Kitobni o'qish: «Русский менталитет. Рашен – безбашен? За что русским можно простить любые недостатки»

Name: Русский менталитет. Рашен – безбашен? За что русским можно простить любые недостатки
Author: Александр Томчин
ISBN: 978-5-227-07863-6

Александр Томчин

Shrift:

* * *

Предисловие

В книге о Германии и немецком менталитете («Наблюдая за немцами», «Германия без вранья» и др.), которая переиздавалась с обновлениями, мне приходилось сравнивать немцев с нами. Не все читатели со мной соглашались, но я им всем благодарен: в спорах родилась книга, которую вы держите в руках. Для кого она написана? Для каждого любознательного человека, который не пребывает в счастливой уверенности, что он уже все знает. Эта книга предназначена прежде всего жителям России. Она может также помочь иностранцам понимать русских, находить с ними общий язык, быстрее и легче адаптироваться в России.

Кто мы, почему мы такие и куда идем? Чем мы поражаем и привлекаем иностранцев? Правда ли, что русская душа загадочна, и в чем ее секреты? Правда ли, что совсем иной была Россия, которую мы потеряли? Почему именно в России государство впервые провозгласило целью построение коммунизма? Как повлияли русские на остальной мир? Почему в России, богатейшей по своим ресурсам стране, люди живут беднее, а главное, не так уютно, как в развитых странах? Можно ли, поняв русский характер, ответить на вопрос, что делать, и предсказать, что нас ждет? Меняются века, правители, законы, но понимаем ли мы, куда движемся и что нам мешает? Может быть, для этого нам нужно понять самих себя и еще раз посмотреть в зеркало? Неприятно? Вспомним Гоголя – он к своему «Ревизору» взял эпиграфом пословицу «На зеркало неча пенять…». Кто-то скажет, что зеркало кривое? Но даже в аттракционе с кривыми зеркалами взглянуть на себя со стороны интересно, да и посмеяться над собой не помешает. Мне довелось не только долго жить в России, но и немало времени провести за рубежом. После этого многое здесь становится понятнее. Эта книга основана на моих личных впечатлениях, согласующихся с исследованиями социологов. Они дополнены материалами зарубежной и российской прессы.

На Западе русским приписывают лень, пьянство и бескультурье, тогда как отечественные авторы порой отрицают реальные проблемы. Дискуссии не смолкают – о русском менталитете есть и будут написаны сотни книг и статей: тема неисчерпаема. Я признателен авторам, с которыми мне удалось познакомиться, и сожалею, что нет возможности всех перечислить. Упомяну хотя бы кое-кого из юмористов – Жванецкого, Задорнова, Иртеньева, Горина, Шаова, Янковского, Мелихана, авторов метких высказываний по этой теме.

Традиционные представления не учитывают того, что в последнее время образ жизни русских, менталитет и система ценностей заметно изменяются. Чрезвычайно важно, в каком направлении идут эти изменения и к чему это приведет. В Интернете спрашивают: «Можно ли усреднять всех русских? Все очень перемешались. У меня и моих знакомых родословная от узбеков и чеченцев до немцев, англичан и прибалтов». Отвечу: цель книги – выявить основные, распространенные черты русских, не обязательно принадлежащие каждому из них. Речь идет о чертах, присущих, на мой взгляд, большинству или даже меньшинству, если такие черты встречаются и заметно влияют на нашу жизнь. Если в книге русские с кем-то сравниваются, то в первую очередь с народами развитых и особенно европейских стран. Потому что Россия – страна высокой культуры, близкой к европейской. У любого народа есть свои плюсы и минусы, и вы не найдете даже двух совершенно одинаковых людей. Кое-кому слово «менталитет» кажется окаменевшим правилом, в которое лично его пытаются втиснуть, а это не более чем «средняя температура по больнице», которая даже у нас на глазах меняется и которую каждый измеряет по-своему. О русском менталитете у каждого читателя наверняка есть свое мнение, и он найдет, что мне возразить. Я стремился согласовать свои соображения с исследованиями социологов, дополнить их материалами зарубежной и российской прессы, и все же книга основана, прежде всего, на моих личных впечатлениях. Все, что сказано в книге, – это лишь мои взгляды и оценочные суждения. Каждый имеет право на другие взгляды, и я не претендую на истину в последней инстанции. Напротив, желательно, чтобы эта книга дала повод для размышлений и споров. В споре рождается истина – при условии, что обе стороны спорят с взаимным уважением.

Нельзя не восхищаться нашим народом, сумевшим освоить огромную территорию и создать великую культуру в труднейших условиях. Хотя большинство россиян – милые и симпатичные люди, это, конечно, не исключает в русском характере противоречий или изъянов. Хочу успокоить читателя – автор никем не завербован и не подкуплен. Если, уважаемый читатель, у вас болит душа за свою страну и вы хотите, чтобы жизнь в ней стала лучше, то вы, безусловно, патриот и эта книга адресована вам. А если вы ничего не хотите менять, потому что убеждены: все, что вас здесь окружает, – лучшее в мире? Если вы считаете, что говорить о недостатках могут только враги? Тогда вы – тоже патриот. Но патриот иного рода, и я советую вам эту книгу не читать: она не для вас.

В частях первой и второй речь пойдет о первых впечатлениях иностранцев при встрече с русскими, то есть о тех чертах русских, которые бросаются в глаза. Постепенно мы перейдем к таким чертам, которые требуют более близкого знакомства.

Я благодарен моей жене Галине Томчиной за неоценимую и главную помощь в редактировании книги, а также Ольге Папышевой, Максиму Томчину, Леониду Захарову, Михаилу Ицыксону и Льву Шапиро, прочитавшим книгу в рукописи, за их ценные замечания.

Часть первая. Иностранцы о России. Первые впечатления

Россия узнаваема для западного человека, но в каких-то моментах совершенно непредсказуема. Это совсем другая культура, совсем другое общество… Мы, глядя на вас, как в зеркало, видим себя по-новому.
Э. Миллер

Кого считать русскими?

Россию населяют люди более сотни национальностей – россияне. Но мне больше нравится слово «русские». Так я буду называть всех, кто считает русский язык и культуру родными и себя считает русским. За границей всех жителей России называют русскими. Есть анекдот: в лифте гостиницы едут два японца, татарин, русский, украинец и армянин. Один японец тихо говорит другому: «Посмотри на этих русских – все на одно лицо!» Какими бы разными жители России ни были, у них много общего.

«Кто на каком языке думает, тот к тому народу и принадлежит», – сказал Владимир Даль. У царя Николая II не было и одной сотой доли русской крови, но он был русским человеком. Немало «инородцев» внесли в русскую цивилизацию важнейший вклад. Среди них Пушкин, Лермонтов, Фонвизин, Карамзин, Левитан, Багратион, Витте, да и сам Даль. По мнению журналиста Л. Парфенова, «особенно массово и ярко переходили в «русскость» немцы, грузины и евреи». Еврей Левитан был русским художником, а немка Екатерина II – русской императрицей. «Нельзя же считать, что любой воспитанный в русской культуре (будь он китайцем или армянином по фамилии Хачикян) может причислить себя к русским. Даже если нянька в детстве читала ему русские сказки», – пишет в Интернете Наталья В. А Надежде К. не понравилось высказывание Пушкина о русских, и она уверяет, что «он как раз не русский». Себя она считает настоящей русской, хотя ее русский язык хромает. Что толку с ними спорить? Пусть борцы за чистоту русской крови считают нашего классика эфиопским поэтом. А Окуджаву – грузинским или русскоязычным поэтом, но не русским.

Иностранцев коренные жители России лихо переименовывали. Гамильтон? Значит, будешь Хомутов. Коос фон Дален? Козодавлев! Герой рассказа М. Веллера, английский инженер, женился на русской и остался жить в России. Уолтер (у нас Болт) спился и научился сшибать у магазина двугривенные. Все его любили «как доброго безвредного дурачка, от которого жизнь интереснее». Китайцы, живущие в сибирских городах, уже во втором поколении начинают пить, парятся в бане и работают без прежнего рвения. «В России даже у евреев вырастают славянские скулы», – заметил Ф. Энгельс. Русские проявляют редкую способность понимать человека и узнавать своих с первого взгляда. Философ Василий Розанов сто лет назад сказал: «Посмотришь на русского остреньким глазком, посмотрит он на тебя, и все понятно, никаких слов не надо. Вот чего нельзя с иностранцем». Шутники говорят, что русские – это люди, которым удается выжить в России. Может быть, людей сплачивают общие трудности? Общая судьба и язык – вот что объединяет всех русских.

Чем дальше от любимых, тем крепче любовь?

Пушкин писал, что необъятные просторы России поглотили силу монгольского нашествия и остановили его на самом краю Европы. Нам действительно есть чем гордиться. Наша страна в XIX веке спасла Европу от нашествия Наполеона, а в годы Второй мировой войны – от нацизма. «Символический русский Иван… это человек, который, стиснув зубы, переносил и перенесет все лишения и невзгоды, идя на подвиг во имя Родины», – сказал М. Шолохов о Великой Отечественной войне. Эта победа – великий праздник русского народа, объединяющий абсолютно всех. Почему же европейцы ее недооценивают? «Советская армия победила нацизм, но свободы большинству стран Восточной Европы не принесла», – заявляет канцлер ФРГ Ангела Меркель. «Вы не смогли бы победить без помощи американцев», – сказал мне Гюнтер, мой немецкий друг. Конечно, я с ним не согласился.

Огромные размеры нашей страны и ее суровый климат издавна служили поводом для создания мифов. Дюма-сын в 1870 году повторял сообщение Герберштейна в XVI веке: «Зимой жители Сибири впадают в спячку и просыпаются только весной…» Английскому дипломату Д. Александеру в 1829 году в России не понравилось вот что: «У русских женщин из низших сословий очень некрасивые носы, обычно называемые «кнопками». Будь у них римские или греческие носы, они бы их отмораживали». Одни иностранные путешественники говорили о России с любовью, другие – с презрением. «Нет народа, о котором было бы выдумано столько лжи, нелепостей и клеветы, как народ русский», – говорила Екатерина II. Но иностранцы издавна критиковали не столько русский народ, сколько сложившуюся в России систему правления.

С чего для иностранцев начинается Россия? Это, конечно, снег, тройки, валенки, матрешки… В Интернете тысячи картинок отражают стереотипы о жизни crazy Russians («сумасшедших русских»). Объектами юмора служат водка, Сибирь, холод, коммунизм, беззаконие, коррупция и беспредел на дорогах. Изредка вы увидите русских веселыми и голыми на фоне заснеженных пустынь. Как правило, это мрачные люди, сильные, странные и способные на отчаянные поступки. Россия – страна нефтяных вышек и вечно пьяных мужиков. Бородатые и грязные, в ушанках и валенках, они сидят целыми днями за столом, с утра пораньше глушат водку и столовыми ложками едят икру. Эти мужики могут оседлать медведя, не верят ни в Бога, ни в черта и избивают своих покорных жен. В общем, «нищета», «мафия», «русские много пьют». Наша страна связана в сознании иноземцев не столько с медведями и балалайками, сколько с пьянством и воровством.

В мире нам завидуют: русские сидят на мешке с деньгами. Кое-кто спрашивает: почему Россия даже после распада СССР занимает ¹/₇ часть всей суши и имеет 40 % природных богатств планеты, хотя ее жители составляют лишь 2 % населения? В самом деле, чего только в России нет! У нас есть богатейшие в мире леса, большая часть имеющейся в мире питьевой воды, нефть и газ, месторождения алмазов, золота, редких металлов…

В годы перестройки отношения с Западом улучшились. Но вместо партнерства США отнеслись к России как к стране, проигравшей в холодной войне, и решили не учитывать ее интересов. Для США русские – это прежде всего конкуренты. Союз НАТО приблизился к нашим границам. В результате американцы нажили себе постоянную головную боль: Россия стала несговорчивой.

После 2014 года фактически мы снова оказались с Западом в состоянии холодной войны. Большинство русских одобряют присоединение Крыма: для нас справедливость важнее, чем законы. Но за рубежом это расценили как нарушение границ и международных договоров. Во всем мире Крым признали частью России только шесть стран. Теперь в нас видят угрозу от 43 до 65 % жителей стран Европы, и Россию считают врагом почти две трети американцев. По результатам исследования в 39 странах мира (Pew Research Center), тех, кто относится к нам с неприязнью, больше, чем тех, кто нам симпатизирует.

Средний американец помнит холодную войну и интересуется русскими гораздо меньше, чем нам кажется. О нашем Большом театре американцы слышали, а русские товары и кинофильмы на их рынок не вышли. Русские для них – вечные неудачники: то у них революция, то девальвация…

В мире сложился стереотип: русский – бесшабашный, ленивый, необязательный, бестолковый, непрактичный, неорганизованный и бесцеремонный. Вместе с тем широкая натура, простодушный, откровенный, щедрый, прощающий, доверчивый. Социологи Ю. Сорокин, И. Марковина и О. Леонтович выяснили, что, с точки зрения американцев, русские выглядят серьезными, грустными, угрожающими и несчастными. Их называют образованными, страстными, угнетенными. Говорят, что русские любят водку, жирную пищу, книги, друзей, войну, холодную погоду, толкаются, целуются в обе щеки, кричат, хотят быть в центре внимания, никогда не веселятся, не бывают оптимистичными, не любят ждать в очереди, не планируют будущего.

В Западной Европе на вопрос, что они думают о русских, одни говорят, что это симпатичные и образованные люди. Другие отвечают: они угрюмые, мрачные. Почему они загрязнили весь мир своими вредными веществами? Почему в такой богатой стране люди прокормить себя не могут? Что они, работать не хотят?

Как относятся к нам англичане? Британский социолог Э. Бейкон отвечает на этот вопрос тремя ключевыми словами: Spies, Sports, Spirituality, то есть «шпионы, спорт, духовность». Шпионов англичане боятся, спортом увлекаются и уважают наши достижения, а духовностью восхищаются. А что сказать о немцах? Когда президент России выступил в бундестаге на немецком языке, немцы дивились: надо же, культурный человек! Говорит гладко, да еще на их родном языке! Большинство немцев считают русских терпеливыми, смелыми, доброжелательными, щедрыми и гостеприимными, но ленивыми, безалаберными, спонтанными и склонными к надувательству.

Что касается Франции, русские всегда мечтали «увидеть Париж и умереть». Между тем во Франции и Германии нас любят не больше трети опрошенных. «Я уже не раз приезжал в Россию, – говорит француз Жюль. – Если я вернусь в свою страну и расскажу, что русские – мирные, добрые, приветливые люди, мне скажут, что я сошел с ума или завербован КГБ». Впрочем, и у русских отношение к Западной Европе и тем более к США ухудшилось.

Нас не любят на Ближнем Востоке. Но больше всего, вплоть до ненависти, – близкие соседи: Польша, Украина и страны Прибалтики. Некоторые республики бывшего СССР ставят нам в вину их включение в состав СССР и сталинские репрессии, хотя русские от этих репрессий пострадали не меньше. А поляки не прощают нам трагедию в Катыни. В былые времена Александр III говорил, что у России лишь два союзника: армия и флот. Да и теперь русские называют союзниками только Белоруссию, Казахстан и Китай.

А где же нас тогда любят? По опросам, больше всего в Нигерии, Вьетнаме, Гане и Китае. Положительно или нейтрально относятся к России многие жители Азии и Африки, например Индии, Эфиопии и Южной Кореи. Хорошо относятся к России в тех странах, с которыми нас связывает дружба и помощь в прошлом либо общая православная вера: в Греции, Сербии, Черногории, Болгарии, Никарагуа или на Кубе. К нам проявляют симпатию и в странах очень дальнего зарубежья, где о России знают очень мало.

Многих Россия одновременно пугает и восхищает. В 2017 году руководители Ростуризма заявили, что отношение к русским в Черногории ухудшилось. Они предостерегли наших туристов от поездок в эту страну. Но супружеская пара, побывавшая там после этого, рассказывает: на берегу горного озера отдыхала компания – десятка два местных мужчин. Они спросили туристов: «Откуда вы?» Ответ «Из России» вызвал ликование. Черногорцы подняли руки с пальцами, сложенными буквой V (победа!), и пригласили к столу. Даже если к России в целом относятся в мире неважно, то к отдельному русскому – нормально. Чем больше контактов между людьми, тем меньше места для мифов.

За что нас не любят? В чем иностранцы подобны колбасам?

Существует парадокс: в тех странах, с которыми Россия может успешно сотрудничать, большинство населения относится к русским хуже, чем в тех, с которыми у нас серьезные проблемы. Почему? Не дают ли для этого повода те русские, которые там живут? Например, в ФРГ выходцев из бывшего СССР уже больше четырех миллионов.

В Париже в Лувре новый русский смотрит на картину. Там нарисован бродяга – грязный, небритый и в лохмотьях. «Ну, этот бомж оборзел вааще! У него бабок на костюм нет, а он, блин, портрет свой заказывает!» Походил по залам, посмотрел и уходит: «Да, бедновато у вас тут, но чисто». Новые русские раздражают иностранцев своей наглостью. Они сорят деньгами, скупают все подряд и взвинчивают цены. Наворовали денег у себя на родине – чем тут гордиться? «Русские идут!» – с таким криком в 1949 году выбросился из окна в порыве безумия министр обороны США Джеймс Форрестол. Это повторяют теперь уже в ином смысле. «Наш Баден-Баден становится русским», «наши Карловы Вары называют теперь «Ивановы Вары», – вздыхают немцы и чехи. Русские покупают дорогие дома в Лондоне, виллы на Лазурном Берегу во Франции…

Большинство западных обывателей в России не бывали – они знают о ней из СМИ.

Такое огромное влияние на умы (как и у нас!) оказывает пропаганда. По афоризму Козьмы Пруткова, «иные люди подобны колбасам: чем их начинят, то они и носят в себе». Например, средний немец ничего против русских не имеет, но он уверен, что его соседи их не любят. Создание образа русского Ивана с ядерной ракетой под мышкой выгодно тем, кто заинтересован в гонке вооружений. Западные журналисты мало рассказывают о нормальной жизни и достижениях в России, но много о мафии и проституции. А вот рядом фотографии: богатые москвичи, кутящие в шикарных ночных клубах, и нищие старушки на фоне изб-развалюх. У немцев в ходу шутка: «Какой национальности были Адам и Ева? Конечно, русские. Им было нечего надеть, негде жить, а они считали, что живут в раю».

Почему нас не любят? «В американских фильмах мы злые, противные и глупые, все – мафиози», – сетуют русские в Интернете. Молодой ученый Артем Оганов объясняет: «Русских недолюбливают по многим причинам: «железный занавес», холодная война, коммунизм». В ряде ответов звучат наше «самоедство» и зависть к «счастливым европейцам», у которых будто бы нет проблем:

– за бестолковость, лень и тунеядство, за нашу вечную проблему – не умеем пить,

– за низкий уровень бытовой культуры, отсутствие порядка, твердых моральных принципов, почти поголовную продажность, неуважение к закону, у одной части населения холуйство, у другой – высокомерие и наглость,

– за имперское мышление и ксенофобию, за наше правительство.

Политолог Ивар Иябс из Латвии заявляет: «Если вы спите рядом со слоном, вам нужно быть очень внимательными, даже если это самый добродушный и миролюбивый слон». Но считают ли этого слона добродушным? По уровню миролюбия эксперты ставят Россию в последнюю десятку стран мира, на 136-е место из 144, между Зимбабве и Пакистаном. Это из-за конфликтов с соседями, военных учений и парадов, экспорта вооружений и высокого уровня преступности.

Сравним две фотографии на обложках западных журналов. На одной из них со своим супругом на отдыхе немецкий канцлер Ангела Меркель, в прошлом физик, научный работник. Скромная пожилая пара мирно гуляет по городу. На другой – Владимир Путин. Бывший резидент КГБ, голый до пояса, играет мускулами, из винтовки целится с обложки в читателя. Вы можете увидеть его в образе шпиона, спортсмена, охотника, верхом на медведе, акуле или в подводной лодке. На карикатуре в немецкой газете он изображен хулиганистым ковбоем. Из кармана торчит газовый кран: захочет – перекроет. Наш президент заставил весь мир считаться с Россией, но за рубежом ему доверяют меньше трети опрошенных (Pew Research Center, 2017). Правда, американскому президенту Трампу доверяют еще меньше.

В зарубежном ресторане я видел объявление: «Внимание! У нас русский охранник!» Похоже на «Осторожно! Злая собака!». Американский юморист Дэн Соудер на сцене рассказывает, что в Нью-Йорке русский акцент может спасти от темнокожих бандитов. В фильмах и репортажах возникает лицо нашей державы, населенной чокнутыми людьми, враждебной, опасной, сумасбродной и с ядерным оружием. А вдруг кто-то из русских свихнется и нажмет на ядерную кнопку?

Что происходит в России? На экранах западных телевизоров – скандалы и катастрофы, чуть ли не ежедневно погибают люди. Заказные убийства на улицах городов. Террористические акты, падения самолетов, обвалы в шахтах… Есть ли в стране свобода слова? За последние 20 лет убиты 400 журналистов. Журналиста Познера готовили к операции во Франции. Медсестра вдруг спросила его: «А дело об убийстве журналистки Политковской у вас все еще не завершено? Видимо, не хотят. Это очень вредит вашей стране». Изувечены бандитами М. Бекетов и О. Кашин, при загадочных обстоятельствах скончался Ю. Щекочихин, убиты политики Г. Старовойтова и Б. Немцов.

Кадры из СМИ: омоновцы разгоняют дубинками участников мирного марша несогласных. На демонстрации им подвернулся депутат немецкого бундестага. Фотографию с его окровавленным лицом увидел весь Запад. В мире считают, что в России нет законности и демократии, господствуют коррупция и судебный произвол. Все контролируют агенты спецслужб, силовики и мафия. Всплывают неприятные факты о наших правителях и олигархах. Русских обвиняют во вмешательстве в выборы в США.

«Автор не любит и не знает русских! – раздражается читатель. – Давайте разоблачать все мифы о нас! Давайте распространять положительные мифы о России!» То есть будем отвечать по принципу «сам дурак, от дурака слышу»? А не лучше ли нам так обустроить жизнь в своей стране, чтобы в ней все нравилось нам самим? Ведь все же Европа заинтересована в экономическом сотрудничестве с нами. В бывших республиках СССР много людей, говорящих на русском языке. Предпосылки для улучшения отношений есть, и рано или поздно ситуация изменится к лучшему.

Чего ищет душа читателя? И душа автора тоже?

Общественное мнение, простые люди, бизнесмены на Западе относятся к нам благожелательнее, чем СМИ. Например, подавляющее большинство немцев (90 %) считают экономическое сотрудничество с Россией важным и больше половины признают русских надежными деловыми партнерами. «Многие иностранцы пытаются понять Россию. Они поживут здесь несколько дней в Москве или Петербурге, попутешествуют по Золотому кольцу, пообщаются с нашими чиновниками, швейцарами и официантами, переспят с нашими проститутками, и вот готов эксперт по России. <…> Образ России в глазах иностранцев будет полный», – пишет блогер Андрей Падчин. А правда ли, что этот образ всегда негативен?

Такой возможности оказаться наедине с дикой природой, как в России, жители Западной Европы у себя не имеют. Пожарить мясо на костре в лесу вам не удастся ни в одной цивилизованной стране. Там нельзя разводить огонь на земле, меньше мест, где можно охотиться. А в России всюду можно поставить палатку, ловить рыбу, собирать ягоды и грибы. Кто из западноевропейцев не мечтает проехать поездом от Москвы до Тихого океана через всю Сибирь, увидеть за окном простор лугов, рек, озер, холмов, лесов, небес… Испанский журналист Педро Приета Гарсиа хотел увидеть Сибирь: «Она представлялась мне как один большой концлагерь. Но я увидел большие, современные города, где много шикарных автомобилей и прекрасно одетых красивых женщин».

Недавно к нам в Петербург прилетели наши немецкие друзья – супруги Карл и Грета из Баден-Вюртемберга. Белые ночи! Можно увидеть, как разводят мосты, проехать по каналам, посмотреть музеи – это невероятно! Немцы с удовольствием фотографировали станции нашего метро, быстрого и надежного: «Это подземные дворцы для народа! Сразу видно, что ваше метро умные люди строили!» Во всем мире ценятся наше искусство, музыка и литература, балет и театр, архитектура, известны русские артисты и спортсмены. От одной молодой японки мне довелось услышать: «Те японцы, которые не видели русских, думают, что они темные, закрытые и страшные. А мы их любим, особенно Достоевского и Тарковского, но больше всего – Чебурашку».

Немецкий журналист Маттиас Шепп, работающий в Москве, разделяет всех приезжающих в Россию на четыре типа. Первые – неисправимые западники. Вторые – вечные пессимисты. Они заранее уверены, что русские безнадежно отстали и ни на что не способны. Третьи – наивные фанаты России, закрывающие глаза на ее недостатки. Четвертая группа – любознательные оптимисты. К мнению таких людей интереснее всего прислушаться.

У нас не зря говорят: чтобы узнать человека, надо съесть с ним пуд соли. Американец Джордж Файер, приехав в Россию работать на выставке в 1959 году, женился на русской девушке, и они счастливо живут в США. «Русские во многом не похожи, но во многом и похожи на нас, – говорит он. – Чтобы это понять, надо в России пожить. Больше я никогда не слушал тех, кто считал Россию нашим врагом». С ним соглашается его соотечественник Томас Джонсон: «Образ России стал негативным из-за захвата чужих земель и поддержки олигархов. Сотни тысяч русских эмигрантов в США зарекомендовали себя как самые лучшие люди, которые когда-либо высаживались на наши берега».

Английский писатель Э. Миллер в восторге от русской культуры: «Россия меняет всех, кто проживает в ней какое-то время. Она… остается частью твоей жизни до конца твоих дней». Нередко у иностранцев, живущих в России, меняется их мировоззрение, система ценностей. Например, им нравится, что русские, когда им что-то не удается, говорят «ну ладно», «ничего страшного», «что ни делается, все к лучшему».

Андреас Майер-Ландрут из ФРГ приехал послом в Россию в 1980-х годах. Он думал встретить здесь врагов, но ошибся: «Неожиданно мы познакомились с людьми высокой культуры… С ними можно быть вместе в дни радости и горя, вместе плакать и смеяться». Для иностранцев, живущих в Москве, Россия выглядит на первый взгляд неприветливой, но потом оказывается удивительной страной, с прекрасными, дружелюбными людьми. «Есть в русских людях то, что выгодно отличает их от нас: доброта и сердечность. Вот почему я бы хотел вернуться в Россию», – говорит немец Макс Мюллер из Фрайбурга. Школьница из ФРГ 17-летняя Таня Хаусдорф попала в Россию по программе обмена. Она живет в городе Клин в русской семье и учится здесь в школе. Перед поездкой ее пугали, что русские бьют детей и эксплуатируют детский труд. «Но теперь я рада. Даже очень, – рассказывает Таня. – Люди здесь все открытые, милые, и с ними приятно общаться».

Английского журналиста Мэтью Чанса удивили нравы в наших поездах: «Что именно сближает попутчиков в купе – не знаю. Но они готовы поделиться с тобой едой, напитками и еще пригласят скоротать вечер в вагоне-ресторане». Это закон: в России прежде чужие люди, попадая в замкнутое пространство на заметный срок, быстро сплачиваются в дружный коллектив. Спаянный, а иногда и споенный. Для русских нет большего удовольствия, чем посидеть вместе за столом: «Хорошо сидим!» Характерен анекдот о кораблекрушении. Русский, англичанин, француз и немец попадают на необитаемый остров. Через пару месяцев находят на берегу бутылку. Вынимают пробку – оттуда поднимается джинн и предлагает каждому выполнить два желания. Англичанин говорит: «Полный мешок денег и домой». Француз: «Красивую женщину и домой». Немец: «Мерседес» и домой». Теперь слово за русским. Немного поразмыслив, он решает: «А компания-то была отличная. Ящик водки и всех обратно!»

Вспоминаются слова поэта Игоря Иртеньева: «Ах, отчего на сердце так тоскливо? Ах, отчего сжимает грудь хандра? Душа упорно ищет позитива, взамен «увы» ей хочется «ура». К счастью, этот позитив есть.

С чего бы вы начали, став президентом России?

Иностранец возвращается из путешествия по России. Наш корреспондент берет у него интервью: как ему понравилось? «О-о-о! Байкал! Красота – с ума сойти! Великолепно!» – «А как вам Кижи?» – «О-о-о!! Шедевр! Уникально! Потрясающе!» – «А Петербург?» – «О-о-о!!! Эрмитаж! Нева! Восхитительно!» – «Ну а каково ваше общее впечатление от страны?» – «Ужасающее». Это, конечно, анекдот. Хотя, как и во всякой шутке, в нем есть доля правды. Иностранцам не хватает в России привычного комфорта.

Немка Луиза Б. в восторге от поездки в Сибирь. Но когда водитель на дороге остановил автобус и скомандовал: «Мальчики – налево, девочки – направо!» – это ее шокировало. Метания по городу в поисках общественного туалета – трудная участь всех, кто живет в России или по ней путешествует. По дороге из Петербурга, культурной столицы России, в Приозерск на станции Шестьдесят седьмой километр несколько лет назад стояло лицом к железной дороге сооружение с двумя кабинками «М» и «Ж». Потом двери кто-то стащил. «День открытых дверей» затянулся на месяцы и смотрелся из окон поездов оригинально. А потом растащили все остальное, снесли, и никто не жалуется: бегают в кусты или под платформу.

К двум главным бедам России – дорогам и дуракам – по справедливости следовало бы добавить сортиры. До сих пор вблизи вокзалов, на кладбищах или в воинских частях можно увидеть деревянные настилы, посыпанные хлоркой. Кое-кому даже дыры в полу не нужны. Если гостям попадется районная газета, наколотая на ржавый гвоздик, им крупно повезет. «Ха-ха! Нашего брата уже и биотуалетом не удивишь, а сестру тем более!» – возмущается читательница, почему-то воспаряя над братьями. Когда-то над такой реакцией смеялась Тэффи: «Милостивый государь! Вы клевещете на русское общество! Но, как видно, вы не бывали на Волге. Стыдитесь!» Но автор встречал такое и на Волге, и не только.

«Я много видел чудесных сортиров, но нигде больше не видел такого византийского чуда, как в Вышнем Волочке, – рассказывает писатель Виктор Ерофеев. – Там перегородка между женским и мужским отделениями идет не по низу, а по верху, от потолка. Голов не видно, а все остальное – как на витрине». Марина Влади, французская актриса, в российской провинции чуть не упала в обморок при посещении общественного туалета. Ее потряс дружный ряд голых дамских задов, не разделенный перегородками.

В России – стране, где жители обожают баню и отличаются чистоплотностью, – туалеты традиционно являются одним из жизненных кошмаров. «Подумаешь, в Индии туалеты еще хуже!» – вступает в спор читатель. Но мы привыкли сравнивать себя с развитыми странами Европы. Улучшения у нас происходят, но слишком медленно.

Писателя-юмориста Михаила Задорнова спросили, что бы он сделал в первую очередь, если бы стал президентом России. И он на полном серьезе ответил: «Сначала туалеты. Люди, которые пользуются такими туалетами, не имеют достоинства». Швед Андерссон, как только стал генеральным директором АвтоВАЗа в Тольятти, первым делом заставил привести туалеты для рабочих в порядок. Туалеты – пример пренебрежения чиновников к человеку, к его бытовому комфорту. Наши люди заслуживают лучшего.

Что русскому здорово, то немцу смерть. Как горожане играют в русскую рулетку?

Россия – самая большая в мире страна, но 85 % ее территории непригодны для постоянного комфортного проживания. Что поражает в ней иностранцев? Прежде всего русская зима. Как могут русские жить, например, в Мурманске? Ведь здесь полгода темно и лишь в мае исчезает снег. «Ну кто из европейцев осмелился бы возводить город за Полярным кругом?! – восклицает английский журналист М. Чанс. – А в Мурманске бурлит жизнь! Мурманчане работают, рожают детей». Наша соотечественница, которая жила в США, рассказывает: там, если случится суровая зима, обледеневшие ветки обрушатся на провода, отключится электричество, и жизнь замрет. Тот, кто это пережил, лучше поймет преимущества сибирской избы и русской печи.

Русская зима – это покоряющая своей прелестью экзотика. Бескрайние заснеженные просторы, искрящийся на солнце снег, покрытые белыми шапками дома и деревья, сказочная красота зимнего леса, ослепительная белизна окружающего мира. Студентка из Китая Ван Фан, которая учится в России, говорит, что снег для нее – воплощение чистоты и красоты. Вспоминаются слова Высоцкого: «Снег без грязи – как долгая жизнь без вранья». Может быть, отсюда рождается свойство русской души, которое называют романтизмом?

Зимой любители спорта получают массу удовольствий – коньки, лыжи, санки, скейборд и даже футбол или бассейн под открытым небом. В фильмах люди азартно валяются в снегу, заливаясь радостным смехом. Но такого лютого, 30–45-градусного сибирского мороза гости не ожидали: «Сначала замерзают ноздри, и каждый вздох сопровождается болью. На ресницах появляется иней, который смерзается в кусочки льда». Бывший посол ФРГ Майер-Ландрут поехал в Россию с напутствием от отца. Его книга издана у нас под названием «С Богом! И оденься потеплее!», а в точном переводе было бы «И не забудь подштанники!».

Мороз – испытание на прочность. Кинорежиссер Виталий Манский совершил путешествие от Уренгоя до Кельна – вдоль трубопровода, поставляющего газ из Сибири в Европу. В фильме «Труба» он показывает разительные отличия в жизни обитателей сибирской глубинки, снежной пустыни, и Западной Европы: «Мы даже генетически разные. Человек, который ради похорон близкого должен с 7 утра до 5 вечера долбить мерзлую землю, не может понять европейца, приезжающего хоронить в ланч-тайм, в белых штиблетах. У них разные счеты с жизнью и смертью». Самый большой перепад температур в мире наблюдается в Верхоянске: летом плюс 37, а зимой минус 70. У нас бывает, что школьники ходят на занятия при температуре до минус 38 градусов, а мужчины работают при минус 30 градусах и ниже, а порой уезжают ловить рыбу, на охоту в леса за сотни километров от дома. Какой характер может при этом сформироваться?

В Петербурге зимой в парках замерзают пруды. Любители зимнего плавания выпиливают лед и делают проруби длиной в несколько метров. При «минус десяти градусах жары», когда пешеходы идут мимо в шубах и ежатся, эти лихие ребята вылезают из проруби в одних трусах. Некоторые думают, что после этого хороша стопка водки или горячая баня, но опытные «моржи» знают, что нужно сразу надеть варежки, шапку и валенки и согреваться теплым воздухом от фена. Даже если им за восемьдесят лет, они ни разу серьезно не болели.

По церковному календарю в разгар зимы отмечается праздник Крещения. Считается, что крещенская вода целебная и очищает от всех грехов. В ночь на Крещение у девушек принято гадать на своего суженого. Одна моя знакомая шутит: «Пока «мой сумасшедший» мерзнет в проруби, я на всякий случай гадаю, кто будет моим следующим мужем». Однажды русские друзья пригласили немецкого журналиста окунуться вместе с ними. А он сказал, что в рай, на небеса не спешит. Но в наши дни только в Москве в проруби купаются десятки тысяч людей.

Русская зима мучительно долгая и темная, солнечных дней не хватает. Но самое противное время наступает, когда снег на улицах тает, превращаясь в серое, грязное, противное месиво. Из-под колес машин вылетают фонтаны брызг и обдают пешеходов грязью. В пасмурные дни многие впадают в депрессию. Представим себе, например, больного, который жалуется врачу: «Что-то у меня все не так, вот и бутерброд все время маслом вниз падает!» – «А вы его с собой захватили? Чудненько, давайте-ка сюда! Так вы же его не с той стороны намазали! Успокойтесь, голубчик!» – «Что же делать-то?» – «Принимайте витамины, сходите в театр… Летом поедете с женой в Италию – думайте о приятном! А бутерброд этот – выкиньте из головы!» Советы правильные, но русские лечатся от депрессии сами. Чаще всего тем же универсальным эликсиром, что и от холода.

В деревнях зимой избы отрезаны от внешнего мира, в городах завалены романтичным снегом подъезды, автомобили погребены под снежными холмами. Пешеходы лавируют на улицах по льду, падают и получают увечья. На тротуарах надо не попасть под гигантскую сосульку.

«Зимой жить в городе сложнее в сто раз. И никто не думает, как облегчить жизнь», – говорит живущая в Москве француженка. В Петербурге ледяной глыбой размером с дверь убило шестилетнего мальчика, который шел по городу с бабушкой. Губернатор призвал пожилых людей и детей без крайней необходимости не выходить на улицы города. Жители возмутились: ага, нас призывают прикинуться ветошью и не отсвечивать! А может, чтобы властям не мешать, еще и не жить, и не дышать? Почему крыши вовремя не расчищают от снега и льда? 19-летний студент Володя устроился на эту работу. Он счастлив: за день три тысячи рублей! А как там страхуются? «Ну, бывает, привяжут к трубе. А бывает – и без этого». Работающие на крышах не раз разбивались насмерть.

Иностранцы сравнивают хождение по русскому городу зимой с русской рулеткой. Эта знаменитая рулетка была изобретена русскими офицерами после революции, когда Родина, честь, смысл жизни – все было потеряно. Так в мире называют попытку самоубийства или дуэль, когда по очереди приставляют себе к виску заряженный револьвер, крутят барабан и нажимают курок, не зная, где в барабане находится единственный патрон. Гости из-за рубежа кипят: «Если бы у нас на улице люди так падали на льду, кто-то сразу попал бы под суд!» Но русские терпеть умеют и виноватых не ищут – видели и не такое. Новые сильные впечатления помогают иностранцам быстро выучить по-русски как минимум четыре новых слова: безалаберность, разгильдяйство, коррупция и пофигизм. В повседневности русский фатализм и готовность к риску, удаль и стойкость они замечают не сразу, и эти слова труднее врезаются в память.

Что для русских выше и слаще любви?

В Германии мы с женой собирали землянику. Наш приятель-немец пришел в ужас: там же собаки гуляют, можно бешенство подхватить! А зачем собирать в лесу грибы? В магазинах же есть шампиньоны, они проверены – не отравишься. Этой нашей страсти немцам не понять. Русские же вовсю собирают в лесу грибы, ягоды и лекарственные травы. Одних грибов 500 тысяч тонн в год – цифра для Европы немыслимая. Бывает, что грибники не могут сами выбраться из леса. Каждый год случается около тысячи отравлений. Я люблю изучать новые сорта и однажды прихватил из леса несколько подозрительных грибов с белой шляпкой. Перебирая корзину на даче, отложил их на угол стола. Тут зашел сосед – поговорить. После его ухода, покончив с остальными грибами, я залез в справочники. Незнакомые грибы пришлось выбросить. А сосед позже похвастался мне, что он с семьей собрал целую корзину точно таких же «белых грибов». В съедобности их он не сомневался: он же видел их у меня на столе! Все выжили, слава богу.

Журналистка А. Лаурен летом в столице была поражена: несколько мужчин в реке ловили рыбу. А зачем?! Ведь там полно кишечных палочек, а рыбешек мало, да и такие мелкие! Может быть, у русских что-то с головой? Огромная территория России при малой ее заселенности всегда вызывала зависть у иностранцев. Веками в стране было полно рыбы и дичи. Когда Шаляпина научили насаживать на крючок червя, он воскликнул: «Это так увлекательно! Ей-богу, брошу петь и буду ловить рыбу!» «Поймать судака – это выше и слаще любви!» – делится в письме Чехов. Рыбная ловля и охота для русских – не только самый популярный и доступный вид отдыха. Это при войнах и кризисах помогало выжить. Добывать и собирать все, что можно есть, – русская традиция.

В 1815 году Александр I подарил прусскому королю для его хора русских солдат. Для них в Потсдаме построили русскую деревню Александровку. Солдаты женились на немках, и с годами их семьи перемешались с немцами. Избы стоят до сих пор, но только в трех домах остались потомки тех солдат. И только в этих семьях сохраняется интерес к ловле рыбы и к водке. Через двести лет – вот что такое прочность менталитета!

Российские власти попытались ввести плату за рыбную ловлю. Коммерсантам сдали участки на Волге в аренду, а те огородили доступ к воде шлагбаумами и обложили данью всех, кто появится с удочкой в руке. Это вызвало взрыв возмущения: «Они рыбу в реке не разводили! Скоро за вход в свою квартиру будем платить!» Протест нашел отражение в анекдотах. «Так. Права на рыбалку и лицензию на отлов пескарей взял. Удостоверение рыболова-любителя, талон техосмотра, удочки взял. Страховой полис, 150 баксов инспектору рыбоохраны взял…» – «Ты чего там бормочешь, внучек?» – «Я, бабушка, с Петькой из 3-го класса за пескарями на речку собираюсь…» – «Внучек, а у червей согласие спросил?» Рыбаки платить не захотели. Волга большая – за каждым не уследишь. Власти пошли на попятную и ограничили число водоемов с платной рыбалкой. Они хотели как на Западе, а вышло как всегда. Русские привыкли к тому, что рыба, дичь, грибы и ягоды достаются им без затрат. Традиция сильнее закона.

Иностранцев изумляет, когда они видят зимой на льду замерзших рек и озер людей, которые сидят там на своих ящиках. Причем даже в самые сильные морозы. Захватив с собой тяжеленный ящик со снастью и нацепив на себя овчинный полушубок, мужчины в выходные дни сверлят во льду лунки и ведут подледный лов рыбы. Они не забывают захватить с собой водку. А женщин не берут: не будет удачи. Требуется адское терпение, не правда ли? Да, конечно, но его хватает миллионам русских. Когда наступает весна, льдины с людьми порой уносит далеко от берега. Рыбаков приходится искать и спасать. Находят – а эти люди, рискующие жизнью, могут на льдине пить и веселиться.

На вопрос «Рыбная ловля – это спорт или искусство?» жена заядлого рыбака отвечает: «Когда мой муж ловит рыбу – это спорт, но когда он об этом рассказывает – это уже искусство». Пусть даже у таких рыбаков совсем не клюет или они выловят пару мелких рыбешек для кошки. Все равно, разве это не прекрасно – в выходной отключиться от семейных забот и встретиться с приятелями? А какое удовольствие, какие счастливые мгновения – после трудного дня в безмолвной ледяной пустыне посидеть вечером дома за столом с ухой, зная, что еда добыта твоими собственными руками! Русский мужчина без ружья или удочки жить не может – это сидит у нас в крови. Терпение и надежда на авось в условиях богатой ресурсами страны – извечные свойства русской души.

Зачем русским зимой нужны слоны? Статистика по-русски

Русский эликсир от холода, оказывается, помогает согреться не только людям. В Москве однажды слон в зоопарке, выпив ведро водки, начал буянить и сломал систему отопления. Русская традиция поить водкой слонов имеет давние корни. Еще зимой в начале XVIII века в Петербурге содержали и водили гулять по улицам слона из Персии. В год на него отпускалось 315 ведер водки и столько же ведер вина. Правда, позднее вскрылось, что пил больше слоновщик Гаврила Бабаецов. Да и солдатам он платил за работу водкой. Слона к тому же объедали – через три года он умер. А через пять лет от персидского шаха Надира нам привезли в подарок 15 слонов! Норму на одного слона уменьшили до 60 ведер водки и 40 ведер вина, а спиртного понадобилось еще больше. Слоновщик Ассатий требовал водки только наилучшего качества, иначе же он доносил: «К удовольствию слона водка неудобна, понеже явилась с пригарью и некрепка». Слонам причиталось простое вино, зато попугаям в том же зверинце в день по бутылке рейнского. И они, надо полагать, тоже по-братски делились с обслугой. Вспоминается анекдот. У служителя зоопарка спрашивают: «Правда ли, что лев съедает 100 кг мяса в день?» – «Съесть-то он съест, да кто же ему даст?»

Вывод из историй про слонов важен: в России нужно с особой осторожностью относиться к данным статистики и опросов. В советское время русская участница телемоста с Америкой сказала: «У нас в стране секса нет!» – и над этим смеялся весь мир. А недавно одна иностранная компания решила узнать, как часто русские женщины занимаются любовью. Подсчитали – получилось, что в сутки три раза. Видимо, женщины не захотели ударить в грязь лицом.

В 1990-х годах я поинтересовался, сколько денег у нас расходуется в день на солдата в армии. Оказалось, что в четыре раза меньше, чем на немецкого солдата, меньше, чем на уголовника в тюрьме и даже чем на бездомную собаку в Москве. Я не знал всех реалий собачьей жизни в России: доходят все деньги до собаки или их на нее списывают? Сомневается в затратах на собак и Стас Янковский: «Мэр Москвы выделил 1,5 миллиарда рублей на стерилизацию 30 тысяч московских собак. Это по 50 тысяч на каждого чиновника».

А знаете ли вы, кто и как дописал за Гоголя историю о возникающих в нашем Отечестве «мертвых душах»? В 1937 году в СССР при Всесоюзной переписи населения обнаружили на девять миллионов меньше жителей, чем объявляли ранее. Это Сталина не устроило: вождь восклицал, что «жить стало лучше, жить стало веселее», а мы, выходит, вымираем!!! Результаты признали «дефектными» и засекретили. В справочниках стали приводить старую цифру 1933 года. То есть девять миллионов душ пририсовали, а в 1939 году провели «правильную» перепись. В 1937 году «пробравшихся к руководству переписью врагов социализма, троцкистско-бухаринских агентов иностранных разведок» – начальника Бюро переписи О. Квиткина и его помощников – расстреляли. Подумать только, живых людей уничтожали ради увеличения числа бумажных мертвых душ!

В наше время власти, проводя перепись населения, решили на ней сэкономить. Целые дома оказались непереписанными. В Интернете резвятся – вот результаты в Москве: «5 %: «Кто там?», 15 %: «Я вам покажу перепись! Сейчас милицию вызову!» и 80 %: «У нас нармална! Какой ишчо пэрипис-шмэрипис?! Здэс никто не живьет!» Студент-переписчик рассказывает: «Инструктор сказала нам: «Мальчики, на наш участок надо записать тысячу нелегалов». И каждый из нас оформил по 70 липовых бланков. Фамилии шкодные выдумывали – вот смеху-то было!» В анкете был вопрос о наличии ученой степени, а подтверждать ее документами не требовалось. Сколько же у нас стало докторов наук – мир от зависти лопнет! Председатель Счетной палаты в сердцах воскликнул: «Нам не нужна статистика, которая все равно что бикини: то, что она демонстрирует, лишь намек на то, что скрыто».

Министр экономического развития РФ Максим Орешкин признает, что по темпам роста реального ВВП наш результат в два с лишним раза ниже среднемирового. Но, может быть, нам не надо догонять других, а просто считать его иначе? По словам министра, если брать ВВП в расчете на человека в возрасте 15–64 года, то мы почти не отстаем. По словам других экономистов, если считать ВВП не в количестве товаров и услуг, а в рублях, то окажется, что наша экономика на взлете.

Читаю и радуюсь: в результате успешной работы с иностранными инвесторами объем их инвестиций в Россию увеличился. Вот только лидером стал маленький Кипр. И приходят они большей частью с Кипра или Виргинских островов. Большая часть этих денег – это те, которые туда из России утекли. Фирмы прячут их в офшоры: боятся, что прибыль у них отнимет наше государство.

Трудно правительству с нашими безграмотными гражданами. Им русским языком говорят, что инфляция снизилась аж до 4 %, а они ноют, что цены в соседнем магазине выросли вдвое. Как же официальная статистика вычисляет процент инфляции? По цене на хлеб и молоко или на яхты? Вице-премьер О. Голодец заявила, что из 86 миллионов россиян только 48 миллионов работают легально. А если социолог позвонит остальным, скажут ли они ему правду о том, где и как они зарабатывают? Никто по-настоящему не знает, что в России производится, потому что предприниматели уходят от налогов. Как верить в данные статистики, если теневая экономика сопоставима по величине с официальной?

«Откуда такие рейтинги: президента поддерживают 80–90 %? Социологические опросы врут, – говорит мне известный профессор. – Моя мама мне все время: «Ой, только не говори этого по телефону, нас услышат!» И дома нельзя, и нигде нельзя. Вам звонят и спрашивают: «Вы поддерживаете курс президента?» Большинство: «Да, конечно, мы за!» А я думаю, что таких, может быть, процентов тридцать». Страх сидит в нас с давних времен. За инакомыслие уже не расстреляют, но если на карьере скажется? А верите ли вы, читатель, что в российских мегаполисах правящая партия имеет наивысшую популярность в сумасшедших домах? Это не домыслы автора, а цифры с результатами выборов. Не надо сомневаться, услышав, что 99 из 100 опрошенных жителей России полностью одобряют государственную политику. Просто остальные 143 миллиона никто не спрашивал.

Избегая конфликтов с властью, отечественные учреждения стараются давать позитивные данные. Некоторые даже считают, что у нас вообще проводить любые социологические опросы бессмысленно. Потому что русские говорят одно, думают другое и делают третье. К тому же мы никому не доверяем и пытаемся угадать: чего они от нас хотят? Наши ответы часто зависят от сиюминутного настроения и от того, кто и как нас спрашивает. Мы не знаем своей страны. Наивно полностью полагаться на российскую статистику. Все проценты и рейтинги у нас имеют привкус вопросительного знака – лучше больше доверять своему опыту и собственным глазам.

Нужны ли клумбам охранники с автоматами?

В одном немецком путеводителе сказано, что у русских можно «есть с пола». В квартире все сияет, порядок и чистота. Какие культурные люди! А что за пределами квартиры? Пройдитесь по центру Петербурга – и вы будете в восторге от великолепия классических фасадов и золотых куполов соборов. А если войти под арку во двор? Американец Джордж Николсон пишет: «Вы окажетесь в запутанном лабиринте – с грязными стенами и лестницами, приводящими к квартирам. Во дворе бегают кошки, валяется мусор и бутылки». Немецкую медсестру Трауте М. в наших городах поразили грязь и смрад в парадных, разбитые почтовые ящики, заплеванные подъезды с горами окурков и пивных банок даже в новых домах. «Мы понимаем, что люди живут бедно, но при любой бедности можно навести на своей лестнице и в своем дворе порядок. Почему у вас так грязно?» – спрашивает она меня. Что ей ответить?

Недавно Газпром подарил Петербургу скульптурные копии знаменитых зданий города на Неве. Но на этой выставке благодарные горожане разобрали кое-что на сувениры, пообломав бронзовые кресты и башенки. У прекрасных изваяний в Летнем саду не раз отбивали руки и носы. А что в глубинке? Священника в Подольске убили из травматического оружия за то, что он сделал замечание пьяному, который мочился в подъезде. В городе Киренске пьяные охотники расстреляли изоляторы на линии электропередач. Они просто резвились и оставили без света почти двадцать тысяч жителей. У нас могут срубить деревце в сквере, перевернуть урну, сломать скамейку. На остановках транспорта ломают навесы и ограждения, и люди страдают от непогоды. В одном из южных городов исчез памятник Лермонтову, а в Перми отпилили руку у бронзовой скульптуры Ю. Никулина и сдали в металлолом.

Бытовой вандализм есть везде, но почему в России он достиг таких масштабов? В годы советской власти людям внушали, что все вокруг общее. Они рассуждали иначе: это ничье и никогда моим не будет. А если так – почему бы не выбросить мусор из окна автомобиля, не бросить бутылку в парке, не поджечь кнопки в лифте? Почему каждый знает, как обустроить Россию, но не думает про свой дом и двор? Почему русским нет дела до того, что за пределами их квартиры и дачного участка? Может быть, они не чувствуют себя хозяевами в собственной стране?

На всю страну нашумел случай в Челябинске. Там побывал премьер-министр и по дороге увидел на берегу озера Смолино дикий пляж. Он нахмурился: «А почему бы не привести его в порядок?» Местные власти – руку к козырьку! – все «бусделано» за одну ночь! В темноте работали грейдеры и КамАЗы, завезли песок, на пляже установили лежаки, зонтики от солнца и даже биотуалеты. Утром перед отлетом доложили премьеру и показали фотографию. Но отдыхающие порубили лежаки на дрова, чтобы жарить шашлыки. А остальные растащили. «Взвалят на спину, смотришь – и как будто лежак сам пошел, человека за ним не видно, – сетует городской глава С. Давыдов. – Зонтики вырывают и плавают на них по озеру. За одну-две недели разворовали не только биотуалеты, но и вывезли на машинах весь песок». Настоящий праздник халявы! Все пришлось восстанавливать заново. Между тем в центре Москвы в парке Горького есть и шезлонги, и зонтики, и скамейки. Все прекрасно сохраняется – а почему, собственно? «Для жителя Челябинска при его низкой зарплате это очень хороший подарок, если имущество бесхозное», – объясняют мне.

Неужели все дело в зарплатах? В Москве людей окружает другая, более комфортная среда. Там 85 % всех денег страны, у столичных властей другие возможности.

Говорят, если в Калифорнии кто-то выбросит из машины окурок, его оштрафуют на 500 долларов. Но к каждому полицейского не приставишь. Разруха начинается в головах, когда возникает ощущение вопиющей несправедливости и понимание невозможности что-то в своей жизни изменить: «Если нету смысла жить, все осточертело, отчего же не крушить все, что еще цело? Все, бодай тебя комар, хочется взорвать! Если вижу тротуар, хочется плевать» (из дневника).

В моем подъезде появилось обращение председателя ЖСК к жильцам – крик души: «Ваш покорный слуга работал в странах Европы. Но таких людей – эгоистичных, не любящих ближнего, с отсутствием гражданских позиций – там не встретишь. Держите в чистоте дом и его территорию! Наши дедушки и бабушки выстояли в годы блокады Ленинграда и выиграли войну. Были бы они такие, как некоторые жители нашего дома, война была бы проиграна».

Порядка больше там, где соседи знают и видят друг друга. Как же людей перевоспитать? Во Владивостоке придумали Музей человеческого варварства и свинства, а в Улан-Удэ – конкурс на лучшую конструкцию урн. В результате урны перестали разбивать и уносить.

Москвичка, уехавшая жить в Германию, пишет: «Цветочки в палисадничке у дома на Тверской просто так не посадишь – надо трехметровую ограду поставить и охранника с автоматом». Но так ли это сегодня? В Петербурге цветы появились в скверах и парках, и жители многоэтажек начали сажать их у себя под окнами. Сперва соседи их выкапывали, потом стали сажать сами. В городах появляются просторные супермаркеты, хорошие дороги и замечательные детские площадки, а в подъездах на лестницах новых домов – зеркала, цветы и даже ковры. За последние годы в Петербурге все подъезды домов оборудовали кодовыми замками, и в домах становится чище.

Недавно мой немецкий гость Карл в Петродворце проследил за пассажирами, выходящими с вокзала. И поделился со мной изумлением: «Ни один из них не выбросил билет на тротуар мимо урны! А у нас теперь так уже не бывает». «Получается, что русские онемечиваются, а немцы претерпевают обрусение?» – спросил я Карла. Эта мысль ему понравилась. Там, где люди видят, что власть о них заботится, нравы меняются к лучшему. Чтобы победить вандализм, нужно сделать жизнь в стране осмысленной и привлекательной. Наберемся терпения – говорят, что в России надо жить долго.

Часть вторая. Познакомимся с русскими поближе

Плохие повсюду успели пролезть —
Они и министры, и судьи,
И все-таки есть, да, все-таки есть
На свете хорошие люди!
Им не на что выпить, им нечего есть,
Зимой они склонны к простуде,
И все-таки есть, да, все-таки есть
На свете хорошие люди!

Борис Заходер

Как отличить русских от иностранцев и что угрожает в России иностранному бизнесу?

Я однажды спросил работающего в России американца, чем русские от них отличаются. Он задумался и ответил: «Шапками». В анекдоте мама примеряет перед зеркалом шикарную шубу из чернобурки. Вовочка обращается к ней: «Мамочка, неужели ты не понимаешь, каких страданий стоила твоя шуба этому несчастному, замученному животному?» – «Как ты можешь так говорить о своем отце?!» Иностранцев натуральные шубы шокируют – разве можно убивать животных? До тех пор, пока они не познакомятся с нашими морозами. К тому же дорогая шуба для русской женщины – символ успеха и благополучия, как для мужчины дорогой автомобиль. В шубе ее будут уважать: видно, что деньги у нее есть и что муж ее любит.

Немецкий посол Майер-Ландрут, попавший в Москву в 1957 году, был потрясен тем, как плохо все одеты: «Как жалко этих людей!» А сегодня иностранцев поражает, как модно и красиво выглядят на улицах молодые люди. Немка после поездки в Новосибирск задумалась – не купить ли себе что-нибудь поэлегантнее? Вот как описывает иностранец золотую московскую молодежь в кафе: «Все девушки – сексуальные блондинки, юноши – мускулистые стиляги. Их погоня за модой сочетается со второй страстью – алкоголем». Гламурный пафос высмеивает клип Шнурова «Экспонат» («На лабутенах, нах… и в офигительных штанах!»), набравший больше ста миллионов просмотров.

Если немцы или американцы в повседневной жизни одеваются просто, то в России чем богаче человек, тем больше на нем накручено. В былые годы богатство скрывали – теперь им кичатся. Герой книги Виктора Пелевина «Generation «П» готовит приятеля к деловой встрече: «Морковин протянул Татарскому тяжелые, красиво-уродливые часы из золота и стали: Это «Ролекс Уйстер». Осторожней, не сбей позолоту – они фальшивые. Я их только на дело беру. Будешь говорить с клиентом – ты ими побрякивай. Помогает».

В России все смотрят – на чем приехал, во что одет. По нашей пословице, «по одежке встречают, по уму провожают». Высокие чиновники подают всем пример: носят шикарные костюмы и самые дорогие часы. Рекорд – часы за 1 один миллион долларов – принадлежит Ресину, бывшему вице-мэру Москвы. Огромное значение имеет престиж и статус. Русским очень важно, что о них думают окружающие, – пусть видят, что жизнь удалась! Это напоминает иерархию инопланетян в кинокомедии «Кин-дза-дза!». У них тот, кто носит зеленые штаны, завидует обладателю желтых штанов. Потому что перед ним приседают и говорят «ку!» не один, а два раза.

Иностранцев ошеломляет, как лихо наши дамы носятся зимой по городу на высоких каблуках. А наши женщины за рубежом тоже не верят своим глазам: «В Европе я была в шоке. Люди улыбаются, но ужасно выглядят». Во Франции, чтобы не выделяться, лучше расстаться с косметикой, золотом и дорогими сумками. В России внешний облик женщин тщательно продуман. По Жванецкому, нужно понимать женский язык. Например, едет женщина в метро и молчит. «Кольцо на правой руке – замужем. Кольцо на левой – развелась. Кольцо на правой, одна серьга – вообще-то я замужем. Ни одной серьги, джинсы, ожерелье из ракушек, оловянное колечко, торба через плечо… Погружена в себя настолько, что другой туда не помещается».

Девушки на улицах соревнуются – где еще вы увидите холодной осенью такие предельно короткие мини-юбки и блузки? Где даже в жуткий мороз носят такие джинсы, что наклонишься вперед – и они сползут с бедер? Вредно для здоровья? Красота требует жертв! Русские, приверженные к крайностям, и здесь впереди планеты всей. Представьте себе в летний день такую длинноногую модель в облегающих микрошортах в вагоне метро. Перед ней сидит джентльмен, набравшийся пива: глаза напротив того места, откуда у нее растут ноги. Он возмущается: «Видали? Юбку надеть забыла! За такое надо ремнем надавать по заднице!» «Размечтался, дед», – парирует красавица. «Они все такие! – ворчит старушка. – Одеваться не умеют, только раздеваться! Бесстыжая!»

Вот и граф Ростопчин в начале XIX века сокрушался: «Прежде сего одевались, а ныне раздеваются. Господи помилуй, да будет ли этому конец?» Молодые люди рассуждают иначе: «Мне нравится, если девушке есть что показать. Как они идут – аж сердце замирает! Поневоле следом идешь! Класс!!» Философы объясняют: «Что такое максимум информации при минимуме затрат? Мини-юбка».

В Египте в отеле немки шокированы: «Ваши девушки приходят на пляж в париках, с огромными ногтями, с наклеенными стразами на ресницах и на высоченных шпильках! Они выглядят так, будто каждый день хотят найти нового мужчину!» Но, как правило, русскими женщинами за рубежом восхищаются: они умеют всегда быть женственными и привлекательными. Даже в сибирской глубинке ищут русских манекенщиц для Запада – в одном Нью-Йорке их тысячи. Порой западные бизнесмены терпят в России крах только из-за того, что слишком увлекаются ночной жизнью в московских клубах и ресторанах. Они говорят, что в Москве масса соблазнов. И, конечно, самый большой из них – русские женщины.

Хорошо ли живется русской жене английского аристократа?

Даниил Гранин рассказывал о случае в поезде Париж – Берлин после войны. Немец в потрепанной военной куртке угощал всех в купе отличным коньяком. Какая-то тетка, француженка, крикнула ему: «Это же дорогой коньяк! Тебе подарили бутылку, чтобы ты ее домой привез!» А он ответил: «Это русские. Они все, что в лагере достанут, раздавали». Поделиться последним всегда было характерно для русских.

Русские со странной для иноземцев легкостью одалживают деньги знакомым и не берут за это проценты. «Русская душа – это щедрость, готовность отдать самого себя», – сказала французская актриса Марина Влади. Так же думает финская журналистка Анна-Лена Лаурен: «В России я научилась двум вещам: ценить, когда тебя угощают, и угощать самой. Это ежедневные маленькие радости, доказательства любви и уважения, которые делают жизнь приятнее… Такая радость редко перепадает тебе в Финляндии, где люди норовят сунуть тебе двадцать центов, если берут у тебя сигарету».

На Западе даже богатые люди могут что-то подарить и похвастаться, как дешево это им досталось. А в России цену подарка никогда не откроют и не будут обсуждать с тем, кому его дарят. Если в ресторан приходит компания, то часто рассчитывается один за всех, а не каждый сам за себя. Вопреки западным представлениям о равноправии, если русский мужчина приглашает даму в ресторан, то он обязательно за нее платит. Даже если он сидит на мели и занимает деньги у приятелей. В России всегда больше всего презирали мелочность, скупость и расчетливость.

Восхищаясь щедростью русских, иностранцы удивляются их расточительности. «Неужели вы не записываете расходов?» – изумляются они. Как объяснить им, что в России сбережения негде надежно сохранить, а зачем они тогда? Почему в день получки русские могут пойти в роскошный ресторан и ухлопать там почти все деньги за один вечер? Это праздник души – зачем же себе отказывать? Припрет – перезаймем. Придется неделями сидеть на каше или картошке? Перебьемся, эка невидаль! У соседской семьи «мерседес», а мы что, рыжие? Если свадьба, то непременно с помпой, с лимузином, с множеством гостей – чтобы было не хуже, чем у людей!

Немец Гельмут Шнайдер, работающий в Москве, поражен: «Даже те русские, которые зарабатывают вдвое меньше меня, тратят деньги и ведут себя так, как будто их зарплаты гораздо больше». В России важно если не быть, то хотя бы казаться крутым. Это наш девиз: умри, но держи фасон!

После ванны русские не просто обтираются, а смывают с себя пену. Посуду они моют под струей проточной воды. Все это на Западе считается диким расточительством. Эта черта свойственна всей стране в целом. На производство единицы ВВП Россия тратит в 2,5–3 раза больше энергоресурсов, чем в европейских странах. На нефтепромыслах колоссальный объем газа сгорает в факелах – так же, как в Нигерии. Мы зря обогреваем небо и загрязняем атмосферу. Еще Д. Менделеев говорил, что сжигать нефть – большее безумие, чем топить печь ассигнациями. Нефть и газ мы продаем, а продукты их переработки покупаем. Особенности русского менталитета вызваны тем, что Россия обладает богатейшими в мире запасами сырья и пресной воды.

За рубежом мне не раз приходилось слышать жалобы русских женщин на своих мужей-иностранцев, зацикленных на экономии воды и света. В Великобритании бывшая москвичка живет в старинном замке. Но муж-аристократ заставляет ее экономить воду и стоит у нее за спиной, когда она чистит зубы. Чтобы с ним не ссориться, она моется в ванне, когда его нет дома. Что это – бережливость или скупость? Писатель А. Куприн говорил, что бережливость – навык похвальный, но родственная ей скупость, доведенная до крайности, отвратительна: «Мы, русские, в мятежной широте души своей, считали даже самую скромную запасливость за презренный порок. <…> Но разве мы не прозрели и не убедились, что бесконечно счастливы те страны, где всеобщая строгая экономия вошла в привычку?»

Наш климат требует расходовать на отопление больше энергии, чем во многих других странах. Россия нуждается в энергосберегающем образе жизни, и в этом направлении предпринимаются первые шаги. Русские начинают экономить и щедрость проявляют реже, но это дается им нелегко: привычка – вторая натура.

Как русских учат доказывать свою любовь?

Русские очень любят получать подарки и сами охотно их дарят. «Дни тянутся – бесцветные дни зимы, – пишет Д. Николсон. – И вдруг случается неожиданное, невероятное. <…> Появляется друг с подарком – редкой иностранной книгой или флягой черной икры, купленной по дешевке у знакомого рыбака. Это не просто подарки, а неожиданные маленькие чудеса».

Подарки дарят не только друзьям и знакомым по случаю праздников, но и коллегам по работе, а также всем, кто чем-то вам помог, пусть даже по долгу службы. Их дают парикмахеру, врачу, медсестре, дежурной в гостинице, служащему в банке… По старинному совету Грибоедова: «Угождать всем людям без изъятья, швейцару, дворнику для избежанья зла, собаке дворника, чтоб ласкова была». Очень важно понимать, кому и что можно дарить. Всегда считалось, что цветы не должны быть желтыми: это цвет измены. Но теперь это хорошо: это цвет денег. Дарить надо нечетное число цветов, а четное приносят только на кладбище покойнику. Если дарите кошелек, то обязательно положите хотя бы немного денег.

Из мелочей женщинам чаще всего дарят цветы, конфеты и косметику, а мужчинам коньяк и ежедневники. Врачи завалены коробками конфет, и кое-кто уже брезгливо отворачивается: «Лучше бы хоть триста рублей принесли!» Пословицы гласят: «Мне не дорог твой подарок, дорога твоя любовь», «Дареному коню в зубы не смотрят». Люди все чаще дарят другим то, что им самим не нужно. В ходу китайские мелочи – а что хорошего могут сделать китайцы за 6 долларов? Когда-то Тэффи в шутку советовала провожающим захватить на вокзал вместо подарка красиво упакованный кирпич, опоздать и бежать вслед за поездом, размахивая этим пакетом.

Передаривать считается неприличным, но… Когда-то один герой из рассказов Чехова сплавил подаренный ему противный и непарный канделябр. Тот передаривали по цепи, и он вернулся обратно – в пару! Появился шуточный полезный совет: «Не разворачивайте подарок до ухода гостей – иначе его потом никому не передарите». Журналист М. Боков под Новый год оказался обладателем трех пар шерстяных носков немыслимого размера и громоздкого набора для приготовления фондю. Впрочем, теперь вместо вещей иногда дарят деньги в конверте. Когда близкие люди по случаю общего праздника обмениваются конвертами с купюрами, это выглядит забавно. У молодежи возник новый обычай: они приводят в Сети список подарков, которые хотели бы получить ко дню рождения, и друзья из этого списка что-то выбирают. Ненужные вещи обмениваются в Интернете. В домах накапливаются груды ненужных вещей, но отход от старых традиций, видимо, нас от этого избавит.

Ответ на вопрос, поставленный в заголовке, я прочитал на эскалаторе метро. С плаката полуголая красотка, указывая зрителю на ожерелье, зовет его в ювелирный магазин: «Если любишь, докажи!» На автобусной остановке эту идею реализовали в картинках: «Ты – ей (картинка 1), она – тебе (картинка 2)». Против духов были нарисованы губы, а против бриллиантового колье – другое место, из-за нескромности которого рекламу через пару дней пришлось убрать. Зрителю ясно: она его не за муки полюбила, а за дезодорант. Он прыснет – и станет таким же атлетом, как темнокожий красавец на экране. А тот насмехается над бедными женщинами: «Посмотрите на меня и на вашего мужчину!» Партнер ее выделил из толпы тоже не зря, а за тушь для ресниц. «Мы дам других обидеть не хотим, но с нею просто тянет на интим» (из дневника).

Вместе с торговлей расцвела реклама. Она обрушивается на зрителя с экрана телевизора и вклинивается в игровые фильмы. Герой мучительно ищет слова для объяснения в любви – пауза. Вдруг возникает тетка и орет: «Запор! Многие страдают молча! Фитолакс – ключ от всех запоров!» «Ключ от всех заборов?» – переспрашивает пятилетняя Наташа. Рекламу впитывают дети. У знакомых двухлетний сынишка выдал: «Мама! Купи мне простамол. Я просто хочу быть мужчиной!»

Глядя на экран, зритель радуется за любимых звезд из сериалов, которые наконец-то решили свои проблемы. Главная героиня – ура! – отмыла свой унитаз с помощью нового моющего средства. Два любящих сердца страдали от перхоти, а теперь нашли средство, которое номер один и улучшает жизнь на 80 %. Хотя, как это подсчитали, нам не объясняют. Реклама редко дает разумные советы, у нее другая цель – подхлестнуть «хрюкающий бум потребления». Что же в ней тогда хорошего? В других передачах убийства, кровь, катастрофы, нищета. А в рекламе – непрерывный праздник. Можно «почувствовать себя уверенной в любые дни». Где еще увидишь за столом радостную семью, где все спорят только о сорте чая и сразу же приходят к согласию? Так что реклама служит для русских своеобразным антидепрессантом.

Английский писатель Джон Голсуорси еще в 1918 году от имени героя своего рассказа обратился к читателю: «Нас с юных лет воспитывают в духе неуемного стяжательства и конкуренции. Нам бы следовало попытаться не умножать количество денег, а сократить свои потребности. Путь истинного прогресса, сэр, – это упрощение жизни и желаний; есть простую пищу, самими нами выращенную; чувствовать на лице солнце, дождь и ветер; вдыхать аромат полей и лесов; иметь скромную крышу над головой и миловидную жену, не испорченную высокими каблуками, жемчугом и пудрой, и растить детей. Трагедия человека в его бессмысленном, ненасытном любопытстве и жадности».

Что в России удобнее, чем за рубежом? Здесь все можно купить круглосуточно и без выходных. Но зачем же продавать ночью, например, бытовую технику? Это реакция на многолетний дефицит. Мы еще не насытились бумом потребления и до самоограничения пока не дошли.

Как правильно целоваться с ежиками?

В аптеке интеллигент подает провизору деньги и тихо показывает:

– Дайте мне две пачки этих…

– Гражданин! Если вам надо презервативы, то и говорите, что вам надо презервативы. Анна Сергеевна, пробейте товарищу за презервативы! А вы, гражданин, возьмите ваши презервативы и не морочьте голову!

Покупатель:

– Спасибо, милая! Граждане, вы все слышали? Я иду трахаться.

Клиент спрашивает официанта:

– А это правда, что вы за нами доедаете?

– Нет, что вы! Это вы за нами доедаете.

Эти шутки посвящены ненавязчивому русскому сервису.

Парикмахер Лена М. говорит, что в России много прекрасных мест, например на Алтае или у Черного моря. Почему же она регулярно ездит в Турцию? «Отдыхать лучше за границей, а здесь обхамят так за те же деньги, за которые за границей обольют шоколадом и оближут», – отвечает она.

В дореволюционной России в больших магазинах приказчики были обходительны и не жалели времени для клиентов. У прилавка слышалось: «Чего изволите?» В ресторанах официанты старались во всем угодить гостям. В советское время магазины и рестораны из частных превратились в государственные. Зарплата продавца не зависела от выручки, и он был хозяином дефицита. Актриса Любовь Полищук рассказывает, как она покупала на улице капусту. Копалась, перебирала кочаны, а продавщица взяла грязный и мокрый кочанчик и постучала ей по лбу. Считается, что хамство в нашем сервисе – наследие советского прошлого.

Вы заходите в крупный магазин бытовой техники – продавцы вас не замечают: «Не нравится – идите в другой магазин». А в отделе холодильников нервно объясняют, что покупать тут нечего: все дикий отстой и сломается на следующий день. Запись в книге отзывов в парикмахерской: «Меня теперь не узнать. А вот я вас всех запомнила, суки!» Утром вы входите в поликлинику. Гардеробщица, подметая пол, ворчит: «Чего вас столько набежало? Как только мужики перестают интересоваться девками, так сразу в поликлинику!» Теперь в магазин – а там охранник не пускает из-за большой сумки с документами: «Оставьте ее в камере хранения!» Но на камере надпись: за сохранность не отвечают. В итоге вы без продуктов, ваша Мурка – без еды. Вы спешите на вокзал. Там очередь, и кассирша истерически вопит: «Как вы мне все надоели!» Мечта Жванецкого проехаться по городу на собственном танке нам понятна. Все больше учреждений заменяют прямую связь автоответчиком. Набираешь – часами не пробиться, попал – слушаешь музыку, потом тебя разъединяют – и все сначала! Веселенькое нас ждет будущее, если с автоответчиками будут беседовать автодозвонщики.

В Интернете на форуме кто-то спрашивает: «Почему всем продавцам, кассирам, охранникам, всей обслуге наплевать на клиента?» Его поправляют: «Не всем. Но большинству». Всемирный экономический форум оценил доброжелательность населения разных стран по отношению к приезжим. И в этом рейтинге из 124 стран русская душа заняла лишь пятое место с конца! Мои немецкие друзья Карл и Грета в центре Петербурга зашли в ресторан и сделали заказ. После долгого ожидания им сообщили, что заказанного блюда нет, и предложили заменить его более дорогим. Они были поражены: почему здесь обслуживают с таким видом, как будто вам делают одолжение? «В Германии говорят, что клиент – король. А почему у вас клиенту не улыбаются? Ведь не будет клиента – не будет выручки!!!»

Что я мог ответить? Работники сервиса зарабатывают мало и надеются с этой временной работой распрощаться. Так зачем стараться? «Никогда немецкая душа не поймет загадочную русскую душу!» – воскликнула Грета. Порой иностранцы из-за этого даже не хотят в Россию приезжать. Русский сервис и для нас загадочен – никогда не знаешь: пошлют, улыбнутся или обсчитают. Или улыбнутся и обсчитают одновременно.

Сравним. В Японии у входа на эскалатор в крупном универмаге девушки вам улыбнутся и раскланяются. Это 2500 улыбок и поклонов в день! В США в «Чейз Манхэттен банк» висит объявление «Если наш оператор вам не улыбнулся, скажите об этом швейцару – он выдаст вам доллар». На Главпочтамте в Петербурге тоже вывесили правила работы и рекомендуют служащим улыбаться клиенту. А улыбок пока нет! Зато хамства хватает. «Почему вы так обслуживаете?» – «По кочану», – отвечает служащая.

«Почему у вас в метро улыбнешься кому-нибудь – посмотрит как на ненормального?» – спрашивает немец Макс. У нас улыбаться незнакомым людям не принято. Вспоминается фраза из объяснительной записки бузотера на работе: «Она подошла ко мне, ехидно улыбаясь, разбить мне нос».

По нашей поговорке, «смех без причины – признак дурачины». В XVII веке в Москве на улице смеяться не разрешалось: будешь скалить зубы – окажешься в Сибири. Американец Дейл Карнеги учит улыбаться всем подряд: это приносило ему много долларов. А в России молодой служащий решил жить по Карнеги и до обеда на работе всем старательно улыбался, по возможности искренне. В обед подошел начальник и сказал: «Еще раз накуренный на работу придешь – уволю».

Как же объяснить нашу неулыбчивость? В Италии или Испании море, тепло, всегда светит солнце. Но только ли в этом дело? Когда в новых магазинах к нам подбегает продавец с предложением помочь, это настолько непривычно, что мы от него шарахаемся. По Заходеру: «Любезная улыбка продавца буквально разрывает нам сердца». Мы не любим фальши. На Западе служебная улыбка – проявление вежливости, а у русских ценится искренность. Наша улыбка отражает расположение, симпатию и предназначена не любому, а близкому нам человеку. Но разве не лучше видеть хотя бы неискреннюю улыбку официанта или продавца, чем хамство с его стороны?

За рубежом нас считают хмурыми, угрюмыми людьми. «Когда встречаешь русского на улице, у него обычно такое выражение лица, как будто он идет убивать», – ужасается Пэнни Фанг из Гонконга. «Россия пугает меня, – сказал известный боксер Мохаммед Али, – люди в автобусах выглядят так, словно их везут на электрический стул». Но когда иностранцы знакомятся с русскими и приходят к ним в гости, они радуются: какие милые, доброжелательные, улыбчивые, веселые, остроумные люди!

Почему у русских два лица: одно – на улице и совсем другое – дома? На улице нашего человека встречают теснота в транспорте, автомобильные пробки, враждебность полиции и бюрократии, плохой сервис. Чтобы в этой среде пробиться, решить свои задачи, нужно ощетиниться. Без бойцовского рефлекса не выжить. Люди как будто надевают невидимый бронежилет, панцирь. Или, как ежи, растопыривают свои иголки. Знакомясь, русский сбрасывает этот панцирь и становится самим собой. В популярной немецкой шуточной песне говорится: «Когда ежики целуются, им приходится быть очень осторожными». Может быть, правила общения с ежиками полезно знать тем, кто имеет дело с русскими? Немец М. Шепп, живущий в Москве, утверждает: «Люди невероятно гостеприимны, если только вам удастся пробиться сквозь твердую скорлупу, которой защищают себя многие москвичи. Но чем тверже скорлупа, тем нежнее сердцевина».

В нашем сервисе заметно движение к лучшему – появляются магазины и кафе с современной культурой обслуживания. Чего же нам не хватает? Может быть, умения радоваться жизни? Писатель Григорий Горин от имени своего героя призывал: «Серьезное лицо – еще не признак ума. Все глупости на земле делаются именно с этим выражением… Улыбайтесь, господа!» Наши соотечественники, живущие за рубежом, знают: если русские едут учиться или работать на Запад, первое, чему они должны научиться, – улыбаться незнакомым людям.

За что русским можно простить любые недостатки?

Начну со старинного анекдота. В поезде в одном купе с раввином едет молодой человек. Ложась спать, попутчик спрашивает:

– Сударь, вы не скажете, который час?

Но раввин, не отвечая, ложится спать. Утром молодой человек готовится к выходу, и вдруг раввин к нему обращается:

– Вы спрашивали меня о времени. Сейчас половина девятого.

– Почему же вы промолчали вчера?

– Вы бы сразу спросили, куда я еду, а мне в Харьков. Вы бы сказали, что тоже едете в Харьков и что вам негде ночевать. Я бы вас пригласил, а у меня молодая дочь. Ночью вы бы ее соблазнили, и пришлось бы на ней жениться.

– Ну и что же из этого?

– Так я вчера подумал: а зачем мне зять без часов?

У нас легко могут пригласить первого встречного к себе домой.

Американец Брюс Клайм приехал к своему коллеге в Россию и прожил у него в двухкомнатной квартире две недели. Супруги уступили ему свою кровать, а сами ночевали на полу в другой комнате – вместе с детьми и бабушкой. Д. Николсон иронизирует: если петербуржца оставить дома и вернуться к нему через несколько дней, вы увидите его в том же кресле. Почему? «А как же я мог уйти? А если бы ко мне пришли гости?»

К молодой петербурженке, живущей с мужем и сыном в двухкомнатной квартире, пришли в гости родители. Вдруг звонит подруга: «Мы к тебе сейчас всей семьей в гости придем!» «Ну ты, блин, хотя бы раньше позвонила! У меня родственники!» – ворчит хозяйка, но не отказывает. Через час подруга приходит с мужем и ребенком: «Мы ненадолго, всего на пару дней!»

Другой пример. Писатель Э. Успенский навестил в Финляндии своего коллегу и предложил заглянуть к соседу-фермеру. Встретили их хорошо, и приятелю понравилось: «Надо же, я за столько лет у них ни разу не был!» А когда через год Успенский предложил ему зайти к соседу снова, тот ответил: «Ты что! Разве можно так часто людей беспокоить!»

В России в гости не приходят с пустыми руками, а что-то приносят: торт, конфеты, бутылку вина. Хозяйке дарят цветы. Нельзя забыть также о подарках для детей и даже для кошек или собак. Русские гостю рады и накрывают для него обильный стол. «Это желание поразить и обрадовать всех криком «угощаю!», притом что не останется ни рубля на завтра и не на что будет купить хлеб для собственной семьи, эта любовь гулять, будто в последний раз в жизни», – говорит о русском характере В. Познер.

Не удивляйтесь, если на празднование Нового года вас пригласят к 10 часам вечера, а уйдете вы утром через три дня: ведь еще не все съедено и выпито!

Если в доме нету пищи, газа, света и воды,
приезжайте к нам в Мытищи,
полчаса до нас езды.
Вас накормят, и напоят,
и оставят ночевать, обогреют, успокоят,
руки будут целовать…

А потом найдут вам работу и будут заботиться до конца ваших дней. Игорь Иртеньев, конечно, шутит, но…

В нашем застолье есть свои особенности. Гостей настойчиво уговаривают съесть то или иное блюдо, как в басне Крылова «Демьянова уха». «Иногда заставляли пить насильно, даже побоями», – повествует историк о нравах на Руси в XVII веке. Если гостей отвозили домой без сознания, то считали, что пир удался. В старину гостя поили еще и для того, чтобы у него развязался язык. В советские годы об этом не забывала служба госбезопасности. Такой случай описывает Высоцкий. Двое случайных попутчиков ехали в поезде до Вологды, и один предложил другому выпить: «Поглядим, кто быстрей сломается!» «Я не помню, кто первый сломался, – помню, он подливал, поддакивал, – мой язык, как шнурок, развязался – я кого-то ругал, оплакивал… Пятьдесят восьмую дают статью – говорят: «Ничего, вы так молоды…» Если б знал я, с кем еду, с кем водку пью, – он бы хрен доехал до Вологды!»

У иностранцев глаза на лоб вылезают: как можно тратить столько времени на застолье? М. Шепп рассказывает: «Когда русские празднуют, они не скупятся. Народ, веками живший в лишениях, радуется каждой возможности попировать с размахом. Если вам представится возможность поучаствовать в московском торжестве, бросьте все дела и присоединяйтесь к празднику. Вы еще долго будете вспоминать это радушие и открытость».

Как и почему возникла эта традиция? В течение многих веков люди в поисках воли и лучшей жизни вынуждены были бросать свои дома и переселяться. Странники не смогли бы выжить, если бы на своем пути через огромные безлюдные пространства не встречали приюта. В начале XIX века англичанин Александер проехал по России тысячи километров. В любой деревне, где бы он ни остановился, его угощали хлебом и молоком. Денег за это не просили, а если он их предлагал, то брали сущую мелочь. Покидая Россию, он сказал: «Я никогда не забуду и очень ценю доброту и гостеприимство русских. Это извиняет многие их недостатки».

Русская женщина приехала в Россию с мужем-американцем, и его втянули в застолье допоздна. Утром он, одеваясь, ужаснулся: «У меня даже рубашка пьяная!»

Говорят, что лучший способ подружиться с русскими – это хотя бы раз напиться с ними до бесчувствия. Можно, конечно, и отказаться, только решительно. Сегодня многим приходится больше работать, и гостей зовут реже. Друзей, как и на Западе, начинают приглашать не домой, а в кафе или рестораны. Хлопот хозяйке меньше, хотя за столом люди не споют вместе и не возникнет такой атмосферы единения. Русское гостеприимство претерпевает изменения, но оно не исчезло.

Русское пьянство – миф или реальность?

За рубежом говорят, что Россия безнадежно и давно погрязла в пьянстве и что это порок, характерный именно для русских. Еще в XVII веке немецкий дипломат Адам Олеарий утверждал: «Русские преданы пьянству более всякого другого народа в мире. Вид пьяного человека, который валяется в луже, – здесь обычное явление». По радио Би-би-си и сегодня заявляют, что непьющий русский – редкое исключение. Напротив, наш министр культуры В. Мединский заявляет, что русское пьянство – это миф. А как считаете вы?

«Да я в рот не беру спиртного!» – возмущается читатель. Знаю, но, если вы не пьете водку, это не значит, что и сосед у вас за стенкой не пьет.

«Эти англичане и немцы на отдыхе сами не отходят от бара с кружкой пива! – скажут читатели. – Неужели вы пьяных финнов не видели?» Да, финны могут набраться водки или пива в субботу, но не в воскресенье: им же в понедельник на работу! На Западе люди часто предпочитают пиво или вино, пьют понемногу и закусывают. Наш морозный климат требовал «согреться», и у русских сложилась традиция пить водку или самогон залпом, единым духом. Чем крепче напиток, тем лучше – у нас водку считают чище, здоровее и полезнее, чем вино. Умение глушить ее стаканами и не закусывать, способность перепить других всегда считалась доблестью.

Иностранцы склонны наши язвы преувеличивать. По статистике, не пьют водку около четверти жителей России. А некоторые и рюмки вина в рот не возьмут. Мы – не самая пьющая страна. Более того, по потреблению алкоголя мы не входим даже в первую тройку стран мира. Но в среднем на одного человека, включая младенцев, в год приходится по 15 литров чистого спирта – почти вдвое больше допустимого предела. А кто знает точно, сколько еще пьют самогона, «боярышника» и прочих неучтенных алкогольных жидкостей? В 1990-х годах государство отказалось от своей монополии на производство и продажу спиртных напитков, выпустило из рук контроль за качеством спиртного. И вот чудеса: в России покупают вина 20 тысяч декалитров, производят столько же, а продают в год 60 тысяч!

Наш размах по продажам крепкого алкоголя повлек за собой одно из первых мест в мире по абсолютной величине убыли населения и низкие показатели России по здоровью и уровню физической безопасности граждан. Водка убивает русских мужчин в расцвете сил. От пьющих родителей рождаются 90 % дебильных детей. Пьянство стало одной из причин вырождения нации. Молодая женщина в Интернете делится своим горем: «Двое алкашей убили мою маму только за то, что она не дала им 50 рублей на опохмел. Дело было в субботу в половине десятого утра! Куда катимся???» Видишь все это и думаешь: какой уж тут миф? Пьянство – это реальность, обросшая мифами.

Удивительно, с какой нежностью в России трезвый смотрит на пьяного. Вспомним Высоцкого: «Вы не смотрите, что Сережа все кивает. Он понимает, он все соображает».

Если кто-то нахамил, избил жену, прогулял работу в трезвом виде – это скверно. А если он «был выпимши» – простят. Ну выпил, с кем не случается? А если завтра я сам окажусь на его месте? По русской пословице: «Пьяный проспится, дурак – никогда». Терпимость к пьяным существует издавна. По свидетельству К. Валишевского, однажды Екатерина II подписала решение, принятое Сенатом. Приказ спустился вниз и попал к подьячему, который сильно напился. Тот прочел в бумаге: «Быть по сему». Врешь, решил он, не быть по сему. Взял перо, исписал этой фразой всю страницу, а потом заснул. Утром документ нашли и обмерли со страху. Генерал-прокурор с этой бумагой бросился императрице в ноги. «Ну что ж? – сказала государыня. – Я напишу другой указ, но вижу в этом перст Божий: должно быть, мы решили неправильно!» Дело пересмотрели, и в самом деле оно было решено неправильно.

В анекдоте пьяный выходит из забегаловки и, пытаясь найти дорогу, делает круги вокруг столба. Выходит второй и спрашивает его:

– Друг, мне домой в какую сторону?

– Извини, я не местный.

Жизнь создает анекдоты о пьянстве более замысловатые. Мой приятель летом живет у себя на даче в пригороде Петербурга. Однажды к калитке из леса выходит мужчина, показывает свой паспорт с адресом и спрашивает:

– Как пройти на Литейный проспект, 32?

Хозяин ошарашен – это же в центре города! Дача в 7 километрах от станции, а оттуда до города 70 километров. Гость лыка не вяжет, что ему объяснишь? Он уходит в указанном направлении. Через пару часов у той же калитки женщина:

– Вы не видели моего мужа?

– А вы живете на Литейном, 32?

– Да, а откуда вы знаете?

Оказывается, они с мужем поехали на машине за город. На природе выпили и поссорились. Машина тут, в лесу, а муж пропал. Водит только муж, и ключ от машины у него, а от квартиры – у нее.

Для задушевной встречи с друзьями у нас нужно вместе выпить, чтобы растормозиться. Потом один скажет другому что-нибудь обидное, и дойдет до мордобоя, а то и за нож возьмутся. Завтра вспомнят только, что хорошо отдохнули.

По рассказу К. Мелихана, оперный театр со спектаклем «Евгений Онегин» приехал на гастроли в сельский клуб. Ленский явился на дуэль пьяным. Онегин выстрелил, а тот стоит и только шатается. Онегин ему шепчет:

– Ты убит, скотина!

Ленский пальцем покачал:

– Мимо!

Онегин приставил к его груди пистолет, сказал:

– Огонь! – и выстрелил.

Ленский с ухмылкой:

– Мимо, сударь!

Онегин тогда вмазал ему рукояткой по голове. Тот упал и захрапел. Опера пошла дальше. Часть зрителей решила, что так и задумано у Чайковского с Пушкиным.

А вот диалог у нас рано утром в автобусе:

– Надо ж так с утра нажраться!

– А что же, мне на работу не позавтракав ехать?

Две 18-летние девушки, два эфемерных создания, едут в метро тоже на работу. В битком набитом вагоне они ухитряются откупорить и выпить по бутылке пива. Власти надеялись, что пиво отвлечет людей от водки. Но пиво не вытеснило водку. В городском парке на скамейке вы можете увидеть компанию 13-летних и постарше, которые пьют пиво, коктейль или водку с соком. Я знаю англичанина, который в компании гордо произносит по-русски единственную фразу (от русской жены): «Водка без пива – деньги на ветер!» Пьянство помолодело: регулярно выпивают больше половины подростков от 11 до 18 лет.

Некоторые считают, что пьянство – самый милый и простительный из наших пороков. Но когда среди русских провели опрос, чего они боятся больше всего, среди всех угроз на одно из первых мест они поставили алкоголизм. Оставим другим рассуждения о том, что миф о русском пьянстве изобрели зарубежные недруги и что они когда-то завезли водку в Россию. Нам важнее понять, когда и почему русские пьют и можно ли с этим бедствием справиться.

История нашего пьянства долгая и непростая. Как хорошо все было в старинных сказках: «И я там был, мед, пиво пил. По усам текло, а в рот не попало!» Алкоголизм пришел на Русскую землю позже, чем в другие страны Европы. Водка появилась на Руси с XVI века – с тех пор, как Борис Годунов с введением кабаков сделал пьянство статьей государственного дохода. Пьяницы пропивали в кабаках все догола. Людей начало спаивать государство. Пьяным народом легче управлять, как сказала Екатерина II. В XIX веке в отчетах о нравах крестьян в Костромской губернии сказано: «Поголовное пьянство мужчин – главная причина, заставляющая их влачить жалкое существование. Всякая копейка немедленно пропивается».

А на Русском Севере и в Сибири, где проживали не крепостные, а государственные крестьяне, было много старообрядцев, и они вообще не пили. Массовое пьянство возникало там, где люди чувствовали, что они не в силах изменить свою жизнь к лучшему.

Любое приятное событие или покупку у нас принято обмывать. Получается, что каждый день – это повод для праздника, особенно если день – после вчерашнего. Выпив на ночь, утром надо похмелиться. В дореволюционной России крестьяне «по праздникам напивались до чертиков». Если бы не частые праздники, они не смогли бы вынести такой работы, объясняют этнографы. В советские годы мне довелось побывать на фармацевтическом заводе, где необходимое лекарство в аппарате почему-то долго не получалось. Потом инженеры наконец докопались до причины – рабочие разъединяли трубу, по которой в аппарат тек спирт, и подставляли кастрюльку.

В наши дни люди отмечают и религиозные, и советские, и постсоветские праздники. Особенно долго идут новогодние праздники: Рождество празднуют и 25 декабря, и 7 января, Новый год 31 декабря и еще старый Новый год 13 января. Многие, особенно молодые, празднуют к тому же День святого Валентина и американский Хеллоуин.

Для пьянства есть такие поводы:
поминки, праздник, встреча,
проводы, крестины, свадьба и развод,
мороз, охота, Новый год…
Успех, награда, новый чин
и просто пьянство – без причин!¹

Русские пьют, потому что повседневная жизнь кажется им скучной и серой, душа жаждет праздника. Француженка, уезжая из Москвы в Париж, скучает: «В Москве все легко: «Алло, ты где?.. Там весело? Сейчас приеду».

После праздника русские с трудом переключаются.

Есть такой анекдот. Встречаются два друга. Один говорит:

– У меня в машине сидят две женщины.

– Ну и как они?

– Если выпить, то ничего.

Тот подходит к машине, открывает дверцу и смотрит на них:

– Нет, столько я не выпью.

Алкоголь скрашивает жизнь и помогает забыть о проблемах. Если муж не олигарх и не взяточник, как он на зарплату прокормит семью? Неудивительно, если мужчина говорит приятелю: «Эх, не надо было мне жениться! Жена терпеть меня не может, когда я пьян, а я ее – когда трезвый».

В. Петржела, бывший тренер «Зенита», доволен: «Русские не любят жаловаться, в отличие от европейцев. Если у русского проблемы, он шарахнет водки – и назавтра снова все в порядке».

Русский идет с бутылкой водки к приятелю в тех случаях, когда на Западе человек обращается к психотерапевту. Наши люди пьют прежде всего оттого, что не могут себя реализовать. От неудовлетворенности работой, да и всей жизнью, от неустроенности, от окружающей несправедливости, отсутствия уверенности в завтрашнем дне. Так появляется желание уйти в другой, иллюзорный мир.

Теперь мы понимаем русскую душу. А как ее спасти? Я не считаю пьянство специфическим свойством нашего национального характера. И тем более не могу согласиться, что пьянство в России неискоренимо. В нынешней Швеции пьяных мало, а в XVIII веке она была одной из самых пьющих стран Европы. Там было по кабаку на 100 жителей, считая грудных младенцев! В наше время автомобили есть уже более чем у трети русских семей. Это резко изменяет образ жизни. Тем, кто водит машину, пить нельзя. «Что-то в последнее время не видно пьяных», – дивится кондуктор в петербургском автобусе. За самые последние годы властям удалось снизить употребление алкоголя – благодаря повышению цен и акцизов на алкоголь, запрету ночной торговли и ограничению рекламы спиртных напитков. Но этого мало, – чтобы люди не хотели напиться и забыться, надо изменить качество жизни, всю ситуацию в стране.

Как разоблачили самозванца Лжедмитрия?

Немецких подростков из Баден-Вюртемберга привезли на экскурсию в Челябинск. Им показывали парки, заповедник, водили в театр, на заводы и даже на киностудию. Но самое сильное впечатление на них произвела баня. Парной баней на Руси издавна пользовались все: и князья, и знатные люди, и простой народ. Не случайно в XIV веке в России чума не свирепствовала, как в Европе. Сохранились записи иноземцев со времен Средневековья: «В бане русские, раздевшись догола, избивают друг друга прутьями, так что едва остаются живы».

В XVII веке Адам Олеарий удивлялся: «Русские могут выносить сильный жар, от которого они делаются все красными… они выбегают голые на улицу, как мужчины, так и женщины, и обливаются холодной водой, зимою же, выбежав из бани на двор, валяются в снегу, трут им тело, будто мылом, и потом снова идут в баню». Россию издавна считали грязной и дикой страной. Но в XVIII веке португалец Санчес, личный врач императрицы Елизаветы, был изумлен: «Русский крестьянин так же регулярно ходит в баню, как наш рабочий в пивную. Считаю, что такие люди чистоплотнее тех, кто не моется по полгода, как это принято у низших классов во многих европейских странах».

А какие обычаи были в XVII–XVIII веках на Западе, например при дворе Людовика XIV? «Король-солнце», царствовавший 72 года, терпеть не мог мыться, как и весь Париж. Знатные дамы заглушали запах немытого тела духами. Во дворце стоял жуткий запах: придворные отправляли свои естественные потребности всюду, где заблагорассудится. По вечерам король величественно, как на троне, восседал на горшке и при этом беседовал с приближенными. С желающих его лицезреть взимали 10 тысяч талеров.

Баня веками служила русским главным средством от всех болезней: «Коль скоро русский почувствует себя нездоровым, тотчас выпьет водки с чесноком и перцем, закусит луком и идет в баню париться». «Я свой заветный идеал – свободу, равенство и братство – в Торговых банях отыскал!» – восхищался один московский поэт в XIX веке. Если все одинаково голые, это ли не высшее равенство? А в XX веке всеобщий восторг выразил А. Твардовский: «В жизни мирной или бранной, у любого рубежа, благодарны ласке банной наше тело и душа».

И в наше время на даче многие хозяева строят баню. Считается, что баня предохраняет от простуды, закаляет и омолаживает, снимает стресс и восстанавливает бодрость. Русские ходят в баню компаниями не только помыться, но и пообщаться. Однажды в Сибири зимой в бане парилась мужская компания. Друзья по очереди выбегали окунаться в ледяную прорубь. Вот выбежал один из них – Вася, а следующий выглянул на улицу – Васи нет. Кричали, кричали – никто не отвечает. Стали по очереди нырять в прорубь – никого нет. Когда последний вылез из проруби, из-за угла бани вышел посиневший Вася и, стуча зубами, стал оправдываться: «Мужики, я это… пошутил».

Мужчины и женщины парились в банях вместе, пока в 1743 году не было введено указом раздельное мытье. С тех пор возникли банные анекдоты. Например, мужик в учреждении требует, чтобы ему дали новую квартиру. У него работа на дому. Но из его квартиры видно женскую баню, невозможно сосредоточиться. Члены комиссии приходят, проверяют: «Ничего не видно – у вас же на первом этаже окно низкое!» «Да?! – возмущается тот. – А вы на шкаф залезьте!» Проверяющий забирается наверх: «Ничего не вижу!» – «Еще, еще на край подвиньтесь!» Он с грохотом рушится на пол. Хозяин: «Вот так и я каждый день падаю!»

А вот новый анекдот. Чукча идет по улице, на шее у него полотенце намотано, на плече висит огромная труба, а за собой он тянет на веревке двух коров.

– Куда это ты собрался? – спрашивает прохожий.

– Чукча в баня звали.

– А труба и коровы тебе зачем?

– Мне сказали, в баня всю ночь с телками гудеть будем.

Русским трудно отделить отдых от работы, как и работу от отдыха. Развлечения генерального прокурора Скуратова в элитной сауне с тремя проститутками, снятые видеокамерой, показали по телевизору, и он лишился своего кресла. Зачем понадобился компромат? Прокурор заинтересовался счетами высокопоставленных лиц в зарубежных банках.

В бане за кружкой пива или с рюмкой водки в руке заключаются сделки и принимаются решения. Никита Хрущев однажды попарился вместе с президентом Финляндии. Король – и голый? За это на пленуме ЦК КПСС Молотов обвинил его в «несоблюдении достоинства перед иностранными деятелями».

Президент Ельцин в своей книге вспоминал, как они ходили в баню с канцлером ФРГ Г. Колем. «Закон баньки» действует и поныне: русские предпочитают столу для переговоров неформальную обстановку.

Знаете ли вы, как русские распознали самозванца в Лжедмитрии, который правил Россией в 1605–1606 годах? Он не имел двух обязательных русских привычек: не спал после обеда и, главное, не любил бани. Кончилось это тем, что его убили, тело сожгли и, зарядив прахом пушку, выстрелили в ту сторону, откуда он пришел.

А если их дустом посыпать?

С давних времен пригласить гостя в баню было символом гостеприимства. Для иностранцев это лучший способ с русскими подружиться. Правда, баня вначале кажется им пыткой – как можно выдержать сумасшедшую жару? Да еще и позволить хлестать себя веником? А может быть, русские просто любят страдать? Достоевский в 1873 году утверждал: «Самая главная духовная потребность русского народа есть потребность страдания, всегдашнего и неутолимого, везде и во всем». «Есть, есть наслаждение в последней степени приниженности и ничтожества! Черт знает, может быть, оно есть и в кнуте, когда кнут ложится на спину и рвет в клочки мясо», – рассуждает герой повести «Игрок».

Западные философы и психологи дружно утверждают, что русские в своем большинстве – мазохисты, склонные к унижению и бессмысленным жертвам. Американский социолог Ранкур-Леферьер, автор книги «Рабская душа России», прочитал об этом московским студентам лекцию: «Когда я сравнил мазохистскую просьбу Дмитрия Карамазова отправить его в Сибирь и давнюю русскую традицию хлестать себя вениками в бане, аудитория разразилась смехом». Попытки иностранцев объяснить мазохизмом все, что происходит в России, в самом деле смешны. В анекдоте американский журналист берет интервью у прохожего:

– За кого вы голосовали на президентских выборах?

– Я? Как и все – за нашего национального лидера.

– О, вы демократ?

– Нет, я мазохист!

Наши соотечественники, особенно молодые, стараются извлечь из жизни как можно больше удовольствий.

На протяжении истории у русских выработалось, конечно, не стремление к страданиям, а умение их переносить. Наше традиционное безмерное терпение отразилось в пословицах: «Бог терпел и нам велел», «Терпи, казак, атаманом будешь».

В 1990-х годах мы удивили весь мир. Людям месяцами, а некоторым и годами не платили зарплату, а они приходили в свои институты, на заводы и в шахты и продолжали работать. В какой еще стране такое можно себе представить? Предприятия закрывались, в домах отключали свет и отопление, а массовых протестов не было. Кое-кто из реформаторов бодро советовал тогда нищим шахтерам собирать в лесу грибы и ягоды. Появилась грустная шутка: самолет с иностранцем пролетает над тайгой. Иностранец спрашивает: что это за город? Ему поясняют:

– Это экспериментальный город Усть-Илимск. Убрали мясо и масло – а люди живут, убрали молоко, яйца и рыбу – живут. Убрали сахар и муку – живут.

Иностранец:

– А если их дустом посыпать?

С древности вся жизнь наших предков была постоянным противостоянием силам природы и внешним врагам. Это приучило их к терпению и неприхотливости. Историк Н. Костомаров рассказывает о крестьянском воспитании: «Детей отнимали от грудей после двух месяцев и кормили грубою пищей; ребятишки бегали в одних рубашках без шапок, босиком по снегу в трескучие морозы». «Кажется, что привыкший к любым лишениям русский крестьянин вовсе не имеет потребностей: ему достаточно огурца, луковицы и куска черного хлеба; он спокойно засыпает на камнях или на снегу, а разбудите его – и он вскочит, готовый повиноваться», – утверждал в начале XIX века француз Жак Ан-село. Историки не раз отмечали, что в Европе нет народа, менее избалованного природой и судьбой и более выносливого. «Удивительно, сколь малым может быть доволен русский человек! – говорил в том же веке Михаил Погодин. – Спать он готов на голой доске». В XX веке ленинградцам во время блокады приходилось есть столярный клей, ремни, выменивать одежду на картофельные очистки, но они работали и не сдавались.

Путешествуя по деревням Новгородской области, как-то раз забрел я в избу-развалюху, в которой жила одинокая старушка. В горнице было чисто, но обстановка удручающе бедная. Между тем хозяйка чувствовала себя очень богатой и не скрывала своей гордости: «У меня все есть!» А что у нее было? Маленький, давно отслуживший свой век телевизор, такой же холодильник и даже допотопная швейная машинка! «Только русский человек, – пишут в Интернете, – может получить пенсию, которой хватит лишь на гречку, при минус тридцати наколоть дрова и протопить избу, растопить лед в ведре, чтобы выпить чай (электричество вдруг отключили, а газа нет), опять сходить на завод, который встал 15 лет назад, и узнать насчет работы, а после всего этого с упоением смотреть телешоу и переживать за звезд на тропическом острове, на которых сваливаются такие ужасные трудности!» «Чему я научился у русских, так это изворачиваться, – сообщает немец Макс М., проживший полгода в Москве. – Если нет горячей воды, здесь никому не придет в голову звонить в домоуправление: бесполезно! Я кипячу воду в кастрюльке».

Актриса Е. Боярская рассказывает: «В фильме мы должны были снять сцену, где скачем на лошадях, а лошадей нет. В роли лошади выступил сам режиссер, которого мы по очереди с Петей Федоровым оседлали. Я называю это снимать по-русски. В Америке, если лошадей нет, просто отменили бы съемку. А мы всегда снимем так, что никто ничего не заметит».

Из любых безвыходных ситуаций русские выкручиваются. У нас любят говорить: «Даже если вас съели, у вас есть два выхода».

Санкций против России многие немцы не одобряют. Немецкий журналист А. Альбес, живущий в Москве, считает, что давить на русских бесполезно: «У этого народа не выбить почву из-под ног». Когда начался экономический кризис, его русский приятель в Москве потерял работу. Катастрофа? Ничуть – он уехал с семьей в деревню, протянул себе провода от казармы и снабжает друзей огурцами. Наладил с воинской частью обмен: он им – самогонку, они ему – свежие яйца. «Русские – мастера выживания», – замечают иностранцы.

На своих сотках

Есть анекдот – встречаются два загорелых отпускника.

– Ты где был? – спрашивает первый.

– В Крыму! Отличный отдых – море, фрукты, вино, женщины… А ты где был?

– А я на даче. Болото, огурцы, самогон, бабы…

Дача – одно из редких русских слов, которое знает весь мир. Иностранцы говорят, что провести у нас несколько дней на даче не хуже, чем в фешенебельном отеле на курорте: можно пожарить шашлык, побродить по лесу, вместе посидеть у костра, выпить чай под цветущей яблоней.

Летом в выходные дни работающие в городе выезжают на дачу. Больше половины жителей городов имеют дачи, садовые участки или собственные дома в деревне. Как правило, участки земли невелики – в советские годы государство выделяло работающим горожанам по 6 соток. Все частные участки вместе составляли лишь 2 % пригодной земли, причем самой плохой. А производилось на них 60 % потребляемых в стране овощей и 80 % картофеля. «Мы бы умерли с голоду, если бы не наш участок», – приходилось мне слышать в 1990-х годах.

Юмористы шутят: проведен опрос дачников. На вопрос «Что вам удалось вырастить на своем участке?» получены такие ответы: огурцы – 60 %, перец – 10 %, мозоли – 100 %, радикулит – 100 % и геморрой – 10 %. До революции дачники развлекались гуляньями, музицированием и конными поездками к соседям. В советские годы русским пришлось отдыхать по-своему. «Способны наши люди не спать, не пить, не есть, таскать кирпич под мышкой, век путаться в долгах, чтоб свить гнездо детишкам у черта на рогах», – рассказывают барды А. Иващенко и Г. Васильев. Потомки крестьян проявили привязанность к земле. В летнюю жару в садоводстве за пару километров от Невы прохожий может увидеть согнувшуюся над грядкой фигуру, одетую как огородное пугало. Если спросить, как пройти к Неве, садовод не поймет вопроса. Купаться ему некогда: «Отдыхаю я хорошо, только устаю очень». В одном садоводстве хозяйка объясняла мне, почему она продает свою дачу. У нее первый муж построил дом, надорвался и умер. А второй разработал участок, тоже надорвался и умер.

Сегодня дачи в России самые разные. Вместо старых облупленных и жалких халуп появляются новые благоустроенные коттеджи и даже шикарные загородные дома, в которых можно жить весь год. Между тем в Западной Европе свой загородный дом и участок земли, даже 2–3 сотки, – это роскошь, о которой многие могут только мечтать.

Большинство русских от дачи ни за что не откажутся. Собственные продукты – экологически чистые! Пусть я выращу хоть один огурец, но своими руками! В домах у русских вы можете увидеть ряды банок с консервированными помидорами, огурцами, грибами и вареньем из ягод. Это не просто банки, а символ свободы, независимости и стабильности. Людям важно чувствовать, что они не зависят от капризов государства и кризисов.

Новости ловил бы – жил бы я печальней.
Я забор поправлю, на сарае толь.
Здесь на этих сотках сам себе начальник,
Сам себе слуга я, сам себе король.

Если что сопрут, я не трясусь от страха:
Барахло мое давно уж не в цене.
Наплевать на это, все-таки рубаха,
Та, что я ношу, она всегда на мне.

Срок придет – жена все банки закатает.
Мне ли ждать чего-то? Мне ли жить в тоске?
Пусть они сидят там наверху, болтают,
Ну а мой огурчик зреет в парнике.

(Из дневника)

О земле и воле русские мечтали веками. На дачах видно, как самоотверженно они умеют работать. Здесь, в садоводствах, их собственная, другая Россия. В электричке 40-летняя женщина делится с соседями: «У меня на участке будет только одна яблоня, газон и бассейн. Не хочу гнуть спину на грядках». Молодые люди превращают дачу в место отдыха, как было в дореволюционные времена. Но жизнь на даче у всех вызывает восторг. «Весной начинаются тюльпаны, нарциссы, потом георгины, потом все остальное, – рассказывает москвичка средних лет. – Немножечко кабачков, лучка, укропчика, клумба из душистого горошка и анютиных глазок. Так восхитительно! Места мало, но я обожаю дачу. Рядом уже понастроили коттеджи с башенками и без башен. Но я не завидую, я люблю свой скромный деревянный домик». Урбанизация продолжается, но жизнь вне мегаполисов, в общении с природой, остается одной из главных жизненных потребностей.

Самая читающая страна?

Мы всегда гордились тем, что наша страна – самая читающая в мире. Теперь издается море книг – на любой вкус! По их количеству страна заняла третье место в мире, а по тому, как их читают, – лишь седьмое. В автобусе хорошо одетая женщина рассказывает соседке: «Наконец-то я дома избавилась от книг!» По данным опросов, более трети населения России совсем не читает книг и половина их не покупает. По словам президента, российский гражданин тратит на чтение в среднем девять минут в день. Самая читающая страна стала самой мечтающей разбогатеть на халяву.

В метро одни читают серьезные книги и учебники, другие – таблоиды с картинками звезд в неглиже и подробностями из их жизни. У кого-то весь лист газеты занимает огромное серое пятно – фотографу посчастливилось снять грудь Ксении Собчак. Серьезные книги вытесняются детективами и триллерами. Любовными романами увлекаются женщины – это их лекарство от депрессии. «В них женщины – богини, мужчины – супермены, и жизнь у них красива и необыкновенна» (Т. Шаов). У молодежи ценится жанр фэнтези и ужастики. Тем, кто воспитан на «Властелине колец», скучно читать другие книги, если в них герои не сражаются с чудовищами и у них не идет дым из ушей.

В школе один старшеклассник на перемене говорит другому:

– А ты этот роман не читал?

– Да когда мне?! Расскажи!

– Ну смотри: лежит мужик на диване. К нему тетка приходит, говорит: «Пойдем погуляем!», а тот: «Не, не хочу!» Вот, собственно, и весь «Обломов» Гончарова.

В Петербурге провели День Достоевского, и оказалось, что не все молодые люди помнят его героев: «Кто был Раскольников?» – «Кажется, декабрист или шпион». «Если в книге много героев, как в ВиМ («Война и мир») Толстого, я всех путаю и бросаю читать», – признается студент в Сети.

Журналист А. Филипенко стоит в Москве перед памятником Лермонтову с микрофоном в руках. Он для телеканала «Дождь» разыгрывает прохожих: «За моей спиной великий советский писатель Лермонтов. Девушки, вы знаете, что на дуэли Лермонтов был убит Пушкиным? Как вы относитесь к тому, что два советских писателя стреляются?» Первая одобрительно: «Я считаю, что это по-мужски». Вторая знает больше: «А-а… В этом нет ничего особенного. Пушкин тоже был вызван на дуэль». Вопрос студентке: «Вы читали произведения Пушкина: «Мастер и Маргарита», «Белая гвардия», «Муму»? – «Читала, да, – в школьные годы». Ритм жизни ускорился. Некоторые считают чтение художественной литературы потерей времени. Раньше русские на уроках литературы получали представления о жизни, о добре и зле, о совести, о дружбе и любви. «Поколение, которое не прочтет ни Чехова, ни Тургенева, вырастет жестоким, циничным, расчетливым. Такие понятия, как честь и достоинство, не будут иметь для них никакого значения», – в этом был убежден режиссер С. Говорухин.

В метро по вагону идет мужчина с сумой на плече. Он предлагает покупать листы со своими рукописными стихами и провозглашает: «Мир без поэзии погибнет!» Читателей становится меньше, а писателей и поэтов все больше, но они перестали быть властителями дум. Сбывается предсказание Льва Толстого: «По мере распространения газет, журналов и книг все ниже опускается уровень достоинства печатаемого». Поэт А. Кушнер потрясен – в музее Ахматовой к нему подошли две милые девушки и подарили ему книжки своих стихов. С уважительными надписями, в которых благодарили его за оказанное на них влияние. У первой поэтессы он сразу наткнулся на четверостишие: «Опять отп…или поэта, опять обкакали в грязи, поэт под деревом сидетта и из себя пускать слези». У второй стихи оказались еще круче. Поэт тяжко задумался, какое же влияние он оказал.

Между тем в Интернете неожиданно возник бум поэзии. Пристрастие к чтению изменило форму, но, как бы то ни было, не угасло. По данным немецкой фирмы GfK, Россия занимает второе место в мире после Китая по числу онлайн-пользователей, регулярно читающих электронные книги. А численность населения у нас почти в 10 раз меньше, так что по этому показателю мы опережаем другие страны. По статистике ЮНЕСКО, читающие люди живут дольше не-читающих, больше зарабатывают и дольше сохраняют работоспособность.

В России огромен выбор спектаклей, концертов, музеев, выставок, вернисажей. В Москве открываются интеллектуальные кафе, где люди собираются, чтобы почитать, поговорить о выставках, театрах, новых премьерах. У нас остается еще немало читающих людей, у которых считается нормой следить за новинками культуры. Американская журналистка говорит: «Я просто влюбилась в Россию. Меня поражает, насколько люди здесь образованны в плане культуры». В самом деле, как много у нас людей разносторонних и знающих, которые любят и умеют петь, играть на музыкальных инструментах, сочинять и рисовать! Молодой москвич, побывавший в Германии, пишет другу в Сети: «В России (особенно в Москве и Питере) и жизнь интереснее, и событий гораздо больше, а культурная жизнь – даже сравнивать нельзя».

Что русским нужнее – ракеты или штопор для бутылок?

Вопрос странный: говорят, что у хорошего человека штопор должен быть всегда при себе. Но почему-то, открывая бутылку старым российским штопором, слабосильный надорвется либо плюнет и протолкнет пробку вовнутрь. А на русскую открывашку для консервных банок жители Запада смотрят как на инструмент дикарей, добывающих огонь трением. Это устройство настолько изумило западную журналистку, что она в книге о русских поместила его фотографию в качестве единственного рисунка. Сегодня в домах такие вещи вы вряд ли встретите, но удивительно, что они применялись веками.

Немецкая школьница, которая проводит год в России, пишет на родину: «Я чувствую себя здесь в другом мире или даже в другом времени. Улицы подметают метлами. Пришли к сапожнику – у него золотые зубы и все как в музее, техника допотопная». В старину в деревне русские ловко строили избы, обходясь почти одним топором. Наша литовка – деревенская коса с прямым и легким деревянным косовищем – не претерпела изменений за сотни лет. Изогнутая немецкая коса удобнее. И про нас еще говорят, что мы ленивый народ! Наоборот, любая работа всегда стоила нам бо́льших усилий! Почему же наши орудия труда так неудобны? Разве не было в России своих умельцев? А как же Левша из рассказа Н. Лескова, который подковал английскую блоху?

Веками труд крепостных был даровым – господам особой механизации не требовалось. Мещанин Торгованов, инженер-самоучка, в царствование Александра I подал графу Милорадовичу проект туннеля в Петербурге под Невой – что-то вроде нынешнего метро. Государь наложил резолюцию: «Выдать Торгованову 200 рублей и обязать его подпиской, чтоб он впредь прожектами не занимался». Замечательный изобретатель Кулибин придумал оригинальные часы, но главным его изобретением стал проект уникального деревянного моста через Неву. Над ним Кулибин трудился семь лет. Наконец, в 1776 году построили модель моста, уменьшенную в десять раз, и проверили – она выдержала расчетный вес! Модель простояла полвека в Таврическом саду и рухнула. Тем дело и кончилось: слишком дерзким по тому времени был проект. Изобретателям обычно платили мало и считали их чудаками.

В советский период русские достигли выдающихся успехов в создании ракет и освоении космоса. До открывашки ли было конструкторам? Нет, наверное, ни одной другой такой страны, где бы умерло без внедрения столько изобретений! Один мой знакомый оклеил у себя на даче авторскими свидетельствами стены туалета. «Но так ли уж мы изобретательны? – возражает читатель. – Сравним с Западом: там патентов на два порядка больше!» Да, но патенты надо поддерживать. Если изобретение не внедряется, кто будет за это платить? Я советую своему оппоненту погуглить – пусть он увидит, как много полезных вещей изобретено в России.

В советское время людям приходилось выживать в условиях дефицита. Нет такой одноразовой вещи, которую русский человек не смог бы использовать повторно. Даже из пластиковых бутылок у нас делают воронки или накрывают ими саженцы. Наш человек дважды подумает, прежде чем выбросить старый крем от веснушек, пустую банку из-под кофе или старые покрышки. По пословице, «голь на выдумки хитра». В России студентам, да и аспирантам многие годы приходилось рыскать по городу, с трудом добывая себе необходимые реактивы и оборудование. Работа тормозилась, но зато воспитывались инженеры и ученые, которые решат задачу в любых условиях. Их находчивости, изобретательности иностранцы могут позавидовать – и это тоже следствие дефицита.

Шлифовались отечественные умы и в искусстве обходить закон. В России создаются уникальные конструкции самогонных аппаратов. Находятся фокусники, которые с помощью какой-нибудь шпильки могут заставить электросчетчик крутиться в обратную сторону. У нас шутят: проверка счетчиков на воду показала, что жильцы не пользуются горячей водой, а закачивают ее обратно в водопровод. В Интернете спрашивают: «Реально ли хакнуть сервер факультета компьютерных систем и стащить оттуда диплом по сетям?» На это отвечают: «Если ты это сделаешь, тебе и так его дадут». По ловкости хакеров мы занимаем едва ли не первое место в мире. Слава богу, наша изобретательность развивается и в полезных направлениях.

«Русские проявляют настоящие чудеса при ремонте чего угодно. Там, где другие окажутся совершенно беспомощны, русский не пропадет», – не раз говорили мне немецкие гости. Финская журналистка подтверждает: «Русские – великие мастера сделать что-то из ничего. Построить дом, отремонтировать автомобиль, посадить картошку и закрепить трубу – они справляются в обстоятельствах, при которых финны опустили бы руки». Выходит, что русские практичны и непрактичны одновременно? Да, и это лишь одна из многочисленных загадок русской души. О них пойдет речь в следующей части книги.

Часть третья. Загадочная русская душа. Правда ли, что у русских что-то с головой?

Здесь много пьют, хотя не каждый пьет,
Не каждый, кто наверх пролез, умнее
Не каждый что посеет, то пожнет,
И часто жнет вообще не тот, кто сеет.
От размышлений этих далеки,
Отнюдь не наживаясь на обмане,
Прекрасные живут тут чудаки,
Загадочные люди – россияне.

(Из дневника)

«Страна наша обильна, порядка только нет». Почему?

Каковы главные факторы, под воздействием которых сформировался русский национальный характер? Прежде всего огромный размер территории и колоссальные природные богатства. Наряду с этим преобладание малоплодородных почв и климат, о котором говорят, что он предназначен для уничтожения неприятеля. Здесь человек сталкивался с дикой природой один на один, и в его в душе рождались неудержимое стремление к воле и удаль, широта души, радушие к гостям и непонятная тоска, стремление к чему-то недостижимому. Слово «тоска», как и слова «воля», «удаль», «подвиг», трудно перевести на иностранные языки. Наши протяжные и грустные песни отражают тоску по простору.

Чтобы понять русский менталитет, придется заглянуть в глубь веков. На его формирование повлияло расположение страны между цивилизациями Запада и Востока, принятие православного христианства от Византии и татаро-монгольское иго. Цитата в заголовке – это слова А. К. Толстого, который перефразировал летописца Нестора (конец XI – начало XII века). А почему, собственно, в России порядка никогда не было? Прежде всего из-за нападений врагов и скверного управления страной.

После смерти Ярослава Мудрого во второй половине XI века Русь распалась на удельные княжества. В XII веке в бесконечной междоусобице некоторые русские князья проявляли жестокость, деспотизм и вымогательство. К их произволу прибавились набеги кочевников – в XIII веке князья превратились в вассалов Золотой Орды. Многие города были разграблены, их жители перебиты. У простых людей в любой момент могли отобрать урожай, увести людей в плен, непокорных убить. Если раньше, в XI веке, существовал кодекс законов – Русская Правда, то в дальнейшем все права исчезли, и даже право на жизнь. В результате исчезло уважение к каким бы то ни было законам.

В XVI–XVII веках, по описанию Н. Костомарова, «беспрестанные набеги не давали народу возможности вести оседлой жизни и заботиться о бытовых удобствах… При беспрерывных, неотвратимых бедствиях, побуждавших народ к шатанию, было невозможно, чтобы в посадах заботились о красоте и прочности зданий». Какие это бедствия? Частые войны, моровые поветрия, пожары. «Земледелец среди летних работ принужден был покидать на поле несобранный хлеб и спешить в осаду. Избы обыкновенно сжигались, как только неприятель приближался, и крестьянин убегал в город. Нередко плоды долголетних трудов уничтожались за один день». Даже пахать надо было с мечом под рукой.

С 1055 по 1462 год Русь перенесла 245 вражеских нашествий. В течение XIV–XIX веков из 525 лет наша страна 320 лет воевала. В XX веке пришлось пережить две мировых войны, а в конце века – афганскую и чеченскую войну. «История России подобна истории осажденной крепости», – говорил философ Иван Ильин. «Русских воинов легче убить, нежели принудить к плену. Во время обороны городов они заграждали проломы стен собой и сражались даже тогда, когда от пожаров на них горела одежда», – отмечали иностранцы. В сложнейших условиях русские не превратились в рабов – они сумели выстоять.

У них возникли мощное государство и армия, громоздкий бюрократический аппарат, душивший народ поборами. Защита страны требовала централизации, подчинения всей жизни государственному интересу, подавления свободы. Людям приходилось скитаться и скрываться. В стране с огромной и малонаселенной, обезлюдевшей территорией простой человек не чувствовал своей ответственности за порядок – об этом должны были заботиться правители. Над отсутствием у русских любви к аккуратности, порядку и чистоте, над их «варварством» и «вандализмом» легко посмеяться. Но стали бы вы отстраивать свой красивый дом, украшать место, где вы живете, наконец, вместо доски с дырой и выгребной ямы сооружать благоустроенный туалет, если бы знали, что все это в любой момент могут уничтожить, разорить или сжечь?

Если жизнь становилась невыносимой, у русских была возможность переселяться на малонаселенный Восток. В результате, в противоположность Западной Европе, в России не было стимулов для политического и экономического соревнования. В течение веков крепостного права землей и домами владели не те, кто на земле работал. После 1917 года она стала будто бы всенародной, а в понимании людей – ничьей. Какую бы из наших главных черт мы ни взяли – отношение к труду, к частной собственности или к законам, – все они имеют глубокие исторические корни.

Особенности русского менталитета – это результат не только 70 лет «совка и нафталина в голове» или 20 лет постсоветского периода, как думают многие. Он формировался в течение тысячи лет под влиянием православия и в условиях безжалостного авторитарного правления. У нас сложился своеобразный национальный характер, позволивший выжить, перенести плохое правление, суровый климат, войны и любые капризы судьбы. Мы оказались не лучше и не хуже жителей Запада, а просто другими. Не зря сказал поэт Н. Тихонов: «Гвозди бы делать из этих людей: крепче бы не было в мире гвоздей».

«Пусть немцы за нас работают»? Что русские думают о себе?

Любая нация, сравнивая себя с другой, стремится прежде всего найти свои преимущества. В их перечне у русских на первом месте всегда стояла душа, духовность. Для нас душа важнее, чем рассудок. Поэт И. Губерман, уехавший из России в Израиль, однажды сказал: «Я снял с себя российские вериги, в еврейской я сижу теперь парилке, но даже возвратясь к народу Книги, по-прежнему люблю народ Бутылки». Это, конечно, шутка. Русские писатели – Толстой, Чехов, Короленко и другие – были учителями жизни, у них люди искали помощи и совета. Поэтому русский народ можно называть народом книги. Немецкий поэт Р. Рильке считал русскую культуру литературоцентричной.

Академик Лихачев говорил, что Россия – это цивилизация Слова и Духа, Души, а не цивилизация Дела, как на Западе. Наши философы и писатели всегда считали, что русскому человеку свойственны щедрость и стремление жить по совести. Эти качества эмоциональных и доброжелательных русских обычно противопоставлялись характеру западных европейцев – холодных, рациональных, эгоистичных, прагматичных. У них материальные интересы преобладают над духовными. А у нас пусть нет книжной учености, богатства и успеха, нет немецкого порядка, профессиональности и методичности в труде, зато у каждого бескорыстная душа, которой не может быть у них. По русской пословице, и «у француза ножки тоненьки, а душа коротенька». А разве может быть душа у скупых и сухих американцев?

В своей книге о Германии я рассказывал о немецкой душе. Например, прихожу в гости к средней семье: муж – аптекарь, жена – учительница. Муж занят: «В Турции землетрясение. Мы собираем для них одеяла». Кое-кого из читателей это раздражает: «Выходит, что немцы – организованные, добрые и бла-бла-бла, а мы – злые, неорганизованные и тупые». «Только русские могут свою страну обкакать, а чужую сделать идеалом». «Мы так измочалены жизнью, что смотреть на процветание других противно», – объясняют в Интернете. У художника В. Богорада есть картинка: два бомжа на помойке выпивают и один другому говорит: «На Западе жизнь хорошая, но бездуховная».

Вспомним слова Гоголя из «Мертвых душ» о пути России: «И, косясь, постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства». Гоголь беспощадно высмеивал отсталость и дикие нравы крепостнической России – почему же он надеялся, что другие народы будут следовать за нами? Он исходил из того, что русский человек по природе талантлив, наделен восприимчивым умом, интуицией, смекалкой и изобретательностью, и это компенсирует наши недостатки.

Мечты о величии России далеко завели В. Розанова. Он в 1915 году уверял, что если Россию в войне победит Германия, то не немцы нас покорят, а мы их: «Ей-ей, под немцами нам будет лучше. Немцы наведут у нас порядок… Устроят полицию, департаменты… Не будут брать взяток… Мы же овладеем их душою, потому что они воистину болваны и почти без души. Мы научим их танцевать, музыканить и петь песни. Они за это будут нам рыть руду, то есть пойдут в каторгу, будут пахать землю и работать на станках». Это было сказано сто лет назад. А в наше время С. Фурсенко, глава Российского футбольного союза, заявил: «В Англии футбол более атлетичный и скоростной, а у нас более духовный». Выходит, даже в футболе у нас больше духовности, а попадаем ли мы мячом по воротам – не так важно?

В отношении к людям Запада проявляется наша собственная система ценностей. По данным ВЦИОМ, в качестве недостатков иностранцев русские отметили любовь к деньгам, высокомерие, заносчивость, расчетливость и эгоизм. Положительными же качествами иностранцев опрошенные сочли работоспособность и деловитость, ответственность и умение держать себя, уважение к друг другу и к закону, уверенность в своих силах и возможностях. Видимо, наши люди полагают, что этих черт им самим не хватает.

В Интернете кипит дискуссия о «русской душе» – там уже 13 миллионов высказываний. Каждый по-разному отвечает на вопросы: «В чем заключается русский менталитет? Чем мы отличаемся от других народов?» Большинство следуют традиции: «У нас есть душа». Но некоторые возражают: «Для нас характерна не особая духовность, а высокая образованность и повышенная склонность к общению. Раньше болтали на кухнях, теперь в Интернете». В других ответах упоминаются «необычное сочетание хронической депрессии и эйфории», «огромное количество одаренных людей, способности которых не используются», «умение жить без денег», «терпение: терпим издевательства правительства».

Одни в наших преимуществах не сомневаются: «Не надо нас сравнивать ни с Западом, ни с Востоком. Честью и совестью мы от них отличаемся. Мы не продаемся». Те, кто с ними не согласны, – для них враги и предатели. Другие, напротив, указывают на наши недостатки: «У нас любят выпить. И всегда надеются, что авось повезет». «Часто встречал в людях клептоманию, пофигизм, зависть к чужим успехам, злорадство, разобщенность». «Может, народ за пределами России и не такой «духовный», но чужую собственность уважают и налоги платят». Одни называют русских трудолюбивыми и безотказными, другие – ленивыми и непутевыми.

Радио России в проекте «Русские в XXI веке» задало слушателям вопросы: кто мы, какие мы и куда идем? В большинстве ответов отмечены положительные качества русских. Но были и неожиданные отклики: «Какие-то божьи одуванчики рассказывают нам, что русские должны быть непременно добрые, щедрые, миролюбивые, радушные, сильные, умелые и храбрые. И обязательно православные. А если ты не православный и не любишь Пушкина, ты – не русский. Опять нам навязывают какого-то добродушного Ваньку-дурачка, в лаптях и с Достоевским под мышкой». Другой молодой человек ответил: «Нам рисуют странный образ русского: он ленив, неряшлив, неулыбчив, вечно озабочен и простоват – это типичный портрет Ивана-дурака».

А Иван-дурак, главный герой народных сказок, не так уж глуп. Его ум заключается не в хитрости ради собственной выгоды, а в мудром презрении к скопидомству. В русских сказках выигрывает герой бездеятельный, но добрый и удачливый. «Не всякого дурака и чудака любит русский народ, а только такого, который некрасивого конька-горбунка приголубит, деревце говорящее не сломает, а потом и свое другим отдаст, природу сбережет и родимых родителей уважит», – объясняет Д. Лихачев.

Большинство участников дискуссии в Интернете не сомневаются в том, что мы милосердны и сострадательны. Но проявляют ли эти черты они сами? Рунет переполнен оскорблениями: «Втопчи себя в монитор, урод!», «выкидыш Касперского», «аффтар, убей себя апп стену», «сдохни, чмонстр!» – и еще, и еще… В общем, как говорится, сколько голов, столько умов. Хотя похоже, что голов все-таки больше.

Что русские о себе думают? На этот вопрос социологи О. Леонтович с соавторами получили ответы: русские любят разговаривать с друзьями, петь песни, мечтать, делать глупости, любят гостей, философию, политику, детей, дачи и праздники. Они любят спорить, действуют не подумав, много плачут, жалуются и ищут того, кто решит их проблемы. Русские склонны всех прощать, никогда не сдаются, не предают друзей, не скрывают своих чувств, не думают о будущем, не считают деньги, не прочь выпить и не умеют наслаждаться жизнью.

По данным ВЦИОМ, светлое и героическое уживается в нашей душе с темным и порочным. Своими лучшими качествами русские считают искренность, доброту и честность. Кроме того, многие назвали душевность, благородство, порядочность и находчивость. Главными недостатками русского человека считают пристрастие к алкоголю и наркотикам, лень и надежду на авось. В исследовании под руководством профессора З. Сикевич петербуржцам предложили выбрать идиомы, соответствующие типичному поведению русских. На первом месте оказалась инертность («плывет по течению»). За ней следуют «мастер на все руки», открытость («душа нараспашку»), смелость («не робкого десятка») и сдержанность («держит себя в руках»).

Самооценка русских сильно зависит от того, как им ставят вопросы. Когда ФОМ (фонд «Общественное мнение») спросил наших соотечественников, в чем заключаются различия между русскими и немцами, они упомянули свою безалаберность, лень и склонность к жульничеству. «У русских есть национальный мазохизм: негативные мифы о себе они поддерживают и раздувают», – сетует наш министр культуры. Но, может быть, самокритичность – это скорее свидетельство душевного здоровья? В целом русские склонны себе многое прощать. Пусть мы много пьем, зато как веселимся! Да, нас трудно понять даже нам самим, а зато смекалка как работает! В нашей самооценке преобладают положительные стереотипы. Как правило, они не учитывают изменений, связанных с той ломкой менталитета, которую мы претерпели в последние годы.

Согласны ли вы с тем, что умом Россию не понять? И чей вы потомок – Петра I, князя Мышкина или Хлестакова?

Перед нападением на СССР по заказу вермахта немецким ученым было поручено оценить моральную и психическую стойкость русских. Они изучили нашу классическую литературу и дали заключение: «Мятущиеся, склонные к рефлексии русские… этот выведенный Достоевским эпилептоидный тип не сможет долго сопротивляться оснащенному танками немецкому «орднунгу». Русских они считали неуравновешенными, неврастеническими личностями, лишенными воли и не способными к решительным действиям. Такими представлял их себе и фельдмаршал Паулюс под Сталинградом. Ошибочка вышла – армия Паулюса была разгромлена и сам он попал в плен.

В годы после перестройки, когда президент США Джордж Буш готовился к поездке в Россию, он спросил государственного секретаря К. Райс: «Что нужно прочитать, чтобы понять русскую душу?» Та ответила: «Преступление и наказание». В результате в понимании Буша все русские оказались похожими на главного героя книги Раскольникова – убийцу с комплексами, больного, мечущегося психопата. До чего же популярен на Западе наш Федор Михайлович! У поэта Е. Долматовского были основания сказать: «Загадочная русская душа сложна, как смена красок при рассветах. Усилья институтов и разведок ее понять не стоят ни гроша».

Русские шокируют жителей Запада гораздо больше, чем китайцы или африканцы. Потому что внешне они кажутся такими же, как европейцы. От них ожидают такого же поведения – и напрасно! Немецкий философ О. Шпенглер в XX веке утверждал: «Настоящий русский нам внутренне столь же чужд, как римлянин эпохи царей и китаец времен задолго до Конфуция». Многие и сегодня говорят, что русских понять трудно – для этого нужно самому стать наполовину русским. В 1866 году поэт Федор Тютчев написал, что умом Россию не понять, аршином общим не измерить. В наши дни сомнения в этом выразил И. Губерман: «Давно пора, е… мать, умом Россию понимать!»

Из множества иностранцев, которые описывали Россию, один, на мой взгляд, заслуживает особого внимания. Приведу цитату из его книги о России. Вы скажете, что цитата слишком длинна, хотя я ее сократил: «Россия – страна, в которой… почти нет хороших дорог… страна, в которой издержки на жизнь велики и непропорциональны качеству продуктов; где работа – дорогая, плохая и медленная; где… условия жизни населения очень плохи… где медицинская помощь… недостаточна; где прогресс намеренно задерживается… где все формы деловой жизни обременены канцелярской волокитой; где взятка – необходимый прием…; страна, где множество чиновников… в общем ленивы, продажны и некомпетентны; страна, где нет политической свободы и элементарных прав гражданина… где свобода прессы стесняется мелкими придирками… страна, где… нет закона; где всякий действует, не принимая во внимание соседа… где единственный способ показать, что у вас есть мужество иметь свои убеждения, состоит в том, чтобы провести годы в тюрьме; страна крайностей, нравственной распущенности и… потворства самому себе… народ… все критикующий и никогда не действующий… ревнивый ко всем, кто… поднимается выше среднего уровня; смотрящий подозрительно на всякую оригинальность и отличие; народ… в рабстве… бюрократических форм…»

Как похоже, что это сказано сегодня, не правда ли? Нет, это написал в 1911 году (!) английский дипломат Морис Бэринг, работавший в России. Стоит ли нам слушать этого русофоба? – возмущается читатель. Но Бэринг неожиданно заключает: «Тем не менее я люблю эту страну, с удивлением и уважением отношусь к этому народу. Русская душа полна… любви, более теплой, простой и искренней, чем я встречал у других народов. Для меня Россия полна единственной и покоряющей прелести». В его глазах достоинства русских перевешивали их недостатки.

Бэрингу принадлежит еще одно любопытное высказывание: «В русском человеке сочетаются Петр Великий, князь Мышкин и Хлестаков». Какие качества связаны в нашем сознании с этими фигурами? Петр I – человек самоотверженный, не боящийся трудностей, с интересом ко всему новому. Историки отмечали его незаурядный ум, неутомимость в работе и вместе с тем азиатское лукавство в дипломатии и жестокость. Петр ценил людей за их талант независимо от их национальности, знатности рода и чинов. Преданный своему делу, он не берег своего здоровья и даже собственной жизни.

Герой Достоевского князь Мышкин – полная ему противоположность, человек бесконечной искренности, доброты, отзывчивости, терпения и пассивности, не способный причинить кому-либо зло.

Наконец, герой Гоголя Хлестаков – вертопрах, мечтающий разбогатеть на халяву и склонный к виртуозному вранью. Разве могут совмещаться в одном человеке три таких разных характера? Могут – Бэринг понимал, насколько русский характер сложен и противоречив.

О странностях русской души в советские годы рассуждал М. Жванецкий: «Ну приспособился народ! Ну публика вертится! Носят то, чего нет в магазинах. Угощают тем, чего не достать. Говорят то, о чем не слышали. Получают 120 – тратят 250. Граждане воруют – страна богатеет». Современные парадоксы описывал М. Задорнов: «Мы удивительные люди! Нищие, но хорошо одетые. Хотим жить как все, при этом быть не похожими на остальных. Робкие в быту, зато герои на войне. Мы считаем себя умнее других, поэтому оказываемся в дураках. Ленивые, но энергичные. Устаем на отдыхе – отдыхаем на работе. Мы уважаем только тех, кто с нами согласен. Порой от драки получаем больше удовольствия, чем от секса. Никто, кроме нас, не может так долго терпеть правительство, которое терпеть не может. Мы ненавидим Запад, во всем ему подражая. Но самое главное – мы живем, не замечая всего этого».

«Русские – самая загадочная нация: пиво запивают водкой… женятся, чтобы было кому изменять… другом считают любого, с кем выпили… не верят ни одному слову правительства, но верят каждому слову соседки», – констатирует К. Мелихан. Юмористам удается точно подметить наши особенности.

Интересны и суждения наших современников, сформулированные вполне серьезно. Например, Виктора Ерофеева, автора критической «Энциклопедии русской души». Он объясняет загадочность русской души иррациональностью и импульсивностью: «Человек, который сознательно вредит себе в течение всей жизни, кажется загадочным». Русский за рубежом привлекает к себе внимание, потому что чем-нибудь обязательно отличится: «Или сморозит чушь. Или блеснет умом… Меня нельзя разгадать. Я сам не знаю, что выкину… Могу броситься в огонь и спасти ребенка. А могу пройти мимо. Пусть все горит!» В русском языке слова «безумный» и «безрассудный» звучат скорее положительно, чем отрицательно.

Журналист В. Познер, который родился и немало лет прожил за границей, размышляет о русских: «Этот характер, склонный к взлетам восторга и депрессивным падениям, эта сентиментальность в сочетании с жестокостью, это терпение, граничащее с безразличием… эта покорность судьбе и бесшабашность перед обстоятельствами, это чинопочитание и одновременно высокомерие по отношению к нижестоящим, этот комплекс неполноценности и убежденность в своем превосходстве – все это не мое».

Академики Д. Лихачев и Л. Абалкин считали, что в русских «скрещиваются… разные черты… религиозность с крайним безбожием, бескорыстие со скопидомством, практицизм с полной беспомощностью перед внешними обстоятельствами, гостеприимство с человеконенавистничеством… неумение воевать с внезапно проявляющейся боевой стойкостью, великодушие, смелость и сострадание с разгильдяйством, пьянством, халатностью, безответственностью, душевная тонкость с грубостью, крайнее свободолюбие с деспотизмом, альтруизм с эгоизмом».

По мнению англичанина Р. Льюиса, в русских парадоксально совмещаются высокий интеллект и недоверие к рациональному, внешняя жесткость и внутренняя мягкость. Наш человек запросто может сегодня кого-то надуть и обхитрить, а завтра – поделиться последней рубахой и кого-то спасти.

Один иностранец, хорошо знающий русских, заметил: «Русская душа – это нестабильное равновесие между желаемым и действительным, где спонтанно возникающее и затухающее чувство совести каждый раз по-разному оценивает происходящее вокруг, заставляя носителя этой души постоянно мучиться и страдать от всего им уже сделанного и даже не сделанного».

Героиня книги Ю. Нагибина «Заступница», бабушка Лермонтова, говорит: «Ох, русские люди, русские люди! Что только в нас не намешано: и доброта святая, преданность, и к жертве любой готовность, и вороватость, и лукавство, и притворство, и к разбою склонность. Француз или немец одной краской мазан, а наш – радуга, все цвета налицо». А правда ли, что одной краской? В их душах немало своих странностей. Русские же гордятся своей загадочностью, как в анекдоте: «Я, когда напьюсь, такая загадочная!» Тэффи в одном из рассказов смеется над «загадочностью» своей героини: «Когда кто-то попросит передать ему вина, она «закроет глаза и заговорит истерически: «Вина! Дайте мне вина! Я вчера пила… И завтра буду пить!» <…> У всех волосы на голове зашевелятся. «Какая загадочная! Не надо оставлять ее одну ночью!» Она и деньги занимает своеобразно: «Дайте мне их сейчас же! Я хочу! Я тввварь! Теперь идите… не оборачиваясь… уходите навсегда, на всю жизнь!»

А может быть, «загадочную русскую душу» придумали мы сами: это позволяет нам оправдывать любые поступки? Но говорят, что первым о ней сказал немецкий философ Г. Лейбниц (1646–1716). В 1886 году французский дипломат Эжен-Мельхиор сравнил русскую душу с холодным русским супом – окрошкой: «Там есть и вкусные, и отвратительные вещи. Русская душа – это котел, в котором смешаны печаль, безумие, героизм, слабость, мистика, разум… Если бы вы только знали, как низко эта душа может падать и как высоко она может взлетать!» «Главная тайна русских, – пишет один из блогеров в Интернете, – что никакой загадочной русской души не существует. Хотя, пожалуй, для нашей пользы было бы хорошо, чтобы на Западе в нее верили».

О загадочной русской душе написаны тысячи статей и сотни книг. Можно ли их коротко подытожить? Наверное, с таким же успехом, как в анекдоте. В России решили создать один короткий суперанекдот. Собрали все ходящие в стране анекдоты и запустили их в компьютер. Машина выдала: «Жена лежит в постели с любовником. Звонок в дверь. Вовочка бежит, открывает – на пороге Василий Иванович и Петька, оба – евреи».

Может ли голова раздвоиться от большого ума?

Русский характер понять сложно, потому что его важнейшая черта – противоречивость, парадоксальность душевных проявлений. Вспомним песню Высоцкого:

Во мне два Я – два полюса планеты,
два разных человека, два врага:
Когда один стремится на балеты —
другой стремится прямо на бега.
…А суд идет, весь зал мне смотрит в спину.
Вы, прокурор, вы, гражданин судья,
Поверьте мне: не я разбил витрину,
а подлое мое второе Я.

Противоречия есть в любом национальном характере, но русская душа не просто противоречива – она раздвоена. Философ Н. Бердяев считал, что русский характер устремлен к противоположным полюсам: деспотизм – анархизм; жестокость, склонность к насилию – доброта, человечность; индивидуализм – коллективизм; поиск Бога – воинствующее безбожие; смирение – наглость; рабство – бунт и т. п. Как объяснить раздвоенность русской души? Может быть, одновременным влиянием Европы и Азии? Влиянием язычества и православия? Или непосильным грузом жизненных проблем? По мнению историка В. Ключевского, природа и судьба приучили русского человека к тому, что невозможно что-либо рассчитать вперед, заранее наметить план действий и прямо идти к цели. Он привык выходить на дорогу окольными путями, а потому часто и мыслит так же – «надвое». У нас с давних времен говорят, что «умный в гору не пойдет», «лбом стены не прошибешь», «только вороны прямо летают, да и те крылья ломают». Наша осторожность, уклончивость, привычка колебаться и лавировать, порой выглядит как двоедушие, отсутствие прямоты и искренности.

Сегодня русские могут сказать о себе одно, а завтра – другое, своим – одно, а чужим – другое. В нас комплекс неполноценности удивительно сочетается с уверенностью в собственном превосходстве. Сегодня мы лучшие в мире, а завтра в нашей стране жить невозможно. Виктор Ерофеев съездил во Владимир на встречу с местной интеллигенцией. Люди ему понравились – замечательные, отзывчивые, но вот что удивило. После выступления его повели выпить и закусить. За столом он спросил их об их родном городе и услышал:

– Ой, Владимир – чудовищно, ой, валить надо.

Выпили по 4–5 рюмок:

– Владимир – лучший город на свете. Чего там Москва, приезжай, живи с нами.

А под 6 часов утра, все пьяные на карачках, говорят:

– Это самый сволочной город на свете. Надо отсюда бежать.

Гость пришел к выводу: «Наша душа полярна. Мы считаем себя самыми лучшими и одновременно дерьмом. Это колебания постоянные». Как же тогда нас понять?

Вот, например, гаишник, который не представляет себе жизни без взяток: «Все воруют!» Он рассуждает, что нужно быть «порядочным», то есть брать «в меру». И даже посоветовался в церкви со священником, нет ли в этом греха. А батюшка его успокоил: «Они тебе сами предлагают? Вот если ты требуешь – тогда грех». У русских нет общих, признанных всеми границ того, что можно и что нельзя. То есть норм нравственности в западном понимании.

В песне Ю. Шевчука «Я пил вчера у генерала ФСБ» генерал кипит: «Державу рвет от олигархов и воров. Мы скоро спросим всех, и все за всё ответят». Сам, однако, живет как во дворце – с бассейном, кабинетом, баней, тиром и японским сортиром. Гость ошеломлен: «Я после третьей осмелел, спросил: «На чьи труды дворец?» А он ответил: «Не твое собачье дело». Тщетно учит Евангелие: «Как можешь ты видеть соринку в глазе брата твоего и не видеть бревна в глазе своем?» Мы с одной меркой подходим к себе и с иной меркой – куда строже! – судим других. Мы любим говорить: «Вор должен сидеть в тюрьме», возмущаемся бюрократами и мздоимцами. И одновременно завидуем: живут же люди! Мы – за отмену всех привилегий, пока сами до них не дорвались. Это в России называется умением жить. Тогда как, например, у немцев умением жить называется хорошее образование, высокая квалификация и высокооплачиваемое рабочее место, без взяток и воровства.

По данным ФОМ, у нас большинство опрошенных считают недопустимым уклонение от службы в армии и полагают, что женщина не имеет права прерывать беременность. Подавляющее большинство осуждают самоубийство. Вот так сюрприз! Мы осуждаем те явления, по которым занимаем в мире первые места. Одна пятая часть опрошенных считает допустимыми пьянство и проституцию, около трети – взятки и уклонение от уплаты налогов, больше 40 % – супружескую измену или сопротивление полиции. И это только на словах, а сколько на деле? 54 % не имеют ничего против эвтаназии и 70 % – за связь без брака, хотя большинство называют себя православными. Поразительно: русские знают, что хорошо и что плохо, но этим не руководствуются – они привыкли к тому, что иначе не выжить.

«У русских нет… четких границ греха и дозволенного», – говорит канадец Джон Дерби. У нас сложилась так называемая условная, двойная мораль, зависящая от ситуации. Она проявляется и в повседневных мелочах. Вот коллега на работе ворует степлер и вам же жалуется на ворье в государстве. Дама сажает ребенка по малой нужде в тамбуре, а потом возмущается, что же это молодежь устраивает туалет в лифте. Впихиваясь в вагон, пассажир негодует: чего они встали тут у дверей? Почему не проходят вперед? А потом возмущается входящими: чего они все лезут? Не понимают, что ли, что места нет, пройти некуда? Принцип очереди живет в нас издавна: ненавидеть всех, кто впереди, и презирать тех, кто сзади.

Английский писатель Джеймс Оруэлл в 1949 году создал роман-утопию «1984» с критикой тоталитарного режима. В придуманной им Океании на стенах висели лозунги «Война – это мир» и «Свобода – это рабство». По Оруэллу, «если все принимают ложь, навязанную партией, это называется «двоемыслие»: зная, не знать, верить в свою правдивость, излагая обдуманную ложь».

Жесткая государственная машина на протяжении многих лет вынуждала русских лгать и изворачиваться, приучила к двоемыслию. В советское время наши люди привыкли существовать в двух лицах, с двумя правдами: одна для всех, для общества, а другая – для дома, для себя. Советский человек, выступая на собрании, говорил с трибуны одно, а в кругу друзей – другое. Кое-кто и сегодня дома проклинает «власть жуликов и воров», но, как и прежде, вступил в правящую партию – не пренебрегать же карьерой! По телевизору нам опять говорят одно, а в жизни мы видим другое. Каждый живет в двух измерениях – в жизни, подчиненной официальным законам, и в теневой жизни по понятиям, причем вторая важнее и ее правила устойчивее. Наша раздвоенность – результат неприятия «парадных», провозглашаемых ценностей.

В гербе России одна голова орла обращена на Запад, а другая – на Восток. Как же нам жить с двумя по-разному думающими головами? В 1857 году Василий Курочкин в своем стихотворении иронизировал: «Правды нет оттого в русском мире… что мы все, господа, двуязычны, как орел наш о двух головах». Двоемыслие – черта не очень-то симпатичная. Но что такое вообще человеческий ум? Считается, что его важнейший показатель – способность приспосабливаться к изменяющимся обстоятельствам. Мы лихо овладели этим искусством и при любом режиме ухитряемся выжить. За это природа наградила нас противоречивым характером и раздвоенной головой.

Коль рубнуть, так уж сплеча!

У нас шутят: русская душа по площади равна пяти американским, тремстам английским и восьмистам бельгийским. Русским свойственно стремление жить с размахом. Безудержный темперамент, выход русской души за пределы дозволенной или разумной меры охарактеризовал в XIX веке А. К. Толстой: «Коль любить, так без рассудку, коль грозить, так не на шутку, коль ругнуть, так сгоряча, коль рубнуть, так уж сплеча! Коли спорить, так уж смело, коль карать, так уж за дело, коль простить, так всей душой, коли пир, так пир горой!»

Выживание в условиях внешних угроз и борьбы с непредсказуемой природой требовало сверхнапряжения жизненных сил. Необъятное пространство породило свойственную русским широту души. Она включает в себя разные черты. Среди них щедрость и хлебосольство, переходящие в нерасчетливость и расточительность: «Бог дал, Бог и взял». Это и способность не мелочиться, умение понять и простить других. С другой стороны, это максимализм, склонность к крайностям, доходящая до отрицания любых ограничений и фанатической нетерпимости.

Наши соотечественники не раз доказывали, что они готовы на все ради своей веры и убеждений, ради идеи, страстных увлечений. Они могли дойти до последней черты, до пропасти, а то и сигануть в нее вниз головой. В такие минуты наш человек готов отречься от всего: семьи, обычаев, Бога, сжечь все мосты. Русские нередко бросались от фанатичной веры к безбожию, от покорности к бунту, от созидания к разрушению, от пассивности к героизму. Иван Грозный после зверских убийств каялся и молился.

В рассказе Шукшина к племяннику, выбранному председателем колхоза, приходит дядя. Гость, который прошел через две войны и многое в жизни повидал, учит племянника понимать односельчан: «Вся беда, что мужик наш середки в жизни не знает. Вот я был в Германии… Немец… живет всю жизнь посередке. Он не напьется, хотя и выпьет… До края он никогда не дойдет. И работать по-нашенски… не будет: с такого-то часа и до такого-то, все». А у нас один «семь болтов подвернет», да и то через день. Потому что у него свое увлечение: он пропадает на реке, рыбачит. А другой до того вкалывает, что приедет с пашни – «ни глаз, ни рожи не видать, весь черный». Эти люди, неистовые в своих увлечениях и стойкие, «всю войну на себе держали».

Уж если иметь недостатки, то выдающиеся. Нам хочется думать, что наши бандиты – самые крутые, наши мошенники – самые ловкие. Больше всего русские не любят мелочности и талантов Молчалина из «Горя от ума» – умеренности и аккуратности. Монотонная, серая, будничная, «нормальная» жизнь для русского человека невыносима. Своими метаниями известны талантливые и творческие личности, например Шукшин, Довлатов и Высоцкий.

«Широк человек, слишком даже широк, я бы сузил», – говорит о русском характере в XIX веке Достоевский устами Мити Карамазова. «Пусть я гуляю хоть один день, но уж этот день мой, а там будь, что будет!» – думает Митя. Ради этого ему не жаль промотать казенные деньги и попасть на каторгу. А вот совсем недавняя история. Настя Черепанова, молодая женщина, работала в маленьком городке на почте и жила бедно: муж в тюрьме, на руках четырехлетняя дочка, зарплата мизерная. Однажды ей поручили получить в банке 7,5 миллиона рублей для выплаты в городе пенсий. Настя эти деньги присвоила и уехала в Москву вместе с водителем Игорем. Тот раньше был к Насте равнодушен, а теперь они обвенчались и лихо прокутили шесть с лишним миллионов. Настя подарила любимому две машины, они накупили ювелирных изделий, ходили в рестораны и салоны красоты… Через полтора месяца их задержала полиция. Она не раскаивается: все вокруг воруют! «Я ни о чем не жалею. Живем-то только один раз». И знакомые их не осуждают: «Это прямо герои!»

Характерны пословицы: «Или пан, или пропал», «Удалой долго не думает», «Любить – так королеву, воровать – так миллион!» Нам нужно или все, или ничего. Если разбогатеть, так сразу и без всяких усилий. Если заниматься любимым делом, то забыть обо всем остальном. Русским свойственны быстрые перепады настроения – мы менее сдержанны в чувствах, чем люди Запада. Дирижер М. Янсонс говорит, что наш темперамент заметен в музыке: «Русский человек очень эмоционален. Чувства и переживания составляют суть его жизни, душевного мира». «Как понять русских? Что у них в головах?» – спросила немецкая журналистка писателя В. Каминера. Он объясняет: «А они и сами этого не знают. Русские могут вместе пить, танцевать на столе, петь всю ночь напролет народные песни, а потом вдруг впасть в жуткую тоску, свалиться вокруг стола и не знать, что будет с ними дальше. Эта душа неуправляема».

В Нью-Йорке на телевидении однажды рассказывали, как у нас при Горбачеве началась борьба с алкоголизмом. Продажа водки была ограничена, и она стала дефицитом. И вот наш мужик нес в руках две бутылки водки. Он упал, и одна бутылка разбилась. Ах, так! Да пропади оно пропадом! Тогда он берет вторую бутылку и сам колет ее об лед. Вот это – наш человек! «В мозгу у выпившего европейца преобладает левое полушарие, поэтому он, скорее всего, увалится в люлю. Нашего же брата русского мужика с его преобладающим правым, которое отвечает за творческий процесс, все время тянет на выдумки – заделать с товарищами тест-драйв, предварительно высадив задом забор; замутить что-нибудь этакое, выбросить деньги на ветер, ну или, совсем банально, устроить спор с последующим мордобитием», – размышляют в Интернете.

Эмоциональность, неожиданность, иррациональность поведения, необузданность страстей у русских бросается в глаза иностранцам. Профессор Мясников живет в Москве, но он получил степень доктора медицины в США. Он проработал за рубежом шесть лет, и ему все время говорили: ты слишком русский, слишком эмоциональный, порывистый. Ставя диагноз больным, он руководствовался не только стандартами, но и собственной интуицией. Программист Сергей Ш. рассказывает о работе в американской фирме: «К нам относились доброжелательно, но называли «эти сумасшедшие русские». Мы слишком близко принимаем к сердцу все, что происходит». С другой стороны, оригинальность русского мышления может приводить к ценным результатам. Русские склонны жить не столько умом, сколько сердцем. Во многом русский человек мало меняется: сегодня он грешит – завтра кается, сегодня тоскует – завтра веселится, сегодня проклинает свою страну – завтра готов отдать за нее жизнь.

До основанья – а зачем?

Наш максимализм, склонность к крайностям в суждениях и поступках, темперамент, страстность, фанатическая нетерпимость отражаются на судьбе страны. Поскольку повседневная жизнь для русского человека неинтересна и неприемлема, он спешит ее улучшить. В нашей истории движение вперед всегда достигалось ценой огромных жертв, революций и гражданских войн, вплоть до потери государства и традиционных ценностей.

В 1917 году многие стремились не просто к равенству и свободе, а без всяких ограничений. Нам пришлись по душе гордые слова «Интернационала»: «Весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем мы наш, мы новый мир построим, кто был никем – тот станет всем!» После Октября 1917 года люди взрывали церкви, а сейчас идет восстановление и строительство церквей. В постперестроечный период стали рушить советские памятники и старинные дома ради новостроек. Почему если у нас брались что-либо перестраивать, то вначале хотелось все разрушить? Ломать – не строить, много ума не надо. «До основанья» получалось всегда, «а затем» не выходило.

Вскоре после революции английский писатель Г. Уэллс побывал в России и пришел к выводу: «Среди большевиков есть фанатики… Среди них есть и такие тупицы, которые способны отменить преподавание химии, если только не заверить их, что это «пролетарская» химия». При этом он видел, что в России есть и люди с широкими взглядами: «Если им дадут возможность, они будут строить, и строить хорошо».

Вчера – полный влево, сегодня – полный вправо. «И не нас одних, а всю Европу дивит русская страстность наша», – размышлял Достоевский о нашем шараханье из крайности в крайность. Раньше в гражданской войне мы симпатизировали красным, теперь – только белым. Вчера презирали НКВД и КГБ, а сегодня доверили чекистам управление страной. Любого правителя мы считаем единственным и незаменимым. А после ухода среди них нет ни одного, который оказался бы неоплеванным. Раньше мы строили радикальный социализм – с полной отменой частной собственности, теперь – дикий капитализм и обгоняем всех по числу миллиардеров. Слово «революция» раньше имело положительный смысл, а теперь нас пугает любая смена власти. Прежде кумирами народа были революционеры – теперь консерваторы и реакционеры.

В годы перестройки мы готовы были разрушить всю страну под лозунгом «Долой привилегии партократов!», а теперь миримся с такими привилегиями и злоупотреблениями правителей, которые нам прежде и не снились. Раньше прославляли коммунистов, а теперь это слово стало ругательством. Мы верим, что в 1917 году народ сбила с толку кучка смутьянов на германские деньги. Не случайно сказал Сергей Довлатов: «После коммунистов я больше всего не люблю антикоммунистов». Все или ничего! По этому принципу у нас проводили и национализацию в 1917 году, и приватизацию в 1992 году. Мы переплюнули все прочие страны по скорости преобразований. В 1990-х годах нам предстояла гигантская перестройка всей структуры управления экономикой. Нужно было создать новые рабочие места для десятков миллионов людей. Ждать десятки лет? Даешь одним махом свободные цены и рыночную экономику! Были разорваны хозяйственные связи между прежними республиками, развалены заводы, совхозы и колхозы, разбазарена государственная собственность. Экономике был нанесен ущерб, сопоставимый с последствиями войны. Быстрота перехода от созидания к разрушению и обратно типична для русских.

В годы перестройки мы попали от Запада в зависимость и подражали ему во всем, а после конфликта на Украине снова качнулись в сторону ненависти и конфронтации. «Мы действительно не знаем чувства меры, перенимаем либо все, либо ничего, – заметил академик А. Панченко. – Либо у нас «железный занавес», либо Горбачев – лучший немец». Если уж проекты, то гигантские. Олимпиада в Сочи! Дворцы! Суперстадионы! Небоскреб Газпрома в Петербурге! Мост на остров Русский – один из самых длинных в мире! Миллионы долларов за футбольных игроков! А миллионы людей тем временем ютятся в жутких жилищных условиях, и у многих не хватает денег на самое необходимое. У нас чувства преобладают над разумом, а страсти – над интересами. Хотя чьи-то интересы при этом оказываются в выигрыше.

В фильмах советского времени Ленин был любимым и непогрешимым вождем, а в нынешних сериалах выглядит беспринципным предателем интересов России. Напротив, Николая II в советские годы презирали как одного из самых бездарных правителей, а ныне возвели в ранг святых. Фильм о его отношениях с балериной Кшесинской вызвал у некоторых ярость: как мог этот святой до брака изменять своей будущей жене?

Памятники в России было бы лучше всего устанавливать со свинчивающейся головой. Один читатель написал в газету: «Доколе наш древний русский город Владимир будет носить имя Ленина?» Расставшись с советским прошлым, мы со всем пылом души, не считая затрат, бросились переименовывать города и улицы, как и после Октября 1917 года. В Петербурге от переименований пострадали даже Гоголь и Салтыков-Щедрин, а уж они-то за что? Впрочем, язвительный Салтыков-Щедрин успел наговорить немало такого, что и сегодня читать обидно: «Правитель города Глупова Угрюм-Бурчеев… решил сломать все, что уже было, и с бездумной настойчивостью идиота принялся сие осуществлять. И все глуповцы, не понимая, что они делают, ломали и крушили свой город… Идиоту властному нет дела до результатов, потому что эти результаты выясняются не на нем… На лице его во всех чертах выступает какая-то солдатски-невозмутимая уверенность, что все вопросы давно уже решены».

Философ Н. Лосский считал максимализм отрицательным свойством русского народа. Наша пылкость и романтизм могут показаться привлекательными, но недаром возник анекдот: британские ученые установили, что если свет на кухне включать-выключать каждые пять секунд, то тараканы умрут от бега туда-сюда.

Немецкий журналист Борис Райтшустер прожил в нашей стране 20 лет. Ему довелось жить в русской семье, видеть пьянство и семейные скандалы. Может быть, его это ужаснуло? Напротив! «Я был восхищен интенсивностью переживаний, постоянными изменениями. В сравнении с российскими джунглями Германия – скучный и упорядоченный зоопарк». Юмористы шутят, что романтика – это радость при отсутствии самых элементарных удобств и что самое романтичное место на Земле – это Россия. Зато у нас уж точно не соскучишься.

Жизнь – только миг между прошлым и будущим?

«У нас, русских, две души: одна от кочевника-монгола, мечтателя, лентяя, убежденного в том, что «против судьбы не попрешь», а рядом с этой бессильной душой живет душа славянина, она может вспыхнуть красиво и ярко, но недолго горит, быстро угасая», – говорил Максим Горький. Русский убежден, что его участь зависит не столько от него самого, сколько от судьбы, которая заранее предрешена: «Двум смертям не бывать, а одной не миновать», «Где наша не пропадала!», «Семь бед – один ответ», «Смерть придет – причину найдет». По нашим пословицам, все равно «кому утонуть, тот не сгорит», а «кому повешену быть, тот не утонет». А коли так, то почему бы не рисковать?

«Кто не рискует – не пьет шампанское», «Риск – благородное дело», – любят говорить в России. Готовность к риску является проявлением удали, то есть безудержной смелости в сочетании с бойкостью, ухарством, молодечеством. «Смелость города берет», «Или пан, или пропал», «Бог не выдаст, свинья не съест», «Волков бояться – в лес не ходить», – гласят пословицы. Крестьянская жизнь имела особый ритм: в короткое лето работа была намного напряженнее, чем долгой зимой. Чередование периодов пассивности с периодами бурной эмоциональной разрядки способствовало тому, что удаль стала одной из важнейших черт национального характера. Готовность рисковать жизнью, действовать «очертя голову» в России всегда ценилась: «Удалой долго не думает», а отсутствие удали осуждалось: «Всей удали у него, что за ложкой потеть».

Удаль русские не раз проявляли в бою. Характерны наши пословицы: «На миру и смерть красна», «Или грудь в крестах, или голова в кустах», «Помирать, так с музыкой». Ярким примером ее может служить переход Суворова с армией через Альпы. «На каждом шаге – зияющие пропасти, водопады с камнями… много людей с лошадьми летели в преисподние пучины», – докладывал полководец царю. Русские воины совершили чудо и застали войска французов врасплох.

Жестокая зима не раз спасала русских, но не только из-за этого провалились вторжения и Наполеона, и Гитлера. Любопытные заметки оставил гитлеровский генерал Блюментритт: «Жители Востока придают мало значения тому, что они едят и во что одеваются. Удивительно, как долго могут они существовать на том, что для европейца означало бы голодную смерть. Жара и холод на русского почти не действуют. Зимой он защищает себя от сильной стужи всем, что только попадается под руку. Близкое общение с природой позволяет русским свободно передвигаться ночью в туман, через леса и болота. Они не боятся темноты, бесконечных лесов и холода… Немецкий солдат чувствовал себя ничтожным, затерянным в этих бескрайних просторах». «Ежедневные потери по причине обморожений и… заболеваний превышали потери в боях», – вспоминал об «окаянной русской зиме» 1941 года солдат Пауль Карелл.

У нас веками отбирались судьбой закаленные, стойкие люди, способные выжить в экстремальных условиях. Защищая свою страну, в годы испытаний русские обнаруживали невиданную энергию, мужество, беспримерную самоотверженность, удивительную способность к массовому героизму. Века постоянной военной опасности выковали особый патриотизм, непримиримость к оккупантам. «Немыслимо препятствовать стомиллионному народу осуществлять свои естественные права владычества над побережьем собственных морей… Не надейтесь, что единожды воспользовавшись слабостью России, вы будете получать дивиденды вечно. <…> С русскими стоит играть честно или вообще не играть», – заявлял прусский канцлер Отто фон Бисмарк. А немецкий генерал Рунштедт после Второй мировой войны утверждал: «Русскую армию можно разбить. Зато очень трудно воспользоваться плодами победы».

В этой войне Германия нигде в мире не встречала такого сопротивления, как в России. В июне 1941 года немецкий генерал Гальдер записал в своем дневнике: «Русские сражаются до последнего патрона. Бывает, что гарнизоны взрывают себя вместе с дотами, не желая сдаваться». «Русский солдат предпочитает рукопашную схватку. Он стоек, храбр, грозен в обороне, стремителен в наступлении», – отмечал Блюментритт. Немецкий автор И. Дек одну из глав своей книги назвал «Только мертвые русские не стреляют».

Наша история полна такими примерами, когда люди, которые были в обыденной жизни незаметными, в решающий момент превращались в героев. По словам поэта-фронтовика Д. Самойлова, «российский солдат вынослив, неприхотлив, беспечен и убежденный фаталист. Эти черты делают его непобедимым». Солдатское житье его тяготит, он брюзжит, ругается, за глаза куражится над начальством и даже готов что-нибудь слямзить и схватиться за грудки из-за пустяков. Но в артельной работе или в бою он герой: «Он умирает спокойно и сосредоточенно, без рисовок. В беде не оставит товарища. Умирает деловито и мужественно, как привык делать артельное дело».

«Никогда не воюйте с русскими. На каждую вашу военную хитрость они ответят непредсказуемой глупостью», – предупреждал Бисмарк. В войнах русские обнаруживали не только отвагу, но и удивительное равнодушие к смерти. В одной из наших любимых песен звучат слова: «Есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется жизнь». В течение веков повседневная жизнь была для русского человека ежедневной войной – с природой, соседями и самим собой. Русские люди сравнительно легко переходят от мира к войне и умеют хорошо воевать. Политолог В. Пастухов утверждает, что «русский человек исторически заточен на войну и генетически приспособлен к ней. И это та реальность, с которой Европе придется считаться». Хотят ли русские войны? На этот вопрос ответил поэт Е. Евтушенко: «Да, мы умеем воевать, но не хотим, чтобы опять солдаты падали в бою на землю горькую свою».

1.Генри Олдрич (1647–1710) в переводе С. Маршака.

Bepul matn qismi tugad.