Kitobni o'qish: «Приемник Хрущева»

Агарев Александр Федорович – доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой истории России Рязанского государственного университета имени С.А. Есенина, заслуженный работник высшей школы Российской Федерации. Автор книг «Уроки власти», «Трагическая авантюра», «Суровая правда», «Узел истины» и других.

© Агарев А.Ф., 2011

© Соколов Н.В., художественное оформление, 2011

© «Русское слово», 2011

© Издательство «Зёрна», 2025

Уважаемые земляки!

С удовольствием представляю вашему вниманию книгу профессора РГУ имени С.А. Есенина А.Ф. Агарева «Преемник Хрущева» о выдающемся государственном и политическом деятеле Фроле Романовиче Козлове, уроженце д. Лощинино Касимовского района Рязанской области.

Фрол Романович родился в 1908 году. По окончании семилетки пятнадцатилетним подростком Фрол устроился чернорабочим на Касимовскую фабрику «Красный текстильщик». Окончив ФЗУ, работал мастером в чесальном цехе. Вступил в комсомол. Общительного, энергичного паренька вскоре избрали секретарем комсомольской организации фабрики. В 1928 году Ф.Р. Козлов поступает учиться на рабфак, затем – в Ленинградский политехнический институт. По окончании вуза он инженер Ижевского металлургического завода, начальник смены, затем блюминга. Энергичного организатора производства, активного общественника избрали секретарем парткома предприятия. В 1940 году Ф.Р. Козлова коммунисты избирают секретарем Ижевского горкома партии. Фрол Романович проявил большие организаторские способности при переводе промышленности города на оборонные рельсы, в обеспечении фронта различными видами качественного оружия. В дальнейшем он второй секретарь Куйбышевского обкома партии, первый секретарь Ленинградского обкома КПСС, председатель Совета Министров РСФСР, член Президиума Верховного Совета СССР, секретарь ЦК КПСС. Ему присвоено звание Героя Социалистического Труда (1961 г.). Урна с его прахом установлена в Кремлевской стене на Красной площади в Москве.

Отдавая должное выдающемуся вкладу Ф.Р. Козлова в становление и укрепление нашего государства в довоенное, военное и послевоенное время, автор книги постарался дать портрет личности как можно объективнее, крупной, успешной личности, но и не простой, вызывающей зависть у многих из его окруженцев своей принципиальностью, которая невозможна в каких-то случаях без проявления суровой решительности. Наряду с положительными оценками личности Ф.Р. Козлова читатель познакомится и с негативными оценками – к ним, конечно же, следует отнестись взвешенно, не забывая о том, что крупные личности, действуя в сложных обстоятельствах, проявляют себя сложно и порой неоднозначно. Да и не все оценки объективны – у Фрола Романовича было немало недругов.

А вот земляки безоговорочно отмечали замечательные качества Фрола Романовича. Они называли его «лощининским» Ломоносовым. Уважали бесконечно за его ум, порядочность, отзывчивость, хозяйственную жилку. Фрол Романович трепетно относился к родным и близким людям, к землякам-касимовцам, выслушивал их просьбы, вникал в их житейские проблемы, оказывал помощь. Не без помощи Ф.Р. Козлова был решен важный для области вопрос о строительстве асфальтированной дороги Рязань – Клепики – Касимов – Сасово – Рязань. Касимовцы благодарны земляку за содействие в постройке железнодорожной ветки от Касимова к Московско-Уральской железной дороге, за помощь в открытии регулярных автобусных маршрутов Москва – Касимов – Рязань.

Так случилось, что память о нашем выдающемся земляке, патриоте малой Родины, несколько ослабла за последние два-три десятилетия. Еще в 1969 г. группа рядовых коммунистов, посетив Касимов, в письме на имя тогдашнего секретаря Рязанского обкома КПСС Н.С. Приезжева обратилась с просьбой предпринять какие-то шаги с целью увековечения памяти о Ф.Р. Козлове. Обком не предпринял никаких шагов. Возможно, на это были свои причины.

В 2010 г. вышло в свет первое издание книги А.Агарева «Преемник Хрущева», посвященное жизни и деятельности Ф.Р. Козлова. Администрация Касимовского района совместно с городской региональной организацией партии «Единая Россия» провели презентацию книги в рамках федерального проекта партии «Единая Россия» – «Историческая память, тема: сохранение памяти о земляках». На презентации прозвучала мысль о том, чтобы установить бюст Ф.Р. Козлова на его родине. Эту инициативу мы поддерживаем и постараемся воплотить в жизнь.

Настоящее издание книги «Преемник Хрущева» – дополненное. В нем новые главы. Содержание этих глав – курирование Ф.Р. Козловым военно-промышленного комплекса страны в конце 50-х – начале 60-х годов – значительно обогащает наше представление о личности выдающегося земляка, память о котором должна быть сохранена для наших современников и потомков.

Депутат Рязанской областной Думы

А.Н. ГЛАЗУНОВ

От автора

История новой России, освобождаясь от коммунистической доктрины – построения всемирного «рая на земле», открывает немало «темных пятен», которые еще предстоит «расшифровать», учитывая грандиозные достижения в социалистическом строительстве, а также ошибки и просчеты, чтобы объективно судить о том, что происходило в стране, с ее народом, взвешенно оценивать руководящую, направляющую и мобилизующую роль партии и первых лиц государства.

Со всеми «плюсами» и «минусами» опыт построения социализма – опыт уникальный, такого нет в мировой истории. Есть чему поучиться другим, и нам, конечно, не следует забывать о социально-экономических преобразованиях, которые тогда происходили, ведь от сохи Россия продвинулась до освоения атомной энергии и прорыва в космос, стала могущественной державой. Это – факт исторический.

Мощь страны создавали люди, идеологически и морально мобилизованные на достижение недосягаемого идеала – светлого будущего.

Союзная держава не сама по себе рухнула, извне и изнутри ее подтачивали «ржа» и «тля», размывая жизнеустойчивые смыслы и понятия многих честных тружеников – коммунистов и беспартийных.

Одним из них был и наш земляк Ф.Р. Козлов, судьба которого, как и судьба страны, сложилась трагически. Поэтому у меня и возникла мысль собрать материал о нем и написать монографию о том, что это был за человек, который на созидательном этапе социалистического строительства стал вторым лицом в государстве, его даже прочили в преемники Н.С. Хрущева.

Увы! Сведения оказались скудными, но тем не менее, опираясь на них, добытых в архивах, почерпнутых из встреч с его касимовскими земляками, предвзятых «воспоминаний его ближайших «соратников», я решился рассказать о незаурядной личности в разрезе тех лет советской эпохи, когда воплощались в жизнь пятилетние планы, была одержана Великая Победа над нацистско-гитлеровским фашизмом, когда после ухода из жизни И.В. Сталина начали расшатываться устои державно-союзной государственности.

Осознаю, конечно, что в полной мере не удалось «осветить» биографию Ф.Р. Козлова, но читателям, надеюсь, есть о чем поразмышлять, в чем-то посомневаться, чтобы, в конечном итоге, все же сделать вывод, что он, наш незабываемый земляк, как государственный и политический деятель служил интересам России и ее народа.

Глава I
Государственный труженик

1

«Порвалась дней связующая нить, как мне обрывки их соединить?» – эта шекспировская драма и на сегодняшние дни ложится черной тенью. Сокрушительные, катастрофические, разрушительные либерально-демократические вихри обрушились на социально-экономическую систему советской державы, разорвав ее братский многонациональный союз на «незалеженые», «самостийные» государства.

Их темный и смутный пепел кружит над Российской Федерацией, ищет регион куда бы побольнее вдарить: жестоко, по-хитрому, чтобы разорвать ее административное тело на куски, поделить на религиозные конфессии, оставить христианско-православный, мусульманский, буддистский мир один на один перед глобальной бездной поглощения «доверчивых народов».

Чтобы этого не случилось, пора извлекать жестокие уроки из прошлого.

Пока этого нет. Есть лишь слова, слова, послания и манифесты, декларации и меморандумы, соглашения «партнерские и стратегические», обязательства, – и все это растворяется в реставрационной капитализации. Она бесследно «поглощает» мобилизационный потенциал страны, лишая ее социальной справедливости, чтобы победить бедность и развивать производственно-экономические структуры, чтобы они стали самодостаточными для преображения истерзанной экономики, где торжествует спекулятивный «сырьевой и биржевый менеджмент».

Связь времен нам нельзя терять, чтобы не сгинуть в море «долларового тумана». Поэтому, заглядывая в архивные материалы советской эпохи, мне хотелось понять тот исторический поток, в котором гибли и терялись талантливые и бескорыстные национальные кадры: политики, хозяйственники, управленцы и организаторы, творцы грандиозных социально-экономических проектов, мобилизующих народ на трудовые свершения, героически-жертвенную защиту Отечества, как это было в годы индустриализации и коллективизации, Великой Отечественной войны с гитлеровским фашизмом, создания атомной индустрии, ракетно-ядерного щита для защиты Родины. Он до сих пор оберегает безопасность России от коварных враждебных помыслов.

В рассекреченных архивных материалах меня привлекла незаурядная личность Фрола Романовича Козлова, нашего земляка, уроженца Касимовского района, простого парня из деревни, самородка, занимавшего в разные годы социалистического строительства важные и ответственные государственные посты, с которых, как известно, не все уходили по собственной воле, по состоянию здоровья, «чистенькими». Лжи, наветов и коварства хватало через край, интриг разного рода тоже было достаточно. Внутрипартийный субъективизм толкал на доносительство, черные наветы перечеркнули биографии многих советских партийных и хозяйственных деятелей, а ведь они жили, боролись, работали, не щадя себя, во имя светлого будущего – коммунизма.

Социалистическая эпоха во всем многообразии отразилась и в личности Фрола Романовича Козлова. Кто он такой? Что за партийно-государственный деятель, вышедший из низов народа, деревенской нищеты и тяготы? Заинтересовала меня его судьба. Стал рыться в архивах. Сведения «добывал» скудноватые. Документы, многие, полагаю, либо уничтожены, либо до сих пор не открыты для обозрения историков. Но что-то все же удалось «раскопать», прочитать, обобщить, лишний раз мысленно «заглянуть» в кабинетные «недра» партийно-государственной системы, а главное, увидеть в ней, на ее острие, человека, которого земляки до сих пор вспоминают добрым словом.

2

Хотя и короткое время, но Ф.Р. Козлов был вторым человеком в Советском государстве, когда им руководил Н.С. Хрущев.

Но его имя выпало из обоймы лидеров высшей партийной власти. Сошлюсь на факт. Я не обнаружил его личных фондов в Российском Государственном Архиве социально-политической истории, Государственном архиве Российской Федерации. Исключение составил лишь Российский Государственный архив новейшей истории, где хранится личное дело Ф.Р. Козлова, но его не выдают исследователям. Запрет. Это как-то можно понять, но почему о деятельности Ф.Р.Козлова на посту председателя Совета Министров РСФСР, первого заместителя председателя Совета Министров СССР, вообще мало что известно, это трудно объяснить.

История – это действия личностей: конкретных, а не абстрактных.

Первоначальные минимальные сведения о роли той или иной личности может дать биография. Но исчерпывающей и подробной биографии Ф.Р. Козлова тоже нигде не опубликовано. Хранители архивов отвечают: мол, не пришло время. Исключение, пожалуй, составляют несколько научных и журнальных публикаций. Да и то часть из них появилась за рубежом. Как уточнить те или иные биографические сведения о человеке, который занимал высокие государственные посты, если его служебная деятельность, «покрыта завесой тайны», не имеет даже короткого послужного списка или листка по учету кадров, которые заводят на всех работников. Не почерпнешь сведения и в Большом Энциклопедическом словаре. Нет ни монографии, ни публикации, из которых можно было бы узнать полную биографию Ф.Р.Козлова.

Я прикоснулся лишь к некоторым «скупым» архивным материалам и косвенным источникам центральной печати: газетам «Правда», «Известия», где публиковали некролог, местным газетам: «Рязанские ведомости», «Приокская правда». Из всего этого почерпнул лишь такие вот сведения: «Козлов Фрол Романович (18.08.1908-30.01.1965) – член Президиума ЦК с 29.06.1957 по 16.11.1964 г. (кандидат в члены Президиума ЦК с 14.02. 1957 по 29.06.1957 г.), член Секретариата ЦК с 04.05.1960 по 16.11.1964 г. Член ЦК КПСС в 1952–1965 гг. Член партии с 1926 г.

Родился Ф.Р. Козлов в деревне Лощинино Касимовского уезда Рязанской губернии в бедной крестьянской семье. Кроме него у Анны и Романа Козловых были сын Илья и дочь Люба. На тощих деревенских песках не вызревали богатые урожаи. Местные мужики уходили работать в уездный город, благо, что и сетевязальная фабрика была рядом. Закончив семилетку, 15-летний паренёк Фрол устроился чернорабочим на фабрику «Красный текстильщик» (г. Касимов). Потом учился в ФЗУ, окончив его, стал мастером в чесальном цехе. Вступил в комсомол. В его личной карточке члена РКСМ в графе «Причины и цель вступления в Союз» написано: «Желаю работать совместно с членами и получить развитие»¹.

На фото (слева направо): Фрол Козлов (в первом ряду первый), Мария Кусова (во втором ряду), председатель бюро Касимовского укома РКСМ Семен Козырев (в центре в светлой рубашке)

Общительного, энергичного юношу вскоре избрали вожаком комсомольцев. В 1926 году, в возрасте 18 лет, он секретарь уездного комитета комсомола, председатель экономической комиссии Касимовского уездного комитета. В его личном деле, хранящемся в архиве, изложен план работы экономической комиссии Касимовского Укома. Надо отметить: в нем немало интересных пунктов, которые полезно и сейчас знать молодежи и экономистам. Вот некоторые из них: «Проверить, как идет подготовительная работа конкурса на лучшего молодого рабочего и работницу уезда; заслушать доклад о состоянии экономической работы на фабрике «Красный текстильщик»; выявить участие молодежи в производственных комиссиях и разработать директиву «О задачах ячеек ком. в этой области»; проверить как выполняются директивы по выполнению новых норм брони ГК; провести совещание о работе комсомола с профсоюзами о тарифной системе…»

Фрагмент документа Касимовского Укома РКСМ с подписью Ф.Р. Козлова

Копия

Российский Коммунистический Союз Молодежи

Личная карточка члена РКСМ, билет № 4385

КОЗЛОВ Фрол Романович

1) Название губернии – Рязанской

2) Название уезда – Касимовского

3) Название предприятия, – фабрика «Красный где находится ячейка текстильщик»

4) Год и месяц рождения – 1908 г. 18 августа

5) С какого времени в ВЛКСМ – с 29 ноября 1923 г.

6) Занятие родителей до революции – крестьянством

7) Занятие родителей – крестьянством и работой

после революции на фабрике

8) Где и в качестве кого – фабрика «Красный работает или учится текстильщик», рабочий и ученик школы фабзавуча

11) Член профсоюза и какого – член союза текстильщиков

12) Образование – окончил 1-ю ступень и учится в школе фабзавуча при фабрике

13) Военная подготовка – нет

14) Был ли в армии, на фронтах – нет

15) Причины и цель вступления в союз – желаю работать совместно с членами и получить развитие

16) Адрес местожительства – деревня Лощинино

Подгородняя волость дом № 190 Козловой Анны Ивановны

3 декабря 1923 г. Секретарь укома (Морозов)

25 февраля 1927 года Фрол Козлов докладывал в Укоме о работе экономической комиссии за год. В архиве хранится отчет о том, как низовые организации изучали брошюру по ленинскому определению бедняка и середняка, как конкретно проводили эту скрупулёзную работу. С 1928 г. Ф.Р.Козлов учится на рабфаке, потом он студент Ленинградского политехнического института, после окончания которого, в 1936 г., работает на Ижевском металлургическом заводе инженером, потом – начальником смены, начальником блюминга, где проявил себя энергичным организатором производства, активным общественником. Его избрали секретарем парткома предприятия. Получив среди коммунистов всеобщую поддержку, в 1940 году на городской конференции он избирается секретарем Ижевского горкома партии. Известно, какие громадные усилия приложил партийно-хозяйственный актив в годы Великой Отечественной войны при переводе промышленности на оборонные рельсы. Личную и строгую ответственность несли тогда парторги предприятий перед Государственным Комитетом Обороны и Верховным Главнокомандующим за своевременный и качественный выпуск боевой техники. Фрол Романович активно участвовал в организации производства и поставок на фронт различных видов вооружения. Только один из заводов, несмотря на военное лихолетье, дал в 1943 г. фронту дополнительного вооружения на 8 стрелковых дивизий и 80 авиационных полков. Во Всесоюзном социалистическом соревновании прокатный цех металлургического завода удостоился звания «Лучший прокатный цех наркомата», а трест «Ижевскстрой» признали лучшим в системе Наркомстроя СССР. В успехах ижевских тружеников тыла была большая заслуга городской парторганизации и ее секретаря. На организаторские способности, хозяйскую хватку Ф.Р. Козлова обратили внимание в Кремле. В 1944 году его пригласили на работу в ЦК ВКП(б). В1944-1947 гг. он ответственный организатор, инспектор Управления кадров ЦК ВКП(б).

После Великой Отечественной войны, победы над гитлеровской Германией настала пора восстанавливать народное хозяйство, модернизировать производство, упорядочить партийно-государственную систему, переводить ее на мирное строительство. В связи с послевоенными задачами Ф.Р. Козлова направили в Куйбышев, где в 1947–1949 гг. он был вторым секретарем Куйбышевского обкома ВКП(б), потом его перевели в Ленинград, где он несколько месяцев был парторгом ЦК партии на Кировском машиностроительном металлургическом заводе Министерства транспортного машиностроения. А с 7 декабря 1949 по 25 января 1950 года он второй секретарь Ленинградского горкома ВКП(б); с 25 января 1950 по июль 1952 г. – первый секретарь Ленинградского городского комитета КПСС. С июля 1952 по апрель 1953 года – второй секретарь Ленинградского обкома КПСС, с 25 ноября 1953 по 24 декабря 1957 г. – первый секретарь Ленинградского обкома КПСС. В 1957 году Верховный Совет РСФСР утверждает Ф.Р.Козлова Председателем Совета Министров Российской Федерации. С 19 декабря 1957 г. по 31 марта 1958 г. он председатель Совета Министров РСФСР, с 27 февраля 1956 по 12 ноября 1958 г. – член бюро ЦК КПСС по РСФСР, с 31 марта 1958 по 4 мая 1960 гг. – первый заместитель председателя Совета Министров СССР, с 4 мая 1960 по 16 ноября 1964 г. – секретарь ЦК КПСС (по одному из источников, он курировал оборонную промышленность). С ноября 1964 г. Ф.Р. Козлов на пенсии по болезни. Он был депутатом Верховного Совета СССР 3, 4, 5, 6 созывов, членом Президиума Верховного Совета СССР в 1954–1958 гг. и в 1962–1965 гг. Ему присвоили звание Героя Социалистического Труда (1961 г.). Он был награжден четырьмя орденами Ленина, двумя орденами Трудового Красного Знамени, орденом Отечественной войны 2-й степени, орденом Красной Звезды и многими другими наградами. Урна с его прахом установлена в Кремлевской стене на Красной площади в Москве. Такая вот сложилась биографическая статистика, за которой просматриваются годы напряженного труда, физических, умственных и нравственно-психологических перегрузок.

3

Хочу обратить внимание на сведения о близких родственниках Фрола Романовича Козлова.

Анна Ивановна, его мать, родом из д. Самылово, вышла замуж за Романа Козлова, крестьянина. Жили в деревне Лощинино, на улице Большой поселок, что у мельницы, недалеко от затона. Их дети – Николай, Илья и Фрол, сестра-любимица Люба. Николай и Илья жили в Лощинине и Самылове, детей у них не было. У сестры Любы было пятеро детей: Галина, Зинаида, Василий, Алексей, Евгений, Владимир умер маленьким. Галина и Зинаида учились в Москве, жили у Фрола Романовича, затем уехали в Свердловск (Екатеринбург), где живут и поныне.

Евгений жил и умер в дер. Крысино, у него двое детей – Зинаида и Алексей, они живут в Рязани и Туле.

Алексей жил в деревне Лощинино, через дом от родительского гнезда. У него трое детей; Владимир (живет в Лощинине), Валя и Лена.

У Галины двое детей – Олег и Людмила, у Зинаиды – сын Виталий.

Фрол выделялся в детстве сообразительностью и самостоятельностью. Чтобы он смог получить образование, ему покупали книги на последние средства. За годы учебы у него скопилась неплохая библиотека. Родных, уже сам будучи устроенным, он никогда не забывал, помогал от души. Особенно он любил сестру Любу, из ее детей – племянника Алексея, всю жизнь проработавшего электриком на фабрике «Красный текстильщик» в родной деревне.

У Фрола Романовича Козлова и его жены Александры Константиновны было двое детей: Олег и Ольга. Олег (05.11.1938-10.2001) окончил институт стали и сплавов. С будущей женой Светланой, дочерью Е.Фурцевой, он познакомился, когда ее мать заказала билеты на двоих в Театр сатиры. На свадьбе присутствовали Н.С.Хрущев и Л.И.Брежнев с женами. Потом молодые жили в двухэтажном особняке на Ленинских горах. В 1968 разошлись. Олег работал в Московском институте стали и сплавов, затем в КБ «Салют».

Дочь Ольга живет в Москве. Она – профессор Академии наук при ЦК КПСС (Академия Государственной службы при Президенте РФ), на родине отца была лишь один раз, в 2007 году.

В деревне сохранился приземистый деревянный дом, где родился Фрол Романович. Он был передан горисполкому, у которого сестра Любовь Романовна его выкупила и жила в нем, вернувшись из Свердловска от дочери. По воспоминаниям сельчан, в зале стоял круглый стол под красной скатертью с официальным партийным символом заседаний – графином. Характерная деталь: в «красном углу» дома были иконы.

Сейчас дом заколочен, в нем никто не живет, но местные жители помнят Фрола Романовича за добрые дела, которыми он жаловал родную деревню.

Помнят и гордятся. Благодаря ему деревню электрифицировали, дорогу проложили из Касимова на Рязань и Москву, открыли автобусное сообщение, приняли решение о строительстве надежного моста через Оку. Жители все эти факты связывают с именем Ф.Р. Козлова. У читателей пусть не складывается впечатление, что излишняя детализация биографических данных подчеркивает стремление автора «навесить» побольше значимых наград и должностей, чтобы создать о человеке благоприятное и весомое впечатление. Такая личность государственного масштаба, как Ф.Р.Козлов, меньше всего в этом нуждается.

Что есть, то и есть. На мой взгляд, исключительно важны точные и ясные вехи его жизненного и служебного пути. По ним можно представить карьерный рост и что, пожалуй, самое важное, воссоздать пространственную картину, при стечении каких обстоятельств происходил тот или иной взлет, то или иное назначение на более высокую государственную ступень. И задуматься: в чем же секрет его стремительной карьеры? Что явилось определяющим: судьба, воля, случай или закономерный исторический постулат – за заслуги перед Отечеством. Шаг за шагом его продвижение свидетельствует о том, что он со всеми сталинскими и хрущевскими поручениями справлялся на «хорошо» и «отлично», что, естественно, у кого-то в кремлевских кабинетах вызывало и зависть, и вражду, и упорное ему противостояние, как «деревенской выскочке», лавирующем между номенклатурными функционерами и интриганами внутриполитической борьбы.

Одно ясно, это мое личное мнение, он стоял на позициях национальных интересов страны, переживая за судьбу русского народа, своих земляков. И можно, разумеется, понять, что не со всеми в этом вопросе был он откровенен, не раскрывал особо глубину своей души. Он обладал фантастической работоспособностью, занимая одновременно от 3 до 5 ответственных постов в высшем эшелоне партийно-государственной власти.

Возникает справедливый вопрос, а возможно ли выносить подобные нагрузки? Если да, то какова их реальная отдача? Личность Ф.Р. Козлова достаточно ярко отразила двойственность хрущевской демократизации. Ее проводили представители «старой гвардии», развенчивая культ личности Сталина, разрушая тем самым опыт социалистического строительства и укрепления социально-экономических и оборонных устоев СССР. При Н.С.Хрущеве, нельзя этого отрицать ни под каким видом, возникли трагические конфликты из-за трений и соперничества в борьбе за кремлевскую власть.

Принципиальные расхождения во взглядах партийных функционеров на те или иные проблемы, на способы их решения не утихали. Много чего в стране полетело под откос. Государственная деятельность Фрола Романовича дает возможность проследить исторические вехи советского государства, его сложного социально-экономического механизма, управляемого партийно-административной номенклатурой. В этом системном вращении «механизма» находился и Ф.Р. Козлов. Почему бы в таком случае не сделать попытку анализа советской политической системы, ее возможностей, ее положительного опыта, который, несомненно, есть, чтобы распространить его и на современное возрождение России, на развитие ее общественного и социально-экономического потенциала.

Не ради загадочной интриги, а исторической правды в дальнейшем я приведу высказывания земляков, односельчан, соратников, друзей и недругов Ф.Р.Козлова. Каким он запомнился тем, кому доводилось с ним вместе работать, встречаться? Сразу отмечу, что характеристики и оценки его личных и деловых качеств в мемуарах, как правило, однотипны, причем, в большинстве отрицательные, что, в конечном счете, и послужило для меня началом, чтобы исследовать государственно-партийную деятельность Фрола Романовича Козлова. Горькая, невосполнимая правда и в том, что его нет с нами, и не может он на что-то возразить, что-то одобрить. К великому сожалению, он не оставил, как другие его «соратники», печатных мемуаров и воспоминаний.

Конечно, не все факты из прошлого века в равной степени интересны молодому читателю, но из их мозаики складывается впечатляющая картина, дающая представление о советской эпохе, о людях, создавших могучую державу, с которой считался весь мир, об их ответственном отношении к своим делам, к судьбе страны. К сожалению, молодежь в большинстве своём слабо представляет недавнее прошлое, лишена «любви к отеческим гробам», советская история «вымывается» из сознания, из-под фундамента страны. Без этого не может быть достойного настоящего и будущего, ведь в историческом прошлом – наши материальные и духовные истоки.

Некрологи, опубликованные в средствах массовой информации в связи с кончиной Ф.Р.Козлова, дают такую оценку нашему земляку:

«Известия», 1965 г., 2 февраля. «Ф.Р. Козлов внес большой вклад в дело восстановления промышленности, городского хозяйства, жилищ, учреждений науки и культуры героического Ленинграда, разрушенных гитлеровцами в годы войны».

«Правда», 1965 г., 2 февраля. Речь тов. Н.А. Кузнецова (секретаря Московского городского комитета КПСС). «Фрол Романович был одним из инициаторов развернувшегося в стране движения за дальнейший технический прогресс, за тесное деловое сотрудничество работников науки и производства. Постоянное внимание он уделял новостройкам, благоустройству города, быту ленинградцев, новым жилым кварталам.

Ленинградцы, работавшие вместе с Фролом Романовичем, близко знавшие его, помнят его замечательные человеческие качества: работоспособность, энергию, принципиальность, помнят как человека больших и разносторонних знаний».

Интересны воспоминания земляков. Безусловно, они имеют субъективный оттенок, но они искренни, ценны тем, что «дают» конкретные факты, отмечены живыми людьми. Личные переживания помогают глубже осмыслить факты и события, ту атмосферу, в которой они происходили, узнать настроение людей, их надежды и чаяния, их радости и огорчения.

Земляки называли Фрола Романовича Козлова «лощининским» Ломоносовым. Мнение о нем среди них утвердилось как о человеке умном, хозяйственном, порядочном. Получить образование, выбиться в люди, достичь ранга второго лица в государстве – шутка ли. И все это без чьей-либо помощи, до всего доходил своим умом. Он трепетно относился к родным и близким людям, к землякам-касимовцам. Выслушивал их нужды, вникал в их житейские проблемы, стремился помочь.

Для земляков он остался человеком «очень хорошим, добросердечным, порядочным, отзывчивым». Познавший нищету и неустроенность, он считал человеческим долгом помочь кому-то получить образование, решить проблему с жильем, обустроить жизнь после окончания вуза. Многие молодые лощининцы (поколение 40-50-х годов) благодаря ему получили образование. Не только родственники, но и сельские абитуриенты, поступавшие в столичные вузы, проживали у него дома на Ленинских горах до тех пор, пока не решался вопрос с жильем.

Елизавета Алексеевна Евстифеева, более 45 лет проработавшая учителем, вспоминает: «В 1944 46 годах после окончания педучилища я работала учителем начальных классов в деревнях Касимовского района. Захотела уехать в Москву, чтобы продолжить образование. Мама категорически была против. Фрол Романович, общаясь с земляками, всем дотошно интересовался, узнав, что я хочу учиться, поддержал меня, предложил поехать в Ленинград, обещал помочь с обустройством, в подготовке к экзаменам. Но мама меня не отпустила. Так и проработала всю жизнь в родном Лощинине».

«В последние годы у нас в деревне он был нечастый гость, – вспоминал племянник Алексей Сергеевич Китаев, – но к маме приезжал (отец рано умер). Я был тогда мальчишкой, впечатления остались о нем такие: по сравнению с другими мужиками – трезвый, и, как в деревне говорят, «один из семьи пошел по науке». Однажды он в дороге под Шиловом на машине застрял. С помощником и водителем долго тащили машину на себе, измучились страшно. После этого и была построена дорога Москва – Касимов, участок от Гусь-Железного до Касимова построили в первую очередь.

Макар Григорьевич Пугачев был школьным товарищем Фрола Романовича. Супруга его, Василиса Андреевна, и его дочь, Антонина Макаровна, рассказали, что он, приезжая в деревню, заходил к ним в гости, общался с ними подолгу. Интересовался бытом. Очень любил детей, привозил им гостинцы. Десять детей у товарища-то, понимать надо, нелегко ставить их на ноги. Работали тогда в деревне не покладая рук, а жили все равно впроголодь. Фрол Романович помогал землякам как человек добрый, щедрый, необыкновенной широты души.

Анна Васильевна Трусова: «Уважительный был в общении с людьми. Мама его была приятной наружности. Всех детей на ноги одна подняла. Была строгая, сдержанная, никогда грубого слова не скажет, очень приветливая. Жалко, Фрол Романович умер рано, пожил бы подольше – были бы и вода, и дороги по всем улицам, и не только у нас в Лощинине»².

Ветераны города Касимова и Касимовского района вспоминают, что, находясь на высоких постах в Ленинграде и Москве, Фрол Романович не забывал малую родину, земляков. Заметна его практическая помощь при строительстве в Рязани завода «Центролит», картонно-рубероидного завода и завода химического волокна, Новодеревенской ТЭЦ, при модернизации и реконструкции приборного завода, заводов «Красное знамя», САМ и «Теплоприбор», комбината искусственного волокна, других крупных предприятий. Численность населения города Рязани после Великой Отечественной войны составляла немногим более 50 тысяч человек. В результате крупных промышленных строек к концу 60-х годов областной центр превысил в населении 500-тысячный рубеж, то есть вырос в 10 раз.

Ф.Р. Козлов помог решить важный для области вопрос о строительстве асфальтированной дороги Рязань – Клепики – Касимов – Сасово – Рязань – так называемого Большого Рязанского кольца (есть иное мнение – это сделал Ларионов, но, пожалуй, не без его помощи). Эта трасса – главная вот уже 50 лет.

Касимовцы до сих пор благодарны за решение вопроса о строительстве железнодорожной ветки от Касимова к Московско-Уральской железной дороге (она вступила в строй в 1961 году), за помощь в открытии регулярных автобусных маршрутов Москва – Касимов – Рязань. Говорят, что в высоких московских кабинетах недоумевали по поводу того, как это автобусы из Москвы будут ездить в какой-то захолустный Касимов, когда нет дорожного сообщения со многими областными центрами. Но, чувствуя давление «сверху», нужные документы все же подписывали. Сеть автобусных маршрутов покрыла в те годы весь район: они пролегли к потомкам бурлаков в деревню Кочемары, село Щербатовка, жители которых не видели прежде ничего кроме запряженной лошадки и речного парохода. Память о Ф.Р.Козлове, патриоте малой родины, конечно, надо увековечить, чтобы и местные жители, и школьники знали о своем замечательном земляке, Герое Социалистического Труда. Приведу, на мой взгляд, интересный документ, который хранится в Государственном архиве Рязанской области: письмо коммунистов г. Москвы. Привожу его полностью.

«ПЕРВОМУ СЕКРЕТАРЮ РЯЗАНСКОГО ОБКОМА КПСС ТОВАРИЩУ ПРИЕЗЖЕВУ Н.С.

УВАЖАЕМЫЙ НИКОЛАЙ СЕМЕНОВИЧ!³

Извините, что отнимаем Ваше внимание, но мы решили послать эти поэтические строки лично Вам, так как они посвящены ПАМЯТИ уважаемого и незабытого народом товарища, безвременно ушедшего из жизни, секретаря ЦК КПСС Ф.Р.Козлова, который родился и вырос на территории Вашей области.

НА РОДИНЕ ГЕРОЯ ТРУДА

Посвящается памяти Фрола Романовича Козлова

 
Касимов посетить нам было интересно:
Увидеть можно там у тихих берегов
В задумчивых лесах – Мещерский край чудесный,
Взглянуть внимательно на родину его.
 
 
С Окой и с городской окраиною рядом,
В низине, у речушки небольшой,
Раскинулась деревня, так нарядно
Окружена зеленой красотой.
 
 
Вот домик маленький, белеют занавески,
Но вход в него закрыт, нет с надписью доски…
О жизни славной, удивительной, как песня,
Пока рассказывают людям земляки…
 
 
Тревожно слышится порой недоуменье:
«Наш труженик большой – за что же он забыт?»
В словах ровесников – и горечь сожаленья,
И гордость светлая, и отзвуки обид.
 
 
Их верной памяти теперь всего дороже,
Чтоб домик, где он рос, где мать его жила,
И этот городок, с лесною сказкой схожий,
Добрым именем его Отчизна назвала.
 

Уважающие Вас рядовые коммунисты.

2 февраля 1969 г.

г. Москва».

Как отреагировал на письмо московских коммунистов лично Николай Семенович Приезжев, установить не удалось. Есть лишь в верхнем левом углу письма пометка: «Шестопалову» и небрежная подпись, состоящая из одной непонятной буквы. Разве это не характерный штрих для того времени, когда партийный стиль управления придавал вес любой незначительной бумаге, но при этом забывал о Человеке? Возможно, я преувеличиваю, эмоционально воспринимаю этот факт, но без него в размышления набился бы бездушный «исторический мусор», сопровождаемый идеологической пропагандой того времени.

Воспроизведу «фирменный партийный бланк», он небольшой.

Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ СОВЕТСКОГО СОЮЗА

РЯЗАНСКИЙ ОБЛАСТНОЙ КОМИТЕТ

Почтовый адрес:

10 марта 1969 г.

№ 27-д

г. Рязань, ул. Радищева, д.28

Зав. партийным архивом

обкома КПСС тов. КОКАРЕВУ И.Ф.

телефон №№ 7-39-64, 7-34-02

Направляем Вам письмо коммунистов г. Москвы для использования в архиве.

Зав. отделом пропаганды и агитации Рязанского обкома КПСС

ШЕСТОПАЛОВ.

На документе резолюция архивариуса: «В дело тов. Козлова Ф.Р.». Обком партии и архив находились в одном здании с той лишь разницей, что архив – в подвальном помещении. Там, на архивной полке, и пылился «человеческий» документ, пока не попал мне в руки, там и «тлела» много лет просьба московских коммунистов.

Много информации о Ф.Р.Козлове, и надо сказать, негативной, «набито» в Интернете. Уделяют внимание причинам его смерти: от чего умер? От болезни или отравления… К тому же, «негодует» Интернет, он и алкоголик, и дурак, и предатель, и расстрельщик честных людей… Льется клеветническая грязь, которая до сих пор прикрывает чью-то личную ненависть. Не потому ли имя Ф.Р. Козлова вымарывают из советской истории.

Высказывания «соратников», которые рядом с ним были на вершине государственной власти, тоже не являются объективными.

Вот А.И. Микоян: «Козлов был неумным человеком, просталински настроенным, реакционером, карьеристом и нечистоплотным к тому же. Вскоре после того, как Хрущев перевел его в Москву из Ленинградской партийной организации, роль введенного в Президиум ЦК стала возрастать. Он был большой подхалим. Видимо, разгадал в Хрущеве слабость к подхалимам еще будучи в Ленинграде». Что это, как не зависть, ненависть к подвижнику из русской деревенской глубинки, к его народным истокам?

А вот Шелепин А.И. и Семичастный В.Е: «Козлов – это вообще неумный человек. Он вообще не работал. Придешь к нему – на столе ни бумаги, ни карандаша нет – чисто! И это был второй человек в партии».

«Козлов – очень ограниченный человек. Единственное сильное место – голосовые связки»⁴.

Писатель Даниил Гранин в повести «Наш дорогой Роман Авде-евич» в сатирической форме изобразил нравы «правителей» командно-административной системы, в которых угадываются реальные черты советских партийных деятелей типа Суслова, Гришина, Романова и других. Он обобщил образ главного персонажа повести (прототип, видимо, Козлов Ф.Р.).⁵ Не хочу ни с кем из них, «негативщиков», вступать в полемику, что-то опровергать, доказывать, потому что моя опора – воспоминания земляков, письмо честных московских коммунистов, которые без «партийной муштры» дают совсем другой образ партийного и государственного деятеля Ф.Р. Козлова – более объективный, его вряд ли затрут потоки лживой и словесной грязи. На себя бы со стороны поглядели и по совести взвесили личные поступки на переломных рубежах отечественной истории. Открытые засекреченные материалы позволяют взглянуть на советскую историю глубже, чего не удавалось на протяжении многих десятилетий. Начиная с 1991 года, открыт доступ в партийные и государственные архивы (правда, документы, содержащие наиболее острую информацию, по-прежнему под «замком»). Не исключаю, что это относится и к деятельности Ф.Р. Козлова.

Поток «новой» информации ставит и определенные трудности. Как отыскать крупицы истины в архивной пыли? Как опознать искаженные факты, приведенные для сведения «старых» счетов? На излете советского периода появилось много мемуаров бывших государственных деятелей и прочих представителей власти, в которых они «блистают субъективизмом и резонерством», а истинное содержание той реальности покрывают грязной ложью.

Пока нет возможности в полном объеме отразить деятельность Ф.Р. Козлова. Основные вехи его биографии, борьбы за процветание страны СССР остаются без ответа. Каким образом он стал вторым лицом в государстве? Даже считался преемником Н.С. Хрущева. Как один человек мог вести огромное количество дел: ведать вопросами обороны, сельского хозяйства и т. д и т. п.?..

На противоречивые вопросы трудно ответить, опираясь на известные архивные материалы и «очернительские» воспоминания соратников.

Я не претендую на доскональное освещение всех событий, происходивших в те годы, отмечаю лишь фрагменты жизни и деятельности Ф.Р. Козлова, которые мне удалось найти в архивах и других источниках. Получается все не так, как задумывалось, но уверенность открыть «ларчик» в прошлое не пропала, ибо «древо настоящего» держится на корнях прошлого. Без его понимания не построить чего-либо путного в будущем. Надеюсь, что монография позволит в чем-то упрочить связь времен, ведь выход из нынешнего непростого положения – это укрепление духовной и экономической мощи страны. Ослабление приведет к непоправимым последствиям.

Глава II
Ум, честь и совесть

1

Давайте оглянемся назад и прямо скажем, что система организации и становления советского государства заслуживает объективной оценки, без грязи, фальши и злорадства. Разного рода ошибки в процессе его укрепления и развития, порой трагические, были продиктованы исторической неизбежностью. Но их субъективные факторы тоже надо изучать, как и объективные, как и психологию личности в той или иной конкретной обстановке, реальной и непознанной.

Чтобы ни говорили, как бы ни полоскали советский строй, а мы до сих пор держимся на его фундаменте, проедаем рабоче-крестьянские запасы, несмотря на разрушение СССР. Прочную базу заложил народ в годы первых и последующих пятилеток, послевоенного восстановления разрушенного хозяйства. Производственная советская инфраструктура теперь изношена до предела, требует коренной модернизации, о чем предупредила и авария на Саяно-Шушенской ГЭС. Инновационные механизмы давно надо было запускать для обновления экономики, чтобы окончательно не оказаться в хвосте мирового хозяйства, куда мы сваливаемся по всем жизнен-нообеспечивающим показателям.

В годы советской эпохи много чего происходило планомерного и закономерного по воле исторических вызовов, которые нам бросала «загнивающая капиталистическая система». И партийно-административный аппарат направлял усилия, мобилизовывал народ на улучшение социально-экономической сферы, усиление оборонной мощи страны.

Но в глубине его происходили скрытые от масс, от гласности в СМИ интриганские и «подковёрные игры», разрушающие идеалы социальной справедливости, нравственно-психологической основы общества. Бюрократизм, демагогическая идеология с элементами схоластики и догматики, «теневая» коррупция – все это «разъедало» общество, как и теперь его разъедают либерально-демократические общечеловеческие ценности, чуждые российскому духу. Правящая, властная «солидарность» мало в чем изменилась, она же в основном вышла из «советской одежды» и усвоила для себя то, что ей выгодно, что разворачивает страну, как и прежде, в сторону сырьевого придатка мирового хозяйства. Мало пока заботы, много слов о производстве внутреннего качественного продукта, с которым не стыдно конкурировать на мировом и внутреннем рынке сбыта. Почему так качнуло страну? Есть о чем поразмышлять, заглядывая в прошлое через архивные документы – свидетелей «ускользнувшей» эпохи, чтобы лучше понимать происходившее, где «варилась» судьба миллионов коммунистов-партийцев, в том числе и Ф.Р. Козлова, выходца из низов народа.

2

Какая была обстановка, в которой функционировала, а точнее, командовала партийно-государственная номенклатура?

Документы, которые имелись у меня под руками, отражают важнейшие проблемы советской послевоенной истории – методы руководства, формирования нового, относительно устойчивого слоя номенклатурных чиновников, стоявших у власти после смерти И.В Сталина, а также взаимоотношение центра и регионов. Пока нет их системного исследования. На пути – «темные» препятствия: недостаток источников.

Мои книги «Уроки власти», «Трагическая авантюра», «Суровая правда» и «Узел истины», думается, в некоторой степени восполняют в этом какой-то пробел, т. к. опираются на документы, на личные свидетельства участников и очевидцев событий тех лет, когда в Рязанской области попытались вывести сельское хозяйство из глубокого производственного кризиса, но недостойными методами. В итоге получилась трагическая авантюра конца 50-х – начала 60-х годов XX века. Противоречия на государственном и партийном уровне обнажают «механизм» принятия решений партийного и административного аппарата.

Результат – сломанные судьбы крупных личностей (А.Н. Ларионов – тому подтверждение), неоправданные страдания простых тружеников села. По этому поводу возникает много вопросов. Можно ли было избежать «рязанской трагической авантюры?» Каково истинное отношение «дорогих» руководителей к народу? Почему у власти находились и люди, которым было наплевать на него? Поражают их безразличие и жестокость. Не потому ли в народе говорят, что все беды были и есть от власти, от руководителей всех уровней. Не наступаем ли мы и сейчас на одни и те же грабли? Хотелось бы верить, что нет. По крайней мере об этом свидетельствуют слова Президента Российской Федерации Д.Медведева: «Сегодня главная задача – поиск людей, способных мыслить стратегически, масштабно». Жизненный опыт убедительно доказывает, что в большинстве своем люди действуют, исходя не из вызовов действительности, а согласно своему «серому» веществу, лишенному государственного мышления. И приходишь к горькому выводу, что многие «серые» люди заполнили административные кабинеты власти на региональном и на столичном уровнях, борются между собой за сферы влияния, ради личных выгод, обогащения, тешат свое тщеславие.

Большинство населения России чувствует – происходит что-то не то, но не могут они дать ясную оценку всему, что творится, поэтому и закрывают на все глаза, попадая в плен равнодушия, апатии и безверия. В таком состоянии, прошу прощения за сравнение, человек становится ближе к животным, не понимая главного – куда он идет, откуда и зачем? Утрачивается связь времен. Непонимание прошлого, непонимание настоящего, неясность будущего ведут в пропасть.

Всякое исследование должно иметь ясно обозначенную Цель, стремление показать его плоды.

Был ли Фрол Романович Козлов масштабно мыслящей личностью? Если да, то какой оставил след в истории советской страны? Можно ли о нем с уверенностью сказать: «Да, были люди в наше время, не то, что нынешнее племя: Богатыри – не вы!»?⁶

Уникальный случай – вхождение во власть уроженца Рязанской области Ф.Р. Козлова, ставшего в 60-е годы прошлого столетия вторым лицом в государстве.

Окунемся в поток того времени, где происходили фундаментальные изменения на «государственных берегах», в политическом течении. Для этого, правда, мне придется пожертвовать какими-то подробностями, избегая детализации.

Многие источники свидетельствуют, что система партийной номенклатуры исправно функционировала, как нынче говорят, в заданном формате, вплоть до конца Великой Отечественной войны. Известно также, что работала «чиновничья дружина» не бескорыстно. О материальном и моральном стимулировании их «тяжелого» труда немало написано. Среди них были люди, довольные своим положением, и недовольные, – такова природа человека, но коррупции и «круговой поруки» было гораздо меньше, чем в послесоветские годы.

Был жесткий контроль за региональными партийными руководителями. Применяли к ним преимущественно административно-репрессивные меры для разрешения противоречий, возникающих в системе центр – регион. Главным инструментом укрепления централизации и ограничения прав региональных и ведомственных руководителей была система кадровых перемещений.

Разумеется, каждый «номенклатурщик» не был застрахован «от ударов» – не смей «ослушаться окрика хозяина», тем более высказать недовольство, попросить улучшения своего материального положения.

Через год после Великой Отечественной войны родился любопытный документ: «Записка управляющего делами ЦК ВКП(б) Д.В.Крупина секретарю ЦК ВКП(б) А.А.Кузнецову «О материальном положении партийных работников» от 13 мая 1946 г.⁷

Его содержание особых возражений не вызывает, составляли, видимо, въедливые бухгалтеры, приближенные к «номенклатурной кормушке».

(Не сдобровать бы им при Иване Грозном, отменившем систему «кормления»). Какие они учитывали потребности, реальные или желаемые?

Осмыслим документ спокойно, взвешенно, насколько возможно, объективно. В нем отмечено, что потребности материального обеспечения партийных работников были решены в годы войны, когда страна мобилизовывала все свои ресурсы на разгром врага. Обратите внимание, в «годы войны»…

В феврале 1943 года ввели дополнительное продовольственное снабжение, а в июле 1943 приняли постановление СНК СССР о дополнительном обеспечении промтоварами ответственных работников партийных, комсомольских, советских, хозяйственных и профсоюзных организаций областей, краев и республик.

Порядок продовольственного снабжения сохранялся за счет средств, отпускаемых по местным бюджетам на бытовое обслуживание. Документ предлагает рассмотреть вопрос об улучшении материального положения. «Челобитчики» ставят требование: «В первую очередь мы считали бы необходимым рассмотреть вопрос о заработной плате, продовольственном и промтоварном снабжении, о лечении и пенсионном обеспечении партийных работников, об оказании помощи партийным работникам в деле повышения их культурного уровня и об улучшении положения с автотранспортом».

Что вызвало такую необходимость? Приводят следующие аргументы: «Существующие ставки зарплаты партийных работников были установлены решениями ЦК ВКП(б) в 1939 году и с тех пор не пересматривались. В партийный аппарат за последние годы влилось много работников промышленности и других отраслей хозяйств, где зарплата директоров предприятий Министерства транспортного машиностроения составляет 2500–3000 руб. в месяц, зарплата директоров предприятий Министерства вооружения – 2500–3500 руб., не считая получаемых премий; зарплата начальникам главных управлений по ряду министерств установлена 2500–3000 руб. в месяц и т. д.» В то время зарплата высших партработников была 2300 руб, первых секретарей обкомов – 1400–2000 руб., первых секретарей горкомов – 1100–1700 руб., что было ниже зарплаты директоров заводов, других хозяйственных организаций. Предлагали повысить зарплату работникам партийного аппарата на 50 %, что увеличивало фонд зарплаты на 83 млн. рублей в месяц, или 996 млн. рублей в год. Просили дотацию на питание – 105 рублей в месяц, прежде ее давали лишь ответственным работникам ЦК компартий союзных республик, крайкомов, обкомов и горкомов областных центров. На эти расходы дополнительно требовалось 7 млн. рублей в месяц, или 84 млн. рублей в год.

Может быть, составители «документа» были и правы. Работа ответственная, требует много энергии. Я не ерничаю, но имея в виду тогдашнюю оплату труда простых колхозников, делаю вывод: скромностью они не страдали, запросы имели большие.

Из документа видно, как «плохо питались» три категории партийных работников. К первой относились секретари, зав. отделами и зам. зав. отделами обкомов и секретари горкомов, ко второй – зав. секторами и инструкторы обкомов, зав. и зам. зав. отделами горкомов и городских райкомов. Дополнительно к продовольственной карточке они получали в месяц мясорыбных продуктов – 5,5 кг, жиров – 0,8 кг, сахара и кондитерских изделий – 1,4 кг, обед по литеру «Б» (бесплатный) и сухой паек.

Сельские же труженики перечисленные продукты в те годы в глаза не видали, не то, чтобы в рот положить.

К работникам третьей категории относились зав. секторами, инструкторы, лекторы и пропагандисты горкомов и горрайкомов партии. Они в виде дополнительного снабжения получали только обед по весьма низкой норме: мясо-рыба – 1,8 кг., жиры – 0,3 кг, крупа-макароны – 1,2 кг., сахар и кондитерские изделия – 0,4 кг в месяц. В документ внесли предложения, чтобы те, кто снабжается по второй категории, получали как по первой, а кто по третьей – получали продовольствие как по второй.

3

Что можно сказать о продовольственном снабжении населения?

Люди, наученные горьким опытом, знали, проси у «царя» ни проси, ничего не получишь. И следовали вековой традиции: на Бога надейся, а сам не плошай. Можно еще добавить – выживай. Так и жили. Но были случаи, когда за народ просили их начальники или, как они себя называли, «слуги народа». Вот один из примеров: телеграмма руководителей Ленинградской области И.В.Сталину о нормах снабжения хлебом иждивенцев (29 сентября 1946 г.).

«Москва, Председателю Совета Министров СССР тов. Сталину С 22-го февраля 1943 года в соответствии с постановлением СНК СССР иждивенцам, проживающим в городе Ленинграде, хлеб отпускался по норме 400 граммов в сутки, постановлением Совета Министров СССР и ЦК ВКП(б) от 27 сентября 1946 года этой группе устанавливается норма отпуска хлеба 250 грамм в сутки. Следовательно, в Ленинграде норма отпуска хлеба иждивенцам сокращается на 150 граммов в сутки, в то время как в других городах на 50 граммов.

В целях уменьшения разрыва в сокращении норм отпуска хлеба иждивенцам города Ленинграда просим Вас установить этой группе населения нашего города 300 граммов, провести сокращение на 100 граммов в сутки.

Секретарь Ленинградского обкома ВКП(б) Попков

Председатель Исполкома Ленинградского горсовета Лазутин⁸»

На телеграмме пометка, что ее копии посланы Л.П.Берии, А.И.Микояну, А.В.Любимову. 27 сентября 1946 г. Политбюро утвердило постановление СМ СССР и ЦК ВКП(б) «Об экономии в расходовании хлеба», предусматривающее резкое сокращение хлебных фондов, выделяемых в октябре, и соответствующее уменьшение отпуска хлеба по карточкам (на 30 % по сравнению с сентябрем). Министерство торговли должно было сократить «контингенты населения», находящегося на карточном снабжении хлебом с 87 до 60 млн. человек за счет иждивенцев, рабочих и служащих совхозов. С 1 октября норма выдачи хлеба тем иждивенцам, которые сохраняли право на получение пайков, сокращалось с 300 до 250 граммов, детям – с 400 до 300 граммов⁹.

Как говорят в народе, «сытый голодного не разумеет». Не оттого ли «прорастало» недоверие к «слугам» народа?

Чтобы не утомлять выкладками «плохого житья-бытья партработников», ознакомимся с итоговыми рекомендациями. Управление делами ЦК ВКП(б) посчитало необходимым провести следующие мероприятия, направленные на улучшение по аппарату ЦК ВКП(б) материального положения:

1. Повысить заработную плату работников на 50 %.

2. Увеличить продовольственные лимиты инструкторскому составу с 250 до 350 рублей в месяц и промтоварные лимиты – с 1000 до 1500 руб. в квартал.

По местным парторганизациям:

1. Повысить заработную плату работникам на 50 %.

2. Увеличить норму продовольственного снабжения для работников обкомов, окружкомов, горкомов и городских райкомов партии.

3. Установить централизованное гарантированное снабжение работников сельских райкомов партии.

4. Установить дотации на питание (105 руб. в месяц) ответственным работникам горкомов и райкомов партии с выделением продовольственных фондов в пределах этой дотации.

5. Установить денежные лимиты и норму продовольственного снабжения для руководящих партийных и советских работников областей, краев и республик за счет средств, выделяемых по местным бюджетам на бытовое обслуживание.

6. Установить промтоварное снабжение для ответственных партийных работников.

7. Расширить сети санаториев для лечения работников партийного аппарата и оплату за счет партийного бюджета стоимости проезда партработников на лечение.

8. Установить повышенный размер пенсий и единовременного пособия при переводе партийных работников на инвалидность и повышенный размер пенсий, а также единовременного пособия членам семьи в случае смерти партработника.

9. Периодически снабжать литературой руководящих работников обкомов, горкомов и райкомов партии, обеспечить единовременный отпуск ответственным партийным работникам 20000 радиоприемников.

10. Выделить средства и материалы на строительство жилых домов для партработников освобожденных областей и районов, а также для работников вновь созданных обкомов.

11. Выделить автомашины и бензин для парторганизаций¹⁰.

Вывод напрашивается из исторической аналогии с народниками. О них говорили: «Как они далеки были от народа». Советская номенклатура была не ближе.

Судя по фактам, в ЦК ВКП(б) тщательно следили за партийными чиновниками, вели учет их деятельности, характеризовали, оценивали деловые качества, возможные перспективы на руководящей работе.

Первые секретари обкомов, крайкомов партии и ЦК национальных компартий регулярно отчитывались на заседаниях Секретариата и Оргбюро ЦК ВКП(б). Например, в Постановлении ЦК ВКП(б) «По отчету ЦК КП(б) Украины о подготовке, подборе и распределении руководящих партийных и советских кадров в украинской партийной организации», утвержденном Оргбюро ЦК ВКП(б) 26 июля 1946 г., отмечено, что дело поставлено неудовлетворительно. (Заслушивали отчеты т.т. Хрущева и Коротченко). ЦК ВКП(б) на основании произведенной проверки установил, что ЦК и обкомы КП(б) Украины нередко подбирают и выдвигают руководящие кадры наспех, без основательной проверки и изучения, не придают серьезного значения своевременному утверждению номенклатурных работников; вакантные должности замещают медленно, нерадивых работников заменяют не сразу. В Западной области Украины на руководящей работе зачастую были политически малограмотные, порой случайные люди.

Постановление ЦК ВКП(б) обязало ЦК КП (б) Украины устранить отмеченные недостатки и к 1-му декабря с.г. представить письменный отчет о ходе выполнения настоящего постановления¹¹.

Поводом для проверок служили заявления, жалобы, в том числе и анонимные. Их присылали в большом количестве.

4

В 1946 году развернулась кампания против премирования местных хозяйственных руководителей. После вышло постановление Политбюро о премировании министерствами СССР и хозяйственными организациями руководящих работников регионов. В нем осуждалась практика премирования как неправильная и вредная, по существу, сравнимая с подкупом, что ставит партийных работников в зависимость от хозяйственных руководителей, создает семейственность, скрывает критику недостатков. Руководящие партийцы от этого теряют лицо, становятся игрушкой в руках ведомств в ущерб интересам государства, что является позором для партработников и парторганизаций, поскольку они утрачивают независимость и самостоятельность, руководящую роль в защите государственных интересов. Некоторым министрам объявили выговор¹².

«Маршалы» от партноменклатуры тщательно отрабатывали стратегию действий по управлению государством. Архивные документы это подтверждают красноречиво.

2 августа 1946 года Политбюро приняло постановление о функциях Оргбюро и Секретариата и реорганизации аппарата ЦК ВКП(б). В нём сказано, что главная задача Оргбюро – контроль за местными парторганизациями, регулярное заслушивание на заседаниях Оргбюро отчетов обкомов, крайкомов, ЦК компартий союзных республик, принятие мер по улучшению их работы. Заседания Оргбюро созывались не реже одного раза в неделю.

Секретариат ЦК ВКП(б) определял повестку дня, предварительно рассмотрев проекты решений по обсуждаемым вопросам, вел работу по распределению руководящих кадров¹³.

Центральный Комитет партии пытался придать плановость работе аппарата.

В 1946 году были утверждены списки должностей, входивших в номенклатуру ЦК ВКП(б) (их в архиве не удалось обнаружить). Что касается прежнего количества, то в 1946 году в номенклатуре ЦК ВКП (б) «вращалось» около 42 тысяч человек. К марту 1953 года оно увеличилось до 45 тысяч. Для управления «партийной армией» нужна была четкая инструкция, и, разумеется, она появилась в начале октября 1946 года. Оргбюро ЦК партии четко установило, кто, где, когда утверждается на должности, а кто где и когда освобождается от неё.

Контролирующих каналов было великое множество. Открыто за местными чиновниками присматривали разного рода инспекторы ЦК ВКП(б), Комиссий партийного и советского контроля, прокуратура. Вот некоторые выдержки из документов о таких инспекциях, проведенных А.Н. Ларионовым.

15 апреля 1947 года секретарю ЦК ВКП(б) А. А. Кузнецову поступила записка Управления кадров ЦК ВКП(б), в которой отмечалось, что в Смоленской парторганизации работа по подбору, расстановке и воспитанию руководящих кадров ведётся неудовлетворительно. Проверяющий, аргументируя эту оценку, отмечал, что вопросы о назначении и освобождении номенклатурных работников вносятся на бюро обкома партии с запозданием, после перестановки кадров. Некоторых номенклатурных работников допускают к работе без утверждения. Нередко на руководящую партийную, советскую и хозяйственную работу попадают люди с низкой грамотностью. За 1946 год из 2056 номенклатурных работников сменилось 30 %, из них более 100 человек были неспособны вести порученные дела. Сменилось 70 секретарей райкомов, 52 %. Из них 34 себя скомпрометировали¹⁴.

Из этих фактов видно, как оттачивался механизм контроля «на бруске» социально-экономической обстановки в стране. В1947 году отменили карточки на продовольствие и промтовары. 23 декабря 1947 года Совет Министров СССР, ЦК ВКП(б) издали директивное письмо об отмене бесплатного отпуска продовольствия и промышленных товаров советским и партийным кадрам, взамен определив денежное довольствие: 2–3 должностных оклада в месяц.

Подписали письмо И. Сталин и А. Жданов¹⁵. Его разослали правительственной телеграммой под серией «Г».

Высшие чиновники не упустили возможность проверить «братьев меньших в регионах», не злоупотребляют ли, все ли они делают по инструкции? Надо сказать, проверяющие были близки к истине.

Управляющий делами ЦК ВКП(б) В.Д. Крупина, обобщив сообщения, полученные от 43 областей, четырех краев и 6 союзных республик, докладывал секретарю ЦК ВКП(б) А.А.Жданову, что в менее важных областях получают большую выплату. Заведующие отделами обкомов ВКП(б) и облисполкомов имеют рост денежного довольствия в 8-10 раз против существующих бесплатных продовольственных лимитов. Имелись и случаи завышения денежного довольствия сверх трех окладов. По областям РСФСР в связи с этим увеличили финансовые ассигнования в 5–6 раз по сравнению с 1947 годом, то есть с 75 млн. рублей до 375–450 млн. рублей¹⁶.

Чтобы представить этот «номенклатурный механизм» управления, нужно, на мой взгляд, минимум два условия: во-первых, самому повращаться, быть колесиком маленьким или большим, не столь важно, во-вторых, досконально изучить принцип его действия, для чего нужно время. Поэтому поделюсь своими выводами. Итак, 42 тысячи человек составляли номенклатуру ЦК ВКП(б). В каждой области минимум 2000. Несложный арифметический подсчет показывает, что в регионах было около 160 тысяч номенклатурных работников, плюс цековский ранг, итого 200 тысяч человек. Выражаясь военным языком, почти двадцать мотострелковых дивизий. А личный состав! Учитывая, что должность секретаря райкома партии соответствовала воинскому званию – полковник, а секретаря обкома партии – генерал-лейтенант, в этом «дивизионном» строю увидели бы людей в погонах от капитана до маршала. Какая сила! И эту армаду, естественно, надо было накормить, одеть, обуть, обиходить, культурный досуг организовать. На основе ранее приведенных финансовых расходов несложно подсчитать общую сумму затрат. Может, кто из читателей захочет это сделать, то – успехов!

Воевать, конечно, в прямом смысле слова они ни с кем не собирались, а вот бороться за построение коммунистического общества были обязаны. Чтобы борьбу вести успешно, как известно, нужна четкая организация, программа. Расстановка фигур была схожа с шахматной партией. Правила игры были определены. Каждая фигура знала свой ход, свой маневр. Правда, куда и как ходить, кого «съесть», определял «высший гроссмейстер». Были, разумеется, как и при любой игре, советчики, помощники в лице органов государственной безопасности и внутренних дел, были и судьи…

5

Для всех уровней партийно-административной власти устанавливались правила «игры», от начинающих (районная номенклатура) до профессионалов (цековская). И вот здесь-то особо важно было знать умонастроение играющих, проникать в замыслы друг друга.

Несомненно, важнейшим каналом информирования центра были органы государственной безопасности. Например, начальник управления МГБ Ленинградской области Д.Г. Родионов за три года пребывания (1946–1949) в должности отправил в адрес министра госбезопасности В.С. Абакумова около трехсот конфиденциальных сообщений, кроме того, докладывал лично И.В. Сталину о ленинградских руководителях¹⁷. МГБ вело слежку за руководителями партийных комитетов.

Многочисленные документы свидетельствуют: центр детально вмешивался в дела региональных комитетов, особенно сельского хозяйства, которое было главной сферой ответственности на местах. Всякие отклонения от указаний сверху, срыв хозяйственных кампаний (прежде всего, сдача хлеба государству) приводили к громким «делам» против руководителей регионов. Многие местные чиновники потеряли и должности, и партбилеты, были арестованы за злоупотребления и махинации, причастность к хищениям. В апреле 1948 года Политбюро приняло решение о создании суда чести при Совете Министров СССР и ЦК ВКП(б), которому полагалось рассматривать «антигосударственные и антиобщественные проступки» высших чиновников, в том числе секретарей ЦК компартий союзных республик и министров союзных республик¹⁸.

Но в жизни, а чаще всего и в политике, правила нарушают. Игра идет по известному афоризму из басни И.А. Крылова: «У сильного всегда бессильный виноват».

В такой «кипучей» номенклатурной среде и проходил закалку Ф.Р. Козлов, тысячами нервных нитей связанный с жизнью народа, где креп его талант многостороннего организатора, партийно-хозяйственного деятеля, отстаивающего национальные интересы государства на разных ступенях власти. Он никогда не терял связь с рязанским краем, с родиной своего детства.

Глава III
«Ленинградское дело»

1

На историческом переломе, когда обрушились советские общественно-политические и социально-экономические структуры, передел государственной и народной собственности вылился в кровавые «разборки».

Нечто подобное было и в предвоенные и послевоенные, 20–30 и 50-е годы, но по другому поводу, когда в партии шла открытая и скрытная борьба, выливающаяся в громкие судебные процессы: троцкистско-бухаринские, «дело ленинградское», «дело врачей». Это были «разборки» внутри партийно-административного аппарата, где наш земляк Ф.Р. Козлов поднимался по ступеням кадрового роста, переживая за судьбу страны и ее народа, оставаясь верным слугой всему, что облагораживало марксизм-ленинизм и в конце концов подвело к сталинизму не в худшем его понимании, что является бальзамом на душу хулителям и ниспровергателям, а к национальному укреплению и развитию советского государства. Это глупо отрицать. Надо глядеть на всё, что было, под объективным углом зрения, где не бывает: это хочу знать, а этого нет. В историческом поступательном движении нет «белых» или «черных» пятен – они едины в своей пестроте, тем и интересны, привлекательны, тем они и держат нас в узде познания.

Больно бьет история, если мы ниспровергаем, хулим ее сущность, не признаем ее прагматизм, разумность, роль личности на том или ином этапе ее движения во времени и пространстве. Где ее конец, никто не знает. Я возвращаюсь в послевоенные годы, когда реже происходили репрессии, чем в 1930-х годах, по политическим и шпионским мотивам. Самое крупное «дело» рассматривали в 1949 году, когда арестовали и приговорили к расстрелу или осудили руководителей, связанных совместной работой в Ленинграде. Под удар попали член Политбюро, заместитель председателя Совета Министров СССР Н.А.Вознесенский, член ЦК ВКП(б) А.А. Кузнецов, председатель Совета Министров РСФСР М.И. Родионов, ленинградские руководители во главе с первым секретарем обкома П.С. Попковым, первый секретарь Крымского обкома И.В.Соловьев, первый секретарь Ярославского обкома И.М. Турко, первый секретарь ЦК компартии Карело-Финской ССР Г.И. Куприянов, первый секретарь Горьковского обкома С.Я.Киреев, первый секретарь Новгородского обкома Г.Х. Бумагин, второй секретарь Рязанского обкома П.В. Кузьменко и многие другие¹⁹.

С одной стороны, «ленинградское дело» было следствием острой борьбы внутри Политбюро за давление на Сталина, а с другой – реакцией Сталина на протекционизм, круговую поруку чиновников, патрон-клиентских отношений(которые назывались «шефскими») между московскими и региональными руководителями в обход официальных структур. Обвинения, предъявленные «ленинградцам», повторяли формулировки известной речи Сталина на февральско-мартовском пленуме 1937 г., в которой он критиковал подбор и расстановку кадров по принципу личной преданности и предупреждал об опасности формирования на местах группировок, имеющих «некоторую независимость от ЦК»²⁰.

15 февраля 1949 года ЦК ВКП(б) принял постановление «Об антипартийных действиях члена ЦК ВКП(б) т. Кузнецова А.А., кандидатов в члены ЦК ВКП(б) тт. Родионова М.И и Попкова П.С., а 22 февраля прошел объединенный пленум Ленинградского обкома и горкома ВКП(б), на котором заслушали сообщение секретаря ЦК ВКП(б) тов. Маленкова Г.М. Речь шла о том, что, нарушив элементарные основы государственной и партийной дисциплины, действуя в обход ЦК ВКП(б) и Совета Министров СССР, председатель Совета Министров РСФСР М. И. Родионов при содействии члена ЦК ВКП(б) т. А.А. Кузнецова организовал в Ленинграде Всесоюзную оптовую ярмарку, что привело к разбазариванию товарных фондов, нанесло материальный ущерб государству.

Действия т. Кузнецова, Родионова и Попкова осуждались как нездоровый, необольшевистский уклон, демагогическое заигрывание с Ленинградской партийной организацией, охаивание ЦК ВКП(б), который якобы не помогает ленинградцам, пытается отдалить их от ЦК ВКП(б).

Объединенный пленум Ленинградского обкома и горкома ВКП(б) осудил антипартийные действия т. Попкова, признал, что за них несет ответственность и второй секретарь горкома т. Капустин. Пленум осудил, как позорнейший факт, фальсификацию данных о результатах выборов в обком и горком тт. Попкова, Капустина, Бадаева и Лазутина, сокрытие того, что были и голоса против них. Центральный комитет партии напомнил коммунистам, что еще Зиновьев пытался превратить ленинградскую партийную организацию в антиленинскую фракцию, прибегая к антипартийным методам.

Пленум одобрил и принял к «неуклонному руководству» постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «Об антипартийных действиях члена ЦК ВКП(б) А.А. Кузнецова», снял с работы первого секретаря обкома и горкома П.С. Попкова, второго секретаря горкома партии Я.Ф.Капустина; председателю исполкома Ленгорсовета депутатов трудящихся П.Г. Лазутину обьявил выговор. Наказали и других коммунистов. Жёстко «расчесали» ряды партийной номенклатуры и, казалось, что справедливо, но общее «ленинградское дело», как показало время, было сфальсифицировано партийными функционерами.

Первым секретарем избрали В.М.Андрианова.

Что же происходило? Много чего недосказанного сквозило в документах, что-то настораживало. Что же пугало высшее руководство партии? Попробуем разобраться.

При строительстве социализма создали властную систему, которая «расставляла» людей по «своим» местам. Каждый «винтик» знал и помнил, куда его закрутили, за ослабление какого хозяйственного или партийного механизма он отвечает головой. Советское общество буквально пронизывали контролирующие структуры. Но тем не менее местные руководители своевольничали. Разного рода «инспекторы из ЦК» были большие мастаки составлять аналитические записки по итогам ревизорских проверок. Но, удивительное дело, когда они сами в ходе кадровых перемещений оказывались региональными руководителями, то «голос» их крепчал, они уже не торопились за советом в ЦК – сами, мол, с усами, во всём разберёмся без посторонней помощи. Сошлюсь на примеры.

Из записки (15 апреля 1947 г.) заместителя начальника Управления кадров ЦК ВКП(6) А.Н. Ларионова секретарю ЦК ВКП(б) А.А. Кузнецову «О недостатках работы с кадрами в Смоленской парторганизации». В ней отмечено, что работа по подбору, расстановке и воспитанию руководящих кадров в областной партийной организации неудовлетворительна, слаба критика и самокритика, есть факты недисциплинированности обкома в выполнении Постановления ЦК ВКП(б) от 5 октября 1946 г. «Об освобождении и назначении номенклатурных работников ЦК ВКП(б)».

Аналогичную записку А.Н.Ларионов подготовил по партийной организации Армении (11 июля 1947 г.). В ней доложено, что ЦК КП(б) Армении и лично т. Г.А. Арутинов слабо взаимодействуют с аппаратом ЦК ВКП(б), редко советуются по наиболее важным и злободневным вопросам, что некоторым членам ЦК не хватает принципиальности, критические замечания в свой адрес они воспринимают не по-большевистски, болезненно, перестают общаться друг с другом.

Уместно привести выдержки из записки «О взаимоотношениях инструкторов с руководителями региональных партийных комитетов» (10 июня 1949) инструктора отдела партийных, профсоюзных и комсомольских органов ЦК ВКП(б) В. Липатникова секретарю ЦК ВКП(б) Г.М.Маленкову: «Считаю своим партийным долгом довести до вашего сведения о некоторых, на мой взгляд, серьезных недостатках в положении и практике работы инструктора отдела партийных, профсоюзных и комсомольских органов ЦК ВКП(б).

В апреле с.г., в связи с передвижкой ряда работников внутри нашего отдела, я был откреплен от Литовской партийной организации и закреплен за Рязанской областью. С первых же шагов работы по этой области я столкнулся с определенными затруднениями, в разрешении которых не нахожу надлежащей поддержки со стороны инспектора ЦК ВКП(б) Гогосова, в группе которого я работаю.

Заключаются эти затруднения в следующем:

3. Первый секретарь Рязанского обкома ВКП(б) т. Ларионов находит в некоторых случаях излишним своевременно и полностью присылать в ЦК ВКП(б) необходимые документы и материалы на лиц, представляемых обкомом партии на утверждение ЦК ВКП(б). Мои указания т. Ларионов расценивает как бюрократические придирки, которые мешают ему работать.

4. Вызовы работников, представляемых обкомом партии на утверждение ЦК ВКП(б), по мнению Ларионова, являются излишней процедурой, отнимающей время у местных работников.

5. Товарищ Ларионов абсолютно не терпит никаких критических замечаний»²¹.

Какой вывод напрашивается? Не все было гладко с партийной дисциплиной. Требовались окрик, кнут и пряник.

Вернемся в северную столицу. Ленинградская партийная организация – крупнейшая в стране. Её руководство хорошо понимало, что оно обязано соблюдать правила, которые диктует система. Кто определяет правила игры, тот определяет и поведение игроков.

Если с первыми лицами «дела» на первых порах вроде бы и утрясли, то с остальными еще предстояло разбираться.

25 февраля 1949 Политбюро приняло предложение МВД СССР С. Н. Круглова об утверждении И. С. Шикторова начальником Ленинградского управления МВД, а 20 апреля 1949 г. начальником управления МГБ назначили Н.Д. Горлинского.

24 октября 1949 г. С.Н.Круглов отправил И.В.Сталину письмо²². Он пишет: «В связи со сменой партийного руководства Ленинградской области было признано целесообразным возвратить тов. Шикторова на работу в Ленинград, и с февраля месяца 1949 года он работает в Ленинграде начальником областного Управления МВД.

За последнее время в ЦК ВКП(б) и МВД СССР поступил ряд заявлений сотрудников УМВД Ленинградской области, в которых сообщается, что тов. Шикторов грубо нарушает советскую законность, практикует незаконное освобождение от уголовной ответственности работников УМВД и т. д… в ряде случаев дезинформировал МВД СССР о степени их виновности.

Кроме того, Шикторов продолжительное время работал при старом, вражеском руководстве Ленинградского обкома ВКП(б)».

На основании этого МВД СССР просит освободить Шикторова от должности начальника УМВД Ленинградской области. Освободили.

Вывод: заменяли «вражеское» руководство области или устраняли честных коммунистов, преданных национальным интересам России.

И, разумеется, не этим «распадом», противоречивым и угнетающим, объясняется стремительное восхождение на Олимп партийной власти Ф.Р. Козлова.

Партия направила его работать парторгом на прославленный революционными и трудовыми традициями Кировский завод, который при стечении ряда обстоятельств вполне мог стать «колыбелью» обновлённой советской власти. Поэтому там нужен был надежный человек. Освобождение С.И. Грико от обязанностей парторга нигде не комментируется. Восхождение Ф.Р. Козлова во власть удивительно не потому, что он подолгу на очередной ее ступеньке не задерживался, а то, что каждая из них освобождалась, как правило, не по собственному желанию, а потому, что кого-то снимали, а кого-то и расстреливали, отправляли по этапу в сибирские лагеря. Думается, исходя из человеческой психологии, что каждый «подъём» по служебной лестнице напоминал Ф.Р. Козлову горький опыт его предшественника: не оступись! Что это значило? На мой взгляд, он делал столько шагов, сколько отмерили – и в указанном направлении.

Он недолго был парторгом. Через два месяца (7 декабря 1949 г.) его утвердили постановлением Политбюро вторым секретарем Ленинградского горкома ВКП(б)²³. Не прошло и двух месяцев, как Политбюро (25 января 1950 г.) приняло предложение Ленинградского обкома ВКП(б) об утверждении Ф.Р. Козлова первым секретарем Ленинградского горкома ВКП(б), тогда же разделили обком и горком партии. Поспешило новое руководство оправдать высокое доверие «хозяина», принадлежность к «партноменклатуре».

Секретарь Ленинградского областного комитета партии В.Андрианов телеграфирует И.В. Сталину о передаче обнаруженных документов секретариата Г.Е.Зиновьева в Особый сектор ЦК ВКП(б).

Из Ленинграда 18 часов 50 мин. 08.11.1950 г.

«Москва. Секретарю ЦК ВКП(б) товарищу Сталину И.В.

6 февраля с.г. в Ленинградском институте истории партии в груде ненужных бумаг, подготовленных для уничтожения, оказалась папка с материалами троцкистско-зиновьевской оппозиции, с клеветническими, антисоветскими измышлениями. Откуда попали эти бумаги, пока установить не удалось.

При предварительном ознакомлении выяснилось, что в партархиве Ленинградского института истории партии хранят материалы секретариата Зиновьева в количестве 8 папок, причем содержимое этих папок не описано, они связаны и опечатаны.

Докладывая Вам об этом, товарищ Сталин, просил бы Вашего разрешения изъять документы секретариата Зиновьева из архива Ленинградского института истории партии и направить их в Особый сектор ЦК ВКП(б) для просмотра и последующего уничтожения.

Секретарь Ленинградского обкома ВКП(б)

В.Андрианов»²⁴

Напротив последнего абзаца пометка Сталина: «Правильно», в верхнем левом углу резолюция Сталина: «Т. Маленкову, передать Особому сектору».

Такой телеграммы ожидали или не ждали в Кремле? «Ленинградское дело» кому было на руку? Первый секретарь обкома партии В. Андрианов всё ли понимал, принимая решения? 18 октября 1950 г. он шлет телеграмму И.В.Сталину, в которой сообщает о выселении из города членов семей «антипартийной группы», а далее следуют слова: «Прошу Вас, товарищ Сталин, дать указание МГБ СССР о выселении из Ленинграда семей враждебной антипартийной группы – Кузнецова, Попкова, Лазутина, Капустина и других осужденных как предателей и врагов советского народа.

Секретарь Ленинградского обкома ВКП(б)

Андрианов»²⁵

В верхней части этого документа подпись Поскребышева: «Сообщено т. Абакумову и Андрианову» и, вероятно, Маленкову: «Поговорить с т. Абакумовым о тех, кто расстрелян и тех, которые арестованы». Результаты просьбы свидетельствуют, что исполнители хорошо помнили крылатую фразу: «У чекиста есть только два пути – на выдвижение или в тюрьму»²⁶.

И старались. По данным проверки, проведенной в декабре 1953 года, по «ленинградскому делу» было осуждено 214 человек, в том числе 145 из числа близких и дальних родственников обвиняемых. 105 человек по решению Особого совещания МГБ СССР отправили в ссылку на 5 – 8 лет²⁷.

Участие Ф.Р. Козлова в разоблачении «антипартийной группы» не просматривается, его карьерный рост продолжается. Он работает первым секретарем Ленинградского горкома ВКП(б) с 1950 по 1952 год, потом – вторым секретарем и является членом Центрального Комитета КПСС.

1953 год стал для него подъемом по служебной лестнице: он – первый секретарь Ленинградского обкома КПСС. т. е. «хозяин» в регионе.

При И.В. Сталине регулярные кадровые перестановки не прекращались. Судя по всему, он воспринимал «местничковые» проявления реорганизации, как злоупотребления местных чиновников как угрозу режиму, которая требует кардинальных решений, «жесткой» ротации кадров. Советская «номенклатура», делавшая головокружительную карьеру, была ему предана, что вызывало удовлетворение. Однако, доверяй, но проверяй. Передо мной интересный документ: «Постановление Бюро Президиума ЦК КПСС об отчетах ЦК компартий и Советов Министров союзных республик, крайкомов, обкомов КПСС, краевых и областных комитетов в ЦК КПСС» от 26 января 1953 г.²⁸

В нем отмечено, что необходимо заслушивать один раз в год отчеты о работе Центральных Комитетов Компартий и Советов Министров союзных республик, Московского обкома КПСС и облисполкома, Ленинградского обкома и облисполкома. Отчеты обязаны делать первые секретари ЦК компартий и председатели Советов Министров союзных республик, первые секретари обкомов партии и председатели облисполкомов. Бюро Президиума обязало партийные, профсоюзные и комсомольские органы «осуществлять повседневное наблюдение за работой обкомов, крайкомов и ЦК компартий союзных республик, систематически проводить обследования партийных организаций, регулярно докладывать ЦК о положении в местных парторганизациях и принимать необходимые меры к устранению недостатков…»

Вернёмся к «ленинградскому делу». Участвовал в нем Ф.Р. Козлов или нет?

Знал ли он о его реальной природе?

Вопросы не риторические. Они возникли в ходе ознакомления с документами, письмами рядовых коммунистов, воспоминаниями свидетелей, историческими трудами и т. п.

Ф.Р. Козлов, зная не понаслышке о «ленинградском деле», еще в 1957 ответил на поставленные вопросы.

Итак, 1957 год. Пленум ЦК КПСС. Фрагменты из выступлений.

Козлов. Товарищи, я должен сказать, что Маленков несет персональную ответственность за «ленинградское дело».

Голоса. Правильно.

Маленков. Давайте хоть раз разберемся.

Козлов. Времени было много разбираться.

Жуков. Давайте документы проверим.

Козлов. Тов. Маленков после того, как тт. Вознесенского, Кузнецова, Родионова пытали и добились соответствующих показаний, позвонил в Ленинград.

Хрущев. Маленков, ты ведь знаешь, и это известно Молотову, Микояну, Сабурову, Первухину. Ворошилов в последнее время редко бывал у Сталина, он мог не знать, но названные мною товарищи знают, что Сталин был против ареста Вознесенского и Кузнецова. Был против, а иезуитские звери, Берия и Маленков, внушили Сталину и подвели Вознесенского, Кузнецова, Попкова к аресту и казни. Твои руки, Маленков, в крови, совесть твоя не чиста. Ты подлый человек! (Аплодисменты).

Маленков. Ты клевещешь.

Хрущев. Сталин при мне говорил, и другие это слышали: почему Вознесенский не имеет назначения в Госбанк, почему нет предложений? Но Берия и Маленков преподнесли Сталину дело так, что Вознесенский, Кузнецов, Попков и другие – это преступники. Почему? В свое время Сталин заслуженно или незаслуженно выдвигал Кузнецова вместо Маленкова, а Вознесенского хотел сделать Председателем Совмина. За это у них головы полетели. Эти интриганы – Берия и Маленков – сознательно подвели Сталина. (Аплодисменты).

Голос. Есть живые люди, которые знают, как избивали Кузнецова в особой тюрьме по указанию Маленкова.

Маленков. Неправда.

Жуков. Как неправда? Так было.

Козлов. Маленков позвонил в Ленинград за спиной членов Президиума ЦК и сказал тов. Николаеву, бывшему второму секретарю обкома: «Вы в партии, в стране знаете вторым человеком о том, о чем я вам сейчас скажу. Организуйте процесс». Проинформировал, как это сделать и как хранить этот процесс в строгом секрете. И действительно, этот процесс был позорным делом в Ленинграде. Хотя я должен, товарищи, сказать, что они не сумели, несмотря на палаческие методы, несмотря на истязания, не смогли сломить волю тов. Вознесенского, члена Политбюро. До конца, до самого конца он считал, что это дело ему сфальсифицировали, что он честный человек. И он пошел на плаху, заявив: я честный человек.

И несмотря на это, тов. Маленков, было доказано также на процессе, который был организован в Ленинграде над Абакумовым, где было подтверждено, что одним из тех людей, который отвечает за «ленинградское дело», является тов. Маленков. Так, тов. Руденко?

Руденко. Правильно.

Козлов. Это уже после того, как разделались с группой этих товарищей, у нас, в Ленинграде, говорят (я об этом информировал ЦК партии): у Маленкова на руках кровь ленинградцев.

Голоса. Правильно.

Козлов. Все это говорят, и это заявление я сделал на Президиуме ЦК. Что, вы думаете, мне было за это? Они подняли настоящий бунт.

Взбунтовался Молотов.

Я говорю: это говорят люди в Ленинграде.

Каганович: это возмутительно!

А что было с Маленковым, я не усмотрел.

Это недопустимо, что было на Президиуме ЦК.

Товарищи, не долго ли мы возимся с этим человеком, каким является Маленков?

Голоса. Правильно.

Козлов. Ведь всем известно, что это лучший друг Берии.

Голос. Его подручный.

Козлов. Всем известно, что он несет персональную ответственность за «ленинградское дело».

Голоса. Правильно²⁹.

2

Какие могут возникнуть суждения, если мы послушаем и других? Анастас Иванович Микоян в своей книге: «Так было. Размышления о минувшем» пишет: «Вскоре после того, как Хрущев перевел Козлова в Москву из Ленинграда, выведя из-под острой критики и недовольства им Ленинградской партийной организации, роль Козлова, введеного в Президиум ЦК, стала возрастать. Тогда-то Хрущев и сказал знаменитую фразу: «Не делайте из Козлова козла отпущения». Между тем к нему были обоснованные претензии ленинградцев за его преследование тех лиц, которые уцелели в ходе «ленинградского дела» 1949–1950 гг.».

Мне удалось найти некоторые, как выразился А.И. Микоян, «претензии». Они более 50 лет хранились под грифом «секретно» в Российском Государственном архиве новейшей истории. Они публикуются впервые, но о них, конечно, знал Микоян, ведь некоторые из них были адресованы лично ему, на других стояла его подпись: «Ознакомлен».

С одного из таких документов, пожалуй, и начну.

Его копия была адресована Микояну А.И., ее за своей подписью (8 мая 1953 г.) он переправил Хрущеву, который в тот же день его прочитал, о чём свидетельствует пометка: «Тов. Хрущев ознакомлен». 8.5.53. и еще одно слово «Архив». Такое внимание письму без подписи, т. е. ананимному, свидетельствует об одном – ему поверили. Давайте его прочтём.

«Товарищу Хрущеву Н.С.

Всем членам Президиума ЦК КПСС

За последние четыре года Ленинградская партийная организация переживала чистку, по своим размерам превзошедшую все ранее имевшие место в нашей партии. В истории нашей партии были периоды, когда партия вынуждена была очищать свои ряды от чуждых нашей идеологии людей, неустойчивых элементов, от двурушников и врагов нашей Родины. Все ранее проходившие чистки проводились гласно, с привлечением массы членов партии.

Все то, что проделано в Ленинградской партийной организации за последние годы под руководством т. Андрианова, совершенно отлично от всех предыдущих этапов. В Ленинградской организации был допущен полный произвол, произведена расправа со многими тысячами коммунистов, не повинных ни в чем, преданных нашей партии, верных идеям Ленина-Сталина. Метод расправы был применен с прямым нарушением Устава партии: исключение из партии, партийные взыскания накладывались без обсуждения низовых партийных организаций прямо на бюро Обкома КПСС. В партийной коллегии Обкома и Горкома в погоне за эффектом и в целях дискредитации как можно большего числа членов партии, применялись методы прямой фальсификации, ничем не оправданные огульные обвинения, натаскивались факты. Выводы по отношению ко всем туда попавшим делались односторонне, принимались на веру анонимки, заявления от лиц, давно потерявших доверие партии, своим поведением дискредитировавших себя. Особенно стремились работники партколлегии приклеить такие ярлыки, как подхалимство, неискренность, использование служебного положения, связь и покровительство антипартийной группы Попкова – Кузнецова и других. В этом направлении и проводилось партийное следствие, причем факты, опровергающие предъявленное обвинение, или изымались из дела, или замазывались…»

Антипартийная группа (Попкова – Кузнецова и других) имела поддержку в партийной организации или нет?

Это была не кучка ли зарвавшихся перерожденцев? Почему Андрианову понадобилось порочить партийную организацию Ленинграда? Такие вопросы возникали и будут возникать. Будут высказывать и суждения, что кто-то хотел выслужиться, нажить себе авторитет. Все будет. Тем не менее подсчитаем количество исключенных из партии, наложенных взысканий, проанализируем обстановку тех лет, когда фабриковали «ленинградские материалы» под руководством Новикова, который партколлегию превратил не в орган объективного разбирательства, а в «трибунал». На партколлегии кроме окрика и предвзятого заключения ничего не могли слышать. А рассмотрение «дел» на бюро обкома – это штамп: две-три минуты отводили на исключение или выговор, а иногда и секунды. Если посмотреть протоколы заседаний бюро, можно увидеть, что на одном заседании исключали десятки коммунистов, «наклеивали» им характеристики, сплошь и рядом продиктованные свыше. Партийные и хозяйственные советские кадры «перебили» в интересах дележа кремлевской власти функционеры, марксисты-интернационалисты, которые боролись со сталинским направлением национального укрепления и развития государства. Процитирую далее анонимное письмо:

«…Помимо избиения кадров в Ленинградской организации руководством Обкома, Горкома и ещё Райкомами проводилась самая оголтелая кампания антисемитизма. Райкомы давали установки убирать евреев не только с руководящих постов, но даже и с рядовой работы. На бюро Райкома снимались работники за то, что они, якобы, насаждали евреев, составляли списки евреев, подлежащих увольнению. Настолько глубоко и остро вопрос об евреях был поставлен со стороны обкома и горкома, что и сегодня не дошло до сознания наших руководителей о необходимости резко изменить свое поведение.

Крайне далеко зашло избиение кадров, слишком увлеклось своими «успехами» в этом направлении партийное руководство Ленинграда.

Они в конце прошлого года организовали процессы в каждом районе города, провели судилище (вызвавшее недоумение очень у многих) над бывшими секретарями РК КПСС и председателями Райисполкомов, осудили их на очень многие годы. Но, если спросить массу, знавших этих людей, то встретите среди них лишь только возмущение прошедшими процессами. Эти процессы были не что иное, как произвол. Судили за то, что на перевыборы Советов, в майские и ноябрьские праздники были перерасходы. Судили за то, что лишние деньги истрачены на панно, портреты вождей нашей партии, на иллюминацию и украшения. Следовало за перерасходы наказать, но со всей объективностью, с изучением, кто же в этом, в конечном счете, виноват. Но сажать честных людей, а они в большинстве честные, в тюрьму – это недопустимо.

Товарищи члены Президиума ЦК КПСС, рассмотрите как следует наши ленинградские дела. Вы там найдете прямое искривление линии партии. Вы найдете, что руководство Обкома КПСС обманывало ЦК КПСС о действительном положении дел. Нынешнее руководство Обкома, Горкома и Райкомов не способно исправить свои ошибки и требует безусловного укрепления способными работниками. Надо вернуть в партию всех честных, преданных ей людей, надо очистить от взысканий всех, кто их не заслужил.

Следует особо посмотреть сельское хозяйство нашей области, оно совершенно развалено, запущено, несмотря на то, что помощь за последние годы оказывалась колхозам партией и правительством очень большая.

Первые годы т. Андрианов кивал на Кузнецова и Попкова вместо того, чтобы поднимать уровень сельского хозяйства. Ну, а в последний год не только не оценил того, что хозяйство области не улучшилось, а ухудшилось, позволил себе даже на партийной конференции обойти острые углы. Очень плохо с сельским хозяйством в области, оно на грани развала, надо принять экстренные меры.

Ленинград после войны так и не видел вдоволь овощей, а последнюю зиму (1953 г.) даже и капусты, которая на рынке у частников доходила до 10–14 руб. за кг.

Позволительно спросить у т. Андрианова, о каких же успехах он говорил во всех своих выступлениях перед активом Ленинградской организации?

Критика в Ленинграде существует только по форме, обстановка создана не для критики, и о какой критике можно говорить в организации, где кроме метода исключения, снятия с работы, партийных взысканий другого воспитательного метода нет, а тем, кто посмеет критиковать, сразу пришивается ярлык «попковщины».

Член КПСС: без подписи и фамилии³⁰.

3

После признания «ленинградского дела» сфабрикованным и реабилитации лиц, проходивших по нему, коммунисты Ленинграда требовали привлечь Ф.Р. Козлова и В.М.Андрианова к ответственности за нарушения социалистической законности и преднамеренное политическое шельмование партийных и советских кадров.

Что было потом, можно в какой-то мере представить благодаря документам, датированным 1955 годом, в январе которого прошел очередной Пленум ЦК КПСС. Как было принято, его решения обсуждали во всех партийных организациях и, естественно, об итогах докладывали по инстанции. Один из таких документов был адресован Секретарю ЦК КПСС Н.С.Хрущеву. В нем информация о том, что 11 марта с.г. в парторганизации Управления Октябрьской ж.д. г. Ленинграда состоялось закрытое (так было принято) партийное собрание по итогам январского Пленума ЦК КПСС, некоторые коммунисты резко критиковали руководящих работников Ленинградского обкома КПСС. Фрагменты документа:

«Начальник отдела службы электрификации и энергохозяйства Чистяков отметил, что в ленинградской партийной организации нет такого, чтобы какой-либо руководитель открыто выступил и сказал: «Товарищи, я прошу простить меня, я не справился с работой, поэтому прошу освободить меня от нее, дать дело по силам». Руководители Горкома усугубляют ошибки, мы говорим, что наша партия – ум, честь и совесть, а т. Новиков сколько перебил коммунистов? И он до сих пор сидит в партийной комиссии.

А т. Козлов, – продолжал далее коммунист Чистяков, – который из района в район ездил, как кавалерист на белом коне, размахивая шашкой и заявлял, что вы не забывайте с кем работаете, мы вас снимем, разве он за это дело не должен отвечать. Я считаю, что т. Козлову не место занимать пост секретаря Обкома партии(аплодис-менты в зале). Я считаю, что за позорное «ленинградское дело», помимо партийной ответственности должны нести уголовную ответственность т.т. Андрианов, Козлов, Новиков и Однаков. Эти товарищи ошибки замазывают, открыто не признают своих ошибок и мы не должны держать их в своих рядах партийных руководителей. У нас найдутся способные люди. Наша партия сильна, она монолитна и найдутся такие руководители, которые будут честно и добросовестно выполнять решения партии, решения январского Пленума ЦК КПСС».

А вот пассаж из выступления помощника начальника пассажирской службы по кадрам тов. Спицнадель: «Я хочу остановиться на организационном вопросе по поводу позорного так называемого «ленинградского дела», в частности, по адресу первого секретаря Ленинградского обкома т. Козлова. Не без ведома т. Козлова стряпались черные списки т. Андриановым на честных партийных работников. В тот период т. Козлов был первым секретарем Горкома, вторым секретарем обкома. Он также должен нести моральную ответственность, а может быть, и партийную, за то, что он слепо шел на поводу Андрианова и исковеркал немало человеческих душ. Нельзя забывать, что партийному работнику присущи черты инженера человеческих душ. А какой вы инженер, когда в один день за несколько часов по конвейеру штамповали по несколько персональных дел, утверждали необоснованные обвинения, а поставщиком этих обвинений был т. Новиков, подмоченный старик, и его помощники Чайкина и Иванова, которые составляли вокруг привлекаемых к ответственности членов партии обстановку подозрительности, нагромождали одно обвинение на другое. Спрашивается, почему, если рабочий допускает брак в работе, мы его привлекаем к ответственности, а почему Новиков, который изуродовал много человеческих душ, остается безнаказанным. Его надо направить на низовую работу в паровозное депо, там его сумеют перевоспитать, но при этом если еще коллектив работников депо возьмет его в свои ряды и захочет избрать секретарем ячейки. Чем раньше сделает это т. Козлов, тем больше будет пользы. К сожалению, т. Козлов только на словах признает допущенные ошибки. Обратите внимание на его выступление на конференции, на активе. Его критика очень часто скользила по поверхности, он критикует руководящих работников с позиций – как бы не увеличить число обиженных. И это не случайно, и, выступая у нас по обращению Центрального комитета о транспорте и наших недостатках, т. Козлов не назвал ни одной фамилии. Такая беспредметная критика – выстрел по воробьям из пушки, и она наносит ущерб в воспитании кадров»³¹.

Зам. зав. отделом партийных органов ЦК КПСС по РСФСР Я.Сторожев и инструктор отдела партийных органов ЦК КПСС по РСФСР И.Тельнов были в командировке в ленинградской партийной организации, участвовали в работе собрания областного актива, состоявшегося 16 февраля 1955 года, были на активах районов, партсобраниях на заводах, где обсуждались доклады об итогах январского Пленума ЦК КПСС. Об этом они доложили в ЦК КПСС.

В отчете они отметили, что много вопросов задавали в связи с освобождением т. Маленкова от обязанностей председателя Совета Министров СССР, в чем выражается его вина по «ленинградскому делу»?

В записках спрашивали: «Где сейчас работает т. Андрианов? Почему не ставится вопрос о наказании Андрианова – главного громилы ленинградской организации? Выведен ли Андрианов из состава ЦК КПСС? Почему до сих пор не наказаны те работники, которые вместе с ним на протяжении ряда лет шельмовали ленинградскую партийную организацию, избивали и истребляли ее кадры? Сигнализировал ли аппарат обкома и горкома КПСС о неправильной линии Андрианова? Нет ли «ловкачей», которые весьма усердно помогали Андрианову истреблять партийные кадры, а теперь выставляют себя «невинными жертвами»? Почему в прошлом году не проводили городскую партконференцию, не было отчета горкома КПСС? Проверяющие обратили внимание на то, что доклад Козлова Ф.Р. не отличался глубиной и конкретностью. Нет остроты, самокритичности, он почти никого не критиковал. Примерно четвертая часть участников ушла с собрания актива. Записалось выступить 38 человек, высказались – 18, из них 6 сельских работников. Прения прошли вяло, выступали по бумажке. Все это походило на самоотчеты.

В первичных партийных организациях собрания проходили более активно. Коммунисты поднимали вопрос об ответственности т. Андрианова и других за «избиение кадров».

На партийном собрании завода «Электросила» начальник цеха № 3 Леонович и секретарь парторганизации мастер Никитин сказали, что Андрианов и другие не должны остаться безнаказанными. Они опозорили ленинградскую партийную организацию, разгромили кадры, посеяли подозрительность, недоверие, свели на нет заслуги Октябрьской социалистической революции, Великой Отечественной войны, закрыли музей обороны Ленинграда. Отметили также, что «Андрианов – это грязный интриган, а т. Козлов не хочет признавать своих ошибок».

Шумным было партийное собрание коммунистов в городском университете. Докладчику подали 48 записок. В них спрашивали об ответственности т. Андрианова и других. Коммунисты требовали подробно осветить эти вопросы.

Обсуждение итогов январского Пленума ЦК КПСС показало, что в руководстве обкома и горкома КПСС остаются люди, причастные к «ленинградскому делу», указывали и на Ф.Р. Козлова. На областной партийной конференции (февраль 1954 г.) против его избрания в состав обкома КПСС голосовало 125 человек, или 19 % к общему числу делегатов.

Авторитет т. Козлова Ф.Р. еще более упал, сообщали проверяющие, после того, как Президиум ЦК КПСС в постановлении от 3 мая 1954 года отметил, что «дело по обвинению Кузнецова, Попкова, Вознесенского и других в измене Родине, контрреволюционном вредительстве и участии в антисоветской группе было сфальсифицировано во вражеских авантюристических целях».

Душа, конечно, рвалась и кипела у секретаря обкома партии, выслушивая подобные обвинения в разгроме «антипартийной группы, избиении кадров», зажиме критики и самокритики. Он-то знал то, чего не знали другие и вел себя так, как подобает, сохраняя человеческое достоинство, проявляя чувство самосохранения в обстановке, когда «накалялась» борьба за власть в кремлевских кабинетах. Ему, я так думаю, важно было устоять на центристской позиции. А тем, кто боролся за власть, за партийное лидерство, государственное руководство, важно было сохранить (до поры до времени) во властной вертикали способного и талантливого организатора, который не кривил душой, а главное, выходца из низов народа, как надежный щит и прикрытие, когда надо будет обратиться к массам, опереться на них, чтобы мобилизовывать на строительство «светлого будущего» – коммунизма. С уходом из жизни И.В. Сталина «трещина» в партийном аппарате разрасталась все больше и больше, она в конце концов и привела к разоблачению культа личности, от неё и начали размывать социалистические, национально-государственные устои союзной державы. Ощущение катастрофы туманило ум многих коммунистов. В связи с этим понятен ответ Ф.Р. Козлова, который он дал заведующему отделом партийных органов обкома Христофорову, когда тот доложил ему, что на собрании актива Московского района коммунисты высказали недоумение, почему Андрианов и другие не привлечены к ответственности за «ленинградское дело»? Он сказал, что Христофоров не смог обеспечить должную подготовку собрания актива. Ещё факт. На собрании областного партийного актива Ф.Р. Козлову прислали записку. В ней спрашивали: «Верно ли, что Андрианов исключен из партии и снят с работы; где он и кем работает?» Сказав, что Андрианов по-прежнему работает заместителем министра госконтроля по кадрам, Ф.Р. Козлов разъяснил: «Вопросы о «ленинградском деле» очень подробно были освещены здесь, на активе, в 1954 году секретарем ЦК КПСС товарищем Хрущевым. На партийном активе Ленинградской парторганизации т. Хрущев об Андрианове и о других руководящих работниках области рассказывал подробнейшим образом. К тому, что рассказал товарищ Хрущев, я лично ничего добавить не могу».

У коммунистов возникали и другие вопросы. Например, о секретаре партколлегии обкома КПСС Новикове, почему он, принимавший активное участие в избиении кадров, исключавший из партии честных коммунистов, до сих пор остается во главе партколлегии и сейчас восстанавливает этих же людей в партии.³²

4

Обстановка внутри партии складывалась сложная. Ее можно было сравнить с весенним паводком, когда «сталинскую зиму», его «диктатуру власти» растопила энергия людей, которые взялись за узду управления страной, но «размораживающие» паводковые явления захватили их в своё роковое течение, обрушивая все структуры, казалось бы, устоявшийся общественный мир, добытый в Великой Отечественной войне. Люди терялись, не понимая, что происходит, теряли веру, что верховная власть стремится к обустройству «народного блага», что коммунизм не за горами, а национальное развитие затухало, теряло самобытность, патриотизм. Все это порождало идеологические «заслоны», выход за рамки которых осуждался как «антисоветизм» или «почвенничество», «антисемитизм». Кому всё это было на руку, кто был «перестроечным закопёрщиком», мы все это узнали через годы.

Прочитаем один из документов послевоенной созидательной эпохи.

«Секретно

Секретарю ЦК КПСС тов. Хрущеву Лично

от члена КПСС с 1918 г. п/б № 00580941,

с 1909 года, рабочий текстильщик-ткач

Сладков Василий Алексеевич.

Уважаемый Никита Сергеевич!

После решения сентябрьского Пленума ЦК КПСС 1953 г. Вы не один раз были в г. Ленинграде и области, хорошо знаете, как обстоят у нас (сельскохозяйственные) и прочие дела. После снятия секретарей Ленинградского обкома т.т. Андрианова и Игнатова, на пленуме Ленинградского обкома КПСС 1954 г. Вы сказали (так нам говорили участники пленума), «что никогда и нигде Вы не видели такого барско- бюрократического отношения к сельскому хозяйству, как в Ленинградской области». Так это было или нет, мы, рядовые члены КПСС, не знаем. Но жизнь за 1,5 года подтвердила, что Вы были правы.

Только непонятно, для чего был избран секретарем Ленинградского обкома КПСС т. Козлов, человек совершенно неграмотный в области с.х.

В начале апреля с.г. Вы приезжали в Ленинград на совещание работников сельского хозяйства областей и автономных республик северо-запада.

Перед совещанием наше ленинградское «начальство» решило похвастать, показать Вам образцовые колхозы и совхозы. Вам показали в Кингисеппском районе хороший колхоз им. Димитрова, но плохие колхозы не показали, скрыли от Вас. Потом решили показать Вам «самый лучший» совхоз «Сельцо», считая, что Вы человек пожилой, диплома об окончании сельскохозяйственного вуза не имеете, по специальности слесарь-водопроводчик, так что вам вполне можно «втереть очки», но просчитались. Вы на совещании в Ленинграде с песочком продрали секретаря Ленинградского обкома КПСС т. Козлова и председателя Леноблисполкома т. Воробьева. Вы сказали совершенно ясно, что случай с совхозом «Сельцо» является позорным и показывает, насколько поверхностно местные партийные и советские организации занимаются совхозами.

Ленинградский обком КПСС занимается поверхностным руководством сельского хозяйства уже много лет, о чем я Вам писал в начале 1954 г. и просил т. Козлова привлечь к партийной ответственности за нарушение Устава КПСС, так как т. Козлов, несмотря на мои 6 заявлений (письменных), в течение 1,5 лет не желает принять меня. Я имею опыт работы в области сельского хозяйства побольше, чем т. Козлов, да и область знаю хорошо. На приеме я хотел дать т. Козло-ву ряд советов, как наладить сельское хозяйство, так как за все безобразия в области сельского хозяйства в нашей области мы отвечаем все члены партии и каждый член партии в отдельности. А секретарь Ленинградского обкома КПСС т. Козлов держит себя, как царь Николай II, и почти недоступен для партийного актива.

А Вы, Никита Сергеевич, мое письмо с жалобой на т. Козлова из Москвы прислали в Ленинград т. Козлову, который положил его к себе в карман. А меня т. Козлов так и не принял.

Я записан в очередь на прием, но когда буду принят – известно только «господу богу».

Уважаемый Никита Сергеевич, по всем этим вопросам я хотел бы, чтобы Вы меня приняли.

Нам в Ленинградской области нужен новый секретарь обкома КПСС вместо Козлова и новый председатель Леноблисполкома вместо т. Воробьева.

На должность первого секретаря Ленинградского обкома у меня есть кандидат, он очень сильно похож на С.М.Кирова, но где он в настоящее время, мне неизвестно, так как не видел его с 1928 года. Он член КПСС с 1917 года».

Далее Сладков изложил свои пожелания по совершенствованию управления всеми сторонами жизни советского общества, а в заключение пишет: «Уважаемый Никита Сергеевич! Очень хотелось бы посмотреть Москву в последний раз, так как я все более и более старею. Вас хотел бы посмотреть, а пенсию не могу расходовать на ж.д. билет до Москвы.

С коммунистическим приветом, член КПСС, инвалид, персональный пенсионер республиканского значения, Сладков В.А. 19 апреля 1955 г.»³³

Есть смысл, на мой взгляд, привести и еще «одну информацию к размышлению», которая поступила в ЦК КПСС. Она тоже характеризует общественно-политическую обстановку того периода. Есть над чем поразмыслить, как в шахматной партии.

Отдел партийных органов ЦК КПСС по РСФСР докладывал, что на партийной конференции Ленинградского государственного университета им. Жданова (25–27 октября 1955 г.) коммунисты высказали много острых замечаний в адрес Ленинградского областного и городского комитетов партии.

Делегаты говорили, что они слабо помогают университету, не интересуются учебным процессом и подготовкой молодых специалистов. Секретарь горкома партии т. Попов, ведающий идеологической работой, редкий у них гость.

Ф.Р. Козлова критиковали за то, что, сделав информационный доклад в университете об итогах июльского Пленума ЦК КПСС, не поставил, мол, никаких конкретных задач. Бывший преподаватель университета, слушатель института повышения квалификации преподавателей марксизма т. Савельев заявил: «Я не встречал, чтобы секретаря областного комитета партии встречали таким гробовым молчанием, как т. Козлова на общем партийном собрании университета. Это, очевидно, не случайно, это – показатель того, что должного авторитета нет у ленинградских руководителей. Им надо очень много и основательно работать, чтобы этот авторитет завоевать». Не обошел он и вопрос о «ленинградском деле», заявив, что «немалое количество людей пострадало… те, которые творили эти дела, находятся сейчас у руководства», и что он «был бы доволен, если бы заменили это руководство, которое не имеет авторитета, а т. Козлову надо подавать заявление об отставке». Он упрекнул и ЦК КПСС за то, что в Ленинград прислали «варягов», которые не справились с работой.

Преподаватель кафедры марксизма-ленинизма т. Коган говорила, что председатель партийной комиссии обкома КПСС Новиков «избивал невинных коммунистов, и ему следовало бы подать заявление об отставке, обком и горком партии плохо ликвидируют последствия «ленинградского дела» и в этом виновны тт. Козлов и Казьмин».

Преподаватель кафедры марксизма-ленинизма т. Пашкевич сказала о том, что «нарушается партийная демократия и следовало бы выборы в партийные органы делать прямыми, т. е. как в советские органы», и ещё заявила, что «руководителям партии следовало бы бывать не только на партийных активах в Ленинграде, но и у них в университете». Она утверждала, что среди преподавателей кафедр марксизма-ленинизма и даже зав. кафедрами общественных наук есть «заведомые клеветники и негодяи» (Скрыпнев, Соколов, Беляев и др.), которые «десятки людей отправили в тюрьмы, но продолжают работать и никого в горкоме это не волнует». Кроме того, есть люди, которые просто больные, пьяницы, «читают лекции часто в пьяном виде» (профессор Пипуныров).

Разве не стоит задуматься над тем, что говорили выступающие, кого они «распинали» и почему?

Выступления тт. Савельева, Коган и Пашкевич, смаковавших «ленинградское дело», прерывали аплодисменты.

Один из делегатов даже предложил привести на конференцию секретаря горкома или обкома т. Попкова или т. Казьмина, чтобы они слушали критику в свой адрес. Дружным хором поддержали это предложение. В целом же конференция прошла неорганизованно, шумно, показала, что в университете слабая организационно-партийная среда, обком КПСС мало уделяет внимания ее укреплению.

Отдел предложил командировать в Ленинград работника, чтобы совместно с обкомом и горкомом наметить меры «по оздоровлению партийной организации университета».

Под этой конфиденциальной информацией стоит подпись:

«Зам. зав. Отделом партийных органов ЦК КПСС по РСФСР

С.Пилипец».

5 ноября 1955 года³⁴

Весьма настораживающий документ. Не утихали споры и разборки по «ленинградскому делу», а в партийных организациях «разгорелась» очередная «разоблачительная кампания» против антипартийной группы Маленкова, Кагановича, Молотова и Шепилова.

На июньском 1957 г. Пленуме ЦК партии Ф.Р. Козлов попытался расставить точки в «ленинградском деле». О том, как он осуждал «клеветников», скажу чуть позже, ибо это связано с его карьерным ростом, а пока приведу документ, который даёт возможность сделать выводы из ранее сказанного.

Заместитель председателя Облплана (Ленинградская область) тов. Турко, работавший прежде первым секретарем Ярославского обкома КПСС и снятый с этой должности в связи с «ленинградским делом», выступая в партийной организации фабрики «Красное знамя» (г. Ленинграда), сказал, что грязные раскольнические, фракционные методы борьбы на всех этапах истории партии отличали поведение ее врагов. Так действовали и «антипартийцы» Маленков, Каганович, Молотов, хотя в своих речах они клялись в преданности делу марксизма-ленинизма. Подлое поведение, если учесть, что в истреблении честных коммунистов выдвигали доводы, что они искажают линию «марксизма-ленинизма», значит, они «враги народа», «враги партии» и заслуживают сурового наказания вплоть до расстрела. «Железная логика», ничего не скажешь. И это всё происходило на глазах людей, преданных партии и народу, таких, как Ф.Р. Козлов, который не побоялся сказать, что «у Маленкова руки по локоть в крови». Турко на собрании рассказал, как его вызвал Маленков: кричал, ругался и пригрозил: «Если вы не признаетесь, то с вами будет то, что было с Кузнецовым, который вчера был у меня в кабинете и рыдал». Потом в кабинет к нему зашли Шепилов и Черноусов. Они пытались навязать Турко вину за «ленинградское дело». Маленков кричал: «Не забудьте, что следствие – голос ЦК. Если ты не признаешься, тем самым ведешь борьбу с Центральным Комитетом».

«Враги партии, – откровенно говорил Турко, – отщепенцы, такие всегда нападают на коммунистов, которые имеют авторитет в народе». Тяжёлые годы, тягостные, но они малость «посветлели», когда ЦК КПСС снял «позорное пятно предательства» с Ленинградской партийной организации³⁵.

Трудно сказать, как Турко попал в Ленинград, ведь его самого пытали.

Заблуждения в оценке тогдашних событий «расщепляли» умы и сознание людей, не способны они были, когда велась «кипучая» борьба за власть, не могли объективно анализировать происходящее. Субъект истории – человек – находился как будто бы не в «своей тарелке», изрекая идеологические догмы, «убивая» в себе и окружающих поиск истины.

Ф.Р. Козлов в этой политической игре оставался самим собой, со своим внутренним духовным миром, тяготеющим к «бедам и печалям» простого народа. Это, конечно, все видели, он же не молчал, когда надо было высказать правду, за это и «чужаком» слыл, «неучем» у некоторых кремлевских «партийных боссов». «Ленинградское дело» унесло жизни многих людей, близких ему за «позицию» – к национальному развитию советского государства.

Как тут выступать в роли присяжного судьи, выносить вердикт: виновен или не виновен Ф.Р.Козлов? Тучи над ним не раз сгущались, в воздухе пахло грозой, но срабатывал, видимо, природный инстинкт самосохранения, чтобы «найти крышу» хрущёвского покровительства, под которой можно действовать осмотрительно, но с пользой для народа, с надеждой, что властно-партийные передряги успокоятся, жизнь государства войдёт в нормальную созидательную колею. Он понимал сложность своего положения, и нет сомнения лично у меня, что со своими помощниками Н.С. Хрущев искал для «выходца из народа», своего любимца, какой-либо «громоотвод». И нашел, «подключил» его к работе по выполнению требований, изложенных в письме ЦК КПСС к партийным организациям «Об усилении политической работы партийных организаций в массах и пресечении вылазок антисоветских, враждебных элементов» (19. 12. 1956 г.).