«Мне сорок один, из них семнадцать — в начальной школе. Каждое первое сентября я думаю: ну всё, теперь ты умеешь всё. И каждое третье — понимаю, что нет».

Второй «В» — класс, который никто не хотел: тихие, сложные, переводные, «ещё и из другого города». Нина Викторовна взяла его вместе с пустой первой партой у окна — и завела тетрадь, в которую записывала то, что нельзя писать в журнале.

Это не роман. Это год из жизни класса: двадцать шесть записей, из них четыре про хомяка, три про зайца и все — про людей. Про мальчика, который написал «не знаю» и получил пятёрку за честность. Про девочку, которая боялась диктантов до слёз, а в мае подписала кляксу: «Это не клякса. Это узор такой». Про учительницу, которая однажды сорвалась, плакала в машине — и на следующее утро нашла в ящике записку: «Роботы ломаются. Вы луче».

Для тех, кто помнит школу с теплом. И для тех, кто в ней работает.