Этот ничем не примечательный двухэтажный дом располагался на окраине города Новосибирска. Хотя, впрочем, не такой уж он был и непримечательный. Ведь в нем уже две недели жили маленькие гномики, прячась в комнате девочки по имени Чана. Гномики были росточком от одного до трех сантиметров, и поэтому не занимали много места, и мама девочки и ее папа никак не смогли бы их увидеть. Одно семейство гномиков жило в замке, построенном из всевозможных конструкторов, и этот замок располагался на третьей полке открытого стеллажа позади прочих игрушек. Другое семейство жило под кроватью, сделав себе домики из деревянных конструкторов. А третье – в старом рюкзачке Чаны, который лежал высоко под потолком на самой верхушке длинного пенала.
После ужасной катастрофы, когда молния впилась в старый дуб, в корнях которого гномики создали свое жилище и обитали там уже больше сотни лет, всем трем семействам пришлось в спешке покинуть свой небольшой городок. Девочка Чана совершенно случайно натолкнулась на них и пригласила временно пожить у себя – пока они не найдут себе более подходящего места обитания.
Благодаря дружбе с гномиками, девочка познакомилась с лесными дриадами, а также с мавками – обитателями озер и ручейков. И вот сегодня, в этот теплый, солнечный, сентябрьский день она как раз направлялась в гости к мавкам. Они обещали показать ей нечто необыкновенное.
Чана, девочка десяти лет, в шортиках и рубашке, изрядно волнуясь, вышла за ограду своего участка и, пройдя через небольшой лесок, подошла к изгибу ручейка возле старой березы. Девочки-мавки – Малуша и Любава, обе в просторных рубашках до колен, босиком, с венками из водорослей на головах – уже ждали ее, стоя в тенечке.
– Привет, – тихо прошептала Чана, отчего-то сильно робея.
– Привет, – серьезно ответили они. – Ты не передумала?
Чана, невольно поежившись от охвативших ее мурашек, тем не менее отрицательно покачала головой.
– Разувайся, – сказал Малуша и Чана поспешно сняла с себя сандалии.
Тогда мавки торжественно подошли к ней, встали по обе стороны, взяли Чану под руки и повели к ручью. Заволновавшись, девочка, почему-то боясь оступиться, добросовестно шла вперед, всякий раз осторожно опуская босую ногу, так как очень уж боялась попасть на острый камешек или на какой-нибудь деревянный шип. На четвертый или пятый шаг ноги девочки коснулись прохладной речной воды. Мавки остановились. Любава надела на правую руку девочки маленький браслет, сплетенный из водорослей.
– А возьмите нас с собой?! – вдруг послышались тоненькие просящие голоса. – Мы тоже хотим!
Чана и мавки резко обернулись. На ивовой веточке сидели гномики Сокан и Ламара. Они были еще детьми и их росточек был не более сантиметра. Чана приветливо кивнула гномикам, здороваясь, и вопросительно посмотрела на мавок.
– Пусть, – пожали они плечами.
Чана протянула к гномикам ладонь, на которую они быстренько спрыгнули. Любава протянула им по маленькому усику речных водорослей.
– Повяжите у себя на правой руке, – сказала она.
Гномики добросовестно привязали друг другу – так было удобнее.
– Только посади их в какой-нибудь карман, а то еще потеряем по-дороге, – добавила мавка.
И Чана пересадила гномиков к себе в нагрудный кармашек.
– Ну а теперь что? – спросила она.
– А теперь закрой глаза, – сказал Малуша. – А то ничего не получится.
И Чана покорно закрыла, дрожа всем телом и ужасно боясь в душе.
– К гномикам это также относится! – строго заметила Малуша, увидев маленькие головы, с любопытством высунувшиеся из кармашка.
Гномики поспешно юркнули внутрь.
– А теперь – сделай полшага вперед! – скомандовала Малуша вдруг совершенно взрослым строгим голосом.
Сердце у Чаны тут же екнуло и она, из последних сил напрягая веки, чтобы не открыть их со страху, изрядно волнуясь, с большим трудом сделала этот полушаг, ничего при этом, к своей неожиданной радости, не почувствовав.
– Ну а теперь – можешь открыть, – весело произнесла Любава.
И Чана, вдруг осознав, что она совсем не чувствует холода ручейка, тот час открыла глаза. И поразилась!…
Она уже была под водой. Вокруг нее колыхались водоросли, но она совсем не ощущала воды, да и дышала, как обычно, свободно, без каких-либо проблем. И ничто не выталкивало ее наружу, как это бывало в море, или даже в ванной.
Вот только ходилось гораздо легче, словно она была космонавтом на Луне.
И ей было совсем-совсем не страшно.
– Поплыли, – сказала Малуша и Чана с удивлением поняла, что прекрасно слышит ее, хотя всегда знала, что под водой разговаривать можно только по радио или знаками.
Мавки ловко уплыли вперед и также ловко вернулись, вопросительно глядя на Чану.
Девочка оттолкнулась от песчаного дна и поплыла брассом, энергично разводя в стороны руками
– Нет-нет! – тут же запротестовала Любава. – Так ты далеко не уплывешь.
Чана неуверенно остановилась, зависнув над дном.
– Смотри как надо, – сказала Малуша и показала как лучше плавать – вытянув руки вперед, она принялась волнообразно изгибаться, легко проплыла несколько метров, резко развернулась и приглашающе посмотрела на Чану.
Чана послушно попробовала. Оттолкнувшись ото дна она вытянула руки и быстро-быстро задвигала животом вверх-вниз. Сначала у нее ничего не получалось – она просто зависла на месте. Но потом, заметив знак Малуши – не торопись, – потихоньку стала приспосабливаться. И вот уже она, делая всем телом волнообразные движения, действительно поплыла вперед. И, причем, легко и почти не тратя на этой усилий. И ей это ужасно понравилось.
Мавки, улыбнувшись, поплыли вперед. Чана, радостно возбужденная – за ними.
Держась чуть впереди, мавки лавировали среди водорослей, стараясь не касаться илистого дна.
Насколько помнила Чана, обычно во время купаний видимость в реке была очень маленькой – не более метра. Но сейчас она почему-то видела метров на десять.
Они оплывали разный мусор – автомобильные шины, ведра, железяки… Потом углубились в водоросли. Увидели прячущихся головастиков и улиток. Вдруг одна из улиток– самая маленькая – свалилась со стебелька и Любава тут же заботливо подняла ее и посадила на место. Вот они увидели обрывок рыболовной сети, в которой запуталась парочка окуньков. Мавки аккуратненько выпутали их и окуньки, благодарно махнув хвостиками, быстренько куда-то уплыли. Вот к мавкам подплыл карасик – у него в плавнике застрял рыболовный крючок. Пришлось повозиться, чтобы его вытащить, причем Чана тоже помогала. А вот стая мальков стремительно убегала от небольшой щучки, и мавки ее наругали.
А метров через десять из водорослей на них вдруг надвинулось что-то большое. Чана вздрогнула. Она узнала щуку – видела по телевизору в научно-популярных фильмах, да и на картинках тоже. Но здесь она была размером, наверное, с небольшую акулу. Девочка невольно напряглась – щука все-таки страшный хищник и кто ее знает, что у нее сейчас на уме.
– Не бойся, – засмеялась Любава. – Здесь все – наши друзья. Это же наш мир, это – наш дом!
И Чана тут же расслабилась.
Между тем щука внимательно посмотрела на них. Потом неспешно развернулась и хлопнула хвостом маленького щуренка – видать, успел наябедничать, что его обижали.
Девочки, смеясь, поплыли дальше.
Мимо них свободно проплывали карасики и окуньки. И рыба совсем их не боялась.
И все было такое интересное, аж дух захватывало!
– Ну что, поплыли дальше? – задорно спросила Любава. – Не боишься?
– А чего здесь бояться? – ответила Чана, демонстративно пожимая плечами, мол, подводный мир – эка невидаль!
– Ну тогда – вперед! – подмигнула ей Малуша.
И они поплыли.
И внезапно воды стало очень много – ни берегов, ни дна уже совсем не видно. И сама вода потемнела. На душе у девочки стало как-то тревожно и совсем уж неуютно.
Вдруг она увидела где-то далеко внизу, под собой, огромную продолговатую тень. И эта тень поднималась, становясь все больше и больше. Сердце у Чаны замерло – прямо перед ней возникла гигантская бело-черная голова кита. Огромаднейший глаз, размером примерно с футбольный мяч, внимательно посмотрел на девочку и задумчиво мигнул. Касатка, кит-убийца, вдруг повернул влево и величественно проплыл перед Чаной всей своей тридцатиметровой тушей, вяло шевеля черным, с белыми пятнами, громаднейшим хвостом.
Сердце девочки похолодело, так как огромная, размером с Чанину комнату, страшная зубастая пасть внушала очень уж большие опасения.
– Не бойся, – снова засмеялась Любава. – Я же тебе говорила: в воде все – наши друзья.
Да уж, поежившись, подумала Чана, проплывая мимо морского великана и невольно косясь на огромные зубы, хорошо иметь такого вот зубастика в своих друзьях. Только собрался тебя кто-нибудь обидеть, или просто косо посмотрел, и тут – на тебе!, подплывает такая гигантская туша и разевает свою пасть, полную огромаднейших зубов! И Чана, влекомая мавками, немного замечталась, представляя себе, как Петя Иванов только было собрался дернуть ее за косички, как вдруг в окно класса просовывается такая вот пасть и вежливо произносит, разевая гигантский зубастый рот: "Мальчик, а-я-яй! Не хорошо так делать! Ну-ка извинись сейчас же!". Петя Иванов точно лужу наделает!
И Чана, ярко представив все это, неожиданно громко рассмеялась, и мавки с удивлением посмотрели на нее.
– Да, так, – улыбнулась она. – О приятном подумалось.
Мавки тоже засмеялись.
– Да это же океан! – вдруг невольно воскликнула Чана, только сейчас по-настоящему испугавшись. Ведь теперь до дна – несколько километров! И там, внизу, под ногами, в темноте, водятся страшные акулы, гигантские кальмары, дьявольские скаты, мурены, барракуды и другие ужасные существа. И они оттуда, из темноты, в любой момент могут вынырнуть и напасть – не успеешь ничего и сообразить! – Как мы в нем оказались?! И так быстро?! – испуганно обратилась она к мавкам. Ведь, чтобы от Новосибирска добраться до ближайшего океана надо много-много часов лететь на самолете!
– Точно также, как ты научилась разговаривать и дышать под водой, – пожали плечами мавки. – Ну что, поплыли обратно? – предложили они.
– Нет, нет! – горячо запротестовала Чана. – Я дальше хочу!
Она подумала, что, возможно, еще ой как не скоро сможет отправиться в подобное путешествие, и поэтому все, что можно, лучше увидеть прямо сейчас.
– Мы дальше не поплывем, – неуверенно произнесла Малуша. – Слишком далеко для нас. И боязно. Наш родной дом – речка Каменка, Обское водохранилище, озеро Чаны в конце-концов. А здесь все чужое, все такое огромное, все незнакомое…
И они дружно передернули плечами.
Мимо них проплыла стайка девочек, только вот вместо ног у них были хвосты, похожие на дельфиньи, или акульи.
– А, мелюзга к нам в гости пожаловала! – дружно засмеялись они. – Смотрите, о ком мы заботимся! – крикнула одна из них, с золотистыми волосами, показывая на скрывающуюся в темноте воды тридцатиметровую касатку. – Какие большие у нас обитатели! Не то, что ваши пескари!
– Рыбы, они хоть и маленькие! – в запальчивости воскликнула Малуша, невольно подаваясь вперед. – Но они ведь тоже живые! О них ведь тоже надо заботиться! Причем здесь размеры?
Русалки перестали смеяться. И та, что с длинными золотистыми волосами, подплыла к ним.
– Извините, девочки, – серьезно сказала она. – А кто это с вами?
– Это девочка Чана, – ответила Малуша. – Мы ей показываем, где мы живем. И вот добрались до вашего океана! Она хочет дальше, а нам в соленой воде не очень-то уютно!
И мавки снова передернули плечами. А золотоволосая русалка внимательно посмотрела на притихшую Чану.
– Я – Селина, – сказала она. – Хочешь, я покажу тебе океан?
– Конечно! – радостно воскликнула девочка. – Кстати, я Чана, – зачем-то назвалась она – ведь мавки ее уже представили.
– Очень приятно, – улыбнувшись, ответила русалка. – Но сначала тебе надо дать морской браслет, иначе тебе трудно придется в океане.
С этими словами русалка сняла у себя с руки и надела на правую руку Чаны браслетик, состоящий из водорослей и сереньких камушков.
– И нам тоже надо дать морские браслеты! – высунулись гномики из кармана.
– Конечно! – тут же весело откликнулась Селина, легким воздушным жестом поправляя непокорные волосы. – Гномикам мы тоже всегда рады!
Она щелкнула пальцами и выжидающе посмотрела куда-то вниз, в глубину океана.
Тот час снизу поднялись два морских конька, неся на себе по небольшой ниточке морских водорослей. Селина аккуратненько повязала их на руки Сокану и Ламаре.
– Когда вернетесь, позовешь нас, – обратилась Любава к русалке. – Мы ее до дома проводим.
– Хорошо, – кивнула русалка.
Взяв Чану за руку, Селина резко взмахнула хвостом, и девочки устремились вперед и вниз – в пугающую черноту океана.
Они стремительно неслись сквозь пучину океанских вод. Русалка крепко держала девочку за руку. Чана простым балластом болталась чуть позади. Ни впереди, ни по бокам, ни снизу ничего не было видно – сплошная мгла океана.
– Готовься к экскурсии, – обернувшись, загадочно улыбнулась Селина и щелкнула пальцами.
Вскоре из темной глубины к ним поднялось что-то плоское и огромное, как футбольное поле. Чана невольно съежилась, постаравшись стать как можно меньше, и спрятаться за русалку. А гномики в ее кармане на всякий случай забились в самый дальний угол.
– Не бойся, – успокоила ее Селина. – Это – скат-манту. Он покатает нас.
Русалка непринужденно легла на спину морского чудовища – с правой его стороны, а левой рукой ухватилась за край его крыла-плавника. Приглашающе посмотрела на Чану, держа ее правой рукой. Неимоверным усилием воли девочка заставила себя подтянуться к страшному скату и опуститься на него. Но как только коснулась его шершавой кожи, она невольно вздрогнула, отпрянув, но, под уверенным взглядом русалки, Чана пересилила себя и осторожно взялась за холодный край гигантского крыла.
– Держись крепче, не стесняйся! – подбодрила ее русалка. – А то тебя снесет!
И Чана, превозмогая страх, обеими руками сильнее ухватилась за ската, прижавшись всем телом к его коже.
– Ты готова? – уточнила Селина.
– Готова, – с трудом выдавила из себя Чана, лежа на шершавом плоском чудовище и ужасно дрожа.
– Крепко держишься? – снова спросила Селина.
– Крепко, – с еще большим трудом выдавила Чана, тем не менее постаравшись сильнее сжать свои пальцы, и еще более вжимаясь в твердую, словно броня, кожу "морского дьявола" – так называли этого ската в "Клубе кинопутешественников".
– Ну тогда – поехали! – радостно воскликнула русалка и скат, лениво всколыхнув гигантскими крыльями, вдруг стремительно, словно ракета, понесся вперед.
Они проплыли мимо огромной белой акулы, лениво шевелящей плавниками – она явно была сыта и отдыхала, потом промелькнула стая гигантских кальмаров, которые, изменив свой маршрут, приблизились к ним и внимательно осмотрели седоков своими немигающими глазами, быстро безмолвно посовещались между собой и стремительно умчались в глубину океана.
– А что я тебе сейчас покажу?! – воскликнула Селина. – Никогда такого не видела! И не увидишь!
Перед ними вдруг выплыла гигантская стена кораллов. Она уходила вверх, теряясь в высоте, и исчезала глубоко внизу, в темноте бездны, в многокилометровой толще соленой воды.
– Смотри как красиво! – не удержалась русалка, показывая рукой.
И было на что посмотреть. Разноцветные водоросли плотно облепили эту коралловую скалу, придав ей радостный, праздничный вид. А среди этих красочных растений в огромном количестве сновали еще более красочные рыбки, создавая впечатление бесконечного карнавала.
– Ух ты! – невольно вырвалось у Чаны.
– А ты как думала! – с гордостью за свой океан ответила ей Селина.
Гномики, давно уже выбравшиеся на ската и сидевшие возле руки Чаны, не то что кричали, они просто визжали от восторга, энергично размахивая руками!
Вдруг внизу проступило дно, на котором, полузасыпанные илом, лежали затонувшие корабли – от старых маленьких деревянных, до современных огромных железных. У военных кораблей в разные стороны торчали пушки, густо заросшие водорослями. В их стволах явно кто-то жил, причем – очень давно.
– Вон сколько мусора от людей! Скоро дно океанов совсем загадится! – возмущенно заметила Селина.
– А давайте сплаваем внутрь?! – предложил Сокан, показывая на современный лайнер внизу, разломанный пополам. – Вдруг клад какой найдем?
– Не надо, – поморщилась русалка. – Там может быть довольно жутковато – ведь не все успели спастись!
И гномик невольно поежился, представив эту мрачную картину, и настаивать на своем предложении больше не стал. Тем более, что из рубки выглянула страшная морда мурены.
Скат величественно проплыл мимо корабля, а Чана то и дело оглядывалась на затонувший корабль – не погонится ли за ними мурена?
А когда кладбище кораблей скрылось в морской мгле, огромная подводная пещера глянула на них своим большим черным зевом. Из нее тут же выплыла стая зубастых барракуд – морских щук. Их было очень и очень много. Они медленно проплыли над скатом, словно облаком закрыв собой светлый, освещенный солнцем, верх океана, так что на какое-то время заметно потемнело, тем самым добавив тревожных ноток к их путешествию, отчего гномики быстро залезли в кармашек рубашки.
Вдруг русалка встрепенулась.
– Кто-то зовет на помощь! – в сильном расстройстве воскликнула она. – Кому-то очень больно. Надо спешить! Держись за меня крепче!
Чана стиснула ее руку и русалка, оставив в покое ската, очень быстро поплыла вперед – на невидимый зов.
Сначала Чана ничего не видела – ни дна под ногами (океан же ведь!) и ничего вокруг – одни только далекие смутные очертания каких-то морских обитателей. Но вот из водного мрака медленно проявились и принялись стремительно увеличиваться в размерах огромные тени – две гигантских и одна поменьше. Сердце Чаны сжалось – вот сейчас эти огромные монстры набросятся на нас!
Но русалка решительно поплыла вперед – к тому, кто был меньше всех.
Это оказался китенок. Судя по выражению его огромных глаз – он стонал и плакал. Вокруг него плавали безутешные родители. Русалка, держа Чану за руку, решительно приблизилась к малышу.
– Смотри, да у него не рана, а какой-то ожог?! – удивленно воскликнула Селина. – Да такой большой! Как такое могло случиться в океане, ведь кругом – вода?
Из сумочки, прикрепленной к тонкому пояску, она быстренько достала какие-то мази и принялась осторожно втирать их китенку. Малыш задрожал и хотел было удрать, но заботливые родители обступили его со всех сторон, придерживая своими боками, и малыш, плача от боли, покорно смирился со своей участью.
Селина очень-очень нежно втерла мазь, потом что-то тихо шепнула его маме. Огромный кит кивнул русалке и семейство величественно удалилось.
Чана вопросительно посмотрела на Селину.
– Я ей объяснила, как надо обращаться с китенком, – пояснила русалка. – У малыша будет сильно чесаться бок, но он должен потерпеть хотя бы денек и ни в коем случае не стирать мазь о камни.
Чана кивнула.
– Китенок мне сказал, что что-то его ужалило, там внизу, у глубокой расщелины. Надо посмотреть. Ты со мной? – обратилась она к Чане. – Имей в виду, что это может быть очень опасно. То, что только ужалило китенка, нас с тобой может просто убить!
– Конечно, я тоже поплыву! – тут же откликнулась девочка – китенка ей было жалко и она понимала, что обязательно надо найти причину и обезвредить ее, чтобы другие морские малыши не пострадали.
Bepul matn qismi tugad.