень горячей – он взвизгнул и заскакал по полянке. Он был злой и ругался. Почти как Грымза Герасимовна, когда родственник просил её подержать у себя щенка.

– Мне кажется, – почесал свой липкий нос Бум, заодно отлепляя от себя измазанного клейстером лягушонка, – что он слишком много всем помогает.

– Чересчур незаменим, я бы сказала! – обернулась к ним Лира.

– Он у нас всегда и везде! – поддакнул лягушонок.

Бум посмотрел, как бурундук исчез в кустах, и потащил клейстер к трубе.

– Если что-то выглядит, как злобный бурундук, и кричит, как злобный бурундук, то лучше обходить этого зверя стороной, – заметила медленно шагающая к трубе утка Лира. – А ещё лучше не брать на себя лишних обязательств и не обещать лишнего, чтобы не стать злобным бурундуком.

– Эй, Бурун Буруныч, – спрыгнула с ветки Теу, – если ты устал – иди, отдохни. Мы же не заставляем тебя всем помогать. Ты сам…

Бурун Буруныч остановился и сел около дерева, полоски на спине грустно сгорбились. А вся звериная команда шумно двинулась к трубе.

– Нале-егай! – кричали лягушки.

– Раз! Два! Три-и! – подхватывали белки.

И всё-таки, когда все добрались до трубы, Бурун Буруныч был уже там.

– Извините меня, – бурундук помог поставить таз на землю и протёр платком нос Бума. – Я всем наобещал выше крыши, а сделать не успел. Да ещё и рассердился. Буду теперь осторожней давать обещания.

Все дружно взялись за ветки и приподняли лопнувший край трубы. Утка опутала трубу верёвками и залила клейстером трещину.

Все уже поняли, что, конечно, никто здесь никому ничего не должен. Пока каждый сам этого не решит. Но у бурундука, как и у всех, кто сейчас находился рядом, были обязательства. Такие, от которых никто не собирался отказываться.

– Я должен следить за парком. Я это решил сам и я это всегда выполню. Клянусь всеми пятью полосками. Вся моя жизнь – это парк, – бормотал бурундук, когда дело было сделано.

Впрочем, каждый житель парка мог сказать то же самое.

История 6
Бум возвращает долг

Хорёк Шнурок целый день пытался сдвинуть с места трактор, который остановился прямо на его тайнике. Подкапывал колеса. Пытался их крутить. Падал без сил на землю. Бегал к аттракционам подслушивать взрослых людей, но они редко говорили о тракторах. Бегал к пруду, но у остальных были свои проблемы, которые не очень интересовали Шнурка.

– Лира, а Лира, – ближе к вечеру хорёк в очередной раз показался у пруда, – остался ли у вас этот липкий клейстер, которым вы заделывали трубу?

– Немного остался. Но во имя Великой Праматери Утки, зачем он тебе нужен? Если для каких-то проделок, то даже не проси.

– В старом парке у моего дома остановился трактор. Он большой, противный и железный. И стоит на моей территории. Без моего разрешения. А у вас получился такой замечательно-противный, липкий, вязкий кле…

– Ну уж нет! – вмешался Бурун Буруныч. – Это даже не проделки! Это будет война, если ты решишь повредить людям технику. А война с людьми – это не наш путь. Ты же знаешь, что время от времени в парк приходит техника, что-нибудь поделает и уезжает обратно. Подожди несколько дней, и трактор съедет с твоего тайника.

– Тебе легко говорить, – буркнул Шнурок, – твоя нора в безопасности.

Хорёк зло фыркнул и убежал на камень, что лежал на границе со старым парком. Он сел и задумался, как быть дальше. Шнурок умел вязать замечательные путанки, плести узоры и ловушки из верёвочек и шнурков – спасибо бабушке Хоре. Но никаких его запасов не хватит, чтобы запутать трактор!

– Шнурок, ты чего сидишь? Мы решили устроить праздничный ужин. В честь того, что спасли пруд. Пойдём! – у камня появился Бум.

– Никуда я не пойду, – злобно огрызнулся хорёк. Но вдруг ему в голову пришла интересная мысль, и настроение резко изменилось.

– Я такой одинокий, несчастный, – он начал как-то ненатурально подвывать, – я всего лишь попросил клейстера, а меня выгнали. Скоро мне будет негде жить! – и Шнурок спрятал мордочку в лапах.

– Что же делать? – задумался Бум, глядя на полянку, откуда уже пахло чем-то вкусным.

– Если бы у меня был хоть один друг, которого, может быть, я однажды спас от смерти… И он бы понял, что должен меня отблагодарить за своё спасение и должен быть благодарен, что я подсказываю, как можно отблагодарить…

Хорёк увлёкся и запутался в своих же словах, а Бум почувствовал себя виноватым. Ведь Шнурок, действительно, спас его от верёвки. И это он показал место на холме, где можно жить. Конечно, Бум поможет Шнурку!

– Если бы мне помогли сломать эту машину, которая разрушает мой дом, если бы хоть кто-то… – продолжал стонать хорёк.

– Я помогу! – закричал Бум. – Что я должен сделать?

Через пару минут хаски бежал к пруду. Там он дождался, пока утка Лира отвернётся от таза с остатками клейстера, и вылил их в ведёрко. Он был обязан помочь! Он в долгу перед хорьком! Бум тихо вернулся к Шнурку.

– Теперь тащи вон туда, к трактору, – повеселел Шнурок, увидев ведёрко с клейстером. Бум устало тащил тяжёлое ведерко и мечтал о праздничном ужине.

– Для начала – заблокируем колёса. Давай, лей на них эту вашу липучку!

Бум подумал, что даже ради своего домика на метеогорке он не стал бы так мучиться. А вот ради хорькова домика – мучается.

– Забирайся сюда, ты должен перегрызть провода, – Шнурок уже сидел на руле трактора и показывал куда-то вниз. Бум старался не очень сердиться на то, что он делает всю работу, а Шнурок просто сидит и отдыхает.

– Может быть, мы зальём и эти рычаги, – задумчиво проговорил Шнурок.

– Где этот твой р-р-рычаг? – бормотал Бум, коротенькими лапками залезая на кресло и поднимая на верёвке ведёрко с клейстером.

– Ну, давай, ты должен разобраться, что куда, – нетерпеливо сказал Шнурок. – Надо скорее сломать его.

Бум старался.

– Хм. А вить верёвки из окружающих даже интереснее, чем из ниточек и шнурочков, – сказал хорёк в сторону, чтобы щенок не услышал.

На улице стало уже совсем темно, с полянки слышались весёлые голоса. Бум вздохнул и полез посмотреть на провода, которые торчали между этими странными р-р-рычагами. Одну лапу вперёд, второй держимся… Ай! Бум соскользнул с сиденья и повис на рычаге. Рычаг опустился, Бум случайно перевернул ведёрко с остатками клея, а рычаг включил фары.

– Что ты творишь?! – перепугано закричал Шнурок. – Всё псу под хвост, как сказала бы моя бабушка!

Хорёк слишком сильно размахивал лапами и отплёвывался от клейстера. Он скатился с руля, нечаянно заставив трактор громко посигналить.

В ответ из ржавой детской горки раздалось странное тиканье. Затем скрежет и свист.

– Мы разбудили мою ужасную соседку! – крикнул хорёк.

Бум не сдержался и завыл от страха.

Из-под горки его словно передразнили. А потом раздался скрежет и барабанная дробь. У Бума заложило уши. В свете фар из горки вылетела жуткая тень. Она походила на небольшого дракона. Тень двигалась совершенно бесшумно.

– Кошмар!!! – завопил Бум.

В начале вечера он всего лишь хотел помочь Шнурку. А оказался в какой-то страшилке. Такие тени точно не обещают ничего хорошо, он видел несколько фильмов про ужас, летящий на крыльях ночи. И этот ужас выглядит именно так. И звуки издавал как раз такие.

– Браво! – закричал хорёк. – Проснулась, наконец, крылатый ужас парка Кошмаркино!

Бум дёрнулся изо всех сил и задел ещё один рычаг. Трактор стал разворачиваться. Хорёк побледнел и вцепился в сиденье. Огромный ковш задел горку. Старая железная конструкция загрохотала и завалилась набок.

– Ну и что ты наделал? – спросил приклеившийся к сиденью Шнурок. – Ты всё испортил! Теперь ты должен…

Бум уже не понимал, что он должен, зачем он должен и сколько может продолжаться это «должен».

К счастью, на берегу пруда заметили фары и услышали шум. Буруныч, Лира, белки и даже лягушки прибежали к старому парку.

Оценив обстановку, Буруныч, ругаясь, второй раз за день полез на холм. Теперь, чтобы узнать у Мудрой Зэ рецепт растворителя клея. Оказалось, нужны соль и вода. Шнурка и Бума хорошенько вымочили и посолили. Как грузди и волнушки.

– Я был должен, – отплёвываясь от остатков клея и соли, бормотал Бум, когда, наконец, добрался до метеобудки, – я ведь, наверное, был должен…

– Зачем? – прошептала Мудрая Зэ щенку. – Слово «долг» может навредить, если ты не думаешь о последствиях. А что было бы, если бы ты это не сссделал?

Хаски вздохнул и подумал, что тогда бы он успел на праздничный ужин. И никому не нужно было бы суетится. Он уже знал, что хорёк не просто так освободил его. Шнурок волновался не о Буме, а о верёвке. И что было бы гораздо лучше, если бы щенок подумал о последствиях.

История 7
Что видит Мун

– Ужас! Кошмар! Мрак!

Не очень-то приятно такое слышать. Особенно если речь идёт о тебе. Мун знала, что она и есть этот самый ужас, кошмар и мрак. Она, действительно, отличалась от остальных жителей парка. И спала вверх ногами, и разговаривала непонятно, и летала с открытым ртом. И была слишком чёрная. И видела не так, как другие. А ещё она любила разные странные звуки. Она умела скрипеть, визжать, громыхать. Это было не хуже, чем та музыка, которая иногда доносилась из центра парка.

Жила Мун в старом парке. Она тихо висела весь день в самой верхней части горки, под куполом в виде ракеты. А в сумерках выбиралась наружу, чтобы поиграть со звуками.

Иногда Мун беседовала с хорьком. Всё же они были соседями. Разговор был короткий:

– Не трогай больше мои ловушки, добычу спугнёшь! – ворчал Шнурок.

– Ладно, – соглашалась Мун. Она просто изучала, как звучат натянутые между ветками верёвочки и шнурки, которые привязывал хорёк.

– Не долби ты в эти железки, мучных червей распугаешь! – ворчал Шнурок.

– Ладно, – вздыхала Мун. Стучать по разным брошенным в парке железякам было интересно – они отвечали по разному.

Вечер, когда Шнурок и Бум испортили экскаватор, изменил жизнь Мун. Прожектора, крики, аплодисменты… Даже «браво» кто-то крикнул. Это было так здорово! Она впервые исполняла что-то для зрителей, которые собрались в старом парке.

И Мун решила показать своё искусство миру. Хватит прятать талант под старой горкой! Впрочем, и горка упала. Словно мир дал ей знак: пора менять жизнь.

Мун, захватив несколько своих железок и скрипелок, сразу же отправилась в центральную часть парка. Ночью над летней эстрадой горела всего одна слабая лампочка. Но для первого выступления и так пойдёт. Микрофон, динамики – всё на месте.

– Сейчас вы услышите мой новый хит «Ночная срамота»!!! Ой, нет, не срамота, ошиблась. А что? Красота? Совсем нет. А, вот. Я спою вам песню «Ночная страхота»!!!

Мун ударила в свою гремелку и крикнула. В песне были скрипы, писк, тиканье похожее на бомбу, свист. Собаки из ближайших домов завыли. Охранник парка выскочил из своей будки. В соседней двадцатиэтажке включился свет. Всё же начать первое выступление с оговорки было, наверное, плохой приметой.

– В парке ночью нельзя так шшуметь! – услышала Мун чей-то голос из-под сцены.

– Это что за кошмар! – кричали люди.

Мун быстро метнулась со сцены. Опять её обозвали кошмаром.

Летучая мышь до утра пряталась в мусорном баке.

Утром на летней эстраде проводили конкурс талантов. Дети визжали, свистели, рычали, некоторые пели и танцевали. Оказывается, при свете шуметь в парке было очень даже можно. Мун внимательно рассмотрела артистов. Все они были одинаково разноцветные, украшенные блёстками.

«Наверное, всё дело в цвете. Мне надо стать ярче,» – подумала Мун. Тут она увидела, как юннаты красят деревья вдоль главной дорожки. Серые и чёрные стволы быстро превращались в белые. Мун подкралась к одному из вёдер с краской. Краска странно пузырилась. Верный знак, что что-то не так! Но Мун не обратила внимания. Главное: краска была белой! Мун макнула в ведро сначала одно крыло, потом другое. Крылья стали белыми! Но они ужасно зачесались. На белых крыльях от солнечных лучей начали появляться пузырьки.

– В темноту! Мне нужно в мою любимую темноту! – Мун взлетела, но крылья очень плохо слушались. Мун пыталась подняться выше, но крылья заклинивало, сводило судорогой. Летучая мышь двигалась рывками, пока не свалилась вниз. Прямо на Чубчика. Мун схватилась острыми коготками за гриву пони, запуталась. Пони испугался и начал трясти головой.

– Вампир! Уберите с меня вампира! – закричал он. Но когда Мун сползла по его чёлке до самого носа, Чубчик замер и пробухтел:

– А, нет. Вампиры другого цвета.

– Да, я никакой не вампир! Я обычный кошмар и ужас, – пропищала Мун.

– Из комнаты страха улетела? – спросил Чубчик, стараясь не шевелиться.

Мун не знала ни про какую комнату страха.

– Там темно и разные страшные звуки. Но это так специально делается. Чтобы потом стало весело. Я слышал, дети в тележке у меня рассказывали, – объяснил пони, пока Мун пыталась выпутаться.

– Ты в чём-то вымазалась, – заметил пони, когда Мун выбралась из гривы и поползла на своих коротких ножках в тень. Белые крылья Мун все были в пузырях.

– Надо в фонтан или в пруд.

– Ладно, – согласилась Мун.

До фонтана было недалеко. Чубчик оставил свою тележку и помог летучей мыши добраться до него так, чтобы дети её не увидели.

– Выдумает же природа такое. Непонятно для чего, – едва слышно удивлялся пони, пока Мун пыталась смыть краску. – Ну вот какая от такого существа польза? Только пугать.

А Мун думала про Комнату страха. Темно, страшно, но весело. Кажется, это как раз для неё. И как только с крыльев исчезло последнее белое пятно, Мун, даже не попрощавшись, взлетела.

– Счастливого пути! – всё же крикнул ей вслед Чубчик.

Казалось, весь парк только и ждал, чтобы Мун отправилась в комнату страха. Она спокойно пролетела вдоль дорожки, не наткнувшись на спортсменов или пенсионеров. Брошенные ночью инструменты Мун аккуратно лежали на скамейке. Дверь в комнату страха была открыта. Над ней загорелась табличка «Добро пожаловать!» Внутри было темно и множество говорящих вещей. Скрипелки, звоночки, свистки и молоточки. Ещё там были скелет и пауки. Скелет оказался механический, а пауки вполне себе живые.

– Наконец-то, – сказал самый большой паук, увидев Мун. – Давно уже просим расширить штат и обновить оборудование. А то комната страха в комнату смеха стала превращаться. Дети не пугаются.

Через минуту в комнату страха пришли первые любители страшилок. И Мун не подвела!

– Это супер как страшно! Какой классный кошмар! Жуть, какой прекрасный ужас! А ты слышал этот звук – мурашки по коже! Ух ты, здорово, я чуть со страха не умер! – наперебой делились впечатлениями посетители.

А Мун с тех пор внимательней стала относиться к знакам. Ведь кому как не ей знать, что всё вокруг разговаривает с тобой. И всё вокруг может дать подсказку – на верном ты пути или нет.

История 8
Карманов готовится к войне

Парк не сразу заметил, что его начальство сменилось. Потому что начальство не высовывало крючковатого носа из кабинета. Новый директор, лысоватый, суховатый, сутуловатый, сидел за столом. На столе было много техники. И деревянная табличка с золочёной надписью: «К.К. Карманов».

Сам Карманов быстро заполнял на экране ноутбука таблицу с заглавием: «Кармашкино. План перемен».

– Скосить траву. Убрать старые аттракционы. Зверей разогнать. Заасфальтировать тропинки. Расставить везде скамейки и столики, провести электрику, розеток побольше. У нас будет парк виртуальной реальности! Подогнать технику. Снести старую часть парка. Построить на её месте мини-отель. А может, и не мини, чего мелочиться? Размах нужен! Гм… Сложно, сложно по картам ориентироваться.

Карманов нажал на кнопку и сказал в микрофон:

– Эй, подчинённые! Есть там кто? Я требую организовать мне немедленную экскурсию по парку!

В кабинет робко заглянула женщина в костюме белки. Это была мама Макса и Юны.

– Здравствуйте! Я – художественный руководитель. А сегодня по совместительству аниматором была.

– Хочу оценить фронт работ, – Карманов не улыбался и всё время щурил глаза. Как будто смотрел на мелкое насекомое.

– Фронт? – удивилась мама. – Вы что, на войну идёте? Кто противник?

Карманов стукнул кулаком по столу. Табличка с его фамилией подпрыгнула.

– Противник у нас один – тормоз. Отстаём от научного прогресса. Я сделаю Кармашкино лучшим парком страны. И даже планеты. Чтобы со всего мира люди к нам ехали! Здесь будет виртуальная реальность, новейшие технологии и ничего лишнего! Идём, белка!

– Подождите минуточку, я переоденусь, – мама смущенно кивнула на пушистый мех у себя на животе.

– Нет у нас минуточки! – Карманов яростно тыкал пальцами в планшете. – У нас график! Да вы не волнуйтесь, дел по горло, надо будет вертеться, как белка в колесе. Ваш наряд очень кстати!

Мама вздохнула и повела Карманова на экскурсию по парку.

Пробегая по берегу пруда, Бум заметил, что у воды стоит сутуловатый мужчина, от которого пахнет чем-то совсем незнакомым (это был запах больших перемен), и гигантская белка, от которой пахло Юной и Максом. Бум затаился в зарослях рогоза и подслушивал.

– Так! Болото осушить. Развели сырость и, – Карманов хлопнул себя по лбу, – комаров!

– А как же утки? – растерялась гигантская белка.

Лира обеспокоенно захлопала крыльями по воде. Бум рыкнул.

– Спокойно, – шепнула ему утка.

– Но этот дядька хочет осушить наш пруд! – возмутился Бум. – Я его укушу! Или испорчу ботинок… Есть у меня один способ…

Утка подплыла поближе к месту, где затаился Бум.

– Ну укусишь ты его. И что дальше? Он вызовет службу отлова собак. Тебя отправят в приют. Чего ты добьёшься? Лучше его удивить. Смотри!

Утка три раза красиво проплыла перед директором, по-лебединому вытягивая шею и время от времени ударяя крыльями по воде. В воздух взмывали брызги, в которых переливались солнечные лучи. Мама засмотрелась. Даже Карманов на минуту забыл о своих планах и открыл рот. Но закрыл, когда его опять укусил комар.

– Белка, почему они тебя не кусают?! – спросил Карманов, отбиваясь от насекомых.

Мама хотела ответить, что директор вторгся на территорию комаров, задумал разрушить их дом, вот они и устроили битву. Но не ответила. Это же начальник. И характер у него, похоже, железный. Уволит, чего доброго… Лучше прислушаться к нему. Понять, чего он вообще хочет.

– Я ведь в костюме белки. Они меня приняли за свою. Живая природа, у неё свои законы.

Директора это не впечатлило:

– Живая природа? Свои законы? В этом парке закон – это я!

– А пойдёмте на центральную площадь? Там у нас фонтан и экран двенадцать на пять метров! – попыталась отвлечь директора мама.

Карманов поджал губы:

– Маловат экран. Но мы над этим поработаем. Усилим. Увеличим. Скоро тут будет порядок. Асфальт. Стриженные налысо деревья. Люди в наушниках и шлемах будут тихо сидеть на скамеечках за столиками. Природа не будет больше отвлекать их от отдыха!

Мама Юны и Макса уже вела директора к старому парку.

– Природа никому не помешает. Она, в основном, вся здесь! Птицы, зверушки, бабочки. Моя дочь их обожает!

Тут же рядом появилась Юна. У неё на плече сидела белочка и грызла орех. Увидев гигантскую белку, белочка выронила угощение и метнулась на макушку ближайшей сосны.

Директор заметил экскаватор рядом со старой поваленной горкой-ракетой.

– Техника уже пришла. Ставлю галочку. Снесём, выкорчуем, облагородим. Скоро здесь будут прогуливаться иностранцы. А там что?

Карманов ткнул пальцем в сторону холма неподалёку. Мама повела его по тропинке в гору. Юна побежала за ними.

– Тут у нас Большое Дерево – древний дуб. Говорят, ему сто лет. Или тысячу. Никто точно не знает. Вы тут будьте внимательнее. В корнях иногда замечали змею!

Карманов прислонился было к дубу, чтобы восстановить дыхание. Но, услышав про змею, отшатнулся.

– Тут опасно находиться! Пресмыкающиеся кругом. Дерево в любой момент рухнет. Срубим. Холм сровняем с землёй. Будет ровная бетонная площадка для битв роботов.

– Битву он устроит, – шепнул Бурун Буруныч на ухо белке Теу. Они наблюдали за новым директором из укрытия на сосне. – Да что он знает про битвы, человек из кабинета! Как-то дедушка мне рассказывал о войне тигра и медведя. Оба погибли. Я потом неделю уснуть не мог, кошмары снились.

– Совсем не ми-мим-ми, – белка покачала головой.

А Юна, услышав про роботов, обрадовалась:

– Расскажу Максу! А то его ничем не удивишь!

Карманов водил рукой по воздуху, как будто уже был в виртуальной реальности. Что-то прикидывал, считал в уме. Потом быстро вносил в таблицу на планшете.

– Так. А это что там белеет? – он ткнул пальцем в сторону полянки на склоне холма.

– Это поляна волшебных ромашек. Их предсказания всегда сбываются! А можно загадать желание и понюхать цветок.

– Ух ты! Я знаю, что загадать! – обрадовалась Юна и побежала к цветам. Карманов тоже направился на поляну. Он вырвал с корнем первую попавшуюся ромашку. Поднёс жёлтую сердцевину к носу. И тут же начал чихать. Глаза его покраснели. По щекам потекли слёзы.

– Чёрт! Муравей! Муравей укусил меня прямо в нос!

Карманов вычихнул насекомое и придавил его пальцами. А потом брезгливо вытер руку о штанину.

– Просто муравей жил в этой ромашке, – объяснила Юна. – А вы её сорвали.

– Ромашки выполем. Это дикие цветы. По типу сорняков. Муравьёв вытравим. Это дикие насекомые. По типу комаров. Я не потерплю дикости в моём парке. Сюда родители не должны бояться отпускать детей!

Юна смотрела на Карманова с открытым ртом. Её мама кивала так, что, казалось, скоро потеряет беличью голову.

– Белка! – рявкнул Карманов Юниной маме. – Хватит болтаться без дела. За работу! Я понял, что территория у нас большая, за день не обойти. Изучу её в деталях по карте.

– А ты, девочка, – Карманов зацепился взглядом за Юну. – Шла бы домой, уроки делать.

– Какие уроки? – удивилась Юна. – Каникулы же!

Но директор не слышал её. Он шёл к краю холма. По пути зацепился за корень дуба и скатился вниз, порвав брюки на лодыжке.

– Встретимся около фонтана! Там Макс сидит, с телефоном, – успела шепнуть Юне мама перед тем, как повести Карманова обратно, в здание администрации парка.

В спины им внимательно смотрели пары глаз. Очень много пар глаз! Белки, лягушонок, бурундук, утка и даже маленький Бум чувствовали, как внутри у них всё рычит и бушует. Они готовы были разорвать чужака на части, чтобы спасти свой парк и Большое Дерево. Но листва на дубе зашелестела. И все, кроме Юны, услышали голос Мудрой Зэ:

– Не сссспешшите! Лучшшая война – не начатая война!

Бурундук Бурун Буруныч пять раз глубоко вздохнул и подтвердил:

– Нельзя, чтобы кто-то пострадал! Давайте сохранять спокойствие. Директор только объявил о переменах, но ничего ещё не сделал. Люди часто бросают слова на ветер. Может, всё и обойдётся. Давайте вместо того, чтобы воевать, покажем Карманову, что мы вовсе не дикая природа, что мы – очень дисциплинированные звери!

– Да! – поддержала его утка Лира. – Мы против войны. Мы за то, чтобы договариваться мирно и помогать друг другу!

В конце рабочего дня Карманов был очень удивлён. Какой-то зверёк поставил перед ним лукошко с малиной. Белка постелила у порога здания администрации клочок газеты и высыпала на неё горсть чищенных орехов. Парочка лягушат, явно пытаясь его развеселить, играли в лапту. А утка собирала клювом разбросанные посетителями упаковки от чипсов и бросала в мусорное ведро.

– В моём парке даже дикая природа ведёт себя совсем не по-дикому! – потёр ладони Карманов. Но из ворот парка он вышел озадаченным.

История 9
Неслучайный выбор Юны

– Пойдём на праздник? Я буду ведущей. Посмотрите, какой у меня наряд! – мама махнула пушистым беличьим хвостом.

Макс и Юна дружно помотали головами. Иногда – жалко, что очень редко – брат и сестра были одной командой.

– Смотреть, как родная мать скачет в костюме белки, развлекая малышню? Я лучше за Юной послежу! – сказал Макс, следя за уровнем здоровья воина в онлайн-игре.

Мама, которую недавно приняли на работу в парк, сказала:

– В театре я играла, как требовал режиссёр. А здесь – я сама себе режиссёр. Пусть белка. Но скачу, как хочу! Это мой выбор! Не зря меня так в этот парк потянуло, когда я его увидела с балкона. Не хотите на праздник, скучайте здесь. Зануды! – мама натянула беличью голову и скрылась за фонтаном. Потом она выглянула обратно, хотела дать инструкцию, как себя вести, но улыбнулась и передумала. Ей и самой не хотелось сегодня быть занудой.

Макс сразу нырнул в телефон. А Юна понеслась в дикую часть парка и стала звать Бума. Скоро она уже стояла на заброшенной детской площадке. Но здесь не было никого, кроме бабочек и ворчливого тракториста.

– Бум! – крикнула Юна. Щенка не было и возле пруда. Странно, но там даже утки и лягушек не было. Юна растерянно огляделась. Ей показалось, что что-то случилось. Что-то важное. В центре парка, как обычно, играла музыка. Песенка была про «Слышу голос из прекрасного далёка». Пони катил тележку. Визжали дети на каруселях. Но Юна пошла не туда, а на холм к Большому Дереву. Она и сама не могла объяснить, почему. Была ведь там уже сегодня утром. Потянуло и всё.

Подниматься на холм оказалось сложнее, чем первый раз. Крапива ужалила её за ногу. Еловая ветка царапнула по плечу. Откуда-то сверху доносился монотонный гул. Но Юна шла, пока среди деревьев на показался просвет. Вот и удивительный дуб, который не обхватить и впятером. Юна шла очень тихо, а теперь и вовсе замерла. Да, многие обитатели парка были здесь. И они ходили вокруг дуба, словно водили хоровод. Юна присела и стала двигаться вперёд, чуть дыша. Звери не просто шли вокруг Большого Дерева. Они мычали себе под нос тихую мелодию.

– Ой!

Что-то мокрое коснулось ноги Юны. Это оказался нос щенка.

– Бум! – обрадовалась девочка. – А я тебя ищу! Смотри, звери водят хоровод. Я думала, так только в новогодних стишках бывает!

Бум вильнул хвостом. Юна присела, обхватив щенка рукой. И они вместе начали наблюдать за событиями.

Только сейчас Юна заметила между корнями дерева змею. Огромную, в три Юны длиной. И такую красивую! Её кожа отливала золотом и бирюзой. А узоры на ней напоминали древние письмена. Змея трижды почтительно обползла вокруг дуба, пока солнце не застыло, как корона, прямо над его макушкой.

Звери замычали на высокой ноте. Змея нырнула в узкую щель между двумя корнями и начала… выползать из старой шкуры! Юна и Бум завороженно следили, как длинная, чешуйчатая кожа тонким чулком повисает на корнях.

«Вот это линька!» – подумал Бум.

Хоровод остановился. Звери подняли носы и клювы к солнцу. Змее оставалось стянуть старую кожу с самого кончика хвоста. Но она застряла. Напрасно змея ёрзала между корней туда-сюда.

Юна собиралась затаиться, чтобы звери её не заметили. Но она и сама не поняла, как оказалась у корней дуба. Вот она стоит около змеи, вцепившись в шершавый чулок старой шкуры. А вот лежит на траве со змеиной шкурой в руках и со всех сторон на неё смотрят звери!

– Человек? – спросила одна из белок. Юна не разобрала, та ли это белка, которая только сегодня сидела у неё на плече.

– Человеку запрещено быть на Празднике Солнцестояния! – возмутился бурундук.

– Человек шпионил? Кусай его! – пропищал хорёк, хотя сам не праздновал никакие праздники и пришёл будто бы случайно, в гости к Буму.

– Не трррогайте! Это мой человек! Это Юна! – загородил девочку Бум. Юна открыла рот:

– Бум, я тебя понимаю? Я всех вас понимаю?!

Вперёд вышла вперевалочку утка.

– Если это твой человек, Бум, так следи за ним. Не пускай, куда не надо!

– Куда надо! Меня сюда тянуло какое-то надо в голове! Тащило, как на поводке! Я искала Бума. И оказалась здесь. Мама меня звала сегодня на праздник, я сказала, что не пойду. Но всё же вот я на празднике!

– Это она на каком языке сейчас сказала? – спросила белочка Теу у бурундука.

Из-под корней показалась змея. Её новая кожа была иссиня-серебристая, блестящая, но рисунки на ней ещё не проступили.

– Сссмотрите и ссслушайте! Девочка могла сссвернуть на любую полянку. Но выбрала нашу! Что-то внутри нас помогает выбрать лучший вариант из тех, что мы имеем, – прошипела Мудрая Зэ.

– Инстинкт. Или решение Великой Праматери Утки, – кивнула утка Лира.

– Мы тут все им повязаны, как говорила моя бабушка! – хихикнул хорёк Шнурок. Змея продолжала:

– Я уважаю выбор человека. Есссли он не нарушает наших планов. Праздник продолжается! Девочка и собака могут оссстаться. Ссссолнце уже здесссь!

Лира опять кивнула:

– Девочка Юна и щенок Бум теперь с нами. Мудрая Зэ права. Солнце светит для всех! Сегодня самый длинный день в году, но и он не бесконечен. Нам нужно многое успеть!

Звери, как по команде, снова встали в хоровод. Юна и Бум присоединились и, как все в хороводе, схватились за тонкую и нежную, словно шёлк, старую кожу Мудрой Зэ, передав её конец утке Лире. А утка, покрякивая, принялась плести из него длинный, серебристый ремешок.

– Зачем это? – спросила Юна.

– Это амулет. Он хранит воспоминания и опыт. Когда я закончу плетение, мы обвяжем этим ремешком ствол Большого Дерева. Амулет врастёт в кору и станет новым узором на дубе, а затем войдёт внутрь и превратится в годовое кольцо.

– Значит, этот дуб – хранитель времени… – поняла Юна.

Утка кивнула и опять принялась плести и покрякивать. Она плела долго. А когда закончила, все ахнули! Ремешок получился чудесный! Утка положила его на траву под корнями дуба, чтобы каждый участник праздника смог полюбоваться его красотой.

И тут со стороны старого парка раздались грохот и лязганье. Похоже, туда приехал ещё один трактор.

– Не будет добра от этого нового директора… – сказал бурундук Бурун Буруныч.

Звери настороженно нюхали воздух.

– Мы не знаем, что будет. Но наш долг внести то, что было, в годовое кольцо! – напомнила Лира. Все повернулись к дубу. Амулета под ним не было. Он пропал без следа!

– Такого ещё не бывало, клянусь каждой своей полоской! – закричал Бурун Буруныч, забыв от волнения, сколько у него полосок.

– Ой… Надеюсь, это не из-за меня он исчез… – испугалась Юна. – Зря я, наверное, сюда сунулась.

Но сердце её отчаянно стучало, подсказывая: «Не зря! Не зря!»

История 10
Здесь и сейчас

Кажется, время в парке Кармашкино остановилось. Деревья перестали шуршать листвой. Умолкли птичьи голоса и дробь дятла. Вода в пруду не плескалась и была ровной, как зеркало. Праздник Дня Летнего Солнцестояния стал грустным. Никто не знал, что делать, и что теперь будет.

Это раньше всё было понятно и предрешено. Из года в год утка Лира в разгар дня Солнцестояния плела из кожи Мудрой Зэ ремешок-амулет. Когда её работа заканчивалась, хоровод зверей обматывал ремешком ствол Большого Дерева. А потом вершилось волшебство! Ремешок озарялся солнечными лучами, становился тоньше, прозрачнее и растворялся в коре. У Большого Дерева появлялось новое годовое кольцо, на шкуре змеи – новые знаки, и обитатели парка расходились спокойными и радостными. Они знали, что год прошёл, время течёт, будущее расписано. Знали, что за летом придет осень, за осенью – зима, а там и до весны лапой подать!

Но что делать здесь и сейчас?

Никто не радовался. Амулет пропал. Новый годовой круг на стволе дуба не появился. Прошлое не записано! С будущим пока тоже ничего не понятно.

– Что-то нарушило порядок вещей. Или кто-то… – нахмурился Бурун Буруныч и выразительно посмотрел на Юну.

Юна и Бум переглянулись. Они были новичками на празднике. И в парке тоже были новенькими.

– Это совсем не мимимишно! – у белки Теу дрожали кисточки на ушах. – Если кто-то взял амулет, верните, нельзя так шутить.

– Человеку не место на нашем празднике Летнего Солнцестояния! От собак и людей одни неприятности, – Бурун Буруныч хмурился всё больше.

– Прошлое – наша опора, – вперёд вышла утка Лира. – Без годового кольца ствол Большого Дерева потеряет прочность.

В доказательство дерево опасно затрещало. Солнце зашло за тучу. Холм накрыло тенью.

– Конец света… – прошептал Бурун Буруныч.

– Спассссите! – раздался слабый голос где-то внизу.

Все бросились на зов. В траве, беспомощно выпучив глаза, лежала Мудрая Зэ. Пытаясь уладить ситуацию, она металась туда-сюда и запуталась сама в себе.

– Ух, накрутила узлов! – вздохнул бурундук. – А ну, народ, навались!

Звери взялись распутывать змею. Юна и Бум тоже помогали.

Когда змею освободили, на её коже начали проступать узоры. Палочки, спирали, ромбы, закорючки, размытые силуэты чередовались с выстроившимися в вертикальные ряды цифрами.

– Никогда ещё такого не видела, – охнула Лира.

– Сколько разных нулей и единичек… Вот один-ноль-ноль. Это номер телефона. Служба точного времени! – воскликнула Юна.

– Нет у нас теперь никакого времени. Ни прошлого, ни будущего… – испуганно прошептала Лира.

Юна подпрыгнула на месте и затараторила:

– Ещё есть настоящее время! Здесь и сейчас! Презент индефинит! Мы проходили с репетитором по английскому!

– Вот и проходите отсюда и рептилитора вашего заберите, без вас тошно. От людей хорошего не жди, – опять проворчал Бурун Буруныч.

Бум, не обращая внимания на суматоху, сосредоточенно обнюхивал землю. Шерсть у него на загривке встала дыбом.

– Кажется, я чую след пр-р-реступника! Попробую р-р-распутать это дело. Иду искать амулет! Кто со мной?

Все, кто стоял на холме, переглянулись. Ни разу ещё амулет не пропадал. Как узнать, какой шаг будет правильным? У кого спросить? Знаки на новой коже змеи прочитать не получается…

– Пойду-ка проверю запасы, которые я заготовил на неделю вперёд. Кто знает, вдруг нас ждёт великий голод? – засуетился Бурун Буруныч.

– А мне срочно надо укреплять дупло. Кто знает, может впереди страшные разрушения? – вздохнула белка Теу.

– А я, – выскочила вперед лягушка, – потренируюсь в прыжках. Вдруг понадобится быстро убегать?

– Да вы что, звери дорогие! – крикнула Юна. – Какое прошлое и будущее, когда тепло и лето? А амулет обязательно найдётся!

– Если прямо сейчас начать искать, – Бум кубарем скатился с холма. Юна побежала за ним. Но обитатели парка проводили их недоверчивыми взглядами.

– А нам как быть? – развела крыльями утка.

– Здессь и сейчасссс! – прошипела змея, осторожно, чтобы снова не запутаться, сворачиваясь клубком в корнях дерева. Большое Дерево потрескивало, но всё ещё крепко держалось могучими корнями за землю. Солнце вновь показалось из-за облака. В лесу запели птицы. Звери разбегались с холма по своим дуплам и норам, повторяя на все лады: «Здесь и сейчас». А что? Не вспоминать и не планировать, а просто наслаждать этим днём, этим мигом – это ведь тоже здорово! На шкуре Мудрой Зэ проявлялись всё новые таинственные знаки.

– А эти закорючки обязательно надо разглядеть! Наверняка, они тоже что-то нам предсказывают! – сказал Бурун Буруныч.

– Да. Праздник закончен не так, как предписывала Великая Праматерь Утка. Но лето продолжается, и жизнь идёт. И у собак, я слышала, хороший нюх. Может, он и правда быстро вернёт амулет на место…

Переговариваясь, звери разбрелись по своим делам.

История 11
Бум берёт ложный след

Бум, высунув язык, несся по лесу. Юна, которой высунуть язык не позволяло воспитание, бежала за ним.

– Кажется, мы уже близко! – сказал Бум.

– Кажется, мы заблудились… – вздохнула Юна. Со всех сторон их окружали высокие сосны, густые кусты и папоротники. Тропинку с северной стороны холма в высокой траве приходилось протаптывать самостоятельно. Юна устала, села на ствол поваленного дерева. Бум, виляя хвостом, стоял у её ног и смотрел на девочку преданными голубыми глазами.

– Знаешь, на кого ты сейчас похож? – улыбнулась Юна. – На Балто из мультфильма! Он вёл собачью упряжку через снежную бурю. Ему нельзя было заблудиться или сдаться. Потому что в упряжке ехал человек с сывороткой от опасной болезни.

– От дифтерии! – вспомнил Бум. Он тоже видел такой мультфильм. – Сыворотку ждали в больнице, чтобы спасти детей!

– И пёс, похожий на тебя, нашёл дорогу. Значит, и ты сможешь! – сказала Юна.

Бум вспоминал, как следил за приключениями мультяшного пса и сам словно оказывался там, среди ветра и снега. Как будто превращался в спасателя, ведущего упряжку сквозь колючую бурю. А может быть, он и правда там был, но после опасных приключений сам заболел и потерял память? Он ведь так похож на Балто. Особенно носом! И ушами!

– Так это про меня история! – вдруг сказал Бум, но в глаза Юне уже не смотрел, опустил взгляд на землю. – Я умею находить дорогу и спасать! Сто раз уже это делал. И в гонках на собачьих упряжках побеждал. Бежим! Я взял след!

Они бежали, пока не оказались около тополя, в котором чернело дупло.

– Постучим! – сказала Юна.

– Зачем?

– Входить без стука невежливо! – объяснила она.

Юна аккуратно постучала кулаком по стволу. Ничего не произошло. Юна постучала громче. А потом ещё громче. Даже кулак заболел!

– Поспать не дают после смены! Что надо? – из дупла высунулась голова дятла.

– Скажи, здесь был амулет Мудрой Зэ? – спросила Юна.

Услышав про змею, дятел вздрогнул.

– Не знаю, что здесь было. Но теперь здесь буду я! – объявил дятел. – Я тут уже и перепланировку сделал. Объединил гостиную с прихожей и со спальней, и с детской, и с кладовкой.

– Ты всё врешь! Я враньё за километр чую. Я раньше сыщиком был в полиции. Мне доверяли самые запутанные дела! – решил Бум припугнуть дятла.

– Ну-ка, подсади меня! – попросил Бум Юну.

Юна подняла щенка. Дятел с перепугу выскочил из дупла и взлетел на макушку тополя. Сверху он кричал, что не отдаст дупло собаке и человеку, что будет стучаться во все двери в поисках справедливости.

Бум внимательно обнюхал дупло и фыркнул.

– Тут точно побывал амулет. Но недолго. Вор передохнул в дупле и понёс его дальше. Вон туда!

Бум рванул к кустам жимолости. Юна ойкала, продираясь за собакой сквозь ветки. Ну почему ВСЕ колючки ВСЕГДА на высоте человека, а не животного. Какая несправедливость! Наконец, они выскочили на «Лесную» станцию детской железной дороги. На платформе было безлюдно.

– Мы будем ждать поезда. Я однажды уже ждал хозяина на железной дороге. Долго ждал. Девять лет!

– Много жизней у кошек, а не у собак! – сказала Юна.

– Да что ты понимаешь в собачьей жизни! – нахохлил загривок Бум.

Тут раздался свисток паровоза. К платформе подкатил состав. В честь летнего солнцестояния посетителей парка катали по старой железной дороге. Рядом с Юной и Бумом остановился жёлто-зелёный вагончик. Проводник открыл двери и объявил:

– Станция «Опушка». Стоянка – десять минут. Можно прогуляться. Правда, тут всё заросло, смотреть особо не на что.

На платформу с шумом вывалила малышня. Дети размахивали воздушными шарами и кричали на все лады. Два мальчугана подрались из-за шариков. Проводник бросился их разнимать. А Юна и Бум воспользовались суматохой и проскользнули в вагон. Вскоре детские крики опять заполнили вагон. Поезд тронулся и начал набирать ход. Бум не отвлекался от следа на полу.

– Что это вы здесь вынюхиваете? Потеряли что-то? Попрошу предъявить билеты! – дорогу Юне и Буму преградил проводник – веснушчатый мальчишка не старше Макса.

– Вот билеты мы и потеряли! – Юна обрадовалась, что придумала такую хорошую отговорку.

Мальчик-проводник усмехнулся:

– Вот только не надо врать! Я заметил, как вы зашли в вагон. И никаких билетов у вас не было! – Юна застыла на месте. Тебе разве родители не говорили, что обман всегда раскроется и обернётся против тебя?

Все пассажиры посмотрели на Юну осуждающе. Даже самый младший из малышей. Щеки девочки стали красными, как флажок у проводника. Бум краснеть не умел, да и чего ему стыдиться – он тут по делу.

К счастью, поезд подъехал к станции «Глухомань», и Бум с Юной выпрыгнули из вагона.

Узенькая тропа с торчащими из земли валунами спускалась с платформы к старой части парка. След вёл Бума и Юну туда же.

Бум уже бывал в старом парке, где обитал Шнурок. Теперь они подходили к нему с другой стороны. Но лишний раз в старый парк совать нос не хотелось… Тем более сейчас, когда там стояла техника. Пахло бензином и железом. Ржавая железная ракета лежала на боку. Никого страшного в ней не было.

– Я тоже летал на ракете. Вместе с Белкой и Стрелкой. Чтобы им не страшно было в Космосе. Мы встретили летающую тарелку, и нас чуть не похитили инопланетяне. Но я так страшно завыл, что они приняли нас за космических волков и сбежали. Только люди про мой подвиг не сказали ни слова. Потому что это великая тайна! – сказал Бум.

Из-под сваленной горки вынырнул Шнурок.

– Вам тут что, мёдом намазано, – фыркнул хорёк и торопливо добавил, – как говорила моя бабушка!

– Мы гонимся за вором, который украл амулет, – сказал Бум.

– Без амулета Древнее Дерево упадёт. Всё разрушится! Может даже весь мир! – объяснила рассерженному зверьку Юна.

– Пока что вы стоите, а не гонитесь. А кто вор, спросите меня. Брат вот этой вот, – хорёк ткнул когтем в сторону Юны.

Юна с Бумом переглянулись и бросились на центральную площадку парка, к фонтану.

Макс уже начал беспокоиться о сестре. Всё чаще поднимал глаза от экрана и два раза послал сообщение не тому, кому хотел. Когда Юна оказалась рядом, он выдохнул с облегчением.

– Заявилась! А это кто с тобой? – он брезгливо посмотрел на Бума. Щенок почувствовал настроение человека и зарычал.

– Это Бум. Самая умная и героическая собака на свете. Хаски, между прочим. Порода!

– Какая порода? – фыркнул Макс и отодвинул Бума носком нового кроссовка на липучках. – Это бродячая собака. Грязная и блохастая. И заразная. Спорим, у неё какой-нибудь собачий грипп.

Не сказать, что Макс не любил собак. Скажем так – он их опасался. Даже маленьких.

Юна схватила брата за руку и посмотрела на него умоляюще:

– Всё наоборот! Этот щенок привёз сыворотку и спас детей на севере от дифтерии. Он девять лет ждал хозяина на железной дороге. Он летал в космос и спас Землю от инопланетян.

Макс расхохотался:

– Откуда у тебя эти сведения?

– Бум сам мне рассказал. Это я так назвала щенка. Я теперь понимаю язык зверей! Меня научила Мудрая Зэ.

– Ты бредишь! Температуру давно мерила? Все симптомы собачьего гриппа на лицо!

– Это ты больной, а не я! Отдай нам амулет Мудрой Зэ. Мы точно знаем, это ты его взял!

– Мрак! Кто тебе такого наплёл?

– Тебя хорёк видел. Ты же знаешь, что любой обман раскрывается!

Макс схватил сестру обеими руками и встряхнул. Бум чуть не укусил его за ногу. Но сдержался. Макс всё же её брат. Хоть и очень разозлившийся.

– Значит так, мелочь. Ты меня довела! Больше никаких хорьков, амулетов и немытых щенков из космоса. Ты на время смотрела? Домой пора. Мама устроит нам самоизоляцию на остаток каникул, если вовремя не явимся.

– Он мытый! Он, правда, в космосе побывал! – всхлипнула Юна. – Скажи ему! Бум!!!

Но Бум, поджав хвост, скрылся в кустах. Ему было стыдно, что он насочинял Юне про сыворотку, про железную дорогу, про то, что работал сыщиком и летал в космос. Из-за этого Юна поссорилась с братом. Из-за этого поиски амулета зашли в тупик. И след потерялся. Да и сам Бум тоже как будто потерялся.

Bepul matn qismi tugad.

Приключения в Кармашкино

Алексей Ситников

4,9

40 baho

taqriz

sitatalar

Parchani o`qish

73 598,82 s`om

Janrlar va teglar

Ajoyib sarguzashtlar

Ertaklar

Rasmli ertak kitoblari

Yosh cheklamasi:

16+

Litresda chiqarilgan sana:

30 mart 2022

Yozilgan sana:

2022

Hajm:

230 Sahifa

ISBN:

978-5-17-146273-4

Mualliflik huquqi egasi:

Издательство АСТ

Yuklab olish formati:

epub, fb2, fb3, ios.epub, mobi, pdf, txt, zip

Kitobni o'qish: «Приключения в Кармашкино»

* * *

Как и где всё началось, или Побег из сумки

История 1
Запасы, которые всегда внутри

История 2
Своё место

История 3
Научил? Передай другому!

История 4
Макс, Юна и всё наоборот

История 5
Напрасные обещания Бурун Буруныча

История 6
Бум возвращает долг

История 7
Что видит Мун

История 8
Карманов готовится к войне

История 9
Неслучайный выбор Юны

История 10
Здесь и сейчас

История 11
Бум берёт ложный след

Janrlar va teglar

Ushbu kitob bilan o'qiladi

O'xshash kitoblar

Muallifning boshqa kitoblari

Kitobni o'qish: «Приключения в Кармашкино»

* * *

Как и где всё началось, или Побег из сумки

История 1Запасы, которые всегда внутри

История 2Своё место

История 3Научил? Передай другому!

История 4Макс, Юна и всё наоборот

История 5Напрасные обещания Бурун Буруныча

История 6Бум возвращает долг

История 7Что видит Мун

История 8Карманов готовится к войне

История 9Неслучайный выбор Юны

История 10Здесь и сейчас

История 11Бум берёт ложный след

Janrlar va teglar

Ushbu kitob bilan o'qiladi

O'xshash kitoblar

Muallifning boshqa kitoblari

История 1
Запасы, которые всегда внутри

История 2
Своё место

История 3
Научил? Передай другому!

История 4
Макс, Юна и всё наоборот

История 5
Напрасные обещания Бурун Буруныча

История 6
Бум возвращает долг

История 7
Что видит Мун

История 8
Карманов готовится к войне

История 9
Неслучайный выбор Юны

История 10
Здесь и сейчас

История 11
Бум берёт ложный след