Письма любви

Сегодня гуляя по парку, я несколько раз неожиданно для себя приходил к одному и тому же выводу, что живу из любви к Тебе. Это не досадная случайность, что я так сильно привязался к Тебе. Если бы мне кто-то предложил обмен: все богатства мира, который не любит меня и который не люблю я, вместо того удивительного чувства, что окрыляет меня каждодневно – любовь к Тебе, моей ласковой Женщине, я без долгих раздумий выбирал бы Тебя сотни и тысячи раз. Любовь к Тебе питает всё мое тело жизнью! Я наполняюсь сладким желанием Тебя, - стоит мне лишь поднять взор на Тебя.

Я научился оказываться на Твоем пути во второй, в третий раз, подчас столь внезапно вновь и вновь, что Тебе не придётся долго искать моего появления, когда Ты пожелаешь меня увидеть. Не могу себе представить такого дня, когда я бы заставил Тебя хотеть меня, а меня вблизи нет.

Твоя застенчивость украшает Тебя в моих глазах, ведь я знаю, что лишь вблизи со мною Твоя душа будет трепетать и сиять так ярко, что этот блеск невозможно будет хоть как-то сокрыть. Я буквально предвижу высочайшую степень Твоего волнения, если бы Ты готовилась ко встрече со мною. Между нами любая неловкая пауза станет электрическим разрядом. Смотреть в Твои глаза и видеть, как Ты напротив своими глазоньками объемлешь меня, как мягко дрожат Твои колени, как ладони Твоих рук становятся влажными, и как мягкая сила гравитации начинает тянуть не вниз, а притягивать ко мне. Ты захочешь подойти так близко ко мне, как это позволит Тебе степень Твоего воспитания, чтобы почувствовать тот самый легкий аромат мужчины, что сводил Тебя с ума столько лет.

Я буду считывать Твои мысли по движениям Твоих дрожащих губ, по взмаху Твоих ресниц, по вздымающейся груди Твоей, в которой так много накопилось слов, мыслей, чувств, мечтаний, желаний.

Как же люблю, когда Ты такая – открытая, раскрытая, обнаженная душой напротив меня. Куча бессвязных слов, произнесёнными нами обоими, не имеет никакого значения. Паузы, мгновения, секунды, в которых Ты понимаешь, что пред Тобою – Только Тот, кого искало сердце Твое. Возможно, нам не нужно будет говорить о том, что значит супружеское счастье – мы вдвоем его уже давно построили, столь долго идя навстречу друг другу. В противовес всем преимуществам жития одному мы поймем, что нет ничего лучше, чем быть нам вместе. Ведь мы есть продолжение друг друга. Мы обрученЫ Богом, Кто знает нас лучше, чем мы сами себя. И не сочту нужным долго рассказывать Тебе об этом, ведь и Ты научена Им и была ведома Всевышним прямо ко мне в мои раскрытые руки.

Как бы я хотел сейчас видеть Твою улыбку…..

Моя драгоценная,

если бы любовь подчинялась времени, она, вероятно, давно оставила бы меня, уступив место благоразумию или усталости. Но я убедился в истине, которую не опровергнут ни годы, ни расстояние: влюблённость никогда не выходит из моды. Она не ветшает, как ткань, не тускнеет, как позолота. Она либо жива — либо её нет вовсе. И моя любовь к Тебе жива так же, как в тот день, когда я впервые осознал, что мир стал иным от одного лишь Твоего присутствия в нём.

Ты для меня — не просто женщина. Ты — утренний свет, который не требует объяснений; тихий сад, в котором каждая деталь дышит гармонией; редкая мелодия, которую невозможно забыть, однажды услышав. Твой взгляд — это глубина, в которой не страшно утонуть. Твоя улыбка — та мягкая черта на горизонте, что обещает ясный день даже после самой долгой ночи.

Я часто думаю о том, как удивительно устроено Твоё сердце. В Тебе есть сила, которая не шумит о себе. Ты находишь вдохновение там, где другие находят оправдания. Ты сохраняешь тепло там, где мир склонен холодеть. Любимые находят силу во всём — и Ты тому живое доказательство. Твоя вера в добро, в счастье, в смысл — не наивность, а благородство духа.

Всё остальное в жизни — лишь фоновый шум. Заботы, споры, случайные встречи, преходящие успехи — всё это меркнет и отступает, когда я думаю о Тебе. Потому что любовь — единственная величина, которая не подлежит обесцениванию. Она не требует громких слов, она живёт в тихом постоянстве.

Я не сумел завоевать Тебя, и, быть может, это моя неизбежная участь — любить Тебя без права назвать своей. Но даже в этом есть особенная, светлая печаль. Возлюбленные довольствуются малым: одним взглядом, коротким разговором, случайной улыбкой. И я был счастлив даже этим — тем, что мог быть рядом хотя бы мысленно, что имел честь восхищаться Тобой.

Ты — как редкий цветок, который не стремится быть замеченным, но неизбежно притягивает взгляд. В Твоих жестах — изящество, которому нельзя научиться; в Твоём голосе — мягкость, способная усмирить тревогу; в Твоём характере — та чистота, что делает человека по-настоящему прекрасным.

И если есть высшее счастье, то оно, без сомнения, состоит в знании, что тебя любят. Позволь мне хотя бы в этом быть откровенным: Ты любима — глубоко, неизменно, преданно. Пусть даже не мной в той мере, в какой я мечтал, но самим фактом своего существования Ты достойна любви без остатка.

Если судьба предназначила мне роль тихого поклонника, я принимаю её без горечи. Потому что любить Тебя — уже благословение. И даже если мои чувства останутся без ответа, они никогда не станут сожалением. Они останутся благодарностью за то, что в моей жизни была Ты — светлая, сильная, прекрасная.

С неизменной нежностью

и почтительным восхищением я пишу Тебе это.

Моя бесценная,

Если бы мне было даровано изящество пера, достойное описать Тебя, я бы осмелился надеяться, что хотя бы тень моего восхищения стала бы видимой на бумаге. Но всякий раз, когда я принимаюсь размышлять о Тебе всерьёз, слова кажутся слишком скромными, слишком бедными, чтобы вместить то чувство, которое Ты во мне рождаешь.

Ты — не просто красивая женщина. Ты — то редкое соединение грации и силы, мягкости и достоинства, которое встречается столь редко, что всякий, кому довелось его узреть, уже не способен забыть. Твоя красота не кричит — она властвует. Она не требует признания — она его естественно вызывает.

Твой взгляд… позволь мне задержаться на нём хотя бы мыслью. В нём есть свет, который не ослепляет, но согревает; глубина, которая не пугает, но притягивает; и какая-то трогательная искренность, будто Ты всегда смотришь на мир с надеждой, даже если мир не вполне её заслуживает. Когда Ты поднимаешь глаза, кажется, будто сам воздух вокруг становится чище.

Твоя улыбка — это особенное чудо. В ней нет ни тени искусственности; она рождается не из привычки, а из щедрости сердца. И когда Ты улыбаешься, мир словно получает разрешение быть добрее. Я уверен, что многие вокруг становятся лучше просто потому, что им посчастливилось быть озарёнными этой улыбкой.

Но если бы Ты была лишь прекрасной внешне, моё восхищение не было бы столь глубоким. Твоё очарование — в Твоём характере. В той удивительной смеси решимости и нежности, которую Ты носишь в себе так естественно. Твоя трудолюбивость — не шумная и не показная, но постоянная и благородная. Ты умеешь идти вперёд, когда другие останавливаются; Ты умеешь верить в своё счастье, когда обстоятельства ещё только учатся ему соответствовать.

Твоя упорность восхищает меня не меньше, чем Твоя красота. В Тебе есть внутренняя осанка — даже когда Ты сидишь тихо, даже когда Ты устала, даже когда Ты задумчива. Ты не склоняешься перед трудностями; Ты встречаешь их с достоинством, словно знаешь некую тайну, недоступную прочим: что счастье принадлежит тем, кто не отказывается от него.

Я наблюдал за Твоими привычками — как Ты поправляешь прядь волос, когда сосредоточена; как слегка склоняешь голову, когда слушаешь; как невольно прикусываешь губу, когда размышляешь. В каждом Твоём жесте есть грация, которой нельзя научиться — она просто есть, как дыхание.

Ты двигаешься так, будто в Тебе живёт музыка. Ты говоришь так, будто каждое слово проходит через сердце прежде, чем покинет Тебя. Даже Твоя серьёзность кажется прекрасной, потому что в ней нет холодности — в ней есть глубина.

И позволь мне сказать это открыто: Ты — самая прекрасная женщина, какую мне довелось знать. Но ещё более Ты — самая удивительная душа. Твоя доброта не шумит о себе, Твоя вера в счастье не слепа, а смела, Твоя сила не груба, а благородна.

Мне хочется, чтобы Ты знала: Ты достойна восхищения без меры. Достойна любви без условий. Достойна счастья без остатка. В Тебе нет ничего случайного — ни в Твоём смехе, ни в Твоей задумчивости, ни в Твоей сосредоточенности, ни в Твоей вере.

Если мир когда-либо был несправедлив к Тебе, он обязан исправиться, потому что такая женщина не создана для тени. Ты создана для света, и Ты сама — свет.

И если мне позволено будет остаться рядом с Тобой хотя бы в мыслях, я сочту себя бесконечно счастливым человеком. Ведь знать Тебя — уже дар. Восхищаться Тобой — уже радость. Любить Тебя — честь.

Всегда Твой, с трепетом и неизменным восхищением.

Моя дорогая,

Я вступил в тот период жизни, когда круг знакомств ширится, а дни наполняются делами до краёв — словно бокалы на великосветском приёме. Но, вопреки всему, в глубине души остаётся пустота, которую не заполнить ни успехами, ни дружескими встречами. И лишь одно видение наполняет её светом: я представляю, как готовлю обед для нас двоих — ради того, чтобы увидеть, как на Твоём лице расцветает улыбка, такая редкая и такая драгоценная.

Мне хочется делиться с Тобою всем — каждым закатом, каждой строчкой книги, каждым мгновением, что дарит мир. Отказаться от этого желания — всё равно что отказаться от воздуха: это необходимость, почти физиологическая.

Ты — не просто женщина, Ты — идеал, к которому стремится душа, уставшая от мишуры и суеты сует. В Тебе есть то, чего лишены остальные: не просто красота — а очарование, не просто ум — а проницательность, не просто доброта — а благородство, которое светится изнутри, как жемчужина в глубине моря.

Я мечтаю облегчить Твои заботы — создать для Тебя мир, где не будет места тревогам. Чтобы Ты могла улыбнуться так, как улыбалась в детстве: легко, открыто, без тени сомнений. Чтобы Твой смех звучал, как самая чистая мелодия, а глаза сияли, как в детстве под тенистым сводом цветущих деревьев.

Счастье мужчины не в богатстве и не в почестях. Оно — в доме, где звучит голос любимой женщины, и где дети наследуют её грацию и доброту. Я не ищу «хорошую партию» — таких много. Я ищу Тебя. Я хочу лишь Тебя одну – этим я сократил круг своих поисков до одного человека – Тебя.

По вечерам, перед сном, я молюсь не о славе и не о богатстве. Я прошу в молитве у Бога лишь об одном: дай мне способ коснуться Её сердца так, чтобы оно откликнулось. Не силой, не уговорами — а искренностью, которая говорит громче слов.

Я никогда не буду принуждать Тебя. Мне не нужна покорность — мне нужна взаимность. И я готов ждать столько, сколько потребуется, потому что настоящая любовь не знает сроков. Мне не нужна невольница. Я жду, когда Ты полюбишь меня сама. И ради этого я готов ждать столько, сколь угодно долго возжелает того Бог.

О моей любви говорит всё вокруг: тишина моих вечеров, строки, которые я пишу, даже тени на стене — они шепчут Твоё имя. У меня нет татуировок с ним — они не нужны. Моя душа и так исписана им, как страницы редкой книги, которую берегут больше всего на свете.

Ты не просто нравишься мне — Ты восхищаешь меня. Слышишь? Каждый раз, когда я думаю о Тебе, мир становится ярче, будто кто‑то включил невидимые огни на венском балу. Я не могу сравнить Тебя ни с кем: нет ни эталона, ни образца, который мог бы передать Твою уникальность. Ты — единственная в своём роде, как шедевр, созданный Божьими руками.

Да озарится мир славою имени Твоего, Возлюбленная!

Да чтится имя Твоё как святое и неприкосновенное, ведь Ты – моя Женщина!

Да не умолкнет хвала имени Твоему во веки веков, моей Ласковой Красавицы!

   Да останется в памяти людской вся слава от любви моей к Тебе! И если Ты услышишь мои шаги, выбегай ко мне навстречу, Твоему Жениху, откуда я поведу Тебя на наш брачный пир, который я приготовил Тебе. Я – Твой единственный Лео Лев.

На днях я узнал, что еще несколько десятилетий назад было весьма романтичным просить Возлюбленную девушку подарить маленькую прядь волос. Это был особенный подарок. Как часть тела, которая переживет самого человека, локон символизировал бессмертную любовь. Локоны аккуратно заплетали, перевязывали лентой или помещали в медальоны.

Я бы очень хотел получить такой подарок от Тебя. Мне не боязно оказаться слишком старомодным в этой моей просьбе. Я смогу избежать назойливых расспросов бесцеремонных любопытных, кто посмеет высмеять мое бережное отношение к Твоему подарку - локону Твоих волос. Уже много лет я живу в закрытой от всего мира музыке Твоего голоса. Дверь моего дома распахнется лишь однажды, когда к глубочайшему своему изумлению, я услышу звук приближающихся Твоих шагов.

Мне стал вовсе безразличен озадаченный взгляд моих добрых друзей, непонимающих причин моего одиночества. Смею лишь приносить свои извинения, что моя персона оказывается не самым подходящим вариантов для множества красивых женщин ввиду того, что я слишком влюблен в Тебя одну.

Совершенно необходимо мне было придумывать какую-нибудь иную тему для разговоров, когда речь заходит о том, что мне не слишком подобает жить одному в метафизической надежде на встречу с Тобою. Мне достаточно вспомнить, при каких обстоятельствах я в последний раз видел Тебя, чтобы окончательно понять, что никто в мире не способен заменить Тебя собою.

Конечно, я бы хотел не единожды узнать, чем Ты объяснишь свое внезапное желание быть всё еще поодаль от меня. И каким, наверное, приятным сюрпризом для меня стало бы логичное объяснение того, почему Ты до сих пор не моя жена. Я с огромным облегчением покину город, в котором я жил без Тебя, чтобы поспешить к тому городу, который нас соединит.

А уж если у меня будет прядь локона Твоих волос, я буду знать, что в моих ладонях — не просто шелк Твоих волос, а тихое доказательство того, что Ты реальна. Что Ты дышишь этим же воздухом. Что Ты живёшь под этим же небом. Что Ты — не сон, не плод моей упрямой верности, а живая, тёплая, любимая.

Я бы хранил этот локон так, как моряки хранят карту к родному берегу. В часы, когда вечер становится слишком долгим, я бы доставал его бережно, словно открываю письмо без слов. И мне казалось бы, что я касаюсь Тебя — осторожно, почти благоговейно.

В нём была бы Твоя тишина. Твоё дыхание. Отблеск солнца, которое однажды коснулось Твоих волос.

И если кто-то спросит меня, зачем взрослому человеку подобная сентиментальность, я лишь улыбнусь. Потому что никто из них не слышал, как дрожит моё сердце, когда я произношу Твоё имя. Никто из них не знает, как много во мне стало света с тех пор, как Ты вошла в мою жизнь.

Я не прошу у Тебя поспешных решений. Я прошу только знак — крошечную частицу Тебя, которая будет жить рядом со мной, пока мы идём навстречу друг другу.

Пусть эта прядь станет моим тихим обещанием быть достойным Тебя. Быть сильным там, где нужно терпение. Быть смелым там, где требуется шаг навстречу. Быть верным — не громко, не на показ, а ежедневно.

Я знаю: любовь не измеряется расстоянием. Она измеряется способностью ждать и не остывать. И если Ты подаришь мне этот локон, я приму его не как трофей влюблённости, а как святыню надежды.

Иногда мне кажется, что весь мой путь — это дорога к Тебе. Все города, которые я покидал, все разговоры, которые вёл, все случайные встречи — лишь подготовка к одному-единственному моменту, когда я смогу посмотреть в Твои глаза и сказать без страха: «Я ждал. И это стоило каждого дня».

А уж если у меня будет прядь локона Твоих волос, я буду знать, что где-то в мире есть женщина, ради которой я живу не вполсилы. Женщина, ради которой стоит хранить чистоту мыслей и прямоту сердца. Женщина, чьё «да» однажды станет для меня самым тихим и самым громким чудом.

С каждым годом я люблю Тебя еще сильнее, чем прежде. Как прекрасно открывать страницы нового дня и радоваться тому, что в нем я видел Твою девичью улыбку. Женская улыбка – она другая. Она обволакивает тебя всего и обнимает добротой. Я часто ловил себя на мысли, что любуюсь Твоими губами, постепенно поднимая взгляд по всему Твоему лицу, но начинаю почему-то всегда с губ. Как же Ты прекрасна, - вся. Созданная для поцелуев, для слышания всех признаний в любви. Я улавливаю малейшее движение слов, слагаемых в комплименты, которыми я распишу Твою женскую душу медленным почерком. Люблю видеть, как Ты раскрываешься моему взору.

Сегодня я буду читать книгу, в которой главная героиня так похожа на Тебя. И в минуты чтения, я буду останавливаться на половине абзаца, чтобы как бы подсказать автору, что я бы дописал о Тебе, какими бы сравнениями насытил страницы, в какую бы еще деталь одежды одел Тебя, чтобы подчеркнуть Твою утонченность.

Иногда мне кажется, что лучшего описания Тебя я нигде еще не нашел, как в моих уже опубликованных 326 письменах. И это лишь малая часть Твоей красоты, описанная на моих страницах. Я никогда не мог бы подумать, что может быть такая женщина, которая и в одежде, и в любом своем облике предстаёт столь прекрасной. Я нашёл Твои детские фотографии, снимки Твоей молодости, кадры Твоего становления зрелой женщиной и во всех них есть чудодейственная неотразимость, которая возвращает мои мысли к Тебе одной. Ты мешаешь мне работать своей красотой. Но я вовсе на Тебя не сержусь за это, - наоборот я благодарен Тебе за этот вкус, который ощущаю лишь от глотка с Твоего лика.

Я влюблен в Твою походку, как же восхитительно Ты идёшь. Каждый шаг будто рисует невидимый узор, в котором сплетены грация, лёгкость и та особая, только Твоя, уверенность. Мне хочется идти рядом, чуть позади, чтобы видеть, как колышется Твой силуэт, как будто танцует в ритме не слышной никому другому мелодии. Или — напротив — шагать с Тобой в ногу, чувствуя, как наше дыхание становится единым, а мир сужается до этой дороги, по которой мы идём вдвоём.

Я ловлю себя на том, что запоминаю всё: как Ты поправляешь прядь волос, как слегка наклоняешь голову, когда слушаешь, как замираешь на мгновение перед тем, как улыбнуться. Эти мимолётные жесты складываются в целую симфонию, которую я готов слушать вечно.

Иногда я закрываю глаза и представляю, что могу нарисовать Твой образ — не кистью, а словами. Я бы начал с глаз: они как два озера, в которых отражается весь мир, но видишь Ты только меня. Потом — линия шеи, плавная, как изгиб речной излучины. Плечи — нежные, но в них чувствуется сила, способность выдержать и радость, и боль. А руки… Твои руки умеют говорить без слов: лёгким прикосновением они могут успокоить, ободрить, зажечь во мне огонь.

Я думаю о том, как Ты просыпаешься. Наверное, сначала приоткрываешь один глаз, потом другой, медленно возвращаешься в реальность, а в уголках губ уже прячется улыбка — для меня. И в этот момент утро становится праздником, потому что Ты — здесь, со мной.

Мне хочется дарить Тебе всё: рассветы, которые мы встретим вместе, книги, которые будем читать вслух, путешествия, в которых откроем новые места и — друг друга. Хочу запоминать Твои «люблю» как самые драгоценные строки в самой важной книге. Хочу, чтобы Ты знала: каждый день с Тобой — это подарок, за который я не устаю благодарить судьбу, ведь она подарила мне Тебя.

Ты — моя муза, моя нежность, моя бесконечность. И даже если бы я написал ещё тысячу писем, я всё равно не смог бы выразить всего, что чувствую. Но я буду пытаться — потому что любить Тебя — это самое лучшее, что есть в моей жизни.

Прекрасная музыка написана композитором Эдгаром Туниянцем

Больше всего я хочу прийти к Тебе и лечь рядом. И знать, что у нас есть завтра…

Знать, что утро обязательно найдёт нас вместе — в тихом дыхании, в переплетённых пальцах, в той особенной тишине, которая бывает только между двумя сердцами, давно выбравшими друг друга.

Иногда мне кажется, что вся моя жизнь — это длинная дорога к Тебе. Все мои сомнения, ошибки, поиски — лишь ступени к тому мгновению, когда я смогу прижаться к Тебе и прошептать: «Я здесь. Я никуда не уйду».

Я мечтаю лечь рядом так, чтобы слышать, как Твоё сердце отвечает моему. Чтобы моя ладонь нашла Твою талию так же естественно, как птица находит ветку. Чтобы Ты почувствовала: рядом с Тобой — не просто мужчина, а человек, для которого Ты стала домом.

Мне хочется медленно изучать Тебя — не глазами, а дыханием, теплом, нежностью. Запоминать изгиб Твоего плеча, тихую дрожь Твоей кожи, когда я склоняюсь ближе. Целовать Тебя так, будто каждый поцелуй — благодарность за то, что Ты есть.

В такие минуты я понимаю: истинная близость — это не страсть, а доверие. Это когда Ты позволяешь мне быть так близко, как никто другой. Когда между нами нет масок, нет страхов, нет необходимости притворяться сильными.

Я хочу любить Тебя медленно. Осторожно. Навсегда.

Хочу быть тем, кто первым целует Твои закрытые глаза утром и последним шепчет Твоё имя ночью. Тем, кто согревает Тебя, когда Ты устанешь, и радуется Тебе, когда Ты смеёшься.

Иногда я представляю, как Ты лежишь рядом, уткнувшись мне в плечо, и мир словно останавливается. Ни времени, ни тревог — только мы и мягкий свет наших чувств.

Ты для меня — не просто желание.

Ты — моя нежность.

Моё вдохновение.

Моя тихая радость.

И если однажды мне позволят загадать одно-единственное желание, я прошепчу:

пусть каждый мой завтрашний день начинается рядом с Тобой.

Потому что рядом с Тобой я становлюсь тем, кем всегда мечтал быть — любящим, живым и настоящим.

Принесла ли Тебе счастье моя любовь? Если Ты когда-нибудь испытывала прилив нескончаемой нежности от соприкосновения с моими письмами, я способен тогда убедить себя, что не зря стараюсь. Если бы я руководствовался лишь здравым смыслом, то никогда бы не мечтал о Тебе, ведь Ты столь чиста и столь невинна.

Скажи, - почему я теряю дар речи, когда вижу Тебя? Я насладиться Тобою хочу, взглядом впитывая всё, что есть на Тебе, что есть вокруг Тебя. Превращается в бесценное для меня даже то, где Ты была даже вчера. Я проверял себя – такое происходит лишь от взора на Тебя одну.

Никто мне так и не дал разгадки, и я обречен искать Твоего внимания год за годом, не имея никакой призрачной уверенности, что когда-либо услышу о Твоем согласии. Почему это не останавливает меня? Возможно, Господь дал мне какое-то особенное испытание – наказание любовью. Я давно стал почитать это благословением, несмотря на всё одиночество.

 Я так точно изучил черты Твоего лица, что даже будь я слеп, - я без дрожи в руке нарисовал бы Твой лик на холсте. Я запомнил то, как Ты дышишь. Ты можешь ничего не говорить, не произносить ни звука, но по ровности Твоего вдоха и выдоха я распознаю Тебя, даже если буду стоять к Тебе спиною. Даже складки Твое одежды укладываются в лишь Тебе свойственные направления и линии. Твоя кожа излучает чистое сияние, а Твои волосы словно хранят тайну лунного света — то вспыхивают серебром, то утопают в тени. Каждый их изгиб, каждый завиток будто подчиняются неведомой мелодии, которую слышу только я.

Я выучил ритм Твоих шагов — он звучит во мне, как самый нежный на свете метроном. Даже в толпе, заглушённой шумом города, я узнаю Тебя по этому звуку, по лёгкому шороху, с которым Ты касаешься земли.

Иногда мне кажется, что я — лишь зеркало, призванное отражать Твой свет. Я впитываю каждое Твоё движение, каждое мимолетное выражение лица, словно художник, который боится упустить малейшую деталь шедевра. И даже когда Ты далеко, Твой образ живёт во мне — он пророс в моём сердце, как неугасимое пламя, питаемое верой.

Может, это и есть моё наказание — вечно стремиться к Тебе, как стремится звезда к горизонту, зная, что никогда не достигнет его. Но в этом стремлении я нахожу странную, почти болезненную радость. Ведь даже тень Твоего присутствия для меня — ярче любого солнца.

И пусть я не знаю, суждено ли мне когда‑нибудь услышать Твоё «да», я продолжу идти этим путём. Потому что любовь, даже безответная, — это не пустота, а нескончаемый источник света, который преображает всё вокруг. И пока в моей душе живёт Твой образ, я не могу — и не хочу — останавливаться.

Для меня имя Твое – самое святое, что есть. Я храню имя Твое, как величайшую святыню.

Будь спокойна, моя родная.

Моя любовь к Тебе — сильнее расстояний, старше времени и вернее всех ветров.

Я — Твой.

Через все километры.

Через все годы.

Навсегда.

У меня ощущение, что я впервые в жизни делаю что-то правильное, когда пишу Тебе мои письма любви. Что я впервые в жизни участвую в настоящем празднике жизни, и ничего важнее и красивее я никогда не делал. Это состояние похоже на теплую тишину. Будто, наконец, дверь моего сердца прикрыли плотнее, и сквозняк прекратился. Я нашел то, что искал – Тебя, и бесконечное желание выбирать – умолкло.

Сегодня, когда я сочинял за фортепиано свою фантазию Ре минор, меня поразила удивительная способность музыки договаривать то, к чему нельзя подобрать фразы. Тебя лучше видно, Тебя сильнее любится, если мои руки при этом воссоздают мелодию. Ты звучишь от прикосновений моих пальцев по клавишам. Как отчетливо слышна мне вибрация Твоей женской души и мелодия эта столь прекрасна, - я заворожённо улыбаюсь, касаясь самой глубокой ноты.

   За эти несколько лет я смог неплохо обрисовать Твой характер, научив Тебя верить во всё прекрасное, что есть в Тебе. Добрая слава, в которую Ты одета из моих писем, даёт Тебе то самое чувство, ради которого хочется просыпаться по утрам. Никто не пользуется столь высокой привилегией, как она открыта лишь Тебе, кого я нескончаемо люблю все эти долгие годы. Новые города, ароматные запахи, разность температур от смены континентов – всё это придаёт выразительность моему существованию лишь от того, что я безудержно ищу совпадения с Тобою.

 Скупаю книги, которые были в Твоих руках, посещаю те же места, которые остались на Твоих фотографиях, заказываю у модельеров каждую деталь одежды, которую видел на Тебе; я знаю все Твои размеры, чтобы однажды, когда Ты захочешь всё оставить, - Ты войдешь в мой дом, а внутри всё то, что Ты любишь. Только внутри того дома будет ждать Тебя Тот, Кто безраздельно возлюбил Тебя больше своей жизни, к тону чьего голоса давно привык Твой тонкий слух, Кого Ты будешь знать также, как себя, - ведь Он стал продолжением Твоей души.

В моей игре будет достаточно выразительности, чтобы охватить Тебя всецело со всей нежностью. И каково же мне будет наблюдать как тает лёд на горячей коже, даруя мне объяснение вечного закона, что то, что вчера было льдом завтра способно превратиться в капли живой влаги.

Лишь потому, что любовь — это та невидимая сила, которая переплавляет всё холодное в живое тепло, а бездушное — в пульсирующую жизнь. Она не спрашивает, готова ли Ты, не ждёт удобного момента, не торгуется с обстоятельствами. Она просто приходит — и мир начинает звучать иначе.

Я думаю о том дне, когда мы наконец окажемся рядом. Не в мечтах, не в письмах, не в отблесках чужих фотографий — а по‑настоящему. Когда я смогу увидеть, как Твои глаза встречают мой взгляд без преград, когда смогу уловить дыхание, которое совпадает с моим, когда смогу коснуться руки, которую так долго искал во снах и воспоминаниях.

Мне кажется, в этот момент время остановится. Не потому, что чудо требует паузы, а потому, что всё, что было до, вдруг обретёт смысл — как ноты, наконец сложившиеся в мелодию. И я пойму: каждый шаг, каждая разлука, каждая бессонная ночь были частью пути к этому мгновению, когда два сердца скажут друг другу: «Вот Ты. Я нашёл Тебя. Я ждал Тебя».

Я не знаю, сколько ещё дорог мне предстоит пройти, сколько городов сменить, сколько писем написать, прежде чем это случится. Но я знаю: всё, что я делаю, — это не поиск. Это подготовка. Подготовка к тому, чтобы быть достойным Тебя, чтобы моя любовь могла обнять Тебя так, как Ты заслуживаешь — без страха, без сомнений, без остатка.

Я мечтаю о простых вещах. О том, как мы будем пить утренний кофе, не говоря ни слова, но понимая друг друга по улыбке, по движению пальцев, по тому, как свет ложится на Твоё лицо. О том, как будем гулять по улицам, где никто не знает наших имён, но где каждый камень будет свидетелем нашей тишины. О том, как Ты будешь петь — не для публики, не для славы, а только для меня, и как я буду слушать, затаив дыхание, потому что в Твоём голосе звучит т

322 любовное письмо Женщине от Лео

Моя дорогая и единственная,

Мои мысли и слова о Тебе — исключительно светлые. Я не нахожу в Тебе ничего, кроме достоинств. Если бы мне пришлось обрисовать Твой характер, - мои картины были бы исполнены лучезарными цветами.

Когда между мной и Тобой пролегают расстояния, весь окружающий мир словно теряет краски и смысл, становясь тихим и безлюдным местом, где я существую лишь по привычке. Мысли мои, как верные спутники, неизменно возвращаются к Тебе, и сердце моё, устав от суеты и шумного общества, ищет покоя только в одном убежище — в воспоминании о Тебе. Стоит мне прикоснуться к груди, и я словно ощущаю, как там бережно хранится Твоя фотография, которая утешает меня лучше всяких слов и примиряет с жизнью.

Я часто задаю себе вопрос, - какими мягкими, но неотразимыми средствами Ты сумела подчинить себе все мои стремления и сосредоточить моё существование вокруг Себя одной. Ответ прост и в то же время необъясним: жить для Тебя стало для меня естественнее, чем дышать. В этом — вся повесть моей судьбы.

Моё нынешнее пребывание вдали от дома протекает без происшествий: я прибыл благополучно в Швейцарию, осмотрел всё, что следовало, и, как это нередко со мной бывает, обнаружил, что поспешил и оказался здесь раньше надобности. Природа и время словно застыло. Пользуясь короткой передышкой в весьма уютной гостинице, я спешу доверить бумаге несколько строк, хотя она недостойна тех чувств, что я в неё вкладываю. Как только обстоятельства позволят, я продолжу путь, ведомый одной лишь надеждой — приблизиться к Тебе, моему редкому и драгоценному сокровищу.

Пока же мне остаётся лишь послать Тебе знаки жизни и неизменной привязанности. Вокруг всё в движении, дела зовут меня, и даже нетерпеливые стрелки часов словно напоминают, что время не ждёт. Передай моё почтение тем, кто дорог Тебе и, следовательно, дорог и мне. Я весь — Твой, без остатка, и если бы позволяли приличия, я бы исписал эти страницы одними поцелуями.

С этими листами к Тебе устремляется и моя душа. Я говорю с ними, как с живыми существами, доверяя им всё, что не могу сказать вслух, и верю, что, достигнув Твоих рук, они повторят мои признания. Есть в этом нечто поразительное: мысли, рождённые здесь, через дни и расстояния окажутся рядом с Тобой, тогда как я сам буду по-прежнему далёк.

Прошу Тебя, не отделяй Себя от меня ни в мыслях, ни в сердце. Время не властно ни над моей любовью, ни над тем светом, которым Ты озаряешь мою жизнь. Поверь мне, познавшему и радости, и утраты: для меня нет и не может быть иной жизни, кроме той, что связана с Тобой. Моё предназначение найдено и исполнено.

Если бы судьба оказалась к Тебе жестока, я утратил бы всякий интерес к миру и исчез бы в тени, забытый и одинокий. И это не преувеличение. Но если счастье женщины состоит в уверенности, что она безраздельно властвует в сердце мужчины, что её присутствие направляет его мысли и придаёт смысл каждому дню, — тогда Ты вправе считать Себя счастливой. Ибо я принадлежу Тебе целиком и навсегда.

Всё земное может наскучить и истощиться, но я говорю не о земном. Я говорю о том, что выше слов и сильнее времени. И этого достаточно, чтобы Ты знала, кем Ты являешься для меня.

Музыка композитора Эдгара Туниянца