Kitobni o'qish: «Долги Люцифера. Как делать деньги после войны»
Шахматы геополитики

© Виленчук А.М., 2024
© «МОСКОВСКИЙ РАБОЧИЙ» МОСКВА 1929 ЛЕНИНГРАД
© ООО «Издательство Родина», 2024
От автора
В настоящей работе в основном идет речь лишь о внешней государственной задолженности, возникшей в результате империалистической войны. В нашу задачу, следовательно, не входит рассмотрение вопроса о внутренних государственных долгах, а также о внешней негосударственной, т. е. частной задолженности. Мы касаемся этих проблем лишь попутно, поскольку это необходимо для уяснения основной темы.
Международная задолженность крупных капиталистических стран представляет собою одну из характерных особенностей послевоенного капитализма. Наличие внешних государственных долгов, даже по мнению буржуазных экономистов, стало одним из существенных препятствий к восстановлению равновесия мирового хозяйства.
Внешняя государственная задолженность является одним из тех узлов, в котором переплетаются все социально-экономические и политические противоречия послевоенного империализма. Она является в такой же мере «узким местом» современного капитализма, как и вопрос о рынках, о безработице, об угле и т. п. Капиталистический мир в состоянии на время смягчить остроту этих вопросов, но разрешить их целиком он бессилен.
С внешней стороны вопрос о долгах в течение последних лет как будто уже разрешен в результате международных соглашений. Но в настоящий момент, в связи с пересмотром плана Дауэса, вполне очевидно, на каком шатком основании покоятся все эти соглашения.
Настоящая работа не ставит себе целью углубленного теоретического исследования проблемы. Она имеет в виду популярное, по возможности, изложение основных фактов и освещение вопроса о внешних долгах на фоне послевоенного кризиса мирового хозяйства.
Особая глава посвящена так называемому русскому долгу.
Пару слов относительно цифр. Они заимствованы из официальных источников и из основных работ, появившихся по данному вопросу за последние годы. Мы имеем в виду серию известных работ северо-американского Института экономики, изданных под редакцией Моультона, работу американского экономиста Фиска, немецкие работы Маутнера, Войтинского, Фридриха и ряд других.
Для облегчения сопоставлений, все суммы переведены в доллары и золотые рубли. Исключение допущено лишь для репарационных платежей Германии, которые в соответствующей главе приведены в марках. Для упрощения пересчетов принято, что один американский доллар равняется 2 руб.= 4 германским маркам. В действительности, 1 доллар = 1 р. 94 к.= 4,2 марки. При переводе денежных единиц военного и послевоенного времени в довоенные взяты общепринятые оптовые индексы.
Заранее извиняюсь перед читателем за относительное обилие цифр; но говорить о долгах, не приводя сумм, никак нельзя.
Москва,
январь 1929 г.
I. Империализм и государственные долги
Войны и социальные потрясения сопровождают все крупные переломные периоды империалистической истории человечества. Так было при переходе от натурального хозяйства к товарному, а потом при переходе от простого товарного хозяйства к капиталистическому. Так обстоит дело в эпоху империализма, являющегося последней ступенью капиталистического развития, упирающегося в период пролетарских революций.
Войны и революции со всей остротой выдвигают всегда вопрос о государственных долгах. Государственный кредит в его зачаточных формах столь же стар, как и капиталистическая государственная власть. Рост и усложнение государственного аппарата, соответствующие основным ступеням развитии капиталистического хозяйства и его противоречий, меняют форму и характер государственных долгов.
Возникновение твердой власти – условие необходимое, недостаточное для развития государственного кредита. Развитая его форма предполагает наличие свободных капиталов и легкость их передачи. Эти условия появились полностью лишь в XIX в.
Прошлое столетие открывается эпохой наполеоновских войн, вызвавших непомерный рост долгов европейских государств и, в первую очередь, Англии. В последующие десятилетия долги европейских государств возрастают довольно медленно. В 40–70‑х гг. XIX в. получают широкое распространение государственные займы в целях железнодорожного строительства. Резкий скачок государственная задолженность обнаруживает с 70‑х гг. XIX в. – в период восходящего империализма. Рост этот тесно связан с захватнической политикой капиталистических стран. В конце XIX в. весь мир был поделен между великими державами. Делить больше было нечего. Можно было только переделять при помощи вооруженной силы. Захватническая политика неизбежно ведет к вооруженным столкновениям. Армия и флот играют роль не только в военное время, но и в мирное, подкрепляя внешние хозяйственно-политические требования капиталистических государств. Вместе с империализмом растут из года в год государственные расходы на содержание армии и флота. За 25 лет до мировой войны (1688–1913) ежегодные военные расходы Германии возросли на 140 %, Англии – на 134 %, Франции – на 103 %, России – на 210 %, Соединенных Штатов – на 276 % и т. д. Текущие доходы капиталистических держав не в состоянии покрыть этих колоссальных расходов. В связи с этим увеличились государственные долги европейских держав. Вместе с тем продвижение европейского капитала в отсталые страны способствует росту внешней задолженности последних.
Накануне империалистической войны мировая задолженность определялась в размере около 90 млрд. руб. Из этой суммы свыше 65 млрд, приходится на европейские страны, причем на руководящие капиталистические страны Европы – Великобританию, Германию и Францию – падает около 30 млрд. руб. В этих государствах задолженность является исключительно внутренней. Внешние долги имеют в Европе страны отсталые, с преобладанием сельского хозяйства.
Государственный долг европейских колониальных и полуколониальных стран в 1913 г. (в миллионах рублей)

Так, например, при государственном долге царской России накануне империалистической войны в размере 8,8 млрд. руб. – 4,2 млрд. руб. падает на внешнюю задолженность. Из общей суммы задолженности Венгрии в 2,5 млрд. руб. около 1,5 млрд, падает на внешние долги; в Румынии – при государственном долге в 650 млн. руб. к свыше 500 млн. руб. приходится на внешний долг; в Греции внешний долг составляет 270 млн. руб. при общем размере государственного долга в 330 млн. руб.; в Болгарии – 200 млн. из 350 млн. Задолженность внеевропейских стран, как это видно из таблицы («Гос. долг…»), почти исключительно внешней.
Соотношение между внешним и внутренним долгом в главнейших странах мира накануне империалистической войны представлено в диаграмме № 1.

Диаграмма № 1. Внутренние и внешние долги главнейших государств в 1913 г. (в млн. рублей)
Накануне империалистической войны общая сумма внешней задолженности всех стран мира определяется, примерно, в 25 млрд. руб. Уплата процентов по долгам составляет значительную часть государственных расходов – особенно в отсталых странах. В Китае, например, на уплату процентов уходит свыше 2/3 всех государственных расходов. Около 30–40 % общей суммы государственных расходов составляют платежи по долгам в Болгарии, Португалии, Эквадоре, Южно-африканском союзе и Бразилии; от 20 до 30 % – в Сербии, Египте, Боливии, Румынии, Греции и т. д.
Вывоз капиталов и внешние долги отсталых стран в эпоху империализма
Уже на ранней ступени развития капитализма обнаруживается двойственная роль государственных долгов. С одной стороны, они способствуют разрушению старых – докапиталистических – форм хозяйства и ведут к обнищанию рабочих и мелкобуржуазных масс. Но вместе с тем они благоприятствуют развитию производительных сил, образованию классов, сплочению их и созданию условий к организованной классовой борьбе. Противоречивая роль государственных долгов, и в первую очередь внешних, особенно ярко обнаруживается в период империализма.
В последней четверти XIX в. мы наблюдаем огромное накопление капиталов в немногих богатейших странах. Этот избыток капиталисты, конечно, меньше всего намерены использовать для повышения жизненного уровня рабочих масс и крестьянства. Капиталисты богатых стран стремятся вывозить свободный капитал в отсталые страны, как в форме промышленного капитала, так и в виде ссуд правительствам отсталых государств.
Если для старого капитализма при господстве свободной конкуренции был типичен вывоз товаров, то для капитализма на высшей и последней ступени его, для монополистического капитализма, – характерен вывоз капиталов.
В вывозе капиталистических стран все большую роль начинает играть промышленное оборудование. Покуда кредитуется вывоз готовых изделий, зависимость должника носит преходящий характер. Дело, однако, меняется, когда начинается кредитование ввоза основного капитала. Должник в этом случае может освободиться от заимодавца лишь по истечении долгого времени. Такого рода длительное кредитование под силу лишь промышленному капиталу, когда он тесно срастается с банковым. Вместе с тем меняются отношения между странами вывозящими и ввозящими. Когда речь идет о вывозе товаров, фабрикант и торговец вывозящей страны получают прибыль, условия возникновения которой уже были созданы в стране вывозящей: они превращают в деньги ту прибавочную стоимость, которая была ими получена в результате эксплуатации «своего» отечественного пролетариата. При вывозе же оборудования фабрикант и стоящий за его спиной банк участвуют в присвоении прибавочной стоимости, создаваемой в стране, ввозящей капитал.
Каковы причины вывоза капиталов?
Переход от промышленного капитализма к монополистическому финансовому капитализму обозначает необычайное обострение капиталистических противоречий. Непрерывные технические улучшения и рост применения машин приводят к падению нормы капиталистической прибыли, которое лишь частично сдерживается политикой цен монопольно-капиталистических объединений (картели, синдикаты, тресты). Это обстоятельство усиливает погоню за сверхприбылью, которую дают промышленникам более отсталые страны. Непрерывный рост производства, обострение борьбы за рынки, таможенные стены, вздорожание сырья и топлива действуют в ту же сторону. В отсталых странах капиталов мало, цена земли и ее продуктов там не велика, а заработная плата низка.
Известный французский экономист Неймарк следующим образом оценивает размер иностранных вложений Англии, Франции, Германии и Северо-Американских Соединенных Штатов накануне мировой
..

Названные государства от своих заграничных вложений получали ежегодный доход в размере около 4 млрд, руб. Общий вывоз товаров этих стран составлял за год 13 млрд. руб. Таким образом, доход от иностранных вложений превышал % ценности всего вывоза товаров из названных четырех стран.
При этом большая часть капиталов, как мы уже знаем, была вложена в заокеанские страны – колониальные и полуколониальные. Лишь Франция значительную долю своих капиталов вкладывала в европейские страны и, в первую очередь, в Россию.
Вывоз капитала в отдельные страны, поскольку он идет на производительные цели, способствует развитию в них капитализма. В виде возмещения за заем капиталисты всегда получают выгодные торговые договоры, концессии, промышленные заказы и т. д. Поэтому они готовы предоставлять займы даже тогда, когда их собственные финансы далеко не в блестящем состоянии, ибо они всегда опасаются, что их предупредят конкуренты.
Самая возможность вывоза капитала в отсталые страны создается тем, что эти страны уже втянуты в оборот мирового хозяйства. Привлеченные извне средства усиливают это развитие, а также и зависимость от стран, ввозящих капитал. В этой области вырабатывается наиболее тесное сотрудничество между капиталом и государственным аппаратом вывозящих стран. Особенно ярко сказывается зависимость отсталых стран при предоставлении ссуд правительствам э т и х стран. Русский царизм, например, в значительной мере обязан своим существованием в течение последних десятилетий перед войной поддержке международного финансового капитала. За эту поддержку он отдавал всю страну в эксплуатацию иностранцам. Буржуазной Франции перед войной удалось заключить с Россией целый ряд выгодных торговых соглашений. Но дело не только в торговых соглашениях. При предоставлении займов, в первую очередь государственных, немалую роль играют внешне политические цели. Последние нередко приобретают даже решающую роль. Франция давала займы царской России как союзнице в будущей войне против Германии. Займы, которые царская Россия получала от Франции н а производительные цели, составляют меньше половины полученных ею займов. Но и они шли, главным образом, на постройку дорог военного значения. Крупнейший заем царской России, полученный ею в 1906 г. (около 1 млрд, руб.), пошел на покрытие государственного дефицита. Дефицит этот возник в результате русско-японской войны, сопровождавшейся исключительными – даже для царской России – воровством и хищениями. Вместе с тем, этот золотой дождь должен был помочь правительству Николая Романова справиться с революционным пламенем.
Цель, для которой заключаются государственные займы, играет существенную роль. Там, где правительство – в особенности в отсталых странах – прибегает к займам для хозяйственно-непроизводительных затрат (вооружение, содержание двора монарха и проч.), займы ведут лишь к разрушению старых форм натурального хозяйства, но не содействуют развитию новых капиталистических форм. Здесь мы, по существу, имеем дело с одной из форм ростовщического кредита. Займы ведут лишь к разорению страны и насаждают не пролетариат, в современном смысле слова, а разоренные крестьянские массы.
Контроль империалистических государств над отсталыми странами
Заимодавец, конечно, заинтересован в империалистически исправном поступлении платежей. Наиболее действительной мерой обеспечения заимодавца является контроль со стороны последнего над финансами государства-должника. Контроль этот возникал большею частью после дипломатических «внушений» и вмешательства со стороны правительств тех стран, подданными которых были заимодавцы. Чаще всего контроль осуществлялся рядом государств через посредство международных комиссий. Типичный образчик установления такого рода контроля мы находим в истории Египта.
Бесшабашная расточительность хедивов (князей) Египта, Саида-паши и Измаила-паши привела в 1876 г. к вмешательству представителей Англии и Франции е египетские дела. В 1876 г. была создана специальная комиссия для руководства оплатой государственных долгов в составе 6 иностранных комиссаров. Комиссия эта захватила в свои руки контроль над всем государством. В виде обеспечения по уплате долгов заимодавцы наложили руки на доходы железных дорог н Александрийского порта. После того как хедив в 1878 г. опять не выполнил своих обязательств, была образована новая контрольная комиссия. После низложения Измаила-паши и замены его Тевфиком-пашой в 1880 г. была создана международная комиссия из представителей 5 заинтересованных держав. Комиссия эта осуществляла контроль над бюджетом.
Другой пример. Самая значительная организация международного контроля была создана в 1881 г. в Турции – «Международный совет по управлению государственными долгами Турции». Вызванное непрерывными войнами финансовое расстройство Турции дало основание ее заимодавцам для введения контроля. Долги Турции обеспечивались доходами от государственной табачной и соляной монополии, поступлениями от питейных, гербовых сборов, налогов па рыболовство в Константинополе, от обложения шелководов и от таможенных доходов.
Международный контроль существовал до войны также на Греции, Сербии, Тунисе, Перу и т. д.1.
В нашу задачу не входит рассмотрение довоенной задолженности. Для дальнейшего изложения нам существенно лишь установить: 1) что до мировой войны вопрос о внешних долгах во всей остроте стоял лишь у колониальных и полуколониальных стран, в отсталых земледельческих странах, и 2) что на ряду с чисто разрушительными моментами, и несмотря на неимоверную эксплуатацию колониальных народов, задолженность колониальных и полуколониальных стран сопровождалась целым рядом экономически положительных явлений, поскольку внешние займы способствовали росту производительных сил этих стран. Иностранный капитал, проникая в отсталые страны, приносил с собою не только библию, сифилис и водку; он создавал предпосылки к революционной борьбе народных масс этих стран против империалистических поработителей.
Особенности послевоенной задолженности
Совсем иной характер имеют внешние государственные долги послевоенного периода прежде всего, как мы увидим подробнее в дальнейшем, внешняя задолженность становится чрезвычайно острым вопросом для передовых капиталистических стран. Страны эти, бывшие до войны заимодавцами, превращаются в должников. В качестве всеобщего кредитора выступает лишь одна высокоразвитая капиталистическая страна – Северо-Американские Соединенные Штаты
Вместе с тем, существенным является то обстоятельство, что основная часть современной государственной задолженности возникла во время империалистической войны. Займы капиталистических стран во время войны возникли исключительно в результате непроизводительных трат; они способствовали не развитию производительных сил, а их разрушению. Война в целом не способствовала экономическому развитию воевавших стран. Экономически война обозначает бесполезное потребление оборудования, сырья и труда и обнищание широких масс населения. Война, правда, повысила прибыли военной промышленности и доходы узких кругов буржуазии, а частично и рабочей аристократии, но, с точки зрения хозяйства воевавших европейских стран в целом, война явилась величайшим тормозом в развитии производительных сил. Именно за счет хозяйственного обнищания европейских государств произошло обогащение Соединенных Штатов, которые даже после вступления в войну мало подверглись разрушительному действию войны.
До вступления в войну Северо-Американские Соединенные Штаты, взамен пушек, гранат, пороха и прочих орудий истребления, которыми они снабжали Европу, получали золото и товары, которые в большой доле могли быть употреблены на производительные цели. Разбухшая военная промышленность Соединенных Штатов получала в обмен реальные ценности, в то время как воевавшие европейские страны расстреливали накопленные ценности в воздух.
Империализм – эпоха умирающего капитализма. Войны являются его неизбежным спутником. Послевоенная государственная международная задолженность неразрывно связана с этой хозяйственной системой. В военном происхождении современной государственной задолженности с особой отчетливостью сказываются процессы загнивания капитализма.
Элементы паразитического перерождения и загнивания капитализма предстанут перед нами во всей наготе при рассмотрении истоков современной международной государственной задолженности – империалистической войны 1914–1918 гг.
II. Стоимость мировой войны и источники ее покрытия
Общая стоимость мировой войны
Империалистическая война 1914–1918 гг. потребовала от воевавших государств такого напряжения, которое неизмеримо превосходит все то, что нам известно из истории прошлых войн. О размере армий воевавших стран дает представление следующая таблица:
Численность армий во время империалистической войны

Стоимость империалистической войны 1914–1918 гг. во много раз превышает стоимость предыдущих войн. Это обнаруживается при сопоставлении военных издержек отдельных государств за день в предыдущие войны и в период империалистической войны. Во время франко-прусской войн 1870–1871 гг. Пруссия тратила ежедневно 3,9 млн. руб., а Франция – 4,2 млн. руб. Во время русско-японской войны 1904–1905 гг. Япония тратила ежедневно 2,2 млн. руб., а Россия – 2,6 млн. руб. Ниже мы приводим данные о том, во. что обходился каждый день войны 1914–1918 гг. царской России, Великобритании, Германии и Франции.
Ежедневный расход отдельных государств на войну (в миллионах рублей)

Наглядно это может быть представлено в следующей диаграмме:
Если к расходам указанных выше четырех стран прибавить расходы Австро-Венгрии, Италии, Бельгии, Японии, Турции, Болгарии и Северо-Американских
Соединенных Штатов (с 1917 г.), то общая сумма ежедневных расходов всех воевавших государств составляла: в 1914 г. – 75 млн. руб., в 1915 г. – 137 млн. руб., в 1916 г. – 200 млн. руб., в 1917 г. – после вступления Северо-Американских Соединенных Штатов в войну – около 450 млн. руб.

Диаграмма № 2. Ежедневный расход отдельных государств на войну (в млн. рублей)
Все эти данные приведены на основе довоенного курса денежной единицы отдельных стран в отношении рубля. Они, конечно, дают преувеличенное представление о расходах, поскольку в военные годы имело место обесценение денег и рост товарных цен. Так, если принять уровень довоенных оптовых цен в каждой стране за 100, то он составлял: в России в 1915 г. – 126, в 1916 г. – 318, в первое полугодие 1917 г. – 702; в Великобритании в 1915 г. – 127, в 1917 г. – 206 и в 1918 г. – 226; в Германии в 1915 г. – 142, в 1917 г. – ] 179 и в 1918 г. – 217; во Франции в 1915 г. – 140, в 1917 г. – 262 и в 1918 г. – 339.
Более правильное представление о размере военных расходов мы получим, если переведем все расходы в довоенные рубли. До сих пор еще нет точных исчислений в этой области. Наиболее серьезная попытка такого рода была проделана видным американским экономистом Г. Фиском.
Фиск сделал попытку исчисления непосредственных расходов воюющих государств на военные надобности. Он определяет расходы государств по ведению мировой войны до конца 1918 г. в размере 80 млрд, довоенных долларов или около 160 млрд, довоенных руб. Фиск в данном случае говорит, как было указано, лишь о том, во что обошлась война государственной казне воюющих стран.
Эта сумма охватывает только часть действительной стоимости войны. Сам автор указывает, что с точки зрения народного хозяйства в стоимость войны: надо включить ценность жизни преждевременно погибших на поле битвы, умерших от ран и заразы, уменьшение работоспособности в результате ранения и недоедания, болезненное состояние детей, уменьшение рождаемости, потерю ценных предметов, книг и предметов искусства, разрушение железных и других дорог, падение производительности труда и т. о. Все эти потерн в сумму 80 млрд. долл, не входит. Далее, сюда не входит недостаточный ремонт железнодорожных, электрических и других строений и т. п.
Но возьмем лишь сумму в 80 млрд, довоенных долларов. Чтобы дать читателю реальное представление о размерах этой суммы, Фиск приводит следующее сопоставление. Стоимость всей железнодорожной сети всего мира определяется в 60 млрд, долл., т. е. на 20 млрд, меньше суммы военных расходов воевавших государств.
Другое сравнение: в 120 млрд. руб. оценивалось народное богатство довоенной России, т. е. земельная собственность, угольные копи, железные рудники, золотые рудники, железные дороги, фабрики, заводы, дома, порты морского и речного флота, – короче говоря, все имущество, находящееся на территории царской России, начиная с Зимнего дворца и Путиловского завода в Питере и кончая стадами кочевников в Средней Азии.
Непосредственная стоимость мировой войны превосходит имущество довоенной России на 40 млрд, руб., а на 40 млрд. руб. можно было бы построить такую железнодорожную сеть, какою обладают Соединенные Штаты Северной Америки.
Названная выше сумма в 160 млрд, довоенных рублей включает лишь расходы, покрытые воевавшими государствами из собственных средств каждой страны. Если к этой сумме прибавить ссуды, предоставленные воюющими странами своим союзникам, то сумма расходов возрастет почти до 190 млрд, довоенных рублей.
Во что обошлась война отдельным странам
Как распределяется эта огромная цифра расходов между отдельными странами? Ответ на этот вопрос дают следующие таблица и диаграмма:
Распределение военных расходов между главными участниками империалистической войны
(в миллиардах довоенных рублей)2


Как видно из приведенных данных, всего на долю союзных держав падает 135,2 млрд. руб. – около 73 % общей стоимости мировой войны, а на центральные державы падает 51,4 млрд. руб. – около 27 %.

Диаграмма № 3. Распределение военных расходов между главными участниками империалистической войны
Среди отдельных государств самые значительные военные расходы падают на Англию. Далее следуют Соединенные Штаты, несмотря на то, что они начинают принимать непосредственное участие в мировой войне лишь с начала 1917 г. На третьем месте по размерам военных расходов стоит Г е р м а н и я. За Германией идет Франция, а за Францией – России. Далее следуют Австро-Венгрия и Италия.
Более отчетливое представление о значении военных расходов для отдельных стран получается при сопоставлении размеров этих расходов с населением и богатством (национальным имуществом) этих стран. Ниже мы приводим таблицу, которая дает возможность сделать такого рода сопоставление (в довоенных рублях):

Эти данные показывают, что военные расходы н а душу населения были выше всего в Англии; за ней непосредственно следуют Германия и Франция, затем – Соединенные Штаты, далее – Италия и Россия.
Если же сопоставить военные расходы с довоенным национальным богатством стран, участвовавших в войне, то на первом месте окажется Великобритания, за ней следуют Германия, далее Италия, Франция, Россия. Соединенные же Штаты в силу громадного национального имущества, оказываются на последнем месте.
Наибольшие человеческие жертвы понесли Германия и Франция. В этих странах число убитых на войне в процентном отношении к довоенной цифре населения составляет 2,35 % и 2,31 %; соответствующий же процент для прочих представляется в следующем виде:
Австро-Венгрия 1,60
Великобритания 1,44
Россия 0,98
Италия 0,92
Соединенные Штаты 0,05
Соединенные Штаты, больше всех стран выигравшие в результате империалистической войны, понесли наименьшие жертвы, материальные и человеческие.
Экономическая сущность военного хозяйства
Цифра в 190 млрд. руб. дает представление о гигантских размерах тех материальных ценностей, которые были уничтожены на полях сражения в период империалистической войны. Эта потрясающая сумма была истрачена как за счет текущего народного дохода, так и за счет народного имущества воевавших стран. Фиск, например, полагает, что Россия за время своего участия в империалистической войне в среднем за год расходовала около 14 своего народного дохода. При этом он исходит из того, что за время войны размер этого дохода не сократился по сравнению с довоенными годами. Но такого рода допущение явно неправильно. Видный русский социал-патриотический экономист (Прокопович, которого никак нельзя заподозрить в стремлении к преувеличению тягот империалистической войны) исчисляет общий доход России за три года войны в 41 млрд, руб., а военные расходы – в 17,1 млрд. руб. Таким образом, в среднем за год Россия расходовала на войну около 40 % своего национального дохода. В течение последнего года войны (1916/17 г.) военный расход, по его же исчислениям, составлял 7 млрд. руб. при народном доходе в 12 млрд, руб., что составляет уже около 60 %.
Сокращение размера народного дохода за время войны есть не что иное, как результат отвлечения от производственной деятельности миллионов трудящегося населения города и деревни. На ряду с этим падает и производительность труда работающих в промышленности – в результате недоедания и износа оборудования, а в сельском хозяйстве – в результате сокращения рабочего скота, недостатка удобрителей, сельскохозяйственного инвентаря и т. п.
Вместе с сокращением общего размера народного дохода меняется н состав тех реальных ценностей, из которых он слагается в мирное время. В процессе производства, как известно, создаются средства производства (оборудование, машины, сырье и т. д.) и предметы потребления. И то и другое в хозяйстве мирного времени, в основном, имеет производственный характер. Без непрерывного» производства оборудования, машин, сырья и т. д. невозможно дальнейшее воспроизводство. Точно так же обстоит и с подавляющей частью предметов потребления, идущих на поддержку рабочей силы. В военное время получает резкий перевес производство военной промышленности и работа на армию вообще. Тем самым в корне подрывается возможность дальнейшего воспроизводства. Орудия истребления расстреливаются в воздух, а предметы потребления отвлекаются в значительной мере не для поддержания рабочей силы, а для содержания армии, которая с точки зрения народного хозяйства не только ничего не производит, но разрушает созданные раньше ценности.
Под народнохозяйственным углом зрения война есть не что иное, как усиленное производство быстро исчезающих предметов потребления, не дающих производственного результата. В итоге производство принимает попятный характер. Производительные силы и общественное богатство идут к непрерывному сокращению. В первую очередь сокращается потребление рабочих и широких слоев городской мелкой буржуазии. Но на военные надобности уходит значительно больше того, что можно получить даже путем резкого снижения жизненного уровня трудящегося населения. Приходится запускать ремонт машин и оборудования и привлекать все старые товарные запасы, которые имеются в изобилии в любой капиталистической стране. Военные издержки покрываются, таким образом, не только за счет снижения жизненного уровня и усиленной эксплуатации широких народных масс, но и за счет уничтожения накопленного ранее имущества. Поскольку эти источники оказываются недостаточными, приходится прибегать к ввозу товаров в кредит из-за границы. На этой почве и возникают внешние займы и кредиты военного времени. Кредиты эти в такой же мере являются непроизводительными, как и все военное хозяйство в целом.
Какими путями воевавшие государства выкачивали средства, необходимые для ведения империалистической войны?
1) путем и а л о г о в; 2) путем внутренних займов и выпуска бумажных денег и 3) путем внешних займов.
Налоги и займы как источник покрытия военных расходов
Военные расходы государств, участвовавших в мировой войне, лишь в ничтожной степени были покрыты за счет налогов. За счет налогов во всех воевавших странах было покрыто всего лишь 3 % всей суммы расходов. Все остальное было покрыто путем займов и выпуска бумажных денег. Путем внутренних займов и выпуска бумажных денег было покрыто 84 % расходов, и путем в н е ш н и х з а й м о в – 13 %.
По отдельным странам значение отдельных источников меняется, и притом довольно резко, как это видно из приводимой ниже таблицы. Если принять общую стоимость войны в каждой стране равной 100, то на указанные источники приходятся следующие величины:
Формы покрытия военных расходов в различных странах

Налоги, как источник финансирования войны, самое видное место занимают в Соединенных Штатах (30 %); за ними следует Великобритания (19 %). В Германии роль налогового источника выражается лишь в 2 %; Франции налоги не только ничего не дают на финансирование войны, но их не хватает даже на покрытие обычных гражданских расходов государства. Аналогичная картина наблюдается в Австро-Венгрии и в России.
В России государственные расходы за годы войны распределяются, грубо, следующим образом:
Государственные расходы России в годы войны (в миллионах довоенных рублей)

Государственные доходы России за те же годы представлены в следующей таблице:
Государственные доходы России во время войны (в миллионах довоенных рублей)

При сопоставлении обеих таблиц становится очевидным, что уже в 1914 г. налогов едва хватало даже на покрытие гражданского бюджета России. В дальнейшем при непрерывном росте расходов сумма налоговых I прочих (железные дороги и т. д.) поступлений всё больше снижается. Вместе с тем, абсолютно и относительно растет значение займов как источника покрытия военных и гражданских расходов. Роль налогов возрастает лишь в 1917 г., после Февральской революции.
Социально-экономическая суть финансирования империалистической войны
Основную роль в финансировании войны, как мы уже видели выше, сыграли во всех финансирования странах займы, причем в первую очередь, займы в своей же стране. Внешние займы, как источник финансирования войны, сыграли наиболее крупную роль в России, Италии, а также и во Франции.
Почему налоги сыграли такую ничтожную роль в деле финансирования империалистической войны?
По той простой причине, что в этом случае в первую очередь пришлось бы усилить налоговый нажим в отношении правящих классов, нажившихся на империалистической войне, – забрать часть военных сверхприбылей у промышленников, торговцев и помещиков; это означало бы ослабить их патриотический пыл. С другой стороны, усилить открыто налоговый нажим на трудящееся население, влачившее за время империалистической войны в большинстве воюющих стран полуголодное существование, было политически опасно. При таком положении вещей капиталисты пошли по линии наименьшего сопротивления, – по линии выпуска займов.
Этот способ финансирования с внешней стороны был наименее безопасным: держатели военных займов в обмен на наличные деньги получали обязательства, приносящие определенные проценты.
По существу же бесконечные выпуски займов отнюдь не были столь невинным занятием. В качестве гарантии того, что займы будут оплачены, капиталистические правительства выдвигали предстоящую победу. Самым ходячим лозунгом во время империалистической войны было: в Германии – «Франция за все заплатит»; во Франции – «Немцы за все заплатят» и т. д.
В распоряжении правительств находится еще денежный станок, который мог без всяких отговорок доставлять бумажные знаки. Но ведение войны исключительно путем выпуска бумажных денег привело бы в очень короткий срок к полнейшему обесценению денег и развалу всего хозяйства. Путем займов правительства пытались, наоборот, выкачивать одной рукой часть бумажных денег, которые они другой рукой пускали в оборот. Эта хитроумная механика до поры до времени была в состоянии сдерживать скорость обесценения денег, но приостановить его в целом она, конечно, не была в силах.
Особенно характерна в этом отношении судьба последнего царского займа. Последний заем до Февральской революции был выпущен на сумму в 3 млрд. руб. Правительство, поддерживаемое буржуазией, усердно готовилось к выпуску этого займа. Но вместо наличных денег поступили краткосрочные обязательства и облигации прежних займов на сумму около 1.500 млн. руб. Наличными же поступило лишь 225 млн. руб. Вместо денег царское правительство собрало, таким образом, свои старые обязательства.
Рассматривая финансовое положение правительства накануне Февральской революции, историк этого периода пишет: «Вместо получения денег получилась работа на холостом ходу. Бумажки из-под печатного станка уходили в обращение, а обратно их привлечь правительство было не в состоянии… После выпуска займа правительству приходилось выпускать значительное количество бумажных денег. С финансированием военных займов правительство блестяще провалилось».
В передовых капиталистических странах, участвовавших в мировой войне, выпуск займов был, конечно, организован значительно удачнее. Но и там выпуск займов в таких лошадиных порциях на ряду с выпуском бумажных денег при непрерывном сокращении товарного производства, должен был неминуемо привести к росту цен. Обесценение денег, как мы внаем, действительно имело место; оно было тем сильнее, чем больше каждая из воюющих стран выпускала бумажных денег.
Наиболее наглядно обнаруживается обесценение денег в воевавших странах при сопоставлении с деньгами нейтральных, не участвовавших в войне стран. В отношении швейцарского франка, который держался более или менее твердо, денежные единицы воюющих государств к концу июля 1917 г. обесценились следующим образом:

Следует, конечно, учесть, что «обесценение денег» – понятие относительное. Обесценение денег внутри страны сказывается на росте цен. Но рост цен далеко не совпадает с обесценением денежной единицы на внешнем рынке в отношении других денежных единиц.
Ниже мы приводим пример, наглядно раскрывающий механизм, которым капиталистические правительства обманывали держателей военных займов. В этом примере мы условно будем считать, что обесценение денежной единицы по отношению к иностранным деньгам совпадает с обесценением денег внутри страны, т. е. с ростом цен.
Если какой-нибудь берлинский ремесленник Шмидт купил в декабре 1915 г. облигацию германского военного займа стоимостью в 100 марок, то фактически в июле 1917 г. цена облигации, в результате обесценения марки, равнялась лишь 51,5 марки; 48,5 марки Шмидт потерял. Выиграло эти деньги правительство и – при его посредстве – подрядчики, которые пустили деньги в оборот сейчас же после покупки Шмидтом займа. Таких Шмидтов – держателей государственного займа – были миллионы как среди масс мелкой буржуазии, так и в пролетарских массах всех воюющих стран.
У читателя может возникнуть вопрос: но ведь государственные займы покупались не только мелкой буржуазией и известными слоями пролетариата, – ведь займы покупали и капиталисты; они также должны были пострадать от обесценения денег. Частично, конечно, и капиталисты потеряли в качестве держателей государственных займов; но в большинстве случаев облигации у них не залеживались; облигации пускались капиталистами в оборот, и в результате потери у них были относительно меньшие, чем у мелких держателей. Далее следует учесть, что потери капиталистов на займах составляли лишь незначительную часть тех баснословных барышей, которые они загребали при выполнении военных поставок.
Таким образом, заем являлся самым удобным средством в руках капиталистических правительств для ограбления масс. Только эти массы в конечном счете несли все тяготы войны.
Чем же объясняется, что в таких странах, как Северо-Американские Соединенные Штаты и Англия, все же значительная часть военных расходов была покрыта из налоговых источников? Это обстоятельство безусловно свидетельствует о большей дальновидности буржуазии этих стран; их правительства рассуждали, примерно, так: финансирование войны исключительно путем займов, правда, непосредственно меньше затрагивает интересы капиталистов, но, вместе с тем, этот способ финансирования должен будет привести к быстрому обесценению денег и к хозяйственной разрухе. Такая перспектива им далеко не улыбалась. Она им улыбалась тем менее, что обе страны являлись по преимуществу кредиторами всех прочих союзников.
Соединенные Штаты давали ссуды союзникам в американских долларах, Англия – в английских фунтах стерлингов. В тех же денежных единицах союзники обязывались погашать свою задолженность. Резкое обесценение фунта стерлингов или доллара обозначало бы, что союзники – Франция, Бельгия, Италия и другие возвратят заимодавцам значительно меньше того, что они получили. От этого были бы в выигрыше союзники, а в проигрыше – Соединенные Штаты и Великобритания
Надо определенно сказать, что северо-американская и, в особенности, английская буржуазия оказалась более расчетливой. Она здесь вела политику «дальнего прицела». Буржуазия этих стран дала относительно больше из «своих» средств на ведение войны. Это была определенная «жертва» с ее стороны. Но «жертва» в своих же капиталистических интересах, ибо она спасла денежные единицы обеих стран от той степени обесценения, которую в. период войны, и в особенности по окончании ее, претерпели валюты других стран.
III. Как возникла внешняя задолженность воевавших стран
Междусоюзнические долги и послевоенная задолженность Германии
Как мы уже указывали выше, внешние долги составляли к общей сумме военных расходов всех воевавших стран около 13 %.
Но в отдельных странах значение внешних займов, как средства к покрытию военных расходов, было различно. Они не играли никакой роли в Германии. Военные расходы Германии в размере 2 % были покрыты из налоговых источников и на 98 % – за счет внутренних займов и эмиссии. За счет этих внутренних займов и эмиссии Германия ссужала своих союзников и из них, в первую очередь, Австро-венгерскую монархию. Распад Австро-венгерской монархии и Версальский договор в дальнейшем сняли с порядка дня вопрос о военной задолженности этих государств в отношении Германии. В силу того же Версальского договора, «победителями» были возложены на Германию огромные платежи. Платежи эти, как мы увидим ниже, играют виднейшую роль в вопросах послевоенной задолженности.
В дальнейшем изложении мы обстоятельно рассмотрим этот вопрос. В данной же главе речь будет идти лишь о внешних долгах, возникших в пятилетие: 1914–1919 гг.
Как оплачивался ввоз заграничных товаров на время войны
Война в первую очередь обозначает чрезвычайное напряжение собственных материальных источников воюющих стран – время войны. Наряду с этим каждая из воюющих стран стремится получить в союзных или нейтральных странах все те товары, которые не могут быть произведены внутри страны. Вопрос об оплате заграничного ввоза во время войны стоит особенно остро. В мирное время большая часть ввозимых из-за границы товаров оплачивается за счет выручки от товаров, вывозимых за границу. Во время войны неизбежен ввоз целого ряда товаров, без которых исключается успешное ведение войны. Между тем, возможности вывоза значительно суживаются. Из каких средств воюющая страна может оплатить превышение ввоза над вывозом?
Старые б о г а т ы е капиталистические страны в довоенные годы обладали значительными ценностями за границей: помимо фабрик, заводов, железных дорог, торговых предприятий собственной страны, капиталисты владели акциями крупных заграничных предприятий. Во время войны правительства этих стран скупали у своих капиталистов их заграничные ценности. Так, например, французское правительство обратилось к своим капиталистам с предложением ссудить или продать имеющиеся у них ценные бумаги, в виде американских железнодорожных займов, акций, обязательств городских самоуправлений нейтральных государств и т. п. Англия прибегла к принудительному отчуждению заграничных ценностей. Правительства Франции и Англии продавали эти ценные бумаги за границей и вырученной иностранной валютой оплачивали часть заграничных закупок.
Поскольку этих средств обычно не хватало или поскольку трудно было продать заграничные ценности, часть ввозимых из-за границы товаров приходилось оплачивать золотом. На ряду с этим, везде, где было можно, товары за границей покупались в кредит.
Значительно сложнее было положение во время войны у тех государств, которые не обладали к моменту открытия военных действий капиталами за границей. Конечно, и они могли часть ввозимых из-за границы товаров оплатить путем вывоза золота. Но, в основном, они были принуждены покупать товары за границей в кредит. Отсталым капиталистическим странам кредиты предоставляются неохотно и притом на довольно тяжких условиях, во всяком случае, на более тяжких условиях, чем богатым странам, обладающим капиталами за границей.
Англия как заимодавец
На стороне союзников самыми значительными капиталами за границей обладала Англия. Огромное национальное богатство Англии, ее исключительная роль в довоенной торговле и почти монопольное положение в качестве «мирового банкира» дали Англии возможность в течение первых двух лет мировой войны без особенно значительного напряжения ввозить из-за границы все необходимые для ведения войны товары. Больше того: до вступления Северо-Американских Соединенных Штатов в мировую войну Англия становится банкиром союзных держав, давая им средства на ведение войны. Союзники получали в долг товары либо в самой Англии, либо в ее колониях, либо же в нейтральных европейских странах и в странах Северной и Южной Америки. Лондонский рынок был открыт для союзников, и торговые кредиты получались также в британских владениях и в нейтральных государствах Северной и Южной Америки. В счет ссуд со стороны Англии они получали селитру из Чили, шерсть из Австралии и Новой Зеландии, кожу и хлеб из Аргентины, кофе из Бразилии, зерно из Канады, хлопок из Индии, золото из Южной Африки и колоссальное количество всякого рода припасов из Северо-Американских Соединенных Штатов.
Опираясь на прямые кредиты или же на обеспечения со стороны Англии, Россия, Италия и Бельгия таким способом оплачивали товары, купленные за границей во время империалистической войны, до вступления в нее Северо-Американских Соединенных Штатов. Решающую роль тут сыграли займы, которые предоставлялись союзникам непосредственно правительствами Англии и Франции. Правительства этих стран обращались за помощью к капиталистам. Капиталисты обычно охотно шли навстречу требованиям своих правительств, поскольку выручка от займов шла, в первую очередь, на оплату предметов снабжения, приобретавшихся в их странах.
«Помогая» своим союзникам, Англия и Франция по существу дела помогали своим заводчикам и торговцам в их военных поставках «Дружественным» державам. Промышленники на этих поставках обогащались, а правительства – в первую очередь английское, – в качестве обеспечения под займы получало от «дружественных» стран значительные части их золотых запасов. Вместе с тем, кредиторы пользовались каждым новым займом, чтобы выжать у должника политические уступки. Особенно характерны в атом отношении взаимоотношения, создавшиеся между Англией и царской Россией.
К началу империалистической войны Россия имела довольно значительные средства за границей. В 1914 г. золотая наличность Государственного банка за границей определялась в размере около 670 млн. руб. Практика финансирования войны, однако, показала, что для заграничных платежей нужно золото. Царское правительство принуждено было, помимо указанных выше 670 млн. руб., выслать за границу для получения кредитов еще 600 млн. руб. золотом. Уже осенью 1914 г. царское правительство обращается к Англии с просьбой предоставить ссуду в 200 млн. руб. В ответ на это английское правительство потребовало, на ряду с обязательствами русского казначейства на 120 млн. руб., высылки золота в распоряжение Английского банка на сумму в 80 млн. руб. Далее, Англия соглашалась предоставить кредит лишь при том условии, что из него ничего не пойдет на «производство платежей в России или для оплаты покупок, производимых вне Англии». Русское правительство приняло все английские условия, добиваясь лишь уменьшения суммы золота и настаивая на «невысылке его в Лондон, а зачислении в Петрограде в распоряжение английского посла». Англичане решительно отказались пойти на уступки. В октябре золото было отправлено через Архангельск в Лондон под охраной английского крейсера.
При дальнейших займах давление Англии становится все более решительным. Англия определенно поставила своей задачей, кредитуя Россию, превратить ее в колониальное государство. Царское правительство фактически лишается всякой финансовой самостоятельности: с каждым новым договором о кредитах англичане требуют все новые суммы золота, которое направлялось ими в Канаду. Министр финансов Барк в одно А записке прямо заявляет: «Кредит России у одних только союзных держав становится все более затруднительным, н полнейшая наша зависимость от союзников является чрезвычайно тяжелой». Царское правительство за займы принуждено было отказаться от самостоятельности в военно-оперативных действиях. Царизм все больше и больше терял независимую линию в своей политике.
Как мы сейчас увидим, финансовое положение самой Англии к началу 1917 г. уже было далеко неблестящим. Не только царская Россия, но и Франция и Италия начинают все более обращать свои взоры на Соединенные Штаты. Помощь от Соединенных Штатов действительно скоро пришла» Вступление Соединенных Штатов в империалистическую войну создает полный перелом в финансировании империалистической войны.
Прежде чем перейти к описанию роли Соединенных Штатов в качестве банкира союзников, подведем итоги задолженности союзников к началу 1917 г.
При переводе всех межсоюзнических долгов на золотые рубли, общая сумма займов, полученных союзными державами до вступления в войну Северо-Американских Соединенных Штатов (к началу 1917 г.), определяется следующим образом:
Общая сумма задолженности союзных держав превышает 16 млрд. зол. руб.; из них в пользу А и г л и и – 11,4 млрд. зол. руб., в пользу Франции – несколько меньше 1,8 млрд. зол. руб.
Основными должниками Великобритании на 1 апреля 1917 г. являются в круглых цифрах (в миллиардах золотых рублей):
Остальные суммы распределяются между мелкими странами.
Самым крупным должником Франции является царская Россия на сумму 850 млн. рублей.
Англия, не считая обеспечений, полученных ею от союзных правительств, должна лишь Канаде 340 млн. зол. руб. Правда, Англия к тому же времени имеет частные долги: в Соединенных Штатах на сумму около 2,6 млрд. руб. и в Японии – на сумму около 200 млн. руб.
Самым крупным военным должником к началу 1917 г. является Россия – на общую сумму 6,6 млрд. зол. руб. (заимодавцы: Англия и Франция), затем идет Франция – на сумму в 1,8 млрд. зол. руб. (Англии); далее Италия – 1,4 млрд. руб. (Англии и Канаде) и Бельгия – 580 млн. руб. (Англии и Франции).
Соединенные Штаты как заимодавец
Такова картина междусоюзнической задолженности к началу 1917 г. Финансы союзных держав находились к этому времени уже в весьма напряженном положении.
Видный представитель английского правительства к моменту вступления Соединенных Штатов в мировую войну следующим образом описывает положение союзников и, в первую очередь, Великобритании.
«Союзники – главным образом Англия – закупали в колоссальных количествах военное снаряжение в Северо-Американских Соединенных Штатах. Трудности в оплате этих закупок все возрастали. Становилось уже все труднее получать займы в Соединенных Штатах. Запасы ценных бумаг, которые могли бы служить обеспечением, начали приходить к концу… В Соединенных Штатах выражалось опасение, не слишком ли легкомысленно были настроены финансовые круги, кредитуя в такой степени иностранные военные заказы. Финансисты требовали, чтобы выдаваемые ими ссуды были твердо обеспечены. Хотя Англия и Франция все еще имели в запасе некоторое количество заграничных ценных бумаг, число последних быстро уменьшалось и предоставление их американским банкирам в качеств» обеспечения не могло продолжаться долго. При наступлении этого момента, который был не за горами, щ союзники действительно оказались бы на краю гибели».
Лишь вступление Соединенных Штатов в войну вывело Англию из финансовых затруднений.
Союзники ввозили с момента возникновения войны значительную часть военного снабжения из Соединенных Штатов. О развитии внешней торговли Соединенных Штатов с европейскими странами за период войны дают представление следующие цифры – (см. табл,).
Как видно из этих данных, ввоз в Соединенные Штаты и з Европы непрерывно падает за годы 1 войны. В 1916/17 г. он дошел, примерно, до 2/3 довоенного ввоза. В то же время вывоз из Соединенных Штатов в Европу, по ценности, непрерывно возрастает и достигает к середине
Товарооборот САСШ с Европой за годы войны (в млн. долл.)

1916/17 г. цифры в три раза большей, чем до войны. В результате излишек ввоза над вывозом Европы в торговле с Америкой в 1916/17 г., по ценности, возрастает почти в 6 раз по сравнению с 1913/14 г. Вывоз Соединенных Штатов шел, главным образом, в страны союзных государств.
Чем оплачивала Европа, и в первую очередь союзники, свой ввоз из Соединенных Штатов?
Во-первых, золотом. Превышение ввоза золота над вывозом в Соединенные Штаты составляет:

Во-вторых, путем возвращения Соединенным Штатам довоенных обязательств американских капиталистов. До войны европейские капиталисты имели в своих руках акции и обязательства северо-американских предприятий на общую сумму 4 млрд. долл. В течение первых трех лет империалистической войны эти ценности вернулись в Соединенные Штаты в качестве платежей по военным поставкам союзникам.
В-третьих, путем внешних займов.
Как мы уже видели, ввоз из Соединенных Штатов в союзные страны за последние два года войны значительно усилился. В течение этих двух лет ввоз почти целиком шел за счет ссуд, которые Соединенные Штаты предоставляли своим союзникам. При этом в отличие от первой половины войны ссуды выдавались не частными фирмами и торговцами, а непосредственно правительством Соединенных Штатов. Правительство добывало средства для этого путем выпуска займов на внутреннем рынке.
Характер кредитов, которые Соединенные Штаты оказали своим союзникам во второй период империалистической войны, видный деятель министерства финансов Соединенных Штатов А. Ратбон определяет следующим образом: «Ссужаемые нами доллары расходовались на цели, одобренные нашими собственными правительственными органами. Мы не давали займов на цели, которые по нашему суждению не были необходимы».
Мотивы, по которым Соединенными Штатами предоставлялись союзникам займы, совершенно открыто указываются в официальном сообщении, которым сопровождался выпуск первого займа для союзников на внутреннем рынке. В этом сообщении подчеркивается, что Соединенные Штаты производят продуктов более, чем сами могли бы потреблять и, следовательно, нуждаются в сбыте значительной части продукции. Далее, в официальном сообщении указывается, что весьма незначительная часть ссужаемых денег уходит за пределы Соединенных Штатов, что большая часть их расходуется на месте на военные материалы и продовольствие. Указывается также и на то, что расходы союзников в Соединенных Штатах производятся под контролем северо-американского правительства.
Почему Соединенные Штаты «помогали» союзникам
Смысл финансирования здесь еще более ясен, чем в кредитах, которые оказывала Англия своим союзникам до вступления Соединенных Штатов в империалистическую войну. Американское правительство по существу помогало своим же капиталистам. За период войны Соединенные Штаты развили невиданный темп в промышленности и сельском хозяйстве (см. также табл,).
Сельскохозяйственная продукция САСШ за годы войны (в млн. тонн)

Показатели промышленного производства САСШ за годы войны (1913—100)

В то время как воюющие европейские страны сокращали свое производство и свою производительность, Соединенные Штаты во время войны быстро развивал их. Во время войны хозяйственное развитие Соединенных Штатов не только не приостановилось, но шло еще более ускоренным темпом. Соединенные Штаты быстро расширили рынки своего сбыта в Северной и Южной Америке и в то же время сделались поставщиками союзников.
Самое вступление Соединенных Штатов в войну диктовалось интересами буржуазии, для которой исход войны был далеко не безразличен. Накануне вступления Соединенных Штатов в войну председатель совета банков Соединенных Штатов заявил: «Как банкиру и как кредитору Соединенным Штатам необходимо иметь место за столом на мирной конференции и быть в более выгодной позиции, сопротивляться всяким предложениям отвергнуть долги, так как следует помнить, что мы вынуждены будем с палкой в руках заступиться за всякого гражданина, владеющего обязательствами, которые могли бы быть отвергнутыми».
Риск, которому подвергалось правительство Соединенных Штатов при выпуске займов на внутреннем рынке в пользу союзников, не был столь велик, поскольку речь шла о таком надежном должнике, как Великобритания. Поскольку же речь шла о менее надежных должниках, правительство Соединенных Штатов прекрасно знало, что в случае неуплаты по этим долгам оно без особенно значительных затруднений сможет покрыть проценты по своим обязательствам, связанным с выдачей кредитов союзникам из налоговых источников. Жертва для капиталистов в этом случае не была бы столь значительной по сравнению с военными прибылями, тем более, что основными налогоплательщиками Соединенных Штатов, как и во всякой иной капиталистической стране, являются трудовые массы.
В апреле 1917 г. правительство Соединенных Штатов получает полномочия со стороны своего парламента на выпуск «займа свободы» в размере 5 млрд. долл. Министерству финансов предоставляется право, с разрешения президента, выдавать из этой суммы ссуды иностранным государствам до 3 млрд. долл. В апреле 1918 г. размер кредитов повышается до 81/2 млрд. долл., а в июне того же года он доводится до 10 млрд. долл.
В счет «займа свободы» союзниками было всего выдано ссуд на военные нужды 9,6 млрд. долл. По отдельным годам эти суммы распределяются следующим образом. До конца 1917 г. Америкой выдано было союзникам 4,2 млрд. долл. В 1918 г., до заключения перемирия (15 ноября 1918 г.), – 3,6 млрд. С 1 декабря 1918 г. до подписания в Версале мирного договора (28 июня 1919 г.) – 1,8 млрд. долл. В дальнейшем были предоставлены кредиты всем государствам всего на сумму около 750 млн. долл.
Ссуды выдавались под краткосрочные обязательства союзных государств; проценты по кредитам были установлены в том размере, в каком правительство С.А.С.Ш. оплачивало займы на внутреннем рынке. Сначала на обязательства было установлено 3 % годовых, потом процент был несколько повышен. С конца сентября на займы устанавливается 41/4% годовых. В 1919 г, на все эти займы была установлена единообразная ставка в размере 5 %. С наступлением сроков платежей обязательства союзников обращались в ссуды без определенного срока.
Кредиты, выданные Соединенными Штатами союзникам, в действительности были использованы для закупок в Соединенных Штатах. Союзники закупили в Соединенных Штатах для военных надобностей различных товаров на сумму около 12 млрд. долл. Характер расходов союзных держав в Соединенных Штатах виден хотя бы из следующих данных (в миллионах долларов):
Военное снаряжение 2.493
Военные припасы 205
Хлопок 2.644
Зерновые хлеба 1.422
Прочие продукты продовольствия 1.629
Табак 145
Прочие припасы 513
Транспорт 136
Торговый флот 173
Проценты по займам Серебро 730
Серебро 267
Кредиты Соединенных Штатов европейским государствам не прекращаются и после формального окончания войны. Займы, предоставленные союзным государствам по окончании военных действий, имели своей задачей финансировать закупки союзниками тех огромных складов амуниции и военных припасов Соединенных Штатов, которые оставались в Европе к моменту прекращения военных действий.
В своей докладной записке на имя президента Соединенных Штатов министр продовольствия Гувер 8 января 1919 г. пишет:
«Наши производители заготовили огромные запасы товаров специального типа, приспособленных к требованиям отдельных государств. Создается острое положение в отношении быстро портящихся продуктов, вроде свинины, которая обязательно должна быть вывезена. В январе имеется излишек свинины в 400 млн. фунтов, и если бы удалось восстановить посылку помощи Франции, Италии и Бельгии, то это поглотило бы около 60 % избытка. Английские заказы составили бы около 140 млн. фунтов, так что весь запас был бы ликвидирован… Если не будут приняты соответственные меры, то мы будем свидетелями потрясений на американских рынках. Кроме того, мы разорим фермеров, так как излишек свинины настолько велик, что ему нет сбыта в Соединенных Штатах, и легко портящийся продукт этот неминуемо погибнет».
Правительство Соединенных Штатов кредитует вывоз съестных припасов даже во вражеские раньше страны: Германию, Австрию, Венгрию, Турцию, а также в образовавшиеся на территории бывшей царской России мелкие государства. Америка таким путем не только освобождалась от товарных излишков, которых не могла сбыть внутри страны, – здесь преследовались также политические цели. Необходимо было внести некоторое успокоение в ряд стран, стоявших на порог пролетарской революции.
Американское правительство действовало в этой области не без успеха. Всем еще памятен отказ временного социал-демократического правительства Германна от продовольственной помощи со стороны советской власти в 1918 году. Отказ этот был мотивирован, непосредственно после переворота в Германии, тем, что Германия, дескать, обойдется и без помощи со стороны советского правительства; помощь эта могла только скомпрометировать Германию в глазах американцев.
Американская буржуазия в данном случае действовала в интересах мировой буржуазии в целом. Продовольственным снабжением Европы она добилась трех целей: 1) она разгружала от товарных излишков свой рынок, находившийся накануне кризиса; 2) она способствовала предотвращению революционного взрыва в Центральной Европе и 3) к тому же приобретала популярность среди широких слоев полуголодного населения Центральной Европы, смотревших на Америку как на страну-спасительницу.
IV. Взаимная задолженность союзников по окончании империалистической войны
Задолженность союзников Соединенным Штатам
Подведем теперь основные цифровые итоги междусоюзнической задолженности к моменту окончания империалистической войны. Начнем с главного кредитора – Соединенных Штатов.
Казначейством Соединенных Штатов было предоставлено союзникам военных займов на сумму около 9,6 млрд. долл. Эта сумма распределяется по отдельным странам следующим образом (в долларах):

При продаже военных материалов казначейством Соединенных Штатов было предоставлено всего кредитов на сумму около 600 млн. долл.; на сумму около 140 млн. долл, были предоставлены кредиты за счет продовольственной помощи. Эти суммы по отдельным странам распределяются следующим образом (в долларах):


В общей сложности вся задолженность иностранных государств Соединенным Штатам выражалась в сумме свыше 10 млрд. долл.
Задолженность союзников Англии
Как мы уже видели выше, Англия, начиная с 1917 г., становится крупнейшим должником Соединенных Штатов. Этим, однако, дело не ограничивается: задолженность по займам, полученным ею за границей у частных капиталистов, возрастает на несколько сот миллионов долларов. Но на ряду с этим растет ее задолженность по ссудам, полученным у правительств других государств, помимо Соединенных Штатов. На 1 января 1917 г. по существу единственным кредитором Англии является Канада (около 170 млн. долл.). На 31 марта 1919 г. долг канадскому правительству возрастает до 450 млн. долл., а общая сумма задолженности Англии, помимо ее задолженности Соединенным Штатам, составляет 1.150 млн. долл.
На ряду с этим Великобритания и после вступления в войну Соединенных Штатов продолжает играть видную роль в качестве кредитора союзников. Англия получала в долг американское продовольствие, хлопок, металлы, некоторые полуфабрикаты и готовые изделия. Часть продовольствия она передавала другим странам; однако главную часть ее вывоза в кредит составляли изделия из английской стали в соединении с иностранными металлами и полуфабрикатами, а также уголь. В отличие от первого периода империалистической войны, Англия возмещала предоставляемые ею кредиты путем займов в Соединенных Штатах.

Межсоюзническая задолженность к концу 1910 г. (в тыс. долл.)
На 31 марта 1917 г. кредиты, предоставленные Англией Франции, не достигают 1 млрд, долл., а к моменту перемирия кредиты Англии, предоставленные Франции, превосходят уже 2 млрд. долл. Задолженность Италии в отношении Англии с 700 млн. долл, на 31 марта 1917 г. превышает 2 млрд. долл.
В целом сумма займов, полученных Англией во второй период войны, почти покрывает кредиты, предоставленные ею союзникам.
За период с 31 марта 1917 г. до момента заключения перемирия (11 ноября 1918 г.) общая сумма долгов союзников в отношении Англии с 5,7 млрд. долл, возросла до 9,3 млрд, долл., а вместе с дальнейшими займами «на восстановление» и с частью процентов задолженность возрастает на 1 апреля 1920 г. до 9,8 млрд, долл. Сумма эта, примерно, равна всей задолженности союзников Соединенным Штатам.
Bepul matn qismi tugad.