Глава 1
«Почему он это делает? Что за больной ублюдок?»
Вот уже пятый день я вынужден сидеть в своей уютной, хотя и наспех обставленной, съемной халупе. Центром моих размышлений, конечно же, был этот странный идиот, вмешавшийся в мою жизнь и испортивший ее. Последние три месяца были превращены в ад этим маньяком: он реально убивал всех, с кем я контактировал…
Но давайте по порядку… Меня зовут Боб, мне 25 лет, родился я в Фэрфилде, небольшом техасском городке. Жил я значит не тужил, кушал да бездельничал, как вдруг откуда ни возьмись пришла беда – родители решили, что мне пора вставать на ноги, искать счастья, взрослеть, отпочковываться и… как они еще это называли? Ладно, не важно – короче пришло время слезать с их шеи и валить с глаз долой в большие города – сгустки энергии, возможностей и надежд. 20-летняя сестра Мэри даже всплакнула, когда провожала меня, хотя далеко уезжать я не собирался. Дальше Далласа мою душу не понесет. Надеюсь. Предки дали мне неплохую сумму, на первое время, из расчета пяти месяцев роскошной жизни, ну или пятнадцати на скудном пайке, смотря что моё благоразумие подскажет мне выбрать, пока я не найду более-менее достойную работу.
Я неплох с руками – несмотря на мое бездельничанье в отчем доме – ремонт машины и всяких там мелочей всегда лежал на мне. Так что надеялся устроиться в какую-нибудь организацию по ремонту чего-нибудь.
Приехал я в Даллас 4 месяца назад, шатался по мастерским, но сильно с устройством на работу не спешил. Хотелось сначала вкусить все прелести большого города. Девки здесь другие – таких красивых девок я в жизни не видал…
А потом этот случай в клубе, после которого и началась катавасия. Здоровенный парень избивал девчонку прям возле входа на глазах у десятков зевак. Я вмешался, даже не взвесив ни очевидных сил, которые были не равны не в мою пользу, ни скрытой силы – пушки, спрятанной у этого громилы за поясом, – которая делала это неравенство абсолютно катастрофическим для меня. Короче, нарвался я на пулю. После этого все нормальное и подлежащее объяснению начинает постепенно заменяться тем… а, черт, сами решайте чем – я уже сломал голову, думая обо всем этом. Отчаянно цепляясь за свою жизнь и стараясь сохранить сознание, я всё-таки вырубился, так как потерял много крови. Но на следующий день я проснулся в госпитале абсолютно целехоньким! Вы понимаете? Ни следа от пули, никаких болезненных ощущений, врач даже подумал, что это какой-то пранк, что либо я либо его коллеги его разыграли. Он внимательно читал доклад врача, который принял меня в отделение и бормотал ругательства. А я что? Я чувствовал себя превосходно и думал только о том, как бы свалить с этой больнички и спокойно во всем разобраться. Когда медсестра сказала, что скоро должны прийти копы и допросить меня об обстоятельствах произошедшего, моё желание валить стало жгучим как Каролинский жнец (это такой перец).
Сбежать не составило труда, благо моя одежда лежала тут же в палате – без единого пятнышка крови! Её не стирали – кое-какие следы грязи и пятна на воротнике говорили об этом. Я вспомнил, что одной из моих последних предобморочных мыслей была мысль о моей продырявленной и пропитанной кровью любимой футболке. Все были страшно заняты и единственной медсестре, остановившей меня, спешащего по коридору, я сказал, что искал своего брата и заблудился. "Куда смотрит охрана? Выметайся отсюда, здесь тебе не место – здесь тяжелобольные" – был её ответ на это. Я и выметнулся.
На следующий день я наведался к этому роковому клубу. Мне хотелось увидеть это место, вспомнить всё и удостовериться, что это был не сон, не бред. После этой экскурсии я остался с двояким чувством, точнее процентов на 70 я понимал, что это точно произошло, а оставшиеся 30 всё списывали на бред. А ведь я даже не успел ещё выпить тогда…
Вот здесь и появляется этот таинственный ублюдок. Вечером, после обхода рокового места, я зашёл в свой любимый уютный магазинчик на соседней с моим домом улице. Мне нужно было взять продукты и, конечно же, поболтать с супер привлекательной продавщицей Рэйчел. Мы с ней вышли покурить на крыльцо – стояли, болтали, смеялись, как вдруг она упала, не издав даже звука. Я увидел пятнышко у неё на шее… Пятнышко, как от пули. Обернувшись в ту сторону, откуда предположительно был произведен выстрел, я увидел ЕГО. Он залег на крыше соседней забегаловки с каким-то снайперским ружьём. И хотя Рейчел лежала без признаков жизни у моих ног, этот мудак продолжал метиться и кажется стрелять в нашу сторону. Он хотел убить меня! Но не знаю, то ли ружьё у него заклинило, то ли патроны подвели – я всё ещё был на ногах. Недолго думая я решил воспользоваться последними и дал деру.
Я гадал: хотел ли он убить меня и просто промахнулся или его целью были мы двое. Но зачем? Кому я понадобился? Ревнивый любовник Рейчел? Чепуха! Она могла так выйти покурить с любым коллегой. Не убивать же её и меня за невинную (со стороны невинную – цели то у меня в этот вечер были далеко идущие!) беседу! Я терялся в догадках…
А потом стали пропадать люди, с которыми я накануне пообщался – то есть сказал больше, чем привет и как дела. Обувник, которому я оставлял свои расклеившиеся, хотя и совсем новые – не гонялся бы я за дешевизной, – туфли. Вечером мы с ним пообщались, он рассказал мне о своей дочери, которая сама поступила в Йельский, а в обед следующего дня я узнаю, что он куда-то пропал. Хотя был, по заверениям жены, абсолютно домашним человеком, и такого за ним никогда не наблюдалось. После пошло-поехало: 7 девчонок, с которыми я познакомился в клубе, не брали трубку на следующий день, а затем кто-то из их близких перезванивал мне и начинал расспрашивать что да как и где мы были и виделись в последний раз. Близкие объясняли мне, иногда с руганью и подозрением, иногда со слезами, что после клуба их дочерей, сестер, племянниц больше никто не видел. Три раза меня вызывали в полицию, потому что я был одним из последних с кем видели жертв. Какое-то сумасшествие!
А потом я увидел ЕГО лицо… Он застрелил старушку, которой я помогал дотащить продукты, прямо у меня на глазах. Бедняжка рассказывала о своем покойном муже и сыне, погибшем в авиакатастрофе несколько лет назад и благодарила меня за оказанную помощь.
«Руки уже не те, – говорила она мне, – а дважды ходить в магазин не хочется, вот и тащусь, сынок, как нагруженная ослица».
Когда мы свернули за угол дома и оказались в безлюдном тупичке возле её подъезда, объявился ОН. Черные брюки, черное пальто, отличные чёрные туфли, брюнет, волосы до плеч. Он хладнокровно выпустил пулю в спину бабуле. А потом случилось необъяснимое. Он побежал на меня с каким-то предметом в руке… Я думаю это был нож и, нет, это объяснимое – парень хотел меня порешить. А вот то что произошло дальше, я объяснить никак не берусь. Добежав до меня и замахнувшись этим тесаком, с явным намерением меня убить, он вдруг отдернул руку и побежал назад… Спиной! Добежав до того места, откуда он начал свой бег, его понесло обратно на меня. Я стоял в шоке, а он пробежался так раза три. Больной маньяк! Джокером себя что-ли вообразил… Я драпанул оттуда, что есть мочи. Удостоверившись через три квартала, что за мной никто не бежит, я перешел на шаг и стал обдумывать своё положение. Теперь я был точно уверен, что это и есть тот придурок, который стоит за всеми этими невинными жертвами. Оставалось загадкой – зачем? И как он всегда меня находит? И всех с кем я общался?
Последние пять дней никаких контактов. Этого маньяка я не вижу, новых исчезновений нет – насколько я знаю. Я покупаю необходимое для жизни в соседних магазинчиках, прикидываюсь немым на кассе и закрываюсь наглухо в своей каморке…
Глава 2
Bepul matn qismi tugad.