Kitobni o'qish: «Петля 19»
Любимой Матушке и всем женщинам посвящается
Предисловие
В данном произведении содержится личный опыт одного из нас с вами. Автор попытался в легкой и доступной форме изложить концепцию интересных моментов существования биологических организмов планеты Земля.
Эта книга не для всех, но для каждого – именно для тебя – и если ты её поймёшь, то твоя жизнь никогда уже не будет прежней, а твоя судьба наполнится удивительными метаморфозами. Автор не гарантирует этого, но постарался, чтобы такое произошло. Произведение больше мужское, поскольку автор мужчина, однако адресовано как мужчинам, так и женщинам. Самым лучшим вариантом будет, если вы прочтёте данное повествование вместе со своим любимым человеком. Найдётся, что обсудить. Поверьте на слово.
Содержание не касается вопросов религии, философии или идеологии, вернее, почти – куда же без вечных спутников нашего существования. В целом произведение написано на основе жизненных историй с применением многоуровневых аллегорий и вникнуть в него до конца можно лишь слушая своё сердце или внутренний голос. Попробуйте. Это не так сложно, как кажется.
А теперь, уважаемые друзья, попытайтесь отбросить стереотипы и представить, что вы, допустим, случайно познакомились с обычным человеком и тот решил вам рассказать о пережитых приключениях. Так сложилось, что у вас достаточно времени и его нечем занять. Постарайтесь выслушать незнакомца до самого конца. Отнеситесь, пожалуйста, снисходительно, не торопите и не перебивайте его. Возможно, он вас порадует. К тому же если вы не способны кого-то выслушать, то и вас слушать не станут, ибо, для того чтобы получить, необходимо отдать. Удачи.
Как выразить то, чему имени нет:
Где плещет огнём неродившийся Свет,
Где смерть неизбежна, но невозможна?
На миг прекратив свой неистовый бег,
Вселенную в сердце открой осторожно
– Ведь это дано лишь тебе, человек.
Предыстория
В этой главе некоторые части написаны от первого лица, а некоторые от третьего. Пусть данное обстоятельство вас не сбивает, везде одно и то же основное действующее лицо. Нижеописанные героические эпизоды представляют собой набор отдельных воспоминаний из жизни главного персонажа и по структуре отражают устройство человеческой памяти, которое из пройденного пути выделяет наиболее значимое или интересное. Пока что не ищите сюжетной линии, давайте просто познакомимся. Это вводная глава. Потерпите чуточку.
«Алёша домой!» – мама стояла на балконе и махала рукой, прямо сигнальщик, только флажков не хватает.
«Мама, конечно, у меня красивая. И папа тоже самый лучший», – так думает большинство детей, наверное. Кто защитит тебя от любых монстров, надаёт по заднице всем твоим врагам? Конечно – Папа! Ну, а у Мамы можно выпросить всё что угодно, особенно, если надавить на жалость или долго уговаривать.
Сегодня на повестке дня разбор поведения, моего, естественно. К маме в гости зашла соседка и обвиняет её сына в посягательстве на честь и достоинство своей любимой дочери. Как же мне не хочется в этом участвовать, но поздно. Все в сборе, прения начались.
– А Вы знаете, что Ваш сын вчера заплевал мою дочурочку жёваным печеньем и при этом даже не объяснил – зачем.
Все уставились на меня.
– Просто вступился за друга, – краснея и хлопая своими карими глазёнками, произнёс я. – Она первая начала обзываться, и мне пришлось так сделать.
Мама в текущей ситуации проявила свои шедевральные дипломатические способности и выступила с предложением, которое не оставило вариантов для дальнейшего идеологического наступления в мою сторону. Выглядело оно так:
– Что ж, берите печенье, приходите к нам и оплёвывайте моего сына, если вам это нужно.
Точка. Конечно, никто меня оплёвывать не стал.
* * *
Друг для меня было понятием на уровне – всё отдай и всё возьми. И поэтому настоящего друга я так и не нашёл. Встречались попутчики, сожители, соратники, приятели, друзья по интересам и более никого. С детства рвалось из груди что-то большое и сильное, но жизнь делала так, что это явление превращалось в боль и грусть-тоску, не понятную ни мне, ни другим.
В конце концов последовало множество выводов, а затем неутешительное внутреннее умозаключение: «Нет ни дружбы, ни любви». Точнее они есть, пока друзьям или любимым нечего делить или их интересы не сталкиваются лбами.
Но всё это будет чуть позже, а пока семилетний ребёнок учится бороться с волнами на море и смотрит на китов – как они вдали пускают свои фонтанчики из дыхательных отверстий.
Лёгкий шторм, но мы не привыкли отступать. Знаний пока мало, масса и того меньше, но бороться с накатывающей волной дело настоящего мужчины, как мне тогда казалось. Чёрные волны наступают на меня, я непоколебим. В следующий момент меня переворачивает вверх ногами и, словно водоросль, тело колыхается под водой. Страха нет, дышать уже не надо, просто смотрю на рыбок вокруг. Рай. Дальше меня кто-то вытаскивает из воды, какая-то третья сила, и я просыпаюсь на берегу, с полным впечатлением нереальности происходящего. Никакой научной и ненаучной фантастики – просто мама.
Раунд второй, он же последний. Прошло 10 минут. Теперь я сильнее и больше знаю, и ещё – я намного самоувереннее. Всё произошло гораздо быстрее, чем раньше, и совсем неинтересно. В очередной раз меня вытаскивают и хватит на этом.
* * *
Наш герой с рождения получил натуру чувствительную. Так и не научившись плавать проживая рядом с морем, маленький Алёша хорошо научился врать. Причём не важно, надо это или нет. Ложь ведь искусство. А искусство требует жертв, только чужих, разумеется.
Главное, находиться на чужой территории или в кругу людей, которые тебя не знают, во всяком случае – близко. Данное правило, как оказалось, совсем не обязательно.
Все дети врут, фантазия рвётся наружу. С малолетства, имея склонности к метафизике, Алёша читал фантастику и сказки, пытаясь найти в книгах отголосок того, что болело, а иногда жгло огнём изнутри; пробовал писать рассказы, но получалось коряво. До формирования стиля личности ещё далеко, а возможно, и нечего было сказать тогда.
Более всего юному сказочнику нравилось убеждать своих товарищей, что он инопланетянин. Это было нетрудно, потому как существовала некая внутренняя уверенность в своей непохожести на человеческий род. Таких эпизодов насчитывалось два, и ребёнок ими очень гордился. Первой жертвой стал родной дядя, который, к слову сказать, был всего на год старше. Второй жертвой был товарищ, который благодаря Алёше угодил в комичную ситуацию. Дело в том, что данный товарищ являлся шахматистом, а наш герой просто владел чувством композиции или стратегическим мышлением, вследствие чего поставил своей жертве детский мат, чем поверг зрителей в восторг. Свидетелей вышеописанной дуэли было немало, уважение обеспечено. Естественно, после такого конфуза новоиспечённый друг поверил во всё, что Алёша ему наплёл. И даже отказался от приглашения посетить Алёшкину родную планету, что явилось показателем наивысшего доверия и серьёзности восприятия. Какой ребёнок откажется от возможности проверить выдумщика?
Много позже, вконец осознав губительную мощь вереницы лжи, Алексей будет стараться всегда делать то, что говорит, и постарается не давать обещаний, которые не способен выполнить.
* * *
«Филипп Ауреол Теофрастус Бомбастус фон Гогенхейм1», – произнёс нараспев 16-летний Алексей.
Вера смотрела на мальчика восхищёнными глазами. Много ли надо деревенской девчонке, чтобы голова пошла кругом?
«Расскажи ещё что-нибудь».
Рядом сидела подруга; она, в отличие от Веры, была городской и образованной девушкой, но, как и Вера, не имела понятия ни о чём, что касается оккультизма и метафизики. Точнее о том, что касалось многогранного фантастического внутреннего мира Алёши, который наполнялся подобно сухой губке, брошенной в воду. Питательной средой служила литература по оккультизму, собственные видения, а может, и воображение. Не обходил подросток стороной и бульварную прессу, которая иначе действует на неокрепший и не закостеневший с возрастом разум. О если бы в его время был интернет, но история против сослагательных наклонений.
Тем временем Алексей выдал следующий перл: «Гигроцефал ложнозрячий псевдоматериальный2».
Далее последовал рассказ о его, гигроцефальной, сложной натуре, охоте за людьми и страшных жертвах среди мирного населения. Представьте, что творилось в голове у девушек от таких фактов, выложенных в ночное время под вой деревенских собак. Не говоря уже о ночных походах на местное кладбище, где, по странному стечению обстоятельств, происходили непонятные события, которые Лёша легко и без зазрения совести мог объяснить вмешательством сущностей в наш непредсказуемый и наполненный опасностями мир. Впрочем, возможно, так и было. То откуда ни возьмись появлялась собака, а потом исчезала, то калитка сама собой закрывалась перед изумлёнными детьми, не давая войти в могильник. И если собака в деревне дело обычное, то калитки сами в безветренную погоду не могут двигаться. С этим были согласны все очевидцы.
* * *
Летом ночной деревенский воздух, наполненный густым и вкусным ароматом окружающих трав и деревьев, не похож ни на что. Кто бывал, тот поймёт. Молодому человеку, и без того пьяному от своих фантазий, воздух добавлял эмоций. Можно заняться и разгоном облаков с утра, и поговорить с духами, которые буквально окружают всех нас. Так я думал тогда.
В один прекрасный поздний вечерок, до лёгкого морозца на коже зашуганный своими собственными рассказками, вдоволь нацеловавшись и наобнимавшись, я отправился до дома тихими деревенскими улочками. Программа на вечер была практически выполнена. Но чего-то не хватает. Придя домой глубокой уже ночью, я почувствовал – сейчас что-то начнётся.
Заснуть не получилось. Смотрю в потолок спокойно, изучаю узоры из потрескавшейся штукатурки.
В дальнейшем произошло то, что я не мог объяснить ещё долгое время и забыть соответственно тоже – на меня с потолка смотрело ОКО. Сейчас подробности уже стёрлись из памяти, но ОКО было не человеческое, а просто чёрная дыра. Эта дыра в форме глаза смотрела прямо на меня из какого-то треугольника, не моргая. Закалённый разнообразной дьявольщиной, я, нисколько не сомневаясь, попытался внутренне обратиться к объекту с примерно следующим предложением: «Давай сотрудничать, я полностью готов с тобой объединиться», – на отроческом языке призыв звучал несколько иначе и более эмоционально, но смысл вкладывался именно такой.
Текущая ночь стала одной из самых тяжелых ночей в моей жизни: борьба шла внутри различных планов сознания за господство над личностью, а понимание пришло много позже. Я и спал, и не спал, одновременно, лежал в поту и горячке, несусветная тяжесть сковала всё тело.
Рассвет застал молодой организм в состоянии: «после смены на шахте». Пели птички, солнышко вышло и поднялось над горизонтом, безвозмездно наполняя всё вокруг жизнью и силой. Домашние ещё спали, но бабушка уже суетилась на кухне. Не заметив никаких изменений внутри, я умылся, поел и пошёл бродить по деревне. Скучно, все товарищи ещё дрыхнут. Внезапно решив проверить, «а вдруг?», я внутренне обратился к кому-то с вопросом: «Ты здесь?» – «Конечно». – «Мы будем общаться?» – «Через 2 года ты сам не захочешь со мной общаться».
Для меня всё тогда было легко и просто и воспринималось как должное. Хотя на самом деле я не верил ничему до конца. Данное обстоятельство, наверное, и спасало. Именно чувство несерьезности или иллюзорности событий не давало полностью погрузиться в приключения, и последствия не обрушились на детскую голову.
* * *
Теперь автор предлагает ненадолго погрузиться в мир братьев наших меньших. У Алёши с детства было крайне трепетное отношение к различного рода зверькам. Он их любил, и они его, скорее всего.
– Алёша, ты что делаешь? – бабушка в недоумении уставилась на внука, который кидал нечто в унитаз, а затем смывал.
– Я рыбок выпускаю, в банке им тесно.
Таким образом, доброе дело было почти завершено, оставалось всего несколько экземпляров, им не повезло. Оставшимся рыбкам пришлось заканчивать свою жизнь в тесной банке, а затем в аквариуме.
С котами у Алёши состоялись особые отношения. Это случилось после того, как однажды подросток увидел кошака, висящего привязанным за хвост, на высоте семи этажей девятиэтажного дома. Нет, юный натуралист не стал подражать малолетним садистам. Его игры с котами носили исключительно мирный характер. Ведь Алёша всего-навсего расстреливал их из воздушного детского ружья большими пенопластовыми шариками, а потом всегда жалел и гладил.
Были и другие. Самые неживучие, конечно, хомяки. Один просто решил прыгнуть с балкона, видимо, перспективы его не впечатлили. Второй залез в диван, выгрыз на лучшем мамином платье всю область живота и умер счастливым, от нафталина.
И, бесспорно, попугайчики, данные крылатые друзья были, наверное, у каждого. Им не везло больше всех. Как-то раз один из пернатых не успел выйти из клетки и опускающаяся задвижка слегка прищемила ему голову, что-то слегка хрустнуло.
«Ну почему они такие хрупкие?» – подумал Алексей. И поскольку действие было ненамеренным, попугайчик со свёрнутой шеей очень быстро отправился в забытьё.
Следующая птица умерла от тоски.
Итак, в новогоднюю ночь Алексей сотоварищи решили закрыть попугая в пустой комнате, свет соответственно погасили. И всё… Утром он, не подумайте, не Алёша, был обнаружен лежащим вверх лапами в своей клетке.
«Все веселятся, едят, а меня не позвали, – размышлял попугай. – Здравствуй, жопа – Новый Год. Вот вы придёте завтра, а я мёртвый». Как тут лапы на себя не наложить? Автор думает, именно так дело и было.
Последний попугай решал конфликт интересов с котом, надо же так просчитаться. Он тупо пикировал на хищника сверху и пытался, наверное, заклевать того неожиданно. Другого объяснения нет. Первый раз удалось спасти поклонника легендарного лётчика Гастелло3, вынув его из пасти предполагаемой жертвы попугайской атаки. Второй раз Алексей просто ничего не стал предпринимать, и кот со своей добычей отправился в угол кухни праздновать уничтожение лишнего квартиранта, которого ещё и предполагалось съесть немедленно. Если вы думаете, что на этом и закончилось, не тут-то было. В гости пришла родня и, поняв, чего там делает кот в углу, потребовала прекратить такое варварство. Алексей хоть и был не согласен с мнением оппозиции, но под угрозой санкций, вступил в противостояние с котом.
Кот: вес 6 кг, возраст 4 года, ноль поражений.
Алексей: вес 63 кг, возраст 17 лет, на тот момент тоже ноль поражений.
Зная подлую натуру своего кота, Алексей надел «дубовые» старые кожаные перчатки. Какая наглость, кот-то без спецсредств.
Пусть же начнётся битва.
Кот инстинктивно понял, что у него хотят отнять добытое в честной охоте, и угрожающе заревел. Последовал град ударов лапами на наступающего противника. Удары были такой силы, что рядом стоящий таз с бельем перевернулся вверх тормашками. В итоге Алексею удалось вытащить из жерла хищника аж целый хвост с парой лапок, вернее, то, что от них осталось.
«Был бы я покрупнее, твои лапки с хвостиком потом у меня бы отнимали. Но я бы ни за что не отдал», – так подумал несправедливо униженный и до глубины души оскорблённый хищник, глядя из угла кухни на своего единственного уважаемого противника.
* * *
Ольга смеялась, словно заводная игрушка, иногда чуть затихая. Потом следовала новая порция «в мире животных» и веселье разгоралось по новой. Мы ехали поездом в Саратов проповедовать евангелие, я стал миссионером. Протестантизм – часть христианского мира, наиболее чистая его часть, опять же, так мне казалось тогда.
В 18 лет, спустя 2 года, как мне и было предсказано неким существом, я покаялся в грехах перед Богом и Господом Иисусом Христом и, став воином света, отринув нечистое и всё, что меня связывало с оккультизмом, а также прочей низменной и дегенеративной силой, двинулся вперёд. Вверх и вверх – к Свету! Ура!
Но было одно большое НО: я был неверующим. То есть, безусловно, я чувствовал радость, сиял от счастья, но сознание не укреплялось в вере во всё то, что написано в умных святых книгах. Вроде всё грамотно: читаю и внутри есть преображение и отклик из глубины меня самого.
Человеческой натуре этого мало, у неё есть разум, который поражает все области твоего сознания подобно вирусу. Червь сомнения окопался внутри разума и, объединившись с ним, съедал прекрасные, вдохновляющие вибрации. Ты пытаешься принять Слово на веру, а разум комментирует: «А кто это может подтвердить? А ты сам-то видел? А то, что ты видел, можно потрогать?» Разум не даёт дышать, двигаться, жить полной жизнью. Вернее, оберегает тебя от жизни, закупоривает в мирке, где всё или почти всё можно объяснить. Да и очевидные доказательства, как выяснилось, трактовались разумом как погрешность или совпадение. Магический круг, наследство моих оккультных экспериментов, нарисованный лично на полу в коридоре квартиры, который я безуспешно пытался стереть, исчез сам по себе.
«Не придавай значения, рано или поздно всё стирается», – твердил разум.
Божественная Сила наконец взяла верх, а голос разума всё чаще и чаще стихал. Я не понимал тогда, что и разум может помогать, его нельзя задвинуть в угол, как старые ненужные тапки, ему тоже надо развиваться.
«Я буду мстить тебе», – именно так говорил разум, но его уже никто не слышал. Червь уполз куда-то глубоко, свернулся в клубок и затих. Не обременённый этими глупыми заботами, я жил сегодняшним днём и меня всё устраивало.
* * *
Плотный парень в военной форме подошёл к воспитуемому и спросил:
– Тебе нужно что-нибудь? Ты на себя не похож.
– Я есть хочу, – сообщил сержанту Алексей.
Младший сержант Шумилов куда-то сходил и принёс бутерброд с двумя кусками копчёной колбасы. Алексей поблагодарил благодетеля и, с аппетитом, которого не сможет понять простой смертный, съел эту пищу.
Полностью вникнуть в ситуацию может лишь тот, кто в девяностые годы оказался в части строительных войск, да ещё и на курсе молодого бойца4. В части царила махровая дедовщина с большой буквы, а человек на КМБ не считался даже «духом», так сказать, младшим членом иерархии непобедимой Российской Армии.
Молодого бойца называли «запах». Все твои права заключались в том, что ты имеешь полное право выполнять любые приказы, а также намёки старшего по званию, то есть любого военного с чем-то на погонах. Обязанности от прав качественно не отличались.
Алексей ещё в военкомате объявил, что присягу принимать не будет и оружие в руки не возьмёт. Это подразумевало неотправку в дальние дали и сохранение связи с домом. Приговор – В СТРОЙБАТ.
– Так-так, – теперь уже приговаривал начштаба. – Присягу придётся принять, Миронов.
– Вы же знаете, что это невозможно, – не ломался боец.
– Тогда мы тебя на свинарник отправим, будешь свиньям хвосты крутить. На весь срок службы, ты понимаешь?
Алексею было безразлично; у него после нескольких дней пребывания в части появился неординарный авторитет. Всё начала Библия, которая, с разрешения сержанта, поселилась у Алексея в прикроватной тумбочке. Интерес возник практически у всех молодых бойцов, причём интерес чисто человеческий, а не религиозный. Молодой боец Миронов часто улыбался, не сквернословил, не курил, НЕ ВРАЛ, не обсуждал личные подвиги на любовном фронте, да и полных побед на тот момент, справедливости ради заметим, у него не было. Хотя опять же, ради справедливости надо отметить – возможности были.
Дни на КМБ летят быстро, организм перерабатывал пищу так тщательно, что за несколько дней Алексей так и не справил большую нужду, было просто нечем. Да ещё и зима: холодно.
В столовой из деликатесов подавали на завтрак перловку, на обед щи из капусты, причём в щах ловить, кроме мороженой капусты, собственно, нечего. И, конечно, на ужин картошка, типа пюре с водой и рыбий хвостик. Где они столько хвостиков нашли, история умалчивает. Был и хлеб с маслом, и куриные яйца по выходным, положено всё-таки, без них солдат на ровном месте падать начнёт.
Продолжительность приёма пищи зависела от настроения или личных переживаний сержантского состава, доходя до смешного. Не везло всегда последнему. За две недели КМБ самый маленький и тощий боец становился ещё меньше; стоило тому отойти от раздаточной пищевой точки, как звучал львиный рык сержанта: «Заканчиваем приём пищи!!!»
Калории летели с бешеной скоростью.
Кто ты, читатель? Жаворонок? А может, сова?
Совам в армии не место. Совы в армии – вне закона. Сержант – мастер по приготовлению рагу из совы, а также других животных, не похожих на жаворонка.
Утром в шесть – подъём. Кровать заправляется по правилам тупой армейской логики, которая гласит: «Всё должно быть либо прямо, либо перпендикулярно». После того как постель и подушка, соответственно, на кровати становятся похожими на правильные прямоугольные фигуры, форма одежды: нательное бельё, штаны от гимнастёрки, сапоги… и на зарядку, в -20 или холоднее. Сержанту наплевать, он тепло одет. Задача командира – сделать из молодого бойца солдата, который будет убивать противника голыми руками. Настоящая злость вырабатывается именно в армии: отжимания до изнеможения на льду на голых руках (рукавицы с перчатками ведь для девочек) и так далее.
В режиме дня личное время не предусмотрено: «зачем молодому личное время?». Строевая подготовка, политзанятия, уборка и мытьё всего, что можно убирать и мыть, и прочее, и прочее. Всё это сопровождается словесной стимуляцией в нецензурной форме и унижением человеческого достоинства, вернее, того, что от него осталось. «Терпи, скоро и ты так сможешь», – настоящее зло воспитывает своих потомков.
Ах, да, случались моменты, которые оценивались Алексеем, как моменты счастья – чистка бляхи на ремне. Если бляха не блестит, сержант приказывает снять ремень, и грязнуля получает своей бляхой прямо в лоб. На память несколько дней на лбу пылает красная звезда. По этой причине иногда можно, точнее не «можно», «можно Машку за ляжку», «можно за х… подержаться». А в армии – «разрешается» заниматься улучшением внешнего вида, куда входит чистка сапог, бляхи, а также каждодневное пришивание подворотничков, которые у солдата, грязного и потного от нагрузок, всегда должны быть белыми. Ну, и наконец, в 22:00 отбой. Закрыл глаза. Вроде только закрыл.
«РОТА, ПОДЪЁМ!!!»
Не может быть такого? Может. Уже 6 утра. Бойцу Миронову повезло попасть в славянскую часть. А ведь были и другие, в которых некогда молодой здоровый человек вскоре мог превратиться в инвалида, если не удавалось сбежать.
Занятия по боевой подготовке в стройбате ограничивались теорией в учебном классе, где основная задача для бойца – не уснуть или хотя бы спать с открытыми глазами. Уверяю, такое возможно. Иногда удавалось повеселиться. В роли клоунов выступали добровольцы из обучающегося взвода, ну а главный режиссёр, он же учитель, естественно, один из сержантов.
Начиналось с того, что у кого-то из курсантов возникала необходимость срочно выйти по нужде. Возвернувшемуся с моциона, довольному и облегченному молодому бойцу не всегда удавалось сразу включать армейские привычки.
Первый акт постановки. Открывается дверь.
– Товарищ сержант, можно?
– Иди облегчись.
– Так я уже всё.
– Сходи ещё раз.
Через минуту все проснулись, ждут продолжения.
Второй акт, или третий, поскольку содержание второго иногда в точности копировало первый.
– Товарищ сержант, можно?
– Можно за х… подержаться.
– Ой, разрешите.
– Разрешаю, подержись.
Все смеются. Занавес.
* * *
Полная победа бесправной личности над диктаторской властью настала после эпизода с участием уже известных нам героев.
– Ты не мог бы помолиться за меня? – Шумилов смотрел на подчинённого со смущением. – Дело в том, что у меня отпуск скоро, а вчера из второй роты сбежал боец. Нас теперь посылают его искать, и, если мы его не поймаем, я никуда не поеду.
Алексей подошёл к сержанту и положил руку на братское плечо:
– Закрой глаза.
Они оба стояли с закрытыми глазами около минуты, пока Алексей обращался к Богу. Затем сержант ушёл, Алексей остался.
Следующее утро ничем не отличалось от прошлого, разнообразие первейший враг вооружённых сил. Шумилов появился после обеда, Алексея вызвали с занятий.
«Мы взяли его, сразу в тот же вечер взяли», – сообщил довольный сержант.
Подробности мы опустим, но с того момента у Алексея началась немного другая жизнь. Это был не единственный удивительный случай.
Про армейскую жизнь легко можно написать целый роман, но мы не станем углубляться, дабы не утомлять тебя, дорогой читатель. В отличие от армии, позиция разнообразия у Алексея, в результате, станет ключевой. Итак, подведем итоги.
Далее на службе у отечества случались дни горя, психушка, проповеди повсеместно и в любых условиях, а также под страхом быть заколотым наркотиками и серой. Спустя полгода Алексей уже вернулся домой, помотало его по стране – присягу влепили задним числом, чтобы убрать нестандартного бойца из домашней части. Очень был неудобен этот солдат, говорил в лицо то, что думал, и не шёл на компромисс. Достаточно упомянуть, что из-за его тяги к свободе личности в домашней части сняли с должности заместителя командира части.
* * *
– Дверь открывай, – я постучал ногой и подёргал никелированную ручку двери кабины машиниста.
– Чего надо?
Из-за стекла на меня встревожено таращился машинист электропоезда питерской подземки. Он сидел в кресле, полуразвалившись, витая в своих мыслях. Чем ещё заняться машинисту? До обеда – ждать обеда; после обеда – вялая борьба со сном и ожидание конца смены. Время тянется всё медленнее, медленнее – в геометрической прогрессии относительно точки освобождения. Монотонная работа, конвейер, одним словом. Люди в метро героические и я – один из них.
Но у меня несколько иначе. Сначала, конечно, тоже было скучно, развлечений никаких. Да и какие развлечения, работа серьёзная. Ты в ответе за всех, кого тащит в себе твоя голубая гусеница по своим подземным норам. А дрова, ой, нет, бараны, ой, опять не то… Как же их? Ах, да, пассажиры! Они забивают вагоны довольно плотно, а их количество достигает целой тысячи, извиняюсь, голов на один состав. На некоторых линиях количество голов достигает тысячи двухсот.
На моей линии полная автоматика: поезд сам разгоняется, сам тормозит, сам двери открывает. Зачем машинист? Чтобы всё работало, конечно же. Хотя в Европе подавно сотни поездов без оперативного человеческого контроля бегают. И мы к тому придём, а пока я читаю книги, развалившись в кресле машиниста. Вперёд смотреть необязательно, там нет ничего интересного. За несколько лет постоянного движения туда-сюда успеваешь изучить всё внутреннее убранство «трубы», так ласково называют тоннель, а также каждый поворот или уклон.
Совсем забыл, мне ещё один раз надо на кнопку нажать после комментария: «Осторожно! Двери закрываются». Таким образом можно реализовать чувство превосходства над стальной машиной: «А не нажму, двери не закроются, и ты, колымага, никуда не поедешь». Машинист самый ленивый высокооплачиваемый субъект. Существовали и исключения в нашей среде, но я считал это патологией тех, кому кроме работы заняться нечем.
«Вы одной ногой в тюйме», – картавил, пытаясь запугать кадетов, заместитель начальника метрополитена, когда в торжественной обстановке нашему выпуску вручались «права управления».
«Через три-четыре года у вас вместо лёгких будет маленький металлический каркасик», – вторил ему бывший начальник метрополитена. Вся таблица Менделеева в подземном воздухе как-никак.
«Машинисты на пенсии обычно больше пяти лет не живут», – радовал своих подопечных заместитель начальника депо.
Почти всё так, и я в этом лично и очень скоро убедился. После рабочей смены из носа можно высморкать достаточно чёрных соплей, чтобы уразуметь правоту жизнеутверждающих напутствий. В моём выпуске также «повезло» некоторым испытать чувство, когда ты понимаешь, что сейчас переедешь человека. Состав мгновенно остановить невозможно, посему ты вынужден просто смотреть и чувствовать перемалываемое твоей машиной тело. Но хватит о грустном.
– Маугли, дверь открой, – я улыбнулся.
Мой тезка, Алексей, поднялся с кресла и открыл дверь в кабину голубого экспресса. Устроившись на боковой сидушке, которых в кабине машиниста аж две, я некоторое время молча сидел и смотрел на пульт.
– Чего залип?5
– Да так, не важно, устал просто.
Гусеница затворила боковые пазухи и плавно устремилась в трубу.
Это была не моя линия, просто не захотел ехать в общем салоне. В то время негласный кодекс машиниста ещё позволял ломиться в кабину везде, где есть рельсы, и под землёй, и на земле. Да и знал я уже многих лично.
– Ты Мишку Томилина помнишь? – спросил Маугли.
– Маленький такой, ещё газовый пистолет под американский кольт носил?
– Да-да. Он.
– Помню, конечно, он комплексовал всё время из-за роста, но, блин, с пистолетом 45 калибра в руке веселил просто всех. Непонятно, Мишка с пистолетом или пистолет с большим прикладом. Его Маузером и прозвали потом.
– Так вот, слушай.
Здесь стоит сделать небольшое отступление. Сейчас по подземке бегает много типов вагонов. Тогда их было два: синенькие с белой полосой и двухцветные (старые). Так вот у старых вагонов существует одна особенность – в каждом вагоне расположена кабина машиниста. И, соответственно, если в каждом вагоне есть проход посередине, чтобы из вагона в вагон переходить, то на старых вагонах дверь находится посередине кабины и смотрит по ходу поезда вперёд.
Откроем её. Прямо под ней находится автосцепное устройство или автосцепка. Вагоны соединяются друг с другом при помощи автосцепки, и она торчит вперёд, как известный всем нам орган. Потерпите немного, сейчас всё начнётся.
Я приготовился слушать. Туфту всякую машинисты редко гонят, все истории подлинные.
Маузер работал тогда на… линии. Машинисты в Питере ездили уже давно в одиночестве, не как в Москве, с помощником. Подошло время обеда, но на станции наш герой подменного машиниста не обнаружил. Ждать долго нельзя, полминуты и – доклад диспетчеру с причиной задержки отправления – выполняем график движения поездов. Не беда, такое случается, есть киловаттная печка под боком, греем пищу. Маузер был опытным, прожжённым профессионалом: поел, попил самостоятельно – на паровозе6. От начальной до конечной станции текущего маршрута – 45 минут. Маузер где-то посередине.
Приближался шторм. Сперва он слегка погладил машиниста по худенькому животику, затем начал спускаться все ниже и ниже, а ниже-то и некуда. Что делать? Маузер понял: необходимы срочные действия или он просто наложит в штаны – «личинка» уже пытается вылезти, а удерживать напряжение нет больше никаких физических сил. Эврика!!! Маузер нашёл выход – так поступают все машинисты в данной ситуации, когда паровоз временно стоит под землей где-то в тупике, а тебе лень идти на станцию в туалет.
Комментарий
Нижеследующую часть автор решил написать во избежание недоразумений и негативных реакций, типа «Во наплёл! Так не бывает! Бред!», и им подобных. Просто прочитайте эту часть, а потом решите, идти с автором дальше до самого конца или закрыть данную книгу и выкинуть мировую концепцию из головы.
Дело в том, что всё, что ты, дорогой друг, когда-либо видел, слышал, о чём ты думал, что чувствовал, все великие открытия, прорывы в науке и технике, самые невероятные фантазии, а также всё, что ты можешь и никогда не сможешь себе представить, уже существовало до тебя. И что-либо добавить к тому, что уже есть, ты не способен в принципе.
ПОЧЕМУ?
Ответ прост, как всё гениальное, и лежит, отдыхает на поверхности, терпеливо ждёт, когда же ты обратишь на него своё самоуверенное скучающее, пресыщенное жизнью внимание.
Если бы ты мог сам сотворить хоть что-нибудь, любую мысль, эмоцию или пылинку космического ветра, ты был бы Творцом; ты смог бы сотворить любую Вселенную, создать альтернативную материю, переписать любые законы.
До сих пор не понимаешь? Обязательно поймёшь позже, возможно, не в этой жизни, не имеет значения – просто расслабься и получай удовольствие от всего, от чего способен его получить.
Тем временем в голове думающего человека уже начинает назревать противоречие, и автор чувствует это. Вот я представляю: «Комар летит в космос. Концепция такова, что он обязан уже быть там, если я могу это представить. Но разве он может лететь в космос?»
Конечно!!! В определённом смысле, он там давно уже летает. Человеческая структура обустроена так, что не позволяет видеть дальше собственного носа. Творец таким образом защищает неокрепшие умы от неминуемой перегрузки. Иначе – «кукушка» не выдержит.
Автор не претендует на то, что его труд отнесут к научно-популярной литературе. Можно загрузить твою голову, дорогой друг, медицинскими, физическими и прочими терминами и определениями, разбавляя утомительной нудной философией. Но кто тогда станет читать?
Этот труд для старта. Может, твоего???
Мы забыли про комара. Вдруг задохнётся?
Теперь представь бесконечность. Это шутка! Бесконечность и вечность в тебя не влезут. Соответственно, любой промежуток времени, который ты можешь себе представить, абсолютно закономерно стремится к нулю относительно бесконечности. Может и вовсе исчезнуть. Что-то там будет махать нам ручкой, но недолго.
Теперь представь, сколько эволюционных цепочек и биосистем постепенно переродились одна в другую, сколько прекрасных и удивительных миров было уничтожено и создано заново, сколько видов, вариантов и типов разнообразных материй и антиматерий вместе с энергиями утекли в нулевую точку. Опять шутка! В тебя не влезет никакая, даже самая малая часть из того, что произошло в бытии, не говоря о небытии. Ибо самая малая часть стремится к бесконечности, которая, если ты помнишь, в тебя не помещается.
«Что было, то и будет, и нет ничего нового под солнцем», – слова мудрого царя Соломона9. Хочется добавить: «И не только под солнцем».
Ну так что? Полетит комар в космос?
Немного концентрации, и обязательно получится. Ты и сам можешь его туда отправить. Прямо в эту секунду. Есть лишь одно НО, необходимо соблюсти простое условие. Какое? Ответ лежит на поверхности и ждёт, когда его увидят.
Подсказка есть в Библии и Коране. Христос очень популярно объясняет. Автор ему не конкурент, но и этот труд содержит подсказку. Читай повнимательнее. Да, и заметь, условие простое, а не легко выполнимое.
Для затравочки: все возможные комбинации любых умозаключений и мыслеобразов, диаметрально противоположные по смыслу; взаимоисключающие друг друга разнообразные миры и системы во всех временных промежутках и прочее, и прочее – гармонично сосуществуют в текущий момент.
КАК??? Не позволяй глазам вылезти из орбит, пригодятся.
Просто попробуй представить бесконечность…
Совсем чуть-чуть осталось. Все персонажи и события, описанные в данной истории, закономерно оживают. Некоторые образы являются собирательными, иные вполне конкретные, живы и здравствуют до сих пор. Что касается духовных аспектов, всё происходило именно так или почти так. Автор вынужденно придал некоторым событиям более яркую окраску, некоторые поменял местами и облачил в литературную форму согласно поставленным задачам. Иначе, стоит повторить, кто станет читать? Это походило бы на диалог глухого с немым.
Автор также просит запомнить или записать читателя на отдельном листке – ЧЕЛОВЕК НИЧЕГО НЕ СПОСОБЕН ВЫДУМАТЬ. Если тебе покажется, что прочитанное не могло быть на самом деле, вспомни или прочитай эту фразу. Выше написанный постулат также касается всего, что тебе, дорогой друг, покажется невозможным в твоей повседневной жизни.
Цель данной книги – не забить твою голову очередным материалом – здесь описан реальный сценарий, касающийся лично автора. Можно наполнить свою жизнь разнообразными и интересными, а главное – значимыми событиями. К концу повествования, дорогой друг, если прочтёшь его внимательно и с открытым сердцем, всё сложится, а твоя дорожка, совершив полный виток, замкнётся в сознании, образовав петлю. Автор не гарантирует это, но постарается, чтобы так случилось.
Наконец, хочется завершить комментарий словами из бессмертного А. С. Пушкина:
О сколько нам открытий чудных
Готовят просвещенья дух,
И опыт, сын ошибок трудных,
И гений, парадоксов друг,
И случай, бог изобретатель
Вы, наверное, слегка утомились. Всем покидающим наш весёлый поезд желаю благоденствия!
К решившим же отправиться с автором до конца просьба проследовать в зрительный зал. Пьеса может содержать для тебя неудобоваримые куски, которые разум не сможет принять. Не переживай, это не имеет значения. Разум ограничен и просто выплюнет невкусное, сознание же вынесет из истории то, что ему потребно в данный момент. Можешь относиться к описанному ниже, как к обычной сказке. Если же тебе покажется, что когда-то с тобой было что-нибудь подобное, автор улыбнётся тебе и ответит: «Конечно, было и будет, и не один раз, как и ещё множество других, самых невероятных историй, которые ты можешь и никогда не сможешь себе представить, дорогой ребёнок».
Незаметно прозвенел третий звонок, свет неторопливо погас, а занавес потихоньку ползёт вверх. Смотри и слушай мой рассказ.
1
Итак, с момента окончания предыстории прошло более трёх лет. Почти четыре.
«Ха-ха-ха-ха…. Серёга, Серёга в штаны навалил!»
Серёга стоял и мигал отсутствующими глазами. Из его недр продолжали рваться звуки утробной музыки. Штаны неестественно, предательски оттянулись вниз и превратили хозяина в моднявого рэппера. «Благоухание» разило так, что, казалось, рядом чистят общественный сортир. Товарищи ржали и не заметили, как предполагаемая жертва рванула бегом со своего места, да им было сейчас и не до неё.
Бежалось легко, тело двигалось большими скачками, возможно, летело иногда даже более, чем отталкивалось от земли. «Вот это да!» – так можно вкратце передать долю эмоций, зарождающихся внутри свободного человека. Или не зарождающихся уже. Как знать как знать.
Алексей не смотрел под ноги, не было необходимости, его взгляд вообще никуда не был обращен в привычном смысле этого слова. Наверное, находился ближе к небосводу, за вершинами раскидистых тополей. Помни, кадет: «СОСТАВ МГНОВЕННО ОСТАНОВИТЬ НЕВОЗМОЖНО». Локомотив Алексей на всех парах мчался вперёд. Что же будет? Что же? За мгновение до столкновения взгляд вернулся в привычное положение. Поздно.
«Ой!»
Едва заметный толчок в плечо и по касательной, немного задев левую ногу, заставил остановиться. Тёмный волосатый клубок отлетел в кусты. Алексей немного постоял и прислушался. В кустах что-то копошилось, оттуда доносилось прерывистое дыхание.
«Надо быть повнимательнее», – наш марафонец крадучись подошёл к источнику звука и слегка раздвинул ветки кустов.
– Извините, я Вас не заметил, темно, – он лукавил, не мог же он сказать, что просто в этот момент тело само двигалось.
– Где темно? В глазах? – спросил клубок.
– Помощь нужна? – не хотелось терять время на пустые объяснения.
– Сама справлюсь.
Клубок попытался подняться, и Алексей услышал что-то похожее на лёгкое ругательство в свой адрес. Пострадавший никак не мог встать на две ноги; пришлось подойти и, мягко взяв за руку, приподнять жертву несчастного случая.
– Мне кажется, у Вас что-то с ногой, – попытался выяснить Алексей; он должен был убедиться, что девушка, ведь клубок оказался особой женского пола, сможет передвигаться самостоятельно.
Девица оказалась довольно рослой, не заметить её трудно, к тому же со стервозным характером, ибо, поднявшись, мгновенно, с какой-то ярко выраженной брезгливостью, отстранилась от своей опоры. Словно в собачью какашку вляпалась. Навязываться Алексей не стал, все взрослые, просто наблюдал, как девушка-клубок поскакала на одной ножке к ближайшей скамейке.
Виновник столкновения не уходил, сам не понимая, чего ждёт. Старые модели поведения не изжили своё. Или ещё что-то. Тем временем последовал звонок группе поддержки, по всей видимости, находившейся неподалёку от потерпевшей. Вскоре появился и эскорт для дамы.
* * *
«Теперь можно, наконец, дойти до магазина», – Алексей трусцой побежал в сторону ближайшего гипермаркета.
Затарившись так, чтобы хватило минимум на год, наш герой с рюкзаком и авоськами в обеих руках двинулся в сторону своего жилища. Потешно было наблюдать со стороны, как, невысокого роста, худощавый волосатый мужичок прёт на себе груз примерно такого же объёма. Как у него ноги не подламываются? Удивительно.
Дойдя до дома и поднявшись пешком на последний 12 этаж, Алексей остановился перед железной дверью своей новой квартиры. Нет, он не устал. В теле чувствовалась невероятная лёгкость. Подобную он испытывал во время своих шаманских экспериментов в прошлой жизни. Как же давно это было. Только теперь всё быстрее, сильнее, веселее.
Зайдя в квартиру, Алексей принялся распихивать по полкам и шкафам только что закупленные в магазине орехи, макароны, крупу, сухофрукты, сушеные овощи и всё, что, так или иначе, растёт на нашей матушке-земле. Закончив с необходимым ритуалом, Алексей разделся донага и лёг на деревянную кровать, на голых досках которой был постелен войлочный тощий матрасик. Зато одеяло было шикарным пуховым полноразмерным шедевром текстильной промышленности, в него не напрягаясь можно было укутать двоих человек.
Ориентация головой – строго на восток – внутренний компас надёжнее любого GPS, под шею тонкий мягкий валик. Одеяло облегает тело и закрывает до подбородка. Небольшой отрезок времени уходит на подготовку дыхания и сердечного ритма. Отсчёт начался.
КЛЮЧ НА СТАРТ!
Алексей, казалось, просто засыпал. Ничего подобного. Здесь и сейчас происходило нечто иное, контролируемое, непостижимое, то, чего Алексей в прошлой жизни не мог и вообразить.
ПРОТЯЖКА ОДИН.
Сердечный ритм плавно упал до одного-двух ударов в минуту, это не предел, пока достаточно.
ПРОДУВКА.
Дыхание не ощущалось вовсе, один вдох-выдох в несколько минут, вполне приемлемо для начала, потом скорректируется в сторону уменьшения. Почти все процессы метаболизма потихоньку замерли.
КЛЮЧ НА ДРЕНАЖ.
Цвет лица изменился, черты заострились, со стороны – вылитый покойник, хоть закапывай. Температура тела будет постепенно падать до комнатной, только в некоторых зонах она просто достигнет критически низкой.
ПРОТЯЖКА ДВА.
Внешний мир услужливо остановил для него своё движение, точка концентрации перемещалась в надмакушечную зону. Воронка, неспешно, по-хозяйски распахнула свои объятия, и через мгновение образовался коридор.
ЗАЖИГАНИЕ!
«ПОЕХАЛИ!» – произнёс Гагарин.
Последовал резкий бросок, сознание унеслось в открытый космос. Инверсионный энергетический след рассеял коридор. Воронка померкла, а затем, словно нехотя, растворилась в небытии. На кровати оставалось почивать пустое, но не безжизненное тело, оберегаемое от гибели мудростью Вселенной.
* * *
Прошло пару недель.
«Чего тебе не спится-то? На место!»
Взрослая восточно-европейская овчарка поскуливала, уставившись на стену.
«Мы только с прогулки. Чего ещё? – овчарка не отреагировала; Костя встал, подошёл к ней и слегка потрепал за ухом. – Ладно, давай ещё погуляем».
Время позволяло, завтра выходной. Хозяин неторопливо оделся, снял с вешалки собачью рулетку-поводок и, встав у двери, негромко свистнул. Пёс не двинулся с места. Последовал ещё один свист, погромче. Собака и в первый раз всё прекрасно слышала; она повернула вытянутую сосредоточенную морду в сторону благодетеля, которого беззаветно и до глубины своей чуткой собачей души обожала. Взгляд собаки красноречиво указывал: «Не до тебя сейчас».
Костя взял щенка в возрасте 4 месяцев: вырастил, выкормил, прошёл с ним все площадки, и овчарка поступила на службу в структуры МВД. Чего только они вместе не пережили. Кинолог, он же капитан полиции Семёнов, знал своего четвероногого питомца достаточно хорошо – это был единственный член его семьи.
Перехватив собачий взгляд, хозяин понял, что гулять напарник не собирается. Костя не стал выяснять причину, не его это, а собачье дело, ещё раз подошёл к псу, взял за морду, поцеловал в холодный мокрый нос и отправился спать. Воткнув беруши, после командировок шум воспринимался острее, он вскоре уже мирно похрапывал. И это правильно.
Через полчаса пёс вдруг надрывно завыл. Вой был похож на грустную лирическую песню, так в деревне довольно часто поют его многочисленные дворовые сородичи.
* * *
«Алёша, домой!»
«Труп» на кровати еле заметно дёрнулся, затем ещё и ещё. Череда конвульсий пронеслась по разным частям тела и приобрела отчётливый ритм. Вибрация стремительно нарастала. Космонавт Гагарин совсем близко; уже хорошо виден чёткий ориентир для входа, куда его ведут посадочные огни подготовленного заранее коридора. Сознание заботливо оберегает посадочная капсула, имя её – Сила Духа. Да и как без Неё? С путешественником ведь следует обязательный и довольно объёмный багаж. Без гостинцев возвращаться – резона нет.
«Аккуратно. Не торопись, мой дорогой», – еле слышно шепчет приятный голос.
Сила Духа – сила Вселенского Материнского начала.
Чего вообще ему там было надо? Что он там делал? Да и где, там?? Справедливые вопросы. Наберитесь терпения, со временем мы всё узнаем.
«ЗЕМЛЯ! ЗЕМЛЯ! КАК СЛЫШНО?»
«СЛЫШИМ ВАС ХОРОШО!»
Тем временем Капсула трансформировалась в поток разноцветной и разнородной энергии. Тело тряслось в эпилептическом припадке, только пены никакой изо рта не видно, да оно, собственно, и не живое в известном всем нам с вами смысле. Просто идёт постепенный разогрев давно не эксплуатировавшейся базы, необходимо ведь подготовить её к приёму дорогого гостя. Посадка дело более сложное, чем взлёт, это подтвердит вам любой инструктор лётной подготовки. Да и Алексей, как мы с вами помним, отправился в гости налегке, а возвращается заметно увеличившись в объёме.
«Нельзя впихнуть невпихуемое», – так, кажется, написано в некоторых салонах общественного транспорта. Но человеческая структура не салон автобуса, имеющий ограничение по объёму. Границы дозволенного, безусловно, есть, но мудрая Капсула не вмещает больше, чем организм, со всеми своими периферическими образованиями, способен усвоить в данный момент. Алексей спокоен – он знает это.
Вот космонавт почти и дома. С новой силой по ожившему организму одна за другой прокатываются волны, наполняющие его многочисленные зоны программными обновлениями. Пилот уже внутри, остаётся вместить в себя ещё и Силу Духа: ничего лишнего в полёте не предусмотрено. Элементы Капсулы постепенно заливаются, именно – заливаются через макушку или родничок. Помните это слово? Впечатление от процесса – словно тебя терзает страшной силы смерч. Как же приятно! Водопад вселенской энергии с невообразимым шумом пронизывает всё естество с головы до ног. Далеко не новые ощущения доставляют неповторимое, казалось, блаженство во время каждого возвращения домой.
Небольшой тест. Все системы работают нормально, и, что самое главное – по-другому никогда не будет.
Теперь можно поздравить Алексея с прибытием домой. Требуется короткий отдых, нагрузка всё ж. Озарённое и обновлённое хранилище подлежит стабилизации.
* * *
Включились и обрели чёткость внутренние экраны. Тело казалось невесомым, но плотным и тяжёлым одновременно – происходило подключение к внешним, пронизывающим весь окружающий мир вселенским вибрациям.
Алексей открыл глаза. Зрачки непонятного цвета излучали иссиня стальной свет и переливались, точно жившим самостоятельной жизнью, океаном.
«Рота! Подъём!» – резко вскочив, вновь прибывший квартирант отправился грузить своё хранилище необходимым топливом. Когти требовали обработки, а связки и мышечный корсет разминки, приведения в тонус и тому подобное. И если когти можно просто обстричь, то для других обязательных процессов и процедур понадобится топливо. Прошествовав на кухню, хозяин наболтал месиво из орехов, мёда и ещё там всякого по чуть-чуть, затем подогрев водички, принялся уплетать вкуснятину за обе щёки. Лицо выглядело счастливым, как у дурака.
«Пока хватит, будем грузиться постепенно», – оглядев скудное убранство, Алексей решил идти валяться дальше. Пару дней придётся провести в квартире, пока энергии не усвоятся. Мало ли что. Земляне не всегда адекватно реагируют на взгляд из глубокого космоса. По этой причине инопланетянин, как он себя, конечно же, в шутку иногда называл, старался не смотреть людям в глаза: «Сожгут ещё на костре, как Джордано Бруно. Потом иди доказывай, что ты не инопланетный засланец».
«В ближайшие дни надо прикупить ещё стульчик. Один как-то совсем мало», – подумал Алексей. Можно в принципе вообще не выходить, нет необходимости – текущие задачи не связаны с прогулками по городским кварталам. Просто старые программы не изжили своё. А может, и ещё что-то.
Космонавт немного задержался у окна, ненавязчиво потекли воспоминания. Мыслеобразы на внутреннем экране постепенно обрели чёткие очертания и составили сюжет из недавних событий. Блокировать их Алексей не стал, времени достаточно. Посмотрим и мы.
* * *
После своих первых командировок астронавт с вновь обретённым интересом и детским азартом проводил многочисленные испытания. Обновления требовали проверки на пригодность к объективной, с нашей точки зрения, реальности. Кто из вас, уважаемые друзья, откажется, например, протестировать новый скоростной болид совершенно бесплатно? И не боясь разбить при этом. Или, скажем, перемерять кучу модных шмоток, которые вам просто так, за здорово живёшь, предложили забрать с собой с выставки модной одежды? Думается, никто. Таким образом, вы обязательно поймёте настрой нашего естествоиспытателя.
С чего он начал? Как ты думаешь?
«Используй то, что под рукою, и не ищи себе другое».
Конечно, с себя – самое простое решение. Вы даже не представляете, сколько всего запрятано в многоуровневых хранилищах и на необъятных просторах человеческой структуры. Практически всё есть. Доступ, правда, сложноват, и сразу все двери не открываются.
После постижения некоторых основ, коих, на самом деле, великое множество, Алексей приступил к окружающим его предметам и стихиям. В череде фокусов заслуживает нашего внимания самый первый. Остальные ты, дорогой друг, можешь и сам себе навыдумывать. Это будет правдой, если ты внимательно читаешь.
И вот наш первооткрыватель стоит на кухне и смотрит на стул, их было аж три. Два стула и одна табуретка, если точнее. Подойдя к стулу, великий мастер с усмешкой слегка бьёт его по спинке. Ничего.
«Может, я чего-то не так делаю?»
Бесспорно, подобных мыслей у него нет. Внутри идёт анализ матрицы предмета и персональных вибраций. Окружающие матрицы должны быть полностью поняты и приняты собственным обновлённым и изменённым сознанием – как заново ходить учиться.
Непродолжительная концентрация: «Прости меня стул». Ещё один удар, посильнее, если со стороны посмотреть. Пальцы прошли сквозь спинку, посыпалась труха, стул развалился. Что и требовалось доказать.
Теперь табуретка. Что бы с ней сделать? Ведь сделать можно что угодно – это неживой организм. Относительно, опять же. Вокруг всё живое и даже может ответить. С биологическими организмами гораздо сложнее. Да и нельзя. Честно говоря, и не хотелось.
Итак, табурет – дубовый, основательный такой, прямо жалко. Но куда без жертв. Алексей, перенеся мизерный сгусток энергии на пальчик, мягко, но настойчиво тыкает свой мизинец в сиденье. Матрица на мгновение поменяла свечение. Табурет дёрнулся, словно каучуковый, и подался под пальцем. Прикольно, но непонятно пока.
Спустя мгновение «дровосек» решает сесть на модифицированный табурет. Под ним ничего уже нет. Жаль, что в момент посадки не видел, а только изменения почувствовал, поэтому и не приземлился на пятую точку. На полу остался квадратик из древесной мелкодисперсной пыли.
«Надо быть повнимательнее».
Ещё буквально пара слов про столярные эксперименты. Алексей на этом не остановился. Нет, он не стал всю мебель уничтожать. Если ты помнишь, с третьим стулом всё в порядке. Были предприняты попытки трансформировать пыль обратно в первозданный вид. Но, ломать, – не строить. На тот момент знаний не хватило. Попытки не увенчались успехом, и шедевры, в виде пыли, были отправлены, куда им положено. Остальное не важно. Добавим лишь, что много воды утекло с тех пор. Произошла переоценка ценностей, сознание постоянно совершенствовалось согласно божественным обновлениям.
Читатель, возможно, сейчас скажет: «Опять «Матрица», мы всё видели, всё знаем». Дорогой читатель, если бы всё было так просто, автор не стал бы вообще ничего писать. Фильм гениальный и некоторые аналогии, безусловно, просматриваются, поскольку, как было описано ранее, человек ничего не может придумать. Автор просто использует примеры из жизни, которые тебе известны. Задача автора помочь личности, которую действительно интересует что-либо, кроме стяжания финансовых вершин, покупки предметов, поглощения и переваривания пищи, ну и также удовлетворения запросов других базовых инстинктов, а затем отправиться в путь, который принесёт истинный покой и радость. Следуйте за сюжетом, и вы всё поймёте. Автор не гарантирует это, но постарается, чтобы так и случилось.
Алексей теперь не занимался всякими фокусами. Почему?
Энергия нужна для более глобальных задач, а транжирить Божественные Силы для того, чтобы смыть воду в туалете, по крайней мере, неразумно.
Во избежание вопросов, которые обязательно возникнут у наблюдательного читателя, ещё одно дополнение. В истории найдутся моменты, в которых ты, дорогой друг, можешь заметить: «Имея хорошо оснащенные инструменты познания, Алексей должен был сделать это и это». Так вот, существуют нюансы, их великое множество и не хватит никакой библиотеки мира, чтобы их описать, да и слов таких нет в общепринятых человечеством языках. Алексей поступал по чётко выверенному и ему одному понятному плану. Без ошибок не обходилось, однако, да и автор слегка постарался. Пожалуй, достаточно. Очень тяжёлые для восприятия части истории остались позади. Алексей давно отдохнул. Пора начинать.
* * *
«Так-так-так», – Костя Семёнов внимательно изучал информационный стенд.
Со стены на полицейского пялились разные уроды, красавцы, неудачники, а также прочие крупные и мелкие герои преступного мира. В основной массе фотографий, с кратким описанием тактико-технических характеристик изображённых персонажей, присутствовало несколько картинок. Внимание заострилось на достаточно подробном фотороботе. Обычно по корявым изображениям можно половину населения задержать до выяснения не понятных задержанному обстоятельств.
«Странно, никогда ведь внимания не обращал», – подумал кинолог. Да и зачем? Его работа с этими королями преступности никак не связана, вернее, только косвенно. Робот пристально смотрел на исследователя, словно уговаривая вспомнить: «Где ты меня видел? Соберись, капитан». Костя ещё раз внимательно вгляделся, лицо волосатого негодяя кого-то напоминало. Наконец, плюнув, полицейский двинул в сторону кабинета одного из заместителей начальника отдела, главного, так сказать, сыщика всех времён и народов.
Начальник уголовного розыска, к которому и направился капитан Семёнов, меж тем просматривал утренние сводки по вверенному ему району. Стук в дверь.
– Войдите.
– Здорово, Коряга, – Костя весело подмигнул. – Есть чего?
– Нет, Костя, пока свободен, погуляй.
– Могу отбыть по своим делам?
– Да, ты мне сегодня не нужен. Если тебя никто больше не грузит, смотри сам. Наберу, если что.
Костя развернулся и собирался уже уходить, как вдруг его осенило: «Точно. Как же я его сразу не узнал?» – кинолог резко изменил направление на 180 градусов, взял стул, развернул его спинкой к предполагаемому собеседнику, сел верхом и, облокотившись на опору, уставился на майора Корякина.
– Костя, давай позже. У меня дел по горло, – не глядя кинул местный властитель.
– Я, конечно, могу и уйти. Только как ты без меня преступников ловить будешь?
– Ты-то куда? Твоё дело – сторона.
– Тут у тебя рыло любопытное на стенде.
– Из каковских? Из старых или новых? – заинтересовался сыщик.
– Да робот волосатый там висит, колоритный такой. Я не стал читать, раньше мимо проходил всё время.
– Ну-ну? Поподробнее можно? – глаза у Коряги резко оживились, он уже думал этого красавца не найти.
Костя, почувствовав особую значимость момента, медлил с ответом.
– Будешь должен, – кинолог улыбнулся.
– Для тебя, всё что угодно. Давай выкладывай, – нетерпеливо протараторил сыщик.
И Костя выложил…
Как-то раз, гуляя в парке со своим любимцем Добрыней, который вымахал чуть больше стандартов и вырос очень добрым по натуре, он случайно стал свидетелем странного происшествия. Подробности известного нам «рандеву» мы опустим, они изложены ранее, да и момент столкновения двух спортсменов в поле зрения кинолога не попадал – едва виднелось мельтешение двух фигур и доносилось какое-то нечёткое бухтение.
Лишь чуть позже пробегающий трусцой мимо собачника со стажем Алексей заставил того отвлечься от своих мыслей. Константин хорошо запомнил образ бегуна, к тому же видел его прежде пару раз, выходящим из дома, поскольку, по счастливой или не очень случайности, являлся соседом нашего главного героя. Так называемые соседи жили в разных подъездах, но стена между ними была общей. Добрый, а кличку почти всегда укорачивают, периодически встречал нашего пилота из командировок своим музыкальным воем, поражая окружающий контингент своими вокальными данными.
* * *
Корякин снял трубку с вертушки, набрал номер и около минуты разговаривал довольным и почтительным тоном. Кинолог что-то хотел добавить, но опер поднял ладонь, дескать, помолчи, затем сделал ещё один звонок и приказным тоном начал отдавать распоряжения. Костя понял, что его роль сыграна, нахмурился и заскучал. Наконец сыщик, закончив необходимые действия, не глядя на собеседника, сосредоточенно выдал своё заключение:
– Всё, Костя, свободен.
– Могу помочь, – хмурый собачник не унимался.
– Нет времени, ты уже достаточно помог.
– Но, может…
Опер плавно вырос из-за стола во весь свой богатырский рост, словно айсберг, внезапно решивший обнажить перед ничтожным мореходом свой подводный исполинский силуэт, и посмотрел на разом сократившегося в размерах кинолога – как рублём одарил. Костя, к слову тоже немаленький, а может, и выше ростом, понял: «Разговор окончен». Коряга вдруг улыбнулся и примиряюще произнёс:
– Ладно ты, Кость. Пойми, дело очень деликатное и требует такого же деликатного подхода. Тебе, может, премию выдадут, и немаленькую.
– Премию? – лицо собачника просветлело.
– Конечно. Дело, ещё раз повторяю, очень тонкое. Сам наш… попросил. Лично.
– Всё понял, ухожу.
* * *
Опергруппа во главе с капитаном Величко уже через несколько минут собралась у шефа. Вячеслав Анатольевич торжественно вышагивал по своему просторному, выдержанному в строгих чёрно-белых тонах, шикарно меблированному кабинету, так сказать, мерил его шагами. У подчинённых начинала кружиться голова.
– Операция неофициальная, поэтому я вас и собрал в данном составе. Саня, ты в курсе, остальных проинструктируешь.
– Шеф, всё будет. Не в первый раз, – по-свойски, но с нотками глубокого уважения пробасил старший.
– Вот что, товарищи…. Касаемо действий – смотрите по ситуации. Силу постарайтесь не применять. Если будет сопротивляться… В общем, вы сами всё умеете.
– Бить аккуратно, но сильно, – Величко заржал как боевой конь.
– Постарайся ограничиться личным обаянием, – Корякин тоже засмеялся.
Сослуживцы знали друг друга далеко не первый год и, как водится, были повязаны разными верёвочками. Все взрослые. Все всё понимали. Состав группы три офицера – хватит за глаза и за уши. Да и как иначе. С волками жить – по-волчьи выть. Девочки с преступностью и негодяями не справятся. Через пять минут нечистые на руку подельники разошлись; засадный полк отправился на место предполагаемой дислокации противника – на подонка Алексея началась охота.
Чуток погодя полицейский тазик, так ласково называют гордость национального автомобилестроения, с форсированным движком и синим ведёрком на крыше, рванул со стоянки райотдела. Долетев до места, сыскари, посовещавшись, ничего не стали выдумывать, а просто расположились недалеко от парадного подъезда, где к тому времени уже закончил свой отдых пилот межгалактического корабля. «Топтуны» сидели в машине, весело трепались, курили, не забывая посматривать в сторону намеченной цели. Засада могла продлиться и сутки, и двое. Кто знает. Но мы-то с вами не собираемся с ними сидеть. Посему прокрутим время немножечко вперёд.
* * *
Лето, воскресный тёплый вечер, поют птички. В парке, находящемся неподалёку от дома, можно погулять и подышать свежим, не особо загазованным воздухом – район находился на окраине славного Питера. Алексею всё равно, ему всегда хорошо. И воздух рядом всегда свежий и чистый – чище, чем в горах. Но мы-то помним про одинокий стул, который требует товарища.
Как путешественник вышел, сыщики не заметили. Глаза у старшего лейтенанта Самсонова после длительной слежки были замылены до такой степени, что не смогли бы отличить жезл от пальца. Второй сыщик мирно почивал сзади на уютном диване полицейского тазика. В тесноте, да не в обиде. Да, а где третий? А третий, как ему и положено, уехал по личным делам.
Засада – дело непредсказуемое. Шли уже четвёртые сутки, сомнения закрались в замутнённые головы оперативников: «А вдруг объект не появится вовсе. Ведь среди жильцов по картотеке подходящих лиц нет. Может, пора поменять тактику и начать поквартирный обход с расспросами? Или шеф чего-то не договаривает?»
Bepul matn qismi tugad.
