Teresa Carpenter
HER BOSS BY ARRANGEMENT
Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.
Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.
Иллюстрация на обложке используется с разрешения Harlequin Enterprises limited. Все права защищены.
Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.
Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.
Her Boss by Arrangement © 2014 by Teresa Carpenter
«Свидание с боссом»
– Нужен парковщик, – раздался голос в наушниках Тори Рэнделл.
Обычно на мероприятиях подобного уровня у них было три парковщика. Но сегодня один не вышел из-за простуды. На кухне тоже недобор. Проклятый грипп не щадил никого.
– Принято! – по-военному кратко ответила Тори, бросая взгляд на свою сестру-близняшку. – Тебе не кажется, что между ними что-то есть? – Она кивнула в сторону террасы.
Стулья, на которых расположились каскадер и помощница продюсера, стояли так близко друг к другу, что их головы практически соприкасались.
Лорен оценивающе посмотрела на парочку. Тори поняла, что сестра чувствует то же самое. У них обеих был редкий дар – безошибочно распознавать искру между мужчиной и женщиной.
– Это не наше дело, – отмахнулась Лорен. Но тень грусти в ее глазах не ушла от внимания сестры. – Лучше сосредоточиться на работе.
Тори вздохнула.
– Шведский стол готов, новые закуски поданы, – доложила она сестре. Тори и Лорен впервые устраивали праздник в доме Рэя Донована, одного из самых знаменитых режиссеров Голливуда. Здесь все должно быть идеально. – Десерты будут через полчаса. Я пойду приму машину.
– Свистни, если это будет Гарретт Блэк, – попросила Лорен.
– Все еще веришь, что он объявится? Лорен, не будь такой наивной.
Новый глава «Обсидиан студиос» тоже был в списке самых именитых режиссеров. Все хотели заполучить его в свой проект, но тот неизменно отказывался. Ничего удивительного. Гарретт Блэк всегда был необщителен и независим как режиссер, а теперь и как бизнесмен.
Шесть недель оставалось до кинофестиваля «Голливудские холмы». Компания «Бай эрренджмент», принадлежащая сестрам-близнецам, заключила вожделенный контракт с «Обсидиан студиос» об организации сопутствующих банкетов. И теперь Лорен с нетерпением ждала возможности познакомиться с загадочной знаменитостью.
– Из достоверных источников мне известно, что сегодня его не будет, – не без сарказма заявила Тори.
Лорен закатила глаза. Проблема была в том, что источники Тори и впрямь были удивительно достоверными. Лорен не могла припомнить ни единого случая, чтобы информация от сестры была ложной или хотя бы неточной. Но надежда умирает последней.
– И все же маякни мне, если увидишь Блэка.
– Блажен, кто верует? – улыбнулась Тори, выходя за дверь.
Шансов, что Блэк почтит гостей своим присутствием, было действительно мало. Одиннадцать месяцев назад он попал в серьезную аварию, получил сильные травмы. В ней же погиб его отец, оставив Гарретта во главе пяти крупнейших голливудских студий. Десять месяцев Гарретт вел весь бизнес из своего дома в Санта-Барбаре. Но месяц назад все изменилось. Ходили слухи, что на «Обсидиан студиос» он стал появляться ежедневно.
Тори вышла за дверь и вдохнула глоток солоноватого воздуха. Малибу был одним из ее любимых мест в мире. Приложив ладонь ко лбу, она осмотрелась. Ни намека на присутствие Гарретта Блэка. Тори спустилась по ступенькам к парковке.
– Мэтт, чем занят? – спросила она, потирая замерзшие руки. Морской ноябрьский воздух был чудесен, но в черном платье без рукавов, выбранном ею для мероприятия, было уже прохладно.
– Нужно отогнать машину к церкви, – отозвался коллега.
Парковка была заставлена автомобилями, и компания получила разрешение оставить несколько машин возле местной церквушки. Лицо Мэтта все еще было бледным. Парень сам почти три недели пролежал с гриппом. Это был его второй рабочий день после выписки.
– Как самочувствие? – спросила Тори.
– Нормально. Боюсь сглазить, – махнул рукой Мэтт. Заметив, что Тори дрожит, как осиновый листок, он снял с себя куртку и подошел к ней. – Держи. Я быстро. Одно колесо здесь, другое там.
С этими словами он нажал кнопку брелока, и салатовый внедорожник отозвался двойным прерывистым сигналом.
Тори накинула не по размеру широкую куртку на плечи, сложила руки на груди. Пользуясь тем, что вокруг никого нет, она скинула неудобные туфли. Шпильки в десять сантиметров – это все-таки перебор. Лорен настаивала, что на все мероприятия сестры должны ходить в туфлях на высоком каблуке. Но если Лорен ходила в них легко и непринужденно, то для Тори это было настоящей пыткой.
Она пошевелила уставшими пальцами. Будь ее воля, она ходила бы только босиком. Разумеется, если погода позволяет. Вот и сейчас прохлада от каменной ступеньки была ей так приятна.
Гул мощного двигателя нарушил вечернюю тишину. На подъездной дороге заблестел красный «мазерати-спайдер». Явно кто-то из главных гостей вечеринки. Мгновенно забыв про боль и неудобство, Тори надела туфли. Она проследила за дорогим авто до полной остановки. Водитель притормозил прямо напротив нее.
Выйдя из машины, он держал голову так, что его лицо оставалось в тени. Поверх черного свитера была надета куртка тоже черного цвета. Чувствовалось, что этот человек не в настроении веселиться. Его лицо показалось Тори знакомым, но она не могла вспомнить, кто это. Наверное, кто-то из современных продюсеров.
Несмотря на ее десятисантиметровые каблуки, гость все равно был значительно выше.
– Ваши ключи, сэр, – уверенно сказала Тори, протягивая вперед ладонь.
– Какая у вас машина? – неожиданно спросил он.
«А вот это уже неприлично», – пронеслось в голове.
– «Мустанг 500 Джи Ти», – ответила Тори.
Он хмыкнул. Ключи от машины свисали с его пальцев.
– У вас нет мужчины-парковщика? – спросил он.
– Есть, но сейчас он отгоняет другую машину.
«Только не дерзи, – говорила себе Тори. – Будь повежливее».
Губы мужчины скривились в недовольной ухмылке.
– Припаркуйте поближе к дому, – произнес он приказным тоном. – Я здесь ненадолго.
«Нет, припаркую-ка я ее возле церкви», – съехидничала про себя Тори.
Ключи упали ей в ладонь, и она уверенно зашагала к автомобилю. Скинув на дорогу неудобные туфли, она занесла одну ногу в салон, как вдруг услышала его голос:
– Мисс!
«Могла бы догадаться, – ругнулась она про себя. – Было ясно, что он не пойдет внутрь, пока я не припаркуюсь».
Тори бросила на него виноватый взгляд.
– Я прошу вас надеть обувь, – произнес он в том же приказном тоне.
– Конечно, – отозвалась Тори, надевая проклятые туфли. – Надеюсь, это останется между нами.
– Боитесь потерять работу? – ухмыльнулся он.
Даже с недоброй улыбкой его лицо вдруг показалось ей привлекательным. Четко очерченные линии, тени темных глаз, волевая челюсть. Не говоря уже о широких плечах. Это была не слащавая красота. Он был красив по-настоящему, по-мужски.
Закинув за плечи убранные в хвост волосы, Тори поправила наушник.
«Будь вежливой», – напомнила она себе.
– Сэр, я надеюсь, вам понравится вечер, – только и сказала она, натянув притворную улыбку перед тем, как захлопнуть дверь.
В салоне стоял дурманящий запах богатой жизни – дорогой кожи, льняного масла и одеколона, по всей видимости принадлежащего мистеру Грубияну. Двигатель зарычал, как голодный лев. От жгучего желания отогнать его машину как можно дальше Тори закусила губу. Нет, все-таки лучше в гараж. Во избежание лишних проблем. Он и так видел, как она села в салон босиком.
Когда Тори вернулась, у входа в дом стояли Мэтт и Джон. Она вернула Мэтту куртку и передала ему ключи от «мазерати», объяснив, где припарковала дорогой автомобиль.
В доме ее ждала Лорен.
– Я не могла с тобой связаться, что случилось?
– Неужели? – Тори постучала пальцем по наушнику. – Наверное, неполадки. – Однако ее больше беспокоило, где находится этот малоприятный собеседник. – Ты не видела тут здоровяка? Он вошел минут пять назад.
Ей не терпелось разглядеть его получше, в нормальном освещении.
– Нет, – коротко ответила сестра. Ее светло-карие глаза – такие же, как у Тори, – сощурились. – Ты что, опять снимала туфли? – догадалась Лорен.
– Ничего я не снимала, – соврала Тори.
– Тори, ты не умеешь врать. Мы же с тобой договаривались.
– Пока ты заставляешь меня носить эти ходули, мы будем возвращаться к этому разговору.
– Это непрофессионально, – настаивала Лорен.
– Меня никто не видел.
– Никто, кроме здоровяка? – Лорен развела руками. – Тори, я слишком хорошо тебя знаю.
– Тогда догадайся, какая моя любимая марка машины.
Лорен удивленно посмотрела на сестру.
– «Мазерати-спайдер», – ответила Тори. – Ты не представляешь, какая это сказка. На несколько минут я просто потеряла голову.
Лорен взяла сестру за руку и отвела в сторону:
– Тори, это очень важное событие. Все должно пройти без сучка без задоринки.
– Успокойся, Лорен. Все идет как нельзя лучше.
Две официантки с подносами, полными деликатесов, прошли мимо сестер.
– А вот и десерт. Осталось накрыть лишь стол со сладостями.
Избавив себя от нотаций родной сестры, Тори прошмыгнула на кухню.
– У Блэка «мазерати», – раздался сзади голос Лорен.
Тори резко повернулась, не веря своим ушам:
– Что?
– Машина Блэка называется «мазерати-спайдер».
Только сейчас Тори поняла, где видела его раньше. Это и был знаменитый Гарретт Блэк. Он постриг волосы и сбросил десяток килограммов. Вот почему она его не узнала. К тому же солнце уже садилось за горизонт.
– Ну что же, – вздохнула Тори. – Можешь считать, что мы познакомились.
– Гарретт, друг мой! – воскликнул Рэй Донован, отходя от группы людей на террасе. Приятели пожали друг другу руки, после чего Рэй прижал Блэка к себе в крепком мужском объятии. – Рад, что ты смог приехать!
– Рад, что пригласил, – лаконично ответил Гарретт и, высвободившись из объятий приятеля, сделал два шага назад. Все разговоры он предпочитал вести на расстоянии.
– Пойдем я угощу тебя чем-нибудь. – Рэй взял Гаррета под локоть и провел в соседнюю комнату. Широкий стол был уставлен самыми разнообразными блюдами, приготовленными, по всей видимости, снующими туда и обратно юными дамами.
– Признаться, я не голоден.
– Друг мой, тебе нужно хорошо питаться! – не унимался Рэй Донован. – От тебя же почти ничего не осталось. Пиджак, бывший когда-то впору, теперь висит как на вешалке. К тому же вкуснее блюд ты не найдешь во всем белом свете. Одна говяжья нарезка чего стоит. Или мясные шарики, обернутые в бекон. Отведай, дружище. Рэй Донован дурного не посоветует.
– По поводу потери веса, – заметил Гарретт. – Позволю тебе напомнить, что у меня была сломана челюсть.
А также раздроблена левая нога и ключица. Огромный внедорожник на всей скорости въехал в бок его автомобиля. Гарретт выжил. Его отцу повезло меньше.
– Да, но мне больно смотреть, как ты превращаешься в привидение.
Гарретт взглянул на Рэя с укором:
– Какое тебе дело до моего внешнего вида?
– Такое, что теперь ты директор студии. И должен выглядеть соответствующе. – Рэй взял тарелку со спагетти, увенчанными грибами и целым ассорти из деликатесов. – Давай возьмем это с собой на второй этаж. Там ты и поделишься со мной последними и, надеюсь, интересными новостями.
Мимо прошла девушка с тарелкой пирожных.
– Диана, дорогая, передай это моему другу.
– Да, мистер Донован. – С самой широкой улыбкой помощница передала тарелку Гарретту.
Прихватив с собой бутерброд, Рэй зашел за угол и провел дорогого гостя по спиральной лестнице вверх. Отсюда открывался обзор на все происходящее внизу. А днем в панорамные окна было видно океан. По всей длине роскошной комнаты тянулся просторный стеклянный балкон.
Гарретт опустился в кожаное бежевое кресло и поставил тарелку на черный стеклянный столик. Он все же откусил шоколадное пирожное – но скорее чтобы не обижать Рэя, чем для собственного удовольствия. Гарретту доводилось пробовать блюда столь изысканные, что Рэй не мог себе представить.
– Как нога? – спросил Рэй.
– Лучше. Если верить врачам, то на девяносто процентов восстановилась.
– Рад слышать, – улыбнулся Рэй, направляясь к бару. – В больнице на тебя было больно смотреть. Тебе вставили штифт?
– Несколько. Полная реконструкция бедра и колена. – За восемь месяцев ему сделали четыре сложные операции. Лишь два месяца назад он снова стал чувствовать ногу. – Так что теперь я наполовину робот.
– Терминатор во главе легендарной студии…
– Я не желал этого, – перебил его Гарретт. Он взял из рук Рэя бокал виски и сделал маленький глоток. Больше нельзя – он на антибиотиках и к тому же за рулем. – Честно сказать, у меня до сих пор это не укладывается в голове.
– Вот как? – удивился Рэй. – Помню, у тебя было столько планов на тот случай, если возглавишь студию. – Он присел на стул из слоновой кости рядом с приятелем.
– Да, но в эти планы входил и отец. Я всегда говорил тебе это.
– Отец настоял, чтобы ты стал креативным директором студии, а потом сам же забраковал все твои решения.
– Вначале я спорил с ним, но потом понял, что это бессмысленно. В какой-то момент он пригрозил, что вообще уволит меня.
– Этого ты не говорил, – удивился Рэй.
– Прости, я не хотел, чтобы кто-нибудь знал. Я был уверен, что отец не включил меня в завещание.
Но за последние шесть лет отец Гарретта не вносил изменения в завещание.
– Ты единственный ребенок в семье, – заметил Рэй. – А студия была бизнесом вашей семьи целых девяносто лет.
– Это так, – тяжело выдохнул Гарретт.
Как бы то ни было, студия теперь стала его собственностью. И только от него зависит, будет она процветать или после девяноста лет успеха все пойдет прахом. Увы, в последнее время тенденции были неутешительны.
Чтобы отвлечься от тревожных мыслей, Гарретт повернул кресло и теперь мог видеть людей внизу. Он сразу заметил среди них эту причудливую парковщицу. Она стояла прямо у входа в зал, общаясь о чем-то с другой женщиной.
Теперь на ней не было той безразмерной куртки, зато было облегающее платье чуть выше колен. Классическое черное платье в лучшем своем проявлении. Оно идеально подчеркивало ее точеную фигуру, прикрывая все то, что нарочито демонстрировали практически все остальные гостьи.
Обе собеседницы повернулись, чтобы поприветствовать кого-то из пришедших. Гарретт моргнул. Затем моргнул еще раз. Неужели он так отвык от алкоголя, что от столь маленького глотка у него уже двоится в глазах? Нет, их действительно двое. Вторая женщина была одета в платье ниже колен, и ее хвост был затянут чуть ниже.
– Что это за шоу двойников? – кивнул он в направлении девушек.
Рэй приподнялся на стуле, чтобы посмотреть, о чем говорит его друг.
– Ах, – улыбнулся он. – Это Лорен и Тори Рэнделл. Это их компания устроила сегодняшний праздник. Премьера «Юных ведьм» тоже их рук дело.
Гарретт удивленно приподнял черные брови. Кто же не слышал о нашумевшей премьере? Даже когда он лежал в больнице практически без сознания, слухи об этом громком событии доходили до него.
– Фильм собрал огромную кассу, – продолжал Рэй. – Но многие до сих пор помнят именно премьерный показ. Когда я решил собрать гостей, я поручил помощнице связаться с близняшками. Их компания называется «Бай эрренджмент».
Звучало как будто знакомо. Возможно, по ассоциации с нашумевшей премьерой.
Однако это направление мыслей тоже не понравилось Гарретту. Слишком много времени стала занимать женщина, всего-то припарковавшая его машину.
Он пристально посмотрел на Рэя:
– Когда ты освободишь мой дом?
Гарретт сдал свой дом Рэю для съемок фильма «Врата опасности», а сам переехал в семейный особняк рядом со студией. С больной ногой отсюда было легче добираться до офиса. Но через пару недель Гарретт уже планировал переехать в собственный дом.
– Минимум через месяц.
– Через месяц? – возмутился Гарретт. – Рэй, какого черта? К тому же мне донесли, что ты вышел за рамки бюджета.
– Да, но в фильме будут сногсшибательные спецэффекты. Еще один месяц и лишние два миллиона сполна отобьются в кассе. – Рэй печально покачал головой. – Знал бы ты, что творится на площадке. Главная звезда Дженна Вик разошлась с парнем и теперь закатывает истерики. А координатор спецэффектов приводит на съемки детей, потому что их няня загремела в больницу.
– Это не проблемы студии, Рэй. Съемки в моем доме уже должны были закончиться. По графику ты уже должен снимать в Вест-Лоте. Через две недели его отдадут под следующую картину. Студия понесет убытки, если мы не уложимся.
Рэй пожал плечами:
– Ты можешь учесть их в бюджете.
Гарретт отрицательно покачал головой. Вот из-за такого отношения дела компании стремительно катились под откос.
– Рэй, ты знаешь, я люблю тебя как брата. Но эпоха резиновых бюджетов закончилась со смертью моего отца. У тебя есть ровно две недели и один миллион. Соберись и возьми все под контроль. Уверен, ты справишься.
Оглядывая стол со сладостями, Тори закинула в рот арахисовый орешек в глазури. Даже цвета идеально сочетаются: красный, черный, серебристый, белый; крупные и мелкие бокалы под мартини. Шоколадные конфеты, карамель, леденцы идеально подходили выбранной под них посуде. Покрытые шоколадом мятные шарики в середине стола представляли собой имя хозяина вечеринки – Рэй.
Не успела она отойти, как гости налетели на сладости. Восторженные ахи и вздохи слышались из-за спины. Все складывалось как нельзя лучше. Она уже успела дать три визитные карточки очень перспективным клиентам. Вечер уже можно назвать успешным. Если бы не конфуз с Гарреттом Блэком.
Едва Тори вспомнила о Блэке, как тот появился из толпы. Неожиданно. Более того, он целенаправленно продвигался к ней.
Тори выдавила улыбку:
– Мистер Блэк, чем могу помочь?
Услышав свое имя, Гарретт поднял одну бровь. Тори держала в руке бокал, наполовину заполненный глазурованным арахисом.
– Именно этим, – ответил он. Затем взялся за бокал и отсыпал орешков в свою крупную ладонь. – Спасибо.
Порядком уставшая от его грубости, Тори решила хоть как-то отреагировать:
– Учтите, я арахисовая наркоманка. Надеюсь, у вас нет аллергии…
– Нет, – оборвал ее Гарретт. – Как вам за рулем моей машины, мисс Рэнделл?
Зато на свое имя ей реагировать не хотелось. Она попросту не знала, хорошо это или плохо, что оно ему известно.
– Однозначно лучшие впечатления за весь вечер, – ответила Тори, стараясь не встречаться с ним глазами. – Пользуясь случаем, хотела бы дать вам вот это. – Она протянула ему визитную карточку.
Гарретт покрутил ее в руках, после чего произнес:
– Будет напоминать мне об этом вечере.
Что это было? Господи боже, он что, заигрывает с ней? Как отнесется к этому Лорен? Что бы за этим ни стояло, но сама Тори ощутила смешанные чувства. Гарретт Блэк словно нащупал потайной рычаг, запускающий механизм ее скрытых эмоций.
Она не нашлась с ответом, а тем временем Гарретт вытащил из ее бокала последний орешек.
– Вы не против? – спросил он тоном, не терпящим возражений.
– Конечно нет.
«Вот урод», – пронеслось в голове.
– Если хотите, я могу насыпать вам отдельный бокал, – предложила Тори.
– Мне достаточно вашего.
Что это – недостаток воспитания или желание прибавить себе крутизны? В любом случае выглядело это ужасно. Но все же была здесь какая-то нестыковка. Тори вспомнила, что ей доводилось слышать о Гарретте Блэке. Кто бы ни описывал его личность, она неизменно слышала два эпитета – «умный» и «трудолюбивый». Нередко говорили и о его богатом внутреннем мире. В глубоком взгляде этих серых глаз и впрямь было нечто такое, что не позволяло поставить эти слова под сомнение.
И все же общение с людьми явно не было его коньком.
– До свидания, мисс Рэнделл, – оборвал ее мысли Гарретт и направился к двери.
– Осторожней на дороге, мистер Блэк, – ответила она.
Ей будет обидно, если что-то случится с такой замечательной машиной.
Поздним вечером в понедельник Тори разрабатывала меню на очередной праздник. Она почти закончила, когда в дверь офиса неожиданно позвонили.
– Иду! – отозвалась Тори, нажимая «сохранить».
Через стеклянную стену было видно, что незваный гость был мужчиной. Но он стоял спиной к двери, так что было невозможно понять, знаком он ей или нет. В офис «Бай эрренджмент» редко наведывались клиенты. Бизнес компании подразумевал, что, наоборот, сами сотрудники выезжают к клиентам. Вот и Лорен была в эту минуту на встрече с потенциальным заказчиком.
Она нащупала под столом туфли. «К чему опять эти туфли? – задумалась Тори. – Шлепанцы были бы уместнее. К тому же они лучше сочетаются с узкими джинсами и свитером».
Открыв дверь кабинета, она едва не лишилась дара речи. Перед ней стоял не кто иной, как Гарретт Блэк. От удивления Тори часто заморгала.
– Что вы здесь делаете? – машинально спросила она и тут же осеклась. – Я хотела сказать: здравствуйте, мистер Блэк. Чем могу вам помочь?
– Мисс Рэнделл, – начал было он, но увидел за спиной Тори некое подобие ресторана. Несколько столов были накрыты в разных стилях, виднелись бутылки элитного алкоголя. Гарретт в изумлении поднял брови.
– Время от времени здесь бывают посетители, – пояснила Тори. – Точнее, бывали.
Этот старый ресторан они с Лорен купили четыре года назад ради кухни. По мере расширения бизнеса готовить на кухне своей квартиры стало неудобно.
Постепенно часть ресторана превратилась в офис, склад и шоу-рум.
Отойдя от двери, Тори жестом пригласила мистера Блэка внутрь. Он подошел к одному из столиков, поднял вилку, покрутил в руках и положил обратно. В его присутствии Тори чувствовала себя скованно и неловко. К тому же следующая встреча с «Обсидиан студиос» была запланирована только на начало декабря. С какой целью он приехал?
– Присядете? – спросила она из вежливости.
– Нет. – Гарретт посмотрел ей прямо в глаза и засунул руки в карманы. – Я пришел по поводу следов ваших ног.
Тори усиленно заморгала:
– Следов моих ног?
– Если быть точным, то следов ваших голых ступней. Сегодня утром на коврике под водительским креслом своей машины я обнаружил следы ваших босых ног. Я пришел сказать, что выставлю вам счет за чистку коврика.
Тори не верила своим ушам. Вероятно, это какой-то розыгрыш. Он не может говорить это серьезно.
– Но это невозможно, – возразила она, едва сдерживая нарастающий гнев. – Если помните, я хотела сесть за руль босиком, но вы сами остановили меня и попросили обуться. Что я и сделала.
Каким низким человеком надо быть, чтобы выставлять счета за чистку своих ковриков. Тем более когда у тебя денег куры не клюют. Или дело в другом? Может, она просто пробудила в нем эмоции? Тори готова была поклясться, что за две короткие беседы с ней на его лице были признаки злости, раздражения… и радости. Один раз он даже не потревожился спрятать от нее свою улыбку.
Что бы ни происходило с этим человеком сегодня, все уходило корнями в злосчастную аварию. После того дня он стал держать свои чувства при себе. Так было и раньше, но несчастный случай, унесший жизнь его отца, перечеркнул все эмоции Гарретта Блэка жирной красной чертой.
Разрушительная сила подавленных чувств неприкрыто читалась в его серых глазах. Злоба Тори сменилась на жалость.
– Вы единственная, кто приближался к моей машине без обуви, – продолжил Гарретт. – Надеюсь на ваше понимание, поскольку совместная работа на кинофестивале кажется мне невозможной, если эта досадная проблема не будет решена.
Тори стиснула зубы. Рисковать кинофестивалем для их с Лорен фирмы было бы опрометчиво. К тому же спорить с этим человеком попросту глупо. Гарретт Блэк – клиент, а значит, он всегда прав. По крайней мере, Лорен не уставала это повторять.
Главное, чтобы сестра ни о чем не узнала. Если Лорен прознает про счет за босые ступни, Тори и дома придется ходить на высоких каблуках.
– Ваша претензия понятна, – сказала Тори. Нет, она не была ей понятна. Просто Тори не любила спорить. Но еще больше не любила уступать тем, кто не прав. – Покажите мне отпечатки. Я хочу лично их видеть. – С этими словами она вышла из офиса и направилась к парковке.
«Ты невиновна, пока твою вину не признали», – говорил внутренний голос. Пусть предъявит доказательства, прежде чем очернять ее честное имя. Обвинение Блэка казалось ей никчемным еще и потому, что ей слишком понравился этот чертов «мазерати». Она бы ни за что не стала пачкать в нем ни коврики, ни что-либо еще.
– Вы полагаете, я все придумал? – раздался вопрос за спиной Тори. – Ради чего? Уж не за тем ли, чтобы снова встретиться с вами?
Ее рука замерла, не коснувшись дверцы дорогой машины. Как бы дерзко он себя ни вел, Тори знала, что она ему нравится. Возможно, в этом разгадка. Гарретт Блэк хотел наказать ее за химическую реакцию, возникшую между ними.
Пытаясь открыть дверь красного «мазерати-спайдер», Тори едва не свернула себе плечо. Дверца не поддавалась. Тори повернулась к владельцу роскошной машины и изобразила улыбку:
– Откройте, пожалуйста, дверь.
Однако Гарретт и не думал шевелиться.
Так, что делать дальше? Тори глубоко вздохнула и продолжила:
– Нет, я не думаю, что вы искали повод со мной встретиться. И я не думаю, что вы сочинили всю эту историю со следами. Но поскольку я не сидела в вашей машине без обуви, то хотела бы сама разгадать эту загадку.
Гарретт нажал на кнопку сигнализации. В дверном замке раздался щелчок.
Нагнувшись, Тори просунула голову внутрь салона и вновь почувствовала этот головокружительный аромат роскоши. Какой сексуальный запах! Невольно хочешь отправиться в долгое путешествие с мужчиной своей мечты. Но вот он-то и отсутствовал в жизни Тори даже на горизонте. Вместо него рядом стоял невоспитанный, грубый мужлан, обвиняющий бедную женщину черт знает в чем.
Тори облокотилась на кремовое кожаное сиденье и уставилась на коврик. На нем и правда отчетливо виднелись следы, напоминающие отпечатки пальцев ног. Но следы были чересчур маленькими, чтобы принадлежать человеку. Тем более такой миниатюрной девушке, как она.
– Это похоже на следы лап, – сказала она, поворачиваясь и глядя себе через плечо. Заметив, как нагло он пялится на ее зад, Тори почувствовала прилив раздражения. Выбравшись из салона, она встала перед ним во весь рост.
«Будь к нему снисходительна, – говорила она себе. – Клиент с искалеченной душой, с него и взятки гладки».
– Совершенно не похоже, – возразил Гарретт. Он сделал шаг назад и едва не споткнулся на неровном асфальте. – Этого не может быть. Если, конечно, вы не оставили открытым окно, когда парковали машину.
– Я не открывала окна, когда парковала вашу машину.
– Значит, единственное объяснение – это следы ваших ног.
– Или следы появились до того, как вы приехали. Вы проводите осмотр салона перед каждой поездкой?
– Разумеется, нет, – ответил Гарретт, всем своим видом показывая, как наскучила ему эта беседа. – Но в машине не было следов, пока вы в нее не сели.
– Откуда вы знаете? – осведомилась Тори.
– Оттуда, что я ни разу не садился за руль босиком. А живу я один. Ни кошки, ни собаки, никого. Так что следы оставлять некому. Кроме вас, моя дорогая.
– Значит, так, – задумалась Тори и поднесла руку к подбородку.
Она лишь хотела выдвинуть очередную версию, но Гарретт отпрянул от нее, как от прокаженной. Его нога попала в очередную ямку на асфальте, и в следующую секунду он рухнул на землю с высоты своего огромного роста. Стон от боли тут же сменился серией изысканных ругательств.
В мгновение ока Тори протянула к нему руки, чтобы остановить падение. Но как хрупкая женщина может удержать столь грузное тело? Наоборот, она и сама едва удержалась, чтобы не свалиться прямо на него.
– Вы в порядке? – Тори задала самый глупый вопрос из всех возможных.
Лицо Гарретта побледнело, зубы стиснулись от боли. Она присела на корточки рядом с ним.
– Да отойдите же вы! – воскликнул он. – Не видите, мне нужно место, чтобы встать.
«Хозяин барин», – подумала Тори, поднимаясь. В старших классах она подрабатывала спасателем при гольф-клубе своего отца. Холодный пот и бледность Гарретта однозначно указывали на предобморочное состояние. Как она справится с таким тяжеловесом, если он потеряет сознание? Нужно непременно вызвать скорую. И плевать, если он будет возмущаться.
– Гарретт, у вас голова кружится? – спросила Тори, снова присаживаясь рядом.
– Немного, – признался он.
Скорее всего, это означало, что у него сильнейшее головокружение.
– Я вызову скорую.
При этих словах он издал протяжный стон:
– Не надо скорую. Просто дайте мне минуту отдыха. – Он приподнялся на локте. Другой рукой он взялся за правую ногу. Вероятно, в том месте, где было больно. В следующий момент он попытался встать, но тут же повалился обратно. – Голова кружится сильно.
– Вам не нужно вставать, лучше присядьте. И потяните голову к коленям.
Несомненно, он видел перед глазами черные точки. Тори помогла ему сесть в нужное положение. Рукой она несколько раз провела Гарретту по спине. Этого должно хватить, чтобы черные точки не превратились в черную обволакивающую пустоту.
Вскоре он поднял голову:
– Мне лучше, спасибо. Простите, что накричал на вас.
– Значит, можно попытаться встать.
В этот раз не задавая вопросов, она пролезла под его правое плечо и приподнялась. Гарретт смог подтянуть под себя левую ногу, после чего с помощью Тори медленно поднялся.
Отряхивая одежду, он недовольно повторил:
– Спасибо еще раз, – и после недолгой паузы добавил: – В ближайшее время я пришлю вам счет за чистку коврика.
Тори была готова послать все к чертям и согласиться, но правая нога Гарретта вновь покачнулась под его весом. Если бы Тори не держала его, он бы рухнул во второй раз.
– По-моему, достаточно, – проговорила Тори. Она видела, как тень раздражения мелькнула на его лице. – Или вы принимаете мою помощь, или я вызываю скорую.
На секунду он зажмурился. Затем резко встал во весь рост и распрямил плечи. Его явно злило, что он предстал перед ней таким слабым и уязвимым.
– Не надо никакой скорой, – повторил он тем же недовольным тоном. – Я разбередил старую рану. Мне нужно только доехать до дому и наложить лед.
– Это правая нога, – напомнила Тори. – Вы не можете никуда ехать.
Словно колеблясь между желаемым и реальностью, Гарретт сжал кулаки.
– Ладно, – процедил он сквозь зубы. – Можете отвезти меня домой.
Вот ведь удача! Гарретт произнес это так, словно Тори выиграла в лотерею. Она закатила глаза и подлезла под его плечо. Только так они могли дойти до машины. От перспективы снова сесть за руль красного «мазерати» сердце забилось сильнее. Только сейчас она почувствовала его терпкий парфюм. Это был аромат лаванды, цитруса и, о боже, мужского тела.
Bepul matn qismi tugad.