Kitobni o'qish: «Хроники Астера. Трилогия»

Книга 1. Добро пожаловать на Тутум

Пролог

На горизонте показался красный москвич. Он еле ехал. Остановится?

Я поднял руку большим пальцем вверх, когда расстояние между нами сократилось до пятидесяти метров, и стал терпеливо ждать.

Тридцать. Москвич сбавил скорость.

Десять. Старик за рулём уставился на меня. Мотор взревел. Я успел отскочить в сторону – развалюха пронеслась прямо перед носом.

– Ещё один, – прошептал я, смотря москвичу вслед.

Я не держал зла на старика. Не он первый, не он последний, кто не решился подобрать меня. Ещё непонятно, как бы поступил я на месте водителей.

Что их пугало? Уверен, не грязь на уставшем лице. Их пугала кровь на рваной одежде. И, вероятно, длинный свёрток в правой руке. Это был серый кафтан. Из-под его складок выглядывала рукоять меча.

Думаете, я убийца? Вам достаточно увидеть кровь, чтобы причислить человека к злодеям? Значит, вы бы тоже не остановились.

Глава 1. Тутум

Разверзлись небеса, и прибыл он, дабы помешать злу покорить Тутум, дабы отыскать браслет Власти…

Хроники Астера

Я выглянул в окно и усмехнулся. Обещали дождь, а на небе ни облачка. Нет, я не жалуюсь, так намного лучше.

Зевая, направился к бухтящему сутки напролёт холодильнику.

– Ну-ну, – проворчал я, жалея, что поленился вчера сходить за продуктами.

На глаза попался кусочек сыра с дырками и наполовину пустая упаковка ряженки. Проверил срок – закончился вчера. Потрогал картонный пакет – не вздулся. Что ж, я парень рисковый, может и пронесёт! В смысле ничего не станется. Управившись с «чудо-завтраком», посидел минут десять. Ну, чтобы наверняка без приключений.

Я окинул грустным взглядом свою комнатушку. Старая кровать с тысячей пружин, покосившаяся тумба, шумный холодильник и стул, на котором я, собственно, восседал. Пускай и скромно, но за последние годы я так привык здесь жить, что сама мысль покинуть общагу не укладывалась в голове. А придётся! Учеба окончена, и со дня на день попросят на выход.

На кровати меня ждали синие джинсы и черная футболка с изображением герба Девиеров. Друзья из клуба «Средневековье» подарили, когда узнали, что у меня дворянская фамилия.

Я пригладил растрёпанные волосы и по привычке потрогал подбородок. Не мешало бы побриться. Нет времени, сказал я себе, взял с тумбы телефон, нацепил кроссовки и поспешил на встречу со Светой. Старшая сестра, небось, уже не одну экскурсию провела.

Оказавшись на улице, я поковылял к метро. Полчаса среди мокрых от жары и толкучки людей – и вот я на «Кропоткинской».

Я выбрался на поверхность и направился к Пушкинскому музею. Внутри было на редкость людно. Потратив несколько минут, я выхватил из толпы коллегу Светы и попросил отыскать сестру.

И вот она показалась. Как всегда безупречна: юбка и блуза выглажены, туфельки блестят. Завершал образ неброский макияж.

– Филипп, тебе придётся немного подождать, – взволнованно объявила Света, опустив приветствия. – У нас аврал – новый экспонат привезли! – Не успел я ответить, как она продолжила: – Будь добр, выполни одну просьбу. На меня неделю назад стажёра повесили, а времени, чтобы оценить его работу, нет. Сходишь со следующей группой?

Такая просьба уже звучала. И не раз! Сама потом обижалась, что не перезванивал её подружкам. Ну, не виноват, что матушка-природа таким невлюбчивым сотворила.

– Опять ты взялась за своё! – возмутился я. – Сколько тебе говорить: не занимайся сводничеством.

– Нет, я серьёзно, – для убедительности сестра округлила глаза. – Вот он! Видишь?

Я повернулся. Высокий старик еле волочил ноги. Одет в потрёпанную тройку кирпичного цвета, на ногах затёртые туфли-оксфорды. Длинная редкая борода, на носу очки, в руке деревянная трость.

В голове проскочила пара крепких словечек, но я постеснялся их произнести – Света больно била по губам.

– А ты не верил, – ехидно заметила сестра.

– Ты шутишь? – хмурясь, я скрестил руки. – Этот стажёр рассыпается на ходу. Куда только твой начальник смотрит? Как его… Михаил Петрович?

– Нет, Пётр Михайлович, – поправила сестра. – Кстати, а вот и он.

Мужчина в строгом костюме энергично помахал Свете, подзывая к себе.

– Так, мне пора. Пристройся к группе школьников.

Света кивнула в сторону шумных детишек и попрощалась.

– Ох, ладно, – пробурчал я ей вслед.

Дедуля с бейджем «стажёр» громко объявил о начале экскурсии. Кроме школьников под предводительством тучной учительницы, к экскурсоводу спешили пожилая пара и три симпатичных студентки.

– Господа, прошу тишины, – начал старик, оглядывая краснощеких детишек. – Меня зовут Леонард Бенедиктович. Сегодня я познакомлю вас с прошлым. Готовы ли вы окунуться в волшебный мир Древнего Востока, побывать в легендарной Трое и увидеть шедевры знаменитых европейских мастеров?

– Да! – вразнобой заголосила детвора.

Леонард Бенедиктович широко улыбнулся.

Через полчаса я готов был поклясться, что он никакой не стажёр, а самый настоящий профессор. Он так рассказывал, будто участвовал в каждом событии.

В одном из выставочных залов второго этажа старик подвёл группу к большому зеркалу в золочёной раме.

– Око Судьбы! Смотрясь в него, мы можем помечтать, увидеть себя в другом мире, либо узнать своё истинное предназначение. Говорят, некоторые великие мыслители и герои рождаются не в то время и не в том месте. Зеркало помогает найти себя…

– С виду оно не кажется особенным, мало ли огромных зеркал, – вырвалось у меня.

Детвора с недовольством уставилась в мою сторону, учительница что-то проворчала о невежестве.

– Что ж, молодой человек, у вас есть возможность убедиться лично, – экскурсовод встал справа от зеркала. – Подойдите ко мне. Ну же, не бойтесь!

Бояться зеркала? Я хмыкнул и по-молодецки выпятил грудь.

– Как вас зовут, юноша?

– Филипп. Но друзья называют Филом.

– Надеюсь, когда-нибудь и я смогу вас так назвать, – по-доброму произнёс Леонард Бенедиктович.

Старик протянул мне ладонь, я ответил рукопожатием. На удивление, хватка у дряхлого экскурсовода оказалась крепкой.

– Взгляните в зеркало, Филипп.

Решил козырнуть перед студентками: поднял руки и, комично пародируя атлетов, напряг бицепсы. Девчонки засмеялись, но мне уже было не до них – отражение не повторило моих движений.

Я шагнул вперёд, желая удостовериться, что мне не почудилось, – близнец стоял неподвижно. Тогда я показал ему кулак. Двойник не стал терпеть угроз и показал мне язык – у меня чуть сердце не выпрыгнуло от неожиданности.

Внезапно его одежду покрыли стальные доспехи, музей уступил место средневековому залу. На стенах висели чучела убитых животных. Не уверен, все ли они существуют.

Вот так фокус! Но меня не проведёшь: обязательно догадаюсь, в чем секрет. Скорее всего, скрытая камера фотографирует посетителя при входе в музей, затем монтаж и готово.

– Что вы видите, Филипп? – полушепотом спросил Леонард Бенедиктович.

Подыграть? Почему бы и нет?

– Воина. На нём латы, за поясом ножны с мечом. Он вертит что-то в руках, – заметил я. – Это браслет.

– Браслет? – В голосе старика чувствовалось напряжение.

Можно подумать, впервые видел картинку. Актёр из него отменный, хоть сейчас иди на сцену МХАТа и покоряй сердца зрителей.

– Да, браслет. Он переливается тремя яркими цветами: серебряным, синим и зелёным. Красиво переливается. Я бы сказал: волшебно.

– Волшебно, – повторил за мной Леонард Бенедиктович и пригладил бороду.

Я моргнул, и картинка исчезла – передо мной стоял молодой человек в футболке и джинсах.

– Кто следующим испытает Око Судьбы? – обратился экскурсовод к аудитории.

Желающих оказалось много – каждый школьник изъявил желание. К сожалению, я не увидел фантазии детворы. Наверное, аппаратура действует только на того, кто перед зеркалом. Как же так? Обязательно следует усовершенствовать аттракцион.

То ли мне почудилось, то ли я единственный, кто всерьёз заинтересовался Оком Судьбы. Неужели другие догадались, как оно работает? Спросил у девчонок, но кроме снисходительного взгляда ничего не получил. Обратился к тучной учительнице, но та покрутила пальцем у виска. Я не расстроился: выпытаю у Светы. Она, кстати, подоспела к окончанию экскурсии.

– Филипп, как тебе стажёр?

– У тебя появился серьёзный конкурент, сестрёнка, – не стал врать я.

– Знаю, – осклабилась она. – Я уже несколько раз ходила с группами Леонарда Бенедиктовича. Хотела, чтобы и ты оценил. Тебя же, кроме как хитростью, никуда не заманишь! Теперь понимаешь, к каким высотам стремлюсь, бездельник?

– Он хорош до безобразия!

– Ох, я сейчас кое-что спрошу у Леонарда Бенедиктовича и вернусь. Хорошо?

Света подошла к старику, который прощался с детишками. Вместе они направились в сторону комнат для персонала.

Я всё думал о фокусе с зеркалом, когда Света вернулась. Выглядела она мрачнее тучи.

– Представляешь, Леонард Бенедиктович объявил, что уходит, – грустно вздыхала сестра. – Сказал, ревматизм не оставляет в покое… Я могла бы многому у него научиться, но увы…

Я погладил её по плечу. Мать всегда так успокаивала Свету.

– Может, – начал я, заглядывая сестре в глаза, – я зайду в другой раз.

– Нет, всё нормально, – заверила она, поджимая губы. – У меня сейчас начнётся перерыв, давай сходим в кафе неподалёку. Угощу тебя круасанами с шоколадом или вишнёвым джемом. Они там превосходные.

– Знаешь, как меня подкупить, сестрёнка! Эх, плакали мои тренировки, да здравствуют толстые бока!

***

Мы направились в кофейню на соседней улице.

Внутри тихо играла музыка. Джаз. Пахло корицей, ванилью и кофе. Кофе сильнее. Я редко посещал такие места. Нужно обязательно это исправить.

Молоденькая официантка любезно поприветствовала нас, затем повела к столику у окна.

– Пожалуйста, – официантка протянула меню в красочной обложке.

– Не нужно, Олечка, – сестра покачала головой. – Два кофе со сливками и… Круасаны свежие? Нам бы с шоколадом или вишней.

– Шоколадные только испекли, а вот с вишнёвым джемом я бы не советовала, – последние слова девушка прошептала, чтобы менеджер у стойки не услышал.

– С шоколадом, так с шоколадом. Я парочку съем. Филипп?

Я кивнул и плюхнулся в кресло. Ух, как же удобно! Тело моментально расслабилось.

Пока ждали еду, я рассматривал родинку в виде сердечка над левой бровью Светы.

– Только по ней и различали, кто на детских фотографиях, – напомнила сестра. – Те же серо-голубые глаза, тёмно-каштановые волосы и нос пуговкой.

– У нас и сейчас глаза одинаковые, да и цвет волос, а вот моя пуговка превратилась в шнобель, твоя же в носик.

Мы дружно рассмеялись.

– Ох… Ну, со шнобелем ты погорячился. Ни горбатый, ни тонкий, ни длинный. Одним словом, хороший греческий профиль.

– Тебе виднее, – не стал спорить я.

В этот момент вернулась официантка.

– Вы не забыли о кофе? – спросила Света, удовлетворённо смотря на круасаны.

– Нет! Вы же со сливками просили?

Девушка убежала, и сестра повернулась ко мне:

– Приступим?

– С удовольствием.

Вкуснятина. А какие воздушные! Первый ушёл за полминуты, если не быстрее. Довольная, сестра вытерла пальцы о салфетку и, не отрывая от неё глаз, заговорила:

– Филипп, скажи, скоро из общежития выселяют?

Началось. Не зря я насторожился, когда мы о встрече договаривались.

– По идее, на следующей неделе.

– Ясно, – многозначительно произнесла Света. – Раз такое дело, мы с Сеней предлагаем пожить у нас.

Жаль, нельзя перемотать время до момента, где я соглашаюсь пойти в кафе. Не пришлось бы краснеть.

– Сестрёнка, спасибо огромное, но не могу к вам. Ванька маленький, ты с Сеней, да ещё я. В однокомнатной квартирке – невозможно!

Мне стало стыдно. Нет, не жить вместе с сестрой, а за себя. Мой закадычный друг Витя Рябов и тот самостоятельнее оказался. Я вспомнил о его предложении отправиться контрактниками на Ближний Восток. С одной стороны, это противоречит моим принципам, но с другой – не буду усложнять жизнь Свете. Витя говорил, половину денег сразу дают. Мне они ни к чему, а вот сестре пригодятся.

Молчание затянулось. Его прервала официантка – девушка виновато посмотрела на Свету.

– Извините, у нас закончились сливки. Вас устроит классический черный?

– Вполне, – согласилась Света. – Филипп?

Я кивнул.

– Две минуты, – пообещала официантка.

Девушка не соврала: через пару минут я вдыхал аромат кофе. Жаль, он не мог избавить от неприятного разговора.

– Неплохой, – оценила Света, сделав глоток.

Она отставила кружку и потянулась к сумочке. В руке появились зажигалка и сигарета. Дурной знак – сестра курит лишь, когда злится или нервничает. Света уже поднесла сигарету ко рту, но вдруг передумала, и отложила в сторону.

– К родителям поедешь или есть варианты? – с натянутой улыбкой спросила она.

Я опёрся на руку, размышляя над ответом.

– Тут Рябчик кое-какую идейку подкинул, – наконец сказал я. – Слетаю в одно местечко на полгода…

– Заканчивай ты с ним водиться, братец, – в сердцах выпалила Света. – Этот твой Виктор – скользкий тип! Как он только доучился?

Я никогда не запрещал сестре критиковать меня, но обижать друга не позволю. Рябчик перестал нравиться Свете, когда меня в милицию за хулиганство забрали. Конечно, вместе с ним. Нет, ничего криминального. Мы тогда впервые на футбол пошли. Ну, кто виноват, что драка между болельщиками началась?

– Без проблем доучился! Без проблем. И в школе, и в университете Рябчик был одним из лучших. И в армии все на него равнялись. Согласен, Витя не белый и пушистый, но это не даёт тебе право наговаривать.

– Филипп, в сотый раз говорю: не связывайся с ним.

– Ты ведь даже не выслушала, – упрекнул я.

Она сделала над собой усилие.

– Что ж, братец, рассказывай.

Лучше бы я этого не делал. Я как мог, приукрасил контракт, но слова звучали фальшиво. Чем больше я говорил, тем сильнее разочаровывал Свету. Разочаровывал себя.

– Ты где голову забыл? – она удивлённо всплеснула руками. – Вспомни дядю Колю после Афганистана. Таким хочешь стать?

Я опустил взгляд и выдал последний довод:

– Зато помогу вам деньгами.

– Деньгами? Такие деньги мне и даром не нужны. Заруби себе на носу, Филипп, полетишь с Витькой – дорогу к моему дому можешь забыть!

Света достала несколько купюр, кинула на стол и решительно поднялась.

– Не только же для себя… – начал было я.

– Филипп, бога ради, замолчи! – не сдержалась сестра. – Я всё сказала, а ты думай!

Она вышла, а я остался. Благо, официантки не трогали – в таком состоянии я не самый любезный собеседник.

Сам виноват! Зачем сестре рассказал? Только навредил: Света разочаровалась во мне, а к Витьке станет ещё хуже относиться.

Нельзя всё так оставлять. Но как загладить вину? Как угодить сестре?

Я задумался. Около получаса просидел, напрягая извилины. Переехать к Свете, пока не найду нормальную работу? Познакомить с девушкой?.. Для начала заведи её, Филя. Тьфу ты! Заведи! Она же не домашнее животное. Встречаться с кем-то начни… А какая от этого Свете польза?

Нужен дельный совет. Как насчет Сени? Выслушаю пару нотаций, а там и поможет. Достал телефон – пропущенный от Рябчика.

Вздыхая, я смял забытую Светой сигарету, а зажигалку положил в карман. В сотый раз сказать Витьке, что не поеду и ему не советую? Ох, ещё один обидится. С другой стороны, зачем тянуть время? Попробую отговорить от контракта, а там как знает. Может, достучусь.

Уже потянулся к кнопке вызова, когда увидел в окне Леонарда Бенедиктовича. Он нёсся, как молодой. Старый пройдоха! А говорил: ревматизм, годы не те…

Вот же решение проблем! Если уговорю его не увольняться, то Света будет на седьмом небе от счастья.

Мечтая о скором примирении, я заметил, что Леонард Бенедиктович постоянно оглядывается. С чего бы это? Причина отыскалась сразу: позади старика торопились три мордатых верзилы. Черные спортивные костюмы, солнцезащитные очки, бойцовская походка.

Странно, старик не звал на помощь. Не хотел? А что я знал о Леонарде Бенедиктовиче? Почти ничего. Вдруг за ним тёмные делишки водятся. Или старик стал жертвой мошенников? Да что угодно! В любом случае помощь ему не помешает.

– Ну, держитесь у меня!

Настроение для драки самое подходящее.

***

Найти преследователей не составило труда: лысые головы и черные ветровки – отличный ориентир.

Уже почти нагнал, когда они свернули в сторону заброшенной стройки. Спрашивается, зачем туда, а, Леонард Бенедиктович? Там же безлюдно! Спрятаться задумали?

Но нет – обнаружил его в конце площадки в окружении верзил. Как и при первой нашей встрече, Леонард Бенедиктович держал трость. Разве она остановит бандитов? Какая наивность!

Я сжал в кулаке зажигалку и рванул к ним.

– Пошли прочь, крысы недобитые! – рявкнул я и прикрыл собой экскурсовода. – Леонард Бенедиктович, не беспокойтесь, никто вас не тронет.

– Филипп, не стоило.

Я немного растерялся – в голосе старика не было и намёка на страх.

– Так вот, кого ты нашёл, Хранитель! – прошипел один из троицы. – У этого червяка нет ни шанса против всемогущего Мрака!

Это он меня обозвал? Я почувствовал, как закипаю.

– Ты как меня назвал, жаба в кедах? Я тебе покажу червяка!

Главарь дал товарищам знак, и они двинулись на меня. Уже собрался врезать по наглым рожам, но Леонард Бенедиктович вклинился между нами. Он ударил тростью по земле: взрывная волна отбросила мордатых метров на пять.

Я завороженно смотрел: поднимались уже не люди, а… на языке вертелось слово «нелюди». Фиолетово-серая кожа, искаженные злобой лица, черные, словно тьма, доспехи и такие же черные мечи.

Спортивка исчезла и с главаря, взамен появилась грязно-серая мантия с капюшоном, из-под которого светились два алых глаза. Стальные перчатки сжимали посох, венчал его череп с рогами.

Не знаю, каким образом, но Леонард Бенедиктович тоже обзавёлся посохом. Несколько длинных веток закрученных по спирали, вверху они образовывали подобие набалдашника.

Как я раньше не догадался?! Толкинисты разыгрывают битву магов! И подумать не мог, что Леонард Бенедиктович тоже почитатель фэнтези. А костюмы какие, а грим, а спецэффекты!

– Убейте его, а я займусь Хранителем! – крикнул главарь ряженым.

Леонард Бенедиктович и чудик в капюшоне уставились друг на друга, выкрикивая ругательства на непонятном языке. Старик резким движением выкинул посох вперёд. Его оппонент упал на пятую точку.

– Блестяще! Вы из какого клуба? – я похлопал Леонарда Бенедиктовича по плечу.

– Клуба? – растерянно спросил он.

– Да ладно вам. Я вот уже третий год в «Средневековье» состою.

– Ах, да! Клуб! – воскликнул старик. – Я из класса «рыцарей», а вот ребята из «нежити». Хочешь поучаствовать?

– Спрашиваете! – хохотнул я. – Что делать?

– Отвлеки эту парочку, пока я занят колдуном.

Главарь вставал на ноги, фиолетовые уродцы приближались. Я принял боевую стойку и поманил их рукой, пародируя Брюса Ли. Посмотрим, насколько хороши в их клубе фехтовальщики.

Нелюдь ударил. Я увернулся и продлил движение противника лёгким пинком. Не бить же беднягу в полную силу. К моему удивлению, меч воткнулся в бетонную плиту. Как нелюдь ни напрягался, вытащить клинок не удавалось.

Уж больно реалистично у них в клубе играют. В нашем только тупыми мечами дерутся.

– Ашкаш дати квар! – вопил второй.

– Как говоришь? – спросил я.

Он плюнул под ноги и выставил перед собой меч. Отступая за кучи строительного мусора, я швырнул в нелюдя зажигалку. Угодил прямо в глаз. Он распсиховался – рубил всё, что вставало на пути. Я даже не приложил усилий для победы: болван задел столбики, которые держали огромную трубу.

Как же она стукнула фиолетового!

– Эй, ты живой? – я кинулся к нему.

Поднатужился и передвинул трубу. Нащупал пульс. Хотел снять маску с парня, но… Её не было! Мало того, из раны сочилась мутно-синяя кровь. Что за…

Всё взаправду?! Настоящая нечисть! Настоящие колдуны!

Из оцепенения вывел голос второго нелюдя.

– Урба сима щай. Марлу Седд?

Я чертыхнулся и подобрал с земли черный меч. На удивление, лёгкий, удобная рукоять. Если бы не короткое лезвие, то цены бы ему не было.

Про себя отметил, что я спокоен, как и учили на занятиях по боевой подготовке. Не зря же офицера получил.

Я стал у бетонной плиты и стал ждать. Неожиданно сверху раздался шорох. Я вовремя пригнулся – вражеский клинок разрезал воздух над головой.

– Дати квар! Дати квар! – кричал нелюдь, спрыгивая с плиты.

– И тебя туда же!

Никогда не мечтал оказаться в подобной ситуации, но раз оказался, то не отдам жизнь без боя.

Мы кружили. Удар. Блок. Блок и разворот. Удар, подшаг и выпад. Он отбил.

После третьей комбинации я понял, что действую расслабленно, как на тренировке. Понял, что не боюсь противника. Понял, что смогу одолеть.

Отбив очередную атаку, я пошёл в наступление, и, к сожалению, потерял на какой-то миг концентрацию. Нелюдь сделал обманное движение, я повёлся и лишился меча.

– Дати квар!

– Может, договоримся? Ты меня не трогаешь, а я тебе номер хорошего косметолога. Идёт?

– Дати квар! – уродец оскалился.

Я не терял надежды победить. Главное, сблизиться с ним, а там скручу приёмом из рукопашки. Уже приготовился, как позади нелюдя вынырнул Леонард Бенедиктович. Старик громко свистнул. Фиолетовый развернулся и получил посохом промеж глаз.

– Всё в порядке?

– Какого лешего?! – взорвался я. – Вы же сказали, что из клуба! А эти?

– Не галди! Поверил бы, что перед тобой нечисть? – ядовито спросил Леонард Бенедиктович.

Куда подевался вежливый экскурсовод? Что за дерзкий дедуган?

– Наверное, нет, – признался я.

– То-то же! Идём.

Мы направились к выходу со стройки. Я уже отошёл от первого шока, вернулась былая уверенность.

– Эй! А с этими как?

– Не твоё дело! – отрезал старик.

Я сжал Леонарду Бенедиктовичу руку.

– Как насчет объяснений?

Леонард Бенедиктович злобно хихикнул и выдернул руку. И откуда в нём столько силы? Тогда я вытащил мобильный.

– Не хотите по-хорошему, будет…

– В полицию звонить собрался? Получишь свои ответы, но не здесь. Хорошо?

Довольный собой, я кивнул.

Леонард Бенедиктович торопился к выходу, я с трудом поспевал за ним. Вдруг старика дёрнуло назад. Он выронил посох и в следующую секунду упал на колени. Черный шнурок обвился вокруг шеи мага.

– Беги! – прохрипел Леонард Бенедиктович и завалился на бок.

Я хотел разорвать шнурок, но не мог его нащупать на шее старика. Будто… тень. Так и было. Шнурок тянулся из-за полуразваленной стены.

– Сейчас. Сейчас, – пообещал я.

По стройке разнёсся рокочущий смех. Колдун с глазами-огоньками вышел из укрытия и неспешно двинулся к нам. Шнурок, тень или сгусток тьмы, не уверен в правильности названия, но это что-то лилось из глазниц черепа на его посохе.

Нет, так не пойдёт. Я поднял с земли кирпич и с криком «За Родину» бросился на злодея. Добежать – не добежал, так как тень обхватила ноги. Одна звезда… четыре… девять… Ох, и треснулся же я.

Моя смелость или глупость отвлекла красноглазого от Леонарда Бенедиктовича. К счастью, старик не заставил себя долго ждать: противник летел метров десять, пока не врезался в бетонную стену. Поднялся столб пыли, сверху посыпались кирпичики.

– Вот поэтому я и спешил, – произнёс Леонард Бенедиктович, отдышавшись. – Скорее!

Только обрадовался, что все беды позади, как на площадке появилась дюжина ребят в спортивных костюмах. Их облик менялся: те же жуткие рожи, черные клинки и доспехи. Один выделялся. Вместо брони – набедренная повязка, кожа лимонного цвета, на два фута выше остальных. Да о чем это я?! У него шесть рук!

– Куда же ты, Леонард? – Лимончик достал из-за спины самую настоящую секиру. – У меня к тебе разговор, трусливый Хранитель!

Громила играючи перекидывал оружие. Мне стало не по себе: не думал, что живу последний день.

– Выбора нет, – прошептал старик.

Леонард Бенедиктович подкинул в воздух небольшой стеклянный шар, непонятно откуда взявшийся в руке, и ударил по нему посохом. Я машинально прикрылся, но осколков не последовало – над нами разрастался вихрь.

Шестирукий швырнул секиру, но острое оружие не достигло цели – вихрь уже затянул нас…

Ярко-желтый свет ослепил меня. Ему на смену пришёл синий, затем розовый. Меня начало бросать из стороны в сторону, словно я песчинка, угодившая в эпицентр шторма. Тело пронзили тысячи невидимых иголок, и я потерял сознание.

***

Что-то больно ударило по лбу, словно щелбан выписали. Кто там балуется? Разомкнул веки. Никого. Что за мистика? Гадал, чего ждать, когда сверху послышался шум. Две неимоверно крупных белки прыгали с ветки на ветку, посыпались шишки. Одна стукнула по ушибленному месту.

– Чтоб тебя! – ругнулся я. – Я вам покидаюсь.

Хотел приподняться, но тело так ломило, что уже после второй попытки я окончательно обессилил. Будто стадо слонов пробежалась по моим косточкам.

Сон и злость отпустили окончательно, вернулась способность здраво мыслить. Что со мной произошло? Драка с нелюдями. Колдовской вихрь. И куда он меня закинул? Судя по соснам, клёнам, дубам и нескольким неизвестным мне видам деревьев, в лес.

Я откинул голову и глубоко вдохнул – свежий воздух наполнил лёгкие. Странно, небо выглядело незнакомым. Вроде и небо, но цвет не голубой, а насыщенно-синий. Да и солнце казалось больше. Или ближе.

Может, старик с помощью колдовских штучек перенёс нас на другой континент? Вот это да! А обратно перекинет? А то я без документов… Да какие к лешему документы, Филя, вернулся ко мне внутренний голос. Тебя перенёс вихрь! Вихрь! Представляешь?! Его Леонард Бенедиктович сотворил из той сферы… Кстати, а куда подевался старик? Превозмогая боль, повернул голову. Маг возился с костром на небольшой поляне.

Я окрикнул его. Леонард Бенедиктович оторвал взгляд от костра и поспешил ко мне. В руке он держал глиняную миску.

– Ломает? – догадался волшебник.

Почему старику не плохо? Может, это он со мной сотворил?

– Всё из-за чар Злыдня. На вот, глотни – сразу полегчает.

Леонард Бенедиктович протянул мне миску с зеленоватой жидкостью. Я принюхался – воняло как из помойной ямы.

– Нет уж! Как-нибудь обойдусь без вашего пойла. – Комок так и подкатывал к горлу.

– Да не бойся – травяной отвар, – улыбнулся он. – Только что приготовил.

– Сказал же: не буду!

Улыбка исчезла с лица Леонарда Бенедиктовича, глаза налились злобой.

– Зачем упираешься, осёл? – зарычал он. – Здоровье хочешь поправить?

Только я открыл рот для гневной тирады, как волшебник мёртвой хваткой вцепился мне в подбородок и влил зелье. Пускай большую часть я выплюнул, но немного угодило в желудок. Вкус ещё противнее, чем запах.

– Что вы задумали?

Я вскочил на ноги и оттолкнул колдуна. Движения давались легко – ломота и боль почти прошли.

– Ещё не понял? – усмехнулся Леонард Бенедиктович.

– Так это действительно лекарство? – дошло до меня.

Вместо ответа он отдал миску. Ещё половина осталась. Я закрыл нос и в три глотка выпил. Ух, отличная штука! Ему бы с такой настойкой да против похмелья – озолотился бы за неделю.

– Лучше?

– Гораздо, Леонард Бенедиктович. Вы уж извините.

Мы пошли к костру. Он поворошил поленья и грустно вздохнул.

– Тут такое дело, Филипп. Как бы это сказать…

– Как есть говорите, я мальчик взрослый.

Старик ещё раз вздохнул. Угрызения совести мучают?

– Я втянул тебя в очень опасную игру, из которой выпутать не в силах.

– Не можете выпутать? Значит, я помогу, – оптимистично заявил я.

А сам думаю: услуга за услугу. Улажу вопрос с нечистью, а он в музей вернётся. И все счастливы.

– Надо же! Я ожидал другой реакции.

Волшебник смутился. С чего бы?

– Думаю, нам стоит заново познакомиться: Филипп Девиер. А вы Леонард Бенедиктович или есть другое имя? Мерлин, Дамблдор или Гэндальф?

– Нет, я действительно Леонард, но без всяких «Бенедиктовичей», – хихикнул старик. – Раз уж мы говорим откровенно, то я – Хранитель миров, отправлен Светлыми Силами для защиты Астера от…

Неожиданно я вспомнил о Рябчике.

– Минутку, я один звонок сделаю, а потом продолжим. Хорошо?

Не дожидаясь ответа, достал телефон – нет связи. Выходит, МТС не всесилен, как утверждают в рекламе. Я перезагрузил телефон – ничего.

– Филипп, на Астере не работают мобильники. Их, как и многое другое, здесь не изобрели.

– Какой Астер? – сощурился я. – Вы куда нас закинули? Острова рядом с Австралией? Америкой?

– Началось. – Волшебник устало провёл ладонью по лицу и потянулся за посохом.

– Эй, вы чего задумали?

– Сковать тебя решил, – не стал лукавить Леонард. – Или выслушаешь без возмущений?

Я притих – моё тело ещё нескоро забудет послевкусие заклинаний.

– А вопросы задавать можно?

– Да, – подумав, согласился маг. – Запомни, всё, что скажу – правда. И чем скорее ты её примешь, тем проще будет нам обоим. Готов?

– Готов! – я махнул рукой.

Он уселся поближе к костру и объявил:

– Мы перенеслись в другой мир – Астер. Когда-то он был единым целым, но после Великого раскола делится на патриумы. Их девять…

Новое слово резануло слух.

– Что ещё за патриумы? – тотчас спросил я.

– Материки.

– Как на Земле?

– Почти. Есть отличие: добраться из одного в другой привычным для тебя способом нельзя.

– Угу, – многозначительно протянул я. – А почему?

– Из-за раскола патриумы уже не одно тысячелетие находятся на недосягаемом расстоянии друг от друга, – объяснил маг. – Даже выносливым и быстрым драконам не под силу такой подвиг.

Я недоверчиво уставился на старика.

– Те самые крылатые змеи?

– Да, те самые. Пока всё понятно?

– Ну, если представить всё, как компьютерную игру, то вполне, – почесал я в затылке.

На самом деле, я пребывал и в шоке, и в восторге. С одной стороны, я в колдовском мире, рядом самый настоящий волшебник, а с другой – я же в колдовском мире! Непонятно, сколько опасностей он таит.

– Сейчас мы на Тутуме, – продолжил Леонард. – Он, как и весь Астер, напоминает эпоху Средневековья. Ну, если не считать зельеварства и колдовства. Эти науки развились бы и на Земле, но медицина и церковь вытеснили.

– Инквизиция? – предположил я.

– Она самая.

– Чем ещё Астер отличается?

Задумавшись, Леонард поправил очки.

– Мифические существа. Конечно, мифические они для тебя. Эльфы, кхары, феи, орки, данки, тролли, гномы и ещё с десяток народов. Слыхал о ком-то из них?

– Ещё бы! – хмыкнул я. – У нас популярных книг о вымышленных расах…

– Запомни, Филипп, они не вымышленные, – поправил волшебник. – Несколько тысяч лет назад в ваш мир просочилась информация о жителях Астера. Писатели сильно приукрасили их, создали интересные истории. Вынужден огорчить: в реальности всё по-другому. Среди всех народов, без исключений, есть как благородные мужи, так и падкие до наживы хитрецы.

– В общем, как и везде. Сколько у меня времени, чтобы объездить этот ваш Тутум и увидеть всё?

– Даже не знаю… – замялся он.

– Вы так не шутите! Неделя есть?

Впервые за разговор колдун посмотрел мне в глаза. Виновато посмотрел.

– Филипп, из Тутума не выбраться.

Он что, издевается? Кто сестре и родителям объяснит, куда я исчез? Кто Витьку отговорит от безумной поездки?

– Да ты послушай! В письме мой ученик и соратник Ведил утверждает, что наткнулся на древнюю карту.

– Хоть на две. Какой нам прок?

– Какой прок?! – сверлил меня взглядом Леонард. – Карта имеет отношение к браслету Власти. То, что Рифус не задержался, подтверждает ценность находки.

Я почесал в затылке. Что ж, вероятно, отыскать артефакт будет не так сложно, как я думал.

– Полагаю, Рифус не хотел привлечь внимание к трактиру, – размышлял я, потирая руки. – Так чего же мы ждём? В путь! Что расселись? У нас дел невпроворот!

Леонард покачал головой, затем выпрямился и подошёл ко мне.

– Извини, Фил, но в это путешествие я отправлюсь один.

Огорошенный, я тоже поднялся.

– С какой это стати? Объяснитесь! – грозно потребовал я.

– Пойми, у нас нет права на ошибку.

– Значит, я ошибок наделаю? Как вы запели!

Маг схватился за посох. Свечи за ним потухли, тень неестественно выросла.

– Не желаешь по-хорошему, будет по-плохому! С места не сдвинешься до моего прихода!

– Только и умеете запугивать! – Я выпятил грудь. – Давайте! Потом сами искать браслет будете.

Казалось, не выдержу и тресну старика. Какое-то время мы испепеляли друг друга взглядами. Неожиданно Леонард отвернулся, сел обратно в кресло и потёр виски свободной рукой.

– Как же с тобой тяжело, – отчаянно прошептал он.

– Вы тоже не подарок.

Маг выглядел разбитым. Неужели я довёл его до такого состояния? И что я вечно спорю? Леонард же старается помочь, а не навредить. Мне стало стыдно. Я слегка коснулся его плеча.

– Говоря об ошибках, я имел в виду не тебя, а риск, – объяснил старец. – Если ты в опасности, то весь патриум в опасности. Понимаешь?

– Да. – Через минуту я добавил: – Раз так нужно, то я останусь.

Он пристально посмотрел на меня, будто хотел прочитать мысли. Может, и прочитал.

– Достопочтенная госпожа Тетёха проследит, чтобы вы с Хани ни в чем не нуждались. Ей ты можешь доверять.

– Почему я здесь, Тетёхе тоже известно? – напрягся я.

– Даже больше.

– А кроме неё?

– Кроме неё? – Волшебник пригладил костлявыми пальцами бороду. – Ещё Ведил знает, что я отправился на поиски избранника в другой мир. Больше никто.

– Хорошо. Но как быть с Хани?

Леонард прикусил губу. Вероятно, он не задавался этим вопросом.

– Осторожно, – после раздумий ответил маг. – Даже если убедишься, что Хани достойна доверия, не рассказывай, откуда прибыл. Пусть она тысячу раз станет другом, но знать об этом нельзя ни ей, ни другим детям Астера. С некоторых пор выходцы из иных миров не в почете.

– Есть причины?

– Есть, и очень веские, но о них потом.

– Сколько у вас от меня секретов! Брать с собой не хотите, рассказывать тоже, – обиделся я. – Леонард, так не пойдёт!

– Будь добр, прояви терпение. По возвращению я отвечу на все вопросы. Обещаю!

– Что, и о Хранителях, и о Синмаре расскажете? – оживился я, обрадовавшись, что маг клюнул на уловку.

– Расскажу.

Молодчина, Филя! Выжал максимум. Главное, чтобы он потом обещание сдержал.

– Сколько вас не будет?

– День до Бобрового, три до Озёрного, туда, потом обратно… Две недели – ни больше, ни меньше, – прикинул расстояние Леонард.

– Ого! – присвистнул я. – А мне что прикажете? Запереться в четырёх стенах?

– Фил, скажи честно, ты хочешь вернуться домой?

– Да, но и оставаться в неведении не желаю. Куда направитесь?

– В северную часть патриума, – нехотя ответил волшебник.

– Как в северную? – насторожился я. – Там же видели восставшую нечисть!

– Из-за этого ты и не едешь.

Вот теперь я всерьёз нервничал. Не хотелось отпускать Леонарда на опасное дело, но с другой стороны, оставаться в Бронкастере ему тоже нельзя. Вряд ли в следующий раз повезёт со стражами.

– Теперь о плохом, – будто извиняясь, произнёс маг. – Если что-то пойдёт не так, тебе придётся действовать самому.

На мгновенье представил, что не увижу больше Леонарда. Проклятье! Я нуждался в нём, и не только как в Хранителе, но как в друге и даже наставнике.

– Что же я буду делать? – растерялся я.

– Искать браслет Власти. Заблокируешь порталы, а после – домой.

Я замер – что-то не по душе мне такой план.

– А если не выйдет?

– Тогда наслаждайся жизнью, – посоветовал маг и поднялся. – Попутешествуй по Тутуму! Ты ведь хотел пообщаться с орками и эльфами?

– Хотел. А дальше?

– А дальше скучать не придётся – армии Мрака вторгнутся. В лучшем случае – рабство, в худшем – смерть.

– Остаётся молиться, чтобы вы вернулись, – подытожил я.

– Заканчивай думать о грустном, – улыбнулся он и положил руку мне на плечо. – Пошли, глянешь, как колдую над теми недотёпами. Заодно проводишь.

Мы вышли во двор через задний вход. Я распахнул двери в конюшню, пропуская Леонарда.

– Ну, и где они? – возмущался маг.

– Глаза разу… – Я схватился за голову – пленники бежали. – Но как?

Леонард швырнул мне разрезанный пояс. Эх, Филя! Не умеешь ты обыскивать.

– Лицо твоё видели? – забеспокоился старец.

– Вроде бы нет.

– Уверен?

– На все сто, – подтвердил я.

Снаружи послышались голоса. Выглянул: к трактиру приближалась дюжина бойцов в доспехах.

– Проклятье! Стража уже здесь, – объявил я.

Леонард перехватил посох.

– Что вы задумали? Уезжайте!

– Теперь они знают, что мы прибыли вместе, – колебался Хранитель. – Боюсь, как бы с тобой ничего не случилось. Поедешь со мной!

Полчаса назад я бы не раздумывал, но ситуация изменилась: уехать сейчас – оставить Хани в беде.

– Нет! – решительно заявил я. – Я парень способный, как-нибудь выкручусь.

Глаза Леонарда ненадолго задержались на мне, затем маг взял Молнию под уздцы. Уже на выходе он отстегнул от пояса сумку.

– Чуть не забыл, – ворчал Леонард. – Здесь деньги, их немного, но всё же. Я говорил Тетёхе, чтобы указала дорогу к местной портнихе, пусть оденет во что-нибудь достойное графа. Главное, не высовывайся.

Мы крепко обнялись.

– Попрощайся за меня с Хани и Тетёхой. Филипп, две недели, если не вернусь…

– Даже не думайте повторять. Я обещал помочь вам с побрякушкой, а вы – доставить меня на Землю. Помните, вы говорили настраиваться на позитив? Вот и настраивайтесь!

Маг лихо забрался в седло и пришпорил лошадь. Видел, как один из стражей заметил Леонарда и преградил дорогу. Волшебник не растерялся: откинул солдата колдовством в сторону. На шум спешило подкрепление.

Как служивые ни старались, но угнаться за быстроногой Молнией, да ещё и в тяжелых доспехах – задача невыполнимая. Пока солдаты не опомнились, я незаметно прошмыгнул в трактир.

Глава 2. Фонарь

И окружил он себя людьми верными, подставить плечо в минуту трудную готовыми…

Хроники Астера

Дверь распахнулась, и в комнату вбежала стража. Вместе с ней ворвался запах лука и пота.

– Какого дьявола? – яростно взревел я, прикрываясь одеялом.

– Что вы себе позволяете? – вскочила рядом Хани, принимая эстафету. – Убирайтесь немедленно!

Бойцы плотоядно уставились на рыжую. И неудивительно, Хани прижимала разорванную сбоку ночнушку к округлым бёдрам, на стройных ножках кружевные панталоны. Грудь поднималась при каждом вдохе, играя с воображением недалёкой солдатни. Ещё чуть-чуть и потекут слюни. Ой, у одного уже потекли.

– Пошли вон, недоумки! – раздался громоподобный голос.

Приказ исходил от белобрысого здоровяка. Вероятно, главного среди них. Стражи ворчали в ответ, но под гневным взглядом командира вышли. Стоит отметить, он единственный, кто покраснел и отвернулся во время нашего шоу. Робкий? Нет, скорее, хорошо воспитанный.

Солдат вперился в пол, чтобы не смущать Хани, и промолвил:

– Э-э-э… Ради всех богов, извините, но… хм… дело не терпит отлагательств.

Рыжая сделала три шага навстречу воину. Ненароком поймал себя на мысли: он был настолько широк и высок, что рядом с ним Хани казалась хрупкой девочкой.

Она выпятила еле прикрытую грудь и эмоционально спросила:

– И какое дело важнее любви?

– М-м… Безопасность королевства важнее, – тихо ответил здоровяк.

Хани сделала ещё шаг – он попятился. Смеясь, толкнула стража в грудь. Нет, это уже перебор – нужно спасать бедолагу, пока она не разошлась.

– Хорошо-хорошо, я скоро спущусь, – обещал я.

В спешке наш взволнованный гость споткнулся о порог. Последовали ненужные извинения, и, наконец, он удалился. Мы с трудом сдержались, чтобы не рассмеяться.

– Вот так разыграли! Ох, как ты их ошарашила! С ума сойти!

– Я старалась, милорд.

Я ещё раз похвалил Хани за отлично сыгранную роль и вылез из-под одеяла. Конечно же, я не был голым. Лишь кафтан и футболку снял, чтобы поверили, будто развлекаемся.

Как же мне повезло с рыжей. Мало того, что согласилась помочь, так ещё и поняла всё с первого раза. Корю себя за сомнения: думал, начнёт выпендриваться или забрасывать глупыми вопросами. А она даже ночнушку разорвала, уверяя, что так будет правдоподобнее.

– Мне ждать здесь, милорд? – посмотрела на меня Хани, кутаясь в халат.

– Нет, ступай в свою комнату – вряд ли они посмеют второй раз сунуться. Помнишь, как себя вести, если позову? – поинтересовался я и натянул футболку.

– Да, милорд.

– Умница!

– Я же говорила – всё будет в шоколаде!

Я нахмурился – где она услышала эту фразу? Вариант один. Впредь следует аккуратнее выражаться при Хани, а то с моим длинным языком в два счета наберётся глупостей. Обдумывая это, я потрепал её по рыжей голове, точно любимого питомца.

– Милорд, вы полегче с тем парнем, уж больно он ранимым кажется.

– Ранимым? Ну, как скажешь, – я рассмеялся и прикрыл за собой дверь.

Спускаясь в столовый зал, услышал, как изводит стражей Тетёха.

– И чем я вам так не угодила? – возмущалась она. – Всё разоряете меня и разоряете! Из-за вас, олухи, честные посетители ко мне не заходят. Только и знаете, что ошиваться возле трактира да прикидываться бродягами. Мёдом для вас здесь намазано, что ли? Вот почему сейчас пусто, а?

– Дык, уже полночь сколо, а завтла плаздник Огня… – попытался объяснить один.

Без сомнения, спорить с грубой тёткой взялся тот самый Картавый, которого я огрел возле конюшни. Я заранее пожалел парня: во-первых, он ещё не до конца понял, с каким опасным зверем связался; во-вторых, на макушке стража зияла внушительных размеров шишка. Ух, надеюсь, обойдётся – не хотелось бы сломать человеку жизнь.

Но Тетёха не я, её не заботило состояние стража:

– Смотрите-ка, какой умный! Что, в церковной школе учился? Наверное, и читать умеешь?

– Немного, – настороженно ответил страж.

– Серьёзно? – подал голос пучеглазый напарник.

– Сейчас проверим! – рылась за стойкой хозяйка.

В руках Тетёхи появился исписанный рецептами лист. Страж принялся отнекиваться, мол, некогда ему чтением заниматься, но властная женщина была неумолима. Картавый повернулся к сослуживцам, но те поддержали трактирщицу.

– Читай! Никто тебя за язык не тянул, грамотей! – требовали они.

Вот тут-то и начались настоящие мучения. Мало того, что боец не выговаривал «р», так ещё читал медленно и из рук вон плохо, ошибаясь чуть ли не в каждом слове. Стражи весело смеялись над раскрасневшимся товарищем, а больше других пучеглазый.

Я обошёл их стороной, сел за свободный столик у окна. Я ведь всё-таки граф, зачем мне устраиваться рядом с простой солдатнёй?

Кое-кто принялся бузить, но главный залепил ему подзатыльник. Несколько слов от здоровяка, и стражи с довольными лицами отправились на улицу. Отпустил по домам или в казарму – не знаю, как здесь всё устроено. Остались только два собрата по бревну. Для охраны? Смешно. Такому громиле они ни к чему.

– Не обращайте на них внимания, – подсел ко мне здоровяк. – Косой и Картавый не помешают беседе.

– Как скажете…

Кроме необъятных размеров мой собеседник обладал приятной, я бы сказал, благородной внешностью: крупные черты лица, квадратный подбородок с ямочкой, подстриженные под горшок соломенные волосы. Но больше всего впечатлили карие глаза. Добрые, как у моей первой собаки Герды.

Рядом с ним на столе лежал затёртый треугольный щит. Он был разделён по диагонали: в правом верхнем углу расположился золотой медведь на синем фоне, а в левом нижнем – серая башня, её окружал красный цвет. Ясно, передо мной дворянин, точнее, рыцарь – следует держать себя на уровне.

– Мы так и не познакомились, – заметил я, оторвав взгляд от щита.

– М-да. Щекотливые обстоятельства помешали… – он зарделся, резко опустил голову, так же резко поднял: – Барон Георг фон Арн, младший начальник стражи Бронкастера.

Представляясь, здоровяк говорил быстро, будто скороговоркой, оттого слова сбились в «Фонарь».

– Извините, у меня неважно со слухом, – соврал я. – Вы сказали «Фонарь»?

Барон прищурился. Полагаю, гадал, не насмехаюсь ли я над ним.

– Нет, фон Арн. На конце твёрдое «н».

– Пардон за мой фран… – я вовремя осёкся, – в общем, с первого раза не расслышал. Граф Фил Девиер. Недавно прибыл на Тутум из Саннибула.

– Очень приятно, граф, – мягко произнёс он. – Как человек, находящийся на службе у Алькасара, обязан задать вам несколько вопросов. Вы ведь не возражаете?

Кажется простаком, но исполнительным. Попробую запутать его.

– Если это не ПИН-код банковской карточки, то без проблем.

Георг покрутил головой, хрустя позвонками, закрыл ненадолго глаза, потом открыл. Казалось, он пытался привести мысли в порядок.

– Простите, граф, из-за проклятой усталости туго соображаю. Что за карточка? Что за код?

– У нас на патриуме это означает: я согласен ответить на любые вопросы, лишь бы они не носили интимный характер, – ответил я, взяв серьёзный тон.

Барон вновь покраснел. Вспомнил изгибы Хани? Даже представлять не хочу, что произошло бы с рассудком рыцаря, полистай он «Плейбой».

– Адская смесь! Как вы могли подумать такое, граф! – всплеснул руками Георг. – Дело касается старика, вместе с которым вы прибыли в Бронкастер.

– Вы о добром дедуле Леонарде? Неплохо швыряет каштаны, скажу я вам! На днях такую птицу сбил, мясо – пальчики оближешь. Одно плохо, текилу хлещет литрами и анашу курит. Говорит, в Алькасаре нет закона, который бы запрещал.

– Э-э-э… – только и выдавил из себя рыцарь.

Помню, за подобные речи старший сержант выдал мне зубную щетку и отправил чистить армейские туалеты, но здесь прокатило. Фонарь задумался – на лбу вздулась жила. Нет, друг, мою ахинею не так-то просто переварить.

Плюнув на это дело, он устало вздохнул и вернулся к допросу.

– Выходит, не отрицаете, что провели какое-то время с Леонардом Коварным?

Коварный? Что-то новенькое!

– С чего бы? – удивился я. – Вон ребятки подтвердят. Именно этих двоих мы повстречали у входа в трактир. А ещё они обещали отвести лошадей в конюшню и присоединиться, но так и не появились. Кстати, на момент знакомства оба были в тряпье, а не в доспехах. – Я специально повысил голос, чтобы стражи меня услышали. Ехидно улыбнувшись, я продолжил: – Скажите, а почему они просили угостить? На государственной службе не платят?

Герои недовольно покосились в мою сторону. Ну, Картавый точно, а куда уставился его пучеглазый товарищ, одному ему известно.

– Если вы не против, дорогой граф, то давайте обойдёмся без них, – смущенно попросил барон. – Сами понимаете, мы люди подневольные.

Важничая, я скрестил руки и кивнул.

– Будь по-вашему. Вы задавайте вопросы – отвечу на любой!

На какой-то миг рыцарь скривился. Что же ему так противно? Беседа? Я? Или дело в другом?

– Знали ли вы, что старец – опасный преступник? – постукивая пальцами по столу, спросил он.

– Неужели? – иронично бросил я. – Почему же вы ворвались ко мне, а не к нему?

– Мы упустили Леонарда.

– Что же старик такого натворил, что за ним посылают отряд стражи? – Рыцарь уже открыл рот, но я не дал ему заговорить: – Не помогайте, сам догадаюсь. Он ограбил стриптиз клуб? Просрочил кредит? Отобрал у ребёнка сливочное мороженое?

Интересно, как бы собеседник отреагировал, если бы понял, что я дурачусь? Лучше не представлять.

– Близко, но нет, – выкрутился рыцарь. – По словам почтенного советника Синмара, Леонард Коварный причастен к смерти короля Седрика и королевы Госвинды. Не говоря уже о падении Морсуса.

– Не может быть! – я театрально закатил глаза. – Гадкий старикашка! Как же повезло, что он не причинил мне вреда! А с виду такой милый. Бывают же хамелеоны!

– Прекратите, – невольно улыбнулся Георг. – Выскажите своё мнение о Леонарде. – Сделав паузу, он прибавил: – Только честно.

Я махнул рукой.

– Дать характеристику? Разве что короткую, мы ведь не настолько близки. Ну, с ним.

Барон положил ручищи на стол, придвинулся. Как будто медведь перед прыжком. Метод давления?

– И всё же? – настаивал он.

– Даже не представляю, чем помочь, – задумался я. – С виду старик образованный, сдержанный, одним словом, приятный человек.

– Нет, ваше мнение об обвинениях.

– Хм-м-м, – я потёр нос, размышляя, что же ответить. – Попробую. Одно из двух: или Леонард прекрасный актёр, или его умело оклеветали. Я склоняюсь ко второму варианту. Он получил прозвище Коварный из-за подозрений в предательстве или раньше?

Фонарь глянул на стражей.

– Первое.

По краткому ответу я понял: он нарушил границы дозволенного. Зачем рисковал? А если…

– Георг, вы, как и я, не считаете Леонарда виновным? Я прав?

Младший начальник стражи пытливо посмотрел на меня. Пока он молчал, всюду поспевающая Тетёха принесла эль, не обделив и Картавого с Косым.

– Не способен Леонард на столь низкий поступок, – прошептал Георг, когда убедился, что братья по оружию увлечены беседой с Тетёхой. – К примеру, мой отец – Артур фон Арн, до сих пор убеждён в невиновности мага.

Так вот почему рыцарь кривился. Эх, была не была – поговорим начистоту.

– Вы из-за этого пожелали узнать моё мнение, барон? – осторожно поинтересовался я. – Ищите единомышленников?

Он придвинулся ещё ближе.

– Просто хочу понять: не слеп ли я? В Алькасаре за подобные речи сажают в тюрьму, и поделиться соображениями не с кем. Почему-то я уверен, вы не побежите докладывать.

Я кивнул.

– И как нам быть?

– Представлю вас случайным попутчиком, – Георг хитро улыбнулся, – которого Леонард использовал как прикрытие. Вы же умолчите о нашем разговоре. Поверьте, я сдержу слово – моя семья не в тех условиях, чтобы навлекать на себя гнев герцога Артийского.

– Выходит, ваш отец… – я скрестил пальцы рук, образовав из указательных и средних решетку.

Здоровяк грустно посмотрел на меня.

– Да, вы правильно подумали, граф. Мой отец – пленник. Почти пять лет томится в Башне Узников. Я же лишён наследства, как сын отступника. Старый щит – всё, что у меня осталось.

Я поджал губы. Да, не повезло парню.

– В насмешку или на случай, если Артур фон Арн откажется от своих слов, нам оставили титул, хотя и отобрали земли. Теперь вы знаете, почему мне приходится прозябать с недалёкой солдатнёй в казармах.

– Сожалею, Георг. Вы кажитесь мне способным малым.

Рыцарь сделал несколько молодецких глотков. Глаза его помутнели, он стукнул кулаком по столу, раздался треск. Перепуганные стражи вскочили, но Георг жестом показал, что всё в порядке.

– Адская смесь! Граф, меня готовили для командования огромной армией, – процедил он, – а теперь я обязан учить оболтусов, как правильно держать меч. Недоверие нынешней власти к моему роду… – Его желваки напряженно заходили, а кулаки вновь сжались, но ненадолго. – Я, наверное, уже утомил вас своими жалобами и нытьём?

– Отнюдь, – вымолвил я. Не думал, что когда-нибудь это словечко пригодится. Где же я его вычитал? Либо в «Трёх мушкетёрах», либо в «Графе Монте-Кристо».

– Не знаю, с какой стати так разоткровенничался. Обычно много не болтаю, – рыцарь поднялся со скамьи и наклонился надо мной. – Поделюсь небольшим секретом: я бы не хотел, чтобы Леонарда поймали. Надеюсь, с ним всё в порядке.

Он дал понять, что разговор окончен, и направился к выходу. Двое стражей залпом допили содержимое бокалов и поспешили за ним. В дверях Фонарь обернулся:

– Граф Девиер, полагаю, вы слышали, завтра праздник Огня. На площади дадут грандиозное представление. Уверен, оно понравится вам и вашей… спутнице. Празднование начнётся в полдень.

– Мы обязательно придём, барон.

Он кивнул на прощание и вместе с подчинёнными вышел из трактира.

– Проблем не будет? – подошла ко мне Тетёха.

– Нет, – уверенно заявил я.

Я вкратце поведал трактирщице о разговоре.

– Тебе стоит сблизиться с Георгом, – посоветовала она. – Союзники в страже нам не помешают.

– Слышали о его отце? Он действительно в тюрьме?

– Да, это всем известно. Артур слишком рьяно защищал Леонарда перед герцогом и советником. А ведь маг не виноват, что… – Тетёха замолкла на самом интересном. – Ты ведь устал, а я задерживаю. Ну, до завтра!

Два быстрых шага, и она хлопнула дверью, оставив меня ни с чем. Эх, подожду лучше Леонарда – эту точно не разговорить.

Поднялся обратно в комнату. По привычке достал телефон – связи не было. Да на что он тут нужен? Лишь карман обременяет! Отправил его в ящик тумбы на бессрочное хранение.

– Как же меня угораздило так вляпаться? – прошептал я, прокручивая в голове события последних дней.

***

В этот раз отоспаться не удалось. Тетёха и Хани, болтая о пользе огуречных масок, ввалились ко мне в комнату.

– Завтрак! – прокричала хозяйка.

Как же я не додумался запереть дверь на ночь? Удивительно, в общаге никогда не забывал, а здесь расслабился.

– Доброе утро, милорд, – жизнерадостно поприветствовала девчонка и хлопнула в ладоши.

– Доброе? – прикрывался я подушкой. – Ты издеваешься?

– Живо вставай, лежебока, – приказала Тетёха. – Все приличные люди уже на ногах.

– Может, я не приличный! Об этом вы не подумали?

Тетёха восприняла мои слова как вызов. Ухватила за край одеяло и потянула. Да уж, колоритная трактирщица особо не церемонится. Я ещё не успел проснуться, а оттого тело не обрело силу, и борьба за одеяло была проиграна, едва начавшись.

– Что за беспредел?! – возмутился я.

– Воробушек, ты думал, я массаж сделать пришла? Пяточки почесать? – хмыкнула Тетёха. – Леонард просил позаботиться о тебе, а не потакать капризам.

– Проявите хоть немного уважения к особе знатного рода!

Моя попытка пошутить натолкнулась на стену.

– Чего? – вытаращилась она. – Мне глубоко плевать, что ты граф, Фил. Сейчас ты в моём доме, а значит, и правила мои. Так что поднимай свою бесценную задницу, да поскорее. А то вижу, она корни в кровать пустила.

Всё моё нутро возмущалось, но спорить с эксцентричной тёткой не решился: ещё свежо в памяти вчерашнее поражение Картавого.

– Советую не испытывать моё терпение, а не то горячий суп на голове окажется. Или на другом месте! – злобно добавила Тетёха.

Не люблю, когда угрожают, но против такой не попрёшь. Да и еду принесли – можно и стерпеть, утешал я себя.

– Уже встал. – Выдавив кислую улыбку, я потянулся за вещами.

Тетёха облокотилась на стол и довольно захохотала. Мои уши! Ох, как же противно она это делала, словно ножом скребли по металлу. Если бы хозяйка оделась как вчера, а не в просторный халат с цветочками, то пострадали бы ещё и глаза. Пускай, с последним я преувеличивал, но доля правды в этом была.

– Хани, дай ему миску!

Рыжая безропотно выполнила приказ. Не пойму, она уже не мне, а Тетёхе служит?

– Почему не ешь! – хозяйка прищурилась. – Запах не нравится?

– Всё отлично, – заверил я, по привычке размешивая суп, – но мне бы зубы для начала почистить.

– Зубы почистить? – удивились они. – Зачем?

Вот те на! О гигиене не слышали? Странно, у обеих зубы белые. Как же они так сохранились?

– Нет, Фил! – Последовала новая порция хохота. – Пока к зубному колдуну попадешь – умрёшь с голоду! К нему чуть ли не за месяц записываться надо. Очередь, понимаешь ли.

– Месяц? Зубному колдуну? Очередь? – моргал я.

– Глухой, что ли? – Тетёха нервно всплеснула руками. – Нужно будет – отведу. А пока – ешь, стынет же! Или зря горбатилась?

Я тотчас принялся за поданный супчик. Как и вчера – высший класс! Парочка ингредиентов в новинку: какие-то синие кругляшки, похожие по вкусу на баклажаны, и зелёная морковка. Ух, острая! Будто концентрат чилийского перца. Спустя секунду жжение сменилось сладостью. Остальные – старые знакомые: картошечка, грибочки, мяско куриное, а ещё сырная заправка с ржаными сухариками и сметанкой. А главное, всё натуральное.

Как только расправился с завтраком, обратил внимание на Хани. На рыжей красовалось нежно-голубое платье с широкими рукавами и золотыми вставками. Должен заметить, оно прекрасно подчеркивало её стройную фигуру.

Сделать бы комплимент, но я так и не нашёл подходящих слов. Не люблю я себя за неумение красиво выражаться. Как гадость сказать – всегда пожалуйста, а приятно человеку сделать – язык в одном месте.

– Чего вылупился, воробушек? – Тетёха решила вернуть меня к реальности. – Уже поел? Хватит рассиживаться. Одевайся! Сходишь с Хани к портнихе на Яблочной улице. Заодно, пробз… то есть проветришься, граф. Ха-ха-ха! – Довольная шуткой, она забарабанила по столу.

К портнихе? Ах да! Леонард просил хозяйку приодеть меня. Но волшебника здесь нет, можно не спешить.

– Хорошо, но немного позже, – лукавил я, выглядывая в единственное окно. – На замок охота посмотреть.

– Никуда твой замок не денется, а с Лавандой я уже договорилась. Ни свет ни заря к ней бегала! Подберёт что-нибудь не такое… необычное, а то выглядишь, как чужак из другого мира. – Пронзительный взгляд впился в меня, точно острые зубы вампира в шею несчастной жертвы. Неужели так очевидно?

Какие открытые намёки! Хани совсем необязательно знать, откуда я! Не зря ли ей Леонард доверился?

– Думаете?

– Я-то думаю, а ты? – взгляд её стал серьёзным.

Проклятье! А ведь она права: лучше не привлекать к себе внимание лишний раз.

Получив моральный пинок под зад, мы с Хани отправились на Яблочную улицу. По словам Тетёхи, она находилась через три квартала, если держаться центральных ворот.

При солнечном свете Бронкастер не казался таким уж волшебным, как вчера на закате. Из-за грязи и навозных куч прогулка превратилась в хождение по минному полю. Но это раздражало гораздо меньше, чем жители столицы. И дело не в нищих на каждом углу – бедняг откровенно жаль, а в рядовых обывателях города. Куда ни глянь: хитрые ряхи, зыркающие по сторонам в поисках наживы. Нет, доброжелательные лица встречались, но редко.

– Милорд, а за стеной также мрачно? – грустно вздохнула Хани.

– Скоро узнаем, – пожал я плечами и подошёл к нужному дому.

Как я узнал, что он тот самый? Его украшала огромная вывеска в виде ножниц с розовыми ручками. Я постучал. Дверь открыла хрупкая девчушка ростом не выше метра. Длинные синие волосы, как у Мальвины, и остренькие ушки. Бордовое платье с блестящими пайетками подчеркивало тонкую талию. Маленькая эльфийка?

– Здравствуй, малышка.

– Кукусики! – пропищала кроха. – Граф Девиер?

– Он самый. Скажи, а мама дома? – дружелюбно улыбался я, сожалея, что не прихватил с собой лакомства.

– Мама? – Тонкие бровки девочки грозно изогнулись. – А зачем вам моя мама?

***

Если бы Хани не вмешалась, то разразился бы межрасовый скандал. Всё дело в том, что портниха оказалась не эльфом и не человеком, а самой настоящей феей. У неё за спиной виднелись полупрозрачные крылышки, которые я не сразу заметил. И почему Тетёха не предупредила меня? Знает же, что я из другого мира.

– Простите, Лаванда. Я впервые встречаю фею. – Я отвесил портнихе поклон.

– Да, в нынешнее время мы редкость, – смущаясь, ворчала Лаванда. – Мой народ везде притесняют.

Она покрутила для виду острым носиком и пригласила нас войти.

С улицы домишко выглядел намного меньше и беднее, чем изнутри. Просторный холл украшало множество диковинных растений и цветов. Он с лёгкостью вместил бы не меньше сотни гостей. Поразительно, но в три стороны тянулись мраморные коридоры, и конца им не было видно.

– Как же… – Мой мозг отказывался верить глазам. – Такой крохотный и такой огромный одновременно.

– Колдовство, – фея махнула рукой, будто я спросил об очевидном. – Попрошу за мной, да поскорее.

Лаванда посмотрела на большие песочные часы у подъёма на второй этаж. На колбе имелись деления, рядом с которыми стояли цифры. Как работают, я догадался, но кто их переворачивает? Песка килограммов десять, да и стекло с деревянным корпусом весят немало.

– Понравились? – заметила мой интерес портниха.

– Да, – признался я.

– Из Джуммеха привезла, ещё до падения Морсуса и Ластиона. Работа одного из лучших магов-часовщиков. Никогда не сбиваются. Правда, требуют магической подпитки. Ладно, идёмте – у меня плотный график. Лишь час до прихода следующего посетителя.

Час?! О чем она толкует? Я ведь служил: справимся за десять минут и ещё поесть успеем. Мы поспешили вверх по винтовой лестнице вслед за воспарившей феей. В Москве я пару-тройку раз бывал в ЦУМе, но такого разнообразия одежды и обуви никогда не видел. Мнение кардинально поменялось – всего час?

Что самое потрясающее, одежда витала в воздухе. Нет, не подумайте, что здесь творился хаос. Всё чин по чину, каждая вещичка находилась в определённом ряду с такими же собратьями: штаны к штанам, шляпы к шляпам, рубашки к рубашкам и так далее.

– Посмотрим, – она облетела меня, почесывая подбородок. – Пожалуй, начнём с этого!

Лаванда швырнула мне в лицо горстку ярких блёсток – не успел я пикнуть, как очутился в воздухе. Страшно, однако! Кроссовки слетели, будто заговорённые, за ними ножны и пояс. Та же участь постигла джинсы и футболку. Хоть носки с трусами оставили, и на том спасибо.

– Ты чего творишь, мелкая? – возмутился я, придя в себя. – Ну-ка, поставь на место.

– Расслабьтесь, граф Девиер. Ничего страшного с вами не произойдёт… Статный! – похвалила Лаванда.

– Милорд – он такой! – в тон фее воскликнула Хани.

– Тетёха говорила: одеть неброско, но со вкусом. Что ж, приступим.

Столько одежды я ещё ни в одном магазине не примерял, а вообще-то она сама мерялась. Девчонки повеселились на славу. Я был и рыбаком, и кузнецом, и свинопасом, и пахарем, и шутом, и даже розовым зайчиком с пушистым хвостиком.

Но самое страшное ожидало впереди. Слово шоссы вам о чем-нибудь говорит? До похода к фее и я о нём не знал. Оказывается, шоссы – это мужские чулки. А в придачу к мешковатой тунике – стыд и срам. Увидели бы меня пацаны из роты… К счастью, это невозможно!

– Какие ножки, милорд! А выйдет покрутить его? – Вопрос адресовался портнихе.

– Ну, ты у меня получишь, рыжая! – Я пригрозил Хани кулаком. – Вот верну ремень!

– А что сразу рыжая? Я ничего!

– Что вам не нравится, граф Девиер? Первые красавцы Бронксатера так одеваются! – тихонько хихикнула фея.

В этот момент я понял: со столичными модниками не желаю иметь ничего общего. Никогда!

– Не моё это! Слышите, не моё! К тому же, мне не стоит выделяться, – напомнил я.

– Жаль, вы бы с лёгкостью покорили сердца знатных дам. Ещё бы прическу понелепее для полноты образа. Слышала, у принца Фредегара знатный мастер есть… – И так далее.

Герцог встрепенулся, но комментировать не стал. Наверное, его мучила совесть.

– Да, Ваша Милость, мне посчастливилось защитить вас. Затем мы вместе с Хани оттащили вас подальше от битвы, – я кивнул в сторону рыжей.

Девчонка смущенно опустила голову.

– Вот как! Выходит, я обязан жизнью не только вам, граф Девиер, но и простолюдинке. Забавно. – Фредегар благодарно улыбнулся Хани. – Храбрый поступок для девушки. Мы поговорим о вашей награде, но несколько позже.

– Спасибо, Ваше Высочество, – поклонилась она.

– А теперь о насущном. – Юноша неспешно поправил манжету рубашки. – Граф, некоторые подозревают, что вы вражеский лазутчик, засланный Леонардом Коварным. Вам есть что сказать по этому поводу?

Фредегар демонстративно посмотрел на Синмара. Как же его забавляло поддевать советника и герцога.

– Стал бы я тогда подвергать себя опасности? – ухмыльнулся я.

– О! Почему бы и нет?! – саркастично хихикнул принц. – Верный способ расположить меня к себе. Со временем втереться в доверие, выведать секреты, а в нужное время убить.

– Убить? – я нахмурил брови. – Проще было не вмешиваться.

– Я того же мнения, – воскликнул Фредегар и развёл руками. – Но вы же понимаете, людское коварство не знает границ. Всё верно, советник? Я ведь ничего не упустил?

Колдун не поддался и на вторую провокацию. Никак не раскушу его, то он спокоен как удав, то агрессивен, точно загнанная в угол кобра.

Вместо ответа Синмар встал и неспешно подошёл ко мне. Я чувствовал его злобу каждой клеточкой тела, но страха не испытывал. Мало того, я внаглую рассматривал амулет на груди колдуна.

Четыре стихии расположились на литом диске крестом, точно четыре стороны света на карте. В центре круг. Он напоминал отверстие в кухонной раковине во время слива воды. Филя, ну и сравнение! Нет, не годится… Подумал немного и вспомнил фантастический фильм (название стёрлось из памяти), где планеты поглощала черная дыра. Так вот, пятый элемент походил как раз на неё.

На Фалше был точно такой же амулет. Интересно, что он означает.

– Наши враги опасны и хитры, – начал Синмар, – они пойдут на любые уловки, чтобы иметь шпиона в Бронкастере. Но есть один верный способ узнать, кто перед нами.

Было в его тоне что-то настораживающее.

– Какой же? – поинтересовался Фредегар.

– Если мне разрешат, – маг сложил пальцы в замок, – я залезу в голову графа Девиера с помощью заклинания. Это займёт не больше минуты.

Вот так идея! Не зря я беспокоился.

– Но в-в-ведь это оч-ч-чень опасно, – замахал руками Заика.

– Да, опасно, – не стал отрицать Синмар. – Буду откровенен, половина нелюдей, которых я пытал утром, умерла. Другая – на всю жизнь останется калеками. Но человеческий мозг способен выдержать большие нагрузки. Вероятность выжить и сохранить при этом рассудок достаточно высока…

Он заглянул мне в глаза. Пытался увидеть реакцию? Попробуем сыграть по его правилам.

– Мне нечего скрывать, я готов к любому испытанию, – блефовал я.

Я рассуждал так: если начал врать серьёзным дядям, то ври до конца. Как же я просчитался, моя уверенность лишь раззадорила колдуна.

– Отлично! Сейчас и узнаем, – произнёс старец и перехватил посох.

Красный камень ослепил меня. Острая боль пронзила и без того измученное тело.

– Прекратите! – запротестовал Фредегар. – Прекратите сейчас же!

Боль ушла вместе с потоком света. Я помассировал шею, затем глаза. Колдун говорил о минуте, мне было достаточно и секунды, чтобы понять: второй раз не дамся.

– Зачем мешаете? – возмутился Синмар. – Я ещё не успел проникнуть в его разум.

– Вот и уберите от него свои щупальца, – стал между мной и магом Фредегар. – Нельзя так поступать с человеком, спасшим мне жизнь! Должен быть другой способ, советник. Как насчет зелья искренности?

Советник скривился.

– Стал бы я тратить силы на нечисть, если бы оно было? Из-за одного болвана последнее зелье я израсходовал на прошлой неделе.

Джако заёрзал на стуле, не зная, куда себя деть.

– Так изготовьте новое! – предложил Фредегар.

Фалш вырос позади Синмара.

– Ингред-д-диентов д-д-для изготовления н-н-нового в наших клад-д-довых нет.

– А если б и были, то настаивается зелье не один месяц, – продолжал усмехаться Синмар.

– И всё же, я против заклинания, – не отступался принц.

– Но решать не вам, – вмешался в разговор Джако.

Поджав губы, герцог Артийский почесал толстую шею.

– Я вынужден согласиться с племянником, – наконец решил Хамиш. – Достаточно и одного смертника на сегодня.

Да! Я хоть и стоял неподвижно, но душа бросилась в пляс.

– Дядя, вы меня удивляете! – правая бровь Фредегара поползла вверх.

– Надо же, – фыркнул Синмар. – В кои века мнения сошлись. И как же мы поступим?

Хамиш задумался. Лицо герцога стало темнее тучи, затем резко просветлело.

– Если мне не изменяет память, то Фалш тоже из Саннибула. Пусть он задаст такой вопрос, на который лишь местный знает ответ.

– Согласен, это резонно, – закивал наследник престола. – Фалш, действуй.

– Я ж-ж-же ещ-щ-щё в дет-т-тстве прибыл на Т-т-тутум.

– Задавай вопрос, либо вернёмся к варианту советника, – предупредил Хамиш.

– Хор-р-рошо, – вздохнул Заика. – Т-т-только д-д-дайте под-д-думать!

– У тебя минута, – процедил Синмар.

Нервно приглаживая волосы, бледный колдун размышлял. Я же строил план, как отбить у солдат Фонаря и при этом не угодить под пламенные шары советника. Поскольку ничего путного в голову не пришло, оставалось надеяться на удачу. Старая подруга уже не раз выручала, правда, и не раз подводила.

Настал момент истины.

– Как-к-кое д-д-дикое живот-т-тное, что не вод-д-дится в зд-зд-дешних краях, приручили в позап-п-прошлом веке на нашем род-д-дном патриуме? Оно стало нез-з-заменимым пом-м-мощником на охоте и пр-пр-росто верным д-д-другом.

Я облизал пересохшие губы. Сердце забилось быстрее, ладони взмокли. Включай мозг, Филя, пока Синмар не превратил тебя в овощное рагу. Вон как смотрит! Эх, мне бы чертоги разума, как у Шерлока, да нет их. На ум приходила только собака. По пути в Бронкастер я не встретил ни одной, да и в столице пёсиков не наблюдалось. Может, речь идёт о животном, что мне неведомо, но тогда я наверняка покойник. Была не была.

– Собака! – как можно увереннее воскликнул я.

Повисла тишина. Пускай она и длилась не больше пятнадцати секунд, но для меня минула целая вечность.

Под напряженными взглядами Фалш съёжился. Казалось, колдун не понимает, чего от него хотят.

– И? – не выдержал Фредегар. – Правильно?

Фалш треснул себя по лбу. У меня судьба решается, а он забыл, что остальные не в курсе верного ответа.

– Пр-пр-равильно.

Ощущения будто в лотерею выиграл, но не денежный приз, а намного ценнее – жизнь. Радует, что не спросили о жителях патриума или городах. Не имел ни малейшего понятия, что там творится.

Юный Фредегар приблизился ко мне и потрепал по плечу.

– Искренне рад, что подозрения советника не оправдались. Я в долгу перед вами, граф Девиер, и перед вами, милая сударыня. Любое желание! Ну же, не стесняйтесь. Земли? Дом в столице? Всё сделаем! – Он повернулся к Хамишу: – Не правда ли, дядя? Мы готовы щедро отплатить? Как-никак, спасли будущего короля.

Пускай после слов племянника герцог Артийский хоть и напоминал кислый лимон, но кивнул.

– У нас одно желание, Ваше Высочество. – Для пущего драматизма мы с Хани упали на колени. – Прошу, помилуйте Георга.

– Это невозможно, – возмутился Джако Свиргус, вскакивая с места. – Малый суд состоялся, и большинство признало барона фон Арна виновным. Ваша Светлость, скажите же хоть что-нибудь! – обратился он к Хамишу.

Регент замялся. Было видно, что он не желает нести ответственность за казнь или освобождение рыцаря.

– Отныне судьба Георга фон Арна в руках принца Фредегара, – схитрил Хамиш. – Пускай он и решает.

Измученный рыцарь получил надежду на спасение и поднял голову.

– Благодарю, дядя, – кивнул юноша. – Поверьте, я высоко ценю оказанную возможность проявить себя в качестве правителя.

Пританцовывая, Фредегар направился к осуждённому. Советник Синмар шёл рядом. Говорил он тихо, но слышно было даже в дальнем углу зала.

– Подумай хорошенько прежде, чем действовать, Фредегар, сын Седрика.

Слова Синмара прозвучали не как просьба – как приказ.

– Несомненно, советник, – ехидно улыбался принц. – Поступлю ли я мудро, покажет время. Освободить его!

Стража избавила Фонаря от кандалов. Счастливый, он растёр запястья.

– Так вот, я считаю, что фон Арн лишился доверия, как младший начальник стражи, но… но барон не предатель, – торжественно объявил принц. – Я дарую вам жизнь, Георг, но при этом освобождаю от службы при дворе.

– Благодарю вас, Ваше Высочество, – поклонился Фонарь, – клянусь, вы не пожалеете о своём милосердии.

– Надеюсь. Что ж, не смею вас больше задерживать.

Не успел рыцарь сделать и трёх шагов, как Хани бросилась к нему и крепко обняла за шею. Смущенный Фонарь опустил глаза.

– Какие страсти… И ещё, – продолжил Фредегар, – граф Девиер, барон фон Арн, если кто-нибудь из вас вызовет в будущем подозрения, то поплатитесь оба.

***

Ну, как тут не радоваться?! Судьба предоставила второй шанс. Подсказала бы ещё, как его разумно использовать.

Из замка я и Хани отправились прямиком в родной трактир. С Фонарём нам пришлось расстаться, но ненадолго. Рыцарь пошёл в казармы за вещами. Договорились, что какое-то время поживёт с нами. Надеюсь, Тетёха не воспротивится.

Только переступили через порог, хозяйка давай нас ругать. Конечно, не всерьёз, а так, для приличия. Как же без этого? Ночевать домой не вернулись, а она, будто любящая мать, ждала у окна чуть ли не до рассвета.

– Воробушек, сам подумай, – бурчала Тетёха. – Леонард же с меня спросит, куда делись его ненаглядные!

Трактирщица взглянула на мой потрёпанный вид, и гнев сменился на милость. Меня немедленно отправили в ванную комнату.

– Как чувствовала, явишься с ног до головы в грязи, и натаскала полную бадью воды! – саркастично заявила она и вручила мне мочалку.

Словно я не понимал, кому ванна предназначалась. Обязательно язвить? Не могла просто сказать, что уступает. Ну, да ладно, у самого характер не сахар. Без пререканий я отправился мыться – о вчерашних приключениях Хани и сама расскажет.

Какое блаженство опустить уставшее, избитое тело в горячую воду. Что это плавает? О-о-о! Лепестки роз! Хозяйка трактира приятно удивила. Отмылся от грязи и, прикрыв глаза, начал размышлять.

Узнать бы, как там родные. Догадываются ли они, что я жив-здоров? Последняя встреча со Светой прошла не на высоте, а всё из-за меня. Я сожалел. Сильно сожалел. А Рябчик? Улетел ли? Я так и не поговорил с другом…

Поток мыслей переносил от одного к другому, пока я не вспомнил вчерашнюю битву. Пусть и отдыхал в тёплой ванне, но по телу пробежал холодок: я – убийца. Перед глазами встал образ поверженного нелюдя. Пропитанный ненавистью взгляд.

Я вздрогнул и протёр глаза, отгоняя видение. Мог ли я поступить иначе? «Нет!» – твёрдо заявил себе. Если бы не помешал, то Фредегар был бы мёртв, а после принца настала бы и моя очередь. Я сделал правильный выбор. Нелюди задумали зло, вот и поплатились.

Вздыхая, я подумал о Леонарде. Только позавчера волшебник уехал, а вопросов накопилось уже с два десятка. И пальцем не пошевелю, пока на всё не ответит.

Не знаю, сколько времени я пролежал, но вода стала прохладной.

– Милорд, – выглянула из-за двери Хани, – я вашу одежду принесла. Повезло, что Лаванда утром навестила госпожу Тетёху.

– Положи где-нибудь у входа, пожалуйста.

– А вы скоро закончите купания? – не отставала рыжая. – Там Жорик приехал.

Запомнила всё-таки. Эх, Филя!

– Уже? Что-то я засиделся, – ухмыльнулся я, рассматривая обмякшие пальцы. – Передай, сейчас буду!

Напоследок окунулся – всегда помогало отвлечься от дурных мыслей. Вытерся полотенцем и оделся в привычное. Как же удобно в любимых кроссовках после тяжёлых сапог. Ух, ты! Вещички пахли получше дорогого французского одеколона. Наверное, фея постирала в волшебном тазике.

К моему удивлению, в зале трактира не оказалось ни одного посетителя. Мало того, стол ломился от вкуснятины!

– Решила прикрыть лавочку на вечер – устала от пьяных криков, – лукавила Тетёха.

Обстановка быстро вернула мне хорошее расположение духа. Мы смеялись, ели, пили за удачное освобождение рыцаря… Потом снова пили. Признаюсь, со мной давно такого не было, чтобы столько влил в себя за вечер.

Охмелевший, Георг веселился с нами наравне, но в один момент его глаза наполнила грусть.

– Что тебя тревожит, дорогой барон? – спросил я, усаживаясь рядом. – Совсем не рад, что спасли твою шею от топора палача?

– Я-то рад! – печально улыбнулся Фонарь. – Не подумайте, что неблагодарен, друзья. Просто… – он отвёл взор. – Тяжело на душе… Отца заточили в тюрьму, деревню с родовым гнездом отобрали, а теперь и последнего куска хлеба лишили. Я не жалуюсь, просто не пойму, где в этом мире справедливость?

– Эх, давно пора уяснить, что её нет и никогда не было, – дула румяные щеки Тетёха.

– Нечего пессимистический настрой держать, – я по-братски похлопал рыцаря по плечу. – Не дрейфь, прорвёмся как-нибудь!

Рыцарь повернулся ко мне.

– В долгу я перед тобой, Фил Девиер.

– Не говори так больше, а то обижусь! – я шутливо надул губы.

– О, милорд! – хихикнула рыжая. – Вы прям как выпускница школы благородных девиц!

Тетёха зашлась скрипучим смехом.

– Хватит! Я серьёзен, как никогда! – Вскочив с места, Фонарь сходил за стареньким щитом и опустился предо мной на колено. – Возьмёте ли вы в оруженосцы обесчестившегося рыцаря, граф Девиер из Саннибула? Дадите ли шанс вернуть доброе имя его роду под вашим началом?

Тупыми от вина глазами я и Хани уставились на Фонаря. Тетёха пихнула меня в бок:

– Фил, не тормози. Соглашайся! Благородные рыцари на дороге не валяются!

– Он ведь это не всерьёз, – махнул я рукой.

– Куда уж серьёзнее! – прошипела трактирщица.

– Милорд, берите его к нам! Прошу вас, берите! – шептала с другой стороны подвыпившая Хани.

Ну, раз все за, то почему бы и нет?

– Да будет так! Барон Георг фон Арн, вы приняты на службу, пока я не решу, что долг уплачен сполна!

Фонарь произнёс благодарственную речь (мы чуть не уснули) и вернулся за стол. Опять выпили. Ух, наверное, эта стопка эля оказалась лишней! Дальше пошли пляски под завывания Тетёхи. Пускай голоса у неё нет, но на лютне трактирщица играла превосходно…

Уверен, завтра прокляну весь мир, но мне в последнее время не привыкать к неприятным ощущениям.

– А чем… чем мы будем заниматься, милорд? – полюбопытствовала наклюкавшаяся больше других Хани. – Обычно же вольные от королевской службы рыцари занимаются… как их там?

– Благими делами, – подсказал Фонарь, закусив очередную порцию эля фруктами.

– Точно, делами… благими, – проворчала девчонка. – В нашем случае-то как, милорд?

Я почесал в затылке. Не скажу же, что прибыл спасать Тутум от Мрака. Подумают, совсем набрался.

– Откроем свою контору, – шутливо ответил я. – Будем наёмничать, брать заказы у простого люда и знати, а с вознаграждения жить!

– Что ещё за конура и с чем её едят?

В глазах Фонаря появился недюжинный интерес. Надо же, предпринимательская жилка прорезалась!

– Не конура, а кон-то-ра! – по слогам повторил я. – Поняли?

– А-а-а! – закивали друзья. – И чем она хороша?

Почему бы и не рассказать немного о наёмниках? Вот я взял и рассказал. Конечно, я представил друзьям максимально средневековый вариант, не так напился, чтобы трепаться о своём мире.

Хани облокотилась на руку, помогая шее держать голову, и авторитетным тоном заявила:

– Мне нравится!

– Мне тоже! – высказался барон. – Я не прочь поработать наёмником для благих дел, пускай и за деньги!

– Небольшие деньги, – рука подвела и рыжая плюхнулась лицом в овощной салат. – Что пялитесь? Капусты с… о-о-о! Капусты с огурчиками захотелось!

И вновь смех охватил нашу славную компанию.

– Вы уверены? – спросил я, как только страсти улеглись. – Готовы браться за задания, даже за нелепые?

– Адская смесь! – громко ругнулся Фонарь. – Почему бы и нет! Тут вся жизнь состоит из нелепостей! Мне всё равно, хоть корову охранять, хоть на троллей идти, хоть упырей ловить! Лишь бы пользу людям приносить! И на жизнь чтобы хватало, – чуть погодя добавил он.

Удивили, так удивили.

– Работёнка-то опасная, нелёгкая, скажу я вам. Может, что угодно приключиться!

Будто я знал Тутум, как свои… шесть пальцев… или семь. Проклятье!

– Ну и бес с ним! – храбрились они.

– Тогда завтра же открываемся! – пообещал я и обнял собутыльничков.

Вспомнят ли о нашем договоре утром? Если да, то наконец-то осуществится детская мечта!

– Вообще-то неплохой вариант. – Подсела ко мне Тетёха. И как она не опьянела? Пила-то в разы больше других. – На Тутуме нет этих твоих «наёмников», а за помощью к солдатам Алькасара идут далеко не все.

– Почему? – недоумевал я.

– Расценки у них высокие, по справедливости поступают через раз, да и делают всё тяп-ляп. Фил, возможно, это даже поможет нам в поисках браслета Власти. – Последние слова трактирщица прошептала мне на ухо.

Глава 3. Наёмники

И разделили браслет Власти, ибо не нашлось во всём патриуме достойного обладать им…

Хроники Астера

Проклятье! Во рту, будто кот нагадил.

Я открыл глаза и попытался сфокусироваться, но «вертолёты» уводили то влево, то вправо. Я массировал виски, пока не добился более-менее нормальной четкости изображения. Как и предполагалось, меня ожидало невесёлое зрелище: в одних носках, я валялся на полу рядом с кроватью. Эх, всего метра не хватило.

Зачем? Зачем ты пил, Филя! Если уж ведёшь здоровый образ жизни, то веди. Ну, опустил пару рюмок за компанию, и хватит. Разум, где ты вчера был? Не ты ли подстрекал: «Хорошо сидим!». А? Тошнит от твоих издёвок! Как в прямом, так и в переносном смысле.

Я попробовал приподняться, но не вышло – повело в сторону. Хлоп! Теперь лежал на боку. Всего трясло. Благодаря неимоверным усилиям я всё же добрался до кровати. Покрытый потом, залез под одеяло. На сегодня это моя крепость, решил я. Ни за что её не покину.

Только начал засыпать, как дверь в комнату отворилась.

– Милорд, какое чудесное утро! – Рыжая отдёрнула занавески. – Вставайте! Нас ждёт новая жизнь! Открываем контору!

Что б тебя! Какую к черту контору? Я надвинул на глаза одеяло и притворился спящим. Хани это не остановило – трясла за плечо. За что мне всё это?

– Хм… Не помогает, – прошептала она. – Ничего, воспользуемся проверенным методом. Попрошу Жорочку набрать ведро воды и тогда…

– Что тогда? – испугался я.

– Ох, вы проснулись, милорд! – обрадовалась девчонка. – Скорее идёмте вниз – вас уже заждались.

Я изобразил мученическое лицо.

– Хани, родная, милорд заболел.

– Заболел?! – воскликнула рыжая, хватаясь за сердце.

Хани пулей выбежала из комнаты. Я облегченно выдохнул, считая, что проблема решена, но минут через пять заявилась Тетёха. Вместо приветствий ткнула меня под рёбра.

– Больно же! – возмутился я.

– Так тебе и надо, – злобно бросила трактирщица. – Ты ответь, граф, в голове совсем пусто?

На что она обиделась? Вроде слова плохого за вечер не сказал.

– Вы о чем? – осторожно спросил я.

– Зачем ребёнка пугаешь?

– В смысле? – Я округлил глаза.

Тетёха нависла надо мной.

– Заканчивай со мной в гляделки играть! Понял? Говорил, что заболел?

– Да. А что в этом такого?

– Издеваешься? – зарычала трактирщица. – Заболел, значит, что умираешь! Воробушек, ты умираешь?

– Нет, конечно! – Я оторопел от такого заявления. – Просто мне хреново после вчерашнего. – Поймав полный недоумения взгляд, я прибавил: – Ну, от выпитого. Вам разве нет?

– С чего бы?

Мы посмотрели друг на друга. Говорят, бывает полное взаимопонимание, у нас же всё наоборот: полное недопонимание.

– Мне одному плохо? – заподозрил я.

Она почесала подбородок.

– Кажется, я догадываюсь, в чем проблема. Ты из иного мира.

– А какая разница? Я такой же человек, как и вы.

– Дело в другом, – начала трактирщица. – Понимаешь, на Астере перед кормлением новорожденного мать смазывает соски молоком единорога. Ну, чтобы вместе с её молоком смешалось.

– Угу. И где здесь взаимосвязь?

– Оно обладает целебными свойствами, – терпеливо пояснила Тетёха, – защищает от хворей, укрепляет организм, скелет. В общем, необходимо каждому. Ещё тысячу лет назад люди, гномы, орки и даже эльфы могли перемёрзнуть и всё. Кладбище. Много от чего умирали: воспаления всякие, боли головные… Теперь только от старости, в бою, либо от ран, отравлений, на худой конец – несчастные случаи. Не знаешь, тебе молоко единорога давали?

Я сдержался, чтобы не нагрубить. Не виновата же Тетёха, что на Земле всё иначе.

– Нет у нас единорогов. Прививки разные делают, но они от алкогольного похмелья не спасают.

– Так плохо? – участливо посмотрела трактирщица.

– Жуть как! – подтвердил я. – Эх, жаль, что не довелось молочка испить.

Она усмехнулась, затем хлопнула себя по колену.

– Не проблема! У меня имеется.

– А вам зачем?

– Всегда держу, – пожала плечами женщина. – Вдруг кто в трактире родит. Погоди, сейчас принесу.

Не успел я подняться, как Тетёха вернулась с пузырьком и ложкой.

– Уж извини, Фил, но для кормления грудью ты староват, – рассмеялась она.

Я вяло улыбнулся шутке. Тем временем Тетёха откупорила пузырёк. Запахло кислятиной.

– Срок годности не истёк? – я с сомнением уставился на поданную ложку с бледно-белой жидкостью.

– Ты излечиться хочешь? – нахмурилась Тетёха.

– Молчу-молчу.

Я зажмурил глаза и в один большой глоток выпил. Ух, не повезло детёнышам единорогов, насколько же горьким оказалось молоко.

Похмелье как рукой сняло, и через полчаса я завтракал вместе с Фонарём и Хани. Как думаете, о чем пошёл разговор? О конторе! Всё-таки зря я в ребятах сомневался: такой энтузиазм редко встретишь.

В приподнятом настроении мы отправились к плотнику. Заказали табличку с гордой надписью «Наёмники». А уже к полудню забрали и с разрешения хозяйки установили у входа в трактир. Тетёха настолько расщедрилась, что выделила нам небольшую комнатушку для переговоров с клиентами, но её ещё предстояло убрать и обустроить. Первое я спихнул на Хани, а вторым планировал заняться с Фонарём.

Конечно же, на следующий день у дверей трактира не толпилась очередь из возбуждённых клиентов. Никто не жаждал получить консультацию или помощь в уничтожении различной нечисти.

Как мы ни старались приукрасить своё гнёздышко, народ не появился и через неделю. Что тут скажешь: большая часть местных даже читать не умела – сдались им услуги каких-то наёмников!

Мы откровенно заскучали. Чтобы развеяться, я играл с друзьями в «армию» – закаляет характер, приучает к дисциплине. В другой день Фонарь провёл нам экскурсию по улицам Бронкастера. Не спорю, красиво, интересно, но на один раз. Ко всему быстро привыкаешь, недостатки становятся заметнее, а преимущества затираются.

Нет, не подумайте, что жизнь превратилась в сплошное уныние. Были и плюсы у незанятости: за время, что мы скоротали вместе, наша троица сдружилась окончательно.

Хани раскрепостилась. И не то чтобы непринуждённость показала её лучшую сторону, но такой рыжая нравилась мне больше. Если исключить приступы ворчания и недовольства, словно у избалованной принцессы, то она стала… Эх, не привык дружить с девчонками, вот и слово подобрать не могу. В общем, сроднились мы.

Пускай Хани по-прежнему обращалась ко мне «милорд», но прислугой себя уже не чувствовала, скорее «корешем». Да, я ничего не путаю, именно так она и выразилась. Чертовка запоминала каждое новое слово, сказанное мной. Хочешь не хочешь, а начинаешь следить за речью с особым вниманием – если я принесу в этот мир ругательства из родного языка, то никогда себя не прощу.

К слову, барон легко влился в наш маленький коллектив. Он быстро привык к прозвищу «Фонарь» с моей стороны и уменьшительно-ласкательному «Жорик» от Хани. Ещё проскакивало «Жора».

Одним вечером рыцарь поведал о давней дружбе отца с Леонардом. Это подкупило меня, и я разоткровенничался с новыми друзьями. Рассказал об увиденном в Оке Судьбы браслете Власти и возложенной на мои плечи миссии. Не поверите, словно камень с души свалился.

– Милорд, так вы новый избранник? Я как чувствовала, вы – особенный! – Хани подскочила и трижды хлопнула в ладоши. – Ох, не зря советник так допытывался! А почему раньше не говорили?

Ответить правду? Нет. Солгать? Нет. Как насчет чего-то среднего? Да.

– Леонард запретил. Сказал, доверие нужно заслужить.

– Так мы теперь помощники избранника? – встрепенулся рыцарь. – Борцы со злом?

– В каком-то смысле, – улыбнулся я.

Кстати, мы с Хани рассказали и о том, как разыграли Фонаря и стражу.

– То есть между вами ничего не было? – уточнил Жора, подозрительно щурясь.

– Конечно же, нет! – уверяли мы.

Барон заметно повеселел. Его переглядывания с рыжей говорили о взаимной симпатии. Да, пара они что надо: Хани казалась хрупкой девушкой на фоне широкоплечего рыцаря, а Георг настоящим защитником рядом с ней.

Но как бы я ни желал поделиться всеми секретами, всё-таки скрыл место знакомства с седобородым Леонардом, соответственно, и своё происхождение. Пусть думают, что я из Саннибула, так спокойнее.

– Я с тобой до самого конца, Фил, – клялся в верности Фонарь. – Если докажем, что Леонард не изменник, то моего отца освободят из Башни Узников. Скажи только, что делать?

– Пока ждём, – воодушевлённо отвечал я.

Как назло, от мага ни письма, ни весточки. Осталось четыре дня, и пройдёт две недели с его отъезда. Дальше, он говорил, полагаться на себя. Не нравился мне такой вариант. Ох, как не нравился! Меня терзало чувство, что застрял здесь навсегда. Но что я мог поделать?!

Каждое утро рыцарь занимался со мной фехтованием, обучал новым приёмам. Я же давал ему уроки рукопашного боя. После первых падений мы засыпали часть заднего двора песком. Да, не татами и не мат, но лучше, чем голая земля. Здесь же находился колодец – водичка в самый раз для обливаний после тренировки.

Однажды от занятий нас отвлекла Тетёха.

– К барону фон Арну старик какой-то пожаловал, – объявила она. – Очень просил принять.

Фонарь наморщился. Не похоже, чтобы он кого-то ждал в гости.

– Что ещё за старик? – вырвалось у меня.

– Может, первый клиент? – предположила Хани.

– А мне-то откуда знать? – хмыкнула Тетёха, пожимая плечами. – Если и клиент, то не самый денежный. Говорит сбивчиво, одет как крестьянин, если не бродяга. Хотела прогнать, но жалко стало. Налила бедолаге тарелку супа, хлеба краюху принесла, да усадила за стол.

– Кто же это? – всё гадал рыцарь.

– А не проще пойти посмотреть, – предложил я.

Мы поспешили в трактир. За столом нас ожидал тощий дед с огромной ссадиной на лбу. На узких плечах висела рваная рубаха бурого цвета. Фонарь сразу же подбежал к старику и заключил в крепкие объятия. По морщинистому лицу крестьянина покатились слёзы.

– Что произошло с тобой, Бронф? – рыцарь недоумевающе смотрел на гостя. – Почему староста моей родной деревни ходит как оборванец? Совсем вас разграбил проклятый Пустозвон?

– Эх, нынешний хозяин не чета ни вам, ни вашему отцу, господин Георг, – грустно улыбнулся Бронф, затем вытер лицо рукавом. – Мы почти весь урожай отдаём, а ему всё мало.

Фонарь закусил губу.

– Потерпите ещё немного. Обещаю, скоро верну Ведренное и Арнингтон – закончатся тогда муки.

– Спасибо, добрый господин, – поклонился Бронф, – но не жаловаться я пришёл в столицу, а за помощью.

– Хорошо, можешь рассчитывать на меня. – Фонарь сжал кулаки и решительно произнёс: – Я обязательно поговорю с этим негодяем Готри, слово чести. Не зря его прозвали Пустозвоном – совсем из ума выжил…

– Нет, нет, – торопливо промолвил староста, перебивая рыцаря. – Ему не следует знать о моём приходе, господин. Это добавит проблем и вам, и деревенским.

– Чего же ты хочешь? – нахмурил брови Фонарь.

Бронф окинул меня и Хани недоверчивым взглядом.

– Не томи, рассказывай! – потребовал Жора, поняв, в чем причина. – Здесь ты можешь говорить открыто.

Бронф ещё раз глянул в нашу с Хани сторону, словно колебался.

– Ну, раз так, то слушайте, господин Георг! – проворчал он. – Беда пришла в наши земли. Страшное чудище поселилось рядом с деревней…

– Чудище? – удивилась рыжая.

– Что ещё за чудище? – задумался Фонарь.

– В глаза я его не видел, – развёл руками Бронф, переходя на шепот. – А понять по следам не сумел: ни на копыта, ни на звериный след не похоже. Поначалу лишь животина пропадала, но теперь и за людей взялось… Уже троих утащило в лес. Я искал помощи у теперешнего хозяина – маркиза Готри, но слуги даже на порог не пустили. Выпихнули на улицу, точно я и не человек вовсе, а сор под сапогами.

Старик машинально потрогал ушиб.

– Они сделали?

Староста опустил глаза в пол. Тогда рыцарь схватил его за плечи и тряхнул.

– Говори! – потребовал Фонарь. – С каких это пор ты боишься правды?

– Они, господин Георг, – признался Бронф. – Скажите, вы поможете нам? Поможете?

Он смотрел на рыцаря, как на последнюю надежду.

– Пускай сейчас я и не волен распоряжаться своей судьбой, но… – Барон повернулся ко мне.

– Мы с радостью отправимся вместе с тобой! – решительно заявил я. – Никто не имеет право похищать людей.

– Ура! Наше первое задание! – восторженно завопила рыжая, будто мы собрались на лёгкую прогулку, а не на смертельно опасное дело.

***

Я был у себя в комнате, цеплял ножны, когда вошёл Фонарь. Вид у рыцаря был, словно он что-то задумал.

– Фил, у Хани нет лошади? – спросил он.

– Думаешь, – поднял я голову, – наши скакуны не выдержат двоих?

– Конечно, выдержат. Такого крепкого, как мой Бармалей, днём с огнём не сыщешь.

Рыцарь махнул рукой, и с тумбы слетел глиняный графин. Мы оба бросились за ним, но треснулись лбами. А графин разлетелся на множество кусочков.

– Ух! Тетёха убьёт! – предрёк Фонарь. – Её любимый!

– Да, – печально протянул я. – Давай спрячем под кроватью. Только во что бы его сложить?

Фонарь кивнул и, порывшись в тумбе, отыскал старый платок. Мы аккуратно сложили на него осколки и завязали.

– Найдём такой же – заменим. Кстати, ты о лошади спрашивал, – вспомнил я. – Зачем?

– Приятно Хани хочу сделать, – слегка покраснел Фонарь. – Да и в случае погони конь лишним не будет.

– Погони? – почесал я в затылке. – Считаешь, нам придётся кого-то преследовать?

– Ну, или нас.

Об этом я как-то не подумал. Хорошо, когда рядом есть товарищ, более сведущий в таких делах.

– Слушай, отличная идея, – одобрил я. – Осталось купить.

Барон опустил глаза, замялся.

– Я бы с радостью, да из сбережений три медяка.

У меня с финансами тоже напряг – из оставленных Леонардом денег осталось до двадцати золотых. Отказать? Нет. Как не помочь другу завоевать сердце девушки?

– Жора, ты чего раскис? Мы же одна команда! Купим Хани лошадь.

– Я ещё Бронфу хотел, – оживился он. – Он так натерпелся.

Глава 4. Контракт

И послал Страшный-И-Ужасный слуг своих, дабы совершили они злодеяние подлое…

Хроники Астера

Как вы выпускаете пар? Лет пять назад я нашёл один замечательный способ – тренировка. Мышцы устают, и гнев тотчас отпускает, мысли становятся прозрачными, а решения взвешенными.

Но чтобы добиться желаемого состояния, требуется хорошенько попотеть. Мы с Фонарём одолжили у Тетёхи небольшие песочные часы и устроили жесткий спарринг на заднем дворе.

Почему жесткий? Объясняю: три минуты на деревянных мечах (рыцарь прихватил на память о службе), потом столько же в борьбе. И таких пять кругов! На словах звучит легко и просто – ну каких-то полчасика, но вы попробуйте хотя бы два круга выстоять с таким-то противником!

Под конец тренировки с трудом держались на ногах. Вру, в последнем раунде мы уже лежали, стараясь скрутить друг друга. Песок въедался в глаза, кололо в правом боку, но я не ослаблял захвата. Жора покрылся пурпурно-красными пятнами, хрипел, но не сдавался. Ещё немного и он высвободится. Я навалился всем весом – поднажал. Фонарь напрягся из последних сил. Мышцы горели, и…

Кто бы выиграл в решающей схватке, мы никогда не узнаем: Тетёха незаметно подкралась сзади и вылила на нас ведро прохладной воды.

– Адская смесь!

– Не выдумывай, обычная вода! – хохотала трактирщица.

Как бы сильно мне ни хотелось сказать гадость, но я сдержался – кормящую руку не кусают.

– Довольно, балбесы, – подбоченилась Тетёха. – Для вас есть работа!

– Какая же? – с тщательностью кота отряхивался от воды рыцарь.

– Посидите в трактире. Обслужите тех, кто заглянет, пока мы с Хани отлучимся!

– Вот так обрадовали, – печально буркнул Фонарь, когда Тетёха скрылась из виду.

Уже в комнате я скинул затёртые штаны и рубаху, которые друг подогнал для тренировок. Я облачился в привычные футболку и джинсы, сверху накинул кафтан, чтобы прикрыть герб – не стоит давать пьянчугам повод для насмешек.

– Идём? – появился в дверях рыцарь.

На нём был походный светло-коричневый костюм.

– Может, осколки от кувшина вынесем, – я напомнил о незаконченном деле.

– Давай не сейчас.

Хани и Тетёха уже покидали трактир, когда мы спускались в столовый зал.

– Мы на базар за провизией в дорогу, – отчиталась рыжая. – Заодно заглянем к булочнику, что на Светлой улице.

– Знатный пекарь, – кивнул я. Какой же вкусный хлеб они принесли в прошлый раз. – Плюшку для меня не забудьте. Смотрите, чтобы со всех краёв прожарилась.

– Если из головы не вылетит, – хмыкнула Тетёха.

Ох, ну и сварливая же нам досталась хозяйка.

– Ничего, не вылетит, – пообещала Хани. – Хрустящая плюшка для милорда и румяная чесночница для его верного оруженосца, – пролепетала она, мило улыбаясь рыцарю.

– Точно, – промурлыкал в ответ Жора.

Девчонка послала ему воздушный поцелуй. Фонарь поймал его и приложил ладонь к сердцу. Влюблённость – волшебный этап отношений.

За полчаса мы обслужили пару выпивох, а потом сидели без работы.

– Как Тетёха с Хани вернутся, пойдём на Кузнечную, – в который раз повторил рыцарь.

Он хотел отдать на починку растрощенные доспехи и щит. Бедняга полагал, их ещё можно спасти. Даже мне – человеку из другого мира – понятно: ремонту не подлежит. К сожалению, купить новые нам не позволяли средства. Деньги, оставленные Леонардом, были на исходе.

Так получилось, что мы стояли у дверей, когда в трактир влетела Лаванда. Красная как рак фея чуть не сбила нас с ног. И это при её-то небольшом весе.

– Кукусики, мальчики!

– Ничего себе «кукусики», – выпалил я. – Превышаете скорость, гражданочка!

– Извиняюсь, Фил, Георг! – улыбнулась она. – Вы же не думаете, что я нарочно?

– Ничего страшного, Лаванда, – махнул рукой рыцарь. – Если вы пришли к Тетёхе, то она отправилась вместе с Хани к булочнику. Скоро вернутся.

– А? Ну и ладно… – пожала плечиками фея. – Я вообще-то не к ней, а к вам.

Мы с Жорой переглянулись.

– Чем обязаны?

– Есть тут одно щекотливое дельце, – словно не зная, с чего начать, запнулась Лаванда. – Кстати, отлично поработали в Ведренном.

Мы переглянулись во второй раз. Подозрительно как-то. Обычно уверенная в себе Лаванда сейчас выглядела потерянной, несобранной, что ли, а тут ещё и о недавней поездке в деревню Жоры прознала. Интересно, откуда?

– Вам достопочтенная госпожа Тетёха рассказала? – полюбопытствовал Фонарь.

– Нет-нет, – отрицала Лаванда. – Клиентка одна на утренней примерке хвасталась: мол, слышала от подруги, а та от купца, что узнал от приехавшего утром крестьянина, который сдавал мясо на рынке, а вот кто его известил, понятия не имею. Говорят, вы десяток пауков-переростков положили. Это правда?

– Цыганское радио, – улыбнулся я другу. Жора нахмурился, и я поспешил объяснить: – Каждый последующий добавляет отсебятины к уже имеющейся истории, скоро будут говорить о тысяче пауков.

– Тысяче? – рыцарь почесал в затылке.

– Ну, не тысяче, а…

– Так вы дрались или нет, господа? – нетерпеливо перебила фея.

Неожиданно Фонарь выпятил грудь, задрал подбородок и свысока произнёс:

– Да. Конечно, да!

– Доказать сможете?

– А вы взгляните на ту стену, – Жора небрежным движением указал на голову паука.

Как напыжился! Ему явно нравилось чувствовать себя героем. Нет, я не сомневаюсь в смелости друга, но ведь победили чудищ не мы. Тьфу ты! Чудище.

– И вот, какая серьёзная вмятина! Паук клыками пытался достать меня из брони. Жуткая тварь! – Фонарь покрутил перед носом гостьи вдавленной кирасой. – Ничего, скоро она вернётся в прежнее состояние.

– Ого! Впечатляет! – выпятила нижнюю губу Лаванда. – А куда вы её собрались нести, если не секрет?

– Секрет? – удивился Жора. – Какой же здесь секрет? Кузнецу хочу показать, не мешало бы починить старушку. Всё-таки много лет вместе…

– Не пугайте меня, барон фон Арн, – тоненьким голосочком завопила синеглавая. – Лучше повесьте рядом с паучьей головой на стену как память.

Вот сейчас я узнаю привычную Лаванду, бойкую и деловую.

– Ну… – замялся Фонарь. – Не уверен.

– Вы серьёзно? Мастера Бронкастера ни на что не годятся! Даже мне, далёкой от рыцарской рутины девушке, известно об этом. Не лучше ли обратиться к кузнецу с именем? К кузнецу с большой буквы! А?

Фонарь сел на ближайшую лавку и печально вздохнул.

– Я полностью с вами согласен, дорогая Лаванда. Ну, знаете ли, услуги Одинокого Коваля не всем по карману. Что тут лукавить, даже в лучшие времена мне не хватило бы золота для покупки его изделий. Разве что на пару кольчужных перчаток или простенький шлем.

– Что ещё за коваль и почему он одинок? – оживился я. Люблю быть в курсе разговора.

Лаванда и Жора удивлённо выкатили глаза. Ну, будто сговорились!

– Ох, вечно забываю! Фил же из Саннибула! – вспомнил друг.

– Прозвище это, – объяснила фея. – Как кузнеца зовут на самом деле – никто не знает, да и неважно. Одинокий Коваль – лучший мастер современности. К нему приезжают со всех уголков Тутума. Броня его легка, будто гусиное пёрышко, и в то же время в разы прочнее, чем обычная. Это если говорить о стали, есть ведь и другие металлы, с которыми он работает, – задумчиво дополнила она. – Но их позволяют себе разве что короли да зажиточные дворяне.

Небось, грубый мужик с огромными ручищами и косматой бородой, решил я. А Одиноким прозвали, потому как живёт в горе… Нет, в вулкане. Ему не требуется огонь – рядом есть лава…

– Эй, Фил, ты чего? – выдернул меня из мира фантазий Фонарь.

– Попасть бы к вашему Одинокому Ковалю, – размечтался я.

– Это несложно устроить, – просветлела фея. – У меня как раз срочное дело к Ковалю, а вы, насколько я поняла, работаете за деньги, выполняете всякие поручения. Верно?

– Да. Правда, сейчас мы взяли небольшой перерыв, – замялся я.

– Хм… – Лаванда окинула нас изучающим взглядом. – Даже не спросите о вознаграждении?

– Вознаграждении? – Фонаря пожирало любопытство.

– Не спрошу, – твёрдо заявил я. – Нам очень льстит ваш выбор, но я вынужден отказать. Прошу извинить нас, Лаванда.

Вообще-то, я не хотел отказывать – Лаванда нравилась мне как человек, точнее как фея, если можно так выразиться. Но, сами понимаете, ответственность давила на мои плечи. Сейчас на кону не только моя жизнь, но и жизни всех обитателей Тутума. Надо же, не ожидал от себя подобных мыслей. Ещё совсем недавно народы патриума меня нисколечко не заботили, а месяц назад я даже не подозревал об их существовании.

– Жаль, я так спешила, что бросила довольно щедрых клиентов, – расстроилась фея. – Мне очень пригодилась бы ваша помощь как сопровождающих. Ничего сложного… Просто отвезти, а то слухи о ходячих мертвецах пугают хрупкую девушку. Но, увы…

Грустно вздыхая, она опустила голову и медленно полетела к выходу. Какая наигранность. Ей бы в пару Леонарда да на гастроли. Вон как Жора повёлся – смотрел то на меня, то на неё, пытаясь найти решение, которое бы устроило обе стороны.

– Подождите! Лаванда, подождите! – окликнул фею рыцарь. – Если не ошибаюсь, Одинокий Коваль живёт неподалёку от земель данков.

– Именно там, – подтвердила огорчённым голосом Лаванда.

Фонарь дёрнул меня за рукав и с видом бывалого заговорщика прошептал:

– Фил, он на севере. Прошу, давай возьмёмся за два дела сразу. Сам понимаешь, без доспехов рыцарь – не рыцарь!

Как же я ошибался, причина его мучений – доспехи. Вот белобрысый пройдоха!

– Жора, есть ли смысл? – скептически спросил я. – Ты не хуже меня знаешь, денег осталось – кот наплакал. И так живём за счёт доброты хозяйки. Заняли три комнаты и офис, а это, между прочим, половина из сдаваемых помещений. Извини, но мы не купим новую кирасу за баснословные деньги.

Теперь настала очередь рыцаря тяжело вздыхать, а вот фея оживилась:

– В оплату я приобрету комплект доспехов Одинокого Коваля и возьму на себя попутные расходы.

– Целый комплект за сопровождение? – не верил счастью Фонарь.

– Включая шлем и щит.

И тут Жора всерьёз задумался. О таких, как он, в народе говорят: дашь палец – всю руку откусит. Не понимаю, как в нём уживались благородство, доверчивость, отвага и честность со шкурным интересом и авантюризмом?

– А на щите герб фон Арнов выдавят? Видел у одного знакомого из…

– Да, – поспешила заверить Лаванда, пока он не придумал что-нибудь ещё. – По рукам?

Фонарь умоляюще глянул на меня. И как поступить? Он говорил, по пути… Я сдался и кивнул.

– О чём речь, дорогая Лаванда? Конечно! – здоровяк радостно ухватился за хрупкую ладошку феи. – Оформим бумаги в нашем э-э-э… Фил, как ты говорил?

– Офисе, – отозвался я.

– Да, в офисе. Прошу следовать за мной.

– Один вопрос: Хани с нами поедет? – замедлила полёт гостья.

– Ну разумеется! Рыжая ни за что не пропустит поездку, – засмеялись мы.

– Ура! Выходит, скучно не будет.

Фонарь повёл Лаванду в комнатушку для переговоров. Размышляя, с чего это фея так расщедрилась, я поплёлся за ними. И вот перед Лавандой лежал стандартный контракт. Ничего я не перепутал, самый настоящий контракт – мы с ребятами заранее подготовились, пока был азарт.

Фея внимательно прочитала условия и задала несколько уточняющих вопросов. Я сделал записи в пунктах «вознаграждение» и «цель задания», а именно: доставить заказчика к дому Одинокого Коваля живым и невредимым. Мы скрепили сделку подписями, затем Фонарь достал фамильный перстень с изображением медведя. Немного горячего воска, и на листе появилась печать. Один экземпляр остался у нас, второй отдали Лаванде.

– Теперь мы с вами связаны, – улыбнулся я. – Разрывать контракт не советую – высокие отступные.

– Понимаю, – прищурилась фея. – К счастью, они работают в обе стороны.

– Разумеется.

В этот момент я понял: не всё так гладко, как Лаванда описала.

***

Только мы спустились в столовый зал, как в трактир ввалились четыре пузана. Все средних лет, одеты в халаты, расшитые золотыми нитками. Вероятно, купцы. Один был усыпан блёстками с ног до головы. Он ненавидяще глянул на Лаванду, после чего уставился на нас с Фонарём.

– Вы те самые наёмники, что одолели сотню пауков в окрестностях Ведренного? – с важным видом спросил купец.

Не успел я и рта открыть, как вперёд выпорхнула Лаванда.

– Поздно, мальчики, у них контракт подписан! На ближайшее время они мои! – выпалила фея, затем по-ребячески продемонстрировала язык. – Выкусите!

Но купцы не собирались так просто сдаваться.

– Мы предложим в три раза больше, чем крылатая злодейка, если вы поведёте наш караван, – заявили они.

Обрадованный очередной наживой, рыцарь жаждал расспросить торгашей о задании, но я остановил его жестом.

– Может, три дела за один раз? – просяще глядел на меня Фонарь, будто кот из «Шрека». – Вдруг им тоже по пути?

Я покачал головой.

– Слышал когда-нибудь поговорку: жадность фраера сгубила?

– Э-э-э… – протянул он, почесывая шею. – Значит, нельзя?

– Типа того, – усмехнулся я.

Из-за наших с рыцарем перешёптываний напряглась Лаванда.

– У нас же контракт! – праведно возмутилась она. – Вы же пять минут назад говорили, что мы связаны! Вспомните об отступных!

– Секундочку! – как ни в чём не бывало улыбался Фонарь. – Граф думает.

Не успел я возразить, как о себе напомнили купцы.

– Что тут думать?! Нам нужно в Башлевые горы. В ваши обязанности войдёт: уход за лошадьми, готовка, обслуживание…

И так далее. Нет, с такими наглецами мне точно не по пути.

– Извините, ребятушки, но мы уже заняты этой дамой, – сдержанно произнёс я.

– Ура-а-а! – Лаванда выплясывала победный танец, размахивая руками будто мельница.

– Но ведь мы заплатим больше, – сказал главный чуть ли не криком. – Гораздо больше.

Его настойчивость раздражала – не люблю людей, считающих, что весь мир можно купить за золото.

– Господин хороший, это не обсуждается. – Для убедительности я вскинул бровь. – Попрошу вас и ваших милых друзей покинуть заведение. Сожалею, но таковы правила, а деньги…

– Можете засунуть их…

В этот момент я прикрыл Лаванде рот и спокойно продолжил:

– Они не всегда решают все вопросы. Приходите, когда мы освободимся. Записаться можно у госпожи Тетёхи с понедельника по пятницу с десяти до семнадцати. С собой иметь две ксерокопии паспорта, медицинскую страховку и десять пятьдесят, желательно без сдачи.

Купец скорчил недовольную мину, но не найдя, что ответить на мою ахинею, махнул рукой и пошёл к двери. Товарищи семенили следом.

Не сбавляя серьёзности, я повернулся к фее:

– Что это значит?

– Не удержалась, – пожала она плечами.

– Я не об этом, – проскрипел я, сверля Лаванду взглядом. – Купец весь в блёстках, словно его обстреляли конфетти из хлопушек. Ваша работа?

– Это вынужденная мера! – моргнула несколько раз фея. – Поверьте, мне пришлось! Иначе они прибежали бы первыми.

– Ничего не понимаю, – высказался Фонарь.

– О, боги! Тут и понимать нечего.

Лаванда потёрла одну руку о другую и принялась объяснять.

– Все, у кого есть хоть немного монет в кармане, жаждут воспользоваться помощью наёмников. Вот и всё! Ваши услуги новинка в Бронкастере, так что скучать не придётся! Я уверена, сегодня многие обратятся к вам.

– Ничего не понимаю, – повторился мой высокородный друг. – А почему раньше не обращались? У нас и вывеска имеется!

– Раньше? – недоумевала крылатая. – О вас только сегодня узнали! Благодаря подвигу вы стали популярными! Модными, что ли. Ну, спрос на вас появился. Теперь поняли? Я уже не знаю, как объяснить это более доступным языком.

– В тренде! – подсказал я.

– Точно! Сразу видно: неглупый собеседник. Хоть и человек.

Фонарь испуганно смотрел на меня.

– Не желаю я быть ни в какой трынде, – попятился он.

– Да не трусь ты! – закатила глаза фея. – Фил, скажите ему, что это хорошо.

– Жорик, мы обзавелись славой и доверием.

– Угу! Ну, тогда я не против, – успокоился рыцарь. – Это ещё народ не слышал, кто Фредегара от нелюдей спас.

– Вы знакомы со спасителем принца? – И без того острые ушки феи заострились.

– А что с ним знакомиться?! Вот, полюбуйтесь! – Фонарь ткнул в меня пальцем.

Мне жутко захотелось перевести тему.

– Граф Девиер, однако, какой вы стеснительный! Сама скромность, – хохотнула Лаванда. – Ну и ну! Ох, мальчики, с вами весело, но мне же ещё собираться в поход…

Я взял пролетающую мимо портниху под локоть и мягко спросил:

– Одну минутку, Лаванда. Скажите, какова цель вашей поездки?

– Мы же прописали в контракте, глупенький: доставить заказчика к дому Одинокого Коваля целой и невредимой. Разве вы уже позабыли?

– Нет, какова ваша цель? Зачем вам к кузнецу?

– Это уже моё дело, – фыркнула Лаванда и, выдернув руку, нагло улыбнулась. – Я внимательно читала условия и не обязана говорить об этом. Барон фон Арн и вы, граф Девиер, поставили подписи и печать. Выходит, контракт уже вступил в силу.

– Получается, да, – признал я.

Честно говоря, мне не так интересно, что задумала обладательница синих волос, как я показывал. Пускай возьмёт хоть два мешка героина и полтонны травки впридачу. Главное, мы едем на север за Леонардом. Если не отыщем волшебника, то хотя бы следы его пребывания найдём.

– Буду готова через пару часов, – объявила Лаванда и подмигнула на прощание.

Фея не соврала, за один только час к нам обратилось около дюжины людей и даже гном. Предлагали немалые деньги за плёвые поручения. Большинству мы обещали помочь по приезду. Фонарь готов был разорваться, лишь бы заключить побольше выгодных сделок. В нашем мире парень бы точно не потерялся.

– Наверное, мы поспешили, подписав контракт с феей, – сетовал он. – Почему мы не составили предва… предварни… Как же его!

– Предварительные, – подсказал я.

– Да. Почему мы не составили предварительные контракты?

Он издевается? Я развернул Фонаря к себе и напомнил:

– Не забывай, наша цель: отыскать Леонарда. Лаванда – это так, по пути. В каком-то роде, прикрытие. Заканчивай мыслить материально, а не то я в тебе разочаруюсь и освобожу от службы.

– Обещаю исправиться! – заявил рыцарь, бледнея.

Пока мы дурачились, пришли Хани и Тетёха. Мне вручили плюшку, а товарищу – чесночницу. Жуя, мы поведали о новом задании, к счастью слушателей, не бесплатном. Тетёха одобрила сдержанным кивком. Рыжая же прыгала от радости.

– Балдёж! Будем всю дорогу болтать о моде! – объявила Хани и побежала собираться.

– Главное, чтобы нам слушать не пришлось, – пробурчал Фонарь, качая головой.

– В самое яблочко, – рассмеялся я.

Дал Жоре «пять»! Да, а что вы думали, я ничему не научу друга за две недели? Как бы не так! Барон уже освоил несколько приёмов из арсенала «корефан». Правда, до Хани ему было далеко. Девчонка запоминала каждый мой ляп, в особенности шутливые загоны под мурку. Поначалу рыжая изредка их вставляла, но с каждым днём оперировала новыми словами всё уверенней.

От размышлений о преображении друзей отвлёк очередной посетитель. Почему выделил его из остальной массы? Просто негатив запоминается лучше позитива.

Ближе к делу: в трактир пожаловал мужчина опасного вида. От алой повязки на глазу к испещрённой сединой бороде тянулся страшный шрам. Этакий разбойник с большой дороги. Готов поспорить, под черным плащом у него висел клинок, и, скорее всего, не один.

Жаль, Тетёха отошла – с таким она бы лучше управилась.

– Я ищу Фила Девиера, – заявил одноглазый хриплым голосом.

Те немногие посетители, что пришли отведать бизнес-ланч (посоветовал хозяйке, чтобы увеличить выручку), рванули к выходу.

– А кто спрашивает? – Жора храбро пошёл навстречу.

Они смотрели друг на друга, точно не поделившие территорию волки. Ещё минута и сцапаются.

Одноглазый выдержал паузу и процедил:

– Каин Душегуб.

– Адская смесь! – вздрогнул рыцарь. – Зачем беспощадному убийце понадобился граф Девиер?

Фонарь потянулся к мечу, но вытащить не успел – противник молниеносным движением приставил к его горлу заготовленный нож.

– Дёрнешься – зарежу. Усёк? – отчеканил Каин. – Я тебя спрашиваю, сынок, усёк?

– Да, – полушёпотом ответил Фонарь.

Нужно немедля спасать ситуацию.

– Отставить, приятель, – вмешался я. – Спрячь железку, тебе нужен не он. Я – граф Девиер. Говори, зачем пришел, но предупреждаю, если желаешь нас нанять, то тебе придётся стать в очередь.

Зачем сказал последнее – ума не приложу. Судя по скорости, этому типу наши услуги ни к чему.

Каин неспешно убрал нож, затем глянул на меня единственным глазом, изучающе так глянул.

– Избранник Ока Судьбы, если ты покинешь Бронкастер, на тебя начнётся охота.

Я насторожился. Откуда он знает, кто я? Приспешник Мрака? Если да, то зачем разговоры? Почему не нападает?

– Спасибо за заботу, друг, но я сам разберусь, – скрестив на груди руки, сказал я.

– Ты предупреждён, – слова он произнёс с нажимом, будто гвозди вбил.

– Это угроза?

Он не ответил, а я решил не переспрашивать. Каин покинул трактир, а я поспешил к застывшему на месте Фонарю.

– Ты как? – Я слегка тряхнул его за плечи.

– Он мог разделать меня, как свиную отбивную, – медленно проговорил Фонарь. – Ох, плохи наши дела, Фил…

Рыцарь с дрожью в коленях опустился на лавочку. Что же это за Каин, если его боится такой смельчак, как Жора?

– В курсе ли городская стража, кто сейчас разгуливает по Бронкастеру? – размышлял рыцарь вслух. – Фил, откажись от контракта – твоя жизнь дороже.

Меня тронула забота друга. В какой-то степени он прав, но сидеть в городе, ожидая непонятно чего, тоже не вариант. К тому же, Адаман дал ясно понять, что мы не единственные, кто ищет браслет Власти, а выходит и карту.

Я сел напротив рыцаря.

– Ты что-нибудь знаешь об этом одноглазом?

– Шутишь? О неуловимом Душегубе знают даже грудные младенцы. – Он резко поднял голову. – Странно, что ты ничего о нём не слышал.

– А что здесь странного? – осторожно спросил я. – Ты ведь помнишь, откуда я.

– Каин тоже из Саннибула. Вроде местной легенды.

Промашка! Не хотелось бы, чтобы в голове у друга зародилось семя сомнений на мой счет.

– Ну, бывает, я же далёк от криминала, – я пожал плечами. – Мой верный оруженосец, не кажется ли тебе, что пришло время выводить коней, а то опоздаем к фее. Не стоит огорчать щедрого клиента непунктуальностью, ещё расскажет кому. Как я вижу, слухи здесь быстро разносятся.

– Мы всё-таки поедем? – выпучил глаза рыцарь.

Я кивнул.

– Но учти: Хани ни слова об этом одноглазом товарище. Она волноваться начнёт и Лаванде растреплет, а паника нам ни к чему.

– Но…

– Жора, – грубо перебил я рыцаря, – не забывай о миссии, да и контракт уже подписан.

Фонарь нахохлился – всем видом давал понять, что не одобряет моего решения.

– Хотя, если новая броня тебе без надобности, и ты заплатишь по отступным, то останемся, – хмыкнул я. – Тетёхе как раз не хватает рук во время бизнес-ланчей.

– Ладно, Фил, уговорил, – подумав, улыбнулся он. – Ты прав, лучше мечом махать, чем подавать вино пьянчугам.

***

К дому Лаванды наша неунывающая троица подъехала в полной готовности к длительному путешествию. Одетая в ярко-малиновый костюмчик, гламурная портниха уже ожидала нас.

– Хани! – воскликнула фея и полетела навстречу.

– Лаванда! – завопила в ответ рыжая, вскакивая с Ищейки.

В ход пошли дружеские чмоканья и обнимашки, словно Лаванда с Хани виделись в последний раз в прошлом году или и того раньше. Как только они нацеловались в щёчки, синеглавая выкатила симпатичного пони с длинной лохматой гривой, которая закрывала животному почти весь обзор. Ох, уж эти модники! А если придётся гнать во всю прыть, убегая от недоброжелателей? Что тогда? Нет, я не каркаю. Искренне надеюсь, этого не случится, но лучше подготовиться к разным сценариям.

Пони отошёл на второй план, когда я увидел бедный багаж нанимателя. Маленькая сумочка и… И конец списка! На хрупком плечике феи таких вот сумочек уместилось бы не меньше трёх. Это всё, что Лаванда умудрилась взять в дорогу! Представляете?

Конечно, я не мог высказаться в грубой форме, поэтому сделал это максимально деликатно.

– Лаванда, у вас точно есть всё необходимое?

– Само собой, Фил, не за грибами же идём! – фыркнула она.

– Ничего не забыли? – повторился я. – Не рассчитывайте на бутики по дороге.

Фея наградила меня недовольным взглядом и похлопала миниатюрной ладошкой по сумочке.

– Заверяю вас – всё со мной!

Ну и странная же особа! Скажите, что могло туда вместиться? Помада, тушь, тени да сверхкомпактное зеркальце? Ничем не отличается от современных студенток. Вечно возмущаются, что для методички нет места. Спорить с Лавандой настроения не было, пускай потом сама на себя пеняет.

Фонарь возглавил процессию, как только мы покинули столицу. С его слов, на север из Бронкастера вело три дороги: одна напрямик, в большинстве случаев люди колесили именно по ней, и две в объезд. Первая тянулась через множество деревень и несколько городов. Она пользовалась успехом у торгашей и бродячих артистов. А вот вторая считалась заброшенной – в этой стороне Алькасара люди предпочитали не селиться. Собственно по ней нас и повёл рыцарь.

– Хотите поехать через Тёмный лес? – волновалась Лаванда. – Но почему? Говорят, там запросто нарваться на нечисть.

– Глупости! Я не раз патрулировал эту дорогу и, как видите, жив-здоров, – возразил Фонарь.

– Но ведь по центральной быстрее! – фея всплеснула руками. – Минимум на два дня.

– Никто не спорит, тут дело в другом.

– И в чём же?

– Вы ведь внимательно читали контракт, Лаванда? – нахмурился Фонарь.

– Знаете же, что да, – ядовито заметила фея.

На лице барона фон Арна появилась мстительная улыбка.

– Значит, вам известно, что путь выбираем мы.

– Жорик, будь добр, не груби Лаванде, – пригрозила скалкой Хани.

Я и не знал, что Бронф отдал ей в пользование колотушку. Хотя рыжая могла и без спроса взять. Да и есть ли разница? Главное, скалка у неё в руках.

– И в мыслях не было, лисичка моя, – испугался не то тона подруги, не то её грозного оружия рыцарь. – Просто так безопасней. На центральной дороге каждый день что-то случается – там сотни разбойников промышляют.

– А здесь, нет? – засомневалась фея.

Фонарь наигранно рассмеялся.

– Какой смысл? Нет людей – нет кошельков. Да и в Тёмном лесу поохотимся в удовольствие. Вот граф Девиер ни разу не кушал мясо зайбула, а ведь они нигде больше не водятся.

– Так это милорд выбрал путь? – уточнила рыжая, глядя на меня.

– Ну, конечно! – нагло врал рыцарь. – Наш славный господин пожелал превратить скучную поездку в весёлое развлечение. Не правда ли, Фил?

Что поделаешь, придётся подыграть товарищу.

– Да, так и есть, – кивнул я. – Если бы вы с Лавандой не ворчали, как две сварливые бабки, то получился бы замечательный сюрприз. Опять женская пытливость всё испортила.

– Ох, как это мило, граф, – заулыбались наши доверчивые.

Они принялись обсуждать охоту на зайбулов, чьё вкусное и сочное мясо считалось редким деликатесом.

На удивление, пони феи не отставал от наших скакунов ни на шаг – держался молодцом, чего нельзя сказать о Жоре. Рыцарь постоянно оглядывался по сторонам. Опасался Каина? Вероятнее всего. Я не на шутку переживал, чтобы друг не впал в панику. К тому же его поведение бросалось в глаза, и не только мне.

– Без лат чувствую себя голым, – пожаловался Фонарь, поймав вопросительный взгляд Хани. – Боюсь, этот дорожный костюм не защитит даже от укуса комара.

– Зато он тебе очень идёт, такой обтягивающий, – хищно улыбнулась рыжая, вогнав в краску барона.

Уже к вечеру Фонарь успокоился и даже пару анекдотов рассказал. Девчонки смеялись, держась за животы, а я не понимал, что же в них такого комичного.

– А вот ещё один вспомнил, – объявил он. – Готовы?

– Давай скорее!

– «Возвращается благородный рыцарь с верной дружиной из дальних странствий в столицу. Король и спрашивает:

– Мой доблестный друг, вижу, ты цел и невредим, и я несказанно этому рад. Поведай же мне, какие подвиги ты совершил во славу своего доброго короля?

– Ваше Величество, – довольно произнёс рыцарь, – во славу Вашего имени мы предали огню и мечу все земли ненавистных врагов к югу от королевства!

– С ума сошёл, что ли, храбрый рыцарь?! – схватился за голову перепуганный монарх. – У меня же отродясь не было никаких врагов на юге!

– Да ладно вам, Ваше Величество, чего так опечалились? Теперь они у Вас точно есть».

– Ха-ха-ха! Теперь они у вас точно есть! – Била себя по ноге фея. – Ой, не могу!

Дальше ещё хуже: у Лаванды чуть истерика не случилась после очередной порции анекдотов от Фонаря. Я лишь удивлялся. Нет, я ни в коем случае не хочу обидеть Жору. Он – молодец, рассказывал в ролях, забавно меняя голоса. Просто средневековый юмор сильно отличается от того, к которому привык я. Хотя… Современный тоже не ахти какой. Сами знаете, в последнее время всё опошляется, будто живём в мире извращенцев. Может, так и есть? Ладно, не обращайте внимания – наверное, я просто завидовал другу, ведь над моими плоскими шутками редко кто смеётся.

Вечером мы устроили привал. Я и Фонарь отправились за поленьями для костра, пока Хани занималась провиантом, а фея кропотливо ковырялась в сумке. И что в ней затерялось? Зубочистка?

– Уверен, Каин проморгал нас, – довольным тоном заявил Жора, когда мы остались наедине. – Думаю, убийца поехал по центральной дороге.

– Хотелось бы верить, – я поджал губы. – Ты говорил, дороги в конце сходятся, верно?

Неожиданно рыцарь ругнулся:

– Адская смесь! Занозу загнал.

– Сочувствую.

– Ничего, – скорчился Фонарь. – Возле костра вытащу… А с дорогами всё верно.

– Выходит, мы ещё можем наткнуться на Каина? – уточнил я.

Жора задумчиво уставился вдаль, позабыв о занозе.

– Маловероятно, Фил, – наконец изрёк он. – Скорее, Каин Душегуб свернёт на другую объездную и будет искать по сёлам, а мы тем временем проскочим к кузнецу. Одинокий Коваль живёт на окраине королевства, что за Дальней деревней. В ней-то нам и не стоит надолго задерживаться.

Перед глазами возникла гора, в которой трудился кузнец.

– Ты ведь не встречался с ним раньше? – полюбопытствовал я.

– Нет, ни разу не доводилось, – с сожалением выдохнул друг, – но слыхал, что характер у него своеобразный.

– Загадками говоришь, Жора. Что это означает?

– А шут его знает! – развёл руками Фонарь.

Вернулись мы уже в лагерь. От неожиданности у меня дрова из рук вывалились. Почему лагерь? Посреди зелёной поляны огромный шатёр со столом и лавками внутри, рядом с ним две небольшие палатки для ночлега. Навстречу вышла довольная собой Лаванда.

– Э-э-э… Как? Откуда? – у Фонаря отвисла челюсть.

– Немного магии, мальчики! Я же сказала: у меня всё с собой! – Как и при встрече, фея похлопала по сумочке. – Вы бы костёр разожгли – Хани заканчивает овощи для рагу нарезать.

– Сейчас сделаем, – закивали мы.

Минуты за две справились. Да уж, наши труды мизер по сравнению с вкладом Лаванды.

– Я-то думал, будет скулить всю дорогу, что осталась без привычных удобств, – вздохнул рыцарь.

– Не один ты, – признался я, дивясь возможностям чудо-сумки. – Надо бы и нам обзавестись такой поклажей.

– Угу, – согласился товарищ и взялся вытаскивать заносу. – Ух! Глубоко засела.