Эта история произошла в одном старом деревянном доме, увитом цветущими душистыми розами, за которым рос чудесный сад с большими елями и цветниками, примостившимися вдоль извилистых дорожек. В этом доме, притаившемся в густой зелени и потемневшем от времени, с крышей, покрытой мхом, вместе с хозяевами и их кошкой Матильдой жили волшебные куклы.
Дело в том, что хозяйка дома любила покупать красивых необычных кукол и верила в сказки. Куклы у неё были самые разные: старый волшебник в расшитом золотом пышном наряде, уже состарившийся и вышедший на пенсию; интересная дама в очках, сидящая на метле, похожая на строгую учительницу, принадлежавшая, по-видимому, к роду ведьм; капризная барышня в кружевном платье и шляпке с пером; грустный клоун в колпаке с бубенцами… И довершал почтенную публику угрюмый лось с толстыми боками, в жилетке на меху, на двух длинных тонких ногах в коричневых ботинках, которого звали Карл Иванович. Над ним частенько все подсмеивались из-за его нелепой фигуры и вечно недовольного вида. Но самыми очаровательными в этой компании были мальчик Принц и девочка Эльф.
У мальчика Принца были большие грустные глаза и белые волосы. Одет он был в лиловый камзол, расшитый серебряным кружевом, такую же лиловую шляпу с серебряным колокольчиком и длинный плащ. Девочка Эльф была не менее хороша: её длинные светлые волосы струились волнами, наполовину скрывая её маленькую тонкую фигурку; чёрные пушистые ресницы оттеняли зелёные глаза, а розовое пышное платьице и большие прозрачные крылья делали её воздушной и легкой.
Кошка Матильда, также проживающая в доме, давно считала себя в нём хозяйкой, любила важничать и капризничать, часто нервничала из-за пустяков, характер имела очень раздражительный и частенько была чем-нибудь недовольна: погодой, едой или недостаточно уважительным отношением со стороны хозяев, как ей казалось. Хозяева дома называли её ласково Мотей и прощали ей многие капризы и шалости.
По ночам в доме начинали происходить настоящие чудеса, куклы покидали свои полки и отправлялись гулять по дому, а затем собирались на ночные беседы, обсудить все события, произошедшие за день. И тогда самой важной персоной и главной рассказчицей становилась Матильда. Каждую ночь все куклы с нетерпением ожидали её появления. Матильда пользовалась у них большим уважением, так как могла выходить из дома и была в курсе всех событий садовой жизни. Она сообщала им о разных происшествиях и садовых сплетнях, поскольку успевала побывать во всех уголках и зарослях сада, подслушать, о чем говорят цветы, побеседовать с ежом и узнать, кого и за что наказала старая волшебница, управляющая садом. Все боялись волшебницы, но Матильда заявляла, что просто так никого наказывать не будут, и все получают по заслугам.
От нестерпимого желания поделиться с кем-нибудь очередной новостью, раз в неделю она даже писала письма брату, который жил в городе и, кстати сказать, имел такую же слабость посплетничать, тихонько подглядывал за всеми живущими в квартире и потом отправлял подробные письма в ответ.
Куклы усаживались в кружок, чтобы послушать Матильду, а она при этом очень любила всё приукрасить для большего эффекта.
У хозяев был маленький зимний садик, состоявший из большой лианы с крупными дырчатыми листьями, нескольких папоротников и плющей. Мальчик Принц и девочка Эльф обычно сидели в сторонке, под листьями лианы. За всю свою жизнь они ничего не видели кроме пары комнат да нескольких растений в горшках, которых называли своим садиком. Они держались за руки и внимательно слушали все рассказы Матильды. Особенно их интересовал сад с прекрасными цветами, притаившийся за домом, и они просили её подробнее им всё описать.
– Да разве это сад? Жалкое подобие, – заливалась соловьем Мотя, указывая на комнатные растения. – В настоящем саду огромные деревья, по которым можно лазить, извилистые тропинки, по которым так приятно гулять. Есть еще старые пушистые ели, под ветвями которых так хорошо прятаться. А как много там разных цветов и трав, и какой аромат от них разливается повсюду! А сколько тайн хранит ночной сад: там машут крыльями и кричат совы, путаясь в ветвях; шуршат ежи, пробираясь сквозь заросли; светлячки подсвечивают розы и кусты, делая всё вокруг волшебным. А какие прекрасные мыши снуют в листве, и есть даже летучие, – в который раз, лишая покоя, увлекала их своими баснями Матильда.
Так мальчик Принц и девочка Эльф слушали и мечтали побывать в чудесном саду. Они устали каждый день смотреть на жизнь людей, такую однообразную и скучную, а по ночам слушать брюзжание старых кукол, и их рассказы, повторяемые ими сотни раз, где особенно длинными и скучными из них отличался недовольный всем на свете угрюмый лось, который, если его не остановить, мог говорить до утра.
– Карл Иванович, голубчик, ну так же нельзя, пожалейте нас, – зевая, просили дамы.
Только Матильда, выделяя часок из своей ночной прогулки, своим богатым воображением меняла привычную обстановку, радовала их и пробуждала мечты.
«Мы никогда не видели, как растут цветы, так и состаримся здесь, сидя на полках», – грустили они. Но однажды им пришла в голову мысль уговорить Матильду провести их в сад.
– Уважаемая Матильда, – обратился к кошке мальчик Принц, – не могли бы вы взять нас с собой? Вы так чудесно описываете сад, что нам очень хочется самим всё посмотреть.
– Ещё чего! разве вы не знаете, что куклам нельзя выходить из дома и с рассветом все должны сидеть на своих местах? – раздраженно напомнила об общем волшебном законе Матильда.
– Мы вернемся ещё до рассвета, вы нас проводите обратно, – просили куклы. – Окно, через которое вы выходите, сегодня опять открыто.
– Ладно, – нехотя согласилась Матильда. – Но только на один час. Язык мой враг мой… – недовольно пробормотала она про себя.
Мальчик Принц и девочка Эльф гуляли в саду и не могли налюбоваться, всё вокруг оказалось ещё красивее и загадочнее, чем описывала Матильда. Из темных зарослей доносились трели сверчков, мягкий лунный свет серебристой дымкой лежал на спящих цветах; тяжёлые розы, утомлённые солнечным днём, тихо дремали, продолжая источать дивный аромат по всему саду; сонно склонив головки, отдыхали пионы и тюльпаны. Заросли кустов цветущего жасмина, каменный забор и скамейки, увитые плющом, были усеяны огоньками светлячков, как будто часть звезд осыпалась с неба. Ночная жизнь не умолкала вокруг: таинственные шорохи и звуки, прерываемые уханьем сов, наполняли воздух; летучие мыши, тихо проносились между ветвями; лягушки, жившие под старым пнём, негромко пели свои песни; а ночные цикады соревновались со сверчками в красоте и громкости пения. Так, Матильда, ушедшая по своим делам, и куклы, залюбовавшиеся садом, загулялись и не заметили, как прошло время. Уже давно было пора возвращаться домой.
Но вот беда – хозяйка, почувствовав утреннюю прохладу, встала ночью и закрыла окно. Когда Матильда с двумя куклами вернулись, зайти в дом уже не представлялось возможным.
– Что же делать, что же делать? – металась Матильда на крыльце. – Моя доброта меня погубит! Рисковать так глупо своей репутацией непонятно, ради чего… – причитала она.
Когда утром хозяйка открыла дверь, то увидела интересную картину: две куклы сидели на крыльце, а между ними невинно улыбающаяся Матильда.
– Что это нашей Моте пришло в голову вытащить из дома кукол? – смеялась хозяйка.
– Вы ставите меня в идиотское положение, – возмущённо шепнула Матильда Принцу.
– Извините, вы же знаете, что мы не виноваты, – оправдывались куклы.
Хозяйка вернула кукол на место и поставила завтрак Моте – её любимую овсянку с креветками.
– Пронесло, – подумала Матильда. – Связалась на свою голову.
Прошло несколько дней, мальчик Принц и девочка Эльф всё вспоминали чудесный сад и грустили. Скучно и тоскливо им было со старыми куклами, которые продолжали свои ночные посиделки, и маленький садик с цветами в горшках их больше не радовал. Подумав немного, они решили одни выбраться в сад. Дорогу, которую им показала Матильда, они хорошо запомнили. И вот, дождавшись глубокой ночи, куклы незаметно прокрались, выбрались из окна и направились в сад.
Ночной сад, как и в прошлую прогулку, поражал их своей красотой и таинственностью. Все его обитатели уже встречали маленького Принца и девочку Эльфа как старых знакомых. Заросли кустов раздвигали свои ветви, освобождая им дорогу, и приветливо шелестели листвой. Цветы благоухали, сверчки старались петь как можно громче, а старая сова одобрительно ухала, сидя на могучей ели.
Они гуляли по извилистым дорожкам и мечтали остаться здесь навсегда. Вдруг совсем рядом в зарослях листвы послышался шорох – это оказался ёж, он несколько раз за ночь обходил весь сад и смотрел за порядком. Куклы вежливо поздоровались и отправились дальше бродить по тропинкам. Ёж, осторожно приподнявшись на задние лапки, проводил их пристальным взглядом. Вернувшись к старой волшебнице доложить обстановку, он как бы невзначай сообщил: «А что это у нас в саду куклы прогуливаются по ночам?». Волшебница возмутилась и тут же приказала ежу немедленно найти их и привести к ней. Ёж быстренько оббежал все укромные уголки сада, и нашёл кукол сидящими под кустом дивно пахнущей сирени, а затем привел их, как ему было велено.
Бедные испуганные куклы дрожали, увидев волшебницу, и не знали, что сказать в свое оправдание.
– Как вы посмели нарушить закон? Разве вы не знаете, что куклам запрещено покидать дом? – возмущалась волшебница. – С этих пор я запрещаю вам приходить ночью в сад, ведь может произойти любая случайность, и вы не сможете вернуться домой до восхода солнца, люди вас увидят, как уже было в прошлый раз, и тогда мне придется превратить вас в цветы, – уже смягчаясь, сказала Волшебница. – Ну а теперь идите и больше не возвращайтесь. А с этим провожатым Матильдой у меня будет особый разговор.
Куклы сильно опечалились и, взявшись за руки, побрели прощаться с садом.
– Ну что же, мы вернемся опять на свои полки и будем сидеть там, пока нас не выбросят? – в отчаянии спросила девочка Эльф. – Мы никогда не увидим солнца, цветов, просыпающихся утром в каплях росы, прекрасных бабочек и поющих птиц. Люди, они такие счастливые, могут каждый день любоваться цветами и видеть солнышко, смотреть на звёзды, наслаждаться красотой вокруг, а вместо этого почему-то сидят в своих домах, – вздохнула девочка.
– Давай встретим рассвет? – предложил мальчик Принц.
Рано утром хозяйка зашла в сад полить цветы, и очень удивилась, увидев среди кустов самшита два новых прекрасных цветка, жавшихся друг к другу: лиловый и нежно-розовый. «Откуда они взялись? Я не припомню, чтобы я сажала что-то подобное», – подумала хозяйка.
Старая волшебница выполнила свое обещание. Поначалу куклам было непривычно находиться в своем новом обличии. Но вот наступило утро, и пробудился сад, прекрасный в своей утренней свежести. Капли росы омыли их лепестки, солнышко ласково утешало своим теплом, яркие бабочки обнимали их своими крыльями, цветы вокруг приветливо кивали головками и весело чирикали птицы. Все любовались их нежной красотой и приветствовали новых обитателей сада. Цветы утешались и радовались вместе со всеми прекрасному утру.
Хозяйка, не найдя на месте кукол, решила, что это очередные причуды Моти, что она опять унесла их куда-то. Матильда недовольно фыркала и думала про себя: «Делать мне больше нечего, как таскать в зубах кукол, как будто я собака какая-то».
Ночью Матильда сообщила обо всём случившемся старым куклам, целый день сгоравшим от любопытства, и непонимающим, куда подевалась неугомонная парочка. После этого куклы пришли в полное недоумение и ещё долго возмущались, как можно было променять приличное общество, домашний уют, широкие полки, спокойную старость на короткую неизвестную жизнь в саду в виде каких-то цветов, которые сегодня есть, а завтра их или сорвут или они замёрзнут от холода.
А наши куклы, превращенные в цветы, теперь днём и ночью любовались садом, радовались каждому дню, встречали рассвет под птичьи трели, пили утреннюю росу, купались под теплым дождём. Радовались свежему ветерку и ласковому солнцу, тёплым тихим вечерам и свежести ночного сада, звёздному небу и засыпали под пение сверчков.
Потом они познакомились с чудесными цветочными эльфами, живущими в зарослях сада, которые поведали им о том, что когда-то они тоже были цветами. Эльфы были такими лёгкими и воздушными, в нежных нарядах, похожих на лепестки роз, и порхали с цветка на цветок как мотыльки. И ещё они сообщили им радостную весть о том, что цветы не умирают, и что когда приходит время, старая волшебница превращает их в цветочных эльфов – нежных духов, которые разлетаются по всем садам, лесам и полянам, и живут, где захотят, в приглянувшихся им цветах.
После этой истории Матильде было запрещено два месяца появляться в саду и четыре месяца ловить мышей. Эти известия так её потрясли, что после этого она неделю пила валерьянку и не выходила из дома, продолжая причитать: «Моё положение в обществе! Всё пропало! Я знала, моя доброта меня погубит!»
А когда прошла зима, и пригрело солнышко, пробудился спящий сад. Днём всё чаще раздавались разноголосые трели птиц, а по ночам было слышно, как шевелится старая опавшая листва от пробуждающихся цветов и папоротников. Первыми появились небесно-голубые подснежники, а за ними скромные фиалки и ландыши. На смену им пришли нарциссы и яркие тюльпаны удивительных расцветок, и весь сад нарядился в молодую нежную зелень. Воздух был пропитан пьянящим запахом цветущей жимолости и жасмина. В цветущих зарослях кустов появились стайки чудесных озорных эльфов, изредка отдыхавших на подушках мха, среди которых особенно выделялись два прекрасных эльфа, державшихся за руки. На них были воздушные наряды серебристо-лилового и бледно-розового цвета, нежно искрящиеся на солнце. В этих прелестных счастливых эльфах обитатели сада без труда узнали наших кукол.
В одном небольшом старом городе жил-был Башмачник. В общем, он был доволен своей жизнью, зарабатывал неплохо, к тому же любил всевозможные башмаки и возился с ними с утра до вечера: шил, переделывал, чинил, продавал. В его коморке, которая занимала полуподвальное помещение, все полки были заставлены башмаками самых разных пород и мастей.
Однажды Башмачник шёл по улице и, по привычке засмотревшись на чьи-то башмаки, увидел лежащий на мостовой цветок лилии. Он бы её и не заметил, так как лилия была самая обыкновенная, к тому же мокрая и потрепанная, если бы она вдруг не издала жалобный звук. Нагнувшись ниже, Башмачник услышал, что цветок просит о помощи. Лилия попросила Башмачника забрать её в дом, поскольку она долго скиталась, устала, и теперь ей нужны тепло и домашний уют.
– Зачем ты мне? – пожал плечами Башмачник. – Я ни в ком не нуждаюсь, что я буду с тобой делать?
– Я буду рассказывать тебе разные истории, радовать тебя своей скромной красотой, источать аромат, в доме твоем станет уютнее, – сказала лилия.
– Ладно, – нехотя согласился Башмачник. «Ведь я могу в любой момент тебя вышвырнуть», – подумал он, сунув цветок за пазуху. По пути домой он, как всегда, не забыл заглянуть в свою любимую таверну «Свиная голова», чтобы выпить кружку крепкого пунша.
Жил он со старухой матерью, которая делала все дела по дому и старалась как можно меньше попадаться сынку на глаза, так как он часто раздражался, видя её в комнате.
Вернувшись домой, Башмачник перед тем, как сесть за свой ужин, крикнул матери:
– Возьми эту дрянь, и сунь куда-нибудь!
Старуха-мать пожалела бедный цветок, посадила лилию в старый башмак и поставила на окно, куда иногда попадал косой луч солнца. Как же она обрадовалась, вся расцвела и похорошела – ведь она так давно мечтала о тепле и доме. Лилия надеялась, что теперь она будет счастлива, и что сумеет завоевать любовь, и им с Башмачником никогда не будет скучно, что тот будет заботиться о ней, а она взамен отдаст ему всю свою душу.
Но мечтам лилии не суждено было сбыться. Башмачник почти не замечал ее, напротив даже раздражался, видя, как она радуется и благоухает. Он старался вылить на нее всю свою злобу и ненависть, которые жили в его душе. Особенно он бывал не в духе после ночи, проведенной в таверне. Он тогда много курил, ругался и бросал окурки в башмак, в котором росла лилия. Она же рассказывала ему разные истории, услышанные ею от мотыльков и бабочек; поведала и о том, как она очутилась на мостовой, чтобы вызвать хотя бы жалость, но и на это Башмачник был не способен.
Только мать Башмачника жалела лилию, замечая, как она грустит и увядает постепенно. Она уговаривала ее терпеть, поливала и вынимала окурки.
Так прошла зима. Пригрело солнышко и за окном начали появляться уснувшие на зиму цветы. Полуподвальное окошко как раз располагалось на уровне земли, так что лилия теперь могла видеть траву и яркие листочки пробуждающихся цветов. Она мечтала выбраться из подвала и расти на воле вместе с ними, смотреть на солнышко, пить росу и любоваться бабочками.
И вот однажды, проснувшись утром, лилия увидела цветущего, по-весеннему юного и свежего голубоглазого колокольчика, который удивленно заглядывал в окно. Так лилия и колокольчик полюбили друг друга и с этих пор каждый день были неразлучны. Они грустили по обе стороны окна, что им не быть вместе. Башмачник стал издеваться над лилией еще больше, когда увидел, что она больше не поворачивается к нему и всё время смотрит в окно. Выбрасывать её он не хотел – на ком же тогда он будет вымещать свою злобу?
Так, приближаясь день за днём, наступило лето. В одно весёлое солнечное утро Башмачник проснулся особенно не в духе – накануне вечером он засиделся в таверне и выпил лишнего. Выйдя на улицу, он решил срубить все цветы, которые росли возле окна, поскольку они мешали свету проникать в его жилище. Первым упал бедный влюбленный колокольчик. Удар был таким неожиданным и резким, что он даже не успел прозвонить в последний раз. Лилия, проснувшись, надеялась, как всегда, увидеть своего друга, но вместо этого солнце слепило ей глаза. Вытянув свою шейку, насколько возможно, она увидела его лежащим среди других срубленных цветов и уже увядшим. От горя у нее почернели лепестки, и опали листочки. Башмачник, придя домой, приказал матери выбросить этот черный веник, как он её назвал.
Старушка опечалилась – ведь так мало радостей было в её жизни – и отнесла увядшую лилию к срубленным цветам. Так колокольчику и лилии больше ничего не мешало быть вместе.
Настала дождливая пора, и Башмачник вдруг почувствовал, что в его убогой каморке как-то стало пусто и грустно. Ему как будто чего-то не хватало, и поругаться было не на кого.
– Где этот дурацкий цветок? – спросил он у матери, вспомнив о лилии.
– Как где? Завял, или памяти у тебя нет? – с горечью ответила мать.
– Вот, полюбуйся, – сказала мать, поставив мокрую увядшую лилию на стол.
Башмачник опечалился, сам того не осознавая, и сел у стола подперев голову. И тут воспоминания детства начали всплывать перед его глазами. Он вспомнил, как один раз они с отцом выбрались в лес из пыльного города, и какую чудесную поляну полную душистых цветов они там нашли. Как он резвился и бегал в траве за бабочками, вдыхая свежий запах леса и слушая трели птиц. А затем пришла безрадостная юность, работа в подмастерьях: голод, холод, грязь, побои. А дальше эта грязная каморка, насквозь пропахшая старой кожей, клеем и краской; и изо дня в день одно и тоже – башмаки, башмаки… Тоскливо стало Башмачнику. «Черт знает что такое!» – выругался он, смахнув набежавшую слезу.
И тут случилось чудо – слезинка попала в башмак с увядшей лилией, и она ожила, расправила свои лепестки и заблагоухала чудесным ароматом. Башмачник так обрадовался, что на следующее же утро побежал и купил ей новый горшок. Он решил не ходить больше в таверну и даже сшил бесплатно четыре пары новых башмачков для бедных детей, живущих в соседнем подвале. А позднее стал захаживать к ним в гости и подумывать, не жениться ли ему на их матери, доброй и скромной фрау Марте.
Bepul matn qismi tugad.