«Серебряное кресло» audiokitobidan iqtiboslar, sahifa 2
Наша история не о школе, так что о ней я скажу немного, тем более что это не слишком приятная тема. Школа была для мальчиков и девочек, и её обычно называли школой смешанного обучения; но если где что и смешалось, так это в головах её начальства.
Ясное утро — к непогоде, а добрые времена скоротечны.
- <...> Допустим, мы видели во сне или выдумали все это: деревья, траву, солнце, звезды и даже Аслана. Но тогда выдумка лучше и важнее реальности. Допустим, это мрачное место и есть единственный мир. Тогда он никуда не годится. Может, мы и дети, играющие в глупую игру. Но четверо детей создали игрушечный мир, который лучше вашей реальной ямы. Я не предам игрушечного мира. Я останусь с Асланом, даже если Аслана нет. Я буду жить как нарниец, даже если нет Нарнии. <...> мы четверо покинем ваш двор, вступим в темноту и будем всю жизнь искать дорогу наверх. Не думаю, что жизнь эта будет долгой, но стоит ли о том жалеть, если мир - таков, каким вы его описали.
Внезапная боль может прекрасно развеять злые чары.
- Мне не совсем ясно, что вы понимаете под миром, - сказал Хмур сдавленным голосом. - Пиликайте на своей деревяшке, пока у вас пальцы не отвалятся, но я не забуду Нарнию и Наземный мир. Пускай мы его больше не увидим. Может быть, вы уничтожили его или покрыли мраком, как здесь. Вполне возможно. Но я помню, что жил там. Я видел небо, усеянное звездами. Я видел солнце, поднимающееся из-за моря и опускающееся за горы. Я видел полуденное солнце, хотя смотреть на него было трудно, так оно сияло.
Путь после привала - как школа после каникул или поезд после пересадки - непременно становиться другим.
...в нашем мире тоже, совсем по-детски выглядят только самые глупые дети, а совсем по-взрослому - только самые тупые взрослые.
– Позор нам и печаль! – сказал принц. – Мы послали отважную юную деву в стан врагов, а сами – в безопасности.
– Ну, не так уж всё плохо, – возразил Хмур. – Мы не в безопасности, мы умрем с голоду.
- Да, - спокойно ответил Аслан, и Джил показалось, что он улыбается. - Он умер. Многие умерли. Даже я. Живых гораздо меньше.
Никто не назовет кентавра смешным, если увидит его. Они величавы и мудры (мудрости их научили звезды), редко веселятся, еще реже гневаются; но гнев их ужасен, как девятый вал.
