Kitobni o'qish: «Мама, здравствуй, это я! Методика оздоровления для женщин: подготовка, беременность, роды. Звучание походки: Методика оздоровления спины и обретения красивой осанки», sahifa 2

На самом деле атрофия мышц поддерживается повышенным тонусом соседних мышц: гипотонус порождается «монстром» гипертонуса – слабость одних вызывается сверхсилой других. И потому работать надо именно с гипертонусами. Для этого существуют методики, овладеть которыми не представляет большого труда. Из числа созданных мною такими являются моя первая методика для лица ревитоника и далее – фейсмионика, пластические техники и прочие («Структурный лифтинг», «Изометрический лифтинг», «Карандашная методика “Лифтинг”», «Спиральный лифтинг», «Шахматно-векторная методика»), которые изложены в моих книгах.

Но опять же, выполнения одних «домашних» приемов также не «самодостаточно» – они не смогут обеспечить полноценного охвата всех проблем, особенно при наличии родовых травм и комплексных деформаций. Во многих случаях необходима помощь специалистов, после которой можно поддерживать результаты их работы собственными руками.

Тем более что не только мышцы повинны в том, что наши лица далеки от идеала, задуманного в отношении нас природой, но и костные структуры. Ведь наши черты лица не только определяются генотипом и состоянием мышц, но зачастую зависят и от неправильно поставленных костей черепа.

Своим дисбалансом мышцы способны перетягивать кости черепа, каждая в свою сторону, искажая его изначальную форму. Миф о том, что швы черепа после 2–3 лет жизни ребенка полностью «окостеневают» и «цементируются», до сих пор по старинке бытует в медицине.

Анатомия

Шов, разделяющий лобную кость пополам, называется метопическим. Считается, что физиологическое закрытие метопического шва происходит в возрасте от 3–9 месяцев до двух лет.

При этом рост всего черепа продолжается с трех до семи лет жизни в основном за счет активного роста его основания, а после, до периода половой зрелости (14–16 лет), рост происходит главным образом за счет свода мозгового черепа.

Большинство швов черепа стекаются к большому родничку (рис. 2), который в процессе окостенения черепа обычно полностью закрывается к 12–24 месяцам.

Рис. 2. Большой родничок

На самом деле все 29 костей черепа (в разных источниках эти цифры варьируются) остаются подвижными всю жизнь. При этом в идеальном варианте они должны находиться в постоянном краниосакральном движении. Каждая из костей совершает свое специфическое движение, и все они объединяются в единый поток, идущий вдоль позвоночника от крестца на затылок, как по звеньям транспортера.

Чаще всего, из-за того что эти звенья «залипают», этот «транспортер» нередко движется отдельными блоками.

Примером такого выбывания связей может служить наклон позвоночника вперед. В этом движении должны по цепочке участвовать все позвонки. Но чаще всего человек посильно осуществляет наклон за счет тех позвонков, которые остались свободными, находясь между блоками «спаянных» между собой позвонков. По такому же принципу движутся и кости лица и черепа. И потому мы часто видим как асимметричные лица, так и лица разной формы.

В индустрии красоты разные формы лиц (круглые, длинные, квадратные, сердцевидные, ромбовидные, овальные и пр.) упоминаются исключительно в связи с советами их корректировки с помощью причесок и макияжа.

С точки зрения «правильной конструкции», обеспечивающей лицу долгую молодость, наиболее «жизнеспособно» лицо, вписывающееся в прямоугольник, когда ширина лба примерно равна ширине скул и челюсти (рис. 3).

Рис. 3. Прямоугольное лицо

При нормальных родах, как все знают, головка новорожденного, проходя по родовым путям матери, сужается (явление экстензии) и снова раскрывается (явление флексии). И так ритмично, хотя и с меньшей амплитудой, продолжает дышать всю жизнь, раскрываясь и закрываясь, как цветок.

Зачастую при тяжелых затяжных родах или, наоборот, слишком быстрых, головка ребенка или не раскрывается до конца (то есть остается в экстензии), или, напротив, не закрывается окончательно (то есть находится во флексии). При этом черты лица будут соответственно отличаться от изначально задуманных природой.

К примеру, если кости черепа находятся во флексии, лицо имеет округлую форму, глаза чаще всего большие, выпуклые, лоб широкий и низкий, достаточно короткий нос. Такой тип лица можно назвать округлым (рис. 4).

Рис 4. Округлое лицо (во флексии)

Если кости черепа находятся в экстензии, лицо, наоборот, удлиненное, лоб узкий и высокий, нос острый и зачастую длинный. Такой тип лица относят к вытянутому, или удлиненному (рис. 5).

Рис. 5. Удлиненное (вытянутое) лицо (в экстенсии)

Если верхние кости черепа будут стоять в экстенсии, а нижние – во флексии, лоб будет высоким и зауженным, само лицо книзу расширенным. Такой тип лица обычно называют грушевидным, или трапециевидным (рис. 6).

Рис. 6. Грушевидное лицо

А если верхние кости черепа будут находиться, наоборот, во флексии – с расширенными теменными областями, а нижние – в экстензии, лицо будет заостренным книзу, и его обозначают как треугольное, или «сердечко» (рис. 7).

Рис. 7. Треугольное лицо

И таких вариантов может быть несколько, учитывая всевозможные направления смещения костей в трех плоскостях.

Подобные рисунки лиц, закладываясь при рождении, заметно проявляются уже к 18–20 годам. Многие считают подобные черты лица генетическими. Но чаще всего деформации черепа, проявляющиеся в асимметрии и негармоничном строении, связаны с родовыми травмами и проблемами пренатального развития.

А мы все по привычке на гены «киваем». Раз кривой уродился, значит, гены во всем виноваты, все в генеалогическом древе роемся, выискиваем, кто же из предков «подсудобил».

Конечно, генетика – это великая наука. И никто не отрицает, что в генах записана бо́льшая часть характеризующей нас информации. Но, во-первых, не в нашей власти вмешиваться в гены какими бы то ни было средствами массажа или косметологии. И если какой-то вид деформации лица легко поддается корректировке ручными техниками, значит, гены тут ни при чем.

Во-вторых, говоря о генетике, мы зачастую не разделяем понятия генетической предрасположенности от самой генетики, понимая последнюю однозначно, как печать военного трибунала. Предрасположенность можно интерпретировать как «слабое звено» нашего организма, с которым не только можно, но и нужно работать, чтобы не заводить ситуацию в тупик. Тем более с теми деформациями, которые обусловлены родовыми травмами – повреждениями новорожденного ребенка, вызванными механическим воздействием непосредственно на плод во время родов.

Родовая травма – к сожалению, не миф, а горькая реальность. Повреждение ребенка в родах встречается очень часто. Указываемый статистикой процент касается только тех травм, которые напрямую угрожают жизни и здоровью ребенка. Официальная же остеопатическая статистика показывает другие цифры.

Череп новорожденного предназначен для обеспечения максимальной приспособляемости к силам родов и минимальной травмы развивающегося мозга. Однако ущерб голове в течение рождения более обширный, чем понимают многие люди (Виола Фрайман, доктор остеопатии, FAAO: статья из сборника The Collected Papers of Viola M. Frymann, DO «Legacy of Osteopathy to Children»).

При исследованиях 1250 новорожденных, проведенных несколько лет назад, было выявлено, что тяжелая видимая травма была причинена голове младенца в предродовом или в родовом периоде в 10 % случаев от общего числа обследуемых. Мембранозные суставные напряжения головы диагностированы врачом-остеопатом у остальных 78 % обследуемых. Таким образом, почти девять из каждых десяти младенцев при изучении имели повреждения.

Действительно, легко ли принять роды, чтобы и мать, и ребеночек остались живы и здоровы? Да, мы всем обязаны медицине, потому что естественный отбор давно уже не работает. Тем более что женщины сейчас рожают в гораздо более позднем возрасте, чем раньше, что, естественно, увеличивает риск, ведь болезни с возрастом имеют тенденцию к накоплению. Вот и попробуй вытащить дитя из чрева такой матери, не повредив при этом ему ни головку, ни шейку. Частенько такие черепушки на свет появляются – деформированные, вытянутые, как огурец, прямо образец для паноптикума. И ничего, спустя несколько месяцев их вид становится более-менее приличным – природа берет свое. Для мамы и это в радость – чтобы потом ребеночка во дворе не дразнили, что у него голова квадратная или «огуречная». Но что такое «более-менее» для здоровья – то же самое, что «почти беременна». А шейные позвонки… они страдают при большинстве родов! Ведь головка малыша, чтобы пройти по родовым путям, должна так извернуться, так запрокинуться, что только при хорошем здоровье матери и ребеночка и правильных действиях акушерки есть надежда, что эти позвонки никуда не сместятся, что спазм затылочных мышц не останется и т. д.

Да, мысль о том, что не только генотип может определять наши черты лица и особенности фигуры, но и последствия родовых травм, на первый взгляд кажется крамольной. Но стоит только уйти от довлеющих стереотипов, с грустью начинаешь понимать, что форма нашего лица и фигуры, а главное, динамика их возрастных изменений (скорость старения) действительно могут быть не наследственными, а результатом просто каких-то механических повреждений – скелетных и черепных деформаций. Детские и юношеские слезы, комплексы, депрессии, испорченные судьбы… И все только потому, что не свезло в роддоме…

Ведь совершенно очевидно, что от того, как выглядит наше лицо, во многом зависит наша жизнь, наша судьба.

К сожалению, абсолютно здоровых людей с идеальным черепом в общей массе единицы. Большинство из нас приходит в жизнь с родовыми и пренатальными травмами, предопределяющими развитие сценария биомеханического старения, – начиная от минимальных повреждений, которые лежат за пределами внимания классической медицины, и заканчивая реальными травмами, диагностируемыми в роддоме.

Даже мини-травмы, полученные при родах, могут закладывать существенную базу для появления преждевременных обвислостей, отечности, пастозности и других ранних изменений черт лица.

Понять, как работает биомеханика нашего организма (и лица, и тела), можно на примере игрушки-трансформера, называемой «тенсегрити» (рис. 8).

Рис. 8. Трансформер тенсегрити

Этот многогранник состоит не только из жестких ребер, но и из мягких эластичных соединений, что делает игрушку подвижной.

При приложении нагрузки упругая конструкция тенсегрити меняет свою форму и деформируется. При восстановлении баланса – снова воспроизводит свою форму.

Известный остеопат Томас Майерс в своей знаменитой работе «Анатомические поезда» экстраполировал тенсегрити на биомеханику человека, представив кости жесткими структурами, а мышцы – мягкими. Благодаря фасциям, в которые обернуты наши мышцы, кости и сосуды, весь организм соединен в единую систему. И мозг, как кукловод, дергает нас за эти «веревочки», подтягивая или расслабляя нужные места. Таким образом организм и осуществляет собственное биомеханическое регулирование.

Обеспечивает эту функцию специфическая особенность фасций: в отличие от мышцы, фасция пластична, но не очень эластична, то есть при попытках ее растяжения не возвращается быстро к прежнему виду. Поэтому тело позволяет лепить себя, как из пластилина. Причем не только мышцы, но и кости представляют собой пластичный материал: они состоят из смеси кальция и коллагеновых структур (замингликана и хондроитина), обеспечивающих баланс твердости и пластичности костей.

При наличии достаточной влажности костей перелом кости молодого человека подобен слому ветви насыщенного соками растения – срез не ровный, а даже перекрученный на изломе, в отличие от старых костей, ломающихся ровно, как сухая ветка. Поэтому через фасциальные структуры приемы краниосакральных техник дают возможность подступиться как к мышцам, так и к костям черепа, а также к лимфатическим и кровеносным сосудам.

По аналогии с конструированием дома: одни дома стоят десятилетиями, веками, а другие разваливаются еще до сдачи их в эксплуатацию. Ясно и без специального образования, что дело тут не в старении материалов, а в ошибках проектировщиков или строителей. Применительно к нашему лицу можно предположить, что при корректно поставленных костях черепа и правильном краниосакральном ритме старение организма (как и старение лица, в частности) будет идти намного медленнее привычных нам стандартов. И черты нашего лица не будут так изменяться с течением времени.

И то, что с возрастом у одного быстрее опускаются брови, а у другого – щеки, у третьего деформируется все лицо, зависит часто не от самой генетики, а от дефектов пренатального развития, когда младенец в утробе матери «наследует» проблемы мамы не генетически, а биомеханически.

Рождаясь и делая свой первый вдох, младенец раскрывается, как цветок, обретая жизнь на Земле. Поэтому краниосакральный ритм и называется первичным дыханием тела. Этот вдох должен запустить систему саморегуляции, которая, раскрыв систему «тенсегрити» черепа, даст ей возможность вновь восстановить свою форму, задуманную природой.

Но зачастую плод за девять месяцев развития в матке матери, имеющей свои биомеханические проблемы, развивается некорректно. Ведь тонус матки зависит от симметрии тазовой области, а та связана со всей биомеханикой тела.

Сколиоз приведет к разной длине ног, а та – к ротациям и смещениям тазовых костей, а следовательно, и к смещению матки, формируясь в которой, плод может биомеханически наследовать подобные патологии матери. Ведь неравномерный тонус матки, зависящий от полости таза, определит и тонус тканей плода. И чем тяжелее пренатальные проблемы, тем тяжелее будут роды, которые только «устаканят» проблему.

При рождении девочки эта патологическая цепочка передастся ее детям, и так без конца. Наверное, многие замечали, что, к примеру, генетически похожая на папу дочка с годами все больше и больше приобретает пренатально заложенные мамины черты. А с ними и ее проблемы со здоровьем.

Поэтому очень многое зависит от того, насколько здорова сама мать, и в том числе ее опорно-двигательный аппарат, с которым напрямую может быть связано прохождение плода через родовые пути. И благоприятный исход часто предопределен профессионализмом врачей и акушерок, способных своим талантом помочь ребенку появиться на свет «условно здоровым».

Форма головы уже указывает на то, насколько человек жизнеспособен. И в этом смысле можно говорить о генетике ребенка или о карме. Или о генетике родителей и их карме. Кто знает…