Глава первая, в которой Бетти потерялась
Однажды, много-много лет назад, на небе зажглась очень красивая звёздочка. Это была не простая звезда, это была звезда-девочка, и с самого рождения она старалась светить изо всех своих звёздных сил, так ярко, чтобы её увидели на Земле. Девочку-звёздочку звали Бетти. Внешне она ничем не отличалась от самой обыкновенной девчонки. У неё были чудесные серебристые волосы почти до пояса, вот если чуть-чуть наклонить голову назад, тогда точно по пояс. Поэтому Бетти, когда ходила, всегда отклоняла назад голову, чтобы все остальные считали, что её волосы чуть длиннее. От такой привычки её носик с веснушками казался чуть вздёрнутым, и вид получался немного высокомерным. Отчего старые звёзды-бабушки охали и говорили: «Ну и кокетка растёт, вот в наше-то время…», и далее продолжался обычный звёздный разговор о том, что раньше, конечно, порядочные звёздочки вели себя совсем по-другому и уж подавно не носили распущенные волосы. Сами бабульки при этом поправляли свои серебристые локоны, накрученные на астероиды и здорово припудренные межзвёздной пылью. Да-да! Бабульки по-прежнему продолжали накручиваться, несмотря на почтенный возраст более чем десяти тысяч лет.
Вообще время на небе течёт совсем по-другому, и звёзды живут намного дольше, чем обычные люди. Ведь иначе кто будет тёмной ночью освещать небо? Звёзд рождается не так уж и много, а точнее, совсем мало. И каждая старается до самой старости светить изо всех своих звёздных сил.
Но вернёмся к нашей Бетти, она была хоть и совсем маленькой – всего-то лет триста от роду, но уже совсем самостоятельной. У Бетти была своя кроватка с маленькими светящимися рыбками. Вблизи Бетти никогда не видела рыбок, но на Земле в лунном свете они казались ей очень смешными. Их чешуя, отражая лунный свет, мерцала серебристо-жёлтыми огоньками. Бетти очень хотелось бы, чтобы такие рыбки были и у неё. Но на небе они не смогли бы дышать, ведь там нет воды. Тогда Бетти набрала немного межзвёздной пыли, добавила лунного света, натёрла до блеска несколько кусочков астероида, и из всего этого великолепия у неё получились отличные рыбки, почти как настоящие. Бетти повесила их над своей кроваткой, и ветер от пролетающих мимо метеоритов заставлял рыбок немного колыхаться, так, словно они были почти живые. Под мерцание этих рыбок Бетти обычно засыпала крепко-крепко на весь день. Да, ведь звёзды спят днём. А ночью, когда все на Земле спят, Бетти любила заглядывать в окошки своими лучиками, она, конечно, ещё маленькая и светит не так, как большие и взрослые звёзды, но тем не менее уже вполне может пощекотать своими лучиками какого-нибудь вздорного мальчишку на верхнем этаже многоэтажки.
Как-то раз Бетти, как обычно ночью, смотрела на Землю. Тихо опустив голову на скрещённые руки и упершись в пойманный очень кстати, кусочек отколовшейся планеты, Бетти разглядывала речки на Земле. Речек было много, и издалека они казались маленькими, нарисованными синим карандашом, линиями. Бетти представляла, что когда-нибудь на небе тоже будет много речек, в которых ей разрешат купаться.
– Бетти, милая, пора обедать. – Это пришла бабушка Бетти.
К слову сказать, бабушка у Бетти была очень-очень старой звездой, говорят, она помнит то время, когда образовывалась Земля. Ещё она очень мудрая, и поэтому многие звёзды приходят к ней за советом. Но для Бетти это просто бабушка.
– Бабуль, я ещё немного посмотрю на речки на Земле, ладно? А потом, честное слово, я обязательно пойду обедать.
– Ох, Бетти, ты совсем ничего не ешь, посмотри, какое худое сияние от тебя и свет уже чуть ли не с дырками, того и гляди, скоро ты совсем потускнеешь. А знаешь, что у нас на обед? Чудесный соус из лунного света с кусочками облаков с Земли. Попробуй хоть чуточку.
– Бабушка, ну правда-правда, я ещё немножко посмотрю, можно?
Бабушка тяжко вздохнула:
– Ладно уж, смотри, но не балуйся. Я зайду за тобой попозже.
И довольная Бетти опять стала пристально вглядываться в очертания столь любимой ею Земли.
Вообще зрение у звёзд было очень интересное – они могли увидеть даже самый маленький камешек на Земле, если смотреть очень внимательно, хотя сами находились весьма далеко от неё. Но тем не менее Бетти очень хотелось оказаться на берегу одной из самых больших речек и вволю там наплаваться, позагорать под лунным блеском. Бетти, конечно, знала, что так можно и упасть, засмотревшись на Землю, ведь бабушка каждый раз говорила ей, что на Землю можно смотреть только из дому, там же светить и, ни в коем случае, не подлетать близко.
И тут Бетти заметила, что, пока она думала об этом, ноги сами вынесли её из дому и вот она уже плывёт по направлению к Земле. Сначала Бетти испугалась – ведь что же скажет бабушка? Но потом решила, что совсем чуть-чуть подлететь поближе можно и что в этом нет, собственно, ничего страшного. Ведь, когда захочет, Бетти сразу вернётся домой.
А сине-голубая Земля манила своей красотой, и маленькая звёздочка смотрела на неё, не отрывая взгляда. «Ещё совсем чуть-чуть, – повторяла про себя Бетти, – и можно лететь домой кушать».
Так Бетти летела и летела всё ближе к Земле, зачарованно разглядывая зелёные джунгли Африки и белые просторы Антарктиды. А ещё Бетти мечтала о том, как когда-нибудь она будет кататься на лианах и бесстрашно смотреть на огромных, похожих на кошек тигров.
Но тут от таких сладких раздумий её оторвал пролетевший мимо астероид, он был совершенно невоспитанный, поэтому задел Бетти за плечо.
– Больно же, в самом деле! – потирая ушибленное место, крикнула Бетти.
«И откуда только такие невоспитанные берутся?» – подумала маленькая звёздочка, с обидой оглянувшись в сторону пролетевшего астероида. И тут Бетти с ужасом поняла: она так засмотрелась на Землю, что улетела очень далеко и не видит своего дома, и, самое страшное, она не знает, в какую сторону лететь!
Сначала Бетти озиралась по сторонам, вглядываясь в чёрную Вселенную, всё пытаясь разглядеть где-нибудь свою кроватку. Но, прокрутившись на одном месте раз тысячу, маленькая звёздочка поняла, что заблудилась, и заплакала. Плакала она очень долго и даже стала немного икать. А ещё ей очень хотелось кушать. Бетти представила бабушкин лунный соус, да, сейчас бы она съела его тарелки две с добавкой. А как же бабушка? Наверняка она сейчас ходит по орбите и зовёт Бетти, а ещё, наверное, очень волнуется. Представив, как волнуется бабушка, Бетти заревела пуще прежнего. Свернувшись клубочком, она плакала и размазывала по щекам слёзы своими серебристыми волосами. От таких переживаний Бетти стала светить совсем тускло, просто чуть поблёскивать, и теперь её очень трудно было бы найти.
Так бы, наверное, маленькая звёздочка и выплакалась бы вся, но в этот момент, по совершенно счастливой случайности, мимо пролетал не кто иной как звездочёт. Это было престраннейшее создание из всех, которых вы когда-нибудь видели: длинные руки и ноги занимали бóльшую часть его туловища, не менее длинные пальцы на руках были узловатыми и костлявыми, небольшое туловище с животиком и сверху всего этого голова, на которой развевались всклокоченные седые волосы. На носу болтались квадратные очки, и всё выражение лица говорило только о том, что он очень и очень опаздывает. Под мышкой у звездочёта была толстенная тетрадь, из которой всё время вываливались листы, и ему приходилось постоянно возвращаться с восклицаниями «Ах, боже ты мой!», чтобы подбирать их. Весь вид дополнял синий плащик со звёздочками, правда, некоторые уже отвалились от старости и на их месте зияли небольшие дырки в форме звезды. Со стороны звездочёт выглядел очень странно и в то же время смешно.
Бетти забыв о слезах, внимательно разглядывала звездочёта и немножко хихикала про себя, но очень тихо, стараясь не подавать виду, а то этот престраннейший звездочёт уж, конечно, обиделся бы. Но тут и он в свою очередь заметил Бетти, и, собрав наконец-таки все выпавшие из тетрадки листики, он поправил очки и устремил взгляд на маленькую звёздочку.
– Ну-с, барышня, и какой же вы номер? – спросил он, строго посматривая на неё и поджимая губы.
Бетти испугалась, тем более что она совсем не знала своего номера и того, есть ли он у неё вообще.
– Что вы, мистер?! Я вовсе никакой не номер, я звёздочка по имени Бетти, я просто заблудилась и поэтому не с бабушкой. А если бы она была здесь, она сразу бы вам рассказала, кто я такая.
При этих словах Бетти представила, как, наверное, сейчас бабушка ходит по кругу и спрашивает соседок «Не видели вы, случайно, Бетти?», и, наверно, очень-очень волнуется. Бетти стало так стыдно, что на её глаза навернулись слёзы.
– Нет, говорите, у вас номера? Такого не может быть! – Звездочёт всплеснул руками, и тетрадка снова выпала у него из-под мышки. – Как так, нет номера? Подумать только! Неужели я стал до того старым, что пропустил вас в пересчёте? Ах ты, боже мой!
Лицо звездочёта выражало такое удивление и смятение, что Бетти стало его жалко.
– Вам, барышня, наверняка лет не более трёхсот, не правда ли?
Бетти только и смогла, что кивнуть головой.
– Ну, так мы сейчас проверим, есть ли вы в списке, тем более что, если вы не знаете своего номера, это совсем ещё не говорит о том, что у вас его нет. – С этими словами звездочёт достал, откуда-то из глубины карманов свой сантиметр и сказал: – Сейчас мы измерим длину вашего луча и ширину вашего свечения.
– А это не больно? – робко спросила Бетти.
– Нет, что вы!
Тут же звездочёт побежал по лучу Бетти. Бегал он очень быстро, и не прошло и минуты, как, вернувшись назад, он уже записывал в свою тетрадочку полученные результаты.
– А теперь проверим, есть ли у вас номер!
Тут же звездочёт начал рыться в своей тетради, из которой теперь листы летели в разные стороны. Бетти стало жалко звездочёта, поэтому она тут же собрала все листики, ведь, в конце концов, тот был сейчас сильно занят.
– Б-тридцать, в-восемнадцать, – тихонько бормотал он, пока не воскликнул: – А! Ну вот же! Ваш номер, деточка, Б-один миллиард восемнадцать. Пора бы знать! Но только, судя по координатам, ваш дом достаточно далеко отсюда. Как вы очутились в этом районе космоса?
Звездочёт не мог нарадоваться тому, что все звёзды у него сочтены, но то, что она одна не на своём месте, вызывало у него тревогу.
– Я, я, я… заблудилась, – тут уж Бетти не выдержала и опять разревелась во весь голос. – А вы не знаете, где мой дом? – Бетти вопросительно смотрела на звездочёта.
– Конечно, знаю, мало того, сейчас я отведу тебя домой и попрошу, чтобы бабушка задала тебе приличную трёпку! Ты разве не знаешь, как опасно так близко подлетать к Земле? И кто бы тогда освещал твой участок? Не-ет, определённо надо, чтобы бабушка хорошенько тебя выпорола.
Бетти была согласна на что угодно, лишь бы только вернуться домой. Тут звездочёт подхватил Бетти на руки и понёсся со скоростью света. Вообще длинные ноги звездочёта позволяли ему бегать с феноменально высокой скоростью.
Не прошло и десяти минут, как они уже были на месте.
Около дома взад-вперёд ходила обеспокоенная бабушка Бетти и всматривалась куда-то вдаль. Но стоило ей только увидеть внучку, как тут же она улыбнулась, Бетти стало очень стыдно, что она заставила так волноваться бабушку.
– Ты простишь меня, бабуля? Я вовсе не хотела убегать, просто так получилось, – смущённо пролепетала Бетти.
– Это ваша внучка? Я нашёл её около Земли, она чуть было на неё не свалилась, вы уж, пожалуйста, накажите её по всей строгости, чтобы впредь и мысли такие в голову ей не приходили. – Звездочёт строго смотрел на бабушку и на Бетти.
– Спасибо вам большое, господин звездочёт, что нашли мою внучку, она у нас такая проказница. – Бабушка улыбнулась и пожала руку звездочёту.
Звездочёт откланялся и побежал дальше по своим делам, даже не попрощавшись, он был ужасно рассеянный.
– Ну что, Бетти, пойдём домой? Там, помнится, ты обещала съесть очень много лунного соуса.
– Бабушка, а ты что же, вовсе не будешь ругать меня?
Бетти всё это время ждала, что вот-вот сейчас она получит хорошую трёпку.
– Что ты, родная! – бабушка улыбнулась. – Просто больше не теряйся, ладно? А то я очень-очень волновалась, но ведь всё хорошо, что хорошо кончается.
Bepul matn qismi tugad.