Kitobni o'qish: «Банковская система Австрии: преемственность, адаптивность, разнообразие», sahifa 2

Глава 2. Современная институциональная структура банковской системы

Австрийская банковская система отличается большой приверженностью традициям, которые формировались в процессе значительных и неоднозначных изменений в политике и экономике, в ней, пусть и с существенными особенностями, сохранились институты, правила, продукты и услуги, характерные для банковских систем тех стран, с которыми Австрия имела общую историю и территорию. Это в значительной степени сближает ее институциональные характеристики с аналогичными особенностями развития и функционирования банковской системы Германии. В частности, речь идет о структуре и количестве банков, своеобразии их правовой природы и, что выделяет их на фоне аналогичных показателей других европейских банковских систем, – о так называемом overbanking, то есть о чрезмерно большом представительстве кредитных институтов и их филиалов. Именно эта особенность банковской системы Австрии сохраняет свою актуальность на фоне процессов, происходящих во всем мире.

Для банковских систем во всем мире, по меньшей мере на протяжении последних 20 лет, характерен длительный процесс либерализации, дерегулирования, внедрения финансовых инноваций, дезинтермедиации, но в первую очередь он проявляется в виде консолидации кредитных институтов. Именно они подвергаются влиянию обострившейся конкуренции и проблем снижающейся доходности. Слияния и поглощения на национальном и международном уровне являются самым очевидным трендом на рынке банковских услуг.

Последний мировой финансовый кризис вызвал оживленные общественные и политические дискуссии о положении и перспективах отдельных банковских систем, а также многих сегментов финансового и банковского рынка. Эти дискуссии стали исходным моментом для обсуждения понятий «структурный кризис», а также поводом для довольно частых упреков в адрес Австрии, поскольку в ней функционирует чрезмерное количество национальных кредитных институтов и их региональных представительств. Более того, эта ситуация характеризуется международными организациями и средствами массовой информации как «overbanked, overbranched und overstaffed»⁷.

В используемой аргументации характерно высказывание авторитетного экономиста Э. Детрагиаж (Enrica Detragiache), которая увидела в этом одну из важнейших причин низкой прибыльности австрийских банков и предложила заняться реструктуризацией банковского сектора. В газете Hanselsblatt в 2010 г. тоже утверждалось, что в Австрии, как и в Германии, функционирует неоправданно большое количество банков, которые для сохранения конкурентных позиций должны уменьшить свое представительство и сократить свой персонал. Ряд авторов при этом утверждают, что относительно низкая рентабельность деятельности австрийских и немецких банков объясняется наличием интенсивного конкурентного давления на банки и является следствием их переизбыточности.

На наш взгляд, понятия «overbanked», «overbranched» и «overstaffed» до сих пор не получили однозначного определения, что осложняет их исследование, несмотря на большое количество дискуссий, проведенных по этой проблематике в течение ряда лет.

Согласно одной точке зрения, понятие «overbanked» описывает слишком большое количество банков, которые для осуществления своих услуг используют необоснованно большие народнохозяйственные ресурсы. Еще одно определение этого феномена основано на ситуации, когда в определенном регионе присутствует слишком много банков. Аналогичная характеристика распространяется критиками и на весь комплекс финансовых и банковских услуг, предлагаемых в определенном географическом регионе кажущимся излишком банковских офисов. Таким образом, следует иметь в виду, что степень «overbanked» оценивается самыми разными и небесспорными подходами. В большинстве случаев они ориентируются на количество обслуживаемых банками жителей страны, хотя при этом признается влияние фактора ужесточения конкуренции на рынке банковских услуг, снижения процентных ставок и комиссионных тарифов и в конечном итоге – уменьшения банковской маржи.

Другими словами, при указанных выше подходах феномен «overbanked» меньше всего основывается на экономических факторах, полностью игнорирует конкуренцию на рынке, но при этом оперирует исключительно количественной характеристикой банковского присутствия в определенном географическом регионе.

Свое отношение к затронутой проблеме в свое время сформулировал и Международный валютный фонд, ориентируя кредитные институты на быстрое восстановление рентабельности и укрепление капитальной базы после мирового кризиса 2008 г. Указывая при этом на наличие в Европе многих структурных причин относительно низкой рентабельности банков, он признал наиболее значимой из них чрезмерно большое институциональное представительство банковского сектора. Эти выводы оказались, на наш взгляд, достаточно противоречивыми, поскольку в материалах анализа деятельности двенадцати банковских систем мира, в свое время проведенного МВФ, особое внимание было обращено также на ограниченное предложение банковских услуг, и в частности на уменьшенные возможности получения кредитов прежде всего субъектами малого и среднего бизнеса⁸.

При этом в исследовании констатировалось, что феномен «overbanked» больше всего проявляется в Австрии характерными для него индикаторами: относительно небольшой балансовой суммой в расчете на кредитный институт и его филиал, большим числом самостоятельных институтов, низкой концентрацией капитала. По данным МВФ, Австрия оказалась одной из двух стран, в которых в период между 2011 и 2016 гг. было зафиксировано меньше всего случаев закрытия банками своих филиалов, как и реализации мер экономии издержек. Такие оценки дали МВФ повод для признания австрийской банковской системы самой затратной в Европе.

Однако руководители большинства региональных австрийских банков придерживаются другого подхода в понимании феномена «overbanked», они считают при этом, что достаточно хорошо усвоили уроки прошедшего кризиса и оценивают нынешнее состояние своих банков как достаточно стабильное и успешное. А руководитель одной из крупнейших банковских групп Австрии Raiffeisen Bank International Йохан Штробль (Johan Strobl)⁹ заявил, что рост затрат банков и снижение уровня их рентабельности связаны прежде всего с возросшими регуляторными требованиями, в то время как локальная банковская модель австрийского образца по своим внутренним критериям всегда отличалась неплохой доходностью, демонстрировала свою силу и устойчивость.

При этом Штробль не согласился с указанными экономистами МВФ недостатками австрийской банковской системы и высказался о необходимости определенной корректировки такого рода оценок. По его мнению, показатели рентабельности не могут признаваться доминирующими в параметрах эффективности райффайзенбанков, поскольку структура и состав этой кооперативной банковской группы настроены прежде всего на оказание эффективной поддержки развитию национальной экономики и на реализацию кооперативной миссии, не предполагающей, в частности, стремления к достижению максимальной рентабельности.

При этом стоит отметить, что вопреки используемым в банковской практике индикаторам «overbanked» фактические показатели устойчивости австрийских банков к рискам существенно лучше, чем в банковских системах других стран. А с учетом качества активов в балансах австрийских банков, например, по доле проблемных кредитов их можно отнести к числу лучших в Европе и в мире.

В настоящее время в Австрии доминируют универсальные банки, которые получают право на все формы денежных и кредитных операций на основе лицензии, условия которой определены в Законе о банковском деле.

Австрийскую банковскую систему можно разделить на восемь секторов, которые, с одной стороны, имеют одинаковую правовую форму, а с другой стороны, ориентируются на потребности соответствующих групп клиентов. Кроме того, банки, с учетом различной организационной структуры, делятся на одно- и многоуровневые сектора. Однако различия между этими восемью секторами в значительной степени стираются. Согласно официальной статистике в банковской системе страны представлены следующие виды кредитных институтов:

• акционерные банки,

• райффайзенбанки,

• сберегательные кассы,

• региональные ипотечные банки,

• фольксбанки,

• строительные сберегательные кассы,

• специализированные банки,

• филиалы кредитных институтов из стран – участниц ЕС.

К одноуровневому сектору относятся акционерные банки, региональные ипотечные банки, строительные сберегательные кассы, специализированные банки и филиалы кредитных институтов стран – участниц ЕС. Многоуровневый сектор состоит из двухуровневой части, к которой относятся фольксбанки и сберегательные кассы, и из трехуровневой части, к которой относятся райффайзенбанки¹⁰.

Приведенные ниже данные, на наш взгляд, позволяют опровергнуть утверждение о наличии в австрийской банковской системе признаков «overbanked», поскольку ее качественные и количественные характеристики доказывают целесообразность существенного территориального присутствия банковских учреждений, а наблюдаемая динамика отражает объективно происходящий процесс консолидации.

Консолидация в банковском секторе Австрии проявляется в уменьшении количества институтов. Наряду со снижением числа головных офисов постоянно из года в год уменьшается и количество филиалов банков: если в 1995 г. их было 4605, то на конец 2021 г. их осталось только 3438.

Таблица 1. Количество кредитных институтов и плотность банковской сети в Австрии

Источники: составлено автором на основе данных Österreichische Nationalbank, Financial Stability Reports и Fakten zu Österreich und seinen Banken (Juli 2022) (дата обращения: 11. 07. 2023).

Следствием процесса консолидации стало продолжающееся уменьшение в Австрии показателя плотности банковских офисов в расчете на количество жителей: если в 1995 г. на один банковский офис приходилось 1434 жителя страны, то в 2021 г. этот показатель увеличился до 2594 жителей на один банковский офис. Аналогичная динамика наблюдается и в странах ЕС: по сравнению с предыдущими 10 годами среднее количество жителей на один банковский филиал увеличилось на 69 %, что главным образом объясняется оптимизацией филиальной сети в 28 странах ЕС, в которых соответствующий средний показатель в 2019 г. составил 5536 против 3281 в 2010 г. Как видно из сравнения, плотность банковских офисов в Австрии значительно меньше, чем в среднем в ЕС.

Таблица 2. Динамика количества банков Австрии (по банковским группам)

Источник: составлено автором на основе данных Oesterreichische Nationalbank. Stastistik. Finanzinstitutionen. Kreditinstitute (дата обращения: 11. 07. 2023).

Кредитные организации в австрийской банковской системе являются наиболее значимыми институтами в сфере финансового посредничества. Следует напомнить, что в Австрии первые банки были созданы в начале XVIII столетия, но они прежде всего предназначались для финансирования потребностей государства. Благодаря промышленной революции кредитные институты стали выполнять роль полноценных финансовых посредников, в результате чего непроизводительно хранившиеся деньги можно было использовать для финансирования проектов экономики. В XIX столетии банки сконцентрировали свою деятельность на обслуживании определенных клиентских групп.

Для лучшего понимания структуры австрийской банковской системы необходимо кратко охарактеризовать каждый из названных секторов.

Акционерные банки

Акционерные банки в Австрии имеют одноуровневую организационную конструкцию, они занимают второе место в банковской системе страны по показателю балансовой суммы.

Основная деятельность акционерных банков нацелена на финансирование промышленности и экспортных сделок австрийской экономики. Наряду с этим они обслуживают крупных клиентов торговой сферы. В этот сектор входят также институты, обслуживающие частных клиентов, субъектов малого и среднего предпринимательства. Частные банки в свое время полностью были преобразованы в акционерные общества, поэтому с тех пор их тоже относят к этой группе банков.

Райффайзенбанки и фольксбанки

Австрийские райффайзенбанки являются классическими представителями кооперативного банкинга, получившего наибольшее распространение прежде всего в немецкоязычных странах – Германии, Австрии и Швейцарии. Название этих кредитных институтов связано с фамилией основателя кооперативного банкинга Вильгельма Райффайзена, более 150 лет назад создавшего первые сельские кредитные кооперативы в Германии для обеспечения крестьян необходимыми денежными и кредитными средствами. В последующие годы они распространились по всему миру и, несмотря на развитие капиталистических отношений, в основном сохранили свою самобытность и особую кооперативную природу.

Австрийские фольксбанки тоже являются частью кооперативного банкинга, сформированного в городской местности по инициативе немецкого политика Германа Шульце-Делича (Hermann Schulze-Delitzsch), прежде всего в интересах финансовой и кредитной поддержки функционирования ремесленников и торговцев.

Более подробно о деятельности таких австрийских кредитных институтов речь пойдет в соответствующих разделах предложенного исследования.

Сберегательные кассы

Большую роль в создании возможностей для осуществления сбережений гражданами страны, для финансирования и кредитования потребностей главным образом представителей региональной и местной экономики играют австрийские сберегательные кассы. Как и кооперативный банковский сектор, сектор сберегательных касс является самым надежным финансовым и кредитным институтом в обеспечении запросов своих клиентов.

Деятельность австрийских сберегательных касс более детально тоже будет раскрыта в соответствующей главе данной монографии.

Региональные ипотечные банки

Региональные ипотечные банки по показателю балансовой суммы представляют четвертый по масштабам сектор, при этом они имеют одноуровневую организационную структуру. Банки в этом секторе признаются региональными универсальными банками с особыми преимуществами. Наряду со своими традиционными сферами деятельности, такими как ипотечное и коммунальное кредитование, эмиссия ипотечных и коммунальных облигаций, они осуществляют также обслуживание корпоративных и частных клиентов.

В Австрии в настоящее время все региональные ипотечные банки являются членами Союза региональных ипотечных банков и институтов, эмитирующих их долговые обязательства, а также участвуют в системе страхования вкладов, головным органом которой является компания Hypo-Haftungs-Ges. m. b. H.

Строительные сберегательные кассы

Строительные сберегательные кассы свою деятельность ориентируют на предоставление средств, формируемых ими для последующей выдачи строительных сберегательных ссуд. Выдача этих ссуд осуществляется преимущественно для покупки в собственность недвижимости и жилых домов или земельных участков, а также для строительства жилых домов. Однако с их помощью можно также финансировать и иные цели, например, получение высшего образования в университетах, уход за больными и престарелыми, а также повышение профессиональной квалификации.

Специализированные банки

Специализированными банками в Австрии являются кредитные институты, обслуживающие определенные сферы экономики и при этом обладающие ограниченными лицензиями. Небольшое количество таких банков имеют право принимать вклады клиентов и осуществлять финансирование экспортных сделок, управлять инвестиционными фондами, эмитировать кредитные карты, выдавать гарантии по инвестиционным кредитам или оформлять требования по ним. К числу банков одноуровневой организации в этом секторе можно отнести Österreichische Kontrollbank, инвестиционные компании, эмитирующие кредитные карты, кассы взаимопомощи сотрудников, лизинговые и факторинговые банки.

Филиалы кредитных институтов из стран – участниц ЕС

Еще один сектор в австрийской банковской системе образуют такие небольшие кредитные институты из других стран – участниц ЕС, которые функционируют на основе свободы оказания услуг филиалами в Австрии.

При этом важно отметить, что многие австрийские банки масштабно представлены своими дочерними институтами в ряде стран Центральной, Восточной и Юго-Восточной Европы. Такая специфика отражает сложившийся и частично сохранившийся до сих пор особый подход Австрии к странам, когда-то составлявшим с ней единое государство.

Глава 3. Австрийский национальный банк и его влияние на развитие национальных кредитных институтов

Более чем двухсотлетняя история Австрийского национального банка во многом повторяет историю страны, отличается разной степенью его участия в развитии экономики и общества, при этом банк в процессе своей эволюции достаточно эффективно выполнял возложенные на него задачи¹¹.

Созданию Национального банка предшествовал почти пятидесятилетний период экспериментов династии Габсбургов с эмиссией бумажных денег. Уже в XVIII столетии задача выпуска банкнот была поручена институту, который пользовался доверием в деловом мире потому, что руководители государства не имели прямого влияния на его действия. Первая эмиссия так называемых банкнот (Bankozetteln) была осуществлена в 1762 г. созданным в 1705 г. Городским банком Вены (Wiener Stadtbank).

Однако в военные времена государство, как правило, брало на себя прямой контроль за эмиссией банкнот. Это оказало серьезное влияние на волатильность выпуска и оборота денежных единиц. Если в 1796 г. денежная масса обращавшихся денежных знаков составляла 44 млн Bankozetteln, то в 1810 г. она достигла 942 млн Bankozetteln. Эти денежные знаки в значительной степени вытеснили из обращения серебряные и медные монеты, что соответствовало так называемому закону Грэшема, согласно которому «плохие деньги вытесняют хорошие деньги». Руководство государства приняло закон о принудительном использовании бумажных денег в частном обороте, на что рынок отреагировал быстро растущим обесценением банкнот. За банкноту Bankozettel номиналом в 100 гульденов в 1799 г. можно было получить только 92 гульдена серебряными монетами. В декабре 1810 г. инфляция бумажных денег в гульденах составила 15 % номинальной стоимости Bankozettel. Давление по их принудительному обращению привело даже к бунтам в войсках, расположенных в лагерях, поэтому вскоре был принят закон о девальвации Bankozettel в отношении 5:1, который деловой мир расценил как акт государственного банкротства.

Восстановление порядка на европейском континенте после окончания Наполеоновских войн стало вызовом для многонационального государства Габсбургов, поскольку прежний подход к формированию транснациональных территорий не мог больше основываться на таких традиционных институтах, как церковь, армия и государственная служба. Интеграция большой империи нуждалась в хорошем экономическом и денежном фундаменте, что можно было обеспечить путем создания и сохранения высокого уровня доверия. Поэтому 1 июня 1816 г. были изданы два императорских указа по выдаче так называемого «финансового патента» и «банковского патента», что в конечном итоге привело к созданию привилегированного австрийского Национального банка. Подготовительные работы в этой связи осуществлялись под руководством тогдашнего австрийского министра финансов Иоганна Филиппа Графа фон Штадион (Johann Philipp Graf von Stadion).

Лишь с созданием Национального банка, обладавшего правом монополии на эмиссию денег, австрийская денежная система приобрела желаемую стабильность. Осмотрительное поведение Национального банка позволило снова повысить значение бумажных денег. Тем самым в первую очередь была достигнута основная цель: эмиссия необходимого количества бумажных денег стала прерогативой института, который поддерживал денежную стоимость своих банкнот, что предполагало его полную независимость от намерений руководителей государства в обеспечении своих расходов. При этом капитал банка был сформирован на основе выпуска собственных акций.

В соответствии с указанными выше патентами от 1816 г. Национальный банк начал свою деятельность с 1 июня 1816 г., правда, вначале в достаточно ограниченном объеме. Компетенции руководства банка, на этом этапе признанные временными, не выходили за рамки выпуска бумажных денег, эмиссии акций и связанных с ними операций. Лишь после выпуска 1000 акций банк смог продолжить свою полномасштабную деятельность под руководством нового органа управления, избранного акционерами.

15 июля 1817 г. Национальный банк получил патент, дававший ему исключительное право на неограниченную эмиссию денежных знаков. Эта «первая банковская привилегия» усилила его особую позицию с точки зрения дисконтного бизнеса.

В последующие годы Национальный банк системно развивал филиальную сеть, что позволило ему обеспечивать растущие потребности страны и общества в деньгах и кредите. Зародившись в столице страны, филиальная сеть Национального банка затем постепенно охватила индустриальные регионы и торговые центры Восточной и Центральной Европы, а также северные части Средиземноморья.

Руководство банка стремилось к тому, чтобы в активной части его баланса доля государственных долговых обязательств была минимальной, при этом торговые векселя и монеты считались предпочтительными активами. В вексельных операциях банк доказал свою эффективность, поддерживая рост экономики империи, а благодаря запасу серебряных монет удавалось обеспечить эмиссию денег в тех случаях, когда общество проявляло намерение снова обменять банкноты на серебро. В 1818 г. балансовая сумма банка составила 11,5 млн гульденов, в то время как государственные (прямые и косвенные) долги в Национальном банке составляли 2,2 млн гульденов. Однако, несмотря на сопротивление руководства банка, ему не удалось предотвратить существенный рост статей долговых обязательств государства в активной части баланса банка.

Этот рост снова был связан с постоянным вмешательством государственных финансов в дела банка в военные времена и стал следствием стремления превратить его в государственную кассу. Поддержка банком потребностей государства была постоянной, так, в 1820 г. она составила 20 млн гульденов, в 1821 г. – 30 млн гульденов, в 1831 г. – 12 млн гульденов. Находившиеся в обращении банкноты были обеспечены запасом серебра и монет Национального банка, однако при этом доля их покрытия уменьшилась с 74,6 % в 1818 г. до 10,3 % в 1831 г.

Важно отметить, что руководство банка, понимая всю ответственность перед обществом и экономикой, постоянно пыталось предотвращать выпуск излишней массы денег в обращение.

Однако наличия в законе статей, описывающих патентное право Национального банка, оказалось недостаточно для того, чтобы последовательно обеспечивать его автономность по отношению к государству. При этом руководство банка постоянно отстаивало свое право решать вопрос о том, в каком объеме должен осуществляться выпуск банкнот на основе государственных долговых обязательств. В этой связи при разработке новой редакции привилегий Национального банка в 1841 г. по требованию государства его влияние на принятие решения акционерами было усилено.

Особое беспокойство в деятельности Национального банка постоянно вызывала динамика операций, связанных с возможностью получения его клиентами дохода от разницы в стоимости денег, который образовывался в денежном обороте при обмене банкнот на серебро. Каждая такая операция приводила к обесценению эмитированных Национальным банком банкнот. Необходимо было предотвратить этот процесс, поскольку такого рода операции оказывали растущее инфляционное давление.

Однако в своих попытках стабилизировать эти операции с серебром Национальный банк был существенно ограничен, поскольку они зависели не только непосредственно от его эмиссионных возможностей, но и от стоимости серебра (выраженной в золоте), а также от оценки последствий возросших дефицитов государственного бюджета, которые отражались на объемах операций на денежных рынках. Частично они были вызваны возникшими в результате военных действий кризисами 1848/1849 г. (революция), 1850 г. (прусско-австрийский конфликт) и 1853/1856 г. (всеобщая мобилизация в связи с Крымской войной).

На основе Закона от 27 декабря 1862 г. была объявлена третья привилегия Национального банка. Самая значимая ее новация заключалась в восстановлении и подтверждении независимости Национального банка от государства. Кроме того, было введено контингентирование оборота денег по образцу банковского акта Роберта Пиля, согласно которому вводилось право Национального банка ограничивать обращение неметаллических денег. При этом объем денежной эмиссии, превышающий 200 млн гульденов, должен был покрываться металлическими деньгами.

Однако изменившееся отношение государства к Национальному банку в военный 1866 г. привело к тому, что от предусмотренной банковским актом независимости Национального банка, а также от запрета эмиссии государственных денежных знаков практически ничего не осталось. Из-за происшедшего таким образом нарушения привилегий Национального банка права государства фактически были восстановлены. Поэтому в Законе от 18 марта 1872 г. было определено, что Национальный банк обязан осуществлять денежную эмиссию до достижения уровня в 200 млн гульденов, а каждая новая эмиссия может проводиться только при наличии соответствующего покрытия в виде серебра или золота.

Значимость деятельности Национального банка проявлялась в его позиции при реализации крупных государственных проектов, в частности при подготовке Всемирной выставки в 1873 г., когда его руководство открыто высказало правительству свою озабоченность позицией Венской биржи. Она не смогла предусмотреть все возможные проблемы финансирования Всемирной выставки и проведенными срочными сделками, ориентированными на рост валютных курсов, покрыла лишь минимальные потребности. В результате этого правительству пришлось заняться заимствованиями на рынке, что вызвало быстрый рост стоимости долговых обязательств, обеспеченных ипотекой, и необоснованно расширило сформировавшийся кредитный рынок, а неоправдавшиеся ожидания от эффекта открытия Всемирной выставки стали поводом для обрушения курсов и привели к биржевому краху.

Хотя Национальный банк всегда проявлял осмотрительность и временная отмена ограничений оборота денег, предусмотренных законом 1872 г., отчасти была оправданной, рост денежной массы в пиковый момент кризиса лишь немного – на 1 % – превысил лимит, предусмотренный в банковском акте. Тем самым ведущие банки, промышленные и ремесленные предприятия пережили кризис без существенных потерь, хотя курсы их акций оказались существенно ниже, чем уровень 1872 г.

В процессе переговоров между Австрией и Венгрией, начатых в 1867 г. и нацеленных на минимизацию негативных последствий политических решений о разделе общего государства, не удалось урегулировать вопрос, затрагивавший деятельность эмиссионного банка, поэтому сложившийся порядок был сохранен до принятия соответствующих законодательных актов в будущем. При этом Национальный банк смог без ограничений продолжить использовать свои привилегированные права и в Венгрии.

После многих лет сложных переговоров в 1878 г. Национальному банку удалось присвоить статус института, в котором Австрия и Венгрия имели одинаковые доли участия. На Австро-Венгерский банк была возложена функция эмиссионного банка для обеих стран. В то время как австрийское и венгерское правительства по-разному подошли к вопросу о своей ответственности за накопленный совместный государственный долг в размере 80 млн гульденов, руководство Национального банка отстояло свое право не поддаваться дополнительному давлению правительств на его деятельность, а полученная им первая и последняя привилегии стали результатом компромисса между ними.

Общее управление банком осуществлялось такими специфическими органами, как Генеральное собрание и Генеральный совет, что отражало двойственный характер института в виде обеих «дирекций» и «центров» в Вене и в Будапеште.

К числу масштабных валютных реформ, которые были связаны с деятельностью Австро-Венгерского банка, относился переход от серебра как валюты к золоту, чему предшествовали длительные валютно-политические дискуссии.

После восьмилетнего переходного периода, завершившегося в 1900 г. приданием золотой кроне основанного на законе статуса денежной единицы, обращение серебряного гульдена как ранее признанного платежного средства прекратилось. В публичном обороте наиболее востребованными оказались новые банкноты, а золотые монеты стали храниться в сейфах Национального банка.

В целом 80-е и 90-е гг. XIX в. оказались удачным синтезом роста и цен, и давления на них. Показатель подушевого социального продукта рос, в то время как уровень цен отчасти снижался или оставался стабильным. Это обстоятельство помогло эмиссионному банку поддержать темпы роста, которые набрал банковский сектор с учетом новой волны индустриализации.

Положения третьей привилегии от 21 сентября 1899 г. содержали, в частности, изменения, которые в очередной раз ограничили самостоятельность Австро-Венгерского банка в пользу государственного влияния и предусматривали условия, согласно которым банк может оказывать государству финансовую поддержку.

С другой стороны, в привилегиях 1899 г. содержались важные новации, связанные с операциями банка, которые в конечном итоге должны были создать основу для успешной валютной политики Австро-Венгерского банка. Их значимость заключалась в том, что до 1914 г. внешняя стоимость австро-венгерской валюты на фоне небольших колебаний была достаточно стабильной, так как она ориентировалась на золотой паритет.

Однако политическая ситуация того времени отличалась крайней нестабильностью, национальные конфликты постоянно мешали успешной работе парламента, несмотря на результаты новых выборов в 1911 г. В марте 1914 г. парламент был распущен, что позволило правительству продолжить свой экспансионистский курс, в результате которого была аннексирована Босния и началась Первая мировая война. При этом стало понятно, что правительство для покрытия быстро растущих военных расходов намерено привлечь в первую очередь эмиссионный банк, поэтому еще во время банковского кризиса 1912 г. его руководство признало необходимость разработки кризисных планов.

В первые дни после объявления войны стало понятно, с каким обесценением денег придется столкнуться. В частности, армейское командование потребовало, чтобы все реквизированное имущество получило компенсацию по двойной цене. После такого громкого заявления из-за дефицита имущества и постоянного увеличения денежной массы рост цен ускорился. Во время войны денежная масса увеличилась в тринадцать раз, а уровень цен вырос в шестнадцать раз.