Евгения Соловьева

Моргенштерн. – Одержимого я мог бы спасти, изгнав демона. Но Фриц не одержим. Он открылся

Излагал он витиевато, чрезвычайно вежливо и вместе с тем с насмешливым злым

на него со страхом. – Бастельеро, вы с ума сошли! Никто никогда такого не

взглядом, от которого Королевский

. Напряжение недавнего признания

Слово чести — иногда очень неудобная штука. Вроде не жмет, не давит, но держит лучше любой цепи.