Kitobni o'qish: «Такие вот туманы»

Shrift:

Кружка тумана

Это было в Карелии, очевидно, в сентябре месяце, незадолго до моего трёхлетия. Смутно, как будто сквозь пелену тумана, вижу отрывочные события того дня.

Мои родители и я шагаем по лучевой просеке, разрезающей сосновый лес. Вернее, они идут, а я еду на плечах у папы. Потом мы сворачиваем на тропинку и вскоре выходим в редколесье. Меня сажают на высокую кочку, усыпанную какими-то красными шариками. Мама ласковым голосом объясняет:

– Сынок! Это брусника, ягода такая, её можно кушать, – и даёт мне что-то кисло-сладкое.

Я морщусь, но не выплёвываю, а через минуту уже сам, сорвав спелую гроздь, смачно жую вкуснятину.

Папа смеётся:

– Наш человек, в лесу с голода не пропадёт.

Родители поблизости начинают собирать ягоды в корзины, а я с удивлением рассматриваю незнакомую обстановку. Вокруг всё зелено, и лишь изредка стоят какие-то деревца с жёлтыми листьями. На ближнем ко мне между ветвей натянута паутина, на которой сидит мохнатый паук, знакомый мне по сказке. Я поднимаю голову вверх и вижу голубое небо с плывущими по нему кучами белоснежных облаков, из-за которых выглядывает солнышко, слепя глаза. Необычный аромат щекочет ноздри, но я ещё не знаю, чем это пахнет. С разных сторон доносятся свистящие и щебечущие звуки невидимых мне птиц. Как же прекрасно в лесу!

Когда солнце скрылось за деревьями, всё вокруг неожиданно побелело, и прежняя красота стала таинственно-полупрозрачной. Подошедший папа объявил:

– Туман упал. Пора идти домой.

Услышав незнакомое слово, спрашиваю:

– А что такое туман?

Отец начинает объяснять словами, тоже пока ещё непонятными для меня, и тогда вмешивается мама:

– Сынок! Туман – это небесное молоко. Ты ведь любишь молоко?

– Да, – отвечаю и спрашиваю, – а можно его пить?

– Нет, это молоко очень жидкое. Вот придём домой, и я тебе налью кружку густого и вкусного тумана.

Папа смеётся, а мама улыбается. Какие же они красивые и молодые!

Фиалка трёхцветная

Весной того далёкого года мне приснился необычный сон. Я стою на краю пропасти и любуюсь ночным небосводом, усыпанным множеством ярких звёздочек. Вдруг все они одновременно начинают медленно двигаться в разных направлениях, оставляя за собой нитевидные следы белого цвета. Звёзды ускоряются и уже всё обозримое пространство покрывается извилистыми хаотично вьющимися линиями. Затем, словно по команде, все светящиеся полосы устремляются в центр небосвода и сливаются в один ослепительный шар. Шар начинает пульсировать, уменьшаясь при этом, превращается в точку и взрывается огненными брызгами, вызывая бурю восторга. Неведомая сила сталкивает меня в пропасть, но я, расправив руки-крылья, парю и… просыпаюсь.

До окончания школы оставался ещё год и, хотя некоторые мои ровесники уже дружили с девчонками, я последних считал вредными созданиями. Посудите сами. Годом раньше, раз в месяц начали проводиться танцевальные вечера нашего класса. Я не хотел на них ходить, но после двух пропусков и недвусмысленной речи классной руководительницы стало понятно – идти придётся.

На первом вечере меня сразу же поразило следующее обстоятельство: половина девчонок танцевала с ребятами каждый танец, а вторую половину никто не приглашал. Это же вопиющая несправедливость, и меня как будто чёрт в спину толкнул – на последующие танцы я поочерёдно пригласил всех девчонок, которые ещё ни разу не танцевали. Они все для меня были одинаковые и только потом я узнал, что считались не очень красивыми.

На следующий день классная руководительница похвалила меня за истинно мужское благородство на вчерашнем вечере. Лучше бы она этого не делала.

Через месяц на аналогичном мероприятии у меня было плохое настроение, да и некоторые ребята начали танцевать со всеми девчонками подряд. Я скучал у окна, и тут после объявления дамского танго ко мне подошла одна из самых красивых учениц нашего класса и пригласила на танец. В этот раз чёрт держал меня за рукав и моим голосом произнёс:

– Я сегодня не танцую.

У красавицы брызнули слёзы, и она выбежала из класса. А днём позже, после уроков меня на улице окружило несколько одноклассниц и без объявления причины, они начали бить портфелями. Мне естественно пришлось обороняться и отталкивать руками нахалок. После чего они отправились к моей матери и заявили, что одну из них я трогал за грудь. Испытав всё это да ещё получив нагоняй от мамы, стало понятно, что лучше держаться подальше от девчоночьего племени.

Наш провинциальный и сравнительно молодой городок стоял среди пышных лесов, омываемых несколькими речками, по берегам которых ещё теплилась жизнь в старинных деревнях.

Самая ближняя речушка текла в километре от моего дома, стоящего на краю леса, и каждый свободный час я проводил там с удочкой в руках.

Та памятная весна ничем особым не отличалась от предыдущих. Но перед самыми летними каникулами на перемене мимо меня прошла девчонка из параллельного класса. При этом она посмотрела мне в глаза таким сверкающим взглядом, что со мной произошло что-то необъяснимое: по спине пробежал холодок, а в груди заныло томительно больно и одновременно восторженно приятно.

Я пытался выгнать из себя нахлынувшее чувство, предполагая, что любое общение даже с богиней коварного племени ничего хорошего не принесёт. Но силы были неравны, и я заболел или получил химическое отравление мозга, а по-простому – влюбился. Каждую перемену меня стала тянуть непреодолимая сила к дверям параллельного класса. Я упирался, не хотел идти, но меня кто-то толкал в спину и шептал на ухо:

– Иди к ней, ведь она такая красивая и хорошая!

Однажды я увидел её. На мгновение мы встретились взглядами, но при этом её окликнула, видимо, подруга:

– Анюта!

Она, сверкнув фиолетовыми огоньками в глазах, грациозно повернула голову, да так, что у меня пол под ногами будто бы закачался. Болезнь прогрессировала.

Ура! Каникулы! Рыбалка! Свобода! Но нет, её-то как раз и нет. Не так радостно, как в прошлые годы. За что же мне такое наказание? Забыть и ловить рыбу – может, пройдёт.

Ближнюю речку я хорошо изучил, ловил в ней пескарей, щурят и даже килограммовых щук. Однажды, проходя вдоль заросшей старицы, которую никто в последнее время не посещал, в одном из её широких мест мною были замечены пузырьки воздуха, всплывающие цепочкой на поверхность воды. Это, похоже, делала какая-то не знакомая мне рыба и я твёрдо решил выловить её, чего бы мне это ни стоило.

Задача оказалась непростой. Подводные жители продолжали пускать пузыри, но клевать на все известные мне приманки отказывались в любое светлое время суток. Оставалось попробовать в темноте, но, чтобы не замёрзнуть ночью, я решил соорудить шалаш. Нарубив ивовых жердей, воткнул их в землю и переплёл ветвями. Затем нарезал осоки, растущей поблизости в изобилии, покрыл ею шалаш, застелил ложе. Получилось очень даже неплохо, а аромат свежесрезанной растительности создал атмосферу таинственного благоухания.

В темноте поплавков было бы не видно, и я решил поставить донки с колокольчиками. Первая ночная рыбалка оказалась безрезультатной. К тому же я крепко уснул, а утром при проверке оказалось, что на одном крючке насадку кто-то съел. Я не стал отчаиваться и через день вновь отправился на ночную рыбалку.

Тропинка, которая пролегала лесом и подходила к мостку через речку, была утоптана людьми, но пешеходов я ни разу на ней не встречал. Куда она шла мне было неведомо, потому что сразу за переправой всегда сворачивал напрямик к старице, до которой было сотни полторы метров.

Когда я подошёл к шалашу, то увидел, что во входном проёме лежит букет цветов. Моему возмущению не было предела – кто-то обнаружил моё тайное жилище и может помешать решению рыболовной задачи. Я вначале хотел выбросить не знакомые мне цветы необычной формы и раскраски. Но что-то подсказывало – надо узнать, как они называются, возможно, в этом заложен смысл послания.

Ночью мне не спалось. Вначале проводил вечернюю зарю, потом полюбовался звёздным небосводом. В голове всё время проецировался образ Анюты с её фиолетовыми огоньками в глазах и никак не хотел исчезать. Вдруг зазвенел колокольчик. Я бросился к донке и ощутил по леске рывки крупной рыбы. Несколько раз удалось подвести её к берегу, но всякий раз она вновь уходила на глубину. Рыба всё же намотала леску, очевидно, на кувшинки, разогнула крючок и ушла.

Когда я пришёл в себя после проигранного поединка, уже заалела утренняя зорька, а перепёлки устроили такой художественный пересвист, что положительные эмоции быстро взяли верх над всеми отрицательными.

Дома я показал букетик цветов маме, которая в них хорошо разбиралась, и она, не задумываясь определила:

– Так это по-научному фиалки трёхцветные. А ещё в просторечии их называют Анютины глазки.

При последних словах меня как будто током ударило. Но нет, это невозможно. Просто совпадение, да и что там на речке ей делать? Просто бред.

Через несколько дней, после прошедшего накануне ливня, я вновь отправился на ночную рыбалку. В этот раз, внимательно рассматривая следы на тропинке, удалось обнаружить, что кто-то в спортивных тапках небольшого размера прошёл в сторону города после дождя. Слабая надежда, что это её следы, будоражила воображение, а когда я увидел в шалаше новый букет всё тех же цветов, предчувствие чего-то прекрасного охватило меня целиком.

Мне было уже не до рыбалки, но донки нужно всё же настраивать. Наконец снасти заброшены, вечерняя заря гаснет, и я остаюсь наедине со звёздами да воображаемыми картинами возможной встречи с Анютой. В середине короткой ночи в голову приходит мысль: «Если цветы положены дважды, то же самое может произойти и в третий раз. Нужно лишь устроить засаду и убедиться, что именно она приносит Анютины глазки. А что если это делает кто-то другой? Но зачем? В любом случае выяснить необходимо».

В этот момент зазвенел колокольчик, и я бросаюсь к донкам. Кто-то сильно сопротивляется, так же как, в прошлый раз, но крючки у меня теперь надёжные. Не давая слабины, вытаскиваю на берег большую рыбу округлой формы. После рассвета долго рассматриваю незнакомый трофей бронзового цвета и, вспоминая иллюстрации из рыболовной книги, прихожу к выводу, что это карп.

Со следующего дня, устроив засаду недалеко от шалаша, я начал поджидать того, кто приносит цветы. Но почему – того? Это должна быть она! Первый день прошёл безрезультатно, второй тоже, а вот на третий, когда надежда уже начала угасать, послышались шаги. Это была она! В спортивном костюме с очередным букетом в руках, посмотрев по сторонам, она склонилась над входом в шалаш. Я бесшумно выскочил из укрытия и перекрыл ей обратную дорогу, широко раскинув руки. Она попыталась обежать меня, но поняв, что по узкой тропинке среди зарослей этого сделать не удастся, остановилась и от смущения закрыла лицо ладонями. Предвосхищая в засаде такой сценарий, я произнёс заученные слова:

– Не бойся, Анюта! Я тебя не обижу. Приходи завтра или послезавтра сюда. Я тебе покажу, чем здесь занимаюсь и расскажу много интересного.

Убрав руки, делаю шаг в сторону, а она, сверкнув божественными глазами сквозь пальцы, бросается бежать. От переизбытка чувств и эмоциональной усталости забираюсь в шалаш и, прижав к груди букет фиалок, проваливаюсь в сон.

Через час мои ноги уже шли домой, а душа летела где-то впереди, торопя события: «Скорей бы завтра, скорей бы снова увидеть Анюту»! Утром я вернулся на речку, и, чтобы скоротать время в ожидании, принялся делать скамейку около шалаша с видом на старицу. День пролетел незаметно, а сиденье для двоих из ивовых жердей и прутьев со спинкой получилось весьма неплохим. Но сидеть на обновке пришлось пока одному. На следующий день после наведения порядка вокруг шалаша я основательно заскучал. Сходил к мостку и нарвал там букет ромашек. Время остановилось, а мысль о том, что она вообще не придёт, начала поглощать все остальные, такие многообещающие картины предстоящей встречи.

Во второй половине дня, когда я уже начал дремать сидя на скамейке, послышались шаги. Она пришла! Слегка смущённая, но с ходу присев на край скамейки, твёрдым голосом сразу же спросила:

– Так чего же интересного я могу услышать?

Меня от радости и многочасового молчания словно прорвало:

– Всё что угодно, только тему задай, но вначале я расскажу, чем здесь занимаюсь.

И я принялся повествовать о речке, старице, неизвестной рыбе и её поимке. Она внимательно слушала, а в момент паузы воскликнула:

– Как же здесь красиво, и пахнет луговым разнотравьем бесподобно! Тебе можно позавидовать, ведь всё лето здесь проводишь, – она смутилась на секунду, видимо, раскрыв излишнюю осведомлённость, но тряхнув кудряшками продолжила: – Когда я в начале каникул начала ходить к бабушке в деревню по тропинке через мост, то увидела оттуда, что кто-то в одиночестве рубит ивовые кусты. Меня это заинтересовало и как-то на обратном пути решила посмотреть, что же там такое. А цветы несла из клумбы бабушкиной после прополки. Ну и думаю, оставлю их строителю, может, его развеселю.

Она замолчала, а я восторженно продолжил:

– Да уж развеселила, Анюта! Если не сказать большего.

Собеседница, улыбнувшись уголками губ, спросила:

– А как ты узнал моё имя?

– Так ведь по цветам догадался. Да и слышал, как на перемене тебя подруга окликнула.

Анюта заметно наигранно удивилась:

– Ах да, помню.

Потом уже серьёзным голосом призналась:

– По правде говоря, и я знаю, как тебя зовут. Девчонка из вашего класса рассказывала, что есть у них такой, который то со всеми танцует, то красавицам, которые на дамский танец приглашают, отказывает.

Теперь уже смутился я:

– Да, было такое дело. Нехорошо я поступил. Но вот если бы ты меня пригласила, то я бы с превеликой радостью…

Мы ещё долго сидели на скамейке, разговаривая почти без перерывов, пока моя гостья не заторопилась домой:

– Пора идти, а то мама будет беспокоиться.

Я, вручив букет ромашек, хотел проводить Анюту до дома, но она в категорической форме разрешила это сделать только до города. Зато, неожиданно легко она дала согласие на наши встречи у шалаша дважды в неделю.

Спасибо Всевышнему, что подарил такие деньки. Мы встречались весь июль и ни разу не поссорились. Моё представление о поголовном коварстве девчонок начало рассеиваться. По крайней мере в отношении Анюты.

Однажды, когда мы только что уселись на скамейку, откуда-то из-за спины приползла туча и хлынул ливень. Анюта не задумываясь юркнула в шалаш. Я замешкался в нерешительности, подумав: «А можно ли вот так вдвоём с девчонкой?» Но сомнения отпали, когда раздался её голос:

– Ну что ты мокнешь! Залезай быстрее!

Я осторожно забрался в шалаш, стараясь не прикоснуться к Анюте. Её силуэт в полумраке из-за потемневшего неба едва угадывался – она лежала на спине, раскинув руки. Возникла пауза, заполненная ударами капель о стену шалаша и громовыми раскатами. Потом я услышал глубокие вздохи и, подумав, что она боится начавшей грозы и ей стало не по себе, наклонился и спросил:

– Что с тобой, Анюта?

Она обвила мою шею руками и молча притянула к себе. А дальше было всё, как во сне, только не в том детском, а уже во взрослом, мужском.

Когда мы вылезли из шалаша, на небе сквозь облака проглядывало солнце, а над речкой сияла яркая радуга. Я не мог отвести взора от Анюты, а она некоторое время не смотрела на меня. Потом подняла ресницы, но в глазах её уже не было фиолетовых огоньков, а искрились два белых бриллианта. Она дрожащим голосом спросила:

– Ты меня осуждаешь?

– Да что ты, дорогая Анюта! Любое твоё желание теперь для меня будет законом до конца дней моих.

Только спустя несколько лет я понял, что последние слова, сказанные мной, говорить было не нужно, исходя из закона: «Всё сказанное вами может быть использовано против вас».

Мы продолжали встречаться и однажды, когда я в порыве страсти пытался завлечь Анюту в шалаш, она улыбаясь начала явно издеваться надо мной.

– Я не хочу, у меня нет настроения и вообще…

Придумывая всё новые комплименты для своей возлюбленной, я позволил себе сказать те самые запретные слова:

– Я выполню любое твоё желание!

Не задумываясь, она с той же улыбкой на лице приказным тоном произносит:

– Прыгни в воду!

Я без промедления, сделав несколько быстрых шагов к берегу, прыгаю в старицу. В начале августа вода уже не очень тёплая, но я жду, высунув голову, реакции Анюты. Она, подбежав к берегу, протягивает мне руку и восклицает осуждающим голосом:

– Ну ты и дурачок! Я же пошутила.

Тем не менее раздевание с просушкой одежды приносит мне необходимый и такой желанный результат.

В августе по утрам землю стали пеленать туманы, а на берёзах появились первые жёлтые листья – осень вступала в свои права. Перед началом учебного года Анюта предупредила меня, что в школе для всех мы незнакомы.

Я с недоумением поинтересовался:

– С чем это связано?

– Не хочу пересуд и сплетен. И помни, что ты мне обещал – это третье моё желание.

– Хорошо, а как же мы будем встречаться?

– Я подумаю и дам тебе знать.

Дни тянулись за днями, недели за неделями, месяц проходил за месяцем, а сообщения о встрече от Анюты всё не было. Наступил без обычной радости следующий Новый год. Не нарушая обещания, я издалека видел её несколько раз – она стала ещё краше и желаннее. Потом я узнал, где она живёт, и стал прокладывать свои маршруты мимо её дома.

В начале весны я увидел Анюту и взрослого мужчину. Они шли под руку и о чём-то говорили, потом остановились и поцеловались. В тот момент я понял, что такое измена, ревность и всё остальное, предшествующее этому событию.

Перед экзаменами в школьном коридоре мы случайно столкнулись с Анютой. Она прошла мимо, бросив на меня короткий взгляд, как мне показалось, холодно-жёлтого цвета. Это был отблеск последнего лепестка фиалки трёхцветной.

Bepul matn qismi tugad.

Yosh cheklamasi:
16+
Litresda chiqarilgan sana:
09 sentyabr 2021
Yozilgan sana:
2021
Hajm:
100 Sahifa 1 tasvir
ISBN:
978-5-532-94658-3
Mualliflik huquqi egasi:
Автор
Yuklab olish formati:
Audio
O'rtacha reyting 4,5, 40 ta baholash asosida
Audio
O'rtacha reyting 3, 2 ta baholash asosida
Audio
O'rtacha reyting 4,5, 141 ta baholash asosida
Audio
O'rtacha reyting 4,5, 133 ta baholash asosida
Audio
O'rtacha reyting 4,4, 155 ta baholash asosida
Audio
O'rtacha reyting 4,6, 167 ta baholash asosida