Всеволод Соловьев

указывая ей глазами на Бородина, сидевшего, опустив голову и с помертвелым лицом.

Ее сердце стучало шибко. Со всех сторон на нее наступали страхи и ужасы, но

землю или угодье какое – скажет он, что беспременно

Люди, за очень малыми исключениями, до того глупы, легковерны и ничтожны, что нет никакого греха пользоваться их глупостью, легковерностью и ничтожностью, извлекая из них всю пользу и для себя, и для других. Есть болезнь, страдание, нищета, горе – всему этому надо помогать, не думая о глупости и ничтожности тех, кто страдает. Пусть здоровые, счастливые и сытые дают мне средства для такой помощи. И вдобавок я возьму от них наслаждение любоваться зрелищем их тупоумия… Я очень люблю такие зрелища…