Марс, 1931, земная колония. Да, в реальности романа первый человек, Пибоди, прибыл сюда в 1864. Не спрашивайте, как такое возможно технически, летят же у Толстого в "Аэлите" и у Берроуза в "Принцессе Марса", и у Бредбери Третья экспедиция находит вполне себе среднезападный городок в реалиях земных пятидесятых. А здесь все крутится вокруг добычи Странности - специфического минерала, дающего механизмам подобие жизни и осмысленного поведения, такой себе искусственный интеллект времен позднего стимпанка. Родители 14-летней Аннабель Крисп, впрочем, к шахтерам Дигтауна отношения не имеют. Они местный средний класс живут в рекламной витрине Марса Нью-Галвестоне, держат закусочную "Матушка Земля".
Жили и содержали. До наступления Тишины - год назад что-то случилось и Зеиля исчезла со всех радаров. На последнем, отчалившем в ее направлении летающем блюдце "Орфей" улетела мама Аннабель. Корабль-близнец "Эвридика" вот уже год, как завис среди этой непонятной неопределенности, его пилот Джо Райли потихоньку спивается, а колонисты тешат себя надеждой, что в крайнем случае смогут эвакуироваться на нем в метрополию - без земного импорта тут не выжить, несмотря на теплицы и кое-какое земледелие. С оговоркой: если Земля еще осталась.
Предположив, что в оторванном от мира изоляте с ограниченными запасами под ударом тот, у кого больше продуктов, вы не ошибетесь. В более щадящем варианте местные власти обобществят запасы, в менее - попросту разграбят. В Галвестоне пошло по второму сценарию, вчерашние друзья и соседи налетели тучей воронья, папа арестован за убийство и впал в подобие эмоциональной кататонии. Встряхнуть его, вернуть к жизни мог бы голос мамы, записанный на цилиндре, но и его украли. Именно сейчас, когда мамины советы и наставления, которых прежде обиженная Бель не слушала, так нужны и ей самой. Девочка отправляется по следам похитителей по красной пустыне Марса. И нет, это не "дурная голова ногам покоя не дает", в цилиндре воплотилась для нее вся мама с возможностью спасти отца, а оставаться в городе, встречаться с теми, кто разрушил ее дом и жизнь, никаких сил нет. Тонкая точная мотивация, не проговариваемая, но подразумеваемая выводит дебютный роман Натана Бэллингруда за рамки жанровой литературы.
С собой девочка берет кухонного робота Ватсона (она поклонница "Рассказов о Шерлоке Холмсе", к ним, всякий по своей причине, присоединяются пилот блюдца Джо и женщина-рейнджер Салли, а "Марсианские хроники" плавно перетекают в роуд-муви с немалой долей "Волшебника страны Оз" и "Назидания" Бродского: "Призраки по ночам терзают в пустыне путников, внемлющий их речам может легко заблудиться - шаг в сторону и кранты. Призраки, духи, демоны дома в пустыне..." И это лишь первая трансформация "Странности".
Спагетти-вестерн, хоррор, антивоенная, антиколониальная, социальная, философская проза, при этом совершенно в русле реалистической традиции (исключая сеттинг). О романе рассказал в своем Телеграм-канале Николай Караев, а на Фантлабе прекрасная рецензия Green_Bear. Героев со сверхспособностями и внезапных преображений здесь не будет., равно как богов-из-машины Может быть поэтому всем подряд я бы рекомендовать не стала, но если вы цените умную нестандартную фантастику - добро пожаловать на странный Марс.
Izohlar
1