С боку сцены районного Дома Культуры стоит черный рояль, за которым сидит Коренев. В креслах зрительного зала располагаются участники народного хора, среди которых – Кукуруза. Рядом с ним – жена Ольга и сыновья-погодки Сева и Митя. Руководитель хора Патрик Буссигнас взмахивает дирижерской палочкой. Звучит вступление русской народной песни «Во поле береза стояла», которое проигрывает на рояле Коренев. Затем вступает многоголосный хор:
ХОР: Во поле берёза стояла,
Во поле кудрявая стояла.
Люли люли, стояла,
Люли люли, стояла.
Аккомпанемент прерывается. Дирижер удивленно поворачивается к Кореневу. Коренев кладет руку на сердце.
КОРЕНЕВ: Извините…
Дирижер опускает палочку вниз и нервно наблюдает за аккомпаниатором. Коренев достает из кармана ключ и быстро ныряет под крышку рояля. Ключом подтягивает одну из многочисленных струн. Затем несколько раз бьет по клавише, добиваясь нужного звука. С чувством выполненного долга прячет ключ в карман и снова садится за рояль.
КОРЕНЕВ: Извините, но ля диез второй октавы на четверть тона фальшивила.
Дирижер вызывающе театрально кланяется Кореневу и снова взмахивает дирижерской палочкой. Опять звучит вступление в исполнении Коренева.
ХОР: Во поле берёза стояла,
Во поле кудрявая стояла.
Люли люли, стояла,
Люли люли, стояла.
В этот раз песню перебивает музыка из кармана Кукурузы, которую издает мобильный телефон.
ПАТРИК: Это выше моих сил!
Кукуруза быстро вынимает мобильник.
КУКУРУЗА: Извините…
Дирижер Патрик Буссигнас со злостью ломает дирижерскую палочку.
ПАТРИК: Позовете меня, когда будете готовы окунуться в высокое искусство.
Дирижер быстро покидает зрительный зал. За ним тут же устремляется Ольга. Перед дверью в фойе она поворачивается к Кукурузе и качает головой.
ОЛЬГА: Я же тебя просила выключить свой телефон!
КУКУРУЗА: Забыл…
Кукуруза виновато разводит руки в стороны. Как только Ольга выбегает из зала, Кукуруза отвечает на звонок.
КУКУРУЗА: Слушаю, Игорь Петрович?
Начальник 12-го антикварного отдела УВД города Санкт-Петербурга полковник Криворучко сидит в кабинете за столом и говорит по телефону.
КРИВОРУЧКО: Не помешал?
КУКУРУЗА: Как вам сказать…
КРИВОРУЧКО: Ну, извини…
Кукуруза отходит к сцене, чтобы его не слышали участники народного хора, и оказывается рядом с роялем. Коренев, воспользовавшись паузой, снова достает ключ и ныряет под крышку.
КУКУРУЗА: Что случилось?
КРИВОРУЧКО: Только что мне сообщили, что в Твери из музея украли ценную икону XV века.
КУКУРУЗА: В Твери?
КРИВОРУЧКО: Да.
КУКУРУЗА: А как же сигнализация? В музее она должна была быть.
КРИВОРУЧКО: Её отключили.
Коренев перестает бить по клавише и прислушивается к их разговору.
КУКУРУЗА: Что говорят тверские коллеги?
КРИВОРУЧКО: Что это дело рук Заики. Он появился в городе за два дня до пропажи.
КУКУРУЗА: Заика еще в Твери?
КРИВОРУЧКО: Да. Они его ведут, но он ведет себя идеально. Будто знает о слежке.
КУКУРУЗА: Понял, Игорь Петрович. Я сегодня же позвоню в Тверь.
В рояле со звоном лопается струна.
Из здания, на котором установлены большие буквы, составляющие два слова: «Гранд-отель «Звезда», выходит Заика. Он смотрит вверх и щурится яркому солнцу. Вынимает из кармана солнцезащитные очки и перед тем, как надеть их, смотрит на темные стекла. В стекле, как в зеркале, отражается человек, который выходит из гостиницы и останавливается у двери. Заика хмыкает, одевает очки и быстро спускается вниз по небольшой лестнице. Далее идет по Трехсвятской улице, рассматривая по дороге витрины магазинов. Человек сопровождает его в этой прогулке по городу. Заика сворачивает на бульвар Радищева и ныряет в арку двора. Человек торопится за ним.
Попав во двор, человек смотрит по сторонам. Двор пуст. Человек оббегает двор по кругу, но Заики нигде нет. Человек растеряно обводит двор взглядом. Замечает открытую дверь в подъезд. Он бросается к двери.
Заскочив в проходной подъезд, человек попадает в объятья Ерохи, который поднимает его вверх и с силой бросает в стену. Тот бьется головой о стену, падает на пол и замирает без сознания. Заика и Ероха выходят в другую дверь проходного подъезда…
… И оказываются на параллельной улице, на которой их ждет в машине Поляк. Заика и Ероха быстро садятся на заднее сиденье. Машина тут же трогается с места.
В купе входят вор в законе Заика (Байков) и телохранители Поляк (Поляков) и Ероха (Ерофеев). Заика и Поляк рассаживаются по местам. Поляк выглядывает в окно.
ЗАИКА: Поляк, не светись.
Поляк закрывает шторки на окне. Ероха забрасывает чемоданы на верхнюю полку.
ПОЛЯК: Красиво мы от ментов ушли.
ЗАИКА: Не говори «Гоп», пока не перепрыгнул. Пусть поезд тронется.
Вагон дергается и начинает ехать. Поляк вскакивает и показывает в закрытое окно неприличный жест.
ПОЛЯК: Гоп! Можно расслабиться…
Ероха, забросив чемоданы, садится на нижнюю полку.
ЕРОХА: Слышь, Заика, ты ж вор – авторитетный! Чего мы в купе ездим, как простые лохи. Могли бы на «Сапсане», с ветерком. Или в СВ?
ЗАИКА: Будь проще, Ероха, и к тебе люди потянуться.
ПОЛЯК: Ты понимаешь, Ероха, что с нашей профессией – не фиг выделятся.
Ероха собирается забросить кейс вверх, но Заика его останавливает.
ЗАИКА: Дай сюда кейс.
Заика кладет кейс себе на ноги, открывает и бережно вынимает тряпичный сверток. Разворачивает ткань. В руках оказывается … старинная икона, на которой изображена Божья Матерь.
Звезды на одежде сверкают золотым огнём. Заика с нежностью гладит икону рукой. Ероха равнодушно глядит на неё.
ЕРОХА: Не понимаю я этого.
ЗАИКА: Чего?
ЕРОХА: Зачем что-то собирать? Марки, иконы, картины… Какая от этого польза?
Заика снисходительно смотрит на Ероху.
ЗАИКА: Каждому своё…
ПОЛЯК: Ждоб ты, Ероха! Это тоже деньги. И большие…
Заика качает головой.
ЗАИКА: И ты, Поляк, сейчас говоришь о земном и грешном! Лучше посмотри, какая красота!
Поляк и Ероха тупо смотрят на икону. Заика бережно заворачивает икону в ткань и закрывает её в кейсе. Кейс прячет у себя под подушкой.
По коридору проходит седой интеллигентный старичок с короткой бородкой и в очках (загримированный Коренев). В руках у него – увесистый саквояж. В поисках своего купе, он близоруко всматривается в номера, расположенные рядом с дверьми. Открывает дверь в купе.
В купе Заики заглядывает седой старичок (Коренев).
КОРЕНЕВ: Простите, здесь 23 место?
ЕРОХА: Нет!
ПОЛЯК: Это рядом. Здесь с 25 по 28 места.
КОРЕНЕВ: Простите ещё раз.
Старичок закрывает дверь, незаметно вставив в замочную скважину металлическую пластинку.
Старичок входит внутрь соседнего купе с тремя стаканами чая в руках. В купе – пожилая семейная пара Митрофановых.
КОРЕНЕВ: Добрый день. Я ваш попутчик. Не возражаете?
Женщина доброжелательно улыбается.
МИТРОФАНОВА: Это ничего не меняет, даже если мы против. Вы все равно будете ехать в этом купе.
КОРЕНЕВ: Тогда будем пить чай. Я угощаю.
МИТРОФАНОВ: С удовольствием.
Заика вынимает мобильник.
ЗАИКА: А теперь закрыли рты и едем молча.
Заика набирает номер и прикладывает трубку к уху.
ГОЛОС: Да?
ЗАИКА: Все в порядке. Товар у нас. В Питере будем рано утром.
ГОЛОС: Хорошо. И сразу ко мне. Я эту встречу ждал целых семь лет.
ЗАИКА: Уже немного осталось. Готовьте денежки…
ГОЛОС: В музее проблем не было?
ЗАИКА: Нет. Все прошло чисто. Они не скоро кинутся.
ГОЛОС: Отлично! До завтра.
В соседнем купе Коренев (в гриме старичка) и пожилая семейная пара пьют чай.
МИТРОФАНОВА: Москва – чудесный город. Если бы не ноги, я готова была её всю обойти.
МИТРОФАНОВ: А так обошлись только Красной площадью и Воробьевыми горами.
МИТРОФАНОВА: Спасибо детям. Это они нам такой подарок сделали.
МИТРОФАНОВ: Сами бы мы никогда не выбрались.
МИТРОФАНОВА: А вы в Твери были по работе? Или отдыхать ездили?
КОРЕНЕВ: Не то и не другое. Приехал, и сразу пришлось брать билеты назад.
МИТРОФАНОВ: Поменялись планы?
КОРЕНЕВ: Да.
МИТРОФАНОВА: А чем вы занимаетесь?
Коренев смущается. Ему очень сложно врать.
КОРЕНЕВ: Возвращаю назад то, что украли нехорошие люди.
МИТРОФАНОВА: Ой, как интересно! Как вы это делаете?
КОРЕНЕВ: По-разному. Иногда и, нарушая закон.
МИТРОФАНОВА: Это же опасно!
КОРЕНЕВ: Опасно. Но по-другому никак не получается.
МИТРОФАНОВА: Почему?
Пожилой мужчина поворачивается к своей супруге.
МИТРОФАНОВ: Ты сама недавно возмущалась, когда узнала, что бандита выпустили из зала суда под залог.
Женщина вздыхает.
МИТРОФАНОВА: Он столько денег украл у государства!
Заика поправляет подушку, которая лежит на кейсе с иконой, и укладывается на неё головой. На соседнюю полку пытается лечь Ероха, но его опережает Поляк. Поляк вытягивается на полке.
ПОЛЯК: Ероха, ты – сверху.
ЕРОХА: Почему я?
ПОЛЯК: По качану! Ты у нас самый младший.
ЕРОХА: А ты старший?
ПОЛЯК: Я – главный, Ероха.
ЕРОХА: Почему?
ПОЛЯК: Потому что я умнее…
ЕРОХА: Кто тебе это сказал?
ПОЛЯК: Я сам знаю.
Их перебивает Заика.
ЗАИКА: Хватит бубнить. Я сплю.
ПОЛЯК: Я тоже.
ЗАИКА: А ты облезешь. До утра не спать! Следите, чтобы сюда никто не входил. Понятно?
Поляк недовольно кривится и садится на полке. Рядом с ним усаживается Ероха.
ЗАИКА: Понятно?
ПОЛЯК: Понятно…
Поезд «Москва – Санкт-Петербург» мчится по железной дороге. Позади у него остаются города, поселки, леса, реки…
Пожилая пара сладко спит на своих полках под мерный стук вагонных колес. Старичок (Коренев) смотрит на часы и поднимается. Он одет в спортивный костюм. Ставит саквояж на стол и вынимает из него стетоскоп. Надевает на уши и прослушивает, что делается в соседнем купе. Прячет стетоскоп и достает дрель. В дрель вставляет сверло и принимается сверлить отверстие в соседнее купе, с опаской поглядывая через определенное время на спящих пассажиров: пожилую семейную пару. От шума дрели всё-таки просыпается мужчина, поднимает голову:
МИТРОФАНОВ: Что вы делаете?
КОРЕНЕВ: Дырку сверлю в соседнее купе.
МИТРОФАНОВ: Зачем?
КОРЕНЕВ: Нужно.
МИТРОФАНОВ: Зачем?
КОРЕНЕВ: В соседнем купе едут бандиты, которые украли в музее очень ценную икону.
МИТРОФАНОВ: А-а-а! Помощь нужна?
КОРЕНЕВ: Нет… Спасибо… Я сам управлюсь.
МИТРОФАНОВ: Ну, тогда я сплю?
КОРЕНЕВ: Спите.
Мужчина кивает, опускает голову на подушку и закрывает глаза. Коренев продолжает сверлить. Закончив, он прячет дрель и извлекает из саквояжа двухлитровый оранжевый баллон с циклопропаном для ингаляционного наркоза. Трубочку от него вставляет в отверстие и открывает кран. Засекает время.
Заика, Поляк и Ероха сладко спят. Заика обнимает руками кейс с драгоценной иконой.
Старичок (Коренев) смотрит на часы, закрывает кран и прячет баллон в саквояж. Туда же засовывает очки, седой парик, бороду и усы, превращаясь в молодого человека. Надевает респиратор и выходит из купе, захватив с собой под мышку небольшой сверток.
В коридоре никого нет. Используя металлическую скобу и пластину, вставленную ранее в замок, Коренев открывает дверь в купе Заики и проскальзывает внутрь.
Скорый поезд «Москва – Санкт-Петербург» проезжает железнодорожный переезд. Сонный дежурный держит в руках флажки, обеспечивая безопасный проезд поезда.
Коренев возвращается в свое купе, прячет в саквояж сверток и респиратор. Со своего места отзывается пожилой мужчина:
МИТРОФАНОВ: Всё прошло удачно?
КОРЕНЕВ: Да.
К разговору подключается женщина.
МИТРОФАНОВА: Вы не волнуйтесь. Мы никому ничего не скажем.
КОРЕНЕВ: Спасибо.
Коренев аккуратно застилает постель и, подхватив саквояж, покидает купе.
КОРЕНЕВ: Счастливой дороги.
МИТРОФАНОВ: До свидания.
На Московский вокзал прибывает поезд. Диктор объявляет о прибытии поезда.
ДИКТОР: К сведению встречающих. На второй путь левая сторона прибыл поезд «Москва – Санкт-Петербург». Нумерация вагонов с головы поезда.
Заика спит, обнявши кейс. Его будит Поляк.
ПОЛЯК: Заика, приехали.
Заика открывает глаза.
ЗАИКА: Не понял?
ПОЛЯК: Приехали, говорю. Уже на Московском.
Заика вскакивает и выглядывает в окно.
ЗАИКА: Чего раньше не разбудил?
ПОЛЯК: Да сам только проснулся.
Заика поворачивается к Ерохе.
ЗАИКА: А ты?
Ероха опускает голову.
ЕРОХА: И меня чего-то сморило…
Заика качает головой.
ЗАИКА: Придурки, а не телохранители. А если нас, тепленькими, ночью постреляют?
ЕРОХА: Прости, Заика, больше не повторится.
ЗАИКА: Собирайте вещи.
ЕРОХА: Уже.
Ероха показывает на чемоданы, которые стоят у двери. Заика кивает и открывает кейс, проверяя икону. Сверток лежит на месте. Заика бережно разворачивает икону и видит, что вместо неё лежит книга «Уголовный кодекс Российской Федерации».
Дикий вопль разносится по всему вагону…
… по всему вокзалу…
… по всему городу Санкт-Петербургу.
Со стороны перрона в здание вокзала входит Коренев. Он ставит кейс на транспортерную ленту, а сам проходит через раму металлоискателя. Его останавливает охранник.
ОХРАННИК: Простите, что у вас в саквояже?
КОРЕНЕВ: Ворованная из музея икона Божьей Матери пятнадцатого века.
ОХРАННИК: (Смеется) А-а! Берегите её, чтоб второй раз не украли!
КОРЕНЕВ: Постараюсь.
Коренев забирает саквояж и идет к входу в метро.
В кабинете – полковник Криворучко, капитан Кукуруза и лейтенант Савельева.
КРИВОРУЧКО: Вот, Коля, познакомься! Твой новый напарник – лейтенант Савельева. Пришла к нам сразу после университета. Прошу любить и жаловать.
Савельева протягивает Кукурузе руку.
САВЕЛЬЕВА: Светлана.
Кукуруза пожимает ей руку.
КУКУРУЗА: Как вы относитесь к анахронизму?
Савельева на мгновение задумывается. Криворучко удивленно смотрит на Кукурузу. Савельева расплывается в улыбке.
САВЕЛЬЕВА: Это одно из направлений постмодернизма, авторская интерпретация искусства прошлого. Возникло в конце 70-х в Италии, позднее и во Франции. Но мне больше нравится – Марина.
Кукуруза широко улыбается, поворачивается к Криворучко и радостно сообщает.
КУКУРУЗА: Подходит, Игорь Петрович. Свой человек!
Криворучко пожимает плечами.
КРИВОРУЧКО: Из того, что я сейчас услышал, я понял, что анахренизм тоже искусство. А Марина – это точно не женское имя.
КУКУРУЗА: Правильно. Марина – это…
КРИВОРУЧКО: Коля, не надо. Мне своей работы – во!
Криворучко проводит рукой по горлу.
КРИВОРУЧКО: Я же вас не гружу своими отчетами…
КУКУРУЗА: Хорошо, не буду.
КРИВОРУЧКО: Ну, а теперь к делу. Что с Тверью?
Они садятся за стол.
КУКУРУЗА: Связался с ребятами из местного УВД. Потеряли они нашего Заику.
КРИВОРУЧКО: Значит, он скоро появится здесь.
КУКУРУЗА: Естественно. Я так и сказал им. Начальник Тверского УВД пришлёт к нам своего сотрудника, чтоб тот занимался этим делом.
КРИВОРУЧКО: А мы ему поможем.
КУКУРУЗА: Конечно.
КРИВОРУЧКО: Нужно установить «наружку» возле загородного дома Заики.
КУКУРУЗА: Уже. Хотя я сомневаюсь, что нам это что-то даст.
КРИВОРУЧКО: Держи это дело на контроле.
КУКУРУЗА: Конечно.
Кукуруза поднимается. За ним поднимается Савельева.
КУКУРУЗА: У вас всё?
Криворучко машет рукой, чтобы они сели.
КРИВОРУЧКО: У вас в кабинете сидит гражданин Терехин. Его сегодня обворовали. Побеседуйте, разберитесь. Это, так сказать, первое ваше совместное задание.
В коридоре звенит входной звонок. Мальчики Сева и Митя бегут открывать дверь.
ОЛЬГА: Мальчики, сначала смотрим в глазок, а потом открываем!
Мальчики по очереди заглядывают в глазок.
СЕВА: Мама, там дядя Слава!
Ольга кричит из комнаты.
ОЛЬГА: Дверь откройте!
Мальчики открывает дверь. В пороге – Коренев. Мальчики бросаются к нему.
МИТЯ: Ура! Дядя Слава пришел!
У Коренева, как у фокусника, в руках появляются два леденца. Мальчики разбирают конфеты и бегут в комнату.
СЕВА: Спасибо!
Коренев меняет туфли на тапочки. Вынимает из саквояжа сверток с иконой и определяет его на верхнюю полку вешалки. Идет в комнату. Ольга сидит за швейной машинкой.
КОРЕНЕВ: Привет! А где солист большой оперы?
ОЛЬГА: Преступников ловит.
Ольга делает последнюю строчку и выключает швейную машину. Сева и Митя подходят к Кореневу, показывают игрушки.
СЕВА: Смотри, какой мне папа танк вчера купил.
МИТЯ: А мне самоходку.
Коренев опускается на корточки.
КОРЕНЕВ: Классная техника! А чем буду играть я?
Мальчики бросаются к ящику с игрушками. Ольга поднимается с места.
ОЛЬГА: Ты пока с ребятами развлекись, а я чай поставлю.
Ольга идет в кухню. Мальчики приносят ему самосвал.
КОРЕНЕВ: Хитренькие! Чем я отстреливаться буду?
Ольга ставит чайник на газовую плиту и зажигает под ним конфорку. На стол выставляет блины.
ОЛЬГА: Ты откуда так рано?
Коренев, играя с детьми, переговаривается из комнаты.
КОРЕНЕВ: В командировку ездил.
ОЛЬГА: А Коле нового напарника дали. Вернее, напарницу. Опыта – ноль.
КОРЕНЕВ: А куда старый делся?
ОЛЬГА: Торжественно ушел на пенсию.
КОРЕНЕВ: Напарница местная?
ОЛЬГА: Лимита. В общежитии политеха живет.
КОРЕНЕВ: Красивая?
ОЛЬГА: Я не видела.
Чайник на плите закипает. Ольга разливает кипяток по чашкам.
ОЛЬГА: Всё! Заканчиваем военные действия и все идем завтракать!
Заика сидит за столом у себя в загородном доме. Перед ним на столе лежит «Уголовный кодекс Российской Федерации». Поляк и Ероха, молча, сидят в углу комнаты и наблюдают за Заикой.
ЗАИКА: Кто это сделал?
ЕРОХА: Заика, знал бы прикуп – жил бы Сочи! Это кто-то из своих.
ПОЛЯК: Тот, кто был в курсе.
На столе начинает вибрировать мобильный телефон, а затем разражается громкой музыкой (траурный марш). Заика отвечает на звонок.
ГОЛОС: Байков, ты где?
ЗАИКА: Дома.
ГОЛОС: Где мой товар?
ЗАИКА: Возникли небольшие проблемы.
ГОЛОС: Ты в своем уме? Какие проблемы? Я тебе заплатил…
ЗАИКА: Я об этом помню.
ГОЛОС: Что случилось?
ЗАИКА: Это не по телефону.
ГОЛОС: Товар у тебя?
ЗАИКА: Не совсем.
ГОЛОС: Заика, я ничего не хочу слышать. Даю тебе три дня на то, чтобы товар был у меня.
ЗАИКА: Ты мне угрожаешь?
ГОЛОС: Нет, Заика. Просто мой клиент ждать не будет. Если ты не выполнишь свою часть договора, я попрощаюсь с тобой навсегда.
В трубке слышны гудки. Заика отсоединяется, кладет мобильник на стол и, задумчиво, перелистывает «Уголовный кодекс». Рука останавливается на 17 странице, на которой стоит печать библиотеки № 13. Заика поднимает голову на Поляка и Ероху.
ЗАИКА: Собирайтесь, поехали!
ПОЛЯК: Куда?
ЗАИКА: В библиотеку… номер 13.
Ероху хихикает. Поляк хочет пошутить по этому поводу, но ловит злой взгляд Заики, закрывает рот и толкает в бок Ероху. Заика подхватывает книгу и выходит из комнаты. Поляк и Ероха, недоуменно переглядываясь, идут за ним.
Стол в кабинете оперативников завален папками с уголовными делами. За столом сидят Кукуруза и Савельева. Напротив них – Терехин.
ТЕРЕХИН: …прихожу, а их нет! Две замечательные картины кисти Киселева и Орловского!.. И рисунок самого Константина Маковского.
КУКУРУЗА: Маковского?
ТЕРЕХИН: Да. Только за него я заплатил 30 тысяч долларов.
САВЕЛЬЕВА: Где приобретали картины?
ТЕРЕХИН: В галерее «Русская коллекция».
КУКУРУЗА: Кто знал об этом?
ТЕРЕХИН: Практически никто…
САВЕЛЬЕВА: Хотелось бы точнее.
Терехин задумывается.
ТЕРЕХИН: Я… Рождественские – хозяева салона… оценщик… да и все, пожалуй.
КУКУРУЗА: Ключи от вашей квартиры, кроме вас, еще у кого?
ТЕРЕХИН: Ни у кого. У меня нет родственников. Я один.
КУКУРУЗА: Кто к вам приходил в последнее время?
ТЕРЕХИН: Никто!
Савельева поворачивается к Кукурузе.
САВЕЛЬЕВА: Нужно всё осматривать на месте.
Кукуруза удивленно смотрит на новую напарницу.
ТЕРЕХИН: И я об этом! Поехали!
Кукуруза поднимается с места.
КУКУРУЗА: Так чего мы сидим?
Они поднимаются из-за стола и идут к двери. Кукуруза собирается первый выйти из кабинета, но его задерживает Терехин, пропуская вперед Савельеву.
ТЕРЕХИН: Прошу!
Савельева вежливо улыбается Терехину и выходит из кабинета. За ней идет Терехин. Кукуруза обескуражено чешет затылок и идет за ними, закрыв за собой дверь.
Открывается дверь в квартиру. Входит Коренев. В коридоре появляется отец Михаил Алексеевич, две собаки хаски и щенок.
ОТЕЦ: Ты вовремя. Бросай свои вещи и прогуляй собак. А потом будет завтракать.
КОРЕНЕВ: Я не голоден.
ОТЕЦ: Меня это не интересует. Нужно было предупреждать. Я бы не готовил.
КОРЕНЕВ: Хорошо. Буду есть через силу.
Михаил Алексеевич передает Кореневу поводки. Коренев ставит саквояж рядом с вешалкой и выводит собак наружу.
Кукуруза, Савельева, эксперт и Терехин едут в машине. Кукуруза – за рулем. Савельева – рядом с ним. Терехин говорит эксперту-криминалисту Шутову, который сидит рядом с ним на заднем сидении.
ТЕРЕХИН: Это же надо! Только купил! Я о Маковском всю жизнь мечтал!
Эксперт-криминалист, молча, закатывает глаза, стараясь скрыть нетерпение, с которым слушает Терехина.
ТЕРЕХИН: А пейзажи Киселева и Орловского просто чудесные. Эти художники до мельчайших подробностей выписывали природу.
ШУТОВ: Что вы говорите!
ТЕРЕХИН: Представьте, добились такого мастерства, что по деталям можно безошибочно определить точно время, изображенное на картине.
Заика входит в зал библиотеки. Поляк и Ероха следуют за ним. Они удивленно оглядываются по сторонам, увидев такое количество книг и читателей.
ЕРОХА: Это чо они здесь делают?
ПОЛЯК: Просвещаются, Ероха.
ЕРОХА: Чо?
ПОЛЯК: Тебе это не понять. Ты, наверняка, ни одной книжки в руках не держал.
ЕРОХА: Ты гонишь! Я в детстве сказку «Колобок» из рук не выпускал.
ПОЛЯК: Оно и видно.
Заика осматривается и поворачивается к телохранителям.
ЗАИКА: Стойте на месте. Не хочу, чтобы библиотекарша получила инфаркт, глядя на вас.
Поляк и Ероха садятся за стол у входа, а Заика подходит к библиотекарше.
ЗАИКА: Простите, кто-то из ваших читателей потерял книгу.
Заика выкладывает перед ней «Уголовный кодекс». Библиотекарша сразу открывает книгу на 17 странице и рассматривает печать и инвентарный номер.
БИБЛИОТЕКАРША: Верно. Это наша книга.
Она откладывает книгу в сторону.
БИБЛИОТЕКАРША: Спасибо.
ЗАИКА: Простите, а не скажете, где живет этот растеряша?
БИБЛИОТЕКАРША: Зачем это вам?
ЗАИКА: Видите ли, он вместе с книгой потерял лопа… кошелек.
Заика вынимает из внутреннего кармана свой кошелек.
БИБЛИОТЕКАРША: Оставьте, я передам.
ЗАИКА: Я бы хотел это сделать лично.
Библиотекарша недовольно вздыхает.
БИБЛИОТЕКАРША: Я, конечно, не имею право этого делать…
Заика открывает кошелёк и показывает увесистую стопку купюр.
Bepul matn qismi tugad.