«Александр Островский» kitobidan iqtiboslar

старого театра Медокса, торжественно открылся обновленный архитектором Бове

102 . Он был прав, только забыл прибавить, что достанется и русским писателям. В Петербурге почему-то особенно боялись Москвы

дят на собаках, и требовал на сей счет официального подтверждения министерства внутренних дел. Ячейки цензурного сита становились все мельче и мельче, пока их не стало забивать вовсе. Зайдя однажды в цензурный комитет, чтобы справиться там у приятелей о литературных новостях, Никитенко застал такую картину: «Книг никаких нет, нет и рукописей, которые обещали бы книги». Если таково было положение книгопечатания, то что уж можно сказать о литературе драматической, на