О слове и поэзии
Я не теоретик, а практик. Побывал в шкуре сказочника, баснописца, узнал, как горек хлеб переводчика , хлебнул лиха, когда писал сонеты и венки сонетов, потел над поэмами. Поэтому могу говорить о всех жанрах со знанием дела. Как сказал Фауст: – Суха мой друг, теория везде, а древо жизни пышно расцветает! Сравним слово и краски.
Словом можно писать, как красками. В картинах художников, мгновение останавливается, жизнь замирает. В стихах движение не останавливается, стихи, как клиппы, показывают отрезки жизни, события в движении.
Иван Захарович Суриков
Вот моя деревня;
Вот мой дом родной;
Вот качусь я в санках
По горе крутой;
Вот свернулись санки,
И я на бок – хлоп!
Кубарем качуся
Под гору, в сугроб.
И друзья-мальчишки,
Стоя надо мной,
Весело хохочут
Над моей бедой.
Всё лицо и руки
Залепил мне снег…
Мне в сугробе горе,
А ребятам смех!
Чем не акварель! Всё зримо, глаз не оторвать.
Венок сонетов – является редким жанром стихотворчества. Это – поэтическая форма, объединяющая в себе 15 сонетов. Каждый новый сонет начинается с последней строчки предыдущего. 14й сонет завершается первой строкой первого сонета – замыкает круг венка. 15й – (магистральный) состоит из первых строк предшествующих 14 сонетов. Он является тематическим и композиционным ключом (основой) венка. Венок сонетов был изобретён в Италии в XIII веке. ОН требуют от поэта исключительного мастерства. В России венки сонетов написали: Вячеслав Иванов, Валерий Брюсов, Максимилиан Волошин, Андрей Крылов и другие. Я написал три венка сонетов «Перекрёстки», « Терновый венец» посвящённый Сергею Есенину и «Армагеддон» о сегодняшней, всё более тревожной и не прочной жизни.
В условиях духовной нищеты,
Когда зов плоти побеждает разум.
Нас наслажденья губят, как проказа,
Бесстыдством развращённой наготы.
В мороз чернеют нежные цветы,
Пустеют лес и сад от листопада,
Не будет ни прощенья, ни пощады,
Лишённым первозданной чистоты.
Становится им мал простор квартир,
Где на семью всего один сортир,
Воюют за роскошные палаты,
Так конкуренция жизнь превращает в тир,
Вчерашний друг страшнее супостата,
Когда желает каждый стать богатым.
***
Когда желает каждый стать богатым,
Тогда царят повсюду торгаши,
Забывшие о вечности души,
Живущие для плоти и разврата.
У них цель жизни радость и успех,
Желают бесконечных наслаждений,
Для них чужих не существует мнений,
Не терпят на своём пути помех.
Укутанная в шёлк, парчу, меха
Плоть станет к мукам совести глуха,
И днём, и ночью требуя разврата.
Забудется понятие греха,
И ожиданье за него расплаты,
Когда ничто, ни для кого не свято.
***
Когда ничто, ни для кого не свято
В словах и чувствах пропадает лад.
Не сможем возвратить его назад,
В сердцах умрут печали по утратам.
Научимся прощаться без раздумий,
Разучимся о прошлом вспоминать,
Без слёз похоронив отца и мать
Мы превратим себя в подобье мумий.
Нам станут в тягость юности мечты,
Забудем их, устав от суеты,
Гоняясь за наживой и удачей.
Когда уже не хочешь жить иначе,
Когда грехов не видишь, как не зрячий,
Не может быть душевной чистоты.
***
Bepul matn qismi tugad.