Кто-то давным-давно первым заметил, что каждая встреча немного меняет нас. Взгляд, приветствие, рукопожатие и мы уже никогда не будем прежними, воспоминания и эмоции отпечатываются, если не в нашей памяти, то в чем-то бессознательном.
Мне кажется, я потерялась.
Я провалилась в глубину стекла.
И где-то там на дне бокалов,
Танцуя в лужах из вина,
Мой друг давно уж задыхаюсь!
Мой друг, тобою я пьяна!
Ты протянул за мною руку,
Глотком весь осушив бокал.
И вот в одну секунду
Застыла маска из стекла.
Ты на меня смотрел хмелевшим взглядом,
Желая что бы я была полна.
Говорил “Тебя мне много не бывает”.
А бывает много для тебя вина?
Я хочу влюбиться в тебя просто сегодня,
Пока глажу твои мягкие волосы.
Жадным взглядом глядя на формы,
Считать все твои красные полосы.
Нежно грея дрожащие руки
Своим теплым дыханьем в руках.
Пока пытаясь избавить от скуки,
Читаю боль в усталых глазах.
Почему меня не было раньше?
Когда ты смущалась тихо смеясь,
Пока стареющий красный
Не похитил тебя…
Я хочу с тобой поиграть.
Осторожно взяв тебя за руку,
Проведя пальцем по сгибу локтя,
Неловкую улыбку вывести
И румянец у тебя на щеках.
И твоим дыханием быстрым
Секунды отмерять хочу.
Обведи свои мягкие губы
Острым кончиком языка.
Хочешь я покажу тебе фокус?
Но после него ты моя.
Добавь в мой воздух желатина,
Хочу его оставить на потом.
И дай же мне глоточек джина,
Пусть смелость сменит этот липкий пот.
Мне нравится изящная картина,
Что нарисована твоим пером,
На ней вдвоем стоим мы
Ждем ночь идущую за днем.
Ты в вечер этот подливаешь мне мартини,
Чтоб захмелевшую меня свети с ума
И снова на холодном мраморном покрытьи
Считать кусочки нашего огня.
И мы тогда подобно вспышке
Шагнем вдвоем в бокал вина,
Забыв закрыть скрипучую калитку,
И не зашторив светлого окна.
Мне снова снятся твои глаза.
Так странно, я даже не помню
Их форму, какие были цвета
Но они мне снятся,
Сквозь землю…
Опять прорываясь, стремясь в небеса
Подобно цветам, листы поднимая.
Должно быть фиалкой, в том самом
Горшочке под окном, на столе
Ты пахла теми цветами
Что так нежно взрастила в себе
Я скучаю, не знаю, могу ли соврать
Безумно, как под проклятьем
Мечтаю, мечтаю увидеть тебя…
Нас сегодня трое в этом тихом зале
И воздух окутал аромат дыхания цветов,
Подобно напевам древним погребальным,
Пронесся тяжелый гул твоих шагов
Букет гортензий синих на столе
Стоит помятый, грустно увядая.
Подобно тающей в снегах весне
Все прошлое когда-то исчезает.
И наша память тает в этой старой вазе
Теряя в мелких трещинах последние следы
Ничто здесь так просто не исправить
Все позади, все прошлые мечты.
Я никогда не верила в женские руки,
Что так нежно касались меня.
И должно быть только от скуки
Не отстраняла их от себя.
Я так упорно искала холодный
Взгляд мужской, как требовал люд.
И от того мне так сложно
Понять прелесть романтических уз.
Мне не нравились грубые пальцы
И их слишком уверенный взгляд
Я устала мило им улыбаться.
Так устала убегать от себя.
Я все время ходила кругами,
Раз за раз убеждаясь в одном.
Мне хорошо лишь с твоими руками.
Лишь с твоим спокойно плечом.
Первый был добрым оленем
Из теплых казахских степей.
Второй, дураком рожденный от ведьмы.
А третий, врунишка простой.
Потом пришел пес, игравший грозного зверя,
В жизни добычи не поймав ни одной.
Потом был плюшевый мишка,
Испорченный лесом и его зеленой травой.
Заходила в дом этот мышка,
Забавлявшая глупой игрой.
Была еще пара девчонок и пара мальчишек…
Но лиса должна оставаться одной.
Такой мягкой сегодня стала постель,
Воздушным и теплым мое одеяло.
Так хорошо мне под ним в темноте
Лежать, тебя к груди прижимая.
Такого спокойного, с заботой
Меня от внешней прохлады храня,
Ты меня в ответ не обнимешь
Ведь из плюша рука у тебя.
Bepul matn qismi tugad.