«365 закатов до моей смерти» kitobidan iqtiboslar
Ей в спину были направлены десятки осуждающих глаз, но из всех ее интересовали лишь одни – серые, словно панельки на окраине, пустые, как стеклянные бутылки за расписными гаражами, и полные боли, как история ее жизни.
Быть матерью для собственной матери – это неправильно. Именно по этой причине девушка все еще не смогла осознать до конца случившееся с ее отцом, и скорбь стала для нее ничем иным, как проявлением слабости.
Чем больше человек повторяет ложь, тем сложнее ему затем сказать правду
“Прости меня” – это те слова, которые необходимы живым, а не мертвым.
— Когда меня не станет, я хочу, чтобы на мою могилу вылили бутылку джина. Чтобы черви, насытившись землей, могли с гордостью и благодарностью закусить моей плотью
— В первую очередь, она – ребенок, за которого, в свое время, некому было вступиться. И пожинаем мы с Вами сейчас исключительно то, что не успели посеять те, кому было на нее все равно.
Человеческая психика – удивительная вещь, зачастую не дающая окончательно сойти с ума.
Эмилия сама была склеенной тысячу раз чашкой, наливая воду в которую, стоило быть готовым, что та протечет. Ведь сколы и трещины были такого масштаба, что никакая реставрация была не в силах исправить все однажды прожитое. У всех есть сколы. И у всех они разные. Иметь трещины в душе – это нормально. Ненормально – стараться залатать чужие, позабыв о сохранении собственных.
Утренний свет ласкал орнаменты на линолеуме, тени шелестящей листвы скакали по его поверхности, предметам быта и осколкам, будто в панике, стараясь обрести спокойствие. Они касались обнаженных стоп в окружении скомканной одежды, мельтешили по сдернутой скатерти, а затем виновато укладывались на холодную диванную подушку, как только прекращался ветер.
