Kitobni o'qish: «Пьяница, суббота, отрезвленье»

1

Обыкновенные десятые годы, провинция, город К-к.

Алёна и Женя встречались всё лето, но в конце августа Жемчугов переехал в областной центр получать высшее образование, а Алёна осталась в родном К-ке. Она училась в многопрофильном колледже и не понимала, зачем ей это надо. Так иногда бывает в жизни.

Пошли первые сентябрьские заморозки.

Жемчугов писал Алёне, ставил её любимые скобочки с сердечками, приезжал каждую неделю.

Бабье лето длилось недолго. Октябрь принёс частые перепады погоды.

Алёна жаловалась Жене на осень, на скучное небо, говорила, мол, зашторивает у себя окна, чтобы меньше разочаровываться в жизни, а он рассказывал ей про высшее образование и про то, как мало отдыха в студенческой жизни.

Между тем делалось сыро, кончалось время для гербариев, а ветер пах зимой.

Женя всё реже приезжал к Алёне, бросил ею увлекаться, а она отмалчивалась и убеждала себя, что ей плевать. Она прогуливала колледж, плакала по ночам и, если случался ливень, плакала громче, чем обычно, не боясь, что услышат домашние. Наутро у неё болела грудь. Алёна объясняла это отсутствием любви, а когда боль проходила, сознавала, что всё на свете проходит — и боль, и любовь тоже...

В ноябре, когда вымерли яркие осенние краски, Алёна выложила в сеть летнее фото, где при полной луне сидела на лавочке у кустов и загадочно смотрела в сторону. Подписала: «Драгоценный жемчуг тот,который был потерян...»

В ответ от Жени — ноль реакции.

Однако через неделю, в пятницу, он неожиданно написал, что приехал в К-к и что они встречаются в девять вечера там, где всегда.

Несмотря на радость, Алёна всё равно обиделась — ни одного сердечка или скобочки... Она суетливо зашевелила пальцами над экраном, желая ответить, но одёрнула себя и прикинула, сколько времени надо игнорировать Жемчугова, чтобы отплатить ему за причинённую боль.

Лучше вообще не отвечать. Да, это правильно. Пусть этот эгоист, который хвалится своим высшим образованием, идёт на встречу без понятия о том, придёт ли она. Пускай понервничает. А если что-то не устраивает, счастливого пути! А если позвонит, ни в коем случае не брать трубку! Раньше надо было думать!

Алёна стала собираться ровно в девять вечера, чтобы опоздать и дать понять Жемчугову, что у неё серьёзная обида.

Под кофту она надела его футболку, выпрошенную летом в знак любви, но боялась, что запах Жени, который она втайне называла «любовный кислород», исчезнет. Ну и ладно! Тогда она отберёт у него другую вещь, чей запах будет ещё сильнее. Он ей должен! За страдания...

Скоро Алёна вышла на улицу.

Было темно, ветрено, пахло раздавленными дождевыми червяками. Алёна напоминала себе, что нужно идти медленнее, но всё равно торопилась и без конца проверяла, не звонил ли он. За ней по небу следовала половина луны больного, желтушного цвета.

Алёна прошла перекрёсток и вышла к чугунному мосту, где они всегда встречались. Это место было самым романтичным в К-ке, ведь там медовым цветом горели фонари. Как обычно, она поднималась туда не спеша, крадучись, чтобы растянуть предвкушение от встречи. Посередине моста она встретила Жемчугова, облокотившегося на перила.