Kitobni o'qish: «Социально-психологический капитал личности в поликультурном обществе»
© ФГБУН Институт психологии РАН, 2014
Введение
Рассмотрение социально-психологических процессов (межэтнических отношений, взаимодействия культуры и экономики, процессов самоорганизации граждан), происходящих в современных поликультурных обществах, показывает, что детерминацию этих процессов невозможно объяснить какими-то отдельными факторами. Мы сталкиваемся с необходимостью рассматривать не набор, а целостную систему социально-психологических факторов, влияющих на развитие поликультурного общества. Акцент на поликультурном обществе делается по причине того, что вследствие увеличивающейся интенсивности миграционных процессов в современном мире количество монокультурных обществ постепенно снижается, все больше обществ становятся поликультурными. В Российской Федерации, также являющейся поликультурным государством, учет влияния этнокультурного фактора на все процессы, происходящие в обществе, представляется особенно важным.
Эмпирическими объектами современной социальной психологии являются личность, группа, общество и, соответственно, взаимоотношения в системах: личность – личность, личность – группа, группа – группа, группа – общество, личность – общество. Исследование отношений между личностью и обществом остается, пожалуй, самой неразработанной сферой социальной психологии, и настоящая монография заполняет эту нишу.
В психологии около полувека изучались психологические и практические следствия процессов дифференциации, теперь все отчетливее наступает время исследований механизмов интеграции (Нестик, 2009). Все более актуальным становится изучение психологических факторов интеграции в этнически неоднородных обществах, и таких сейчас большинство. Настоящая работа посвящена изучению взаимосвязи социально-психологических характеристик личности, способствующих интегративным процессам в больших социальных группах, с ее экономико-психологическими характеристиками в условиях поликультурности общества. Экономико-психологические характеристики личности (экономические установки, представления, отношение личности к экономическим реалиям) чрезвычайно важны, поскольку они связаны с экономическим поведением личности, влияющим на экономические отношения, в конечном итоге – на благополучие наций.
Европейские страны стремились привлекать большое количество мигрантов, поскольку их растущие экономики постоянно требовали новых рабочих рук. Однако некоторое время назад такие европейские страны, как Германия и Франция открыто признали неудачу в реализации политики мультикультурализма. Мигранты с большим трудом интегрируются в принимающее общество, у них не формируется гражданская идентичность. Есть ли универсальные психологические явления, феномены, позволяющие людям адаптироваться, интегрироваться, быть экономически успешными и достигать высокого субъективного благополучия? В настоящей монографии данная проблема рассматривается с точки зрения ресурсного подхода в психологии. В представленном исследовании идет речь о социально-психологическом капитале личности или психологическом ресурсе личности, способствующем как ее личному благополучию, так и ее интеграции в поликультурное общество. Исследование проведено в России, соответственно, все полученные результаты применимы, в первую очередь, к российскому обществу (Татарко, 2014).
В последние десятилетия в развитых странах, в том числе в России, помимо экономического и научно-технического прогресса наметился беспрецедентный рост миграций (Tartakovsky, 2013). Во-первых, в страны въезжает много инокультурных мигрантов. Во-вторых, население внутри поликультурного государства также имеет широкие возможности для активной внутренней миграции. Внутренние миграции могут приводить к ряду проблем в сфере межкультурного взаимодействия, если культурная дистанция между этническими группами внутри одного общества довольно велика (Дробижева, 1998).
По данным ООН Российская Федерация находится на втором месте после США по количеству инокультурных мигрантов. Согласно переписи 2010 г., на территории России проживают представители 194 народов и этногрупп. Интенсивная миграция достаточно часто приводит к различным проблемам в сфере межкультурного взаимодействия, которые в настоящее время довольно активно изучаются в кросс-культурной психологии, в том числе и в России (Гриценко, 2002; Лебедева, Татарко, 2002, 2005, 2009; Стефаненко, 1996). Однако в кросс-культурной психологии уделено недостаточное внимание очень важному вопросу: как поликультурность или этническая гетерогенность общества влияет на экономические установки и экономическое поведение представителей принимающего населения и этнических меньшинств? Ускоряет ли развитие общества активная миграция или, наоборот, такое общество становится более уязвимым и развивается медленнее, поскольку ему приходится преодолевать массу проблем?
Этнокультурная гетерогенность и интенсивная миграция могут влиять на экономическое развитие, воздействуя на человеческие и социальные ресурсы общества. Большая часть ученых-экономистов выделяет пять основных видов ресурсов: труд, земля, капитал, предпринимательские способности, информация (знания) (Максимова, 2014, с. 49–50). В данной работе в фокусе внимания находится капитал. Со временем понятие капитала в экономике стало трактоваться более широко, что привело к появлению представлений о формах капитала. Наиболее общепризнанными и изученными являются следующие формы капитала: финансовый, физический, человеческий, культурный, социальный (Hutchinson, Vidal, Putnam et al., 2004, p. 146). Вполне очевидно, что иммиграция способна увеличить человеческий капитал, а также она влияет на социальный капитал (Florida, 2002; Putnam, 2007, 2009). Социальный капитал можно определить как «ресурс, принадлежащий социальным отношениям и способный увеличить продуктивность целенаправленных действий» (Hauberer, 2011, p. 148). Образно говоря, социальный капитал – это «резервуар» позитивных отношений группы (малой или большой), которым люди могут пользоваться для достижения различных целей. Чаще всего под социальным капиталом понимаются просто отношения доверия, принадлежащие социальным сетям (Hutchinson et al., 2004, p. 146).
В последнее время понятие «капитал» прочно вошло в терминологический аппарат зарубежной и отечественной социальной психологии. В зарубежной социальной психологии существует направление исследований феномена «позитивного психологического капитала» (Luthans, Avolio et al., 2007; Luthans, Norman et al., 2008; Avey, Luthans, Wernsing, 2008; Avey, Patera, West, 2006). Отечественные социальные психологи проводят исследования в области человеческого капитала (Юрьев, 2009), а «тематика социального капитала в последнее время выходит на одно из первых мест в социальной психологии» (Шихирев, 2003б, с. 21). Разработки в данном направлении велись и ведутся авторитетными отечественными исследователями (Шихирев, 2003а, б; Свенцицкий, Почебут, 2009; Нестик, 2009; Журавлев, Нестик, 2010; Татарко, Лебедева, 2009а).
Однако теория социального капитала сталкивается с четырьмя серьезными проблемами:
1) большое количество разнородных показателей социального капитала, которые не объединяются одной теорией;
2) недостаточная изученность психологических механизмов функционирования социального капитала, его влияния на экономическое поведение;
3) противоречия при объяснении того, каким образом культура влияет на социальный капитал (противоречия в исследованиях роли индивидуализма – коллективизма, этнической гетерогенности общества для формирования социального капитала);
4) внутренние противоречия в индикаторах социального капитала (например, институциональное доверие и готовность к участию в протестных акциях является показателями социального капитала, хотя они находятся в отношениях логического противоречия).
Для разрешения данных противоречий предлагается ввести новое понятие – «социально-психологический капитал личности», который представляет собой сбалансированный и системно организованный ресурс социально-психологических отношений личности к ингруппе как целостному субъекту, а также к отдельным представителям ингруппы и аутгрупп, способствующий повышению благополучия личности и увеличивающий ее возможности в достижении различных целей.
Социально-психологический капитал личности является индивидуально-психологической основой социального капитала группы как ее группового ресурса, т. е. при агрегации социально-психологического капитала отдельных членов группы мы получаем социальный капитал группы в целом. Таким образом, для того чтобы социальный капитал группы был высоким, необходимо, чтобы большинство людей в группе также обладали высоким социально-психологическим капиталом. Социально-психологический капитал – это явление индивидуального порядка, но в то же время это и не индивидуальный социальный капитал (это понятие, которое имеет иное наполнение). В качестве социально-психологического капитала личности применительно к поликультурному обществу рассматривается ряд социально-психологических характеристик личности: доверие (в том числе доверие представителям иноэтнических групп) и толерантность к иноэтническому окружению, выраженную гражданскую идентичность, плотные связи с непосредственным окружением на индивидуальном уровне, готовность к социально-политической активности. Фактически это ресурс отношений личности, которые лежат в основе социальной интеграции на макроуровне, именно это и объединяет перечисленные феномены.
В дополнение к вышеуказанному есть еще две причины для введения данного понятия в терминологический аппарат социальной психологии.
Первая причина. Исследование социального капитала в психологии сопряжено с методологическими трудностями, поскольку это понятие отвечает скорее методологическим требованиям анализа таких наук, как социология, экономика, политология. Тем не менее в социальной психологии предпринимаются попытки рассмотрения данного явления на индивидуальном уровне, исследователи пытаются найти для него подходящий термин. Чаще всего используется термин «социальный капитал на индивидуальном уровне» (Shah, 1998; Beilmann, Realo, 2012). Это понятие является нечетким, поскольку социальный капитал всегда связан либо с наличием группы (а это уже не индивидуальный уровень анализа), либо с наличием персональной сети связей (а это уже индивидуальный социальный капитал). Используя термин «социальный капитал на индивидуальном уровне», социальные психологи пытаются, образно говоря, «получить методологическое разрешение» на изучение предмета исследования другой науки. При этом подчеркивается, что это все же социальный капитал, но в то же время это и не индивидуальный социальный капитал. Однако при таком подходе утрачивается субъект, носитель данного ресурса. Нельзя сказать, что субъектом социального капитала на индивидуальном уровне является группа, в то же время это и не социальный капитал индивида. Это противоречие разрешается путем введения понятия «социально-психологический капитал личности».
Вторая причина. Понятие социально-психологического капитала, как и понятие социального капитала, является «зонтичным» (Нестик, 2009), т. е. объединяет ряд близких социально-психологических характеристик личности, лежащих в основе групповой интеграции и сплоченности. Для социальной психологии такое интегральное понятие является необходимым, поскольку отдельно взятые социально-психологические характеристики личности, такие, как различные виды доверия личности, толерантность к культурному многообразию, социальная идентичность и т. д. затрагивают только некоторые из отношенческих характеристик личности, лежащих в основе групповой интеграции. Вводимое понятие позволяет системно объединить разнопорядковые социально-психологические и отношенческие характеристики личности, которые способствуют групповой интеграции и повышению благополучия как личности в группе, так и группы в целом.
Анализ проблемы влияния поликультурности (или этнической гетерогенности) большой социальной группы на экономико-психологические характеристики личности в группе с позиции ресурсного подхода ставит перед исследователем ряд новых вопросов. Что есть социально-психологический капитал личности? Действительно ли это явление связано с экономико-психологическими характеристиками личности и благополучием личности? Как культура и этническая гетерогенность группы влияют на социально-психологический капитал личности в группе? Возникающие вопросы приводят к необходимости разработки психологической концепции, описывающей структуру и содержание ресурса социально-психологических отношений личности, которые на групповом уровне складываются в ресурс группы, способствующий повышению ее интеграции и повышающий эффективность целенаправленных действий ее членов.
Раздел I. Теоретические основы исследования социально-психологического капитала личности в поликультурном обществе
Глава 1. Социально-психологические отношения как один из ресурсов личности
В настоящее время понятие «ресурс» достаточно органично вписалось в понятийный аппарат психологии. Традиция заимствования понятий существует в различных науках. Те или иные понятия, являющиеся ключевыми в определенных науках, могут довольно успешно применяться в совершенно иных областях научного знания. В свое время весьма плодотворным для социальной психологии было заимствование понятий «атмосфера» и «климат» из метеорологии (Платонов, Казаков, 1979) и использование их при описании психологического состояния группы как коллективного субъекта. Эти понятия очень органично вписались в тезаурус психологической науки, и сегодняшнее поколение специалистов-психологов использует их столь же естественно, как и понятия «социальная установка» или «социальный стереотип». Заимствование понятий – это элемент естественного процесса развития науки, как, например, процесса развития языка, в котором появляются заимствованные слова.
Ресурсы – это все то, что человек использует, чтобы удовлетворить требованиям среды (Муздыбаев, 1998). Ресурсный подход (понятийный и методический аппарат которого сложился в сфере моделирования процессов производства и потребления в экономике) в настоящее время становится все более популярным среди исследователей, работающих в различных научных областях. Его распространенность связана с тем, что он дает возможность в терминах одного языка описать как требования, налагаемые внешней средой на систему, так и внутренние возможности системы удовлетворять данным требованиям (Дейнека, 2005).
В экономической психологии ранее уже высказывалась идеи относительно перспектив использования ресурсного подхода для понимания социально-экономического поведения личности. В частности, О. С. Дейнека отмечала, что «в его рамках можно сочетать теорию полезности, теорию обмена и концепцию социального капитала» (Дейнека, 2005, с. 80). Ресурсный подход в экономической психологии «делает акцент на основных ресурсах субъекта хозяйствования как условии его эффективности» (Дейнека, 2005, с. 80). В экономике под ресурсами понимают, прежде всего, возможности и средства. В частности, это: труд, земля (природные ресурсы), капитал, предпринимательские способности, информация (знания) (Максимова, 2014, с. 49–50). Понятие «капитал» по своему содержанию является довольно широким, как, впрочем, и спектр ресурсов, который используется человеком в процессе его жизнедеятельности. Человек, пожалуй, – единственное существо на Земле, которое применяет самый широкий спектр ресурсов. Если растения и животные используют биологически релевантные виды ресурсов (солнце, органические соединения), то человек, начав пользоваться в качестве ресурса энергией огня, постепенно перешел к энергии атома. Количество ресурсов, которые использует человек, столь велико, что со временем потребовался их условный эквивалент, при помощи которого люди стали производить обмен ресурсами – деньги.
В психологической науке впервые ресурсный подход стал применяться в психофизиологии. Идея ограниченной энергетической емкости центральных познавательных механизмов появилась в трудах Ухтомского еще в конце XIX в. Когда ресурсный подход стал применяться в контексте информационных технологий, Д. Канеман позаимствовал этот термин и в своей монографии «Внимание и усилие» (1973) фактически дал начало изучению когнитивных процессов с позиций ресурсного подхода. В настоящее время в ряде областей психологической науки ресурсный подход реализуется в представлении об ограниченных психологических и психофизиологических возможностях человека, понимаемых в достаточно широком смысле (Зинченко, 2000).
Одним из оснований ресурсного подхода является принцип «консервации» ресурсов, который предполагает способность человека получать, сохранять и увеличивать ресурсы (Калашникова, 2011). Человек может также перераспределять ресурсы и при помощи этого он получает возможность адаптироваться к условиям окружающей среды (Калашникова, 2011).
В психологических исследованиях последних лет проблематика ресурсного подхода представлена разнообразными исследованиями (Бодров, 2006; Муздыбаев, 1998; Яблонски, 2009). Как отмечает В. А. Бодров, в понятие «ресурсы» вкладывается различный смысл. Оно используется в психофизиологии, когда определяется объективно регистрируемое явление, например, активирующая функция ретикулярной формации; в общей психологии – при обозначении идеального свойства, присущего системе преобразования информации, характеризующего степень ограниченности и распределяемости средств ее функционирования. Есть вариант определения, когда под ресурсами понимают возможности регуляции функций организма и психики человека (Бодров, 2006). Основная роль ресурсов регуляторная, и каждый вид ресурсов регулирует релевантную ему форму деятельности или активности человека (Рогозян, 2011). «Ресурсы регуляции различных форм активности человека – это некоторый функциональный потенциал, обеспечивающий высокий уровень реализации его активности, достижения заданных показателей в течение определенного времени» (Бодров, 2006).
В определении К. Муздыбаева ресурсы индивида – это жизненные ценности, которые образуют потенциал для совладания с неблагоприятными жизненными событиями. Их наличие позволяет человеку адаптироваться, придает уверенность, подкрепляет самоуважение. К. Муздыбаев выделяет два крупных класса ресурсов: личностные (психологические) и средовые (социальные). Личностные ресурсы – это навыки и способности индивида. Средовые ресурсы отражают доступность для личности помощи (от других людей) в социальной среде (Муздыбаев, 1998).
В. А. Бодров также отмечает, что в преодолении стресса ресурсы играют различную роль, что дает основание говорить об их различных видах, объединяющихся в две группы: личные (психологические, личностные, профессиональные, физические) и социальные (различные формы поддержки со стороны членов семьи, друзей, сослуживцев и материальное обеспечение жизнедеятельности людей, переживших стресс или находящихся в стрессогенных условиях) (Бодров, 2001). Таким образом, выделяются социальные ресурсы личности в качестве самостоятельного вида ресурсов.
Остановимся на основных видах психологических ресурсов, которые рассматривались и изучались в рамках различных отраслей психологии.
1.1. Ресурсный подход в психологии
Ресурсный подход в общей психологии. Ресурсная теория внимания впервые была предложена Д. Канеманом (Kanheman, 1973). В рамках данной теории Д. Канеман связывает внимание с ментальным усилием или ресурсом. Любая ментальная задача, выполняемая осознанно, может быть решена только в том случае, если ей выделен необходимый ресурс. В. Н. Дружининым было предложено понятие «когнитивный ресурс». В общем виде когнитивный ресурс определяется через множество когнитивных элементов, которые одновременно используются человеком в процессе переработки сложной информации. Когнитивный ресурс определяется как количественная характеристика когнитивной системы, а именно – мощность множества связанных когнитивных элементов, которое отвечает за активное создание многомерных моделей реальности в процессе решения задач разного уровня сложности (Дружинин, 2001). По предположению В. Н. Дружинина, в каждый конкретный момент одновременно может активизироваться только часть когнитивных элементов из всей их совокупности. Активизация когнитивных ресурсов (множества когнитивных элементов), релевантных условиям задачи, определяет успешность ее решения (Дружинин, 2001). Семантически близкие понятия используются и другими авторами, в част ности, «интеллектуальный потенциал» (Д. Ушаков) и «интеллекту альный ресурс» (М. Холодная) (см.: Горюнова, 2009).
Психологические ресурсы, рассматриваемые в рамках общей психологии, отличаются от личностных ресурсов, рассматриваемых в рамках психологии личности. Если сопоставить понятия психологических и личностных ресурсов, то можно отметить, что психологические ресурсы включают когнитивные, психомоторные, эмоциональные, волевые и другие общепсихологические свойства человека. Личностные ресурсы включают разнообразные свойства, черты, установки личности, оказывающие влияние на регуляцию поведения в напряженных ситуациях жизнедеятельности и отраженные в качествах самоконтроля, самооценки, в чувстве собственного достоинства, мотивации и др. (Рогозян, 2011).
Ресурсный подход в психологии личности. Как уже отмечалось, личностные ресурсы представляют собой определенные навыки и способности человека и их разграничивают с социальными (средовыми) ресурсами, которые характеризуют доступность для личности помощи в социальной среде – со стороны членов семьи, друзей, сослуживцев (Бодров, 2001; Муздыбаев, 1998). Для описания личностных ресурсов А. Г. Маклаков вводит понятие «личностный адаптационный потенциал», который включает нервно-психическую устойчивость, уровень развития, обеспечивающий толерантность к стрессу; самооценку личности, являющуюся основой саморегуляции и влияющую на степень адекватности восприятия условий деятельности и своих возможностей; ощущение социальной поддержки, определяющее чувство собственной значимости; уровень конфликтности личности; опыт социального общения (Маклаков, 2001). В. Франкл относил к категории психологических ресурсов даже такие феномены, как надежда, рациональная вера, душевная сила (мужество) (Франкл, 1990). На данный момент это направление продолжает развиваться в русле позитивной психологии.
В тесной связи с психотерапией находится психология стресса. Хотя это направление психологической науки располагается на стыке психофизиологии, психологии личности, социальной психологии и других смежных дисциплин, все же именно в той части психологии стресса, которая наиболее близка к психотерапии – а именно сфера копинг-стратегий и преодоления стресса – ресурсный подход оказался наиболее эффективен.
В. А. Бодров определяет ресурсы (в рамках психологии стресса) следующим образом: «Ресурсы являются теми физическими и духовными возможностями человека, мобилизация которых обеспечивает выполнение его программы и способов (стратегий) поведения для предотвращения или купирования стресса» (Бодров, 2006, с. 115–116). Похожее по смыслу определение понятию ресурса в контексте психологии стресса дает К. Муздыбаев. Он определяет ресурсы как средства к существованию, возможности людей и общества; как все то, что человек использует, чтобы удовлетворить требования среды; как жизненные ценности, которые образуют реальный потенциал для совладания с неблагоприятными жизненными событиями (приводится по: Калашникова, 2011). В качестве иллюстрации еще одного определения ресурса в рамках психологии стресса можно привести следующее. Ресурсы – это «внутренние и внешние переменные, способствующие психологической устойчивости в стрессогенных ситуациях; это эмоциональные, мотивационно-волевые, когнитивные и поведенческие конструкты, которые человек актуализирует для адаптации к стрессогенным/стрессовым трудовым и жизненным ситуациям» (Водопьянова, 2009, с. 290).
Таким образом, в психологии личности и смежных дисциплинах в качестве ресурсов человека рассматриваются некие внутренние элементы или переменные, которые помогают совладать с различными жизненными трудностями.
Понятие «личностный потенциал». Помимо понятия «личностный ресурс», в психологии используется понятие «личностный потенциал». «Потенциал (от лат. potentia – сила) – это возможности отдельного лица, общества, государства в определенной области» (Прохоров, 1985, с. 1043). Это понятие является более широким, поскольку включает не только совокупность личностных характеристик. Как отмечал Д. А. Леонтьев, когда мы говорим о личностном потенциале, речь идет не столько о базовых личностных чертах или установках, сколько об особенностях системной организации личности в целом, о ее архитектонике, основанной на сложной схеме опосредствования (Леонтьев, 2002).
Феноменологию, отражающую эффекты нормального функционирования личностного потенциала или его недостаточности, в разных подходах в психологии обозначали по-разному: воля, сила Эго, внутренняя опора, локус контроля, ориентация на действие и т. д. (Косырев, 2011). Лучше всего, по мнению Д. А. Леонтьева, ему соответствует понятие «жизнестойкости», введенное в психологию представителем экзистенциальной персонологии С. Мадди (Леонтьев, 2002). Мадди определяет жизнестойкость не как личностное качество, а как систему установок или убеждений субъекта (Maddi, 1998). Существуют частные формы личностного потенциала, например, «личностный адаптационный потенциал». Личностный адаптационный потенциал (ЛАП) рассматривается как системное свойство, заключающееся в способности личности адаптироваться к условиям окружающей среды. Чем выше уровень развития данного свойства, тем к более экстремальным условиям социальной и природной среды может приспособиться человек (Маклаков, 2001). В числе характеристик, образующих ядро адаптационных возможностей личности, выделяют высокий уровень эмоциональной устойчивости, низкий уровень тревожности, адекватную самооценку личности, высокий уровень развития волевой регуляции, систему установок и смысложизненных ориентаций личности, высокий уровень морально-нравственной ответственности личности и др. (Харина, 2008).
Ресурсный подход в социальной психологии. В социальной психологии ресурсный подход часто реализуется в процессе организационно-психологических исследований. Это происходит в связи с тем, что в числе главнейших ресурсов организации признаны сотрудники с их личностным потенциалом, а также потенциалом их взаимодействия (Barney, 1991).
В работах Б. Ф. Ломова (Ломов, 1972) используется понятие «групповой потенциал», но без детальной проработки. В любой группе существует определенный уровень активности и инициативы членов, что дает, по выражению Б. Ломова, «потенциал группы». Как указывает Б. Ф. Ломов, потенциал групповой продуктивности реализуется через присутствие других людей в коллективе. При присутствии других людей повышается активность, мотивация, контроль выполнения задачи. Наиболее глубоко понятие «потенциал коллектива» проработано в исследованиях А. Н. Лутошкина (Лутошкин, 1979, 1988). А. Н. Лутошкин пишет об использовании дополнительных возможностей человеческого фактора коллективов путем реализации так называемых «потенциалов коллектива». С. А. Багрецов с коллегами определяют социальный потенциал коллектива следующим образом: «Социальный потенциал коллектива может быть определен как количественная оценка его социального развития, а именно – процесса содержа тельного обогащения межличностных отношений в группе целями и задачами ее деятельности, их общественной сущностью» (цит. по: Михальский, 2001, с. 56). Социальный потенциал коллективов определяется, прежде всего, личностным потенциалом его членов. Однако потенциал коллектива не является суммой личностных потенциалов. В результате складывающихся деловых и межличностных отношений у членов коллектива возникает синергетический эффект индивидуальных личностных потенциалов.
С. А. Багрецов и др. выделяют следую щие характеристики социального потенциала коллектива, оказывающие наибольшее влияние на продуктивность группы и поддающиеся развитию в процессе деятельности: способность к самоорганизации; профессиональная компетентность; мотивация к деятельности; мораль, нравственные нормы; чувство коллективизма. А. Б. Золотов рассматривает социально-психологический потенциал коллектива с несколько другой стороны, а именно как совокупность социально-психологических факторов, существующую в единстве актуального и возможного состояний, которые определяют возникновение дополнительных сил коллектива (см.: Михальский, 2001, с. 57–61).
А. Л. Журавлев (2005) использует понятие «социально-психологические резервы» применительно к трудовым коллективам. Социально-психологические резервы делятся А. Л. Журавлевым на две группы (Журавлев, 2005, с. 404). Первая группа – резервы совершенствования социально-психологических явлений в трудовом коллективе: оптимизация взаимоотношений и социально-психологического климата в коллективе; совершенствование структуры отношений в коллективе под влиянием различных форм организации труда; формирование отношений к трудовой деятельности с помощью применения коэффициента трудового вклада; оптимизация процесса адаптации рабочих в коллективе. Вторая группа: развитие самоуправления на уровне предприятия и на уровне коллективов; подбор и формирование личности руководителя, способного эффективно руководить трудовым коллективом; учет психологических особенностей отношения исполнителей к руководителю; дифференцированное формирование стилей руководства. Социально-психологические резервы очень важны и имеют ряд функций: отражательная, диагностическая, резервирующая, регуляторная, адаптационная.
А. Л. Журавлев отмечает, что социально-психологические резервы есть результат не сложения, а именно интеграции индивидуальных резервов. При этом одним из характерных механизмов формирования социально-психологических резервов является механизм их аккумуляции, т. е. процесс постепенного накопления регуляторных возможностей различных социально-психологических феноменов, относящихся к категории резервов (Журавлев, 2005, с. 405–406).
Таким образом, каждый вид ресурсов обладает способностью к сохранению и накоплению, различные виды ресурсов характеризуются взаимным влиянием. Социально-психологический капитал является именно ресурсом, не резервом. Данное понятие по своему содержанию гораздо ýже и конкретнее, чем понятие социально-психологических резервов.
Подведем основные итоги данной главы монографии. В главе рассматривался ресурсный подход в психологии. Анализ показал, что все виды психологических ресурсов можно разделить на три категории: когнитивные, личностные и социально-психологические.
Когнитивные, или психологические, ресурсы имеют довольно долгую историю изучения. В качестве психологических ресурсов индивида рассматриваются: энергетическая емкость центральных познавательных механизмов (А. А. Ухтомский), психофизиологические возможности человека (Г. М. Зараковский, Д. Канеман), функциональный потенциал, обеспечивающий высокий уровень реализации его активности (В. А. Бодров), мощность множества связанных когнитивных элементов, которое отвечает за активное создание многомерных моделей реальности в процессе решения задач разного уровня сложности (В. Н. Дружинин).
Личностные ресурсы – это жизненные ценности, которые образуют потенциал для совладания с неблагоприятными жизненными событиями (К. Муздыбаев), разнообразные свойства, черты, установки личности, регулирующие поведение в сложных жизненных ситуациях.
Социально-психологические ресурсы. Основной сферой использования ресурсного подхода в социальной психологии является психология коллективов и рабочих групп. В рамках данного направления исследований в качестве ресурсов рассматриваются: уровень активности и инициативы членов группы (Б. Ф. Ломов), процесс содержательного обогащения межличностных отношений в группе целями и задачами ее деятельности (С. А. Багрецов), оптимизация взаимоотношений и социально-психологического климата в коллективе, совершенствование структуры отношений в коллективе под влиянием различных форм организации труда, оптимизация процесса адаптации рабочих в коллективе, развитие самоуправления на уровне предприятия и на уровне коллективов, подбор и формирование личности руководителя, способного эффективно руководить трудовым коллективом; учет психологических особенностей отношения исполнителей к руководителю (А. Л. Журавлев).
Однако при этом психологические ресурсы больших социальных групп в социальной психологии не рассматривались. Также не рассматривались индивидуальные социально-психологические ресурсы, позволяющие человеку достигать высокого уровня адаптации и благополучия в больших социальных группах.
Когда речь идет о социальной среде, в которой человек адаптируется, с которой он вынужден совладать, им будут использоваться различные виды ресурсов, в том числе и социально-психологические. Содержание социально-психологических ресурсов составляют определенные виды социально-психологических отношений личности.
1.2. Рассмотрение социально-психологических отношений с точки зрения ресурсного подхода
Анализируя явление, которое близко к явлению социально-психологического капитала – социальный капитал – П. Н. Шихирев отмечал, что с психологический точки зрения социальный капитал предсталяет собой отношение к отношению (Шихирев, 2003б). Понятие «социально-психологическое отношение» является базовым для анализа феномена социально-психологического капитала личности. Социально-психологический капитал личности представляет собой систему определенных социально-психологических отношений личности, которые являются одним из ее психологических ресурсов. Рассмотрим теоретические основания этого положения.
Выдающийся отечественный психолог С. Л. Рубинштейн писал: «Отношение к другому человеку, к людям составляет основную ткань человеческой жизни, ее сердцевину. Сердце человека все соткано из его человеческих отношений к другим людям; то, чего оно «стоит целиком», определяется тем, к каким человеческим отношениям человек стремится, какие отношения к людям, к другому человеку он способен устанавливать. Психологический анализ человеческой жизни, направленный на раскрытие отношений к другим людям, составляет ядро подлинно жизненной психологии» (Рубинштейн, 1957, с. 263). Область изучения отношений между людьми включает в себя широкий круг психологических явлений: что один человек думает и чувствует по отношению к другому человеку, как он его воспринимает, каких поступков и мыслей он от него ожидает, как реагирует на поступки другого (Heider, 1958).
Отношения личности являются основными сторонами психической жизни человека наряду с психическими процессами, свойствами, состояниями (Мясищев, 2011, с. 16). В наиболее широком смысле под отношениями понимается «целостная система индивидуальных, избирательных, сознательных связей личности с разными сторонами объективной действительности, включающая три взаимосвязанных компонента: отношение человека к людям, к себе, к предметам внешнего мира» (Куницына и др., 2002, с. 194).
В мировой науке достаточно долго доминировал философский подход к изучению отношений, уходящий своими корнями в философию Аристотеля. Однако, начиная с 1880-х годов, появилось довольно много новых направлений в изучении отношений (см.: Vangelisti, Perlam, 2006, p. 13). Например, З. Фрейд писал о роли родительско-детских отношений в развитии личности. У. Джеймс рассматривал Я-концепцию личности как продукт ее отношений с другими. Э. Дюркгейм делал акцент на социальной организации и аномии. Достаточно большое количество исследований с 1960-х и по 1990-е годы за рубежом было посвящено изучению факторов установления дружеских отношений, аттракции, характеристик людей, вступающих в дружеские отношения (Vangelisti, Perlam, 2006, p. 13).
Рассмотрение исследований отношений в зарубежной психологии показывает, что по сравнению с отечественной психологией зарубежные исследования являются более конкретными по своей сути. Отечественные исследования отношений носят более обобщенный, более глубинный теоретико-философский характер и нацелены на то, чтобы найти общие закономерности построения психологических отношений в различных сферах жизни, а также на генерализацию отношений личности на ее жизнь в целом. Зарубежные работы, как правило, касаются рассмотрения конкретных видов отношений личности, конкретных следствий этих отношений для жизни, а также изучения роли конкретных факторов (в том числе физиологических), в построении личностью ее отношений с окружающими.
Психологические отношения. Основу отечественной теории психологических отношений заложили В. М. Бехтерев, Н. Я. Грот, А. Ф. Лазуский, М. Я. Басов, В. Н. Мясищев, С. Л. Рубинштейн, К. К. Платонов. Современное состояние этой области науки представляют работы А. А. Бодалева, А. Л. Журавлева, В. П. Познякова, И. Р. Сушкова.
Понятие «отношение» использовалось В. М. Бехтеревым при попытке синтеза двух систем психологического знания – субъективного и объективного исследовании психики (Левченко, 2003). В. М. Бехтерев дополнил понятие «отношение» характеристикой «активное» и показал, что организм не только приспосабливается к среде, существует другой вид его связи со средой – он может изменять внешние условия в соответствии с внутренними (Левченко, 2003). Способность влиять на внешнюю среду, изменять ее делает отношения ресурсом, который может быть использован для адаптации к среде, ее изменения в процессе адаптации. Ресурсом отношения стали для человека на определенном этапе развития социума и культуры.
А. Ф. Лазурский, предпринимая попытку создать новый вариант психологии, допускал существование в ядре психики механизмов, образованных способностями и их взаимными связями, работа этих механизмов и определяет все проявления психики. Система взаимных связей образует целое психическое – нервно-психическую организацию. Эти внутренние связи проецируются вовне, в отношения между наблюдаемыми проявлениями и внешними обстоятельствами (см.: Левченко, 2003). Работу таких внутренних, скрытых механизмов Лазурский называл «эндопсихикой». Кроме нее также выделялась «экзопсихика», т. е. отношения личности к среде. «Однако идея отношений личности к среде не стала у Лазурского предметом специальной дальнейшей разработки, осталась подчиненной цели исследования эндопсихики…» (цит. по: Левченко, 2003, с. 143). Социально-психологический капитал личности ближе к понятию экзопсихики. Он принадлежит личности, однако содержательно представляет собой ресурс отношений личности к социальной среде.
В концепции М. Я. Басова отношение является характеристикой связей внутри психики. В его работах оно играет роль методологического принципа отношения организма к среде. Особенность трактовки М. Я. Басовым данного принципа состоит в понимании отношения как взаимоотношения в процессе деятельности (см.: Левченко, 2003).
Наиболее развитая теория отношений содержится в трудах В. Н. Мясищева, который не только поставил проблему отношений в качестве самостоятельной для психологии, но и описал многозначность данного термина, систематизировал и обобщил признаки отношений, выделил и эмпирически изучил различные виды отношений. В работах В. Н. Мясищева отношение рассматривается как:
– связь субъекта и объекта;
– как интегральная позиция субъекта;
– как предмет психологии, поскольку психическое определено как система отношений;
– как одна из категорий психологии, наряду с процессами, состояниями, свойствами личности;
– как явление, обозначающее конкретную проблематику или специальный раздел психологии, включающий изучение целей, стремлений, тенденций, интересов, оценок, идеалов, потребностей, убеждений (см.: Левченко, 2003, с. 223).
В. Н. Мясищев обозначает понятием «отношения» латентное состояние, которое определяет основанный на прошлом опыте характер действия или переживания человека по поводу каких-либо обстоятельств. В развитом плане отношения человека характеризуются их сознательностью, выраженной избирательностью и сложностью. «Установки» можно рассматривать как неосознанные отношения, а «отношения» как осознанные установки» (Мясищев, 2011, с. 109). Однако установки и отношения, согласно В. Н. Мясищеву, различаются. В чем состоит их различие? «Установка характеризуется готовностью. Что касается отношения, то его как образование характеризует избирательность, тяготение или отталкивание» (Мясищев, 2011, с. 118). Кроме того, эмоция является обязательным компонентом отношения. Без эмоции нет отношения, это будет уже безразличие (Мясищев, 2011, с. 119).
Системный подход к изучению отношений, в частности, межгрупповых отношений, успешно развивался в работах И. Р. Сушкова (Сушков, 2008), который под системой понимает «множество элементов, взаимодействующих на основе определенного отношения, делающего структуру данного множества необходимым и достаточным условием появления новой вещи (качества) как элемента иного множества» (Сушков, 2008, с. 49). Применение системного подхода к психологии отношений позволило прийти к выводу, что между субъектами жизнедеятельности существуют не просто отношения, а именно взаимоотношения. Особенно данное положение соответствует коллективным субъектам жизнедеятельности – различным социальным группам.
Психологические отношения субъектов экономической деятельности в условиях изменения форм собственности на средства производства рассматривались В. П. Позняковым. Эмпирическое исследование позволило получить несколько важных результатов (Позняков, 2002):
а) психологические отношения субъектов экономической деятельности, отражая объективные экономические условия, в первую очередь отношения собственности на средства производства, являются результатами изменения этих условий;
б) изменение организационно-экономических условий деятельности оказывало влияние на изменение приверженности группе; в результате повышалась выраженность таких качеств, как сотрудничество, взаимопомощь, взаимная требовательность, ответственность, значимость партнерских отношений, готовность защищать интересы своего коллектива;
в) было показано, что психологические отношения субъектов экономической деятельности связаны с предпочтением форм собственности и видов экономической деятельности; психологические отношения выступают важными факторами, определяющими выбор формы собственности и уровень деловой активности субъектов.
Результаты исследований В. П. Познякова создают одно из оснований для предположения о том, что психологические отношения оказывают влияние на экономическое поведение личности.
Социально-психологические отношения. В. П. Позняков классифицировал отношения личности на психологические отношения личности, межличностные отношения, внутригрупповые отношения, межгрупповые отношения (Позняков, 2000, с. 22). Н. Н. Обозов рассматривает психологические отношения в одном ряду с различными формами общественных отношений, такими, как производственные, политические, правовые и т. д. (см.: Сушков, 1999, с. 152). С точки зрения И. Р. Сушкова, термин «психологические отношения» является более общим в сравнении с так называемыми «деловыми» и межличностными отношениями. Определяя место понятия «межгрупповые отношения» в этой системе, И. Р. Сушков считает, что здесь мы сталкиваемся с проблемой, поскольку эти отношения не относятся ни к общественным, ни к межличностным. Для решения данной проблемы И. Р. Сушков предлагает использовать понятия «социально-психологические отношения» и «взаимоотношения». С помощью понятия «взаимоотношения» характеризуются психологические отношения между группами, а с помощью понятия «социально-психологические отношения» – отношения между индивидом и общностью (Сушков, 1999, с. 158).
Понятие «социально-психологические отношения», с моей точки зрения, наиболее точно отражают содержание социально-психологического капитала личности в поликультурном обществе, суть которого именно в отношениях между индивидом и общностью. Термин «социально-психологические отношения» является подходящим для обозначения психологических отношений, возникающих между людьми в процессе совместной жизнедеятельности (Журавлев, Позняков, 2012), т. е. в том числе и в рамках одного общества. Одно из первых упоминаний данного понятия содержится в работе Е. В. Шороховой с соавт. (Шорохова и др., 1977), отмечавших неразрывную связь социально-психологических отношений с общественными и детерминированность общественными условиями жизнедеятельности людей.
Явление социально-психологического капитала содержательно раскрывается в особенностях социально-психологических отношений между личностью и группой. И. Р. Сушков рассматривает отношения между личностью и группой с точки зрения системного подхода как взаимодействие системы и ее элемента. Такого рода отношения он называет «взаимоотношения личностей и групп» и определяет их следующим образом: «Это социально-психологические отношения субъектов друг к другу как к элементам социальной системы, в которую они входят. Другими словами, это оценка субъектами социально-психологических отношений в соответствии с восприятием ими меры вклада в сохранение и развитие единства социальной системы, идентичность» (Сушков, 2008, с. 112). Социальная система, согласно И. Р. Сушкову, характеризуется наличием межиндивидуальных, межгрупповых связей, которые делают возможным обмен социально-психологическими отношениями (Сушков, 2008, с. 115).
Тот факт, что отношениями можно обмениваться, делает целесообразным их рассмотрение в качестве ресурса. Кроме того, как справедливо отмечают А. Л. Журавлев и В. П. Позняков, важное преимущество в использовании термина «психологические отношения» по сравнению с термином «социальные установки» и «аттитюды» состоит в том, что понятие психологических отношений наиболее адекватно представлениям о психике человека, развиваемым в русле субъектно-деятельностного подхода. С позиции субъектно-деятельностного подхода основными признаками субъектности и субъекта являются сознательность, избирательность, целостность и активность. Все эти признаки также присущи феномену психологических отношений (Журавлев, Позняков, 2012, с. 61).
Таким образом, для характеристики содержания того ресурса личности, который рассматривается в данной монографии, будет использоваться термин «социально-психологические отношения».
Социально-психологические отношения как ресурс личности. Важность социально-психологических отношений в жизни человека невозможно переоценить. Согласно М. Аргайлу (Argyle, 2001), отношения имеют большое влияние на счастье и другие аспекты благополучия и, возможно, являются его главной причиной. Огромное количество литературных данных подтверждает сильную связь отношений между людьми с их счастьем и благополучием (Argyle, 2001; Diener, Seligman, 2002; Myers et al., 1992). Например, люди, находящиеся в близких отношениях, имеют более высокий уровень физического, ментального и эмоционального качества жизни, а также более адаптивные копинговые реакции на стресс (Myers et al., 1992). Все это указывает на то, что позитивные по своей валентности отношения проявляют свойство ресурса – они улучшают адаптацию, здоровье, делают людей более успешными и благополучными. Для многих людей с ограниченными возможностями природа межличностных отношений, через которые они получают необходимую поддержку, определяет уровень их благополучия и воспринимаемого равенства с обыкновенными людьми.
Помимо эмоционального и физического благополучия, социальная поддержка и отношения, в которых присутствует привязанность, вносят важный вклад в познавательную активность и развитие у взрослых людей на протяжении жизни. Фини и Ван Влит, основываясь на полученных ими данных, утверждают, что развитие людей в любом возрасте идет через привязанность к другим (Feeney, van Vleet, 2010).
Согласно теории привязанности Дж. Боулби (Bowlby, 2008), поиск и предоставление поддержки являются проявлением врожденной регуляторной системы, называемой поведенческой системой, которая возникла в процессе эволюции. В теории привязанности поведение, связанное с поиском поддержки, управляется поведенческой системой привязанности, которая руководит процессом отбора, активации и завершения поведения, направленного на получение защиты и поддержки от более взрослых, сильных и мудрых «других» (чаще всего в этой роли выступают родители). Однако данная система работает не только в детстве, но и в течение всей жизни. Роль объектов привязанности часто занимают сверстники, а также учителя, научные руководители в академической среде, группы, институты и т. д. Наличие таких привязанностей (с друзьями, с родственниками), с моей точки зрения, входит в ресурс социально-психологических отношений личности, поскольку привязанности оказывают ей поддержку и способствуют ее развитию.
Начало исследований социальной поддержки принято отсчитывать с 1970-х годов (Vangelisti, 2009). Все исследователи по-разному определяли социальную поддержку, но во всех этих определениях было общее: социальные отношения могут смягчить воздействие стресса на здоровье и повысить благополучие людей, т. е. играть роль психологического ресурса для преодоления трудностей. Изучалось, как отношения между людьми могут поддерживать их физическое и ментальное здоровье, однако разные исследователи продолжали определять и изучать социальную поддержку по-разному, не сводя ее к единой концепции.
Исследования социальной поддержки могут быть разделены на три направления (Burleson, MacGeorge, 2002).
Первое направление – социологический подход. Исследователи сосредотачиваются на степени интегрированности индивидуума в социальные группы. При таком подходе обычно измеряется число социальных связей. Фактически это изучение социального капитала.
Второе направление – психологическое. Рассматривается воспринимаемая доступность социальной поддержки. Оценивается характер или количество социальной поддержки, которую, согласно восприятию человека, он получает от своей социальной сети (получаемая поддержка) или же характер и количество поддержки, которая кажется человеку доступной (воспринимаемая поддержка). Существует ряд исследований, в которых рассматривается, что имеет большее значение – воспринимаемая поддержка или получаемая поддержка (например: Reinhardt et al., 2006).
В рамках первых двух подходов социальная поддержка рассматривается в качестве ресурса личности.
Третий подход – коммуникационный. Внимание уделяется взаимодействию между тем человеком, который оказывает поддержку, и тем, который эту поддержку получает. Рассматриваются вербальные и невербальные характеристики поддерживающего взаимодействия. Исследования показывают, что на результат поддерживающего поведения как напрямую, так и опосредованно (через характеристики помогающего, контекстуальные факторы и характеристики сообщения) влияют демографические характеристики, личностные черты и когнитивные особенности человека, принимающего поддержку (Bodie, Burleson, 2008).
Отношения с другими людьми выступают в качестве ресурса совладания с трудностями за счет так называемого «буферного эффекта социальной поддержки» (Cohen, Wills, 1985; Fried, Tie, 1993). Суть буферного эффекта социальной поддержки состоит в том, что само осознание того, что можно рассчитывать на поддержку других, увеличивает позитивное поведение и повышает благополучие за счет снижения уровня стресса (Chay, 1993). Экспериментальные исследования по буферному эффекту социальной поддержки показали, что люди, которые могут обратиться за помощью к экспериментатору, даже если они и не пользовались данной возможностью, справлялись с заданием, которое было стрессовым по своему содержанию, лучше, чем те, кто не имел возможности обратиться за помощью (Sarason, Sarason, 2009). Воспринимаемая поддержка со стороны коллег или семьи смягчает эффект стресса в работе менеджеров с низкой выносливостью или высокой эмоциональной реактивностью, что показано в эмпирических исследованиях (Luszczynska, Cieslac, 2005). Аналогично У. Чэй (Chay, 1993) показал, что восприятие более высокого уровня социальной поддержки связано с более низким уровнем стресса в работе. Также он показал, что социальная поддержка повышает благополучие индивида за счет смягчения стресса от работы. В целом результаты эмпирических исследований убедительно свидетельствуют о существовании буферной роли социальной поддержки.
Таким образом, люди, обладающие позитивными отношениями с другими людьми или целостными группами, по сравнению с не обладающими имеют более широкие возможности в достижении своих целей, лучшее здоровье, они в большей мере счастливы, даже если они не используют эти отношения сознательно для достижения собственных целей. Все это указывает на то, что социально-психологические отношения личности могут рассматриваться в качестве ее внутреннего ресурса.
Глава 2. Формы капитала как ресурса личности и группы
С середины XX в. понятие «капитал» приобрело междисциплинарный статус в силу того, что оно довольно хорошо отвечает необходимости всестороннего анализа различных факторов (в том числе и социально-психологических) эффективности экономики. В самом общем смысле понятие «капитал» обозначает некоторое «имущество», финансовое или какое-либо другое, которое можно использовать в качестве источника дохода. В соответствии с этим можно говорить о капитале не только в сугубо экономическом смысле, но и в более широком (Свенцицкий и др., 2004). В настоящее время в терминологический аппарат современных социальных и гуманитарных наук довольно прочно вошли понятия, обозначающие различные формы капитала: «человеческий капитал», «интеллектуальный капитал», «культурный капитал», «социальный капитал», «психологический капитал».
Капиталом является любой запас благ, который может накапливаться и использоваться в течение достаточно длительного периода времени, принося доход (Добрынин, Дятлов, Цыренова, 1999). Капитал – это всегда ограниченный ресурс, который обладает такими свойствами, как способность к накоплению, конвертируемость, позитивная связь с производительностью труда. Все формы капитала взаимосвязаны и находятся в отношениях взаимовлияния.
Расширительная трактовка понятия «капитал» в последнее время привела к тому, что в литературе упоминается весьма широкий спектр различных его форм: человеческий (Капелюшников, Лукьянова, 2010), интеллектуальный (Stewart, 1997), культурный, административный, политический, символический (Радаев, 2003б), социальный (Шихирев, 2003а, 2003б; Свенцицкий и др., 2009; Нестик, 2009), психологический (Luthans et al., 2007). Часть этих форм капитала операционализирована, для их измерения разработаны различные виды инструментария. К таким формам можно отнести: финансовый, физический, человеческий (интеллектуальный), социальный, психологический капитал.
Другие формы имеют более слабую операционализацию, инструментарий для их измерения находится только в стадии формирования и имеет невысокую валидность. Эти формы капитала в научном дискурсе используются скорее как метафора, а не как научные понятия. К таким формам капитала можно отнести: культурный, административный, политический, символический капитал. Данные формы капитала чаще используются при объяснении различных социальных, экономических и психологических явлений, чем в эмпирических исследованиях, поэтому все формы капитала, которые рассматриваются в литературе, можно разделить на две категории – операционализированные формы и формы, имеющие статус научной метафоры. В данной монографии мы оставляем за пределами рассмотрения формы капитала, которые являются, по сути, научной метафорой.
2.1. Экономический и человеческий капиталы
Если обратиться к понятию капитала в классической экономике, то под ним понимают ресурсы, которые могут быть использованы в производстве товаров или оказании услуг (Маршалл, 1993).
Исходная форма для всех видов капитала – экономический капитал. В своем вещном состоянии он включает: денежный капитал, производственный капитал, товарный капитал. Экономический капитал способен создавать добавленную стоимость, он имеет высокую степень формализованности и легко отчуждается от своего обладателя.
Понятие человеческого капитала возникло в неоклассической экономической теории. Это совокупность профессиональных знаний, умений и навыков, которые могут приносить доход. Теория человеческого капитала оформилась только на рубеже 50–60-х годов ХХ в., когда экономисты Г. Беккер, Х. Джонсон, Т. Шульц обосновали необходимость включения в категориальный аппарат экономической теории термина «человеческий капитал» (Коньков, 2006).
В экономической теории под человеческим капиталом понимается запас знаний, навыков и способностей, которые есть у каждого человека и которые могут использоваться в производственных целях (Капелюшников, Лукьянова, 2010).
Отличительная черта человеческого капитала от финансового – неотделимость от личности своего носителя. Как пишут Капелюшников и Лукьянова, для «обычного» капитала на рынке имеются два ряда наблюдаемых цен – во-первых, на его активы и, во-вторых, на потоки доставляемых им услуг (станок или здание можно купить, а можно взять в аренду). В отличие от этого человеческий капитал можно только «арендовать» (наняв работника), поскольку в современных (нерабовладельческих) обществах сам человек не может быть предметом купли-продажи. В результате имеется только один ряд наблюдаемых цен – платежи за «аренду» человеческого капитала, что серьезно затрудняет стоимостную оценку его накопленных запасов. Основными видами вложений в человека считаются образование, производственная подготовка, охрана здоровья (Капелюшников, Лукьянова, 2010).
2.2. Интеллектуальный капитал
Термин «интеллектуальный капитал» был впервые предложен экономистом Джоном Кеннетом Гэлбрейтом в 1960-е годы одновременно с термином «человеческий капитал» (Yitmen, 2011). Интеллектуальный капитал далеко не эквивалентен человеческому капиталу. Исследователи указывают, что, хотя интеллектуальный капитал исследуется довольно давно и прочно вошел в понятийный аппарат экономики, его все еще довольно трудно четко определить. Интеллектуальный капитал как бы находится на континууме межу материальными и нематериальными активами организации (Yaghoubi et al., 2010).
Тем не менее существуют работы, в которых понятие интеллектуального капитала довольно четко определяется. В 1997 г. Томас Стюарт опубликовал работу «Интеллектуальный капитал: новое богатство организаций» (Stewart, 1997), в которой он дал определение данному понятию: «Интеллектуальный капитал – это интеллектуальный материал: знания, информация, интеллектуальная собственность, опыт, которые могут быть использованы для создания богатства» (цит. по: Ahlgren, 2011, p. 17).
Существуют два основных направления исследований интеллектуального капитала (см.: Kale, 2009).
Первое направление сосредоточено на выявлении запасов знаний, принадлежащих фирме и разработке методологии оценки этих запасов. Термин «запасы» обозначает в данном случае именно совокупность знаний, принадлежащих фирме. В рамках данного направления была предложена модель, включающая три основные формы интеллектуального капитала: а) человеческий капитал; б) структурный капитал; в) отношенческий капитал.
1. Человеческий капитал в данной парадигме представляет собой знания, навыки и способности отдельных сотрудников, которые могут использоваться ими для выполнения задачи. Его следует рассматривать как сочетание четырех факторов: генетической наследственности, формального образования, опыта и социальных/психологических установок к жизни в целом и к бизнесу.
2. Структурный капитал представляет собой знания, которые остаются в рамках фирмы в конце рабочего дня. Это поддерживающая инфраструктура, которая позволяет сотрудникам, т. е. человеческому капиталу, функционировать. Его можно рассматривать как знания, которые могли бы быть использованы персонально теми, кто создал эти знания, но, которые были открыто сформулированы, кодифицированы и связаны с существующим «телом» организационных знаний. Структурный капитал фирмы включает философию управления, организационную культуру, управление процессами, процедурами внутри фирмы ит. д. Он также включает в себя различные формы интеллектуальной собственности фирмы (патенты, торговые секреты, товарные знаки), защищенные авторским правом.
3. Отношенческий капитал представляет собой знания, способствующие выстраиванию отношений организации с клиентами, поставщиками, заинтересованными сторонами и стратегическими партнерами. Он может быть определен как «индивидуальные ресурсы, получаемые благодаря знанию других людей, которые являются также частью социальной сети или только лишь известны как люди, имеющие хорошую репутацию» (Kale, 2009). Отношенческий капитал позволяет фирме получать различные виды материальных ресурсов извне.
Если первое направление исследований интеллектуального капитала было целиком сконцентрировано на оценке запасов знаний, второе направление исходило из того, что информации об имеющемся запасе знаний недостаточно. Точнее, только самих знаний недостаточно, чтобы создать какую-либо ценность. Знания еще должны свободно циркулировать по организации, должен быть свободный обмен знаниями. В связи с этим второе направление исследований сосредоточилось на потоках знаний. Именно направленность потоков заставляет знания трансформироваться и функционировать (Kale, 2009).
2.3. Социальный капитал
Явление социального капитала имеет множество определений. В результате это приводит к тому, что некоторые исследователи начинают считать его метафорой. Тем не менее интерес к социальному капиталу неуклонно растет и количество публикаций по данной тематике в международных рецензируемых журналах неуклонно увеличивается.
Формирование и развитие понятия социального капитала явилось логическим развитием концепции человеческого капитала. А на переломе XX и XXI вв. теория социального капитала стала одной из популярнейших в социальных науках. Идея, лежащая в ее основе, не является исторически новой: экономические преимущества социальной интеграции упоминались еще А. Токвилем, К. Марксом и Э. Дюркгеймом. Термин «социальный капитал» приобрел наибольшую популярность в академическом дискурсе благодаря работам Дж. Коулмана (Коулман, 2001) и Р. Патнэма (Патнэм, 1996).
Объясняя суть феномена социального капитала, Дж. Коулман отмечал, что происхождение социального капитала связано с изменениями отношений индивидов и облегчением совместной деятельности. Если физический капитал полностью «осязаем», будучи воплощен в материальных формах, человеческий капитал, проявляющийся в приобретенных индивидом навыках и знаниях, «осязаем» чу ть менее, то социальный капитал практически совсем «неосязаем», поскольку включен в структуру отношений между людьми, а не сосредоточен у них непосредственно (Коулман, 2001).
Подобно другим формам капитала, социальный капитал продуктивен и облегчает производственную деятельность: он способствует достижению определенных целей, добиться которых при его отсутствии невозможно. Так, группа, внутри которой существует полная надежность и абсолютное доверие, способна совершить намного больше по сравнению с группой, не обладающей данными качествами (Коулман, 2001). При этом, чем сильнее развита социальная сеть личных отношений, тем выше шансы воспроизводства экономического капитала. Следовательно, социальный капитал способен оказывать влияние на другие формы капитала.
С опорой на источники формирования социального капитала на микро-, мезо- и макроуровнях выделяются три направления анализа его феноменологии (Стрельникова, 2003). Сторонники первого направления рассматривают социальный капитал как ресурс, упрощающий отношения отдельно взятого индивида внутри социальной сети (микро- и мезоуровни). Для представителей второго направления социальный капитал – ресурс, способствующий вертикальной мобильности индивида (социальный капитал, действующий на мезоуровне). Третье направление объединяет два первых, социальный капитал рассматривается как источник экономического роста, возникающий за счет формирования специфической локальной институциональной среды (социальный капитал, действующий на макроуровне) (Стрельникова, 2003, с. 36). В соответствии с тремя указанными направлениями в таблице 1 систематизирован ряд существующих на настоящий момент определений социального капитала.
Социальный капитал наряду с другими формами капитала способствует благосостоянию и конкурентоспособности нации. Помимо этого, согласно данным Р. Патнэма, полученным в США, существует высокозначимая положительная связь социального капитала с хорошим здоровьем, благополучием, ощущением счастья и отрицательная – со стремлением к уклонению от налогов (Putnam, 2001). Высокий социальный капитал общества не только способствует процветанию и повышению благосостояния нации, но и делает ее представителей более гармоничными, благополучными и социально ответственными.
Р. Патнэм в книге «Чтобы демократия сработала. Гражданские традиции в современной Италии» определяет социальный капитал как «уходящие вглубь истории традиции социального взаимодействия, предполагающие нормы вза имности и доверия между людьми, широкое распространение различного рода добровольных ассоциаций и вовлечение граждан в политику ради решения стоящих перед сообществом проблем» (Патнэм, 1996, с. 224).
Наиболее изученные и очевидные функции социального капитала следующие.
Таблица 1. Определения социального капитала с точки зрения его использования (Стрельникова, 2003, с. 37)
1. Экономическое развитие (Helliwell, Putnam, 1995; Fukuyama, 2000; Torsvik, 2000; Woolcock, 1998; 2001; Zak, Knack, 2001). Экономические эффекты социального капитала продемонстрированы в достаточно большом количестве исследований. Показано, что наличие социального капитала способствует:
– экономическому росту (Helliwell, Putnam, 1995; Knack, 2002; 2003);
– увеличению доли инвестиций в ВВП (Knack, Keefer, 1997; Coates, Heckelman, 2003);
– создает условия для экономического роста (Woolcock, 1998; Torsvik, 2000);
– способствует снижению неравенства в доходах (Zak, Knack, 2001; Handbook of Social Capital, 2010, p. 329).
2. Социальный капитал играет значительную роль в обеспечении физического здоровья людей (Hawe, Shiell, 2000; Helliwell, 2001; Kreuter, Crosby, 2003; Kritsotakis, Gamarnikow, 2004; Kunitz, 2004; Macinko, Starfield, 2001; Boreham, Stafford, Taylor, 2000).
3. Социальный капитал позитивно связан с психическим здоровьем (Almedom, 2005).
4. Социальный капитал связан с политическими свободами в обществе и демократией (Badescu, Uslaner, 2003; Marsh, 2005; LiPuma, Koelble, 2009).
Хотелось бы отметить, что факт позитивного влияния социального капитала на экономику, политику, здоровье и психологическое благополучие людей установлен, но механизмы этого влияния однозначно не верифицированы.
2.4. Социальный капитал с точки зрения психологии
C позиций социально-психологического подхода П. Н. Шихирев определяет социальный капитал как «качество социальных связей», отношений между людьми (Шихирев, 2003б). Шихирев характеризует соотношение понятия «социальный капитал» с предметом социальной психологии следующим образом: социальная психология является наукой о «роли психологических факторов в социальном процессе, который рассматривается как движение системы социальных связей, осуществляющееся посредством обмена формами (образами, мнениями и т. п.), в которых зафиксированы позиции и ценности участников процесса, их отношение (оценка) к отношению (связи). Поскольку социальный капитал – качество социальных отношений, то в первом приближении можно выказать гипотезу о том, что он рождается из соединения неких особых качеств отношений между людьми с их жизнедеятельностью» (Шихирев, 2003б, c. 18–19). Таким образом, психологические отношения являются связующим звеном между социальным капиталом и предметом социальной психологии.
С точки зрения А. Л. Свенцицкого с соавт., рассмотрения только качества социальных связей недостаточно (Свенцицкий и др., 2009). Определение П. Н. Шихирева необходимо дополнить еще и количественными показателями, такими, как включенность, экспансия социального субъекта (личности или группы) в социальные отношения. Именно это и реализуется при введении в модель социально-психологического капитала личности таких показателей, как «включенность личности в деятельность различных организаций» и «социально-политическая активность личности». Необходимо отметить, что включенность в деятельность организаций тоже указывает на социальную активность личности.
«Таким образом, социальный капитал личности (группы) может определяться объемом и качеством ее связей с другими людьми и группами. Кроме того, разные социальные связи имеют разную для индивида или группы ценность, так как предоставляют доступ к ресурсам разного рода» (Свенцицкий и др., 2009, с. 145).
С социально-психологической точки зрения, социальный капитал представляет собой единство объективных отношений и субъективного отношения к этим отношениям (Нестик, 2009, с. 37). Именно ценность социальных связей для личности и превращает их в социальный капитал в психологическом значении. Отношение личности к социальным связям как определенному ресурсу приводит к тому, что они становятся социальным капиталом личности. Только то, что обладает для индивида ценностью, представляется как определенная возможность производства, сохранения или использования, может являться капиталом. В случае отсутствия такого отношения круг знакомых, друзей, коллег, сколь бы разнообразен и обширен он ни был, останется социально-психологическим пространством, которое не имеет инструментального экономического измерения (Журавлев, Нестик, 2010; Нестик, 2011).
В целом психологические концепции социального капитала можно разделить на три основных типа. Первый тип концепций связан с анализом социального капитала на макроуровне (общество), второй – на мезоуровне (организационный социальный капитал), третий – исследования так называемого «социального капитала на индивидуальном уровне» (individual level social capital). Рассмотрим социальный капитал на всех трех уровнях анализа.
2.4.1. Макроуровневый анализ социального капитала с точки зрения психологии
Социальный капитал на макроуровне в социальной психологии практически не рассматривается, поскольку в таких исследованиях чаще всего теряется социально-психологическая специфика и они превращаются по своей сути в чисто социологические исследования. Соотнести макроуровневый социальный капитал с предметом психологии довольно сложно. Тем не менее есть попытки социально-психологического рассмотрения проблематики макроуровневого социального капитала (Татарко, 2009, 2011б; Почебут, 2011). В качестве примера можно привести работу Л. Г. Почебут, справедливо полагающей, что социальный капитал является «сугубо социально-психологическим феноменом, поскольку рождается, накапливается и реализуется в процессе взаимодействия людей» (Почебут, 2011). Л. Г. Почебут отмечает, что общество – это долговременная социальная общность, созданная в процессе взаимодействия людей. Это психологическое взаимодействие реализуется в ходе трех процессов: структуризации общества, создания системы социальных представлений и установления равновесия, гармонии, доверия во взаимоотношениях между людьми. Реализация этих процессов приводит к особому общественному состоянию и способствует накоплению социального капитала. Социальное взаимодействие и возникающее в итоге взаимное доверие народа и власти, с точки зрения Л. Г. Почебут, определяют направленность развития общества. Коллективные представления, выраженные в форме религии, идеологии, доминирующих ценностей, определяют интенсивность вышеуказанного социального взаимодействия, силу и энергию общественных проявлений, гражданскую активность людей, их включенность в социальную жизнь сообщества. Социальный капитал, который является «интегральным состоянием общественных отношений» и характеризуется особенностями социальной организации общества (структура, активность, нормы взаимодействия), усиливает эффективность совместных действий людей, способствует равновесию в общественном развитии и возможности общества эффективно развиваться экономически и культурно (Почебут, 2011, с. 19), т. е. по большому счету социальный капитал рассматривается Л. Г. Почебут как катализатор или фасилитатор продуктивных общественных отношений.
2.4.2. Психологический анализ социального капитала на мезоуровне (организационный социальный капитал)
Социальный капитал организаций исследуется довольно активно, однако абсолютное большинство публикаций по данной тематике содержится в журналах и книгах по менеджменту. Наиболее популярной и цитируемой в данном ряду работ является теоретическое исследование Дж. Нахапет и С. Госхал (Na hapiet, Ghoshal, 1998), которые предложили оригинальную концепцию структуры социального капитала организации и описали механизмы его функционирования. Согласно точке зрения этих авторов, при оценке социального капитала организации необходимо учитывать три основных измерения (Nahapiet, Ghoshal, 1998):
1) структурное измерение (сеть социальных связей индивида, структуру, конфигурацию этих связей);
2) когнитивное измерение (общий язык и коды, групповые представления);
3) отношенческое измерение (доверие, нормы, обязательства, идентичность).
Нахапет и Госхал предлагают объяснение того, как социальный капитал способствует налаживанию работы в организации. С их точки зрения, он создает определенный психологический климат, в котором легко идет обмен знаниями и информацией. Благодаря этому эффективность работы организации возрастает.
Для социальных психологов задача изучения социального капитала организации несколько осложняется тем, что это понятие пересекается с такими близкими психологическими понятиями, как «социально-психологический климат организации», «психологическая атмосфера организации», а также с популярным в организационной психологии понятием корпоративной культуры.
В области отечественной организационной психологии и психологии управления совместной деятельностью среди работ, затрагивающих проблематику социального капитала, прежде всего, стоит отметить работы Т. А. Нестика (Нестик, 2009) и А. Л. Журавлева (Журавлев, Нестик, 2010). В частности, Т. А. Нестик в одной из своих работ систематизировал и проанализировал психологические явления, которые могут служить показателями социального капитала организации (Нестик, 2009). К социальному капиталу организации он отнес: просоциальное поведение сотрудников, групповые представления, организационную идентичность, организационное доверие, организационную культуру и социальные сети, складывающиеся внутри организации. Основной функцией социального капитала организации, с точки зрения Т. А. Нестика, является социальная интеграция. Частные функции: вторичная социализация сотрудников, обеспечение социальной поддержки, создание возможностей для выбора идентичности в организации, социальная фасилитация, преодоление межгрупповых границ через сетевые контакты, формирование единого пространства социального (ценностного) обмена, обеспечение конвертируемости капиталов (Нестик, 2009).
2.4.3. Исследования социального капитала на индивидуальном уровне
Психологические работы по проблематике социального капитала довольно часто затрагивают так называемый «социальный капитал индивидуального уровня», термин, с нашей точки зрения, не совсем удачный. В 1998 г. вышел в свет специальный выпуск журнала «Political Psychology». Выпуск назывался «Психологические подходы к проблеме социального капитала». В статьях данного выпуска были представлены эмпирические исследования явлений, относящихся к сфере социального капитала: гражданское участие, различные виды политического поведения, доверие, динамика доверия, сопряженная с динамикой ценностей американской молодежи. Были также представлены исследования, касающиеся связи «социального капитала на индивидуальном уровне» (доверие, участие в деятельности различных организаций) с жанром просматриваемых телепрограмм. Авторы данного исследования, используя социально-психологическую методологию, убедительно показали, что телевидение влияет на социальный капитал.
Оригинальная эволюционно-психологическая концепция социального капитала на индивидуальном уровне предлагается Дж. Савадж и С. Каназавой (Savage, Kanazava, 2004). Они справедливо замечают, что, несмотря на высокую популярность и востребованность термина «социальный капитал», его общепринятого определения не существует. Авторы предлагают пересмотреть определение социального капитала, основываясь на принципах эволюционной психологии. С их точки зрения, основная проблема рассогласованности в дефинициях социального капитала состоит в следующем. Социальный капитал – это ресурс, который локализован в отношениях между людьми и помогает им достигать их цели. Но в чем по большому счету заключается цель человеческого поведения? Что человеку нужно? Почему мы ведем себя определенным образом? Авторы полагают, что корень разногласий в определении социального капитала в том, что не принимается в расчет наиболее общая, генерализованная мотивация человеческого поведения. Для того чтобы понять содержание социального капитала как товара, нужно понять цели совместного человеческого бытия. Иначе нельзя определить социальный капитал, измерить его и понять его роль в социальной жизни. Таким образом, проблема определения социального капитала является проблемой понимания конечных целей людей. Ответить на этот вопрос довольно сложно, и для ответа на него авторы предлагают обратиться к наработкам в области эволюционной психологии, которая пытается объяснить причины поведения людей, их предпочтений, мышления и эмоций. Обратившись к анализу работ в области эволюционной психологии и социобиологии, авторы приходят к следующему заключению. Даже если предположить, что после рождения человеческий мозг является tabula rasa, в нем все же содержится масса информации и определенные ориентиры. Человеческий мозг и все его психологические механизмы адаптированы к достижению высокого репродуктивного успеха, который, по сути, является самой общей и доминирующей человеческой мотивацией.
Опираясь на такое базовое понимание человеческой мотивации, авторы предлагают следующее определение социального капитала. Социальный капитал, с точки зрения эволюционной психологии, – это определенные черты социальных отношений, которые прямо или косвенно дают репродуктивное преимущество участнику данных отношений. В данном случае авторы предлагают рассматривать не только репродуктивный успех самого индивида, но и, пользуясь принципами генетики и социобиологии, включать в рассмотрение репродуктивный успех его близких родственников. Исходя из этого авторы полагают, что социабельность индивида, которая сопряжена с его репродуктивным успехом, является наиболее информативным показателем социального капитала индивида.
Несмотря на оригинальность такого подхода и изначально верное движение мысли авторов, у такого эволюционно-психологического подхода есть один существенный недостаток. Он заключается в чрезмерной абсолютизации биологической стороны человеческого бытия и недостаточном учете того, что потребности, следовательно, и мотивы имеют иерархическую структуру. Биологические, в том числе и репродуктивные, потребности находятся внизу данной структуры и не являются единственными.
Кроме того, такой подход позволяет рассматривать социальный капитал на индивидуальном уровне, но закрывает возможности его анализа на мезоуровне и на макроуровне.
Обобщение всех типов отношений, показателей и компонентов социального капитала с психологической точки зрения можно найти в работе А. Л. Свенцицкого с соавт. (см. таблицу 2).
Проведя анализ всех измерений социального капитала, авторы (Свенцицкий и др., 2009) приходят к заключению, что социальный капитал может быть атрибутом отдельного индивида. Они пишут: «Несмотря на то, что значительная часть социологов считает способность к накоплению социального капитала не индивидуальной характеристикой личности, а лишь особенностью какой-либо «сети отношений», мы, исходя из социально-психологического подхода к рассматриваемой проблематике, полагаем, что та или иная условная величина социального капитала может выступать и как атрибут отдельного индивида, любой группы (организации), и как продукт взаимодействия людей в том или ином обществе на макроуровне в целом» (Свенцицкий и др., 2009, с. 146). Замечание указанных авторов является верным. Однако, внося уточнение, можно сказать, что те социально-психологические отношения личности, на основе которых строится социальный капитал группы или индивида, представляют собой уже другой социально-психологический ресурс – это будет социально-психологический капитал личности.
Таблица 2. Типы отношений, компоненты и показатели социального капитала (Свенцицкий и др., 2009, с. 144)
2.5. Психологический капитал
Понятие психологического капитала появилось сравнительно недавно, оно связано с позитивной психологией (Avey, Luthans, Jensen, 2009). В большинстве работ, посвященных тематике психологического капитала, данный феномен обозначается как «позитивный психологический капитал». Позитивная психология возникла как альтернатива изучению различных отклонений и психического нездоровья. Данное направление сосредоточено на помощи обыкновенным, здоровым людям (Seligman, 2002). Основные цели позитивной психологии состоят в том, чтобы сделать жизнь обыкновенных людей более осмысленной и продуктивной, а также помочь людям реализовать весь их потенциал. Одно из направлений позитивной психологии рассматривает позитивное организационное поведение. Данное направление было сконцентрировано на измерении позитивных психологических характеристик работника, которые в конечном счете способствуют повышению производительности труда. Исследования, проведенные в рамках психологии позитивного организационного поведения, показали, что к таким характеристикам индивида можно отнести: субъективное благополучие, оптимизм, надежду, психологическую устойчивость и эмоциональный интеллект. Однако в дальнейшем было обнаружено, что данные конструкты могут быть объединены в единую структуру более высокого порядка. И влияние данной структуры в целом несколько иное, чем влияние отдельных ее частей. Этот конструкт и был назван «психологический капитал» (Avey et al., 2011). В структуру психологического капитала входят следующие феномены: надежда, самоэффективность, оптимизм и стойкость. Исследования показали, что высокий психологический капитал связан с производительностью труда сотрудника и удовлетворенностью сотрудника трудом (Luthans, et al., 2007). Также он является медиатором между благоприятным психологическим климатом и производительностью труда (Luthans et al., 2008). Высокий психологический капитал сотрудников поддерживает эффективность организационных изменений (Avey, Wernsing, Luthans, 2008), снижает уровень прогулов (Avey, Patera, West, 2006). Данное явление рассматривается на индивидуальном уровне, т. е. психологический капитал принадлежит индивиду.
На первый взгляд может показаться, что социальный капитал и психологический капитал – составные части социально-психологического капитала. Однако это не так. Социально-психологический капитал личности – самостоятельное и совершенно особое по своим свойствам и функциям явление. Социальный капитал – это распространенность в группе определенных видов отношений, в частности, отношений доверия, соблюдения общих норм, социальной сплоченности. Психологический капитал – это индивидуально-личностные характеристики, позволяющие преодолеть психологические трудности и повысить производительность. Социально-психологический капитал – это сбалансированный и системно организованный ресурс социально-психологических отношений личности к ингруппе как целостному субъекту, а также к отдельным представителям ингруппы и аутгрупп, способствующий повышению благополучия личности и увеличивающий ее возможности в достижении различных целей. Социальный капитал может принадлежать и группе, и индивиду, психологический – только индивиду, а социально-психологический принадлежит индивиду, но используется преимущественно группой. Чаще индивид получает от него непрямую отдачу.
Если основным результатом действия социального капитала на социетальном уровне является экономический прогресс, например, рост ВВП (Knack, Keefer, 1997; Coates, Heckelman, 2003), то можно предположить, что основным эффектом социально-психологического капитала будет продуктивность и созидательность личности в группе, приводящая в конечном итоге к благополучию личности, а значит, связанная с ним.
Поскольку человек как субъект представляет собой целостную систему, элементы которой взаимосвязаны, то можно ожидать, что люди, имеющие более высокий социально-психологический капитал, будут проявлять более продуктивные установки и поведение в обществе. Отношение к группе связано с тем, как ведет себя человек в данной группе. Если мы рассматриваем экономическое поведение, то можно ожидать, что люди, настроенные на интеграцию и развитие группы, будут характеризоваться продуктивными экономическим установками и поведением. Социально-психологический капитал личности позволяет осуществить прогноз продуктивности экономических установок и поведения индивида в обществе, в то время как социальный или психологический капитал не позволяет этого сделать. Психологический капитал разработан исключительно применительно к организациям, и все исследования построены на организационном уровне, а в фокусе нашего внимания находится поликультурное общество и процессы в нем. Наиболее близким к понятию социально-психологического капитала личности является понятие социального капитала. Теория социально-психологического капитала личности основывается на теории социального капитала.
Глава 3. Социально-психологический капитал личности: сущность явления
3.1. Использование термина «капитал» в психологии
Термин «капитал» за последние 20 лет достаточно прочно вошел в понятийный аппарат отечественной и зарубежной социальной психологии. В отдельных психологических исследованиях личность рассматривают как вид человеческого капитала, а экономисты вводят личностные качества в число показателей уравнения заработной платы работника (Дейнека, 2005, с. 91). Отечественные психологи также активно занимаются исследованиями человеческого капитала и разработкой методов его анализа (Юрьев, 2009). Понятие «капитал» используется в работах по экономической психологии (Дейнека, 2005), в социальной психологии, в частности в отечественной. Ведутся исследования социального капитала (Шихирев, 2003; Нестик, 2009; Журавлев, Нестик, 2010), человеческого капитала (Юрьев, 2009). В зарубежной социальной психологии существует обширное направление исследований феномена «психологического капитала» (Luthans, Avolio, et al., 2007; Luthans, Norman, et al., 2008; Avey, Luthans, Wernsing, 2008; Avey, Patera, West, 2006). С моей точки зрения, активное использование понятия «капитал» в последнее десятилетие в отечественной социальной психологии является следствием двух причин.
Первая причина связана с кардинальными социально-экономическими преобразованиями, произошедшими за последние 20 лет в российском обществе. В результате данных преобразований в сферу активных исследований отечественной социальной психологии попали объекты, связанные с экономической деятельностью. Из числа таких объектов исследования можно назвать следующие: реклама (Лебедев, Боковиков, 1996; Лебедев-Любимов, 2003), предпринимательство (Позняков, 2000, 2001; Филинкова, 2007), экономическая активность личности (Журавлев, Купрейченко, 2003, 2007), деньги (Дейнека, 2002; Горбачева, Купрейченко, 2006), инвестирование (Мухортов, 2005). Психологические исследования социального капитала, а также исследования социально-психологического капитала личности находятся в данном ряду (Татарко 2013а, б, в).
Вторая причина. Социальная психология развивается посредством двух диалектически связанных процессов – интеграции со смежными науками и все более дробной дифференциации внутри самой себя. Происходит это по причине того, что в самом общем виде объектом социальных и гуманитарных наук является человек и его поведение внутри человеческих сообществ. В данном случае я сознательно предельно расширяю объект данных наук, чтобы показать, что изучение одного объекта невозможно без пересечений в предмете исследования и методе, а также без возникновения пересекающихся понятий. Приведу пример из области другой науки. Развитие геологии невозможно без использования понятий и методов из области географии, физики, химии, гидрологии, биологии, археологии. Происходит это вследствие того, что прогноз о залегании тех или иных полезных ископаемых можно сделать, зная особенности рельефа местности (география), геофизические процессы, происходившие миллионы лет в данном регионе (археология, физика). Информацию о многих полезных ископаемых, таких, как нефть или мел, дает знание об особенностях исторического развития флоры и фауны региона (биология, архео логия), лучшие места для забора проб почвы укажут русла пересохших древних рек, которые нужно уметь определять в рельефе местности (гидрология). При этом данная наука не перестает быть геологией, хотя плотно переплетена с другими науками. В аналогичной ситуации находится психология, развитие которой невозможно без заимствования понятий из других наук.
Введение понятия «социально-психологический капитал личности» позволяет решить несколько методологических проблем.
1. Становится возможным на уровне личности объединить явления, которые лежат в основе двух видов социального капитала – индивидуального и группового. Поскольку групповой социальный капитал складывается из отношения к группе конкретных людей, мы можем на уровне личности идентифицировать психологические явления, лежащие в основе социального капитала.
2. Само явление социального капитала в современных исследованиях носит довольно противоречивый характер по своему содержанию. С одной стороны, в качестве его показателей рассматривают институциональное доверие, доверие региональным властям, а с другой стороны – участие в митингах, демонстрациях, подписание петиций. Очевидно, что доверяющий властям человек, скорее всего, не выйдет на митинг, а тот, кто отличается высокой гражданской ответственностью, далеко не всегда характеризуется высоким институциональным доверием. Вероятно, мера баланса между этими компонентами отражает уровень социально-психологического капитала личности – как человек умеет балансировать – с одной стороны, отстаивать свои права, а с другой стороны, не дестабилизировать общество, в котором он существует. Применение принципа баланса, который с успехом используется в социальной психологии (Heider, 1958; Cartwright, Harary, 1956) позволяет преодолеть это противоречие и рассматривать социально-психологический капитал личности как интегральный ресурс.
При разработке концепции социально-психологического капитала личности в поликультурном обществе мной используется понятие «капитал», которое изначально не является психологическим. В этой связи хочется заметить, что в социальной психологии существует практика заимствования понятий и их успешного использования. В частности, из метеорологии К. К. Платоновым были заимствованы понятия климата и атмосферы (Платонов, Казаков, 1979). В настоящее время понятия «психологическая атмосфера» или «психологический климат» применительно к коллективу, иногда и к обществу прочно вошли в научный оборот. С моей точки зрения, такой подход является довольно продуктивным. Понятие «социально-психологический капитал» способно логически объединить круг разноплановых социально-психологических явлений, способствующих интеграции и развитию общества. При этом базисным является понятие «капитал», которое обозначает просто набор ресурсов, которые могут быть использованы для каких-либо целей, а далее каждая наука может выделять внутри себя свой набор.
Аналогично понятиям «климат» и «атмосфера» в понятийный аппарат психологии довольно прочно вошло понятие «техника». Слово «техника» происходит от древнегреческого τέχνη – искусственный, искусство, мастерство. Совокупность операций, приемов выполнения определенного действия (в любом виде деятельности), образующих его операциональную сторону, именуется техникой выполнения. Такие термины, как «психологические техники», «психотехника», «психологические технологии», к настоящему времени прочно вошли в терминологический аппарат психологии и используются в различных контекстах и значениях. Ф. Е. Василюк насчитывает до пяти различных по смыслу употреблений термина «психотехника»: как набор приемов психического воздействия; как совокупность методов саморегуляции; как методология психологии; как культура психической деятельности; как научная организация труда (Василюк, 1996, с. 33).
Введение данных понятий в понятийный аппарат психологии способствовало развитию новых направлений как в научной сфере, так и в прикладной области психологии. Благодаря использованию понятий «психологический климат», «психологическая атмосфера» появилась возможность изучать состояние отношений в группе как в целостном явлении. При этом понятие «социально-психологический климат» настолько глубоко вошло в понятийный аппарат психологии, что к настоящему моменту уже сосуществуют различные взгляды на природу данного явления. Согласно первой точке зрения (Л. П. Буева, Е. С. Кузьмин, Н. Н. Обозов, К. К. Платонов, А. К. Уледов) психологический климат можно считать общественно-психологическим феноменом, состоянием коллективного сознания. Климат понимается как отражение в сознании людей комплекса явлений, связанных с их взаимоотношениями, условиями труда, методами его стимулирования (см.: Почебут, Чикер, 2000). Сторонники второй точки зрения (А. А. Русалинова, А. Н. Лутошкин) обращают внимание на то, что важной характеристикой социально-психологического климата является общий эмоционально-психологический настрой. Социально-психологический климат понимается как настроение группы людей (см.: Почебут, Чикер, 2000). Представители третьего подхода (В. М. Шепель, В. А. Покровский, Б. Д. Парыгин, Б. Ф. Ломов) рассматривают социально-психологический климат сквозь призму стилей взаимоотношений людей, находящихся в прямом контакте друг с другом. Данные авторы полагают, что в процессе формирования социально-психологического климата группы в ней складывается определенная система межличностных отношений, определяющих социальное и психологическое самочувствие каждого члена группы. Эту систему межличностных отношений можно считать социально-психологическим климатом группы (Бойко, Ковалев, Панферов, 1983). Представители четвертого подхода (В. В. Косолапов, А. Н. Щербань, Л. Н. Коган) вкладывают в понятие психологического климата психологическую совместимость членов группы, их сплоченность, общие взгляды, мнения, ценности (см.: Почебут, Чикер, 2000).
Таким образом, изначально непсихологическое понятие «климат» получает психологическую интерпретацию, психологическое наполнение и органично включается в понятийный аппарат социальной психологии. Причиной использования данного понятия в психологии является то, что оно семантически точно отражает определенные универсальные состояния не только природного, но и социального пространства.
Аналогичная ситуация складывается с изначально непсихологическим понятием «капитал». Несмотря на то, что понятие «ресурс» достаточно давно используется в психологии, оно не отражает всех свойств, которые довольно точно отражает понятие «капитал».
3.2. Феноменология социально-психологического капитала личности
От социального капитала социально-психологический капитал личности отличается по двум аспектам.
Во-первых, субъектами, носителями социального капитала могут быть как личность, так и группа. Субъектом социально-психологического капитала является только личность.
Во-вторых, социальный капитал непосредственно доступен для своего носителя, т. е. как группа, так и индивид могут использовать его в своих целях. В случае с доступностью социально-психологического капитала ситуация несколько иная. Он не открывает непосредственно индивиду доступ к каким-либо ресурсам, т. е. выгода от него не столь очевидна, как от социального капитала. Тем не менее она, безусловно, есть. Социально-психологический капитал формирует продуктивное экономическое поведение личности через воздействие на экономико-психологические характеристики личности (установки, представления, отношение к экономическим реалиям). Именно таким является основной психологический механизм функционирования социально-психологического капитала личности. Он делает экономическое поведение более продуктивным для личности и группы. В результате группа оказывается в выигрыше и благодаря этому положение индивида в группе улучшается.
Рассмотрим отличия социально-психологического капитала личности от других форм капитала по следующему набору характеристик: определение, локализация и уровень анализа.
Определение
В таблице 3 приводится перечень основных форм капитала и их краткие определения (Light, 2004, p. 146) с добавлением понятия социально-психологического капитала личности и его определения.
Таблица 3 показывает, что все формы капитала описывают различные явления и отличаются по своему содержанию.
Локализация
Каждая форма капитала имеет определенную локализацию. Локализация финансового капитала является чрезвычайно широкой – начиная от зарубежных счетов и заканчивая электронными личными кошельками. Не менее широка и локализация физического капитала, который представляет собой недвижимость, оборудование, инфраструктуру.
Человеческий капитал локализован в самом человеке. Он принадлежит исключительно самому его держателю и используется человеком для достижения разнообразных целей, в том числе для увеличения собственного физического и финансового капитала.
Таблица 3. Краткие определения форм капитала
Социальный капитал содержится в отношениях между людьми. Исследователи представляют этот ресурс по-разному. Некоторые считают, что он локализован в структуре отношений между людьми, распределен по сети отношений (Коулман, 2001). Другие полагают, что социальный капитал – это «резервуар позитивных отношений», «резервуар доверия», из которого члены группы «черпают» этот ресурс (Якимова, 2011). Но суть у этих представлений одна, и состоит она в том, что социальный капитал – это коллективный ресурс. Однако социальный капитал может быть и индивидуальным ресурсом. В данном случае речь идет об индивидуальном социальном капитале как ресурсе межличностных отношений индивида. К индивидуальному социальному капиталу можно отнести ресурсы той сети социальных отношений, в которую включен индивид, которые он может мобилизовать для достижения своих целей.
Психологический капитал локализован в человеке. Это индивидуальный ресурс, который может расходоваться человеком в процессе производственной деятельности. Основной эффект этого ресурса – повышение производительности труда.
Природа социально-психологического капитала личности иная. Он локализован в человеке, но сказать, что он принадлежит своему держателю, однозначно нельзя. Человек является его держателем, субъектом, но он не всегда может непосредственно его использовать. Если социальный капитал можно сравнить с «резервуаром отношений», к которому участники отношений имеют доступ и которым они пользуются, то социально-психологический капитал используется не для аккумуляции отношений, он используется личностью для выстраивания объективных и позитивных по своей валентности социально-психологических отношений, а это, уже в свою очередь, обусловливает более высокую экономическую адаптацию и благополучие личности.
Специфика социально-психологического капитала также состоит в том, что он принадлежит личности и направлен от личности к группе. Социально-психологический капитал не может быть «черным» или «серым», как социальный капитал. Например, если взять преступную группу, внутри которой проявляется высокое доверие и взаимоподдержка, т. е. высокий социальный капитал, который не распространяется за пределы этой группы, то это совсем не означает, что социально-психологический капитал людей, входящих в эту банду, будет высоким. У них нет личного психологического ресурса, позволяющего им сформировать социальный капитал в других группах, установить с ними позитивные отношения. Таким образом, социально-психологический капитал людей в этой группе будет низким.
Уровень анализа
Экономический и физический капиталы могут рассматриваться на трех уровнях: макроуровень (социетальный, большие группы), мезоуровень (малые группы, организации) и микроуровень (индивидуальные финансовые средства).
Человеческий капитал тоже может быть рассмотрен на трех уровнях: на уровне стран как уровень образования жителей данной страны; на уровне организации как совокупность знаний, умений, навыков ее сотрудников. Также можно говорить об индивидуальном человеческом капитале – это образование, умения, навыки конкретного человека.
Социальный капитал также изучается на трех уровнях анализа. Наиболее часто он рассматривается на социетальном уровне – на уровне обществ. На данном уровне существует наибольшее количество показателей социального капитала.
На мезоуровне социальный капитал рассматривается реже. Набор показателей здесь более ограничен. Однако, как и в случае с социальным капиталом на макроуровне, ведущим показателем здесь является доверие. Как правило, данный уровень рассмотрения используется при изучении социального капитала организаций.
На микроуровне (уровне индивида) изучается так называемый «индивидуальный социальный капитал». Работ, рассматривающих социальный капитал на данном уровне, относительно немного. На индивидуальном уровне социальный капитал описывается как набор различных ресурсов помощи, которые человек может получить благодаря своим связям и знакомствам. Социально-психологический капитал личности тоже существует на индивидуальном уровне и тоже является ресурсом. Но на этом сходство этих двух видов капитала заканчивается. Индивидуальный социальный капитал может иметь негативные формы. Например, когда индивид имеет криминальные связи или использует свои знакомства в коррупционных целях, т. е. индивидуальный социальный капитал приносит благо только индивиду, представители иных социальных групп и категорий могут страдать при этом. Социально-психологический капитал личности отличается по своим свойствам от индивидуального социального капитала. Это ресурс позитивный по своему действию. Он может быть низким и слабо проявлять себя, но всегда со знаком «плюс». Социально-психологический капитал личности представляет собой многомерную систему социально-психологических отношений, на основе которых формируется социальный капитал группы. Индивидуальный социальный капитал не служит основой формирования социального капитала группы. Также социально-психологический капитал отличается от индивидуального социального капитала структурой и содержанием. Индивидуальный социальный капитал – это фактические социальные связи индивида. Социально-психологический капитал – это сбалансированная система социально-психологических отношений личности с окружением, группами членства и социумом в целом.
Пожалуй, самое главное различие между индивидуальным социальным капиталом и социально-психологическим капиталом личности состоит в том, что индивидуальный социальный капитал – конструкт формативный. Он складывается из внешних по отношению к индивиду социальных ресурсов. Например, ресурсов помощи, которые могут быть получены благодаря друзьям, родственникам, коллегам и т. д. Социально-психологический капитал личности, напротив, феномен рефлективный, т. е. его внешние проявления мы можем зафиксировать благодаря тому, что у индивида есть этот внутренний ресурс. Те же самые ресурсы помощи, которые могут быть получены благодаря друзьям, родственникам, коллегам и т. д., могут служить отражением того, что у личности есть социально-психологический капитал как внутренний ресурс.
Психологический капитал. В существующих исследованиях речь о психологическом капитале ведется как о явлении мезоуровня, т. е. группового. В некоторых работах психологический капитал обозначается как «организационный психологический капитал» или «позитивный организационный психологический капитал». По сути, психологические явления, составляющие психологический капитал организации, представляют собой индивидуально-психологические характеристики членов данной организации (субъективное благополучие, оптимизм, надежду, психологическую устойчивость и эмоциональный интеллект). Это психологические характеристики, которые обуславливают продуктивность каждого конкретного работника.
Социально-психологический капитал личности. Данное явление можно рассматривать только на индивидуальном уровне анализа. Социально-психологический капитал принадлежит индивиду и используется им для выстраивания отношений в обществе. В поликультурном обществе важным элементом социально-психологического капитала служат доверие представителям иноэтнических групп, толерантность личности к культурному многообразию и выраженность гражданской идентичности личности, которая, как «социальный клей», может служить единению различных этнических групп в поликультурном обществе.
Социально-психологический капитал личности связан с экономическими установками и представлениями, регулирующими экономическое поведение личности, т. е. члены общества, которые больше «вкладывают» в группу, «инвестируют» в нее свое отношение, вероятно, – те же люди, которые экономически более продуктивно ведут себя в рамках данной группы. Происходит это потому, что своим поведением они демонстрируют определенные нормы и приверженность им, следовательно, они сами будут следовать этим нормам. Например, если человек считает, что большинству людей можно доверять и что большинство людей ведут себя честно, то он с меньшей вероятностью будет стремиться к уходу от налогов и с меньшей вероятностью будет готов давать или брать взятки.
Как отмечалось ранее, особенность природы социально-психологического капитала заключается в том, что личность не рассматривает его как свой собственный ресурс. Тем не менее отдача в виде возможностей, благополучия и экономического успеха от данного ресурса у личности есть. Эта отдача не является непосредственной. Для того чтобы отдача от социально-психологического капитала стала более заметной, большинство людей в обществе должно обладать этим ресурсом. Таким образом, социально-психологический капитал личности проявляет себя в отношении личности к группе, в которую она входит.
Связь между уровнем социально-психологического капитала личности и ее физическим капиталом не линейная, как, например, далеко не всегда линейна связь и между человеческим капиталом и материальным доходом. Человек с более низким уровнем образования может быть более богат, чем человек с более высоким уровнем образования. Причина здесь в том, что доход является производной различных видов капитала – человеческого, социального, социально-психологического.
Для понимания феноменологии социально-психологического капитала личности плодотворным оказывается понятие субъекта, разрабатываемое в трудах отечественных психологов (Рубинштейн, 1986; Брушлинский, 2003; Леонтьев, 1977; Журавлев, 2009). Можно высказать предположение, что уровень социально-психологического капитала личности взаимосвязан с уровнем субъектности личности. Понятие «субъект» разрабатывается приментиельно к человеку в отечественной психологии (Брушлинский, 1991; Рубинштейн, 1997а). В. А. Брушлинский, рассматривая проблему субъекта в психологической науке, отмечал, что человек как субъект – это высшая системная целостность всех его сложнейших и противоречивых качеств, в первую очередь, психических процессов, состояний и свойств, его сознания и бессознательного (Брушлинский, 1991). Согласно С. Л. Рубинштейну, субъект как таковой – это способ существования (Рубинштейн, 1997б), в том числе и человеческого существования. По Рубинштейну, субъект – это некое сущее, взаимоисчерпаемость качеств, лежащих в точке пересечения бесконечных взаимодействий, индивидуальный итог бесконечного взаимодействия (Рубинштейн, 1997б).
С нашей точки зрения, субъектность (возможность, способность быть субъектом, состояние субъекта) является одним из факторов, способствующих формированию у личности социально-психологического капитала. Социально-психологический капитал не может быть задействован, если личность не является субъектом отношений. В традиционном понимании субъектность – это своего рода мера активности, креативности, авторства индивида по отношению к своей жизни (Брушлинский, 1991, 1994), поэтому социально-психологический капитал личности в авторитарной социальной системе будет низким. В авторитарном обществе личность не является субъектом политических, экономических отношений. Она в большей степени объект управления. Во всех обществах с высоким социальным капиталом у людей достаточно свободы, человек может влиять на свою судьбу. Исторически ресурсом власти была сила и способность к принуждению. В настоящее время содержание ресурса власти в развитых обществах несколько иное. Основную долю этого ресурса составляет доверие населения и его мотивация, его субъектность, ответственность. Соответственно власть должна уметь формировать у населения зрелое осознанное доверие и ответственность за собственную судьбу.
В данной связи предлагается понятие, которое может иметь хороший объяснительный потенциал – понятие «ложной субъектности». «Ложная субъектность» включает круг явлений или действий, в которых человек чувствует и осознает себя субъектом, в то время как фактически он таковым не является, т. е. он является объектом внешних манипуляций действительных субъектов происходящих процессов. Формирование у людей ложной субъектности наиболее часто используется в политике. Человек, совершая те или иные политически активные действия, чувствует себя субъектом ситуации, в то время как фактически он является активным объектом манипуляций. Формирование чувства ложной субъектности, пожалуй, – один из наиболее удобных способов использования социально-психологического капитала людей в политических целях. В конечном итоге ложная субъектность приводит к разрушению социально-психологического капитала личности в обществе.
Таким образом, отметим, что социально-психологический капитал личности представляет собой самостоятельное явление и не сводится к другим формам капитала.
3.3. Функции социально-психологического капитала личности
Перед тем как перейти к рассмотрению функций социально-психологического капитала личности, рассмотрим основные функции близких к нему видов капитала: человеческого, социального и психологического. Различные формы капитала имеют как общие функции, так и специфические. Говоря об общих функциях, прежде всего, стоит заметить, что любая форма капитала способна повысить продуктивность целенаправленных действий. Любой вид капитала продуктивен, т. е. обеспечивает доступ субъектов к благам (различным ресурсам, власти, другим формам капитала). Человеческий капитал позволяет своему владельцу решать сложные задачи и делать это достаточно быстро. За счет этого он обеспечивает своему владельцу доступ к различным ресурсам и благам. Самый простой пример – труд высококвалифицированного и опытного работника оплачивается выше, чем труд работника низкой квалификации. Знания, навыки, высокая работоспособность вкупе с определенными личностными качествами делают человека лидером и обеспечивают ему доступ к власти, которая сама по себе есть ресурс.
Основная функция социального капитала – повышение продуктивности целенаправленных действий за счет использования отношений и структуры социальной сети, в которую входит индивид. Социальный капитал представляет собой определенный тип отношений между индивидами. Субъекты, поддерживающие такие отношения, получают доступ к благам, добиваются результатов, которые невозможно достичь при отсутствии таких отношений (Коньков, 2006).
Основная функция психологического капитала – повышение продуктивности работы организаций в целом и повышение продуктивности работы индивидов в организациях, но не за счет знаний, умений навыков, а за счет стрессоустойчивости и способности индивида к совладанию с различными трудностями, возникающими в процессе работы.
Соцально-психологический капитал аналогичным образом повышает продуктивность целенаправленных действий индивида, но не в рамках определенной сети. Это не внешний «резервуар» отношений, как социальный капитал, из которого люди могут «черпать» помощь при возможности доступа к этому ресурсу. Это внутренний многокомпонентный, сложный ресурс отношений индивида, который позволяет ему адаптироваться в социальной среде, отчасти воздействовать на нее, за счет этого получать доступ к другим видам ресурсов и при меньших затратах достигать большего. Данный ресурс принадлежит индивиду, а свойство интегрального ресурса он приобретает тогда, когда его структурные элементы находятся в состоянии баланса.
Таким образом, наиболее общей для социально-психологического капитала личности является адаптационная функция. Социально-психологический капитал позволяет адаптироваться личности в социальной среде. Это дает личности возможность более успешного достижения результативности в целенаправленных действиях. Помимо общей функции, социально-психологический капитал выполняет ряд частных функций.
1. Интеграционная функция. Социально-психологический капитал личности служит ресурсом выстраивания отношений, которые, в конечном итоге, ведут к повышению интеграции общества и формированию социального капитала.
2. Регуляторная функция. Социально-психологический капитал личности регулирует поведение индивида в социальной группе, делая его более продуктивным по отношению к группе, а группу более успешной.
3. Защитная функция. Имея возможность пользоваться ресурсом отношений группы, индивид оказывается более защищенным при различных неблагоприятных обстоятельствах.
4. Функция формирования и поддержания психологического благополучия. Индивид, обладающий социально-психологическим капиталом, характеризуется более высоким уровнем психологического благополучия и здоровья.
5. Функция фасилитации. Благодаря использованию социально-психологического капитала личность может улучшать социально-психологическую атмосферу и климат группы, в результате более легко достигать своих целей. Таким образом, можно сказать, что социально-психологический капитал также играет роль фасилитатора активности группы и ее членов. При помощи социально-психологического капитала индивид достигает собственного благополучия, улучшая в итоге социально-психологическую атмосферу группы. Таким образом, социально-психологический капитал позволяет создать определенный социально-психологический климат в группе, который позволяет индивиду реализовывать более широкий спектр видов активности и достигать более высокой личной продуктивности. При этом активность и продуктивность группы в целом также повышается.
Глава 4. Структура социально-психологического капитала личности в поликультурном обществе
4.1. Компоненты структуры социально-психологического капитала личности в поликультурном обществе
Опираясь на существующие представления о двух видах социального капитала «соединяющий» и «связывающий» (Svendsen, Svendsen, 2010), которые являются общепринятыми в теории социального капитала, мы выделяем два основных типа социально-психологического капитала личности, лежащих в основе двух указанных видов социального капитала.
Социально-психологический капитал, который личность отчуждает от себя в системе отношений «личность – общество». В теории социального капитала идентифицированы основные виды отношений, которые можно считать ресурсом группы, позволяющим ей быть более эффективной. Это различные виды доверия, сплоченность, выражением которой служит сила групповой идентификации и взаимная поддержка, принятие. В исследованиях, проводимых на социетальном уровне, эти показатели характеризуют «охватывающий (или соединяющий) социальный капитал» (Svendsen, Svendsen, 2010) общества, поэтому социально-психологический капитал, который личность отчуждает от себя в системе отношений «личность – общество», является индивидуально-психологической основой охватывающего социального капитала.
Социально-психологический капитал, которым личность обменивается в системе отношений «личность – личность». Выражением такого социально-психологического капитала можно считать различные виды поддержки, которую индивид может получить от своих друзей и родственников, причем поддержки как инструментальной, так и эмоциональной. Это ресурс отношений личности, поскольку различные виды помощи и поддержки личность получает благодаря отношениям с окружающими. Социальная активность личности также есть проявление данного ресурса отношений, поскольку проявлять социальную активность в одиночку невозможно, необходима социальная поддержка, единомышленники. Ресурсы помощи окружения и социальная активность личности, проявлениями которой служит, например, участие в деятельности различных организаций (профсоюзы, политические организации, благотворительные) или протестное поведение тоже являются проявлениями (референтами) социально-психологического капитала личности. В теории социального капитала эти параметры характеризуют «связывающий социальный капитал» (Svendsen, Svendsen, 2010), если речь идет об обществе. Соответственно социально-психологический капитал, которым личность обменивается в системе отношений «личность – личность» является индивидуально-психологической основой связывающего социального капитала.
Поскольку ресурс социально-психологических отношений, составляющих социально-психологический капитал, является основой для формирования социального капитала, сначала рассмотрим способы измерения, оценки социального капитала как родового понятия по отношению к капиталу социально-психологическому. В теории социального капитала выделяется довольно много его различных показателей. На социетальном уровне показатели социального капитала можно разделить на три основных типа:
– агрегированные психологические характеристики членов какого-либо общества;
– особенности поведения членов общества (по самоотчету);
– объективные характеристики общества (такие, как низкий уровень преступности).
Среди агрегируемых психологических характеристик это, как правило, 3 основных вида доверия: генерализованное, социальное и институциональное (Fukuyama, 1999; Veenstra, 2002; Lillbacka, 2006; Carpenter, Daniere, Takahashi, 2003; Goldfinger, Ferguson, 2009), готовность соблюдать социальные нормы (Putnam, 2001), реже – позитивное отношение к культурному многообразию (Onyx, Bullen, 2000a, b; Westlund, Calidoni-Lundberg, 2007). В качестве особенностей поведения, являющихся отражением социального капитала, рассматриваются политическая активность – участие в митингах, выборах, посещение друзей, добровольное участие в деятельности клубов, организаций и т. д. (Putnam, Feldstain, 2003; Onyx, Bullen, 2000b; Goldfinger, Ferguson, 2009). Среди объективных показателей – наличие гражданских объединений, некоммерческих организаций, самих клубов, низкий уровень преступности (Putnam, 2001; Putnam, Feldstain, 2003).
В качестве примера такого подхода приведем индекс социального капитала по Р. Патнэму. Данный индекс включает 14 различных показателей.
1. Согласие с утверждением: «Я трачу много времени на посещение друзей».
2. Согласие с утверждением: «Большинству людей можно доверять».
3. Согласие с утверждением: «Большинство людей поступают честно».
4. Посещение какого-либо публичного собрания в городе за последний год (процент).
5. Количество гражданских и общественных организаций на 1000 человек населения.
6. Среднее количество собраний в различных клубах, в которых респонденты принимали участие в прошлом году.
7. Среднее количество различных групп, к которым принадлежат респонденты.
8. Среднее количество участия в различных волонтерских акциях в прошлом году.
9. Среднее количество случаев, когда респонденты принимали у себя гостей за прошлый год.
10. Среднее количество случаев, когда респонденты за прошлый год работали в рамках какого-либо проекта, реализованного сообществом, к которому они принадлежат.
11. Количество некоммерческих организаций на 1000 человек населения.
12. Служил ли респондент официальным представителем какого-либо клуба или организации за последний год (процент).
13. Служил ли респондент в комитете какой-либо местной организации в течение последнего года (процент).
14. Участие в голосовании на двух последних президентских выборах.
У подобных индексов есть одна особенность – это результаты обработки данных, агрегированных в целом по обществу или по территориальному образованию. Таким образом, они репрезентируют социальный ресурс общества.
А. Портез (Portes, 1998, р. 21) писал, что наибольший теоретический потенциал социального капитала лежит на индивидуальном уровне, что, в частности, было проиллюстрировано П. Бурдье и Дж. Коулманом.
Индивидуальный социальный капитал. Большинство исследователей, рассматривающих социальный капитал на уровне индивида, исходят из представлений о нем как о наборе социальных ресурсов, который позволяет индивиду эффективно достигать своих целей. В частности, Н. Лин (Lin, 2001, p. 29) определяет индивидуальный социальный капитал как «ресурсы, принадлежащие социальной структуре, к которым есть доступ и которые могут быть мобилизованы в целенаправленных действиях». Существуют более уточненные варианты данного определения, в которых социальный капитал понимается как «набор ресурсов, принадлежащих членам социальной сети, в которую включен индивид, они становятся доступны для индивида в результате его взаимоотношений» (Van der Gaag, 2005, p. 20).
Часть исследователей в качестве индивидуального социального капитала рассматривают только характеристики социальных сетей, в которые включен индивид, в том числе участие в различных социальных организациях (Yang, 2007), структуру социальных связей (Van der Gaag, 2005; Van der Gaag, Webber 2005), т. е. структурные элементы индивидуального социального капитала.
Есть работы, в которых индивидуальный социальный капитал операционализиуется как социальная сплоченность и ресурсы социальных сетей, в которые включен индивид (Verhaeghe, Tampubolon, 2012). Для его измерения в этом случае используется оценка общего доверия, участия в социальных организациях, а также различных ресурсов, которые предоставляются сетями (Verhaeghe, Ta m pub olon, 2 012).
При измерении индивидуального социального капитала исследователи, как правило, оперируют следующими параметрами:
а) размер сети неформальных отношений индивида: количество друзей и частота контактов с ними, частота контактов с родственниками (Häuberer, 2011; Van der Gaag, 2005; Van der Gaag, Webber 2005);
б) различные виды ресурсов, которые могут быть получены благодаря использованию сети неформальных отношений: от помощи в ремонте дома до финансовой помощи (Häuberer, 2011; Van der Gaag, 2005; Verhaeghe, Tampubolon, 2012);
в) размер сети формальных отношений: членство в различных организациях (Yang, 2007; Beilmann, Realo, 2012; Häuberer, 2011);
г) различные виды ресурсов, которые могут быть получены благодаря использованию сети формальных отношений (Häuberer, 2011).
Отдельные виды внешних ресурсов индивида суммируются в его целостный ресурс, который он может мобилизовать для достижения своих целей. В случае с социально-психологическим капиталом личности все обстоит иначе. Специфика социально-психологического капитала личности заключается в том, что он является отражением внутреннего социально-психологического ресурса личности, который принадлежит индивиду и помогает ему сформировать и использовать внешний ресурс как внутри групп, к которым он принадлежит, так и у себя лично.
Прежде чем выделить компоненты структуры социально-психологического капитала личности, важно указать критерии необходимости и достаточности, в соотвествии с которыми данные компоненты объединяются в структуру.
В качестве критериев необходимости целесообразно выделить следующие:
1) наличие логических взаимосвязей между компонентами;
2) способность быть ресурсом личности;
3 способность гипотетически повышать материальное и психологическое благополучие личности;
4) способность к возрастанию.
Если ограничиться только выделением критериев необходимости, то к социально-психологическому капиталу личности может быть отнесен чрезмерно широкий круг социально-психологических характеристик личности. Поэтому требуется выделение критериев достаточности, в качестве которых могут быть предложены следующие.
1. Психологические явления, относимые к числу показателей социально-психологического капитала личности, должны соотноситься с социальным капиталом на групповом уровне.
2. Отнесенность к категории психологических отношений либо существование на их основе. Например, помощь от своего окружения (которую можно рассматривать в качестве ресурса) личность получает благодаря своим отношениям.
В результате применения этих критериев выделяется ряд первичных показателей социально-психологического капитала личности, которые далее группируются в более крупные блоки. Опираясь на теорию социального капитала, можно сказать, что референтами наличия такого ресурса у индивида будут явления, представленные в правой колонке таблицы 4. В левой колонке приводятся компоненты социального капитала, которые формируются на основе соответствующих компонентов социально-психологического капитала личности, представленных в правой колонке таблицы 4.
Приведенные в таблице 4 показатели социально-психологического капитала личности (СПКЛ) могут быть объединены в 2 измерения.
Первое измерение СПКЛ, по сути, характеризует степень готовности личности к участию в социальном обмене внутри определенной группы, в нашем случае такой группой является поликультурное общество. Второе измерение СПКЛ отражает внутренний ресурс личности, благодаря которому она может выстраивать отношения взаимной помощи и взаимной поддержки со своим окружением.
Bepul matn qismi tugad.
