Я знаю…, я знал одного ангела. Может быть, я когда-нибудь с ним встречусь. Я очень на это надеюсь. В земной жизни ангела звали Люба, Любовь Фёдоровна. Я звал её Львёночком, потому-что она родилась под знаком льва.
Ночевка на высоте 7900 метров над уровнем моря дело условное. Просто где-то нужно скоротать, с наименьшими потерями, время от заката до рассвета перед завершающим рывком к вершине. Все условно. Самая большая условность воздух, а точнее его сильная нехватка и сухость от мороза, из-за чего человеком овладевает сильная апатия и кашель. Палатка бесформенным кульком примостилась под скалой на крохотной наклонной площадке с подветренной стороны склона. Еда – безвкусная теплая калорийная жижа, с трудом согретая на примусе. Многочасовая работа в темноте по организации минимальных условий для отдыха заканчивается за полночь. Практически не раздеваясь, сняв лишь вибрамы и анорак, Борис забрался в спальный мешок и привалился спиной к скале. Из-за низкого давления и гипоксии отдых, лежа невозможен. Сна из-за переутомления и неудобной позы тоже не будет. Будет несколько часов дремоты и подъем задолго до рассвета.
Даже сквозь пуховик, спальник и толстый вспененный коврик Борис чувствовал пронизывающий холод горы. Друг, что-то пробурчав, выключил фонарь. Наступила полная темнота. На какое-то время стих ветер и наступила тишина, и от этого разыгралось воображение. Люди были так далеко и так недоступны сейчас, что Борис вдруг на секунду подумал, что от всего человечества остались только они вдвоем, а гора хочет уничтожить и их. Он рефлекторно отклонился от скалы вперед, но потом снова расслабился и откинулся назад.
Вновь зашумел ветер, и зашелестели о палатку льдинки, сдуваемые с горы. Забрезжил свет, и Борис прямо перед своим лицом увидел складку палатки, засыпанную снаружи снегом, в которую упал раскаленный уголек. Свет уголька стал зеленым, снег вокруг растаял, на палатке появилось мокрое пятно. Свет плавно погас, и вновь наступила темнота и уже через минуту Борис начал думать, что это ему померещилось.
Утром, зацепив на поясе карабин с веревкой связывающей его с напарником, он, уже сделав шаг за своим другом, обернулся и увидел на желтой палатке замерзшую лужицу с темным, сине-коричневым удлиненным камешком. Сунув камешек вместе с льдинкой-лужей в карман, он медленно пошел вверх.
Борис был в хорошем настроении. Несмотря на то, что он перешагнул уже 50 летний рубеж, сохранял порывистость юноши. Возраст выдавала обильная седина, морщинки вокруг глаз и слегка выступающий живот. Он был высокого роста и как большинство крупных людей не слишком внимательным к своему внешнему виду. Вот и сейчас он позволил себе появиться на работе в старых джинсах, видавших виды кроссовках и малиновой рубашке с протертыми краями воротника и манжет.
Он бодро шагал по коридору корпорации и увидел высокую девушку медленно шагавшую навстречу. Борис невольно замедлил шаг и заулыбался. Девушка шагала, склонив голову к экрану сотового телефона, который держала в руках.
– Наташа! Здравствуйте! Вы все-таки, когда-нибудь упадете из-за своего телефона. Что вы там всегда высматриваете, суженного – ряженного?
– В телефоне я смотрю время, а с суженым и ряженым я еще не определилась, но телефон вычислить его для меня, увы, не может.
Наташа радостно улыбалась, глядя ему в глаза. Она была почти одного с ним роста, но моложе лет на 25. Ему всегда хотелось попросить ее сменить прическу на более продуманную, но боялся обидеть ее. Её ярко рыжие волосы, вероятнее всего крашенные, в виде случайной прически свисали прямо. Из-за своего высокого роста она немного сутулилась, ее фигуру нельзя было назвать идеальной, но она всегда притягивала его своими плавными движениями, проникновенным, и как ему казалось, понимающим взглядом.
– А я думала, что такие звезды не замечают простых смертных! Между прочим, я снова видела вас вчера по телевизору. Как у вас красиво и понятно, получается, поговорить о сложном. А что это вы так развеселились?
– Я ухожу в отпуск!
– А как же ваш проект?
– Не надо о грустном. Я узнал, что он делается «на полку» и сразу запросился в отпуск. Мне не отказали.
– Значит, уезжаете в Крым?
– Не совсем. Буду на даче достраивать бассейн, начатый много лет назад. Почему вы спрашиваете про Крым?
– В прошлый раз вы сказали, что, как только закончите проект махнете в Крым.
– Крым буду устраивать на берегу бассейна в саду. Будет жарко, приезжайте окунуться. А что, может правда?
– Сами-то верите?
Борис картинно пожал плечами, прижимая голову к плечу. Наташа погрозила ему пальчиком и, улыбаясь, пошла дальше. Борис какое-то время смотрел ей вслед, картинно вздохнул и побежал вприпрыжку вниз по лестнице, перебрасывая на ходу из руки в руку барсетку. Выйдя на улицу, он сел в автомобиль и поехал домой.
Дверь открыла жена и молча удалилась на кухню. Борис, напевая какой-то случайный мотив начал складывать в своей комнате большую сумку. В комнату зашла взрослая дочь с кистью и стаканом в руках. Кисть, стакан и руки были запачканы в краске.
– Что малюем?
– В универе скоро выставка, надо что-нибудь выставить. А ты, куда это такой веселый в рабочее время?
– А у меня отпуск ненароком! Поеду в сад, поживу там несколько дней пока Сережка не начнет сдавать экзамены. Где он кстати? Опять наверно уши наушниками завесил? Сережа!
– Привет! – В комнату вошел сын очень похожий на отца, но значительно моложе и еще выше ростом. – Куда собираемся? Оля куда ты его загоняешь?
– По Интернету, через несколько дней по прогнозу жара, поехал запускать наш бассейн. Заодно и от вас немножко отдохну.
– Верится с трудом – сказала Оля, направляясь из комнаты. – Скорее мороз ударит, если ты доделаешь бассейн.
Борис уперся указательным пальцем в живот сына:
– А ты почему не готовишься? До экзаменов осталось всего ничего? Опять балду гоняешь?
– Во первых я устал, а во вторых мог бы о чем другом спросить – буркнул сын и тоже вышел из комнаты.
Борис вытащил из под кровати инструменты, электропилу, рубанок, разложил их по мешкам и тяжело нагрузившись пошел из дома.
– Закройте за мной! Я ушел!
– А ты что поедешь голодный? – вышла на призыв дочь.
– Не хочется что-то! Пока! – двери лифта закрылись, отрезая его от дома.
Но на дачу он поехал не сразу. Он бесцельно побродил по супермаркету, выпил здесь же в кафетерии стаканчик кофе с булочкой и к пяти часам подъехал обратно к управленческому корпусу корпорации и позвонил по сотовому телефону.
– Люба! Я на машине, перед твоими окнами. Жду!
Рабочий день закончился, и потоки людей стали проходить мимо него. Чтобы остаться незамеченным он опустил противосолнечный козырек. Через несколько минут подошла Люба. Это была высокая, изящная для своего сорокапятилетнего возраста блондинка в брючном костюме. Уже за несколько метров он ощутил волнующий запах Её духов, которые он сам нашел для нее когда-то.
Ты почему не на работе?
– Наплевал на работу. Тем более что проект мой не принимается. Отдохну недельку, а там посмотрим. Куда едем?
Домой. Я устала. Можно по дороге купить хлеба.
Борис настроил зеркало заднего вида, так чтобы было видно Любу. Они обменялись улыбками через зеркало…….
……..
Летние сумерки стали разбавляться уличными фонарями. Люба, откинув одеяло, села на край постели. Борис привстал и поцеловал ее между лопаток.
– Давай-ка дорогой, отправляйся. Я помою посуду, и буду спать. Мне-то завтра на работу и я должна хорошо выглядеть.
– И это правильно! Красивым женщинам для поддержания формы надо много пить и много спать.
– Насчет питья «обязательно»! Опухшее лицо с утра не сильно украшает.
Он спрыгнул на пол, подал ей халат и начал одеваться сам.
– Я буду эти дни жить на даче. За тобой завтра приехать?
– Наверное, нет. У меня завтра дела. Созвонимся. Надо кое-что сделать отцу.
В прихожей они нежно поцеловались, уже с лестницы он помахал ей ручкой. Когда он отъезжал от дома она, стоя у освещенного окна, помахала ему в ответ.
Он тоже помахал ей рукой и выехал из двора. Начался дождь. Искаженное мокрым стеклом машины и в свете фонарей и фар все вокруг стало немножко нереальным. Ехал не спеша. Включил радио – пел мужской голос какую-то балладу на английском языке. Музыка ему нравилась и показалась знакомой, он добавил звук. Начал тихонько подпевать. Внезапно на него накатила мысль – что он понял этот мир, хотя никаких других мыслей в голове не было. Ему стало необыкновенно хорошо и захотелось, чтобы и эта музыка и дорога не кончались долго, долго.
Утром он проснулся на даче от стука в окно.
– Борис! Ты здесь? – Борис поморщился, он узнал голос вечно пьяного соседа по даче. Делать нечего придется встать. Борис прямо в трусах вышел на высокое крыльцо. Перед ним на дороге стоял небритый, лохматый и опухший сосед с туманным взором. Он был босиком, а из всей одежды на нем были шорты неопределенного цвета по- видимому бывшие когда-то брюками – штанины были разной длины.
– Толик! Ну что тебе не спится! Ты домой когда-нибудь ездишь? Как не приедешь ты тут.
– А меня домой уже не пускают. Слушай, дай взаймы десятку!
– Ну, ты же знаешь, Толик, я тебе не даю денег. Все равно пропьешь.
– Мне так хреново, а ты опять мораль читаешь! Иди к черту! – что-то бормоча под нос, Анатолий побрел в сторону ворот массива, где стоял торговый ларек. Борис снова лег в постель, но очень скоро снова пришлось встать – послышались шаги на веранде и голос Толика. Борис вышел на веранду и сразу зажал нос рукой – дух давно не мывшегося алкаша вышибал слезу. Толик сидел за столом с большой пластиковой бутылкой пива.
– Боря! Давай стакан, пива налью!
– Нет уж! Сам пей – «с утра напился – день свободен» – процитировал он известные слова неизвестного автора, спешно открывая окна на веранде.
– Не хочешь и ладно. А я сегодня ночью чуть не околел от холода! Слушай Боря, подари мне одну из твоих курточек, вон их, сколько висит – показал он на вешалку с рабочей одеждой.
– Ну, ты даешь! Такая жара, а он мерзнет. Где же ты был ночью?
– Около малинника спал.
– Тогда понятно! – Борис начал снимать с вешалки одежду и из-под самого низа достал потрепанную штормовку. – Вот возьми!
Толик вскочил и едва не упав, взял куртку, проворно ее надел и полез обниматься. Борис резко отстранился.
– От тебя так пахнет! Шел бы ты, а! Еще минута и я задохнусь!
Одаренный курткой Толик безропотно, подхватив бутылку с пивом, вышел на крыльцо. Боря вышел за ним, чтобы отдышаться. Тем временем сосед свободной рукой проверил содержание нагрудного кармана и протянул Борису продолговатый сине-коричневый камешек.
– Держи свой бриллиант! – Борис с удивлением стал рассматривать находку.
– А, я уже забыл про эту штуку. 20 лет назад это упало на палатку в штурмовом лагере, когда мы поднялись на пик Коммунизма. И как он не потерялся? В этой штормовке я валил лес, ходил на лыжах, строил этот дом, да и много чего.
– Миклухо-Маклай, может все – таки выпьешь? – Толик протягивал Борису пиво. Борис замотал головой.
– В следующий раз, как-нибудь потом! – А Толик уже твердой походкой сошел с крыльца и пошел обратно в сторону ларька.
Борис, продолжая рассматривать находку, прошел в дом и достал из шкафа лупу. Тщательно протерев лупу краем простыни, свисавшей с постели он вернулся, на крыльцо и стал через увеличительное стекло рассматривать камешек в лучах утреннего солнца. Это был веретенообразный камешек длиной около 3-4 сантиметров. Полосы синего и коричневого цвета шедшие от одного конца камешка к другому располагались несколько хаотично, но в лупу стал виден четкий рисунок из темных линий как будто поверхность камня состояла из чешуек пятиугольной формы. Размер «чешуек» максимальный в середине камня уменьшался к концам. Местами на камне что-то налипло. Борис попытался оттереть пятна о штаны, потом об деревянную ступеньку, но они не убирались. Взяв с подоконника на веранде стеклянную банку, он спустился с крыльца и зачерпнул в нее воды из дождевой бочки. Еще раз, поглядев на камешек, он спустил его в банку и понаблюдал, как он опустится на дно. Вокруг объекта плавали комариные личинки, зачерпнутые из бочки.
– Отмокай. – Банка вернулась на подоконник веранды. Последний раз, взглянув на банку, Борис взял со стола самовар и пошел наливать в него воду.
Он давно начал строить бассейн и так же давно забросил это строительство. Несмотря на то, что бассейн был всего 3 на 4 метра, имелась только кладка красного кирпича на глубину чуть больше метра, отведен слив и залито бетоном дно. Наконец он твердо решил закончить этот объект. После вчерашнего дождя дышалось легко. Позавтракав, Борис достал из подвала инструменты и мешки с цементом и песком. Он нарастил кирпичную кладку по краям водоема и начал выкладывать черной плиткой дно бассейна. Черный цвет дна был нужен для улавливания солнечных лучей и естественного нагрева воды солнцем. В минуты отдыха он садился на край бассейна, откинувшись назад на вытянутые руки, закрывал глаза и замирал с улыбкой на лице. Он на отдыхе! И почти никто ему не мешает.
Тем временем на соседнем участке продолжалась своя жизнь. Толик несколько раз приходил и уходил. Один раз он вернулся с друзьями, и они долго сидели на скамейке у дома, о чем-то споря. Ближе к вечеру уставший сосед уже спал на пороге своего домика, неудобно подвернув под себя ногу.
Вечером он позвонил домой, доложил Оле о трудовых успехах. Второй звонок он сделал Любочке. Щадя ресурсы сотового телефона они, понимая друг друга с полуслова, кратко пообщались и тепло попрощались до завтра.
В лучах заходящего солнца Борис ужинал на веранде. В распахнутые окна залетал легкий ветерок. Птицы щебетали вечернюю песню. Он даже вышел с чашкой чая на крыльцо, чтобы полнее насладиться прелестью момента. Посидев немного на ступеньках крыльца, Борис вернулся за стол на веранде. Назойливо жужжала муха, судя по звуку бившаяся в стекло. Он отыскал ее взглядом, понаблюдал за ней некоторое время, и в следующий момент муха угодила в банку, наполненную и поставленную Борисом утром. Борис поискал взглядом утреннюю находку, но увидел нечто странное. Взяв банку с подоконника, он поднес ее к глазам. Вместо продолговатого шарика на некоторой высоте от дна находилась мохнатая шишечка. Присмотревшись внимательнее, он обнаружил, что почти на всей длине «камешка» чешуйки отогнулись и из-под них выступили длинные серо-зеленые усики длиной до 5 миллиметров. Все личинки комаров, энергично двигавшихся утром, замерли между усиками. От некоторых личинок осталась только часть тела. Борис поймал на окне несколько мух и бросив их в банку прикрыл её осколком стекла. После этого он еще несколько минут рассматривал банку, но, не увидев больше ничего интересного, поставил её на место.
Световой день еще не кончился, и он поехал на машине в придорожное кафе «Встреча» стоявшее на объездном шоссе прямо у въезда на дачный массив.
Несмотря на будни в кафе было достаточно многолюдно. Звучала негромкая, приятная музыка. Не желая сидеть в духоте зимней части кафе, Борис, немного выждав, занял освободившийся столик на краю открытой веранды с видом на поле и площадку с припаркованными автомобилями. Подошла юная девушка – официантка. Он заказал себе шашлык и салат. Неожиданно для себя он спросил:
– У вас есть кизлярский коньяк? – Пока девушка что-то вспоминала, откликнулся красивый смуглый мужчина, медленно проходивший мимо столика
– У нашего гостя тонкий вкус! Принеси гостю бокал коньяка за мой счет – похлопав Бориса по плечу, мужчина пошел дальше.
– Это наш хозяин – Магомед Алиевич – почти шепотом сказала официантка, – он родом из Дагестана, из Кизляра.
Бокал оказался вместительным сосудом грамм на 300. Коньяк был именно таким, какой хотелось Борису. Пока он дожидался шашлыка, бокал был опустошен наполовину. Настроение Бориса и без того приподнятое, поднялось на небывалую высоту. Он стал с интересом присматриваться к окружающим. Шашлык, приготовленный рукой мастера, был съеден в несколько минут. Борис заказал еще одну порцию. Коньяк закончился раньше, чем подоспела вторая порция шашлыка. И в это время он заметил Наташу. Она деловитым шагом направлялась к стойке приема заказов. Борис вскочил, и чуть не опрокинув рядом стоящий стул, поспешил к Наташе.
– Наташа! Как я рад вас видеть! Как вы здесь очутились?
– А, это вы! Здравствуйте! У нас здесь недалеко дача и родители послали меня за шашлычным полуфабрикатом. Скоро за мной заедут.
– Посидите со мной хоть немного! Так здорово, что вы здесь!
– Ну, хорошо. У нас есть минут 10 пока исполнят мой заказ. Потом я позвоню, и за мной приедут.
– Пойдемте за мой столик. Девушка! – позвал он знакомую официантку, – Принесите мне ещё граммов 100 коньяку. А вы Наташа, что будете пить?
– Ничего. Если только кофе.
– Моей девушке кофе пожалуйста!
Борис сел рядом с Наташей. Он сидел к ней настолько близко, что почувствовал её волшебный запах. Все вокруг стало чуточку размытым, только девушка рядом виделась четко.
–Наташа! Какой чудесный вечер! И вы как чудный ангел здесь в эту минуту! – Бориса понесло.
Борис взял в свои руки её руку, развернул её ладонью к верху и стал врать Наташе про чудесные линии судьбы на её руке. Наташа вежливо заулыбалась. Неожиданно для себя он спросил:
– Наташа! Я хоть немного вам нравлюсь?
– Ну, вопрос конечно интересный? – не спеша начала отвечать девушка.
– Я в принципе не против мужчины старше себя, но все же ….. вы такой авторитетный, а я? И ещё! – тут она надолго замолчала. Немного подождав, Борис начал нетерпеливо теребить её руку.
– Что? Говори не томи меня!
– Ну … как бы это сказать?
– Что?
– Ну, вот например что у вас с зубами? Это немножко портит общее впечатление- закончила она затихающим голосом.
Борис даже чуть протрезвел, состояние его зубов было действительно плачевным. Его никогда не посещала зубная боль, но стоматологов он всё равно боялся, и довел состояние зубов до того, что уже давно не улыбался во весь рот.
– Ваши напитки – прервала паузу официантка и поставила на стол маленький графинчик с коньяком, чашку кофе с шапочкой пены и две рюмки. «Какая внимательная» – успел подумать Борис.
– И все же, давайте выпьем Наташа!– Борис быстро налил в обе рюмки из графина и подал рюмку внимательно смотревшей на него девушке.
– За нас с вами! – поднял рюмку Борис.
– За ваши успехи! – ответила Наташа и пригубила коньяк.
– Какие уж там успехи.
– Не сердитесь на меня, Борис. Вы такой внимательный, весёлый, с вами интересно, но вы задаете такие неожиданные вопросы. Я право не знаю, как и ответить.
– Я, конечно, понимаю, что старше тебя, но мне кажется, что это такой пустяк.
Снова подошла официантка с пакетом и положила его перед Наташей.
– Ваше мясо, соус и зелень. А ваш шашлык – обратилась она к Борису – будет минут через пять. Что-нибудь еще принести?
– Наташа?
– Нет, нет, мне ничего не нужно.
Борис взял рюмку, а Наташа чашку с кофе. Они в шутку чокнулись, Борис допил коньяк, а девушка пригубила кофе. С улицы окликнули Наташу. Из окна машины ей улыбалась очень похожая на неё женщина и в шутку грозила пальчиком. Наташа, подхватив пакет, встала. Борис тоже начал вставать, но Наташа жестом остановила его.
– Борис! Не нужно меня провожать. Итак, сейчас меня из-за вас будут допрашивать. До свиданья! Не сердитесь на меня. Все будет хорошо – закончила она уже тише и направилась на выход.
Проснувшись утром, он начал вспоминать, чем закончился вечер, но так ничего и не вспомнил. Немножко болела голова. Вдруг он вскочил и бросился к окну – машина стояла на месте. Он похлопал по карману брюк и нащупал ключи от машины. Оказывается ко всему, он спал не раздеваясь.
Борис снял с полки початую бутылку красного вина и прямо из горлышка выпил несколько глотков. Вспомнив Наташу, он несколько огорчился и обозвал себя старым ловеласом.
Завтракать, конечно, не хотелось. Выпитое вино немножко сняло напряжение. Он вышел на веранду и переоделся в рабочую одежду и вспомнил про баночку под стеклом. Камня брошенного в банку для отмокания там уже не просматривалось. Треть литровой банки занимала полупрозрачная масса, состоявшая из серо-зелёных волосков, длиной в несколько сантиметров, сходившихся в центре в узел. Никаких мух и личинок в банке не было. Борис задумался. Получалось, что это нечто съело брошенную в банку живность. Пока он, держа банку в руке напротив, лица рассматривал содержимое, водоросль как-то незаметно переместилась и оказалась сгруппированной около пальцев Бориса. Обнаружив перемещение, Борис сразу поставил банку обратно на подоконник и закрыл стеклом. Спустившись в сад и приподняв камень у дорожки он набрал несколько улиток и вернувшись на веранду бросил их в банку. Не дожидаясь результатов эксперимента, он отправился на свою стройку.
Днем перед обедом, проходя мимо машины, он увидел на переднем сиденье пластиковую бутылку с какой-то темной жидкостью. Сходив за ключами, Борис открыл машину, отвернул пробку и принюхался к содержимому. Это был вчерашний, кизлярский коньяк. Бутылка отправилась в холодильник.
День прошел продуктивно. Вечером Борис уже проводил уборку в готовом бассейне, рассчитывая на следующий день заполнить его водой из садового водопровода, которая попадала туда из артезианской скважины.
Увлекшись процессом, он не заметил, как наступили сумерки. Спохватившись, он помчался звонить Любе и обнаружил на телефоне два её пропущенных звонка. Люба холодно сообщила, что, не дождавшись его, поужинала и собирается уже спать. Борис виртуально посыпал голову пеплом, страстно извинился и пообещал, что заберет ее завтра с работы. Тем не менее, Люба попрощалась холодно. Чуть погодя позвонила дочь и поболтала с ним о пустяках.
После незамысловатого ужина он вышел с чашкой чая на крыльцо и посидел на ступеньках до самой темноты. Уже в постели он вспомнил про водоросль в банке, но вставать не стал. Засыпая, он слышал отрывистые разговоры Толика с неизвестным собеседником.
На следующий день, занимаясь делами, он то и дело размышлял о том, как бы задобрить Любу. Между тем он запустил воду в бассейн и не спеша, позанимался грядками: выполол грядку моркови, пополивал овощи, понаблюдал за жизнью муравьев, которые тащили на яблоню тлю и расселяли её на свежих ростках. Бассейн наполнялся плохо: вода вытекала из шланга еле-еле, а временами вообще не текла.
Только за обедом он вспомнил об эксперименте в стеклянной банке. Как и в прошлый раз кроме растения в воде ничего не было. Водоросль занимала больше половины литровой банки. Борис откусил кусок колбасы, бросил в банку и, закрыв стеклом, вернул на место.
В 3 часа он закончил все работы, перекрыл воду, принял душ, тщательно побрился и поехал встречать Любу с работы.
С Любой он познакомился в студенческие годы, на катке. В те времена каток был очень посещаемым местом. Борис со товарищи посещал каток несколько раз в неделю. Однажды он помог подняться со льда очень красивой, стройной, голубоглазой девочке и проводил ее после катка домой. Её звали Люба. Если бы он знал, с кем он встретился!
Он ждал её, но больше на катке она не появилась. Постепенно встреча эта стала забываться. Борис женился, родились дети. Однажды в трамвае, отвозя детей в садик, он увидел Её. Она не обратила на него внимания, или сделала вид, что не заметила. Он тоже не стал к ней подходить. Он же был женат. Потом он видел её в трамвае много раз, но контакта не было…
Борис подобрал Любу в обычном месте и сразу ощутил напряжение в её молчании. Холодность Любы растаяла не сразу. Борис успел получить порцию заслуженных упреков и уже не надеялся, что вечер закончится мирно. Но за ужином Люба начала рассказывать о сплетнях в руководстве корпорации, о делах в отделе, об утренних проблемах в переполненном общественном транспорте и постепенно сменила гнев на милость. Ей надо было выговориться, а Борис был внимательным слушателем, во время вступал в беседу, хотя иногда мысленно отвлекался от беседы. Выпили по паре рюмок красного вина под его традиционный тост «За нас!».
– Всё, я устала! Хочу полежать. Включай телевизор, посмотрим новости.
Переодевшись в старый халат, она легла рядом с Борисом. Телевизор она почти не смотрела и продолжала говорить о разных больших и маленьких делах и проблемах. Он слушал её с нежностью и чаще всего, наговорившись, она ненадолго засыпала и просыпалась оттого, что во сне дергала рукой или ногой. Сама смеялась от этого и продолжала тихий разговор.
На дачу он вернулся уже затемно и сразу лег спать.
Утро началось с осмотра содержимого банки. Борис даже помешал в банке ложкой, но колбасы не обнаружил.
– Ну, ты даешь! – заговорил он с растением – Ты когда-нибудь насытишься? – и сам ужаснулся от этого вопроса
– И чем это кончится?
Вернув банку на место, он в задумчивости позавтракал, ещё раз посмотрел на содержимое банки и отправился продолжать строительство. На этот раз вода из крана вытекала исправно, и бассейн стал наполняться.
Чтобы не терять время Борис занялся уборкой мусора вокруг бассейна, отмыл края своего сооружения, подмел дорожку, выложенную собственноручно изготовленными плитками. На соседнем участке жизнь тоже кипела. Приехала жена Толика и с нелицеприятными и громкими комментариями в адрес мужа собирала мусор и бутылки в доме и на участке. Толик делал вид что полет морковь, но было видно, что он вот, вот готов упасть в межу и уснуть. А когда голос жены немного стих он тут же упал на землю.
Её резкий вопль с крыльца заставил вздрогнуть не только Бориса. Толик резко поднялся на колени и стал дергать из грядки всё, что попадалось под руку, чем вызвал новую волну крика в свой адрес. И такие скандалы возникали каждый раз, когда жена Толика появлялась на даче. Крик раздавался всегда, даже когда Толик в трезвом состоянии довольно ловко занимался делами на своем участке и в доме. Борис считал, что пьянство Толика и происходит из-за такого нрава жены.
Шум этот сильно раздражал Бориса. Раздражал своей громкостью, ненормативной лексикой, убогими повторяющимися эпитетами. Временами Борис порывался пойти и остановить поток, действующего на нервы, шума. Он мысленно продумывал убедительные аргументы чтобы заставить замолчать буйную женщину но, в конце концов понимал что исправить ничего нельзя. От непрекращающегося скандала на соседнем участке и собственного раздражения у Бориса начала болеть голова.
Бассейн почти наполнился, и Борис выключил воду. Он тут же хотел окунуться но, попробовав воду рукой, решил дождаться, когда её хоть немножко согреет летнее солнце. Присмотревшись, он увидел, что кое-где на стенках и на дне находились слизни и улитки. На поверхности плавали не успевшие спастись муравьи. Борис вспомнил про растение в банке под стеклом.
– Сейчас я вам покажу, как поганить мой бассейн!
Борис сходил за банкой и вылил содержимое в воду. Растение, приняв форму шара, зависло посередине между дном и поверхностью. Борис понюхал, чем пахнет из банки, но ничего не почувствовал. В другое время он бы не пожалев времени пронаблюдал за тем что будет дальше. Но сегодня болела голова. Шум на соседнем участке не умолкал и Борис пошел в дом, чтобы укрыться от пронзительных криков и немного отдохнуть.
В относительной тишине и прохладе дома он уснул. Проснувшись, он услышал, что неблагоприятный фактор всё ещё присутствует. Приведя себя в порядок и переодевшись, Борис поехал в город. Время, остававшееся до конца рабочего дня он скоротал за покупкой продуктов и некоторых мелочей недостававших для жизни на даче. В 5 часов Борис встретил Любу и повез её домой. Люба сочувственно выслушала его жалобы на соседей и головную боль и после ужина уложила его у телевизора, а сама занялась по хозяйству. При этом она с удовлетворением заметила, что очень хорошо, что он предоставил ей время для домашних дел. В конце вечера он как всегда был отправлен восвояси.
Утром он всё равно проснулся с головной болью. Так уж он был устроен, что раз заболев, голова болела не меньше полутора суток. Валяться в постели он тоже уже не мог. Пришлось вставать и готовить себе немудрящий завтрак. После завтрака боль чуть отпустила. Он проверил, не ушла ли вода из бассейна. Подойдя, он увидел, что вода на месте, а водоросль еще немного подросла. Поставленную перед ней задачу она выполнила – кроме неё и воды в бассейне ничего и никого не было. Купаться вместе с растением-хищником он не решился.
Чтобы отвлечься от головной боли он занялся ремонтом прогнившей ступеньки крыльца. Нашел подходящий обрезок толстой доски, достал электрорубанок, протянул удлинитель к верстаку под окном. Рубанок завыл на высокой ноте, полетела стружка, и Борис с удовольствием ощутил запах сосновой доски.
Оставалось обстрогать ребро доски. Одной рукой Борис удерживал доску на ребре, а другой рукой вел рубанок. При очередном заходе он не смог удержать доску. Рубанок проехал по тыльной стороне левой руки.
В первый момент он не почувствовал боли. Он увидел, как по белой кости и обрывкам кожи заструилась кровь. Кровь начала капать на свежеоструганную доску. В глазах потемнело от боли, во рту появился вкус железа, подкатила тошнота. Голова как будто готова была немедленно расколоться от боли и ещё непонятно от чего. Он пытался продумать план действий, но что-то не складывалось. Если забинтовывать, то может просто не хватить бинта, да и как накладывать бинт на голое мясо и кость? Садиться за руль с такой рукой тоже невозможно. Зажав здоровой рукой запястье на раненой, он раскачивался у верстака и в какой-то момент она угодила в кучку опилок.
Теперь окровавленная рука бала покрыта слоем мелкой стружки. От новой проблемы ему стало еще хуже, и он начал тихонько подвывать. Из глаз потекли слезы. Раненая рука как будто пылала в огне. Ноги стали подкашиваться. Он сделал несколько шагов и присел на низкий край бассейна.
Увидев рядом с собой чистую воду, Борис развернулся, встал на колени, и рефлекторно начал осторожно полоскать раненую руку в бассейне, по-прежнему, придерживая её здоровой. Вода вокруг окрасилась в розовый цвет и стала не очень прозрачной. Опилки неохотно смывались с руки, поэтому полоскание продолжалось.
Что-то произошло.
Что-то тихое и незаметное. Борис замер опустив руку в воду.
Боль начала небыстро, но уверенно отступать сначала от пальцев, потом от запястья. Волна анестезии ощутимо распространялась от руки на все тело. Борис как под гипнозом с блаженством следил за отступлением боли и даже закрыл глаза. Через несколько минут, как будто кто-то щелкнул выключателем, и перестала болеть голова. Он был в состоянии эйфории.
Bepul matn qismi tugad.