© Коллектив авторов, 2015
© Чернобровкина Мария, иллюстрации, рисунок на обложке, 2015
© Издательство «Десятая Муза», 2015
Сыграй мне, Лето, на гармошке,
Изобрази чего-нибудь,
Грозой сверкни, хоть понарошку,
Будь глупым, безрассудным чуть!
Излишне ты сейчас, серьёзно,
Пришло, стоишь как манекен.
Весна – подросток, ты – как взрослый,
Что скован буквами манер.
Деревья в листьях, светит солнце,
Ночное небо – белизна…
Но образ в памяти – смеётся
Давно прошедшая Весна…
Ты веешь ветром, согреваешь,
Да иногда плеснёшь дождём…
Ах, где Весна в одеждах тайны,
Та, что ушла, оставив сон?…
Ты здесь, сейчас, без многоточий —
Жара, прохлада – всё одно.
Я рад тебе, конечно, очень —
О, Лето, красное вино!
Я рад тебе, но где же тайны,
Где жизни настоящий смысл?
Ты налито в бокал хрустальный,
Так равнодушно…
Ты проснись!
Не знаю я, чего желаю,
Быть может, лучше без прикрас —
Легко, комфортно, беспечально —
Простое вечное «Сейчас»?…
Я слишком рад тебя увидеть —
Твои приветы так редки,
Что сердце звонко и обидно
Во мраке чтит твои шаги…
Вся жизнь моя – твои мгновенья —
Ты только протяни ладонь,
И я забуду слово «боль»
И растеряюсь в упоении!
А помнишь мрачные потёки,
Где небосвод не делит луч…
И где там думать о «высоком»,
Когда в душе надломлен ключ?
Смотри! Сегодня мир прозрачен,
Вздыхает день как яркий сон…
И не могу сказать иначе,
Что я в тебя всегда влюблён!
На синей зелени небесной
Сегодня твой сияет лик,
Как будто вешней жизни вскрик…
И я не знаю, что чудесней?!
Забыта горькая истома
Подарков сумрачной зимы…
Спасибо, Солнце, будь как дома!
Взмахните светом шторы тьмы!…
И что с того, что холод звонкий,
И что расстелен гололёд?…
Когда так редко, чисто, тонко,
Твоим огнём душа поёт!…
Ты стоишь за окном робким облаком,
Грустноликая, сердцем зимняя,
И причёска твоя – чуть растрёпана,
А в глазах твоих – нежность синяя.
Вкруг тебя спят берёзки печальные,
Ветер – холод узорам ветвящимся,
Ах, Весна молодая, начальная,
Для зимы – ты хозяйка гостящая.
Ты очнись, о, Весна моя милая,
Твоё время пришло – время вешнее,
Разбуди своё сердце остылое,
Озари мир счастливой надеждою!
Освежись же водой ручейковою,
Расчешись гребешками-деревьями.
А я буду тобой очарованный
Сочинять тебе песни напевные!
Воспою твоё небо лазурное,
Воспою твою молодость чистую
И травинок побеги ажурные,
И сияние солнца искристого.
Я прошу, будь со мной, моя милая,
Будь душою моей человечности,
Помоги вдохновенною силою,
Жить творцом мне отмеренной вечности.
Ярким взрывом, песня-осень —
Солнце, листья, небо, грусть…
В бабьем лете – нотка-проседь,
Равнодушно – «не вернусь»…
Всё печальней и печальней,
В красках пламенных ветвей,
Та тоска о чём-то дальнем
И о том, куда – «скорей!»
Как пьяняща та цветистость,
Что звучит осенним сном!
Как прозрачно небо, низко!
Как душа – хрустальный звон!…
Сердце, сердце, не поддайся —
Тень уйдёт, придёт весна!
Журавли звенящей стаей —
С юга, как в летящих снах!…
Выйду, молодой и сильный,
В поле… На другой Земле…
И под звёздами другими,
Затоскую о Тебе…
Стихия грустная, простая,
В ненастье серого дождя,
Тебя я часто вспоминаю,
А ты, с улыбкой, – не меня…
Прохладным ветром шепчешь в уши —
Не мне… Не мне твои слова…
Случайным солнцем не закружишь
Поникших листьев кружева…
Ты холодна и равнодушна,
Коснёшься – я ни жив, ни мёртв…
Но так случилось, так ненужно —
Ты мой земной последний нерв…
Прекрасна осень – для кого-то,
А для меня, прости, – не ты!
Мне звёзды так прозрачно смотрят —
Соблазном дальней красоты…
Порывом света, птичьей стаей —
Далёкий путь – ещё не мне…
Пока дышу, могу, мечтаю —
Не подчинюсь твоей Луне!…
Прости меня, Хозяйка-Осень,
Прости, что я не твой – живой!…
Я отвернусь, забуду проседь
И назову тебя «Весной»!…
Лёгкой радугой – ресницам,
Небесам – пучком огня,
Здравствуй, зимняя Жар-птица,
Ты приветствуешь меня!
Распахнула крылья света
На прищур усталых глаз,
Словно зимний сон о лете,
Отражает чистый страз…
И деревья встрепенулись,
Отряхнули седину…
И на миг, как будто юность,
В сердце тронула струну…
Облака впустили сказку —
Светлой радостью в хрусталь.
Эх, палитру взять и краски
И писать пейзаж-февраль!
Как, художник, ты спокоен?
День-то редкостный какой!
Вдохновенно-своеволен,
Я зову тебя с собой.
Побредём по снежной грусти:
Ты смотреть, я рифмовать,
Чтобы вплавить наши чувства
В нашу зимнюю тетрадь…
И пройдут года, быть может…
И в архивах многих лет
Подпишу, что я – художник,
И сознаюсь – я поэт…
Что красивого в сером убранстве
Майской птицы, что просит дождя,
Что с небес озирает то царство,
Коим правит, его не любя?…
Что изящного в спутанных ветках,
Оживающих робкой листвой,
Что забыли о солнечном свете
За высокой седой пеленой?
Как увидеть чудесное в тусклом,
Если бледный несчастный пейзаж,
Словно краски пинком опрокинув,
Подмастерье размазывал грязь?
На изгибах хрустального шара
Словно блики – ночные шаги…
И сердечное больше не бьётся —
Не прошу, ты меня не зови!…
Серо-чёрные линии – город,
Что раскинулся в громкую тишь,
Где никто не услышит мой голос,
Где смеются, едва загрустишь…
Этот мир равнодушный, холодный,
Видно, создан сердитым Творцом,
В миг тоскливой тягучей зевоты…
Ну и что? Всё же это – мой Дом!
Фантасмагорией жестокой —
Я не могу и не хочу!
Зачем писать, что дождь не мокрый,
Что подчиняюсь я лучу?
Зачем писать о чёрном солнце —
Я вижу белый жгучий диск,
Судьбу, что вертит веретёнце,
И птиц… что гадят на карниз.
Привычный день – слова простые,
На грустном небе – пляшет тень,
На светлом – песни золотые,
Сквозь лабиринты резких стен…
Деревья взвиты как молитвы,
А нет листвы – жалеть, жалеть!
Зима насупилась для битвы
И варит острую метель…
О снеге, что в траве скребётся, —
Затихли белые жучки…
Что я замёрз и жажду солнца —
Пусть мне подружится в зрачки!…
Зачем писать? Но буду, буду!
Зачем молчать, когда – слова?…
Поёт душа, коснувшись чуда,
Душа поёт – ещё жива!
Bepul matn qismi tugad.